— Теперь мы можем доказать, что Руди оставил Фиби Картер в «Доме грез», — обратилась Линдси к Тору. — Полиции придется отпустить его.

Они завезли домой Лейфа, и теперь Тор провожал ее, чтобы затем вернуться в свою городскую квартиру возле Грин-парка.

— В полиции скажут, что он подождал Фиби за углом и прикончил ее, когда она вышла из «Дома грез».

— И почему они так уверены в том, что это был Руди? — вздохнула Линдси.

Тор пристально взглянул ей в глаза и негромко произнес:

— Ваш брат — наследник титула барона. У него есть власть, деньги и положение в обществе. Мне кажется, констебль Бертрам находит удовольствие в том, чтобы прижать к своему пальцу такого человека, как ваш брат.

— Вы хотели сказать «прижать к ногтю»?

— Вот именно, — недовольно буркнул Тор. — Вам лучше знать. Вы тоже умеете обводить мужчин вокруг ногтя.

— То есть вокруг пальца?

Тор хотел было сказать что-то сердитое по поводу тонкостей английского языка, но Линдси опередила его, заметив с улыбкой:

— Ничего страшного, не обращайте внимания. Спасибо за помощь.

Тор откинулся на бархатную спинку сиденья и недовольно произнес:

— У нас все еще мало информации…

— Да, я знаю.

— В следующий раз мы поедем пораньше, чтобы поговорить с соседками Фиби по квартире, прежде чем они отправятся на работу.

— А как они работают? Они же не живут в заведении вроде «Красной двери» мадам Фортье. Как же они находят клиентов?

Тор резко выпрямился, едва не коснувшись головой крыши экипажа.

— Вообще-то это не тема для разговора с приличной женщиной.

— Я выгляжу сейчас как шлюха, — улыбнулась Линдси. — К тому же мы только что побывали в наркопритоне. Не кажется ли вам, что уже поздно говорить о приличиях?

— Порой вы просто выводите меня из себя, — вздохнул Тор.

Она оставила его слова без ответа. Потом, машинально расправляя складки атласного платья, негромко сказала:

— В прошлый раз, когда вы провожали меня домой, вы поцеловали меня… Вам понравилось?

— Это тоже не подлежит обсуждению! — резко ответил Тор, сердито взглянув на нее.

— Так понравилось или нет?

Тор с едва слышным стоном сжал зубы.

— Да, ваши уста сладкие, как мед, и шелковистые, словно лепестки розы. Вы удовлетворены ответом?

— Просто я… я хотела… я много об этом думала… мне кажется, вы должны еще раз поцеловать меня.

Тор внимательно посмотрел ей в глаза и бесстрастно ответил:

— Нет.

— Почему?

Он раздосадовано вздохнул:

— Потому что вы незамужняя девица, Линдси. Я готов вас защищать, но я же не святой. Если я вас поцелую, мне захочется чего-то большего. — Он прикрыл полой сюртука свои бедра. — Собственно говоря, мне уже хочется большего, хотя я даже не прикоснулся к вам.

Линдси внутренне возликовала. Он хочет ее! Он разделяет ее тайные желания!

Она вспомнила их первый удивительно чувственный поцелуй, притихла на несколько мгновений и… решилась. Ее тетушка считала, что женщина может наравне с мужчиной наслаждаться свободой действий при условии соблюдения мер конспирации и предосторожности. Линдси не была готова к браку и рассматривала его скорее как сделку, основанную на трезвом расчете, а не на страсти. Ее родители настоятельно рекомендовали ей выбрать себе пару сообразно их сословию и материальному благополучию, поэтому муж представлялся ей скорее компаньоном, чем любовником.

А значит, может случиться так, что она никогда в жизни не узнает, что такое подлинная страсть и любовь к мужчине.

— Мне трудно даже представить себе, что вы обо мне подумаете, но должна сказать вам, что я… я не девица.

— Что?!

Приблизительно такой реакции Линдси и ожидала. Когда Тор узнает правду, это может вызвать в нем отвращение к ней. Он может подумать, что она из той же породы, что и те женщины, которые работают в заведении мадам Фортье. Да, это был рискованный поступок с ее стороны.

