О да, первый урок меня сразу же впечатлил, впечатлил так, что все тело ноет и ломит до сих пор. Буквально сразу же, после переноса, я оказался распластан на траве, вдавливаемый в землю все сильнее и сильнее. Не мог не то, что пошевелить ногой или рукой, голову повернуть не мог. Тело как будто налилось свинцом, стало неподъемным, силы мышц просто не хватало, а давление все нарастало и нарастало. Дышать получалось с трудом, через силу, в глазах скакали темные пятна, во рту появился привкус железа. И тут давление остановилось, видно, дойдя до какой-то планки, и про меня забыли. И вот лежу я, дышу через силу, со свистом проталкивая через зубы воздух, и жду непонятно чего. Пара жалких попыток избавиться от невидимого пресса ничего не принесли, лишь напрасно сожгли драгоценный кислород.

Чего же от меня хотят? Физические усилия здесь бесполезны, это и так ясно, остается только разум, но что я могу такого, что поможет в этой ситуации? Мозг на пределе искал выход, перетряхивал всю известную информацию, и ничего не находил.

Не знаю, сколько времени прошло, но давление, и до того беспощадное, вдруг резко, скачком, усилилось, и я потерял сознание. Очнулся свободно лежащим на траве, а чуть дальше, на самой кромке травы и мрака, стоял балахон.

- Человек изначально не развит, ущербен, - голос утверждал, констатируя, - ошибочно предполагать, что он способен чего-либо добиться, развивая только часть себя - или разум, или тело. Я дам тебе понимание сути этого, - и в голову волнами хлынули знания, четкие, яркие, раскаленной иглой впиваясь в мозг, тесня старое, задвигая его куда подальше и занимая первые места. Голова ощущалась как губка, постепенно набухающая от поступающей воды. Так меня еще никогда не учили.

Через мгновение все закончилось. Весь мокрый от пота и лихорадочно дыша, пытался прийти в себя. Зато теперь я понимал, знал, чего от меня хотели. Тренировать тело отдельно от разума бесполезно и вредно, всегда что-то будет отставать, порождая дисгармонию и не соответствие. Или не хватит физических данных, хотя разум уже готов, или же тело просто будет простаивать, не выкладываясь на-полную. Звучит странно, но я вижу суть, понимаю ее, согласен с ней. И больше ни о чем не могу думать. Для меня это стало настоящим откровением. Поднял блестящие глаза на куратора:

- Урок окончен?

Он кивнул, и меня выкинуло во тьму. Пришел в себя я довольно быстро, хоть и ломало меня по-черному, но новые знания открывали небывалый простор возможностей, и это того стоило. Не спеша, по стеночке, доковылял до ложа, сел, прислонившись спиной к стене, закрыл глаза. Есть не хотелось, хотелось лечь и не шевелиться. Ну да мы уже проходили такое. Через силу сконцентрировался, уйдя от всего отвлекающего, стараясь оставить где-то за кулисами и ноющее тело, и предвкушение новых возможностей, отрешиться от всего, оставив только плавное погружение в себя. Наработанный навык сработал почти сразу, и я ухнул в глубины сознания.

Тишина и покой, легкая умиротворенность. А перед разумом, не отвлекаемым задвинутыми на задний план ненужными мыслями, уже раскручивается головоломка первой схемы, переданной куратором - слияние разума с телом. Вернее, открытие доступа к телу. Итог - контроль и управление собой на невообразимом для моего понимания уровне, даже представлять страшно, что может получиться. Разблокировка всех, так называемых, скрытых резервов, а на самом деле просто закрытых. Расширение границ доступного телу, что означает улучшение функционирования и развитие организма в целом. Была у вас одна почка? Вырастет вторая. Что, опухоль? Так не станет ее. Слабое сердце? Увольте, промышленные насосы и рядом не лежали. В общем, разум просто пьянел от перспектив, и это только поверхностное понимание, к чему могут привести тренировки - можно лишь гадать.

Но что следует признать, выполнение практики с сознанием по схеме уже на первый взгляд казалось достаточно сложным. Легко не будет. Будет пот, кровь и головная боль - это я так настраиваюсь на работу до упора. Без хотя бы одного признака любая тренировка бесполезна. Так что... начнем.

И сразу же вылет! Глаза закрыты, я до сих пор отрешен от всего, но уже на самом краю, еще чуть-чуть и все, буду просто сидеть с закрытыми глазами. Однако. Впечатление было такое, будто, погружаясь на глубину, пытаешься все время нащупать перед собой что-то постоянно ускользающее, словно окутанное неким барьером, не дающимся в руки, отталкивающимся от любого прикосновения. И вот, почти удалось схватить, оно у тебя между ладоней, ты сводишь руки, ощущаешь легкое, скользкое трепыхание, чувствуешь победу, сдавливаешь сильнее, пытаясь схватить, зажать, но оно вдруг пулей проскальзывает между пальцев, словно кусок мыла, а меня отдачей выталкивает на поверхность.

