Вернувшись в институт с пьянящей чувства прогулки, Эдмонд обнаружил, что «протрезветь» и увидеть всю кошмарность его положения ему мешают два желания: адский голод и чудовищная потребность во сне. Он взял в столовой двойную порцию и набросился на еду с не меньшей страстью, чем на Сильвию. После этого он доковылял до кабинета, запер дверь и рухнул на диван, моментально заснув.

Сквозь сон Эдмонд смутно слышал, как кто-то долго и довольно бесцеремонно стучится в дверь, но даже не подумал из-за такого пустяка прерывать свой отдых.

Пробудившись к самому концу рабочего дня, Эдмонд почувствовал себя несколько лучше. Умывшись и заварив крепкий чай, он сел в кресло и попытался собраться с мыслями.

Инспектор Палмер поймал себя на парадоксальном соображении: более всего его настораживал тот факт, что он даже не мог как следует прийти в ужас от очевидной неправильности, если не сказать чудовищности, той ситуации, в которую он с каждым днем погружался. В не укладывающихся в голове и нарушающих все возможные правила актах эротического вампиризма его беспокоило лишь возможное ухудшение своего здоровья. Вполне возможно, что негативные последствия могут зайти гораздо дальше обычной слабости. Но о том, чтобы с криком бежать от Сильвии, он и помыслить не мог. Эдмонд понимал, что разум никак не может помочь ему выйти из ситуации, потому что превратился в послушный инструмент обезумевших чувств.

В дверь постучали, но не успел Эдмонд отреагировать, как та распахнулась, явив на пороге мисс Тэнтоурис.

– Входите, – пробурчал Эдмонд. – Можете присесть…

Но Сильвия уже успела удобно раскинуться на диване еще до того, как он закончил фразу. Эдмонд со смесью раздражения и восхищения отметил, что напоенная его жизненными соками Сильвия выглядела отменно. Бархатистая чернота густых бровей, длинных ресниц и роскошных волнистых локонов стала еще сочней, заставляя душу содрогаться от переполняющего ее визуального удовольствия.

– Я решила не утомлять вас, Эдмонд. Вы отдали работе со мной очень много сил… – произнесла Сильвия. – Потому я подумала, что стоит самой прийти к вам. Вдруг вы планируете на сегодняшний вечер какое-то мероприятие. Вроде воспитательной вечеринки в баре или чего-то подобного…

– Спасибо, что избавили меня от необходимости искать вас по нашему огромному институту, – иронично отозвался Эдмонд. – Насчет вечеринки вынужден вас обрадовать: сегодня можете быть свободны. Я, действительно, немного утомился. Мне бы хотелось провести вечер в компании друзей.

– Но я же ваш друг, – она нахмурилась.

– Без женщин и демонов.

– Ясно… – в ее голосе прозвучали обиженные нотки.

Однако при этом Сильвия даже не шелохнулась. Было очевидно, что она не собирается никуда уходить.

– А как Ллойд поживает? – как бы между делом уточнила она.

– Нормально, – многозначительно ответил Эдмонд.

– Кстати, скоро полнолуние. Вы не боитесь оставлять меня без присмотра?

– Вы уже большая девочка, – не сдавался Эдмонд.

Пока не последовало новых реплик, он подошел к полке с книгами и, найдя нужную, протянул ее Сильвии.

– Что это?

– Кодекс правил поведения в институте имени Мерлиновского и санкции за их нарушение, а также историческая справка по возникновению той или иной традиции.

– Вы же знаете, что меня не интересуют подобные глупости.

– Тем лучше. Это вам не развлечение, а та самая воспитательная повинность, за которой вы пришли. Сидите и читайте.

– Хорошо, – она пожала плечами и послушно взяла кодекс.

Эдмонд сел… и понял, что ему совершенно нечем заняться. Он наугад достал с полки книгу, раскрыл ее и показательно углубился в чтение. Ею оказалось объемное и скучнейшее руководство по соблюдению расового баланса в сфере организации общественного питания.

– Извините, а можно отвлечь вас? – через дюжину минут прозвучал голос Сильвии, неубедительно старающийся показаться робким.

– Да? Что-то непонятно по содержанию кодекса?

– Нет. Я хотела кое-что уточнить по тому договору, что мы с вами заключили сегодня…

– Мы ничего не заключали, – категорично ответил Эдмонд.

Сильвия задумчиво вытянула губы и опустила взгляд в книгу.

– Ну что еще? – не выдержал Эдмонд. – Что вы хотели спросить?

– Я говорила вам сегодня, что в отличие от вашей Анны готова соблюдать условия договора. Потому хотела спросить, что вы любите?

– О чем вы?

– Вы много времени уделяете мне и моим интересам. Вы так хорошо читали мне, что я хочу сделать что-то приятное и интересное для вас. Концерты вы не любите, я правильно поняла?

– Вы хотите узнать, чем я увлекаюсь?– озадаченно произнес Эдмонд.

– Ну, да. Кроме женщин и демонов. Это я и так знаю…

Эдмонд посмотрел в невинные глаза, силясь обнаружить скрытую за ними гомерическую ухмылку, но ничего не нашел.

– В баню хожу…

Эдмонд не намерен был сдавать позиции и воспринимать интригующее предложение всерьез.

– Боюсь, что демонов не пускают в человеческие бани, которые вы посещаете с друзьями. А если мы с вами решим принять ее в индивидуальном порядке… есть замечательное горячее озеро в десяти километрах отсюда… то вы можете слишком увлечься рассматриванием так влекущих вас форм моего тела и пробудить во мне столь сильный голод, что…

– Перестаньте!

Эдмонд закрыл глаза и пару раз глубоко вздохнул.

