Рас Чубай ошеломлённо огляделся. В первое мгновение ему показалось, что он спит. У него были довольно твёрдые представления о том, как должна выглядеть внутренность какого-либо корабля. Но внутренность этого корабля совершенно не соответствовала его представлениям.

Он убедился, что Тако Какута и Гукки прибыли целыми и невредимыми так же, как и он. Они стояли возле него и были поражены так же, как и он.

Они находились на вершине плоского холма, склоны которого со всех сторон спускались на жёлто-зеленую, покрытую естественными неровностями равнину. Равнина была усеяна синими образованиями странной формы. Далеко на заднем плане местность пересекали темно-синие полосы. Рас мог подумать, что это лес, если бы не их странный цвет.

Нигде не было видно никаких признаков жизни. Небо над ними было того же жёлто-зеленого цвета, что и равнина вокруг. У Раса появилось странное ощущение, что он плывёт в безбрежном жёлто-зеленом море. Он закончил осмотр, повернувшись вокруг своей оси и запомнив детали ландшафта. Потом он вернулся к вещам, которые имели непосредственное значение.

При помощи приборов, размещённых в разных местах скафандра, он измерил давление и состав атмосферы. Анализатор зарегистрировал смесь аммиака, метана, водорода и гелия. И здесь были следы этана. Оптические особенности этой смеси сильно отличались от оптических особенностей земной атмосферы. При оценке расстояния это надо было принимать во внимание. Давление здесь составляло восемьдесят три атмосферы. Такое же даапение было на Земле на глубине более ста пятидесяти метров.

Рас проверил своё снаряжение. Генератор кислорода работал безупречно. Маленькая атомная бомбочка, которая находилась в своеобразном кувшине, укреплённом у него на ноге, хорошо перенесла прыжок. Бластер был готов к стрельбе.

— Если ты уже насмотрелся на вое это, — произнёс гнусавый голос, — было бы очень мило, если бы ты объяснил нам, где мы, собственно, находимся.

Это был Гукки. Рас удивился тому, что он так долго молчал, не произнося ни слова.

— Проверьте своё снаряжение, — спокойно ответил он.

— Все в порядке, — тотчас же откликнулся Гукки.

— В порядке, — ответил Тако Какута.

— Итак, а что теперь?.. — снова начал Гукки. — Я хочу…

— Лучше осмотрись, — посоветовал ему Рас, — тогда ты будешь знать столько же, сколько и я.

— Разгадка всего этого должна быть где-то здесь, — фыркнул мыше-бобёр.

— Чего мы, собственно, ждём? — спросил мягкий голос Тако. — Крепость не обычный корабль, она — сооружение мааков. Их родина. Они живут не на планетах, они живут в кораблях. Этот корабль достаточно большой. Почему же им тогда не обставить его так, чтобы чувствовать себя в нем как дома?

Рас кивнул и тотчас же почувствовал, что жесты подобного рода ему лучше приберечь на будущее. Атмосфера была такой густой, что ему показалось, что он двигает шлемом, погрузившись в плотное холодное масло.

— Согласен с твоим мнением, — ответил он. — Ландшафт, который мы видим перед собой, очевидно, типичен для родного мира мааков. Я считаю, что эти синие образования являются растениями. По моему мнению…

— Кого это волнует? — прервал его Гукки. — Я за то, чтобы мы как можно быстрее нашли генераторы защитного поля, заложили бомбу и снова исчезли.

— Закрой рот, — приказал ему Рас. — Мы не имеем никакого представления, что нас ждёт внутри крепости. Нет никаких оснований для спешки. Мы немного осмотримся здесь и привыкнем к миру мааков. Впоследствии это избавит нас от неприятных неожиданностей.

Они спустились с холма. Хотя встроенные антигравы защищали их от убийственного тяготения в три «g», в густой атмосфере двигаться было весьма трудно. Расу показалось, что он шагает по дну океана. Гукки жалобно предложил телепортироваться, но Рас отклонил его предложение. Было важно узнать окружающее. Они не знали, не попадут ли они в положение, когда телепортация будет невозможна, и им пригодится знание корабля.