Не хватает концентрации, моего уровня недостаточно, я понял это с огромным сожалением. Любой мимолетный сбой в настрое - и вот результат. Вернее, его отсутствие. Дальнейшее можно было назвать битьем головой о стену. С тем же успехом. Она начала болеть. В иные моменты напряженность и концентрация достигали такого пика, что казалось, будто сознание дрожит и бьется в судорогах, не способное продолжать далее. И тогда меня выбрасывало, я открывал глаза, мотал головой, разминал шею, массировал виски, и начинал все заново. Раз за разом, спотыкаясь на одном и том же, продолжал попытки снова и снова. После очередной неудачи, активировал символ на восстановление, так тут называлась диагностика и устранение неисправностей организма. Проводилось своего рода омоложение страдающего участка, если это было возможно, если же нет - вот тут, как всегда, информация была для меня закрыта. Боль утихла, остался лишь легкий шум в ушах, но это не мешало, и я продолжил.

В общем, спорта сегодня не было, я так и не пробил головой эту стену, и это очень огорчало. Может, я что-то делаю не так? Приняв местный "душ", удобнее устроился на лежаке. Тьма.

- У меня есть вопросы.

- Слушаю тебя.

- Пытаюсь работать с сознанием по новой методике. Постоянно выбрасывает, полностью. Что я делаю не так?

- А что ты вообще делаешь?

Объяснил ему свои ощущения. Как я вижу ситуацию в целом. Что мне попросту не хватает контроля над собой. Черт! Я дурак...

- У меня и не должно было получиться, ведь так?

- Не должно. Ты и так уже все понял, еще вопросы?

- А как же возможные перспективы, сама суть слияния и все прочее?

- А с чего ты взял, что схема одноуровневая? Достигнешь нужной концентрации, откроется следующий уровень. Или ты хотел все и сразу? - в голосе откровенный смех. Я молчал.

А что говорить, дурак, он и есть дурак. Когда получал эти знания, то, по мере их поступления, становилось известным и понятным то, о чем я даже не подозревал до этих пор. И когда начинал осознанно думать про что-либо из полученного, знаний становилось больше именно об этом, словно вспоминалось давно забытое. Что нам это дает? Правильно - многоуровневую систему. И что я дурак, знавший все нужное, но не собравший все воедино.

- Если ты еще не пробовал, хочу так же отметить, что полученное ты сможешь применять только в определенной последовательности. И кстати, физподготовку я бы на твоем месте не забрасывал, - последнее прозвучало довольно сухо.

- Увлекся просто, у меня больше нет вопросов.

- А у меня нет советов, переживи эту ночь.

- И ты переживи.

- Я не живу по определению, ну да я и не куратор поведения.

- А что, и такие есть? - я немало удивился.

- Есть, конечно. Форма прощания применима только к живущим, к существующим она не применяется.

- А ты в курсе, что снаружи она уже не в ходу?

- Дикари могут делать все, что им вздумается, нам же не обязательно за ними повторять? - очередная насмешка.

- Мне они не показались дикарями.

- А многих ли ты видел? Ну да ладно, это не мой профиль. Переживи эту ночь, - и, не позволяя мне ничего ответить, выбросил в сон.

Это утро принесло только легкую головную боль, впрочем, как и многие последующие, повторяющиеся своей обычностью и предсказуемостью. Но результат, все же, был. Может, и не такой, как хотелось бы, но был, несомненно. То же время, проведенное на пике напряжения - оно увеличивалось. Мозг все так же страдал, сознание билось в судорогах, да иногда так, что это передавалось телу, и я мелко дрожал, будто каждый негативный импульс от сознания переходил в легкие конвульсии рук, ног, груди и брюшных мышц. Пахал я, в общем.

Уроки стали какие-то чудные. Монстров больше не было. Приходилось бегать, прыгать, преодолевать препятствия. Правда, все это в полнейшей темноте, потому как пятачок света не шибко быстро рос, и я довольно часто вспахивал носом землю. Про травмы и не говорю, нос, руки, ноги, ребра ломал неоднократно, о сотрясениях головы и выбитых зубах можно пьесу написать. Провоцировало же меня на это всегда разное, но неприятное: то белесая дымка, от которой трава прямо на глазах чахла и осыпалась пеплом, то какие-то мелкие прыгающие блохи, реально жрущие плоть - поздно от них рванул, то еще какая-то дрянь. В общем, стимул был. Насколько я понял, все, что я мог выработать за это время - это выносливость, ориентирование в полной темноте всеми доступными способами, ну и, конечно же, сосредоточенность на основном - на улепетывании, а не на ушибах и прочих второстепенных неприятностях, даже если это сломанная рука или нога.

