Внутри крепость была не менее красивой и уютной, чем выглядела снаружи. Центральный терем, кроме часовенки, окружали несколько изб и сараев. Изнутри стены оказались двухъярусными, с приставными лесенками. Я сразу вспомнил фильм «Иван Васильевич меняет профессию», где герои бегали по таким же ярусам и в итоге спрыгнули вниз на стог сена. Сено, кстати, здесь тоже было, так же как и небольшая конюшня. По двору деловито сновали дружинники, откуда-то вкусно пахло походной кухней.

Наш отряд разделился: дружинники отправились по своим избам-казармам, рыцари — на доклад к сотнику. Нам с Витей Мамай тоже приказал зайти на доклад, но сначала доставить пленного в карцер. Его функцию выполняла небольшая каморка сразу за конюшней. Мы усадили его там на охапку соломы, и закрыли дверь-решётку, повесив на неё внушительный замок.

— Может, развязать его? — спросил я.

— Зачем? Чтобы он себя об стенку обнулил? — резонно возразил Витя.

Пленник с ненавистью сверкнул на нас глазами.

— Мы вас всех выкосим, подчистую, — пообещал он.

— Выкосите, выкосите, — согласился Витя. — Ты смотри тут, не балуй. Здоровье береги.

— Видишь ту большую избу, — показал Витя, когда мы отошли от карцера. — Оттуда в случае чего мы всех спящих забираем. Помнишь, что я тебе вчера рассказывал перед сном?

— Помню, — улыбнулся я.

— Это на всякий случай тебе говорю, если в реал захочешь выйти.

— А в какую избу мне заселяться? Где жить буду? — спросил я.

— У нас это довольно условно, — ответил Витя. — Мы же в них не живём, сам понимаешь. Так, приписаны для порядку. В каждой избе — по два звена, так удобнее командовать.

— А мне в какое звено нужно? Может, в твоё?

— Буду рад, если в моё попадёшь, — улыбнулся Витя. — Это вообще-то Рексоман лично решает. Не волнуйся, сейчас он тебе сам скажет. Давай быстрее, хватит по сторонам глазеть. Сотник ждать не любит.

— Так как не глазеть, — возразил я. — Уж больно красивую вы крепость отгрохали. А ворота одни, запасных нету?

— Ворота одни, зато потайной лаз имеется, за конюшней, — сообщил Витя. — Вообще-то, крепость мы не сами строили.

— А кто же тогда?

— У князя друзей много на сервере, это типа как подарок от одного из них. От князя поморов. У них там умельцев много, приезжала целая команда.

— Хороший подарок, царский. То есть, княжеский! — оценил я.

— Да, княжеский. А мы им, кажется, фонтан какой-то навороченный подарили. Есть тут у нас один спец.

— Помню-помню, возле кузницы на площади тоже фонтан стоит. Его работа?

— Его, кого же ещё, — подтвердил Витя. — А в целом по городу штук пять наберётся.

Мы остановились у крыльца одной из избушек. Никакой охраны не было и в помине, да и зачем: мы на территории охраняемой заставы.

— В общем, ты не удивляйся, — предупредил Витя. — Рексоман мужик классный, только раздражительный. Может и матом обложить. Пусть тебя это не смущает.

— Ну, того, кто в наших автобусах по утрам ездил, это не смутит, — успокоил его я.

— Это хорошо. Ну тогда пошли.

Витя первым поднялся по ступеням и толкнул входную дверь.

За большим овальным столом с разложенной на нём картой сидело с дюжину мужчин — включая уже знакомых мне рыцарей — и две девушки. Конечно же, они были симпатичными, в играх редко встречаешь других. Одна тёмненькая, а другая — светленькая. Девушки от природы так любят прихорашиваться, что в виртуале моментально овладевают всеми секретами настроек внешности и наконец реализуют свой идеал красоты. Или мужской идеал, не знаю, как правильнее. Лично я это только приветствую, и все мужское население виртуала тоже.

Во главе стола восседал стройный рыцарь с вытянутым аристократическим лицом. Непослушные вихры тёмных волос придавали его образу одновременно одухотворённость и некоторое мальчишество. При нашем появлении он прервал свою речь и осмотрел нас долгим пристальным взглядом.

— Проходи, Витя, — сказал он. — А это, я так понимаю, и есть наш новичок?

Мамай, сидевший по правую руку от него, утвердительно кивнул.

— Алекс, — представился я, чувствуя себя неловко под взглядами собравшихся. Тем более, что они сидели, а я стоял навытяжку, как перед приёмной комиссией.