— Мне было шестнадцать, когда я стала женщиной. Я думала, что полюбила… к тому же мне было любопытно узнать… В общем, в один прекрасный день я позволила моему предполагаемому жениху сделать со мной то, что он хотел. Все произошло за считанные минуты и очень разочаровало меня. Больше этого не было никогда.

— Этот человек украл вашу девственность. Назовите его имя, и я убью его!

— Нет-нет, не надо его убивать, — поспешно возразила Линдси, скрывая улыбку. — Он не виноват, я сама спровоцировала его и позволила делать все, что он хотел. Я знаю, это ужасно глупо, но в тот момент я думала, что люблю его.

— Он должен был жениться на вас.

— Он просил моей руки, но я отказала ему. Я была еще слишком молода. К тому же поняла, что не хочу такого мужа, как он.

Немного помолчав, Тор спросил:

— Зачем вы мне все это рассказываете?

— Чтобы вы не думали, будто обесчестите меня, если мы с вами займемся любовью. — Она неуверенно взглянула на него из-под опущенных ресниц. — Если, конечно, вы этого хотите. То есть я хочу сказать, вы вовсе не обязаны это делать… Просто мне показалось, что нас одинаково тянет друг к другу, и я подумала, может, вы бы хотели…

— Остановитесь! Ни слова больше.

— Но…

— Ни слова!

Линдси опустила глаза. Тор был сердит. Она сделала что-то не так. Возможно, оскорбила его своими предположениями или же и вовсе неправильно истолковала его поведение. Линдси прикусила губу. Теперь, когда Тор знает о ней правду, ему, наверное, уже не захочется помогать ей. Завтра Лейф уезжает из города по делам, значит, ее помощником может быть лишь Элиас, защитник из которого не очень-то хороший.

Она взглянула на Тора:

— Извините, я не хотела обидеть вас. Просто я… я подумала… я мало понимаю в искусстве любви… то есть это случилось со мной лишь однажды. Я подумала, что с вами все будет иначе, и…

— Линдси, дорогая, — неожиданно мягко произнес Тор. — Вы просто убиваете меня.

Она непонимающе посмотрела на него.

— Больше всего на свете я хочу заняться любовью с вами. Но вы подруга Кристы, вы леди, хотите вы того или нет.

У Линдси перехватило дыхание, в горле стоял комок.

— Даже леди имеют свои потребности, Тор. — Она отвернулась. — Иногда мне бывает очень одиноко. Моих родителей никогда нет дома, Руди целыми днями гуляет где-то со своими друзьями. Остается только тетушка… Порой я лежу ночью в постели без сна, и меня охватывает такая тоска по любви и ласке… Мне так хочется, чтобы рядом был кто-нибудь любящий меня, заботящийся обо мне…

Ее глаза внезапно наполнились слезами. Линдси принялась лихорадочно искать в ридикюле свой носовой платок, и тут широкая ладонь Тора ласково коснулась ее щеки. Потом он склонился к ней и нежно поцеловал.

— Вы слишком прекрасны, чтобы быть одинокой. Мне так больно и обидно за вас…

Линдси обняла его за шею одной рукой и потянулась к его губам. Помедлив секунду в нерешительности, Тор прильнул к ее губам в жарком страстном поцелуе, не оставлявшем никаких сомнений в его горячем желании обладать ею. Тело Линдси обмякло в его объятиях и стало словно таять в любовном томлении. Где-то в самом низу ее живота пульсировала кровь, и от этого по всему телу расходились горячие волны возбуждения.

— О, Тор… — едва слышно выдохнула она, раскрывая губы навстречу его нетерпеливому ищущему языку.

Таких ощущений ей не приходилось испытывать никогда. В ней пылало пламя страсти, никем прежде не разжигавшееся. Линдси нестерпимо хотелось прижаться к обнаженному телу Тора, почувствовать живое тепло его смуглой кожи, тяжесть его мощного тела, принадлежать ему… Сила желания испугала ее.

Тор стал осыпать ее шею нежными поцелуями, потом ласково коснулся мочки уха.

