Альтар быстро поправлялся, благо цена за его жизнь была заплачена, а остальное довершил особый дар к целительству у народа залий. Мэрилин тоже пришлось оказать первую медицинскую помощь — сразу после ухода Марка девушка потеряла сознание, и только через сутки ее удалось привести в себя. Вместо долгих объяснений Даниэль предпочел показать ей Альтара, хоть и ослабевшего, но вполне живого, что сразу же благоприятно сказалось на здоровье обоих.

Они почти не интересовались окружающим миром, будто сумели остановить его и сойти на понравившейся им полянке. Весь груз тяжелых и противоречивых обязанностей свалился с души Альтара — ведь он сделал все, что мог, и даже умудрился воскреснуть! И Мэрилин, повзрослевшая и серьезная, все еще не поверившая до конца, что он жив, стала ему еще более близкой и любимой. Чего можно было еще желать? Тайна, которая не позволила им пройти мимо друг друга, раскрасила всеми цветами радуги огни вокруг их тел, сталкивая, связывая, сплетая их души. Куда бы они не пошли, что бы ни делали, там оживало все, что жило теплом и любовью — на и без того благодатной земле залий распускались новые цветы, у деревьев отрастали молодые побеги, на плечах Мэрилин отдыхали бабочки, солнце пробивало лучами тучи. Разве могла сотворить такое разлука, пусть для благих целей, пусть все говорят, что так надо? Альтар не был уверен, что знает ответ на этот вопрос — именно разлука привела его к смерти, хоть и недолгой, но только пережив все это, он был способен так остро чувствовать жизнь.

Аль почти сразу же покинула город залий. Всю ночь она проговорила с несколькими самыми мудрыми и уважаемыми жителями города, которые сочли нужным побеседовать с ней наедине. Уставшую и озадаченную, ее встретил под утро Даниэль и они немного погуляли по озаренному рассветом городу… Аль очень спешила, это было очевидно. И первый раз в жизни Даниэлю показалось, что что-то устроено не справедливо. Мимолетная мысль, но все же. Ведь не сможет она сюда больше вернуться… Он еще долго смотрел вслед отголоскам ее огненных сполохов, и странная растерянность, одновременно печальная и радостная охватила его в одночасье.

Заботливые зальи предложили своим гостям пожить некоторое время у них — всем было действительно необходимо восстановить душевные и физические силы. Каждому предоставили отдельное жилище наиболее подходящее по духу и назначению. Ир-Дару и Ягле отвели домик с маленьким огородом и садиком, в котором жил говорящий попугай. Тэнг поселился один в скромной хижине рядом с речкой. Враска заняла пост у временного портала — благо ей было не привыкать. Ариэль высказала желание поселиться поближе к Даниэлю — как она сама объяснила: слишком много неотвеченных вопросов у нее осталось, чтобы каждый раз бегать к нему за тридевять земель. Даниэль лишь улыбнулся и выделил ей гостевой домик в своем саду. Сильвио и вовсе отказался от жилья, вполне комфортно устроившись на ночь в том же саду под каким-то диковинным плодовым деревом. Дария позаботилась, чтобы у гостей было все необходимое, и каждый день звала всех к обеду или ужину. Еда здесь оказалась исключительно вкусной, хоть и совсем непривычной — ели только плоды, приготовленные особым образом, но каждый плод отдаленно напоминал вкусом то жренную картошку, то отбивную, то свежий хлеб, и любой из них отлично насыщал на довольно продолжительное время.

Друзья много гуляли, но не нашли здесь ни гор, ни морей. Ровные леса неизвестных светящихся деревьев, казалось, окутывали весь этот мир. К радости Ариэль, он больше не трещал по швам, и дома сохраняли свой обычный аккуратный вид. Сильвио быстро освоился с домашней работой и стал помогать Дарии по хозяйству. Враска выглядела необыкновенно спокойной — они с Тэнгом подолгу просиживали у речки рядом с его хижиной, чаще молчали, иногда тихо о чем-то говорили. Черты лица ее смягчились, и холодная богиня войны превратилась в милую земную женщину. Поначалу стыд не давал ей ни спать, ни есть, ни говорить — только Даниэлю она призналась, что согласна на любое воздаяние, лишь бы совесть ее перестала терзать. На что Даниэль ответил, что это и есть воздаяние и единственный путь вперед. Эти слова не обрадовали Враску, но она смирилась, благо теперь научилась это делать.