— И ты проходи, Алекс, присаживайся, — милостиво разрешил Рексоман. — Извини, некогда церемонии разводить, позже с народом познакомишься.

Я облегчённо кивнул, и осторожно присел за стол рядом с Витей.

— Итак, други мои, коротко повторюсь специально для опоздавших, — сказал Рексоман. — Как видите, у нас тут экстренный военный совет. Разведчики обнаружили базу Шкипера. Часах в трёх ходьбы. Вот здесь.

Он ткнул пальцем в красный кружок на карте.

— Хорошо устроился, гад, — недовольно продолжил он. — По флангам у него болото, спереди — чаща, в тылу — гандарийская граница. Далее. После стычек в последние дни его банда ослаблена и силы восстановит не сразу. Алекс, тебе понятно, почему не сразу?

Я не ожидал, что он ко мне обратится, и смущённо пожал плечами.

— У него банда — сборная солянка, — пояснил Мамай. — Все из разных мест. Соответственно, когда их обнуляешь, они возвращаются в свои исходные точки, кто где. И возвращаются в банду по-разному — кто-то относительно быстро, а кто-то — только через день-другой.

— Спасибо, — кивнул Рексоман. — Теперь дальше. Пару часов назад возвращавшийся с Мамаем отряд попал в засаду — там Шкипер снова людей потерял. Ну, это вы и сами знаете, участвовали. Короче, сейчас у них народу на базе должен оставаться самый минимум. А значит, мы можем это гнездо вычистить.

— Всё равно ведь вернутся, — вздохнул рыжеволосый здоровяк, сидящий как раз между двумя девушками.

— Вернутся, Артиус, работа у них такая, — согласился Рексоман. — А наша работа — их бить и с нашей земли выталкивать. Уничтожим базу — им придётся новую искать, обустраивать, это время займёт, а нам передышка тоже не помешает.

— Это точно, — подтвердил Добрыня.

— И потом, нам вообще надо тактику пересмотреть, как Шкиперу всё время удаётся у нас под носом окапываться, — продолжил сотник. — Ну да ладно, это тема следующего совета будет. А пока кратко обрисую диспозицию. Выдвигаемся четырьмя сводными отрядами. Мамай ведёт звенья Виктора, Артиуса и Смагарда. Боевая задача — выйти к Шкиперу в тыл, блокировать Гандарийскую границу, отрезать ему путь к отступлению.

— Сделаем, командир, — степенно кивнул Мамай.

— Второй отряд поведёт Добрыня, — продолжил Рексоман. — Кроме своего звена поведёшь звено Горыныча. Задача — ударить с фланга. С левого. А Василиса с третьим отрядом ударит с правого. Василиса, ты к своему звену берёшь звено Икара. Всё ясно?

— Всё ясно, — подтвердила светловолосая девушка.

— Жаль, что не вместе с Василисой, — задумчиво сказал Добрыня. Собравшиеся заулыбались.

— Разговорчики! — одёрнул его сотник. — Оставшиеся звенья Давида, Мурзы и Эсмеральды придаются Персивалю с его головорезами. Вы ударите с фронта. Очкарик, остаёшься на заставе. Задача твоего звена — охрана. Всех просыпающихся будешь собирать к себе в сводный отряд. Будьте начеку. Хронометраж такой: сейчас без десяти два. В три часа на заставе, кроме Очкарика, никого не должно быть. К шести на исходные позиции выходят Персиваль, Добрыня и Василиса. Слишком близко не подходить, внимательно все обшарить разведкой — у них наверняка патрули в лесу. Надо их заблаговременно обнаружить и снять по-тихому, чтобы тревогу не подняли. Ещё час даём тебе персонально, Мамай, чтобы ты поглубже в тыл успел зайти. Выдвигайся с заставы первым. В семь ноль-ноль Добрыня и Василиса одновременно бьют с флангов, в семь ноль-пять Персиваль наваливается с фронта. Вопросы?

— У меня вопрос, — сказала Василиса. — Кто у нас в резерве?

— В резерве у нас будет новый звеньевой, Алекс, — неожиданно для меня сказал Рексоман. — Справишься?

Я кивнул прежде, чем успел осмыслить его слова.

— Вот и хорошо, — одобрил сотник. — Алекс — воробей стреляный, в Нереалии недавно, но зарекомендовал себя хорошо. А до этого паладином был в «Рыцарях Средневековья». Мне воевода рекомендательную настрочил.

Кто-то восхищённо присвистнул. У меня кровь вдруг резко прилила к щёкам.

