Линдси плохо спала в ту ночь. Ее сны были заполнены образом Тора, воспоминаниями о том, как они с ним смеялись, разговаривали, ездили верхом, обнимались, целовались, занимались любовью…

— Пора вставать, мисс.

Она жалобно застонала, не в силах поверить, что уже наступило утро. С трудом открыв глаза, Линдси увидела свою служанку Китти, наклонившуюся над ней.

— Вы плохо себя чувствуете, мисс?

— Все в порядке, Китти, — сказала она, откидывая одеяло и медленно свешивая ноги с постели.

— Ваша матушка хочет видеть вас. Она велела немедленно вас разбудить, помочь одеться и подать утреннюю чашку горячего шоколада. После этого она будет ждать вас в Голубой гостиной.

— Она не сказала, зачем я ей понадобилась?

— Нет, мисс.

Сонно потягиваясь, Линдси подошла к кувшину с водой на туалетном столике и умылась над большой чашей. Немного придя после этого в себя, она позавтракала чашкой горячего шоколада с печеньем и надела теплое коричневое шерстяное платье, отделанное бархатом.

Спустившись в Голубую гостиную, Линдси увидела мать в розовом шелковом платье с пяльцами в руках. При появлении Линдси пяльцы были тотчас отложены в сторону.

— Доброе утро, милая!

— Доброе утро, мамочка!

— Ты хорошо спала? У тебя немного усталый вид.

— Все хорошо, мамочка.

— Выпьешь чашку чая?

— Спасибо, с удовольствием.

Леди Ренхерст в свои сорок с лишним лет все еще оставалась привлекательной стройной женщиной с густой копной чуть тронутых сединой каштановых волос. Во время последней поездки на континент она немного прибавила в весе, что, впрочем, ничуть не портило ее.

Налив ароматный чай с корицей в две фарфоровые чашки с позолоченным ободком, она поставила одну чашку с блюдцем на стол перед дочерью. Леди Ренхерст не торопилась с разговором, зато Линдси не стала тратить время попусту.

— Ты просила меня прийти. Это связано с Руди?

Взяв серебряные щипцы, она подхватила кусочек сахара и опустила его в свою чашку.

— У твоего брата большие проблемы, это правда, но я позвала тебя, дорогая моя, чтобы поговорить о тебе и твоем будущем.

Линдси ощутила тревогу. Положив в свою чашку еще один кусочек сахара, она принялась тщательно размешивать чай ложечкой до тех пор, пока сахар не растворился полностью. ~ Мать понимающе смотрела на нее.

— Я вижу, ты все еще предпочитаешь избегать этой темы. Мы с отцом, к сожалению, слишком долго позволяли тебе жить так, как тебе заблагорассудится. Пора исправить положение.

Сделав один маленький глоток чая, Линдси с недоумением проговорила:

— Я не вполне тебя понимаю, мама. Что ты имеешь в виду?

— А мне кажется, ты очень хорошо понимаешь, о чем я говорю. Но если ты и вправду не понимаешь меня, я не стану ходить вокруг да около. Тебе давным-давно пора выйти замуж. Ведь тебе уже двадцать два года. Ты и так достаточно долго наслаждалась вольной девичьей жизнью, пора подумать о будущем.

Сердце Линдси сжалось. Она не была готова к такому разговору.

— Мне нравится моя жизнь, — сказала она, — нравится моя работа, мои друзья…

— Но у тебя до сих пор нет своей семьи. Так не может продолжаться вечно. Ты же хочешь иметь семью, детей?

Если раньше Линдси не всегда могла ответить на этот вопрос утвердительно, то теперь, когда она узнала Тора, у нее появилось явное желание завести семью — мужа, детей… Перед ее мысленным взором тут же предстал Тор. Ах, если бы он мог стать ее мужем!

