Через три дня мне снова плохо.

Должно быть, я подхватила от Флина грипп, и теперь болезнь в самом разгаре.

Болит голова. Хочется только спать, спать и еще раз спать.

Но я не могу. Вчера позвонила Фрида – сегодня они с Андресом приедут к нам. Хотят что-то сообщить, и это что-то, судя по ее голосу, – очень важное. Фрида сказала, что уже предупредила об их визите Бьорна. Что ж, принимаю парацетамол и жду.

На кухню входит Лайла и, увидев, что я пью таблетки, спрашивает:

– Ты плохо себя чувствуешь?

Мои отношения с ней даже не холодные, а скорее замороженные. Зыркнув на нее, отвечаю:

– Нет.

Она кивает, а я добавляю:

– Кстати, сегодня вечером к нам придут друзья и…

– Да? И кто же это?

Раздражает ее любопытство. Какое ей дело?

Решительно настроившись растолковать ей намек, говорю прямо:

– Наши с Эриком друзья. Поэтому прошу: не входи в гостиную, пока мы будем там общаться.

Вот так. Прямее некуда.

Лайла смотрит на меня. Видно, ей совсем не понравились мои слова. Она произносит:

– Поеду заберу Флина.

– Нет. Не поедешь. Норберт уже едет.

– Я поеду вместе с ним.

Через час первым является Бьорн – как всегда красавчик. Обнимаемся, я беру его под руку, и мы заходим в гостиную. Краешком глаза наблюдаю за Лайлой, которая смотрит на нас из кухни.

Ну что, красотка… Там и сиди!

Войдя в гостиную, закрываю задвижную дверь, и Бьорн спрашивает:

– Тебе плохо, да?

Киваю, прикладываю руку ко лбу и отвечаю:

– Думаю, Флин меня заразил.

Бьорн улыбается, глядя на меня, и произносит:

– Тебе стоило бы лежать в постели, красавица.

– Знаю, но мне очень интересно, что же такое важное должны сообщить нам Фрида и Андрес.

Он понимающе кивает, но предупреждает:

– Если их долго не будет, то я сам уложу тебя в постель, понятно?

Улыбаюсь и кулачком бью его по плечу.

Минут через десять приезжают Фрида и Андрес с маленьким Гленом, который уже бегает и везде шкодничает. Последним приходит Эрик, с улыбкой окидывает взглядом всех собравшихся, целует меня и спрашивает:

– Ты в порядке, малышка?

– У меня небольшая температура. Наверно, заразилась гриппом от Флина.

Он обеспокоенно кивает, затем приветствует друзей, а Глена берет на руки и чмокает его в шею. Малыш хохочет. Муж искоса поглядывает на меня, и я багровею, поняв его намек.

Двадцать минут спустя в гостиную заходит Флин. Бьорн берет его на руки, и все наше внимание переключается на него, как перед этим на Глена. Мальчику это очень нравится.

В гостиную заходит Симона с кувшином лимонада и пивом и забирает с собой Глена и Флина, чтобы накормить их полдником.

Как только женщина с детьми уходит, мы усаживаемся на диваны. Бьорн, которому без конца приходят сообщения на мобильный, спрашивает:

– Итак, что такого вы должны нам рассказать?

Фрида и Андрес переглядываются и улыбаются. У меня мелькает догадка:

– Только не говорите, что вы ждете второго ребенка…

– Поздравляю! – хлопает в ладоши Эрик. – Мы следующие.

– Да с тобой и так все ясно, Айсмен, – подшучиваю я.

Фрида и Андрес хохочут, но отрицательно машут головами. Это немного сбивает с толку. Наконец Андрес говорит:

– Мы переезжаем в Швейцарию.

– Что?!

Фрида поворачивается ко мне, берет меня за руки и поясняет:

– Андресу предложили подходящую должность в одной больнице, и мы согласились.

– Это то, чего ты так долго ждал? – спрашивает Эрик.

Андрес кивает, а Бьорн говорит:

– Это фантастика. Поздравляю.

Пока все рассыпаются в поздравлениях, Фрида рассказывает мне, что они с Андресом очень переживают по поводу нового вызова в их жизни. Я киваю, словно марионетка, хотя мне безумно грустно.