— Я никогда не обижу вас, — тихо пробормотал он. — Никогда…

Он целовал ее снова и снова, и Линдси не могла больше думать ни о чем, кроме Тора, его губ, его рук…

Он склонил голову к декольте ее платья и прильнул губами к упругим белоснежным полукружиям, восторженно шепча:

— Боже, какая прелесть… какая прелесть… Когда я ночью закрываю глаза, то вспоминаю ваше дивное обнаженное тело, которое я увидел в ту ночь возле «Голубой луны»… С тех пор мне так хотелось прикоснуться к нему…

Платье, сшитое для «ночной бабочки», очень легко снижалось, и Тор с удивительной ловкостью расстегнул лиф. Его нетерпеливые руки скользнули по плечам Линдси и нежно сжали ее грудь. Потом он склонил голову и стал ласкать розовые затвердевшие соски губами и языком.

Застонав от невыносимо приятного ощущения, Линдси запустила пальцы в его густые кудри. Боже милостивый! Ее охватил жар, в висках стучала кровь. Ей хотелось распахнуть рубашку Тора и прижаться губами к его смуглой коже. Это желание было настолько острым, что у нее задрожали руки.

— Top…

Она даже не заметила, что экипаж уже остановился и ловкие руки Тора снова застегивали на ней платье.

— Линдси, мы с вами оба знаем, что это невозможно. Но когда вы сегодня ляжете спать, вспомните, что есть на свете мужчина, который сгорает от страсти к вам, и вам будет не так одиноко.

Ее взор затуманили слезы.

— Тор, но…

— Обещайте, что вспомните обо мне.

— Конечно, вспомню, — с трудом выдавила она сквозь подступившие слезы.

Не задержавшись больше ни на секунду, Тор вышел из экипажа и помог выйти Линдси.

Она глубоко вдохнула, чтобы прийти в себя и немного успокоиться. Сердце бешено колотилось, прохладный ночной воздух приятно освежал пылавшее лицо. Где-то в темноте сада ухнула сова.

— Завтра… завтра вы придете в редакцию?

— Нет, я буду работать на пристани.

Тем лучше, постаралась убедить себя Линдси. Она выпрямилась и усилием воли отогнала от себя мысли о Торе. Ей нужно найти настоящего убийцу и спасти брата от позора, а то и от смерти.

— Следует поговорить с соседками Фиби и выяснить, не встречалась ли она с кем-нибудь, помимо Руди. Завтра я должна быть на балу, а вот послезавтра… Вы согласны поехать со мной к соседкам Фиби послезавтра вечером?

— Нам не следует бывать вместе, Линдси. Если бы я не пообещал помогать вам…

— Но вы пообещали!

— И теперь должен держать свое слово, — вздохнул Тор. — Лейф одолжил мне экипаж на время своего отсутствия в Лондоне. Я заеду за вами в воскресенье в шесть часов вечера. Подруги Фиби должны быть в это время дома.

— Встретимся в переулке?

— Да. И было бы лучше, если бы ваши соседи не видели нас вдвоем.

— Мне снова надеть оранжевое платье?

Едва заметная улыбка тронула его губы.

— Это платье имеет свои плюсы. Оно позволяет мне откровенно прикасаться к вам, но поскольку я не собираюсь больше целовать вашу прелестную грудь, думаю, вам стоит надеть что-нибудь другое.

Сердце Линдси болезненно сжалось. Она вспыхнула:

— Хорошо… пусть будет так! Увидимся в воскресенье вечером.

Повернувшись, Линдси направилась к садовой калитке. Внутри у нее все дрожало, и пульсировало. Тор решил, что им нельзя быть любовниками.

Однако если Линдси очень хотела чего-то добиться, она умела быть чрезвычайно упорной и целеустремленной.

Лейф поднялся из-за стола, у его ног стоял саквояж. Из окна его кабинета в компании «Валгалла шиппинг» было видно, как покачивался на волнах у пристани «Морской дракон». Лейф был полностью готов к недельному путешествию на север с целью поиска новых портов для расширения сотрудничества.

Неожиданно раздался негромкий стук, и дверь в кабинет распахнулась. На пороге стоял Тор.

— Знаю, тебе сейчас не до меня, но я очень тебя прошу уделить мне несколько минут до отъезда.

— Заходи, для тебя у меня всегда найдется время.

Тор выглядел расстроенным и озабоченным, что было весьма нехарактерно для него. Таким его Лейф видел очень редко.

— Похоже, разговор пойдет о Линдси. Я прав?

— Да, но как ты догадался?