Радовало то, что все физически полезное, что ощущалось в процессе урока, атрасс переносил в ощущения и память тела. То есть при длительном беге на уроке, в себя я приходил с уставшими ногами и отдышкой. Ничего не пропадало втуне, вот в чем плюс. А последующая медитация обновляла тело, сбрасывая усталость и придавая сил, давая возможность поизмываться над собой второй раз за день. Эх, такой бы распорядок мне тому, в прошлом, когда обычно сидел или перед компьютером, или с бутылочкой пива где-то, с кем-то. Подобные мысли иногда посещали и отчего-то смешили. Не то, что мне нравилась такая жизнь, и я откажусь вернуться обратно, домой, представься такой случай. Но жить по-старому я бы уже не смог. Слишком изменился, и то, что я делаю сейчас, мне ближе того, чем я жил раньше.

Так и проходи день за днем. Довольно неплохо продвинулся в медитации, удерживая сознания в нужной точке уже значительно дольше. Радовала кормежка. Хоть и была все той же баландой, но ее стало значительно больше, и я все умудрялся съедать, даже от добавки иногда отказывался бы, будь она в меню. Куратор сообщил как-то, что мой вес составил почти семьдесят пять килограмм против шестидесяти двух изначальных, и это при моем-то росте. Сложно оценивать, наблюдая себя каждый день и не имея раннего образа для сравнения. Но не верить не было смысла, около тринадцати килограмм чистых мышц, жиру то неоткуда было взяться, не тот образ жизни.

В какой-то момент, медитируя, словно проломил стену, будто скачек произошел - давишь, давишь, а потом резко проваливаешься вперед, по инерции. Из-за перенапряжения носом пошла кровь, отметил не прерываясь, просто знал, сама остановится. А сознание претерпевало изменения, подстраиваясь под новые условия - очередной уровень схемы разворачивался во всей красе. Теперь же мне стоило огромных усилий уже удержаться, не ухнуть вниз, ощущение падения то замедлялось, то вновь набирало силу, увлекая сознание все глубже и глубже, утягивая неизвестно куда. Стало страшно. Я не контролировал процесс, меня засасывало. Дыхание участилось. Это была уже не медитация. Я боролся, пытаясь вынырнуть, вернуться, всплыть. Чувствовал, как дрожат руки, как бешено вращаются бельма под веками, гулко ухает сердце, и бездна медленно, неохотно, но отдалялась. Спасся. Рано, рано мне еще с этим связываться. Открыл глаза. Спина мокрая от пота, легкая дрожь по всему телу. Нервы. Еще бы чуть-чуть, и кто знает, сидел бы тут сейчас безмозглый кусок мяса или просто сбрендившая человеческая кукла. Хотя для меня это значило бы одно и тоже - конец.

Очередная ночная смена, рассказал про свой несостоявшийся путь в никуда, негодую:

- Я чудом вернулся, почему не предупреждаете заранее?

- Здесь не обучаются обычные люди, если попал к нам, значит, осилишь. Нет - естественный отсев, - в голосе скука, видно, ему действительно наплевать.

- Бред какой-то. И как часто такой отсев происходил?

- Не часто, сюда обычным ученикам путь заказан.

- То есть я выжил - молодец, не смог бы - в утиль, так?

- В точку, - теперь голос довольный, как у обожравшегося сметаны кота.

- Ну и подход, - я покачал головой, - ты в курсе, что если я окочурюсь, то неизвестно когда еще у вас будет, и будет ли вообще хоть кто-то учиться?

Молчит.

- А что снаружи про вас давным-давно все забыли и нет ни одной постройки кроме этой, что все поросло лесом и зверье живет буквально в шаге от входа, об этом вы знаете?

- Империя переживает упадок, такое случается, и не в первый раз, тебе не о чем беспокоиться, аррак, сосредоточься на учебе, - оппа, что-то новенькое.

- Расскажи мне про империю, - жду, что ответит, скорее всего, как обычно: "закрыто", "нет доступа".

- С данной информацией ты должен был ознакомиться при начале обучения, - теперь голос укорял, стыдил, но мне было плевать.

- Я не знал, как это сделать, сами же называли меня чужаком, я не в курсе ваших порядков.

- Половина учеников всегда чужаки, но и они принимают мировоззрение Нак`хташ как единственно верное.

- А подробнее можно?

- Можно, но информация будет без дат и уточнений, только общие положения, исторический модуль не активен.

- Да ради Бога.

