Дело было сделано. Оставались только формальности. Ройал сидел за письменным столом у себя в кабинете и думал о своем будущем. Женщина, выбранная его отцом, была красивой и влекущей — и в то же время почти его не волновала.

Джослин уехала на рассвете вместе со своей маменькой, которая ворчала из-за столь раннего отъезда, но явно рвалась домой. Лили их сопровождала.

Лили. После того дня, как они целовались в лабиринте, Ройал больше не оставался с ней наедине, и это его радовало. Сделав предложение Джослин, он уже не мог разговаривать с Лили иначе, нежели как с другом, но чувства, которые она у него вызывала, были отнюдь не дружескими. Женщины уехали — и Ройалу это принесло некоторое облегчение.

— Извините, что помешал вам, ваша светлость, но к вам пришли.

Ройал посмотрел на слугу:

— Кто?

— Мистер Морган, сэр. Провести его сюда?

Ройал не ожидал, что сыщик вернется так быстро, однако ему, безусловно, хотелось узнать, с чем он приехал!

— Да, будьте любезны, Гривз.

Чейз Морган решительным шагом вошел в кабинет. Его жесткие черты без слов говорили о том, какой работой он занимается.

Ройал встал из-за стола.

— Садитесь.

Морган сел на стул, а Ройал вернулся на свое место.

— Ваш визит для меня неожиданность, — проговорил он. — Я не думал, что увижу вас так быстро.

— Задача оказалась не такой трудной, как мне представлялось сначала. Едва я начал копать, как куски мозаики сразу стали складываться. — Морган взял черную кожаную папку и, положив на стол, извлек пачку бумаг. — Если копать достаточно глубоко, можно найти удивительные вещи.

— И что именно вы нашли?

Морган отделил от остальной пачки несколько листов.

— Вот список, который я привозил сюда в мой прошлый приезд: имена людей, что владели теми компаниями, в которые вкладывал деньги ваш отец, — или по крайней мере они владели частью акций. — Сыщик посмотрел в лицо Ройалу: — Мне не удалось отыскать ни одного человека.

Ройал нахмурился. Он еще раз изучил имена в списке.

— Вы хотите сказать, что отец вкладывал деньги в компании, которых на самом деле не существовало?

— Боюсь, что да. Корпораций, акции которых он покупал, тоже не существовало. Все документы были фальшивыми.

Откинувшись в кресле, Ройал несколько секунд переваривал услышанное.

— Значит, на самом деле не было ни Рэндсбургской угледобывающей компании, ни Саутуордской фабрики, ни всего остального?

— Да. Ваш отец был сильно болен, и он не мог сам посещать эти компании. Он никогда не поручал кому-либо это расследовать, поэтому так и не узнал правды.

— Если компаний не существовало, то кому достались деньги?

— Банковские тратты выписывались на одного и того же человека — поверенного по имени Ричард Кэлл. Кэлл обязан был распределять средства между различными компаниями. Контора Кэлла закрыта, а сам он исчез примерно в то время, когда скончался ваш отец.

Ройал с трудом мог поверить словам сыщика. Все было аферой, направленной на то, чтобы отнять у больного герцога его состояние, — и эта афера была проведена блестяще.

Ройал стиснул зубы.

— Я намерен его найти.

— Возможно, у вас это получится, — ответил Морган. — Но вот что интересно. Согласно моим сведениям банковские тратты выписывались на Кэлла, но в итоге деньги попадали к человеку по имени Престон Лумис. Именно он убедил покойного герцога вкладывать деньги в эти проекты. А еще он тот человек, который все это придумал. Вы о нем когда-нибудь слышали?

Сам того не заметив, Ройал сжал кулаки:

— Это друг моего отца. Мой брат Рул упоминал о нем в письме, которое отправил мне несколько лет назад, когда я жил на Барбадосе. Он говорил, что они стали близкими друзьями.

— Если я не ошибаюсь, это произошло вскоре после того, как у вашего отца случился первый удар.