Против ее ожиданий, бывшие враги великодушно простили ей все долги, и она даже приобрела особую популярность как свидетельница самых драматичных событий. Ей не раз пришлось повторить в красках историю про то, как Альтар спасал Юма, про помешательство Фенны, про преследовавших ее слуг Зервана. Даниэль внес немного ясности в столь странную логику событий, объяснив, что некогда родители Фенны, как и Враска были высланы в дикий мир и приставлены к своему домику как хранители временных воронок. Но они так увлеклись простой жизнью, что забыли про свое назначение, да и умерли, ничего не рассказав дочери, однако передали ей часть своих необычных способностей. Народ залий все ждал, что душа Фенны очнется от пожизненного сна, и та хотя бы попробует использовать одну из окружавших ее воронок, но этого так и не произошло. Все свои способности женщина израсходовала на два метких удара ножом. Один для Альтара и один для себя — да, да, второй нож остановил ее сердце, и ей теперь придется все начинать сначала…

— Она же умерла, что же может начаться? — недоумевала Ягла.

— Неужели ты думаешь, что за одну жизнь ты узнаешь этот мир целиком? — задал встречный вопрос Даниэль.

— Нет, конечно, но…

— Тогда зачем уходить раньше?

Ягла улыбнулась. Она не была уверена, что поняла Даниэля, но ей почему-то понравился его ответ. Наверное, потому что он давал надежду на что-то хорошее. Бесценную надежду.

* * *

Внимание и обходительность залий не знала границ, но их гостям уже не сиделось на месте. Нестерпимо хотелось домой, оставалось только разобраться, где же этот дом находится.

Тэнг и Враска пожелавшие было найти свои родные миры и спрятаться подальше от этих инвариантных вселенных, быстро передумали, осознав, что их место там, где они могут кому-то по-настоящему помочь. И они отправились вслед за Яглой и Ир-Даром в джунгли к Золотой Пирамиде. Враска знала, что она будет делать — просвещать, а не пугать. Это будет намного интереснее! Когда-то и Юм вырастет, и ему понадобятся мудрые наставники. Залии утверждали, что это будет особенный мальчик, и у Враски с Тэнгом оставалось еще лет десять в запасе, чтобы как следует подготовиться самим к его взрослению.

Ариэль, единственная из всех, сопротивлялась возвращению. Она по уши влюбилась в Даниэля, и ни за что не хотела расставаться с ним. Девушка совершенно серьезно заявляла, что вполне способна стать такой же, как и "они", если те только покажут ей, в чем секрет трюка перевоплощений. Даниэль от подобных заявлений отшучивался, терпеливо объясняя своей юной поклоннице, что ни один обычный человек не сможет прожить долго в их мире. То свечение, которое исходит здесь от всего живого, оказывается, было полезно и благотворно для залий, но губительно в больших количествах для пришельцев извне, не привыкших к такому свету. Девочка же пропускала его объяснения мимо ушей, пока действительно не слегла с высокой температурой. Тогда непреклонному Даниэлю пришлось немедленно отправить ее домой к миссис Чилии в сопровождении Сильвио. Ариэль еле сдерживала слезы, но даже она уже понимала, что возвращение неизбежно. Даниэль утешил ее словами, что такие, как она нужны не там, где хорошо, а там где есть, что менять к лучшему, и это подействовало. Девочка воспряла духом, пообещав, что она устроит такие изменения к лучшему, что никому и не снилось! Обычная лукавая улыбка снова заиграла на лице Ариэль — в ее беспокойной голове уже зрел очередной план…

Альтар и Мэрилин покинули светящийся мир еще раньше, решив теперь вместе продолжать служение Золотым Нитям. Мэрилин предстояло пройти еще много испытаний и проверок, а потом долго учиться таким странным вещам, как ускорение или остановка времени, регенерация поврежденных органов, телепатия, телепортация… Но девушка была даже рада этому — поиски в ее жизни прекращались, и в ней появлялся смысл. Альтар предупредил ее, что эйфория и ощущение всемогущества на первых порах такого обучения — обычная штука, вот только доверять этому не стоит. Самым уязвимым местом у рыцарей остается сердце, которое должно быть все время открытым, и потому беззащитным. Это единственный орган, который они не могут регенерировать сами. Хотя теперь Альтар утверждал, что он знал, к кому обратиться за помощью, если случится неладное. Мэрилин счастливо улыбалась ему в ответ.

Она долго прощалась с Сильвио, жалея поваренка, но понимая, что сделать она для него ничего не может. Сильвио хотелось возвращаться домой не больше Ариэль, но уникальная способность принимать мир таким, какой он есть, помогла ему быстро смириться с ходом событий. По крайней мере, теперь он знал, что с Мэрилин все в порядке, и может быть, когда-то он увидит ее снова. Получив на прощанье два подарка — поцелуй в щеку и веточку светящегося дерева, Сильвио и вовсе повеселел, пообещав девушке вырастить дома целый сад к ее возвращению…

И вот за Сильвио и Ариэль на многие миллиарды лет закрылся последний вход в земли залий, страшных, но справедливых хранителей Золотых Нитей Сердца.