– Спасибо, коллеги, – смеется Андрес. – Я обо всем забыл, когда неделю назад мне позвонили с этим предложением. Мы с Фридой все взвесили и решили его принять.

Все рады и счастливы.

А я… Не знаю почему, но к глазам подступают слезы. Фрида – моя очень близкая подруга. Не хочу, чтобы она уезжала. Заметив мою задумчивость, Фрида спрашивает:

– Ты в порядке?

Я киваю, но тут слезы начинают катиться градом, как у клоуна из испанской телерекламы. Не могу их контролировать.

Что со мной, почему я плачу?

Увидев, в каком я состоянии, Эрик подходит ко мне, обнимает и спрашивает:

– Малышка, что с тобой?

Я не отвечаю. Не могу, иначе скривлюсь, как шимпанзе, и стану еще более нелепой. Бьорн, потрясенный моими всхлипываниями, подходит и восклицает:

– Невероятно… Ты еще и плакать умеешь.

От этих слов я хохочу. Но при этом слезы продолжают ручьем литься из моих глаз. Видя это, Эрик шепчет:

– Ну, хоть Бьорн тебя развеселил.

Тот лукаво смотрит на друга и отвечает:

– Учитесь, коллега!

Подходит Фрида. Эрик отпускает меня, и вот я уже в ее объятиях. Она понимает меня и успокаивает:

– Мы будем часто видеться, глупышка. Вот увидишь. К тому же мы уедем только в начале следующего года. У нас еще есть время.

Я киваю, но не могу ничего сказать. Опять очень близкий мне человек уезжает, и я знаю, что буду очень сильно по нему тосковать.

Время идет. Наконец настал долгожданный день, когда уезжает Лайла, хотя это значит, что Эрик тоже уезжает.

Его поездка в Лондон мне вовсе не по душе, но я решаю отбросить ревность и доверять ему. Эрик этого заслуживает. Он постоянно доказывает мне свою любовь. Да и с чего вдруг я должна в нем сомневаться?

Провожаю его в аэропорт. Туда нас везет Норберт, и я всю дорогу обнимаю любимого мужа. Обожаю его запах, обожаю его прикосновения. Чем ближе мы подъезжаем к аэропорту, тем сильнее я тоскую.

Четыре дня без него будут для меня вечностью.

Приехали. Эрик выходит из машины. Тогда Лайла смотрит на меня и говорит:

– Было приятно с тобой познакомиться.

– Не могу ответить взаимностью, – отвечаю я и добавляю: – И по возможности не появляйся в моем доме, иначе мне придется рассказать Эрику, что ты не такая уж хорошая и приятная.

– У Бьорна длинный язык.

– А ты – хитрая лиса.

Ну вот, наконец-то я это сказала!

Стало намного легче.

Ничего не ответив, Лайла выходит из машины и идет к своему дяде. Как приятно терять ее из виду. Она прощается с Норбертом и поднимается на борт самолета, даже не оглянувшись.

Поздоровавшись с пилотом, Эрик поворачивается ко мне, крепко обнимает и говорит:

– Максимум через четыре дня я снова буду рядом, поняла?

Киваю. Верю в это и целую его. Жадно впиваюсь в его губы, а он крепко прижимает меня к себе. В конце концов мне приходится ему сказать:

– Если ты и дальше будешь меня так целовать, то никуда не полетишь.

Эрик улыбается. Отпускает меня, подмигивает и идет к трапу, но прежде чем подняться, поворачивается ко мне и говорит:

– Веди себя хорошо, малышка.

– Ты тоже, здоровяк.

Мы смеемся. Двадцать минут спустя вместе с Норбертом я наблюдаю, как самолет поднимается и исчезает в небе. Только что улетел мой любимый, и я уже по нему скучаю.

По приезду домой Норберт говорит:

– Сеньора, сеньор попросил дать вам этот конверт, когда мы приедем домой.

Я с удивлением беру его, сразу же открываю и читаю:

Малышка, это всего лишь несколько дней. Улыбнись и доверься мне, хорошо?

Люблю тебя.

Эрик.

Я расплываюсь в улыбке. Мне так нравятся доказательства его любви.