– Если вы хотите успокоить свою страсть, то зачем представляете?..

– Я не представляю!

– Но я вижу вашу фантазию так отчетливо, что…

– Хватит! – Эдмонд сурово посмотрел на нее. – Будь по-вашему. Мне нравится проводить время в библиотеке за чтением книг по истории. Мне нравится играть в шахматы.

– И все?

– Конечно нет! – взорвался Эдмонд. – Я люблю слушать истории Джона про Таинственный лес. Люблю гулять. Люблю…

– …Улаживать межрасовые конфликты? – подсказала Сильвия.

– Да.

Сильвия задумалась и принялась расчесывать волосы.

– И нравится смотреть, как вы расчесываете волосы, – прошептал он, толком не зная, зачем это говорит.

– О, не беспокойтесь обо мне, – ухмыльнулась Сильвия. – Все, что касается вашего отношения ко мне, мне очевидно. Как вы успели заметить, я регулярно проделываю эту процедуру, чтобы вас порадовать…

Эдмонд сглотнул, но собрался с силами.

– Попрошу вас воздержаться от самовосхваления. Скажите еще, что являетесь автором моих снов с вашим участием.

Только произнеся эти слова, он понял, что проявил слабость.

– Это наше с вами совместное творчество, – серьезно отозвалась она. – Тот, где я повсюду таскала за собой чьи-то головы, был просто ужасен!

Эдмонд обомлел.

Сильвия уставилась на него с недоумением.

– А чему вы так удивляетесь? Вы по-прежнему полагаете, что высший демон отличается от своих собратьев лишь более сильной тягой к человеческой крови и способностью к трансформации?

– Я вас боюсь, мисс Тэнтоурис, – признался Эдмонд.

Она фыркнула и с укоризной заметила:

– Спасибо за честность, но девушке приятнее было бы услышать более многозначное: "Вы заставляете меня трепетать!"

Эдмонд замолчал, не решаясь задать новый вопрос, который мог вызвать очередной шок. Сильвия какое-то время всматривалась в его лицо, но затем опустила взгляд в кодекс.

Около часа в кабинете стояла тишина. Эдмонд безрезультатно пытался выкинуть из головы настойчивые образы того, как они с Сильвией играют в шахматы, сидя в горячем озере. Он подозревал, что демоническая девушка может проникнуть в его разум и старательно гнал завлекательные картины прочь.

"Тук-тук-тук".

Эдмонд удивленно посмотрел на дверь. Секунду он силился понять причину, по которой стоящий за ней предпочитает сымитировать стук с помощью голоса, но в следующий миг он узнал призрачные интонации и все понял.

– Заходите, Эльза!

Привидение просочилось сквозь дверь.

– Добрый вечер, Эдмонд! – прошелестела Эльза и тут же, заметив Сильвию, добавила, – добрый вечер, Сильвия!

Сильвия лишь кивнула.

– Извините, что оторвала вас от важных дел, – сказала Эльза, – но Джон просил вам передать, что сегодня он не сможет явиться в трактир господина Альтимута.

Эдмонд увидел, как Сильвия довольно улыбнулась.

– Печально, – заметил он.

– Но Джон приглашает вас на удивительное мероприятие, подготовка к которому и не позволила ему прийти на вашу традиционную встречу. Сегодня ночью в Таинственном лесу состоится праздник нечистой силы, известный как "Ночь Тысячи Фей". Это торжество сумеречных духов проходит чрезвычайно редко…

– Насколько редко?

– Раз в дюжину лет.

Эдмонд изумленно посмотрел на Эльзу.

– И является столь проникновенным и необычным зрелищем, что… – она, видимо, забыла напутствия Джона, – … в общем, этот праздник достоин вашего внимания!

– Ээ, хорошо, Эльза, большое спасибо. А во сколько начало?

– Мы с Джоном будем ждать вас ровно в полночь в парке магистра Аполлинариса. Ориентировочное начало мероприятия около двух ночи… И господин Саймон тоже обещал явиться.

Эдмонд вежливо попрощался, и привидение убыло, не обращая внимания на физические преграды.

– Мне кажется, это как раз то мероприятие, которое вам будет интересно наблюдать в моем присутствии, – заметила Сильвия.

– Вашей темной сущности просто не терпится полюбоваться на разгул нечисти, – скептически ответил Эдмонд.

– Мне более чем очевидно, что вашей светлой сущности хочется ровно того же, – парировала она.

Эдмонд был не в силах спорить с очевидным – он просто сгорал от желания увидеть сокровенную жизнь фей, которая должна закрутить в причудливом водовороте всех прочих обитателей Таинственного леса.

– Вы скажете своим друзьям, что приближающееся полнолуние велит вам взять меня в охапку и не отпускать во избежание приступа вампиризма.

– Будто они поверят в этот бред! Ясно ведь, что я никак не смогу остановить высшего демона.

– Я ничего не говорила о том, что они должны поверить. Разумеется, они поймут, что это лишь предлог.

– Гххм, вы переходите границу, милочка!

Сильвия улыбнулась.

– Вы правы, – спокойно отозвалась она. – Но я не могу сделать этого в одностороннем порядке. В глубине души вы знаете силу нашего с вами договора, хоть и отрицаете сам факт его заключения. Каждый мой шаг позволяет вам совершить ответный. Разве вы не хотите… перейти еще какую-то границу в наших отношениях?.. Ой – забыла добавить – в отношениях, которые, вне всякого сомнения, и не существуют на самом деле…

Эдмонд какое-то время сидел без всякого движения. Наконец он произнес:

– Не желаете в чисто воспитательных целях посетить со мной неофициальный праздник под условным названием "Ночь Тысячи Фей"?

– С удовольствием.