После ухода лорда Эванса я уснула, едва моя голова коснулась подушки, так и не переодевшись. Отчетливо ощутив сквозь дрему на себе чей-то пронзительный взгляд, открыла глаза.

— Прости, что разбудил тебя. Хотел убедиться, что с тобой все в порядке, — виновато произнес Ингрэм, присаживаясь рядом со мной. Я села, опершись затылком и спиной о стену, согнув при этом ноги в колени.

— Если бы не ты, то не знаю, что со мной стало бы, — я вздрогнула, представив перспективы стать нежитью, Ингрэм поспешил приобнять меня за плечи, успокаивая тем самым.

— Я не мог допустить, чтобы с тобой произошло что-нибудь плохое. Тебе велел не отходить от меня, а сам…, — тяжело вздохнул адепт, а затем нежно провел тыльной стороной ладони по щеке.

— Ингрэм, ты ни в чем не виноват, даже не смей корить себя за это, — решительно заявила я. — Что он потребовал у тебя взамен за мое спасение?

— Ты многое слышала? — с грустью спросил он, я лишь молча кивнула в ответ. — Поверь, тебе не о чем беспокоиться, — произнес брюнет, гипнотизируя меня взглядом. Мое сердце стало пропускать удары, когда его лицо стало склоняться над моим.

— Только попробуй повторить тот трюк, который провернул на танцевальной площадке, — прошептала еле слышно.

— Можешь даже и не мечтать об этом, — усмехнулся адепт.

Он легонько, почти невесомо, коснулся своими губами моих, застывая на несколько мгновений, словно позволяя мне привыкнуть к себе. Я закрыла глаза, чтобы лучше понять, что чувствую в этот момент. Ингрэм крепче прижал меня к себе, позволив снести между нами барьеры.

Меня накрыло лавиной чувственности и нежности, граничащей с напором и страстью. Всё то, что осталось невысказанным между нами, перестало существовать. Весь мир вокруг перестал существовать.

С каждой секундой меня всё дальше затягивало в омут новых ощущений. Я никогда раньше не чувствовала подобного. Ни с кем.

Где-то смело, где-то нерешительно, мы изучали друг друга, словно проверяли, насколько близко сможем подойти к краю, достигнуть грани дружбы и любви, чтобы затем сломать её. Что бы ни было завтра, сейчас я точно знала, обратной дороги нет, но и искать её совсем не хотелось. Его руки скользили по моей спине, отчего по телу блуждала сладостная дрожь.

— Мне отчего-то не верилось, что я когда-нибудь смогу почувствовать вкус твоих губ, — задыхаясь произнес он, прервав поцелуй, когда обоим стало не хватать воздуха.

— Почему ты тогда поцеловал меня в щеку? — задала ему вопрос, тревоживший меня столько времени.

— Во-первых, я не мог так поступить с тобой, ведь ты была помолвлена с Говардом, а во-вторых, заметил его около площадки, когда собирался пригласить тебя на танец. Хотя не представляешь даже, сколько раз потом пожалел, что не сделал этого тогда. Возможно, не пришлось бы столько ждать, — произнес Ингрэм, снова заключая мои губы в сладостный плен на этот раз более решительно.

— Почему твой отец сказал, что ты не можешь поделиться со мной жизненными силами? — немногим позже спросила у него, положив голову на мускулистую грудь, тем временем как его рука покоилась у меня на талии и крепко прижимала к его телу.

— Во мне есть доля Тьмы, Эми. Хоть она и мизерная, но все же мои силы могут убить тебя, — пояснил адепт. — Сегодня я пожалел, наверное, в тысячный раз о том, что поддался влиянию отца и согласился на тот ритуал.

— Кто такие аркофаги? — озвучила следующий свой вопрос.

— Эми, я тебе поражаюсь. Неужели тебе и вправду интересно говорить о нежити в третьем часу ночи? Однозначно переносим о них разговор на завтра, у меня в планах украсть у тебя, как минимум еще пару поцелуев, — он не позволил мне что-либо возразить, а накрыл мои губы своими.

