Я обернулся.

– Прошу прощения?

– Я спрашиваю, что происходит? – Лицо подошедшего, я заметил, сильно порозовело. А голос казался знакомым.

– Мистер Перкинс?

– Вы прекрасно знаете, что я мистер Перкинс! – Судя по виду, он очень сердился на что-то.

– Что-то не так? – спросил я.

– Хватит мне тут! – ответил он. – Вы должны работать у меня на горке! Я там только что был – вы бросили работу! Это прямо Бегство из Москвы какое-то!

– Ну, – ответил я, – все-таки не совсем.

– Хватит мне тут – «не совсем»! – проревел мистер Перкинс и шагнул ко мне.

В этот момент через живую изгородь перелетел кол и стукнул его по затылку. Мистер Перкинс сделал шаг вперед и упал в мои объятья. Из-за изгороди тем временем продолжали летать колья – еще и еще.

– Это кто кинул? – заорал я.

– Я, Рич! – донесся ответ.

– Больше не надо! В мистера Перкинса попало!

Колья летать перестали. Я посмотрел на мистера Перкинса. Он вел себя очень тихо. Хотя на самом деле – не просто тихо: он был мертв. Я прислонил его к изгороди, и он медленно утоп в листве. Через некоторое время с кольями на плечах появились Тэм и Ричи.

– Мы подумали, что быстрее будет их кидать, – объяснил Тэм.

– Может, так и есть, – ответил я. – Только нужно осторожнее. Глянь, что Рич натворил.

Ни Тэм, ни Ричи, похоже, не заметили, что в живой изгороди стоит мистер Перкинс. Я дернул подбородком в его сторону, они положили колья и подошли поближе.

– Я нечаянно, – сказал Ричи.

– Я знаю, – сказал я.

– Что он тут делал?

– Пришел о чем-то поскандалить.

Мы вчетвером постояли несколько секунд.

– Ну и чего мы с ним делать будем? – спросил Тэм.

– Наверно, лучше его похоронить.

– Но лучше на его земле, а не здесь, – предложил Ричи.

– Хорошая мысль, – одобрил я. – Закопаем под новым воротным столбом на горке. (Строго говоря, мы были еще не вполне готовы навешивать ворота, но в сложившихся обстоятельствах, видимо, стоило поторопиться.)

– А я заодно молоток прихвачу, – сказал Ричи.

Мы решили, что мистер Перкинс поедет в кабине между мной и Ричи, а Тэм – в кузове. Но когда до этого дошло, мы поняли, что как полагается он не гнется. Мы положили его в кузов и отвезли к подножью горки. Места будущих ворот Дональд нам уже разметил, поэтому мы выбрали то, которое, по нашим представлениям, лучше всего подходило мистеру Перкинсу, и выкопали ямы. После краткой дискуссии мы все согласились, что правильнее будет поместить его под притворный столб, а не под собственно воротный, но ни один не смог бы привести причину для такого решения. Когда мы закончили работу, новые ворота мистера Перкинса смотрелись очень красиво. Правда, никуда не вели, пока мы не обнесем их оградой.

Я складывал в кузов инвентарь, и тут мне в голову пришла мысль:

– Он же действительно умер, правда?

– Еще как умер, – подтвердил Тэм.

– А как же его овцы?

– А что им сделается?

Беседа почему-то перешла на мистера Маккриндла.

– Интересно, что Дональд сделал с его неоплаченным счетом, – сказал я.

– Наверно, даст ему отсрочку на три месяца, – сказал Ричи. – Так всегда бывает.

– А ты откуда знаешь? – спросил я.

– Я ж на ферме живу, нет? Они никогда по счетам вовремя не платят.

Мы поразмыслили, как обернется с мистером Перкинсом, и пришли к выводу, что счет ему, скорее всего, пришлют на домашний адрес, а значит, к нам это никакого касательства не имеет.

Все это отвлекло нас от ограды мистера Холла, поэтому как только Ричи забрал с горки свой молоток, мы поехали на нижние поля, чтобы дотемна успеть как можно больше.

Вечером, уже в трейлере, Тэм сказал мне:

– Так ты со своей женщиной сегодня встречаешься?

– Нет, не думаю, – ответил я.

– Она для тебя чересчур, да?

– Ну. Слишком много гормонов.

– Так мы, значит, едем в «Голову королевы»?

– Ладно. – Мне не особо хотелось снова встречаться с Мариной – славная барышня, но все равно. Для долгих дебатов о том, где проводить субботний вечер, тоже настроения не было. Так что «Голова королевы» – в самый раз.

– Сколько у нас денег осталось? – продолжал Тэм.

– У нас? – переспросил я.

Он уже меня считал каким-то банком. Из заднего кармана я достал несколько купюр.

– Вот все что есть, пока не расплатится мистер Холл, – сказал я.

– Да у тебя наверняка где-нибудь заначка, – сказал Ричи.

– Это к делу не относится, – ответил я. – Вот вся моя наличность.

– Поровну, – сказал Тэм.

– Значит, все. Потом за деньгами ко мне не бегайте. – Я отсчитал им две трети, а остальное сунул в карман. – И не забывайте, что еда у нас тоже почти кончилась, – добавил я.