— Ему только опыта набраться, — продолжил Рексоман. — Ты не боись, Алекс, я со своим полевым штабом поблизости буду, подскажу, если что. Скиньтесь по человеку со звена на резерв. Пусть прибудут к моей избе. А теперь — за работу, время! Отрядам — по мере готовности — выдвигаться, остальных не ждать! Удачи и победы! Порвём гадов!

Звеньевые встали из-за стола, но расходиться не спешили: обсуждали детали предстоящего боя, согласовывали взаимодействие. Я тоже поднялся, не зная, с кем заговорить и куда идти. Витя, как назло, убежал к Мамаю, который раздавал ему и ещё двоим приданным ему звеньевым ценные указания. Чувствуя себя крайне неловко, я уже собрался было выйти из избы во двор, как вдруг услышал зычный голос сотника:

— Алекс, задержись на минутку!

Я обернулся — Рексоман пробирался ко мне, по пути пожимая руки звеньевых и ободряюще похлопывая их по спинам. Проходя мимо темноволосой девушки, он слегка приобнял её за талию и мягко увлёк за собой.

— Познакомься, Алекс, это Эсмеральда. Очаровательная девушка, сама доброта. Но в бою — пантера. Люди Шкипера её как огня боятся.

Девушка улыбнулась, протянула мне руку. Я осторожно пожал её.

— Эсмеральда тоже в «Рыцарях» играла, может, пересекались?

— Тебя как там звали? — спросила она.

— Найт, — вырвалось у меня.

— Это который Найт? Из «Белого Ордена»? — удивилась девушка.

— Да, было дело, — досадуя на свою откровенность, признал я.

— Так ты же, вроде, у них МИДом был, за внешнюю политику отвечал?

— Ого, какие таланты к нам на заставу ветром заносит! — восхитился Рексоман.

Все мои планы по сохранению инкогнито летели кувырком. Но теперь было уже поздно.

— А ты случайно не Эсмеральда из «Санёбиуса»? — спросил я.

— Она самая! — подтвердила девушка и довольно улыбнулась. — Ну, здравствуй, Найт. Вот так встреча!

Санёбиус был нашим главным врагом в «Рыцарях Средневековья». Народ там собрался интеллектуальный, энергичный и весьма циничный. Не брезговали никакими методами ради достижения целей. «Слабые — законная добыча сильных». Примерно так можно сформулировать их философию. Нам постоянно приходилось сражаться с их кланом, а мне ещё и вести с ними долгие и нудные переговоры, предлагая им прекращение огня с нашей стороны в обмен на их присоединение к выработанным нами рыцарским принципам честной игры. На наши принципы они, конечно, плевать хотели, поэтому переговоры успехом не увенчались. Непосредственно с Эсмеральдой мы не раз встречались в поединках, только выглядела она раньше немного по-другому, потому и не узнал. Да и откуда я мог предположить, что встречу её здесь, на заставе!

— Здравствуй, Эсмеральда. Без коня и доспехов я тебя не узнал, — без особой радости сказал я.

— Да и я тебя без белого пера, признаться, тоже, — криво усмехнулась она.

— Ну-ну, мне тут старые разборки ни к чему, — быстро сказал Рексоман. — Что было, то прошло. Ну-ка забыли мне всё, и обнялись-поцеловались.

— Я бы его поцеловала, — усмехнулась Эсмеральда. — Да не знаю, захочет ли он. Белые рыцари все чистюли и высоконравственные личности. А я для него злодейка и беспредельщица.

— В общем, так, — строго произнёс Рексоман. — Алекс, я тебя с Эсмеральдой познакомил, потому что у вас игровой опыт похожий, она тебе адаптироваться у нас поможет. Увижу, что у заставы проблемы из-за ваших отношений — сразу отправлю назад к воеводе. Тебя, Алекс, отправлю — потому что Эсмеральда себя прекрасным бойцом и звеньевым зарекомендовала, и я предпочту оставить её. Всё понятно?

— Всё понятно, — буркнул я, чувствуя, как начинают гореть уши.

— Тогда вперёд. Звеньевые тебе сейчас людей пришлют, жди их во дворе, — сотник повысил голос. — Народ! А ну разойтись! Чтоб через три минуты у меня в избе никого не было! И не забудьте людей в резерв прислать!

Я стоял возле избы сотника в некоторой растерянности, а передо мной переминались с ноги на ногу девять дружинников. Рыцари и звеньевые разбежались по избам, оставив меня наедине с нежданно-негаданно свалившейся ответственностью.

— Ты, что ли, за звеньевого у нас будешь? — ехидно спросил один из дружинников, невысокий тощий брюнет, сплюнув себе под ноги.