Лейф снова сел за стол, а Тор устроился в кресле напротив.

— Ну, ты ведь мой брат, это во-первых. А во-вторых, ты редко бываешь расстроенным, а Линдси — тот человек, который может тебя вывести из равновесия.

— Она хочет, чтобы мы с ней стали любовниками.

— Что?! — едва не подпрыгнул от изумления Лейф.

— Я не знаю, как тебе это объяснить…

— Придется постараться.

— Обещай, что не расскажешь об этом Кристе.

— Ты мой брат, и я никому ничего не расскажу. Ты же знаешь меня.

Тор мрачно вздохнул и, помедлив, сказал:

— Она одинока, ей нужен мужчина. Женщина должна быть замужем, растить детей, а она вместо этого работает в издательстве и спит в холодной постели.

— Есть женщины, которые работают и в то же время имеют семью, как Криста, например. Я к этому уже привык, и ты привыкнешь.

— Ты говоришь так, словно мы с Линдси женаты, — вскинул голову Тор.

— Она твоя судьба, разве не так? Или ты все еще пытаешься обмануть самого себя?

Тор отвел взгляд.

— Признаться, она заводит меня, как никакая другая женщина. Но я всегда искал иную жену — мягкую и покорную, без мужских качеств. Вы с Кристой отлично подходили друг другу с самого начала. А мы с Линдси совсем разные люди.

— Возможно, тебе это только кажется.

— Не думаю. Я волнуюсь за нее, беспокоюсь о ее безопасности. Ночью мечтаю только о ней. Но даже если боги предназначили ее мне в жены, это вовсе не значит, что так оно и будет. Ее родители никогда не согласятся на наш брак. У меня совсем маленький доход, нет ни титула; ни положения в обществе…

— У тебя есть доля в капитале «Валгалла шиппинг», размер которой гораздо больше, чем ты думаешь. Ты копил деньги и вкладывал их в ценные бумаги. Принадлежащие тебе акции железнодорожной компании «Эй энд Эйч» стоят приличных денег.

— Да, эти акции растут в цене, — кивнул Тор. — Спрос на железнодорожные перевозки постоянно увеличивается, так что это хорошее вложение финансовых средств. Но ведь дело не только в деньгах. Линдси знатного происхождения, и я…. Мне не нравится ходить в оперу, в театр, на все эти дурацкие балы… Да и Линдси никогда не согласится выйти за меня замуж, даже если я буду настолько глуп, что попрошу ее руки.

Лейф встал, обошел стол и присел на его край рядом с братом.

— Я знаю по собственному опыту, что такие вопросы обычно разрешаются сами собой. Положись на инстинкты, интуицию и здравый смысл, и все будет как надо.

— Я не могу руководствоваться здравым смыслом, когда рядом со мной такая женщина, — хмыкнул Тор. — Верх берут инстинкты.

— Кто знает, может, это и к лучшему, — улыбнулся Лейф и похлопал брата по плечу.

Казалось, Тор задумался над словами Лейфа.

А Лейф, глядя на брата, думал о том, что Тору нужна женщина, которую бы он любил и которая любила бы его. Ему нужна такая подруга, какую Лейф нашел в Кристе. Ошибка в выборе жены могла превратить его жизнь в сущий ад. Оставалось лишь надеяться, что Тор сумеет удержать свои инстинкты под контролем до тех пор, пока его будущее не прояснится.

В вечернем шелковом платье цвета морской волны и такого же цвета мягких кожаных туфельках Линдси стояла в своей комнате перед старинным французским зеркалом в наклонной раме. По принятой моде плечи ее были обнажены, и без того узкая талия затянута в корсет. Ленты из золотистого шелка эффектно украшали пышную юбку. Густые медовые локоны были убраны со лба широкой лентой из такого же золотистого шелка.

Поворачиваясь в разные стороны, Линдси разглядывала свое отражение и была им очень довольна. На мгновение она пожалела, что обольщать на балу ей придется не Тора, а лейтенанта Майкла Харви. Однако она тут же отогнала от себя такие мысли. Конечно, Тор был страстным мужчиной, способным разбудить в ней слишком долго дремавшую чувственность, но он не был джентльменом. Он мог надеть вечерний костюм, но вряд ли смог бы поддержать светскую беседу ни о чем или же ради вежливости выслушивать скучные речи.