У подножия холма их подстерегала первая неожиданность. До сих пор было похоже, что холмистая равнина тянется бесконечно далеко во всех направлениях. Ближайшее синее кустообразное растение, казалось, находится на расстоянии по меньшей мере двух километров. Но, ступив на равнину, они поняли свою ошибку. Синий куст находился не более чем в пятидесяти метрах от них, и горизонт вдруг придвинулся пугающе близко. Из этого Рас сделал вывод, что атмосфера здесь имеет чётко выраженный градиент давления. С высотой атмосферное давление быстро падало. Вследствие этого лучи света, движущиеся не параллельно почве, сильно изгибались. Лучи света, отражающиеся от предмета наискось, вверх по отношению к глазу, попадали в зрачок горизонтально и производили впечатление, что предмет находится далеко, у самого горизонта.

Растение было странным образованием. На первый взгляд оно казалось собранием синих сталагмитов, росших из почвы. Побеги были приблизительно толщиной в руку и имели круглое сечение. Они поднимались вверх метра на четыре и заканчивались острым коническим концом.

Рас с недоверием осмотрел растение. Потом перчаткой коснулся одного из побегов. Результат был поразительным. Синее образование сначала услужливо подалось под нажимком руки. Оно изогнулось и опустилось под давящим на него весом. Потом словно одумалось. Рас почувствовал, как эластичная до сих пор масса внезапно застыла. Стебель молниеносно выскочил из захвата и отшатнулся назад. Когда он, спружинив, снова устремился вперёд, острый конец его нагнулся и нацелился в грудь Раса. Рас просто упал назад. Густой воздух затормозил падение, и опасное растительное копьё прожужжало над ним.

Рас отполз на пару метров и ошеломлённо поднялся на ноги.

— Ну так что? — пискнул Гукки.

— Оставь свои замечания, — предостерёг его Рас. — На общепринятых представлениях здесь далеко не уедешь. Этот мир совершенно иной.

Они телепортировались в лесу, который Рас видел с вершины холма. Растения там были выше куста, который Рас только что осмотрел, и здесь было огромное разнообразие форм. Но, казалось, вся растительность этого искусственного мира имела одно общее свойство. У неё не было стволов. Отдельные побеги, отделённые друг от друга, поднимались из почвы, и только по общей реакции на внешнее воздействие можно было понять, принадлежит ли побег к этому или к другому растению. Наученный недавним происшествием, Рас взял один из блестящих камешков, которые были рассеяны повсюду, и швырнул его в чащу. Реакция была впечатляющей. Весь лес пришёл в движение. Мясистые, вооружённые острыми концами растительные руки задрожали и начали хлестать, чтобы защититься от вторжения. Рас расценил это как некоторый признак разума. Синие растения были недоверчивы, они не верили в мирные намерения, пришельцев.

Лес был совершенно непроходим. У Раса насчёт этого уже был опыт. Гукки был другого мнения.

— Мы уже напрасно потеряли полчаса, — прогнусавил он. — Когда же мы, наконец, начнём искать генераторы защитного поля?

Рас испытующе глянул на жёлто-зеленое небо и всмотрелся в белый диск искусственного солнца, висящий в высоте и заливающий светом этот странный ландшафт.

— Мы используем этот край леса в качестве места встречи, — решил он. — Кто попадёт в затруднительное положение, должен попытаться вернуться сюда. Чаща даст великолепное укрытие, по крайней мере, с одной стороны. Каждые два часа все мы будем появляться здесь — безразлично, найдём мы что-нибудь или нет. Таким образом мы будем поддерживать связь. Внутри космической крепости мааки, вероятно, используют что-то вроде микрома.

— Два часа!… — повторил Гукки. — Может быть, ты намереваешься осесть здесь?

— Если ты быстрее нас найдёшь цель, дашь нам знать, — насмешливо произнёс Рас. На языке у него было ещё кое-что, но тут лес внезапно пришёл в движение.