Спустя некоторое время Ингрэм все же оставил меня одну, пожелав на прощание сладких снов и пообещав, что завтра вечером непременно заглянет в гости. Он ушел, несмотря на пожар, который разожгли в нас поцелуи. Я продолжала сидеть на кровати с глупой улыбкой на лице, чувствуя себя как-никогда счастливой, и надеялась, что зарождавшиеся между нами отношения продлятся намного дольше, нежели предыдущие.

Часы показывали начало одиннадцатого, когда я все же соизволила открыть глаза. На мне по-прежнему была надета та же одежда, в которой вчера вечером отправилась на посвящение. Слова Винсента о возможности введения комендантского часа прочно засели у меня в голове. Это могло произойти только в случае какой-то угрозы для адептов. Едва я приняла душ, не успев даже толком высушить волосы, как в дверь раздался настойчивый стук. Хорошо хоть успела одеться. За то непродолжительное время, что я училась в академии и жила в общежитии, успела выучить, у кого была такая манера давать о себе знать — у лорда Эванса.

— Доброе утро, Эмилия, — произнес ректор, стоило мне открыть дверь. — Как себя чувствуешь? — прозвучал следующий вопрос после того, как поприветствовала его в ответ и пригласила войти.

— Спасибо, все хорошо, — проговорила, сама же тем временем рассматривала его лицо. У меня сложилось впечатление, что этой ночью он не ложился и вовсе. — Кофе? — гостеприимно предложила.

— Было бы очень кстати, — отозвался он уставшим голосом, присаживаясь за стол.

— Что-то случилось? — словно невзначай поинтересовалась, заваривая две кружки ароматного бодрящего напитка.

— Пока еще нет, — задумчиво произнес Винсент. В этот момент мне стало его жаль, ведь на него также выпало в последнее время немало испытаний. — Эмилия, на этой неделе я собираюсь перевести тебя на другой факультет, — его слова заставили меня удивиться.

— Так еще ж не закончилось расследование, — недоуменно произнесла, сделав глоток кофе.

— Ничего, пусть попробует кто-нибудь хоть слово сказать по этому поводу, — он был настроен решительно. С одной стороны, я радовалась тому, что мне не придется больше смотреть на покойников, которых нам периодически показывали на практических занятиях и бегать за нежитью, с другой, не хотела расставаться с Ингрэмом. Ведь мы только вышли на новый уровень взаимоотношений.

Я не стала возражать, посчитав, что перейти на алхимический факультет все же будет правильным решением для меня. Винсент посидел недолго, около четверти часа, выпил ещё одну чашку кофе, после чего, окинув меня пристальным взглядом, словно оценивая внешний вид, удалился.

Практически вслед за ректором ко мне пожаловала Берта.

— Только не говори, что ты снова вляпалась в какую-нибудь историю, — негодующе произнесла подруга, едва вошла в комнату.

— С чего ты взяла? — возмутилась ее словами.

— Вот не стал бы наш ректор просто так появляться утром в субботу у адептки, которая нынче не приходится ему даже будущей невесткой, — привела неоспоримые доводы. — Рассказывай, что случилось, — она опустилась на стул, на котором буквально пару минут назад сидел Винсент.

Меня распирало от желания поделиться с ней событиями как прошлого вечера, так и ночи. То краснея, то бледнея, я все же поведала ей все, что со мной произошло, предварительно взяв с нее обещание, чтобы держала рот на замке. Стоило ей услышать о том, что Ингрэм поцеловал меня, как она радостно закричала на всю комнату, а затем бросилась обниматься.

— Я так за вас счастлива! — не унималась подруга.

— Я тоже, — ответила ей, отведя в сторону глаза.

— Как-то это не очень весело прозвучало, — озадаченно проговорила Берта. — Что не так?

— Архимаг Андерсон потребовал что-то от Ингрэма взамен за мое спасение, — я печально вздохнула. — Скорее всего, проведение еще одного ритуала по принятию Тьмы. И это мне совершенно не нравится.

— Что будешь делать? — участливо спросила соседка.

— Пока не знаю. До следующей субботы у меня есть еще время подумать, но закрывать глаза и смотреть, как из Ингрэма его же отец делает нежить, однозначно не собираюсь, — я была настроена решительно.