— Разумеется, хочу, — сдавленным голосом ответила она матери, — когда-нибудь…

— В том-то и дело, дорогая. Если ты будешь долго ждать, упустишь свое счастье. Сейчас ты в самом расцвете молодости. Пора действовать! Мы с твоим отцом обсудили этот вопрос и решили рассмотреть подходящие кандидатуры.

— Это все хорошо звучит, мама, но я пока что не получала предложений руки и сердца.

— Об этом можешь не беспокоиться, дорогая, — улыбнулась ее мать. — Мы с отцом уже нашли для тебя подходящих женихов, тебе осталось только выбрать, за кого ты хочешь выйти замуж.

Линдси стало не по себе.

— Не могу поверить своим ушам! Ты говоришь, что вы уже выбрали мне мужа?

— Да нет же! Мы только составили список кандидатов. Все они выразили свою заинтересованность в отношении брака с тобой.

«Нет, такого просто не может быть!» — пронеслось в голове Линдси.

— И сколько же их?

— Пока трое. Если никто из них тебе не понравится, мы найдем еще одного-двух, но, по правде говоря, вряд ли придется это делать. Ты будешь приятно удивлена, так сказать, качеством этих троих женихов и непременно выберешь кого-то из них в мужья.

Это было полным безумием! Линдси чувствовала себя совершенно самостоятельным человеком и не хотела, что бы мужа ей выбирали родители.

— Я очень ценю вашу заботу и благодарна за… помощь в выборе жениха, — попыталась она улыбнуться матери непослушными губами, — но, понимаешь, я еще не готова к браку.

Леди Ренхерст со звоном поставила на стол свою чашку с блюдцем.

— Кажется, ты не совсем правильно меня поняла. Ты наша дочь, и мы с отцом обязаны обеспечить твое будущее. И главное здесь — твое удачное замужество. Хотя ты никогда не злоупотребляла нашей щедростью, мы полностью лишим тебя денежного содержания, если ты откажешься выходить замуж. Больше того, мы попросим тебя покинуть наш дом и больше никогда в нем не появляться.

Линдси была потрясена услышанным.

— Я понимаю, для тебя это шок, но когда ты увидишь список женихов…

Леди Ренхерст протянула руку к лежавшему на диване листку бумаги.

— Вот имена мужчин, с которыми разговаривал твой отец. Каждый из них будет рад стать твоим мужем.

Линдси была одновременно ошеломлена и рассержена.

— Поверить не могу, что папа мог так поступить! Должно быть, эти мужчины думают, что мне просто не терпится выскочить замуж! Они, наверное, решили, что сама я не смогу найти мужа!

— Вовсе нет, — успокоила ее мать. — Ты прелестная молодая женщина, к тому же дочь барона. Они были польщены, что их рассматривают в качестве твоих возможных женихов.

Дрожащей рукой Линдси взяла листок и прочла имя первого претендента.

Уильям Джонстон, граф Вардон. Она несколько раз танцевала с графом, и он всегда был в высшей степени предупредительным и порой даже весьма обаятельным. Однако его заинтересованность в браке с ней стала для Линдси сюрпризом. У графа было солидное состояние и высокое социальное положение, но Линдси не питала к нему никаких чувств.

— Граф Вардон составил бы тебе отличную партию, — сказала мать. — Впрочем, твоя тетя полагает, что ты отдашь предпочтение Майклу Харви.

Линдси перевела взгляд на второе имя в списке. Боже милостивый! Неужели ее отец разговаривал с лейтенантом Харви? Рассказывал о ее родословной, намекал, что женитьба на дочери аристократа будет способствовать его карьере? Линдси была удивлена, что Майкл вообще обсуждал перспективу женитьбы на ней, ведь из-за Руди, остававшегося главным подозреваемым по делу об убийствах, эта женитьба могла не столько способствовать его карьере, сколько разрушить ее.