Этим вечером я ужинаю с Флином, и он идет спать, захватив с собой Кальмара. Остаюсь в гостиной смотреть телевизор. Трусишка лежит у моих ног. Меня одолевает меланхолия. Не в силах сдержаться, плачу. Я слишком по нему скучаю.

В конце концов беру телефон и звоню ему. Мне нужно услышать его голос. После четырех гудков он отвечает:

– Слушаю тебя, Джуд.

– Я соскучилась.

Слышу, как Эрик перед кем-то извиняется, а затем говорит мне:

– Любимая, я на деловом ужине.

– Но я ведь по тебе соскучилась.

Он заливисто смеется, услышав мой капризный голос, и я улыбаюсь. Тогда Эрик отвечает:

– Иди спать и почитай или открой свой ящичек и подумай обо мне.

Я не перестаю улыбаться. Он просит, чтобы я помастурбировала.

– Я все равно буду по тебе скучать, – не унимаюсь я.

Эрик снова смеется.

– Солнце мое, я должен идти. Но через час я позвоню тебе из своего номера в отеле по «Скайпу» и, если хочешь… мы поиграем.

Вау-у-у-у-у, секс по веб-камере?!

Круто!

Такого я еще никогда не делала.

– С нетерпением буду ждать звонка, – смеюсь я. – А пока что, пожалуй, почитаю.

Мысль о том, что скоро я поговорю с ним, поднимает настроение. Завершив звонок, смотрю на часы: без четверти десять.

Счастливая, выключаю телевизор, чмокаю Трусишку в голову и отправляюсь к себе в комнату. Но сначала захожу к Флину. Мальчик спит с Кальмаром у ног. Какие же они оба чудесные!

Войдя в свою комнату, затворяю дверь и с ехидной улыбкой закрываю ее на щеколду.

Я жду горячего, сексуального, похотливого звонка. Чищу зубы, надеваю вызывающе короткую ночную рубашечку и ложусь на кровать. Она такая огромная, когда в ней нет Эрика. Внезапно улавливаю его аромат. Простыни особо пахнут им. Как чудесно!

Придя в восторг, падаю на ту сторону, где обычно спит мой любимый, и наслаждаюсь его запахом.

Окутанная его ароматом, открываю ноутбук и захожу на страничку в «Фейсбук». Немного переписываюсь с подругами, пока не получаю уведомление о звонке по «Скайпу». Прощаюсь с ними и отвечаю на звонок. Включается камера, и я вижу любимого.

– Привет, дорогой.

– Привет, милая.

Мне редко приходится видеть Эрика на экране. Хочется, чтобы он был рядом.

– Как дела, малышка?

– Хорошо. Теперь, когда я тебя вижу.

Мы улыбаемся, и Эрик говорит:

– Я обнажен и готов поиграть с тобой. – И откидываясь на изголовье кровати, говорит: – Давай, раздевайся для меня.

Хихикая, я снимаю ночную рубашку. Тогда Эрик произносит:

– Закрой глаза. Не смотри на экран и представь, что на тебя смотрю я и еще двое мужчин. Мы стоим у подножия кровати, желая обладать тобой, но сначала хотим посмотреть на тебя. Ну, как тебе такая идея?

– Отличная.

Он знает, что от одной мысли об этом я уже мокрею, и просит:

– Поиграй с сосками. Нам это нравится. Пощипай их для нас.

По его просьбе я щипаю соски. Тем временем мое воображение разыгрывается, чувствую некое приятное возбуждение. Представляю, что стала центром внимания троих мужчин, и очень завожусь. Хочу, чтобы они желали меня, хочу, чтобы они поиграли со мной.

Услышав дыхание Эрика, открываю глаза и говорю, глядя на экран:

– Эрик, потрогай себя. Поласкай пенис, как будто это делаю я.

Он слушается. Наблюдаю за ним, и сердце начинает биться чаще. У него твердый, гладкий член, как мне нравится. Я шепчу:

– Тебе нравится, как на меня смотрят мужчины?

– Да.

– Тебе нравится, как я развожу перед ними ноги?

Слышу его тяжелое дыхание. Потом он говорит:

– Я в восторге от этого, любовь моя… Раздвинь их еще немного и согни в коленях.