— Даже не сомневаюсь, что ты что-нибудь придумаешь, — заверила меня девушка.

Когда она ушла, мне захотелось приготовить свое фирменное печенье, желая угостить им адепта, который непременно заглянет ко мне вечером. Однако он появился неожиданно, сомкнув руки на животе, в тот момент, когда я замешивала тесто.

— Ты меня напугал, — немного обиженно произнесла.

— Прости, но мне так захотелось тебя обнять, что я решил воспользоваться ситуацией, — тихонько проговорил он на ушко.

— Я не ждала тебя так рано, — честно призналась ему.

— Не смог дождаться вечера, — близость его тела не позволяла мне сконцентрироваться на работе.

— Ты меня отвлекаешь, — выпалила я, повернувшись к нему лицом. У него на губах играла обворожительная улыбка, перед которой невозможно было устоять.

— Исчезну, только если ты меня поцелуешь, — ответил Ингрэм, немного подумав.

— Это чистой воды шантаж, — сделала вид, что обиделась, надув щеки.

— Совершенно с тобой согласен, — прошептал адепт, уже склоняясь к моим губам.

Несмотря на то, что руки были в муке, я все же поддалась искушению и крепко обняла его за шею, прикрыв при этом глаза. Едва сомкнулись наши губы в поцелуе, как услышала чьи-то неторопливые шаги, приближавшиеся в сторону кухни. Я резко от него отпрянула, а затем повернулась спиной. Мои щеки полыхали от смущения. Мне казалось, что Ингрэм исчезнет, но он продолжал стоять позади меня.

— Ингрэм, почему ты заявил как-то раз, что Марлена не в твоем вкусе. Что ты имел ввиду? К чему это было сказано? — спросила у него, когда так никто и не потревожил наше единение.

— И запомнилось же тебе такое, — усмехнулся адепт.

— Не хочешь, не отвечай!

— Только не говори, что ты приревновала меня к пропавшей преподавательнице, — прошептал он на ухо.

— Еще чего! — возмутилась его словами.

— Даже помечтать не даешь, — наигранно вздохнул Ингрэм. — Я попробую тебе объяснить, но не знаю, получится ли у меня это. Тьма, поселяясь внутри, позволяет взглянуть на многие вещи, на людей под другим углом. Вот так и произошло с Марленой. Едва я ее увидел, как на мгновение она мне показалась совершенно другой, присмотревшись, ничего больше не заметил.

— Что это может значить? — я резко обернулась к нему, чувствуя, как мои глаза расширились от удивления.

— Даже не представляю, — сперва адепт пожал плечами, а затем внезапно притянул к себе, крепко прижимая к своему сильному телу, и принялся страстно целовать, не позволяя мне опомниться, словно думал, что я стану сопротивляться. Вот только мне и самой не терпелось остаться с ним наедине, вдохнуть запах его парфюма, прижаться щекой к мускулистой груди… — До вечера, — прошептал Ингрэм, первым прервав поцелуй, а после исчез. Я разочарованно вздохнула и принялась дальше за тесто, размышляя над его словами о магистре Аскендаре.

Когда часы показывали половину шестого, в дверь раздался долгожданный стук. Я буквально сорвалась с места, чтобы открыть ее. Едва встретилась с черными глазами, как попала в крепкие мужские объятия.

— Ты не представляешь, насколько я по тебе соскучился, — пылко проговорил Ингрэм мне в губы.

— И я, — прошептала в ответ, и мы принялись друг другу доказывать силу своей тоски, вкладывая ее в поцелуи. — Так ты мне расскажешь все-таки, кто такие аркофаги? — спросила намного позже, когда мы вдоволь нацеловались и обнявшись сидели на кровати.

— Это вид нежити, насколько уже знаешь. Они появляются из Тьмы по двум причинам: либо некромант совершает ритуал по ее призыву, либо Тьма сама ее выбрасывает на свет, когда совершается подношение, — немного скривившись ответил он.

— Какое подношение? — еле слышно прошептала, подозревая самое худшее.