Остальные одобрительно заулыбались. Ну понятно, когда сотник приказал скинуться на резерв, каждый звеньевой счёл за счастье избавиться от наиболее неприятных и неуправляемых типов в своей команде. И мне теперь этой бандой командовать придётся? У нас в «Белом Ордене» народ совсем другой был.

Я пропустил вопрос тощего дружинника мимо ушей и как можно строже спросил:

— Почему вас только девять? Где остальные?

— Не кричи, начальник, не глухие, — ответил мне хмурый толстяк с арбалетом в руках. — Нам фиолетово, сколько и кого. Когда выступаем?

— Выступаем по моей команде, — усмехнулся я. — А пока устроим перекличку: имя, звено. Или сразу скажите, кого здесь не хватает. Должно быть по одному от каждого звена. Звеньев двенадцать.

— А наше, значит, тринадцатое, — сказал тощий дружинник. — Везёт же нам.

— Ага. И командир у нас похоже тоже, тринадцатый, — поддержал его толстяк.

— Не, он скорее шестой, — сострил тощий, и оба засмеялись, довольные своим остроумием.

— Вы двое остаётесь на заставе, — сообщил я. — Валите в звено Очкарика. Мне такие остряки в резерве не нужны.

— Ты чё, командир, — примирительно сказал толстяк. — Шуток не понимаешь?

— На привале будешь шутить. Объясняю обстановку. Сейчас двадцать минут третьего. В три нас на заставе быть не должно.

— Это всё понятно, — сказал тощий. — Только ты не с того начинаешь, звеньевой. Ты по-человечески расскажи: кто такой, откуда, сколько уже в игре. А то мужики говорят, ты второй день играешь, и уже в командиры пролез. Объясни людям!

— Что ж, вопрос законный. Объясняю, — вздохнул я. — Звать меня Алекс, в Нереалии я второй день. Это правда.

Дружинники недовольно загудели, стали переглядываться.

Я мысленно навсегда простился с моей политикой анонимности в игре.

— До этого играл в «Рыцарях Средневековья». Паладин.

Толстяк от изумления едва не выронил арбалет.

— Гонишь! — сказал он.

— Найт меня зовут. Белый Орден. Если кто слышал.

— Я слышал, — негромко сказал молчавший до сих пор коротышка с окладистой бородой, больше всего походящий не на дружинника, а на гнома. — Борцы за справедливость. Супер-герои. В общем, джедаи доморощенные.

— А драться эти джедаи умеют? — скептически спросил тощий дружинник.

— Не знаю, как джедаи, — раздался вдруг знакомый голос. — А вот Алекс в первый же день Шкиперу в городе морду начистил.

Как же приятно было увидеть Витю! А я уже хотел было обидеться, что он обо мне мгновенно забыл у воеводы и даже с назначением в звеньевые не поздравил. Оказывается, не забыл! За его спиной маячили два знакомых лица: Петя с Бруно.

— Здорово, резерв! — громко сказал Витя. — Принимай пополнение! Я тут подумал, тебе полезно и приятно будет знакомых ребят в звене увидеть. Так что отдаю обоих! От сердца отрываю! Рад?

— Не то слово, как рад! — улыбнулся я.

— А я не очень рад, — честно сказал Петя. — Не люблю резерв. Скукотища.

— Сегодня скучно не будет, — успокоил его Витя. — Мы же их лагерь окружаем, где фронт, где резерв — не очень понятно будет. Успеешь повоевать.

— Ты серьёзно насчёт Шкипера, Витёк? — спросил тощий дружинник.

— Серьёзно, Федя. Вот такой ваш новый звеньевой везучий.

— Да уж, везучее некуда, — пробурчал толстяк с арбалетом.

— Короче, народ, — распорядился Витя. — Перекур пять минут. Мне с вашим звеньевым переговорить надо.

Мы отошли немного в сторонку, оставив бойцов обсуждать новости и перемывать мне косточки.

— Больше никого не жди, твоё звено укомплектовано, — сказал Витя. — Я двоих привёл — за себя и за Мурзу.

— Это одиннадцать, — заметил я.

— Двенадцатая — Эсмеральда. А у неё звено чисто девчачье. От неё никого не жди.

— А какая мне разница, какое звено. Должна человека прислать.

— Не связывайся с ней, Алекс, — посоветовал Витя. — Во-первых, характер у неё дикий. Во-вторых, я уже слышал, вы с ней ещё с «Рыцарей» не ладите. А в третьих, Рексоман к ней явно неравнодушен.