Я слушаюсь и еще больше возбуждаюсь, слыша резкие звуки с экрана. Концентрируюсь на его желании и шепчу:

– Вот так… любимый… мастурбируй. Закрой глаза и представь, что ты предлагаешь меня одному из этих мужчин. Ну, как тебе, нравится?

– Да… Да….

Возбужденная, глубоко вздыхаю. Тем временем мой блондин включается в игру.

– Он трахает меня… а я тяжело дышу. Он входит в меня, а ты целуешь меня, кусаешь мои губы так, как ты любишь, и пьешь мои стоны.

– Да, Джуд… Продолжай… Продолжай…

– Мужчина приподнимает меня, ложится на кровать и усаживает меня на себя. Ты наблюдаешь, как он берет в рот мои соски, и шлепаешь меня по попке, чтобы он прижал меня к себе. Шлепаешь меня еще раз. – Мы тяжело дышим, и я продолжаю: – А теперь его пальцы играют с моей киской. Ты тоже вводишь в меня пальцы, и теперь я ваша.

– Да, малышка… да…

– Он вынимает свои пальцы, поспешно разводит мне ноги и вонзается в меня. Я вскрикивают. Ты становишься позади меня, обхватываешь меня за талию и двигаешь мной… приказывая не останавливаться, трахать его и не сдерживать свои крики.

Некоторое время мы возбуждаем друг друга, и я довожу его до оргазма своими словами. Балдею, когда слышу его сиплый рык. Хочется поцеловать его, прикоснуться к нему. Расстроенная тем, что не могу этого сделать, спрашиваю:

– Любимый… все хорошо?

Эрик улыбается, поднимается с кровати и шепчет, вытираясь салфеткой:

– Да, малышка. – Глядя на меня, он спрашивает: – Ты когда-нибудь делала нечто подобное?

На этот раз смеюсь я:

– Это впервые для меня. Ты привносишь в мою жизнь много эксклюзива.

Мы смеемся, и наша игра продолжается.

– Открой ящик, достань наши игрушки и положи их на кровать.

Выполняю его приказ, и он повелевает дальше:

– Возьми зеленый имитатор с присоской и приклей его к маленькому столику, который стоит рядом с камином. Затем возвращайся на кровать.

Пылая от возбуждения, делаю то, что он просит. Встаю, облизываю присоску фаллоимитатора и приклеиваю его на одну сторону столика. Он стоит торчком, и я возвращаюсь в кровать. Сообщаю Эрику, что все готово, и он говорит:

– А теперь я хочу, чтобы ты взяла фиолетовый дилдо для клитора.

– Взяла.

– Хорошо… Теперь разведи ноги. – И тихим сексуальным голосом произносит: – Еще… еще… немного шире… Вот так.

Воспламеняясь от его слов, я повинуюсь, и моя киска мокреет. Этот тон сводит меня с ума.

– Закрой глаза и помастурбируй для меня. Подари мне свои стоны, любимая. Поставь на первую скорость и дай ему нежно пощекотать клитор, чтобы он набух, как мне нравится.

Выполняю его просьбу и, с разведенными ногами, медленно прикладываю к клитору дилдо. Мое тело моментально реагирует, и Эрик говорит:

– Наслаждайся… Вот так… Вот так… А теперь включи вторую… третью…

Мощность увеличивается, и вместе с этим учащается мое дыхание.

Любовь моя, мой немец, мой муж… Хоть он и находится в сотнях километров от меня, все равно знает, что мне нравится и что мне нужно.

Эрик просит:

– Джуд, на четвертую…

Переключаю и вскрикиваю. Я вся мокрая. Клитор набух, и мне хочется большего.

– Не своди ноги… Нет… нет, малышка, – шепчет он, возбужденный. – Прижми к себе дилдо и наслаждайся… Я хочу видеть, как ты течешь… Давай, покажи мне, как ты кончаешь.

Мое тело напрягается. Хочется свести ноги, но я слушаюсь Эрика. Хочу, чтобы он видел, как я кончаю и теку. Фиолетовый дилдо на четвертой скорости просто фантастический, и мой клитор с каждой секундой все больше раскрывается, словно цветок. Горячая волна прокатывается по телу и поднимается к голове. Слыша мои стоны, Эрик произносит:

– Вот так, малышка… Не своди ноги. Хорошо… хорошо… Потерпи еще немного.