- Империи не одно тысячелетие, как и любая общность, она испытывала взлеты и падения. Но сама ее суть позволяла ей возрождаться снова и снова, невзирая на века праха и тлена. Основой стало мировоззрение, понимание сути мира. Приобщившиеся к учению Нак`хташ просто не могли существовать вовне, им было необходимо общение с равными, развитие и самосовершенствование. Покидались рода, семьи, планеты. Не всем это нравилось, устраивались войны и кровопролития. Но превосходство Нак`хташ было безоговорочным, все агрессоры гибли, неся многочисленные потери. Мы не порабощали и не неволили, просто предлагали свободный доступ к Пути. Учебные комплексы были открыты на множестве планет, империя росла внутри стран, союзов и альянсов планет. Потому у нее и нет границ. Империя там, где следуют Пути. Если же снаружи запустение, как ты говоришь, то эта ее часть просто переживает небытие, всего лишь.

- Вот как. Почему же никто не пришел и не восстановил здесь все?

- А зачем?

- Ну, как это зачем? Нести идею, - его вопрос поставил меня в тупик.

- А она здесь нужна? Нет смысла спорить, все идет так, как и должно идти.

- Я вот не уверен, что из ваших хоть кто-то выжил. Мне рассказывали, что вы поставлены вне закона и осталось вас от силы по десятку на планету. Как быть с этим?

- Никак, сосредоточься на учебе, - сухой, резкий ответ.

- На сегодня все? - похоже, он разозлился, может, все-таки не машина?

- Все, переживи эту ночь, - я кивнул.

Утром настроение было довольно странное. Мысли витали совсем не там, где следовало бы. Меня все время преследовало ощущение двоякости, неопределенности. С одной стороны - великая и, несомненно, могущественная империя, бессмертная по своей сути, со слов куратора. С другой - ее полнейшее уничтожение несколько тысячелетий назад, со слов покойного Иргеля. Или кто-то не владеет, или не владел полной информацией, или же империи помог пасть кто-то неизвестный, а местные лишь добили остатки титана. Потому как и Иргель, и куратор сходятся в том, что живущие сейчас поколения так и не смогли превзойти идущих изначальным путем. Вот и боли теперь голова, что и как на самом деле. Я вздохнул. Утренней медитации не было, лежал, размышлял. Мысли роились подобно пчелам, полностью завладев моим вниманием, но ни к чему стоящему я так и не пришел. Ладно, нечего бока отлеживать, пора на урок.

Урок начался с бега, "по" землетрясению. Пятно света было уже достаточного радиуса, что бы взгляд выхватил прорывающиеся кверху трещины, ненасытные пасти которых могли проглотить меня если не целиком, то уж пережевать насмерть точно. И они ширились, все быстрее и быстрее. А я бежал, по наитию прыгая или меняя путь, и пока удачно. Бешеная гонка. Адский темп. Гулко бухает сердце, мощными толчками разгоняя по жилам кровь, ноги, резко отталкиваясь перед очередным зевом, посылают тело вперед настолько, насколько можно - повезло, допрыгнул. А глаза закрыты, они сейчас ни к чему, только мешать будут. И вдруг свет, яркий, он бьет через веки и дезориентирует. Еще не успев набрать скорость после прыжка, я все равно сбиваюсь и падаю, а глаза уже слепит и жжет. Думал, ослепну.

И все стихло, в один миг - тусклый свет, спокойная, ровная земля.

- На комплекс напали, ты должен бежать, - сзади появился балахон, но что-то явно не в порядке, он какой-то мутный, нечеткий, и резь в глазах здесь совершенно не причем.

- Что? Кто напал? - глаза слезятся.

- В конец коридора, активатор получишь, переживи этот день, - и меня швырнуло во тьму.

Открыл глаза в незнакомом, тускло освещенном коридоре. Тело в норме, только остатки рези в глазах, а где-то вдалеке слышится грохот, потом еще и еще, что-то обваливается, создавая еще больший грохот, показалось, даже стены завибрировали. Не оглядываясь, я знал, что за спиной очередной символ, бросился бежать вперед. Длинный коридор все никак не заканчивался, и ладно бы дверные проемы хоть попадались бы, так нет же, словно в кишке какой-то бегу. Ну, наконец-то. Впереди уже маячат рельефы очередного символа власти, не добегая, послал активатор, и коридор исчез.

Ощущение полета и жуткий рев низвергающихся потоков воды, заглушающих все и вся. Я падал, падал стремительно и неотвратимо, поверхность воды с такой высоты будет не мягче асфальта, жить оставалось меньше минуты, а мозг лихорадочно искал варианты. Их нет... удар! Тело, немыслимо извернувшись, под невозможным углом стрелой вошло в воду, вокруг сразу образовалась карминовая муть, становясь все шире и шире. Руки лихорадочно загребали воду, легкие пытались не захлебнуться, ног же я не чувствовал вообще. Обреченность нависла подобно савану смерти. Я уже понимал, всплыть не удастся, слишком глубоко. И понимая бесплодность очередной попытки, уже в истерике, на пределе возможного, начал рвать жилы, стремясь только к одному, к свету, туда, наверх...