— Эми, не забивай, пожалуйста, этим свою голову, — я заметила, что эта тема ему была не очень-то и приятна.

— Наверное, они неспроста переживают за эту книгу, — пробубнила себе под нос.

— О чем ты? — нахмурился адепт.

— Да я о той книге, что нашла в книгохранилище, — понизила голос до шепота.

— А теперь поподробнее, — пристально он посмотрел на меня.

Я решила ничего от него не утаивать и рассказать все с самого начала, когда обнаружила старинный фолиант, спрятанный подальше от посторонних глаз. Ингрэм внимательно слушал, иногда прерывал меня, чтобы задать какой-то уточняющий вопрос, но в основном молчал. Когда я закончила свое повествование, адепт встал с кровати и принялся мерить комнату шагами, периодически взъерошивая волосы.

— Что ты обо всем этом думаешь? — подошла к нему и осмелилась обнять, он тут же сомкнул руки у меня за спиной.

— Не к добру это все, — тяжело вздохнул брюнет.

— То есть хочешь сказать, что нежить и книга, которую украли, как-то связаны между собой? — уточнила у него.

— Скорее всего, — решительно заявил он.

— Думаешь, одной нежитью дело не закончится? — по спине прошел едва ощутимый холодок, стоило мне вспомнить про порождение Тьмы.

— Смотря какие преследуется цели, — ответил он, прижав меня к себе покрепче. Мой очередной вопрос на эту тему так и не прозвучал, поскольку услышала грозные ругательства Берты, адресованные Мартину.

— Ты не накрывал нас пологом тишины? — немного удивилась я.

— Нам разве стоит продолжать от кого-то прятаться? — на его лице на мгновение появилась грусть, а в теле появилось напряжение.

— Конечно же, нет. Просто я привыкла к тому, что когда ты рядом, обычно тихо, — пояснила ему и почувствовала, как он расслабился.

— И часто у них такие перепалки?

— При мне это третий случай за месяц, — произнесла, немного поразмыслив.

— Странно, я думал, он уже давно с ней объяснился, — проговорил Ингрэм после затянувшейся паузы.

— О чем?

— О том, что Берта ему нравится, — у меня от удивления едва челюсть не отвисла после его слов.

— Откуда тебе это известно? Он сам в этом признался? — выпалила один вопрос за другим.

— И не только мне, — вот это был поворот событий.

— Где и как давно это произошло? — я не отстану от него, пока не выведаю всю информацию.

— В трактире, в первый же учебный день, — он понял, что сболтнул лишнего.

— В том, что подрались Говард с Мартином? — Ингрэм молча кивнул в ответ. — Значит, и ты там был? И каким же попутным ветром тебя туда занесло?

— Там много кто был, — произнес он спокойно.

— Ты знаешь из-за чего они подрались? — не унималась я.

— Да, — коротко ответил адепт.

— Поделишься? — спросила, а сама приготовилась услышать от него эту историю.

— Разве у меня есть выбор? — усмехнулся он, осознав, что ему придется выложить все, как на духу. — Говард принялся жаловаться, что волею судьбы в академию зачислили его невесту, и разгульной жизни все-таки настал конец. Мартин же в свою очередь признался, что устал гоняться за Бертой и решил переключить все свое внимание на хорошенькую некромантку. Твой бывший жених закричал, чтобы тот не смел к ней даже подходить, на что получил дерзкий ответ. Позже, когда они разукрасили друг другу лица, и выяснилось, кем приходилась эта милая девушка Говарду, все же успокоились.

— Ингрэм, почему ты тогда сел ко мне за парту? — тихо спросила, боясь, что правда мне совсем не понравится. — Ты ведь уже знал, кто я.

— Эми, ты сейчас придумаешь себе кучу небылиц, — попытался образумить меня Ингрэм, но сейчас это было бесполезно.

— Похоже, день потрясений продолжается, а то вчера мне мало показалось, — пропустила его слова мимо ушей.

— Да, я знал на тот момент о твоем существовании, — я прищурила правый глаз. — Думаю, ты права. Не стоит возводить между нами барьеры. Перед тем, как произошла драка, Говард вылил на тебя кучу грязи, — в его правой руке, лежавшей на моей талии, отчетливо ощущалось напряжение.