— Конечно, у мистера Харви нет ни титула, ни состояния, какими обладает граф Вардон, но у него обширные связи, поскольку его дядя герцог. В свое время отец мистера Харви унаследовал крупную сумму, и Майкл со временем тоже унаследует приличное состояние. Он сможет обеспечить тебя и будущих детей, так что если он нравится тебе больше, чем Вардон…

Линдси изумленно раскрыла глаза, увидев третье имя в списке.

— Стивен Кэмден? Вы предлагали Стивену жениться на мне?!

— Ему нужна хорошая жена, которая подарит ему наследника. К тому же вы хорошо знакомы. Его поместье граничит с нашим, наши семьи давно дружат. Стивен был польщен, что его рассматривают в таком качестве. Разумеется, ни один из женихов не знает о существовании двух других, так что нам следует быть осторожными.

— Нет, это немыслимо… поверить не могу… — бормотала Линдси.

— Думай что хочешь, но мы с отцом не шутим. Разумеется, мы дадим тебе время на размышление, поскольку желаем тебе только добра и хотим видеть тебя счастливой в браке.

Линдси молчала. Она не могла поверить в реальность происходящего. Родители продавали ее, словно она была породистым животным.

Решительно повернувшись к матери, Линдси твердо сказала:

— Это все слишком неожиданно, поэтому мне нужно время на обдумывание.

— Разумеется, ты можешь подумать.

Поставив чашку с блюдцем на стол, Линдси встала.

— У меня есть неотложные дела. Если позволишь, я пойду, мама.

— Ступай, дорогая.

Линдси вышла из гостиной на негнущихся ногах. Она поднялась в свою комнату и закрыла дверь.

Родители твердо решили выдать ее замуж. Эта новость свалилась на нее как снег на голову, хотя она всегда знала, что такой день когда-нибудь наступит.

Странно, но сама мысль о браке сейчас не вызывала у Линдси отвращения, как это было прежде. В последнее время идея обрести собственный дом, семью, мужа, детей пустила крепкие корни в ее душе. Загвоздка была лишь в том, что человек, за которого она бы с радостью вышла замуж, не был включен в родительский список подходящих женихов. У него не было состояния, он не был членом высшего общества, где вращались ее родители и она сама.

Линдси попыталась представить себя женой нудного и вкрадчивого лорда Вардона, который был старше ее лет на двадцать.

Потом она подумала о лейтенанте Харви. Майкл был хорош собой и весьма обаятелен, но для него на первом месте всегда будет стоять карьера, к тому же она совсем не любила его и никогда не смогла бы полюбить.

Линдси отчетливо понимала, что ей нужен только один человек — Тор Драугр. И ей было совершенно не важно, сколько у него денег и насколько он отличается от людей ее привычного круга. Она хотела, чтобы именно Тор был ее мужем и отцом ее детей.

Тревога и страх уступили место радостному облегчению. Линдси всегда с трудом подчинялась родительским приказам, но на этот раз она послушается их. Родители хотят, чтобы она вышла замуж? Отлично, она так и сделает. Она выйдет замуж, но только за того, кого любит.

Все утро Линдси думала о Торе. Мысленно перебирая различные идеи, она снова и снова пыталась подобрать правильный подход к нему. Она была уверена, что Тор с радостью согласится взять ее в жены, поскольку давно уже говорил, что это его долг как честного человека.

Линдси вздрогнула. А что, если он действительно женится на ней только из чувства долга? Что, если он вовсе не любит ее?

Спускаясь к завтраку, она старательно отгоняла от себя это страшное предположение. Тор любит ее, в этом не может быть никаких сомнений. Ну, почти никаких. Даже если она ошибается и он не очень любит ее, то непременно полюбит, когда женится и поймет, как сильно она его любит.

Теперь ей вдруг казалось, что они хорошо подходят друг другу. Сдержанный и немногословный Тор отлично дополнял ее взрывную натуру. Оба любили лошадей и сельскую жизнь. Порой он бывал упрямым и требовательным, но это было даже хорошо, поскольку сама она иногда выходила за рамки в своем стремлении настоять на своем.