Тор очень отличался от других мужчин своей мужественностью. Он относился к тем мужчинам, кого женщина счастлива иметь в качестве любовника, но не в качестве мужа.

Эта мысль огорчила Линдси больше, чем она ожидала. Нет, она не могла выйти замуж за такого мужчину, как Тор. Ее родители никогда не дадут на этот брак своего согласия. И правильно сделают, ведь они с Тором совсем не подходят друг другу.

В дверь осторожно постучали, и в комнату вплыла тетушка Ди, которая должна была сопровождать Линдси на бал.

— Бог мой, да ты сегодня выглядишь просто великолепно!

— Вы тоже отлично выглядите, тетушка, — улыбнулась ей Линдси.

На Дилайле было изысканного кроя шелковое бордовое платье с отделкой из темно-зеленого бархата, украшенное мелким жемчугом. Черные блестящие волосы были уложены в замысловатые завитки по обеим сторонам грациозной шеи. Дилайла была прелестна!

Однако она явно нервничала, то и дело бросая взгляды в сторону входной двери. Линдси решила, что тетушка, наверное, так принарядилась ради мужчины, сопровождавшего их на бал. То был полковник Уильям Лэнгтри, недавно вышедший в отставку.

Полковник был приятелем мужа Корри, Грея Форсайта, графа Тремейна. Грей представил полковника Дилайле незадолго до своего отъезда в свадебное путешествие с Корри. С той поры Дилайла встречала полковника несколько раз на светских мероприятиях, и всякий раз ей было чрезвычайно приятно его внимание.

— Скоро должен прийти полковник Лэнгтри, — сказала Линдси, с любопытством ожидая реакции тетушки.

Дилайла расправила несуществующую морщинку на лифе своего платья и проговорила:

— Думаю, он не опоздает. Ведь он военный!

— Принимая во внимание сложившиеся обстоятельства, очень любезно с его стороны сопровождать нас сегодня на бал, — добавила Линдси, вспомнив заголовки свежего выпуска газеты «Лондон таймс»: «Будущий барон арестован по обвинению в убийствах на Ковент-Гарден».

В статье говорилось о том, что Рудольф Грэм, старший сын барона Ренхерста, взят под стражу. Потом следовали подробности двух убийств, заявление о том, что Руди был знаком с обеими жертвами и, что его опознала свидетельница, видевшая, как он убегал с места преступления.

— После того, что напечатано в газетах, — вздохнула Линдси, — нам предстоит по меньшей мере не слишком приятный вечер. Если бы я не надеялась на разговор с лейтенантом Харви, нам бы вообще не стоило идти на этот бал.

— А ты уверена, что Харви согласится на этот разговор?

— Нет, не уверена. Ведь он так дорожит своей карьерой.

— Тогда нам придется постараться сохранить хорошую мину при плохой игре. Кроме того, важно всем показать, что мы стоим стеной за Руди. Пусть все знают, что у нас нет ни малейших сомнений в его невиновности.

— Вы правы, тетушка. К тому же мне нужен свежий материал для моих статей. В последнее время я почти не бываю на светских мероприятиях.

В прихожей послышался шум. Линдси приоткрыла дверь своей комнаты и сказала:

— Кажется, приехал полковник.

У Дилайлы загорелись глаза.

— Не будем заставлять его ждать.

С этими словами обе женщины поспешили вниз, где в прихожей действительно ожидал полковник Лэнгтри, встретивший их восхищенной улыбкой.

Это был высокий красивый мужчина с тронутыми сединой светлыми волосами и замечательными серебристыми усами.

— Как мне повезло, что именно я сопровождаю на бал сегодня двух таких прелестных женщин!

Опираясь на протянутую ей полковником руку, Дилайла сказала с улыбкой:

— И вы, полковник, выглядите сегодня как никогда превосходно.

Линдси мысленно улыбнулась, надеясь, что тетушка получит большое удовольствие от выхода в свет с полковником. Что же касается ее самой… Если ей удастся добыть необходимую информацию, то можно немного и помучиться.

Дворецкий накинул ей на плечи подбитую бархатом накидку, и Линдси направилась к двери, надеясь на помощь Майкла Харви.