На этот раз все обстояло совершенно иначе. Теперь растения двигались не яростно, если вообще у них можно было различить проявление чувств, а мягко, со звенящим, почти мурлыкающим звуком, который, вероятно, возникал в результате структурных изменений вещества побегов. Было похоже, что растения, находящиеся в отдалении, на этот раз участвовали в движении, как тогда, когда перед ними находились три землянина. Рас заметил, что стебли наклоняются или вправо, или влево. В первоначальном хаосе появился порядок. Растения открыли проход, который шёл прямо и вёл далеко вглубь леса. Расу все ещё был не совсем ясен смысл происходящего, как вдруг из сумрачной синевы чащи появилась странная фигура. Рас был так удивлён, что любая его реакция все равно запоздала бы. Чужак давно заметил его. Это было видно по его поведению. Он сначала остановился. Пару секунд, казалось, обдумывал, не убежать ли ему. Потом, очевидно, победило любопытство. Он снова двинулся вперёд, к трём мутантам.

— Я за то, чтобы мы исчезли, — сказал Гукки.

— Слишком поздно, — ответил Рас. — И кроме того, нам может понадобиться пленный маак. Атлан утверждает, что некоторые из них говорят по-арконидски.

Теперь чужак достиг края леса. Его фигура соответствовала описанию Атлана. На коротких, сильных ногах высился тяжёлый корпус. Руки, лишённые суставов, длинные, похожие на щупальца, свисали по обеим сторонам тела. Голова в форме серпообразного вздутия сидела на плечах. Оба глаза на передней её стороне глядели холодно и, казалось, не выражали никаких чувств. Маак был одет в светло-серую одежду, тесно облегающую тело. Она закрывала часть плеч, оставляя открытым рот, и доходила до половины могучих колонноподобных ног, на которых было что-то вроде брюк.

На такой оборот Рас, конечно, не рассчитывал. Вид чужака был так захватывающ, что он совершенно упустил из виду нечто очень важное.

Мааки в среднем были два метра двадцать сантиметров ростом.

Этот же едва достигал полутора метров. Понадобилась целая секунда, чтобы Расу стало ясно, что это означает.

* * *

— Ребёнок, — удивлённо воскликнул он. — Ребёнок мааков!

Прежде чем кто-либо успел что-нибудь ответить, маленький маак сделал несколько шагов к Расу. Движения его выглядели такими доверчивыми и безбоязненными, что это смутило Раса. Он увидел, как рот в центре плеч открылся. Блеснули светлые зубы, и юный маак спросил по-арконидски:

— Вы враги, не так ли?

Очарование мгновения, казалось, никак не затронуло Гукки.

— Он обладает разумом, не так ли? — саркастически прокомментировал он.

— Да, мы чужаки. — ответил Рас на том же языке. В шлеме его скафандра были микрофоны, а также маленький динамик. Голос маленького маака звучал громко и чётко. Рас был уверен, что и его голос слышен не хуже. Чужая атмосфера весьма своеобразно передавала звук.

— Что вам здесь нужно? — спросил малыш.

— Осмотреться, — дипломатично ответил Рас. — Мы ещё никогда не были на борту такого корабля.

Малыш не понял его.

— Корабль? — Левая рука его поднялась вверх и сделала своеобразное всеохватывающее движение. — Вы считаете, что это корабль?

— Да, и если ты так не считаешь, тогда ты обманщик, — с насмешкой сказал Гукки на интеркоме.

— Спокойно! — прошипел Рас. Все это начало нервировать его. Ему надо было сосредоточиться на малыше, и ему не нужны были посторонние разговоры.

— Мы считаем, что это корабль, — мягко ответил он, — может быть, мы ошибаемся. Ты живёшь здесь, в этой местности?

Юный маак указал рукой назад.

— Мы живём в лесу, — с готовностью ответил он. — Я уверен, что мои близкие охотно пригласят вас, — с наивностью ребёнка добавил он, — когда узнают, что вы здесь.

— Может быть, нам самим посетить вас? — предложил Рас. Малыш ничего не имел против этого.

— Конечно, все заключается в том, — объяснил он, — захочет ли Верховный жрец видеть вас. Если нет, тогда… ну, вы же знаете.

