Дина

Проснулась я в потрясающем настроении. Серьезно, так хорошо себя в этом мире с утра еще ни разу не чувствовала. Нургх и молча внимавшие его указаниям девушки занимались сортировкой наших вещей. Моя банная сумка стояла аккуратно собранная. Мы что, близко? Я подскочила от одной этой мысли и села, сдергивая с себя шкуру. И тут увидела у себя в ногах букет потрясающе красивых желтых цветов, нежных и хрупких. И где он их раздобыл?

— Мур-р-р, — послала мысленный вопль восторга.

Нургх взглянул на меня с недоумением, но потом понял, что я довольна.

— Связанная моя, — пришел нежный шепот.

— До города еще далеко?

— К вечеру будем у купола.

Учитывая, что я снова встала далеко за полдень, осталось совсем немного. Какая там нас ждет встреча? Увидев всего одного шаенга в боевой трансформации, я от страха чуть заикаться не начала, а скоро предстоит вступить на территорию их рода. Да еще надо как-то убедить их, чтобы и девушек впустили. Денек предстоял очень непростой.

Умывшись, я захотела есть. Нургх тут же выдал мне запеченный окорок какого-то неведомого зверя и сочные стебли, по вкусу похожие на бананы с орешками. Видимо, он успел уже побывать на суше. Подкрепившись, я решила с оптимизмом смотреть в будущее.

По сравнению со вчерашним днем река выглядела значительно шире — берега уже невозможно было рассмотреть в деталях, они просто сливались в далекие фиолетовые полосы.

Интересно, какое расстояние мы преодолели за ночь?

Нам с девушками предстояло надеть нечто наподобие рясы с капюшонами и держаться позади Нургха, не мешая ему вести переговоры.

Купол я заметила издалека. Он напоминал мутную целлофановую пленку и просвечивал насквозь — то, что находилось внутри, не было видно, но вот то, что позади, проглядывало словно в тумане. Метров за сто до купола Нургх подвел плот к берегу, и мы сошли, разобрали вещи и двинулись в сторону города шаенгов. Было очень тревожно, но вместе с тем и любопытно — как оно там, внутри.

— Мысленно ко мне не обращайся, пока я не скажу, — пришла сосредоточенная мысль. — И что бы ни случилось — не бойся. Вам однозначно ничем не навредят.

Обнадежил! Можно подумать, если навредят ему, мне полегчает.

Подойдя вплотную к куполу, Нургх коснулся его рукой, вспыхнули искры. Я оглянулась на девушек. Даже мне было видно, что их просто трясло от страха. Почувствовав вибрацию, я резко повернулась к куполу и увидела, как сквозь него начинают проходить шаенги — высокие, бледнокожие, пепельноволосые и желтоглазые. Каждый с обнаженным сортом. Не произнося ни звука, они мгновенно окружили нас. Один из них, с морщинистым лицом, искаженным яростью, остановился прямо перед Нургхом.

— Соордж, ради моих спутниц… — При этих словах окружавшие нас мужчины как-то неуловимо вздрогнули, и все внимание, до того прикованное к Изгнаннику, переключилось на нас. — Будем говорить вслух.

— Как смеешь ты вообще ожидать, что с тобой будут говорить? Как посмел ты явиться к нам?!

Оглушительный вопль стал последней каплей для перепуганных доргинь, и девушки как-то разом обмякли. Стоящие позади нас шаенги подались вперед, не позволяя им коснуться холодной почвы, чуть погодя обе уже оказались на руках мужчин. Причем стоявшие рядом как-то особенно напряженно всматривались в своих более удачливых соседей.

— Я не мог не вернуться, так как получил Зов и обрел Связанную! — прозвучал решительный голос Нургха.

Шаенги вздрогнули. Потрясение, недоверие и даже зависть отразились на лицах большинства. Соордж так вообще побелел и потрясенно отступил на шаг.

— Ты? Как это возможно? Почему так несправедливо… — донеслось до меня его бормотание.

— Отец, — вперед выступил один из более молодых шаенгов, — это меняет ситуацию. Мы не можем допустить, чтобы Связанная осталась без защиты рода.

— Ее мы впустим, но его — никогда, — с еще большей ненавистью выплюнул глава рода.

— Отец, одумайся, — очевидно, это был Ригард, — а если он погибнет? Не наш род изгнал его.

Отступив назад, молодой шаенг бросил на меня тоскливый взгляд. Напуганная перспективой насильственной разлуки, я резко подалась вперед, хватая Нургха за руку и прижимаясь к его плечу. При этом прядь моих волос снова выскользнула из-под капюшона, привлекая всеобщее внимание.