Я вздрагиваю, и ноги сами сводятся, пока по телу разливается наслаждение.

В этот момент мой неугомонный любимый требует:

– А теперь, Джуд, я хочу, чтобы ты меня трахнула. Вставай и трахни меня.

Я понимаю, о чем он говорит. Быстро поднимаюсь, с затуманенным от похоти взглядом беру ноутбук и иду к тому месту, где меня ждет зеленый силиконовый пенис. Ставлю ноутбук на столик и смотрю в окошко «Скайп», чтобы понять, какую картинку показываю Эрику. Затем нанизываюсь на член и шепчу в экстазе:

– Я на тебе.

– Да, любимая… Да…

– Вот так… Тебе так нравится? – шепчу я, и пенис еще глубже входит в меня.

– Да, – отвечает он, мастурбируя. – Я чувствую тебя, любимая… А ты меня чувствуешь?

Смотрю на экран, вижу его и тихо произношу:

– Да…

– Прижмись к нему и ухватись за край стола.

Вонзив пенис еще глубже в себя, я стону, и любимый подзадоривает:

– Давай, малышка. Трахай меня и наслаждайся.

Крепко ухватившись за стол, закусываю нижнюю губу. Поднимаюсь и опускаюсь на зеленом силиконовом члене. Закрываю глаза и ощущаю на себе взгляд Айсмена. Его руки обвивают мою талию и помогают мне двигаться на нем вверх и вниз. Раз за разом нанизываюсь на член, а Эрик тем временем нашептывает, как ему это нравится… как он от этого балдеет…

– О да… да…

Мои флюиды обволакивают силиконовый пенис. Моя киска всасывает его. Я громко дышу. Я теку. Мокрею и продолжаю двигаться на члене. Обезумев от наслаждения, тяжело дышу, пока больше не могу сдерживаться. После последнего проникновения, когда член доходит до самой моей глубины, я взрываюсь оргазмом.

Сидя на столе, вся нанизанная на член, содрогаюсь в экстазе, а мой любимый тем временем нашептывает мне тысячу чудесных слов. Я чувствую на своих губах его дыхание. Я люблю его. Обожаю его. Безумно люблю все, что делаю с ним, и хочу дальше познавать с ним новое.

Несколько минут спустя, когда мы успокаиваемся, Эрик спрашивает:

– Милая, ты в порядке?

– Да.

Я хихикаю, а мой парень шепчет:

– Давай, малышка, иди спать.

Поднявшись, вынимаю из себя пенис. Все еще мокрая, беру ноутбук и растягиваюсь на кровати. Мы смотрим друг на друга, и я говорю:

– Спасибо, любовь моя.

Эрик смеется и отвечает:

– Любимая, незачем меня благодарить. Это нечто, что есть только между тобой и мной. Нам обоим было хорошо, и это единственное, что имеет значение, ведь так?

Киваю. Не давая мне ответить, он говорит:

– Отдыхай, любимая. Уже поздно.

– Ладно.

– Завтра поговорим, хорошо?

– Я люблю тебя.

– Я сильнее тебя люблю, смугляночка.

– Нет… Я – сильнее.

– Я сильнее, – весело настаивает он.

– Давай, выключай «Скайп».

– Нет, ты – первая, – довольно смеется он.

Спустя пять минут, в течение которых мы хохочем, словно подростки, со словами «выключай ты», отключаемся одновременно.

Я утомлена, удовлетворена и увлажнена. Вокруг меня на кровати разбросаны наши игрушки, и мне кажется, что они на меня смотрят. Пора закончить оргию. Смеюсь. Поднимаюсь и прячу в ящик то, чем не пользовалась. Иду к маленькому столику и тяну на себя фаллоимитатор. Надо же, он доставил мне такое удовольствие! Отцепляю его и мою вместе с фиолетовым дилдо. Затем прячу все в ящик.

Совсем обессиленная, отодвигаю щеколду, падаю на кровать и засыпаю с улыбкой на устах, обняв подушку Эрика. Она вся пропитана его запахом.