Рас нашёл это интересным. Он признался, что не знает.

— Как обычно, — ответил маленький маак. — Они набросают кучи камней среди растений… и вас бросят вслед за ними.

— Это действительно дружелюбные существа, — произнёс Тако. Он заговорил в первый раз.

— Тогда нам лучше пойти своим собственным путём, — ответил Рас. — Может быть, у Верховного жреца и есть что-нибудь против нас.

Складчатый рот малыша слегка скривился.

— Ты знаешь, это вполне может быть, — согласился он. — Вы выглядите совершенно иначе, чем мы.

Разум Раса лихорадочно работал. Все его внимание занимал только один вопрос: как ему не причинить вреда малышу. Если просто оставить его здесь, он расскажет своим людям, что наткнулся на трех чужаков. Мааки тотчас же устроят всеобщий поиск. По отношению к взрослому мааку он не испытывал бы никаких угрызений совести. Но перед ребёнком он чувствовал себя беспомощным.

— Почему, — спросил он у маленького маака, — растения не причиняют тебе никакого вреда?

— Я им тоже ничего не делаю, — ответил малыш. — Почему же они должны мне делать что-то?

Рас вспомнил свой первый эксперимент с кустом на равнине и теперь не был уверен, дало ли ему что-нибудь это объяснение. Он охотно побеседовал бы об этом ещё, но не знал, ответит ли малыш.

— Ты говоришь на языке, который мы оба понимаем, — продолжил он. — Говоришь ли ты на нем так же и со своими близкими?

Юный маак не понял, о чем идёт речь.

— Ты имеешь в виду различные слова для одной и той же вещи? — осведомился он. — О да, мы используем слова, которые в данный момент приходят нам в голову. Это растение вон там? — мруук, птайи, клонг, хахрайт… смотря по тому, о чем я сейчас думаю.

Слова были произнесены очень тщательно. Каждое имело свою собственную тональность. Из этого Рас сделал вывод, что малыш, кроме своего собственного, владеет по крайней мере ещё четырьмя языками. Арконидский язык был знаком Расу. У каких чужих рас они выучили остальные?

— Теперь мы тебя понимаем, — сказал африканец, — было очень интересно побеседовать с тобой.

— Да, — подтвердил малыш с детской самоуверенностью. — Мне тоже. Может быть, с вашей стороны будет разумнее не посещать моих близких. У меня почти нет предубеждений. А у Верховного жреца они есть. Он в первое же мгновение испугается вас и примет неверное решение. А вы действительно непохожи нa нас.

Рас отдал Тако и Гукки короткую команду на английском. Они поняли. Малыш хотел обрушить на них очередной поток слов. Рас закрыл глаза и телепортировался.

Болтовня малыша мгновенно оборвалась.

* * *

Обстановка помещения, в котором оня оказались, была совершенно чужой. Но после поразительного зрелища искусственного ландшафта с его синими растениями она казалась прямо-таки родной. Это было нечто вроде склада запасных частей. Здесь прямыми рядами стояли стеллажи, шкафы, кресла для сидения, пульты управления и гигантские экраны. Вдоль потолка тянулись две линии люминесцентных ламп, которые испускали такой же белый свет, как и искусственное солнце над равниной. Помещение было около пятидесяти метров в длину и тридцати в ширину. Стены были около пяти метров высотой. Состав воздуха здесь был примерно таким же, как и там, где они только что были; гравитация тоже не изменилась. Самым удивительным было изменение температуры. На лесистой равнине Рас замерил сто четыре градуса по Цельсию. Здесь же было только десять. Он не мог этого объяснить. Если это была температура, которую мааки считали приемлемой, тогда было неясно, почему эта температура не распространялась по всему кораблю.

Он удостоверился, что в огромном помещении нет ни одного маака. Только когда он убедился в этом, он осмелился воспользоваться внутришлемной связью.

— Это произошло совершенно неожиданно, — сказал он. — Малыш…

— …через несколько минут натравит на нас весь корабль, — сразу же вмешался Гукки. Мыше-бобёр стоял, равнодушно облокотившись на один из пультов. Казалось, он был рассержен.