— Да, примерно в это время. Никто из нас не знал, насколько серьезен приступ. Мы это поняли только тогда, когда приехали домой перед самой смертью отца. Мы надеялись, что отец поправится. Помню, что когда я читал это письмо, то радовался, что у отца есть друг, с которым он может общаться, пока выздоравливает.

— А ваш отец сам никогда не упоминал об этом человеке?

— После удара он плохо владел правой рукой, так что за него писал его камердинер. Ни в одном письме имени Лумиса не было. — Ройал вздохнул. — Он был очень проницательным человеком. Если бы не его болезнь, он никогда не стал бы жертвой шарлатана. — Он снова посмотрел на бумаги: — А как вам удалось выяснить, что за мошенничеством стоял именно Престон Лумис?

По губам Моргана скользнула тень улыбки.

— У меня есть источники. На удивление много можно узнать, если подмазать нужных людей.

— Где сейчас этот Лумис?

— В Лондоне, живет по-королевски. Если бы вы просто приняли финансовые потери, не вдаваясь в подробности и списав, их на ошибки вашего отца, все это никогда не обнаружилось бы. В Лондоне Лумиса считают знающим финансовым консультантом, хотя он говорит, что практически прекратил дела и очень придирчиво выбирает клиентуру. Нет сомнений, что он не впервые злоупотребил доверием нездорового человека — и не в последний тоже.

Ройал запустил пальцы в волосы, с трудом сдерживая ярость.

— Я не вижу иного выхода, как обратиться к властям.

— С чем вы к ним обратитесь? Мы можем доказать факт мошенничества, поскольку ни одной из этих компаний не существует, но все улики укажут на Ричарда Кэлла. Кэлл исчез, как будто его никогда и не существовало. Возможно, его даже нет в стране, а если он здесь и остался, то наверняка сменил имя.

— А как насчет тех людей, которые рассказали вам про Лумиса?

— Жулики и мошенники. Их показания ничего не будут значить против такого почтенного человека, как Лумис. Даже если вы обратитесь к властям, вам не удастся вернуть хоть один фартинг. Лумис позаботится о том, чтобы припрятать их до той поры, пока с него не снимут все обвинения — а их, несомненно, снимут.

Ройал резко подался вперед:

— Если у нас нет доказательств, то надо просто копать, пока мы их не отыщем. Я отказываюсь бездействовать и позволять такому человеку безнаказанно завладеть состоянием Брэнсфордов.

Морган бросил на Ройала оценивающий взгляд.

— Возможно, вы впустую потратите еще немало денег. Но если вы уверены, что хотите именно этого, я продолжу поиски, хоть и должен предупредить вас, что это вполне может оказаться пустой тратой времени. Этому человеку удалось добиться многого. И думаю, он постарается замести за собой следы.

Ройал ничего не ответил. Слова Моргана были вполне разумными, однако он не желал сдаваться без боя.

— Продолжайте расследование, — проговорил Ройал. — Узнайте все о прошлом этого человека. Возможно, вы что-то обнаружите.

Новость заставила Лили упасть духом. Ройал скоро должен был приехать в Лондон, чтобы встретиться с отцом Джослин. Прошло почти две недели с тех пор, как они покинули замок Брэнсфорд. За это время она с огромным трудом отодвинула мысли о герцоге на второй план. И вот этим утром с посыльным пришла записка, в которой Джо сообщалось о том, что встреча Ройала и ее отца должна была состояться у них дома завтра в три часа дня.

Лили не имела права впадать в уныние, чувствовать, будто лишается чего-то драгоценного, что предназначалось ей! Она с самого начала знала, что Ройал принадлежит Джо. И они идеально подходят друг другу: оба светские люди, оба красивы.

Лили надеялась, что когда-нибудь в будущем встретит своего прекрасного принца, который умчит ее на великолепном белом скакуне, и они будут жить долго и счастливо.

А до тех пор она сама о себе позаботится — будет жить на те деньги, которые заработает от продажи шляпок.