— Да уж, причин достаточно, — погрустнел я.

— Ну вот, видишь! — обрадовался Витя. — Жди сотника со штабом, вы выходите последними. А мне пора бежать — мы уже выдвигаемся.

— Вить!..

— Да? — обернулся он уже на бегу.

— Покажи, в какой избе Эсмеральда.

— Зачем тебе? Она у самых ворот, слева от входа. Может, уже на марше!

— Спасибо тебе!

Распорядившись звену продолжать перекур, я решительным шагом направился к избе слева от входа. Из ворот уже выходили колонной несколько звеньев. Впереди на белом в яблоках коне я узнал Мамая. Зрелище было эффектное! К счастью, Эсмеральда ещё не вышла с заставы, хотя её звено, состоящее сплошь из хорошеньких девушек весьма воинственного вида, уже стояло построившись по две в колонну, в полной готовности к походу.

— Ты не к нам случайно, новичок? — кокетливо спросила одна из девушек, невысокая блондинка с луком и колчаном стрел за спиной.

— Чего надо, Найт? — неприязненно спросила Эсмеральда.

— Что за Найт? — спросила ещё одна крепкая рыжеволосая девушка, с внушительным боевым топором в руке.

— Я бы тоже не прочь узнать, что за Найт, — поддержала третья девушка, шатенка с перевязанной красной ленточкой волосами.

Пока подружки Эсмеральды переговаривались и строили предположения, я подошёл к их командирше поближе.

— Ты забыла мне бойца в резерв прислать.

— Какого бойца? — возмутилась она. — Отвали, Найт. Не видишь, у меня одни девчонки.

— Ты Рексомана хорошо слышала? — настаивал я. — С каждого звена по человеку.

— Не поняла, а куда это нужно по человеку со звена? — переспросила рыжеволосая.

— Стелла, помолчи, — поморщилась Эсмеральда. — А тебе, Найт, я уже сказала. Исчезни.

Положение было неприятное. Я чувствовал, как слегка дрожат руки, как всегда случалось, когда я сильно нервничал или попадал вот в такие вот неоднозначные ситуации. Но одновременно бурлящими волнами во мне поднималось дикое упрямство и непреклонное желание довести начатое дело до конца. Если я чувствовал свою правоту, конечно. В данном случае я её чувствовал. И поэтому громко объявил:

— Значит так, девушки. Я по приказу Рексомана. Из вашего звена один доброволец в резерв. Прямо сейчас пойдёт со мной.

— Белопёрый, ты нарываешься, — зловеще сказала Эсмеральда.

— Резерв будет базироваться рядом со штабом заставы. Рексоман лично пообещал присматривать.

— А что, может, мне пойти? — хохотнула длинная нескладная девушка с копьём в руке.

— Ага, иди, Ева, — поддержала её рыжая. — Видишь, мальчик какой настырный. С таким не пропадёшь.

— Разговорчики! — повысила голос Эсмеральда. — Найт, даю тебе десять секунд убраться, после этого обнулю тебя к такой-то бабушке и плевать мне на Рексомана.

— На кого это тебе плевать? — раздался громогласный голос у меня за спиной.

Я оглянулся: к нам вразвалочку приближался Персиваль собственной персоной. Увидев его я сразу вспомнил, что звено Эсмеральды вместе с двумя другими было придано ему под командование.

— Ты Алексу послала человека? — строго спросил Персиваль.

— Кого я пошлю? — огрызнулась Эсмеральда. — У меня же бабы одни!

— Ответ понятен, — сказал рыцарь. — Короче, сама выберешь, или мне назначить?

— Персиваль, ты бы не лез на рожон, — неожиданно тихо сказала Эсмеральда. Но именно теперь от её голоса повеяло явной угрозой.

— Так. Ты, красавица, — Персиваль показал пальцем на рыжеволосую. — Или вот ты, чаровница, — теперь его перст указывал на приглянувшуюся мне лучницу с вьющимися светлыми волосами. — Одна из вас пойдёт с ним. Решайте сами.

— Стелла, стоять, — приказала Эсмеральда.

— Значит, ты, — подвёл итог Персиваль. — Как зовут?

— Агнешка, — представилась блондинка.

— Алекс, зачисляй в резерв. И шевелись, время идёт.

— Спасибо, Персиваль! — с чувством сказал я.

— Пустяки, — отмахнулся он.

А вот по тому, как сверкнула на нас глазами Эсмеральда я понял, что она мне этого не забудет. Ну, это ладно. Мне не привыкать с ней на ножах быть. Так даже спокойнее. Люблю ясность в отношениях.