— Я не так уж в этом уверен, — вмешался Тако. — Представьте себе: малыш где-нибудь на Земле бежит к своим родителям и рассказывает, что он встретил пару чужаков, а после того, как он с ними поговорил, они растворились в ничто.

— Именно об этом я и подумал, — согласился Рас. — Мы можем только надеяться, что логика родителей-землян не отличается от логики родителей-мааков. Малыш показался мне довольно разумным. Может быть, его близкие поверят ему. А может быть, и нет. Мы это скоро узнаем.

Гукки ничего больше не сказал. Рас начал развивать свой план. Самым важным было узнать, где они, собственно, находятся. До сих пор они знали только, что они находятся внутри крепости. Вполне логично было предположить, что важнейшие приборы и механизмы гигантского корабля находятся внутри втулки и расположены недалеко от того места, в котором из втулки выступает десять спиц, образуя странное колесо с шарами. Любой конструктор в Галактике поместил бы их там, а Атлан вспомнил, что логика мааков не слишком отличается от логики других галактических рас.

Процедура ориентации, даже для телепортёра — довольно трудный процесс. При помощи своих способностей телепортёр может определить место, которого он никогда до этого не видел. Все, что ему требуется для этого — это координаты цели относительно исходной точки прыжка. При прыжке с «Креста» целью была крепость. Прыжок этот был удачен. Теперь нужно было установить, где они находятся внутри крепости.

Рас телепортировался на пятьдесят километров дальше по плоскости, параллельно полу помещения со стеллажами и приборами. Он был вполне уверен, что таким образом попадёт из корабля в пустое пространство, и его предположение оказалось верным. Он находился во тьме космоса, примерно в двадцати километрах над шарами, находящимися на спицах корабля, и примерно в сорока семи километрах от пятнадцатикилометровой толщины стенки ступицы. Далеко впереди виднелось размытое туманное свечение. Это было защитное поле. Оно выглядело отсюда иначе, чем снаружи. Рас запомнил то, что он увидел, и вернулся обратно к своим спутникам.

— Мы находимся в двадцати-двадцати пяти километрах внутри кольца спиц, — сказал он. — Теперь мы можем попытаться исследовать окружающее пространство. После каждого прыжка мы будем возвращаться назад. Уровень леса отпадает. Вероятно, малыш все ещё находится там. Никто не должен исчезать из этого помещения более чем на четверть часа — если только ему не будет грозить опасность. Понятно?

Не последовало никаких возражений. Даже Гукки, который никогда не упускал возможности высказать своё мнение, стоял молча. Они прыгнули друг за другом: сначала мыше-бобёр, потом Тако и наконец сам Рас.

Рас сконцентрировался и, закрыв глаза, мысленно оттолкнулся. Правая рука судорожно сжала рукоятку бластера. На долю секунды серый туман закрыл поле зрения, потом сцена снова прояснилась. Рас оказался в длинном широком коридоре. Сначала он убедился, что вокруг пусто. Потом начал изучать окружающее пространство.

Ширина коридора была примерно восемь метров. В четырех метрах от каждой стены, точно в центре, вдоль коридора тянулась светящаяся лента, излучающая яркий бело-голубой свет. Рас не видел никаких других источников света, но обнаружил, что эта лента, кроме освещения, выполняет и другую функцию. Он направился к светящейся ленте и почувствовал, как пол под ним пришёл в движение. Прежде чем Рас пришёл в себя от удивления, он уже был протащен пару метров вдоль коридора. Он поспешно отскочил и был рад снова ощугить под ногами твёрдый пол. Светящаяся лента была одновременно освещением и транспортёром. Технология, позволившая изобрести такую комбинацию, была целесообразной.

Теперь он стал держаться подальше от ленты, потому что не знал, куда она занесёт его, и пошёл по коридору пешком. Стены его были гладкими, лишёнными швов и стыков. Рас нигде не видел никаких приборов, которые были обычны в коридорах земных кораблей. И он не встретил ни одного живого существа. Казалось, эта часть крепости была совершенно пуста.