Это было другой, более близкой мечтой — и Лили сейчас как раз направлялась по делу, которое, как она надеялась, положит начало ее будущему в качестве деловой женщины.

Пройдя по Бонд-стрит, она свернула на Харкен-лейн и направилась в салон весьма популярной модистки.

На секунду она задержалась у дверей небольшого магазинчика и, собравшись с духом, повернула ручку двери. Дверь оказалась не заперта, и Лили вошла в узкое, недавно покрашенное помещение.

Над дверью зазвонил колокольчик. Лили было собралась уже кого-нибудь позвать, но тут к ней вышла высокая ширококостная женщина и приветливо улыбнулась:

— Я могу вам чем-то помочь?

— Очень надеюсь. Меня зовут Лили Моран. Я делаю шляпки. Вчера, когда я проходила здесь, то заметила на двери объявление о сдаче помещения внаем. Ежемесячная плата, указанная в объявлении, показалась мне приемлемой, и я пришла сюда сегодня, надеясь, что найду кого-то, с кем можно поговорить об аренде.

Улыбка женщины стала еще шире.

— А, так вы шляпница? Я Гортензия Силифант. Мы с мужем — владельцы этого здания. Очень рада с вами познакомиться, мисс Моран.

— Очень приятно. Значит, лавка по-прежнему не сдана?

— Да. Вы поняли, что с ней сдается квартирка наверху?

— Да. И мне очень бы хотелось ее посмотреть.

Женщина не двинулась с места.

— Вы собираетесь жить здесь одна?

— Мое нынешнее положение меняется. Кузина выходит замуж, а это значит, что мне надо найти себе дом. Я могу принести вам рекомендательное письмо от моих родственников, мистера и миссис Генри Колфилд. Могу вас заверить, что буду вести вполне респектабельную жизнь.

— Генри Колфилд — владелец банка в соседнем квартале, так, кажется?

— Да, совершенно верно.

Хозяйка дома кивнула, похоже, уверившись, что Лили не собирается открыть публичный дом или пускать к себе каких-то сомнительных постояльцев.

— Если вы пойдете со мной, я покажу вам жилье. Квартирка маленькая, но вполне удобная.

Следуя за массивной миссис Силифант, Лили поднялась по лестнице. В квартирке имелась уютная гостиная с камином, перед которым стояло кресло с темно-розовой обивкой, а рядом диванчик. Одна из дверей гостиной вела на кухню с круглым дубовым столом, за которым могло сидеть не больше двух человек.

— Спальня там.

Спаленка оказалась крошечной. Почти все пространство комнаты занимала кровать, однако хватило места и для красивого дубового комода и зеркала перед туалетным столиком. Запах свежей краски еще не успел выветриться, а бельгийский ковер, похоже, был недавно выбит.

— Тут мило, — сказала Лили.

Они вернулись вниз и остановились у прилавка в задней части магазина. Миссис Силифант повнимательнее рассмотрела шляпку из серой тафты с красными кантами, которая была надета на Лили.

— Я не ошибусь, если предположу, что вы сами сделали эту чудесную шляпку, которая на вас надета?

Похвала заставила Лили улыбнуться.

— Да, совершенно верно.

— Она просто прелестна! И я думаю, что в этом районе дела у шляпницы, которая предлагает такой высококачественный товар, пойдут очень неплохо.

Лили с трудом удержалась от довольной улыбки.

— Я рада, что вы так думаете.

— Тогда начнем, наверное?

Не мешкая они принялись обсуждать условия аренды узкого магазинчика и квартирки. Зная цену из объявления, Лили решила, что ее накоплений хватит на то, чтобы заплатить за аренду в течение первых шести месяцев, даже если она не продаст ни одной шляпки. А она не сомневалась, что ее шляпки будут пользоваться спросом.

— Это меня вполне устраивает, — сказала она, когда хозяйка изложила ей все свои требования. — Я принесла с собой плату за первый и последний месяцы и задаток, как и говорилось в вашем объявлении.

Лили достала из ридикюля деньги и вручила хозяйке.