— Что именно он обо мне сказал? Ингрэм, не молчи, — требовательно произнесла я, пока он обдумывал свои слова.

— Якобы ты помешана на своих зельях, а его, такого разнесчастного, заставляют жениться на столь ненормальной особе, — его слова разозлили меня. Ну, Говард, попадись только мне на глаза! — Конечно же, все его слова оказались ложью, как выяснилось позже. Эми, ты мне понравилась с первого взгляда, но они разожгли во мне интерес к тебе еще до нашей встречи. Во-первых, был странным тот факт, что тебя зачислили на факультет некромантии при таких связях. Мне непременно хотелось докопаться до истины. Во-вторых, твое появление в моей жизни стало тем лучом света, которого так не хватало. Ты противостояла ректору, придавая и мне сил для борьбы с моим отцом. Со временем я стал нуждаться в тебе. Мне хотелось защитить тебя ото всех, держать в своих объятиях, целовать, видеть в твоих глазах отражение и своих чувств, — по мере того, как он говорил его лицо медленно приближалось к моему.

Едва Ингрэм закончил высказываться, как накрыл мои губы своими, погружая в сладостный поцелуй, то нежный, то страстный. Он это делал долго и пылко, пока у меня не развеялись все сомнения и не стала прижиматься к нему всем телом, жарко отвечая на поцелуи. Адепт и сам стал для меня глотком воздуха, опорой, так необходимой мне. Судя по тому, что вокруг не было слышно ни звука, он все же накрыл нас пологом тишины, отрезая от внешнего мира.

— Ты не собираешься переходить на другой курс, если столько всего знаешь и умеешь? — немного позже спросила у него, приводя свои мысли в порядок после страстных объятий, от которых потеряла голову.

— Мой отец спит и видит, чтобы побыстрее это случилось. Но, до тех пор, пока ты рядом, хочу насладиться каждым мгновением, — его рука заскользила по моей спине.

— Лорд Эванс планирует меня перевести на этой неделе на алхимический факультет, — я отвела в сторону глаза, чувствуя себя виноватой.

— Это же здорово! — воскликнул брюнет.

— Ты правда так считаешь? — недоверчиво посмотрела на него.

— Конечно. Думаешь, я не вижу твоих мучений? — вопросительно поднял он бровь.

— Просто мы будем видеться гораздо реже, нежели раньше, — огорченно проговорила, не желая расставаться надолго с адептом.

— Восполним эти минуты после занятий и на выходных, — снова крепко прижал меня к себе.

— Ингрэм, давай поможем этим двоим сойтись, — мне хотелось, чтобы моя подруга была также счастлива, как и я.

— Непременно поговорю с Мартином в ближайшее время, чтобы он наконец-то нашел подход к Берте, — заверил меня Ингрэм.

Каждый час, проведенный с ним рядом, пролетал с неимоверной скоростью, и он казался всего одним мгновением. Я постепенно убеждалась, что приняла правильное решение, поддавшись уговорам своего сердца.

Меня сильно удивила в воскресенье Аурелия, зашедшая внезапно в обед в гости. Она поинтересовалась моими делами, и я принялась в красках рассказывать о том, как поступил со мной Говард, а закончила тем, что похвасталась своим предстоящим переводом на другой факультет.

— Эми, что тебя связывает с лордом Эвансом? — озадачила она меня своим вопросом.

— Ничего. Почему ты спрашиваешь меня об этом?

— Он мне нравится, и очень, — мечтательно произнесла тетя.

— Решила записаться в клуб его воздыхательниц? — усмехнулась я. — Аурелия, где твое помолвочное кольцо? — изумленно воскликнула, схватив ее за руку. Она вырвала ее и убрала под стол, удивив меня своим поведением еще больше.

— Прости, но я солгала тебе. Не было никакой помолвки, — виновато проговорила она спустя какое-то время.

— Но зачем тебе это все понадобилось? — я ничего не понимала.