Он искал двери. Но нигде не видел ни одной. Рас провёл вытянутыми пальцами по стене сверху вниз, но прошло некоторое время, прежде чем эта процедура увенчалась успехом. Он хотел уже отказаться от неё, но тут перед ним внезапно открылась щель, которая быстро расширилась и превратилась в отверстие трехметровой высоты и двухметровой ширины. За ним находилось помещение довольно внушительных размеров, пустое и тёмное.

Рас начал верить в свою гипотезу. Эта часть крепости действительно была покинутой. Он шагнул в помещение и обнаружил на полу слабые следы пыли. Он подумал, что через эту дверь никто не входил в помещение в течение по крайней мере двух-трех земных дней — если считать, что система кондиционирования воздуха мааков работала с такой же производительностью, как и земная. Это было странно. Атлан, впервые увидев крепость мааков в полную величину, предположил, что это корабль поколений. Раса мааков больше не жила на планетах. Малыш там, внизу, на лесном уровне, подтвердил теорию Атлана. Он вместе со своими родственниками жил в лесу, как он сам сказал. Сколько же поколений мааков жили таким образом? Тем удивительнее было то, что часть уровня была эвакуирована. Уменьшилось число мааков? Или раса, вследствие неестественного образа жизни, начала вымирать? Или война так уменьшила количество населения, что жилые помещения крепости больше не использовались?

Рас этого не знал. Проблема была интересной, и множество людей в земном флоте провели бы не один год, решая её. Но у Раса не было времени беспокоиться об этом. В этой части крепости он не найдёт того, что ищет. Он телепортировался обратно, к месту встречи.

Гукки и Тако вернулись раньше него. Гукки оказался посреди машинного зала, в котором царила оживлённая деятельность, и тотчас же вернулся обратно. Эти машины, несомненно, не были генераторами, и зал этот был совсем не там, где Рас мог бы заложить бомбу. Тако телепортировался с несколько меньшим возбуждением. Его прыжок привёл его в ту часть корабля, которая была так же пуста и покинута, как и та, в которой оказался Рас. Тако нашёл больше дверей, чем Рас, и он осмотрел три различных помещения. Все три были одинаковыми. Освещение было выключено, а на полу скопилась пыль. Тако тоже не нашёл этому никакого объяснения.

Рас решил, что они должны телепортироваться только в том направлении, куда телепортировался Гукки. Оно было наиболее перспективным. Его успокаивало то, что внутри крепости, как и прежде, было тихо. Итак, их вторжение все ещё не было замечено. Или малыш все ещё не вернулся к своим родственникам, или они ему не поверили. Поэтому мутанты не стали спешить.

Теперь все они прыгнули в одном направлении, но Рас определил для каждого разное расстояние, чтобы они не материализовы-вались по двое в одном и том же месте. Гукки получил задание прыгнуть ещё на километр вперёд в обнаруженный им машинный зал. Тако Какута должен был телепортироваться на два километра дальше Гукки, а сам Рас намеревался продвинуться на два километра дальше, чем Тако.

Сразу же после прыжка Рас понял, что на этот раз ему повезло больше. Он оказался в довольно неудобном положении в тесной тёмной штольне, в которой бушевала буря, пронизанная желтоватым чадом. Но он почувствовал сильную вибрацию мощных машин, находящихся где-то поблизости. Штольня была настолько узка, что он едва мог в неё протиснуться. Ураган дул ему навстречу. Перед ним накапливался мутный воздух, пытаясь оттеснить его назад. Он отталкивался коленями, и каждый сантиметр стоил ему таких же усилий, как десятиминутная ходьба на Земле.

Ураган, как установил Рас, дул снизу. И по мере приближения вибрация становилась все сильнее. Внешние микрофоны доносили глухой грохот и удары. Наконец он увидел впереди нечто вроде решётки. Перед ней он остановился. Затем протянул руку, но едва она миновала край решётки, как он ощутил снизу сильный удар, и руку подбросило вверх. Он понял, что материализовался в вентиляционной шахте. О более благоприятном месте не мог и мечтать. Через решётку он мог заглянуть далеко вниз, и пока он оставался в шахте, ни один маак не мог неожиданно появиться у него на пути. Он с некоторыми усилиями перебрался на другую сторону решётки. Что за механизмы могли использовать мааки, чтобы засасывать воздух в шахту? Они были намного более производительными, чем самые мощные насосы землян.