Миссис Силифант пересчитала деньги, убрала в карман юбки и протянула ладонь, которую Лили пожала в знак заключенной сделки.

— Завтра первое февраля. Ваша аренда начинается с этого дня.

— Большое вам спасибо, миссис Силифант! Я очень рада!

Женщина улыбнулась:

— Вы мне понравились, милочка.

Она вручила Лили ключ, и та прижала его к груди словно величайшее сокровище. Она чувствовала себя на седьмом небе от счастья. Все получается! Она станет настоящей владелицей мастерской! Конечно, пока она будет жить у Колфилдов: ведь она еще нужна Джослин, но как только кузина выйдет замуж, сразу переедет и начнет изготавливать и продавать шляпки. Она даже название для мастерской придумала — «Шляпки от Лили».

Мелкий дождик, который постепенно усиливался, не смог испортить Лили настроение. Она радостно улыбалась, покачивая ридикюлем, и думала о том дне, когда станет совершенно независимой.

Внезапно рядом с ней остановилась черная карета, запряженная четырьмя породистыми серыми конями. У Лили перехватило дыхание: на дверце она узнала герб герцога Брэнсфорда, — а потом и сам Ройал открыл дверь и спустился по узкой лесенке, словно золотой бог, снизошедший на Землю, и остановился прямо перед ней.

Как она смогла так быстро забыть, насколько он великолепен?!

Лили присела в почтительном реверансе.

— Ваша светлость. Я… мне казалось, что вы приедете в город только завтра.

— Я уже несколько дней в Лондоне. А вот встреча с моим будущим тестем у меня должна состояться завтра.

— Да, я знаю.

Дождь резко усилился.

Ройал посмотрел на потемневшее небо, затянутое плотными тучами.

— Идемте, — сказал он негромким, нетвердым голосом. — Дождь стал очень сильным. Я отвезу вас, куда вам нужно.

Отказываться было немыслимо. Опершись на руку герцога, Лили поднялась по ступенькам в карету и устроилась на сиденье.

Ройал сел напротив.

— Так куда вы направлялись?

— По правде говоря, я собиралась зайти куда-нибудь поесть и отпраздновать мою сегодняшнюю удачу, а потом вернуться к Колфилдам.

Его необыкновенные золотисто-карие глаза не отрывались от ее лица. Уголки губ приподнялись в улыбке — и у Лили сжалось сердце. Она старалась не вспоминать о том дне в лабиринте, о жарком прикосновении его губ, но справиться с собой было невозможно. Оставалось только надеяться, что герцог не заметит легкого румянца, появившегося на ее щеках.

— А могу ли я узнать, какую удачу вы собирались праздновать?

— Я открываю шляпную мастерскую, о которой давно мечтала. И только что заключила договор об аренде. Он начинает действовать уже завтра!

Ройал улыбнулся — и на его правой щеке появилась ямочка, которой Лили раньше не замечала. Господи! Нельзя, чтобы мужчина был настолько привлекательным!

— Мои самые искренние поздравления, мисс Моран. Я знаю, как много это для вас значит. Желаю вам полного и безоговорочного успеха.

— Спасибо.

— И вы правы — это стоит отпраздновать. Я приглашаю вас на ленч, чтобы мы смогли отпраздновать это вместе.

Сердце Лили забилось еще быстрее.

— По-моему, это не очень хорошая мысль, ваша светлость. Нас могут увидеть. Что тогда скажут Колфилды?

Брови Ройала — более темные, чем волосы, — чуть сдвинулись.

— Наверное, вы правы. Это было бы в высшей степени неприлично, если учесть, что моя помолвка вот-вот будет объявлена. Тем не менее я пока свободный мужчина… — Он пристально посмотрел на Лили, словно пытаясь решить, как далеко ему можно зайти. А потом его золотистые глаза засверкали, а улыбка стала чуть шире. — Я знаю одно место — небольшое заведение поблизости. Там есть кабинеты и готовят превосходно. Владелец — мой друг. Мы могли бы войти через заднюю дверь. Что скажете?