— Я хотела попасть в эту городскую больницу и получить престижное место работы, — опустила она глаза, не выдержав моего пристального взгляда. — А так просто туда было не устроиться, вот я и попросила своего знакомого помочь мне. Он и придумал весь этот план. Сказал лорду Луканту, что собирается жениться, а заодно спросил, есть ли для его будущей жены хоть какая-нибудь работа. Вот так я и попала в больницу, — я молча смотрела на нее, не в силах вымолвить ни слова, пытаясь осмыслить услышанное. — Ты меня осуждаешь?

— Кто я такая, чтобы это делать? — ответила ей, совладав с двоякими чувствами, охватившими меня.

— Спасибо, — благодарно произнесла Аурелия. — Думаешь у меня есть шансы? — вернулась она снова к вопросу о ректоре.

— Даже не сомневаюсь. Твоей целеустремленности можно позавидовать, — с улыбкой проговорила.

Тетя, услышав от меня желаемое, удалилась весьма быстро. Я долго смотрела в окно, обдумывая сказанное ею. Мне непременно хотелось, чтобы эти двое также были счастливы.

Вечером, когда Ингрэм был у меня в комнате, в нее без стука ворвалась перепуганная подруга. По ее бледному лицу стало понятно, что случилось что-то плохое.

— Это просто какой-то кошмар… Никогда бы не подумала, что такое может произойти на территории академии. За что? — ошарашенно проговорила она, опускаясь на стул. Ее бессвязные фразы натолкнули меня на мысль, что то, чего так все боялись, все же свершилось.

— Берта, успокойся и расскажи, что тебя так расстроило, — строго сказала я, надеясь, что мой тон возымеет над ней действие.

— Сегодня неподалеку от академии нашли тело девушки, — еле слышно вымолвила она.

— Ничего себе… — только и смогла выдавить из себя. Мой взор метнулся к Ингрэму, явно догадывавшемуся в чем дело. Мне хотелось с ним обсудить случившееся, однако, он вскоре ушел, оставив меня наедине с Бертой, которую пришлось еще долго приводить в чувства. Больше брюнета в тот вечер я так больше не увидела.

В понедельник все учебное заведение вместе с его адептами и преподавателями во главе с лордом Эвансом стояло на ушах. Все только и делали, что шептались по углам. Смерть несчастной с каждым часом обрастала все новыми подробностями, половина которых было ложью. Как выяснилось, девушка училась на третьем курсе факультета целительства, ничем не выделяясь на фоне других адепток.

Во время большого перерыва ректор собрал всех учащихся в Большом зале, где и объявил о введении комендантского часа. Бледность лица Винсента подчеркивалась темными кругами, залегшими под глазами. Несмотря на то, что я стояла рядом с Ингрэмом не в первых рядах, он все же нашел меня взглядом, словно проверял, все ли со мной в порядке. В моей груди закрался страх, что в связи с чередой этих событий, мой перевод снова переносился на более поздний срок. После собрания я набралась смелости и направилась в кабинет к ректору, чтобы уточнить, что же мне светит в ближайшее время. Помявшись немного перед дверью, все-таки постучалась. После того, как раздался его голос, приглашавший войти, нерешительно нажала на ручку и появилась перед Винсентом, удивившемуся моему приходу.

— Эмилия, у тебя что-то случилось? — поднялся он из-за стола, едва увидел меня.

— Нет-нет, — поторопилась его заверить.

— Тогда чем вызван столь неожиданный визит? — Винсент стал напротив меня и оперся о стол.

— Скажите, пожалуйста, мой перевод на другой факультет все еще в силе? — спросила, набрав в легкие побольше воздуха.

— Конечно. Чем вызваны твои сомнения? — его пронизывающий взгляд заставил меня потупить свой.

— Думала, что смерть девушки привлечет к нашей академии повышенное внимание, — пояснила причину своего беспокойства.

— Пока я возглавляю это учебное заведение, тебе не о чем волноваться, — ровным голосом произнес Винсент.

— Что значит «пока»?! — воскликнула я.