Линдси вошла в столовую, улыбаясь своим мыслям. Здесь сейчас не было никого, кроме Руди, сидевшего на стуле с высокой спинкой и с удовольствием поглощавшего яичницу с колбасой.

— Доброе утро, сестренка, — улыбнулся он ей, не отрываясь от чтения утреннего выпуска «Лондон таймс».

— Доброе утро, — откликнулась Линдси, накладывая на свою тарелку яичницу-болтунью.

Решив, что сейчас самое время поговорить с братом относительно Стивена Кэмдена, она села за стол поближе к нему. Лакей принес ей чашку чаю, и Линдси стала неторопливо завтракать, глядя на погруженного в чтение брата. Его светлые волосы были взлохмачены, лицо казалось заспанным, однако не таким безжизненным, как после былых ночных гулянок.

— Ты поздно вчера вернулся домой? — спросила она, откусывая кусочек тоста.

— Да нет, не очень, — пожал плечами Руди. — Заехал ненадолго в клуб, потом зашел в «Золотой фазан» немного поиграть в карты, вот и все.

Чашка с чаем замерла в руках Линдси. «Золотой фазан». Он снова стал посещать Ковент-Гарден.

— А я думала, ты решил бросить карточные игры.

— Не волнуйся, сестренка. Я играл в карты, но не ради денег, а ради забавы. Я не так глуп, как тебе кажется. Я знаю о своих обязанностях и не собираюсь забывать о них.

— Вот и молодец!

Немного помолчав, Линдси решила продолжить разговор:

— Ты сказал, что был вчера в клубе. Кажется, Стивен Кэмден тоже является членом этого клуба. Ты когда-нибудь видел его там?

Проглотив солидный кусок горячей колбасы, Руди ответил:

— Да он все время там околачивается, когда бывает в Лондоне.

— Он и сейчас в Лондоне, насколько мне известно.

— Да, я вчера видел его в клубе.

Стараясь скрыть от брата свою заинтересованность в разговоре, Линдси съела еще немного яичницы и осторожно спросила:

— А ты, случайно, не помнишь, был ли ты в клубе в ту ночь, когда убили Фиби Картер?

— Кажется, был… в самом начале вечера, недолго, — недоуменно посмотрел на нее Руди.

— А ты не помнишь, Стивен тоже был в клубе в тот вечер?

Руди немного подумал.

— Да, он был там. Я его видел. Тогда я еще не был слишком пьян и помню, что видел его в клубе.

— Ты не заметил, когда он ушел из клуба?

В глазах Руди мелькнуло подозрение.

— Откуда такой внезапный интерес к Меррику? И какое отношение он имеет к Фиби Картер?

Линдси вздохнула:

— Понимаешь, не исключено, что Стивен замешан в убийствах.

— Да ты понимаешь, что говоришь?!

— Когда мы жили в поместье, в деревне ходили слухи, что Стивен убил молодую женщину по имени Пенелопа Баркер. Поговаривали также, что он мог иметь прямое отношение к убийствам на Ковент-Гарден.

Руди возмущенно сорвал с колен полотняную салфетку и бросил ее на стол.

— Слухи?! Все это полная ерунда! Побойся Бога! Меррик — сын маркиза, виконт, мой друг! Он не способен на убийство. Да как ты можешь?..

Руди резко отодвинул свой стул и встал из-за стола.

— Мы со Стивеном вместе учились в университете. Мы дружим много лет. Тебе должно быть стыдно за свои слова!

Бросив на сестру гневный взгляд, он вышел из столовой, так и не доев свой завтрак.

Черт побери! Она должна была предвидеть, что брат станет защищать виконта. Он всегда очень уважал Стивена. Ну что ж, по крайней мере теперь она знает, что виконт действительно ездил в клуб в те ночи, когда произошли убийства, как и говорил его кучер.

Но вот вопрос — в котором часу он уходил из клуба? И куда потом направлялся?