— Огненные волосы! — с резким криком Соордж кинулся ко мне, протягивая руку к моему капюшону, но был остановлен ставшим на его пути Нургхом.

— У нее льдистые глаза?

— При чем тут ее глаза и волосы? Мы прошли Обряд. Она — моя Связанная и должна быть защищена! Я не прошу вас принять нас в род, мы будем пытаться попасть в род льдистоглазых, — категорично осадил его мой шаенг.

— Ты надеешься вернуться в род? — Взгляд главы обеспокоенно метался между мной и Нургхом, и в итоге он принял решение: — Хорошо, мы пустим вас в город.

— А кто с вами еще? — вновь вмешался Ригард.

— Эти девушки вместе с Диной. Она хочет, чтобы их тоже пустили в Орбдух, — уже спокойно пояснил Нургх.

Его ответ вызвал очередное волнение в рядах шаенгов.

— Хорошо.

У меня появилось ощущение, что девушки Соорджа совсем не волновали, но вот от меня он глаз не отводил, словно надеясь рассмотреть сквозь капюшон. Этот шаенг не вызывал у меня доверия, почему-то появилось нехорошее предчувствие.

Махнув рукой, глава рода развернулся и растворился в куполе. За ним последовали остальные шаенги, два из них до сих пор держали доргинь. Нургх подхватил меня на руки и последним шагнул за черту. Никакого дискомфорта при пересечении купола я не ощутила. Оказавшись внутри, потрясенно распахнула глаза: это было не просто лето — настоящий рай.

Перед нами расстилалась бесконечная степь. Легкий ветерок колыхал желтые травы, среди которых яркими пятнами выделялись цветы. Над ними пылало алое закатное небо.

— Лучше закрой глаза, — прошептал Нургх мне на ухо, прежде чем стремительно броситься вперед.

У меня только ветер засвистел в ушах, и мелькнула мысль о том, как хорошо, что девочки в обмороке. Нам потребовалось совсем мало времени, чтобы добраться до города. Он был совершенно не похож на селения доргов. Здесь были стены и достаточно четкие улицы. Большинство домов представляли собой круглые башенки в три или четыре этажа. Бросалось в глаза большое количество воды — рядом с каждой башенкой обязательно был фонтан, ключ или озерцо. Привлекали внимание и сады с деревьями, усыпанными спелыми плодами. Что это за плоды, я не знала. Растений было так много, что казалось, будто кругом все цветет и благоухает. Почти все здания были увиты цветущими лианами. Все это создавало ощущение умиротворяющего покоя, но никого из местных жителей я не увидела, а единственными звуками, наполняющими город, были звуки природы.

Мы, а также те два шаенга, что несли доргинь, остановились возле одной из башенок, видимо следуя полученным инструкциям. Нургх осторожно поставил меня на ноги, и мы вошли внутрь. Бережно уложив пришедших в себя девушек на мягкие диваны, шаенги робко им поклонились, коснувшись лба раскрытой ладонью, — я уже знала, что этот жест у доргов означал приветствие. Так же молча оба развернулись и покинули нас.

— Располагайтесь и устраивайтесь по собственному желанию. Скоро будет ужин, — сказал Нургх.

Нургх

Давно уже столько противоречивых чувств не раздирало мне душу. С одной стороны, бешеный восторг от давно забытого ощущения близости подобных мне, с другой — гнев и ярость, вызванные поведением Соорджа. Я понимал его отношение ко мне и готов был с ним смириться, но не с его явной заинтересованностью Диной. Его слишком большой интерес к ней вызывал беспокойство.

Оставив обеих доргинь осматривать нижние комнаты, мы с Диной отправились на верхние этажи. Дина совсем не испугалась подъемника, наоборот, попросила меня объяснить, как регулировать его движение. Добравшись до третьего этажа, я отвел Дину в спальню, рядом с которой была купальня, сам же решил, пока она будет купаться и отдыхать, дождаться шаенгов, которые должны-были принести ужин и новости от главы рода.

Спустившись вниз, я показал обеим доргиням, как пользоваться подъемником, и сообщил, что они могут располагаться в комнатах на втором этаже и смело пользоваться в жилище всем, чем пожелают. Вот их реакция была ожидаемой: страх, волнение и удивление. Тут вернулись шаенги, неся три корзины с едой.

— Глава рода завтра ожидает тебя и твою Связанную на беседу, — спокойно сообщили они.

Опустив корзины на стол, оба оглянулись и несколько замешкались.

— Мы можем спросить у твоих спутниц, нуждаются ли они в чем-либо? — пришел неожиданный мысленный вопрос.

