Красная площадь. Мавзолей. Венки, прислонённые к мрамору стен. Двое часовых лицом к лицу у входа.

Это часовые Кремля. При свете луны поблёскивают короткие штыки-кинжалы. Бьют куранты. И тут же слышен чеканный шаг. Идёт смена… Тихо звучат слова команды:

— На пост… марш!

И уже другие двое становятся у дверей Мавзолея.

Часовые стояли здесь в суровый 1941 год, когда враг был у самых ворот столицы.

Несли караул и в 1945 году, когда советские воины — участники парада Победы — кидали к подножию Мавзолея знамёна вражеских дивизий и полков.

Стояли днём и ночью, в стужу и в жару. Год за годом. Десятилетие за десятилетием. Стоят и поныне.

Не раз приходилось часовым Кремля отлучаться с поста почёта на фронт. А затем возвращаться на этот пост с боевыми наградами, с золотыми и серебряными нашивками, значками боевых ранений.

Успели поседеть первые часовые Кремля. Это они приняли пост почёта у Мавзолея в дни, когда не стало Ленина.

Давно школа ВЦИК, ныне Московское высшее общевойсковое командное училище имени Верховного Совета РСФСР, перебралась из Кремля на новые просторные квартиры. На часах у Мавзолея стоят теперь молодые солдаты Советской Армии. Они приняли пост у курсантов Кремля, как некогда сами курсанты-пулемётчики у латышских стрелков.

Этот пост у Мавзолея на Красной площади и есть пост № 1, первый из многих, что несут и на земле, и на море, и в воздухе часовые Советской земли.

Большой путь прошли кремлёвские часовые.

Если бы участников необыкновенной экскурсии по Кремлю, о которой рассказано в этой книге, выстроить, как бывало, на утреннюю курсантскую поверку, много интересного можно было бы услышать о людях, которые стояли на посту у квартиры Ленина.

— Смирно!.. — командует седой командир.

И сначала называет имена товарищей, которых нет на поверке.

Эти часовые поста № 27 отдали свою жизнь за Родину на фронтах гражданской войны: под Гуляй-Полем, Орлом, Ореховом, под Царицыном. А другие погибли, сражаясь с фашистами в Испании под Мадридом, борясь за свободу Монголии под Халхин-Голом. В годы Великой Отечественной войны под Москвой, на Волге, под Ленинградом, Одессой и Киевом, освобождая Прагу и Будапешт, Белград и Бухарест, Софию и Варшаву…

Первые часовые Кремля постоят минуту-другую в скорбном молчании, вспоминая погибших товарищей.

Но вот отзовутся те, кто стоит в строю, кто явился на эту поверку. И каждый прибавит к коротенькому «я» своё новое военное звание или новую, уже мирную, профессию.

Два маршала, пятьдесят восемь генералов, сотни полковников были некогда курсантами московской пулемётной школы, часовыми Кремля.

Дальше мы услышим в ответ:

— Профессор…

— Мастер…

— Архитектор…

— Слесарь…

— Инженер…

— Строитель…

— Врач…

Иных не окажется на поверке: они далеко от Кремля, от столицы.

И кто-то ответит за товарища:

— Несёт службу за рубежом нашей Родины.

Или:

— Уехал в Заполярье на зимовку.

И по сей день стоят на боевых и трудовых постах ленинские питомцы, часовые Кремля.