— К четвергу, скорее всего, будут готовы документы на твой перевод, — проговорил он, пропустив мимо ушей мое высказывание. — Тебе стоит поторопиться, иначе можешь не успеть пообедать, — он дал понять, что на этом наш разговор окончен. Мне ничего не оставалось, кроме как покинуть его кабинет.

Хаос, царивший в академии, в связи с произошедшим, не позволял мне в полной мере насладиться своим счастьем. Ингрэм во время лекций ловил мою руку и переплетал наши пальцы, сидя при этом с невозмутимым видом, улыбаясь лишь одними уголками губ. Я смущалась, заливалась румянцем, однако, не убирала руку, позволяя ему и дальше ее удерживать в своей широкой ладони.

После занятий, едва успела переодеться, как в гости пришла Люсинда, которую никоим образом не ожидала увидеть на пороге своей комнаты, открыв дверь на нерешительный стук.

— С тобой можно поговорить? — смущенно проговорила девушка, поприветствовав меня.

— Конечно, — ответила, задаваясь мысленно вопросом: «Что ее могло привести ко мне?»

— Эмилия, я понимаю, что не вправе просить тебя о таком, но… — она замялась, — не знаю, что мне и делать.

— Я не понимаю, о чем ты?

— Ингрэм… — сказала всего одно слово.

— Что с ним? — занервничала я, услышав имя адепта, заставлявшего учащенно биться мое сердце.

— Отец каким-то образом уговорил его на следующий ритуал. Я знаю, что он рассказал тебе о них. Прошу, переубеди его. Только тебе теперь это под силу, — со слезами на глазах выпалила Люсинда. Внутри все задрожало, когда пришло осознание, что я стала причиной такого резкого поворота событий в жизни Ингрэма. — Он не остановится до тех пор, пока не сделает из моего брата свою точную копию. Я села на край кровати, обдумывая, что же лучше всего придумать в такой ситуации. — Я понимаю, что сама во всем виновата, но не могу ничего изменить, да и он меня не послушается.

— Он говорил, что заступился за тебя, — отозвалась, продолжая размышлять.

— Если бы не Ингрэм, не знаю, что бы со мной стало. Наверное, покончила бы с жизнью, но не вышла бы замуж за такого, как мой отец… — с содроганием произнесла она.

— За что он решил так тебя наказать? — еле слышно прошептала, пытаясь справиться со страхом, охватившим меня, представив себя на ее месте.

— Он тебе так ничего и не рассказал? — с удивлением спросила девушка, на что я лишь отрицательно покачала головой. — Наша мать умерла, когда мне было одиннадцать лет, и мой брат взял на себя всю заботу обо мне. Ингрэм всегда оберегал меня ото всех проблем и невзгод, стойко выдерживая давление отца, но в один день все же сдался. Он предлагал мне уйти вместе с ним, но я не согласилась, посчитав, что и сама в состоянии справиться с отцом, не проявлявшего ко мне никакого интереса. Да и не это стало причиной, если говорить честно. На тот момент я безумно влюбилась в парня, живущего по соседству с нашим домом, и не готова была с ним расстаться. Когда он предложил мне бежать, я не раздумывала ни одной секунды, вот только не знала, что у него имелись на то свои интересы. Любовью там и не пахло. Едва архимаг Андерсон узнал о моем побеге, как спустил всех своих собак на поиски непутевой дочери. У них ушло на это всего пару часов. Вот тогда отец и поставил меня перед выбором, вернее, Ингрэма: или он поступает в академию, или же меня выдают замуж за одного из некроманта, мало чем отличавшегося от моего родителя. Мне ничего не оставалось делать, кроме как обратиться к брату за помощью, — она нервно накручивала локон, по мере того, как рассказывала о том, что привело адепта в учебное заведение.

— Я сделаю все, что смогу, лишь бы этого не допустить, — нашла в себе мужество вымолвить.

Она ушла после того, как несколько раз выразила мне свою признательность. Едва я осталась одна, как уронила лицо в ладони, осознав, с каким монстром мне придется скоро встретиться. Несмотря на все свои страхи, я собиралась сдержать свое обещание, чего бы мне это не стоило, но сломать жизнь адепта по моей же вине, не могла позволить.