Взглянув на их плечи, я не увидел связующих браслетов, но не был уверен, что стоит разрешать им общаться с явно перепуганными девушками. Видимо, они ощутили мое недоумение и нежелание и поспешно добавили:

— Мы не хотим пугать их, лишь уточним, всем ли они довольны, — смущенно проговорил один.

— Почему они согласились прийти с вами? — с небольшой заминкой произнес второй.

— Мы спасли их из плена. Домой вернуться они не могут, а одни погибнут. Дина взяла их с собой, полагая, что здесь они смогут обрести себе пару и защиту, — с сомнением в голосе произнес я.

Мои органы восприятия ошпарило резкой волной потрясения и последующей надежды, на второй план отошли даже настороженность и пренебрежение по отношению ко мне.

— А это возможно? На чем основывается их выбор пары? — Еще один робкий вопрос, и спрашивающий смущенно отвел глаза.

— Зачем вам это знать? Вы должны ждать Зова.

И опять меня захлестнули чужие эмоции: тоска, боль и отчаяние. Я уже понял, что сейчас услышу:

— Мы оба уже получали Зов…

Что я мог ответить на это? Огромное, ни с чем не сравнимое горе. Сейчас, пройдя через Обряд и обретя Дину, я понимал это. Не представляю, как они могут жить после провала, как находят силы выглядеть живыми. Но я знал, что помочь им невозможно. Стоило ли еще больше терзать их души призрачной надеждой и недосягаемой мечтой? Я просто не имел права на это.

— Наверное, не стоит. Это только еще больше напугает их.

Оба сразу как-то сгорбились, опустив взгляд в пол. Молча кивнув, направились к выходу. Меня практически засосало в водоворот беспросветного отчаяния и обреченности. Я совсем забыл, живя один, как это удушающе сложно для эмпата — находиться в окружении множества эмоций. Как они все существуют тут? Как выдерживают столько чужих эмоций? А если представить контраст между эмоциями тех, кто обрел Связанную, и тех, кто не прошел Обряд… И вторых было большинство. Мне стало жутко. Покинув окружение себе подобных ребенком, я никогда не задумывался об этой стороне нашей жизни. Мой детский мир был наполнен любовью родителей, светлыми и радостными чувствами. Я даже не представлял, насколько все меняется во взрослом мире. Кажется, я начинал понимать, отчего даже всесильные маги могут сойти с ума. Не сдержавшись, я задержал визитеров:

— Постойте. Вам надо поговорить об этом с моей Связанной. Она почему-то уверена, что даже не прошедшие Обряд могут создать пару и обрести Связь при условии постоянного общения… если оба понравятся друг другу. Но я не уверен в этом. И не знаю, что они делают, чтобы понравиться. Хотя моя Связанная была очень счастлива, когда я по совету доргинь подарил ей букет цветов. Но и обнадеживать вас я не хочу.

Оба не ответили, но слушали мою сбивчивую тираду, замерев и буквально не дыша.

— Окажите мне честь, сообщив ваши имена. Я предупрежу мою Связанную.

— Воорт.

— Михст.

Я кивнул в ответ. Но совсем неожиданным для меня стало их тихое:

— Спасибо, брат.

Постоял минуту после ухода янтарноглазых, пытаясь прийти в себя. Вот и начало возвращения, вот и мой народ… Так ли уж плохо жилось мне, изгнаннику, будучи изолированным от этого всего?

Я взглянул на корзины и пошел звать Дину и доргинь ужинать. День выдался тот еще, и надо бы хорошо отдохнуть перед завтрашним.

В башне главы рода Янтарных

— Отец, что нашло на тебя сегодня? Что за дикое поведение по отношению к Связанной?

— А ты считаешь это справедливым? Ты, мой единственный сын и наследник рода, не прошел Обряд и обречен на мучительное угасание, тогда как Проклятый Изгнанник…

— Отец, прошу тебя, не будем обсуждать эту тему. Я просто не могу! А что касается справедливости, то не нам решать, кого какой ждет путь и кто чего заслуживает. Все произошедшее с ним — и в прошлом, и сейчас — очень неоднозначно.

— Он убийца отца и матери! Что тут неоднозначного ты находишь? Впрочем, сейчас это только на руку нам. Мы должны избавиться от Нургха, не лишая его при этом жизни. Мне было Видение, давно, еще до того, как ты получил Зов. Я никак не мог понять его до сегодняшнего дня, поэтому не говорил тебе.

— Отец, о чем ты?

— Ригард, говорю тебе не как отец, а как Знающий нашего рода. Я видел, что ты обретешь Связь с женщиной с огненными волосами! И ты прекрасно знаешь, что видения Знающих всегда сбывались.