На другой стороне условия были гораздо лучше. Буря здесь была не такой сильной. Рас старался не высовывать голову слишком далеко за край решётки. Сила ветра тут была вполне достаточной, чтобы сломать ему шею.

Под собой, на глубине около сорока метров, он увидел длинные ряды огромных незнакомых машин. Стены зала находились вне поля зрения. Он видел площадь примерно в шесть тысяч квадратных метров. По интенсивности вибрации можно было понять, что помещение там, внизу, должно было быть намного больше.

Машины были ему совершенно не знакомы. Он не видел никаких движущихся частей. Все было скрыто под расположенными ровными рядами кожухами из серого материала, похожего на металл. Кожухи были похожи друг на друга как две капли воды, и все это напомнило Расу Чубаю старый полигон, на котором солдаты рядами выстроили грузовики одного и того же типа. При небольшой фантазии эти машины действительно можно было принять за закованные в металл грузовики.

Нигде не было видно ни одного живого существа. Желтоватый чад, который Рас видел в вентиляционной шахте, казалось, поднимался от машин, и в воздухе зала висела тонкая туманная дымка. Расу пришло в голову, что этот желтоватый газ мог быть для мааков ядовитым, и поэтому машины там, внизу, работали полностью автоматически. Что это могут быть за машины, которые вырабатывают ядовитый газ и гремят как древние токарные станки? Рас был уверен, что среди продуктов технологии мааков, которые он видел до сих пор, не было ничего, напоминающего эти машины.

Это значило, что он не нашёл того, что искал. Генераторы, производящие зеленое защитное поле, он сразу же узнал бы. Но его одолело любопытство. Он хотел знать, для чего служат эти машины. Он подумал, не стоит ли ему телепортироваться вниз и посмотреть на эти установки вблизи.

Тут к стуку и грохоту примешался новый своеобразный звук. Казалось, кто-то тяжёлым пестом ударил в гигантский гонг. Низкое гудение за долю секунды поднялось до вызывающей боль громкости, которая, казалось, заставляла череп резонировать. Перед глазами у него все поплыло. Потом гул стих, но спустя три или четыре секунды появился снова. Рас выключил внешние микрофоны, опасаясь, что его барабанные перепонки могут лопнуть. Он не имел никакого представления, что означает этот новый звук. Звук казался ему угрожающим. Может быть, он возникал при выстрелах вражеских орудий или при попадании в защитное поле?

В машинном зале внезапно возникло движение. Рас осторожно отодвинулся от края решётки и посмотрел наискось вниз. Колонна тяжело вооружённых, одетых в скафандры мааков двигалась в проходах между машинами.

Тревога!..

Была только одна-единственная причина, по которой группа вооружённых мааков могла по сигналу тревоги обыскивать машинный зал.

Присутствие трех мутантов было обнаружено. «Малыш, — сердито подумал Рас. — Значит, кое-кто ему поверил».

Он должен вернуться назад. Может быть, Гукки или Тако находятся в опасности. Он не знал точно, чего ему ждать от группы внизу, в зале. Почему мааки пришли именно сюда. Невозможно представить, что они знают о том, что он находится здесь. Эта мысль обеспокоила Раса, но он отбросил её побыстрее. Вероятно, они обыскивают всю крепость.

Он закрыл глаза и прыгнул обратно, на склад запасных частей. Первое, что он увидел, был Тако Какута, стоявший перед ним неестественно прямо и смотревший на него огромными пустыми глазами. Рас обернулся Позади себя наискосок он увидел бесформенную фигуру маака и бросился в сторону, под прикрытие одного из стоявших здесь механизмов, который теперь оказался между ним и его противником.

Его реакция запоздала. В прыжке его охватила волна жгучей боли, и он мгновенно потерял сознание.