– Ага, что-нибудь надыбаем, – только и сказал на это Тэм. Я заметил, что про обильные огороды он уже не заикается.

Как бы то ни было, в пабе мы провели вечер умеренности. Похоже, до Тэма и Ричи уже начало доходить, что в шкафчике – шаром покати. Ниоткуда сегодня бесплатное пиво не текло, и хотя местные вливали его в себя с субботней скоростью, Тэму, Ричи и мне приходилось растягивать каждую пинту на час. В пристойных условиях – занятие приятное. Есть некое искусство в том, чтобы дать только нацеженной пинте нужное время на оседание, а затем смаковать каждую капельку, выпивая нежно и бережно. Но процесс приносит наслаждение, только если тебе хватает средств на следующую. Когда же он навязан экономической потребностью, горизонты расстилаются мрачные. Тэма и Ричи субботний вечер явно не радовал. Плохая награда за все наши недельные труды. Но все равно, если повезет, мистер Холл выкатит бабки, как только мы закончим работу. Можно было, конечно, и по-другому: пить с обычной скоростью, а когда деньги закончатся, поехать домой. И, значит, лечь спать в половине десятого – как-то рановато. В общем, мы весь вечер, как могли, сводили концы с концами и надеялись, что назавтра у нас достанет сил закончить ограду мистера Холла.

Момент настал тусклый, когда я наутро проснулся и услышал, как по крыше трейлера барабанит дождь. Я лежал и слушал, как по желобу стекает вода. Я знал, что Тэм и Ричи тоже проснулись, – оба елозили в своих койках. Трейлер тоже шевелился: значит, снаружи поднялся ветер и теперь раскачивает нас почем зря. В подтверждение дождь плюхал порою в окно. Я повернулся на другой бок и уставился в коврик на полу – еще мокрый после прошлого пережитого ливня. Совершенно очевидно, что никому вставать не хочется. Вместе с тем, работы сегодня предстояла масса. Я понял, что есть только один способ достаточно замотивировать Тэма и Ричи на подъем.

– Ну, что, – вздохнул я. – Сегодня денег дать должны.

Из-под одеял донеслось бормотание.

– Значит, хорошо проведем вечер, – бодро старался я.

– В воскресенье? – буркнул Ричи.

Я встал и сделал чаю. Когда заварилось, я разлил по трем кружкам и поставил на кухонную доску между раковиной и плитой.

– Чай подан, – сказал я.

– Передай тогда мой, – не поднимаясь с койки, произнес Тэм. Я проигнорировал и унес свою кружку к себе в угол. Вслед за этим Тэм попробовал дотянуться до кружки, не вставая, отчего выплеснул почти весь чай на коврик. На Ричи подействовало: он вскочил с койки и побыстрее забрал оставшуюся кружку. Тэм выхлебал опивки, снова забрался под одеяло и опять постарался скорее уснуть. Тогда я решил выморозить его из койки, настежь распахнул дверь и так ее и оставил. Пока климат в трейлере перемешивался с окружающим миром (что случилось довольно быстро), мы с Ричи приготовили себе завтрак из оскудевших запасов. В конечном итоге, когда очевидный порыв ветра попытался превратить наше жестяное жилище в аэродинамическую трубу, Тэм произнес: «Ёбте-с-матей!» – и оделся.

Теперь, когда мы все оказались на ногах, стало безопасно заварить еще один чайник и насладиться им в полной мере, а уж потом выходить на работу. Ричи и я с неохотой принялись натягивать дождевики, а Тэм попробовал вспомнить, что он сделал со своим мешком для удобрений.

– Вон он. – Ричи ткнул в открытую дверь. Мешок лежал в луже на другом краю двора: его сплющило дождем и выглядел он совершенно непригодным для ношения. Тэм, кажется, смирился, что сегодня придется мокнуть, но мешок извлек из лужи все равно. Потом заглянул в гардероб. Внутри болтались проволочные вешалки – они позвякивали, когда кто-нибудь бродил по трейлеру. Тэм повесил свой мешок на одну и закрыл дверцу. Через секунду из гардероба потекло.

– Нужно было стряхнуть сначала, – заметил я.

– Теперь уже поздно, – ответил он.

Да, согласился я, теперь уже поздно.

Гнусный тон всему рабочему дню более-менее задался. В своих разнообразных прикидах (я в полном водонепроницаемом комплекте, Ричи в своей половинке, а Тэм – в останках кожаной куртки) мы, наконец, приступили. Работать на мистера Холла мы согласились в припадке опрометчивого оптимизма, теперь же перед нами простиралась реальность – целое поле жидкой грязи. Может, резиновые сапоги и эффективны для отталкивания воды, но засасыванию противостоять они неспособны и все время нас тормозят – то не двигаются с места, то вообще с ног слезают. От этого возведение ограды очень изматывает. Хуже того, Тэм все глубже впадал в летаргию. Наверняка он сообразил: почти все, что он получит от мистера Холла, перекочует к нам с Ричи, – и потому на последнем участке ограды совершенно утратил к ней интерес. Ему все-таки удавалось как надо махать кувалдой, но пока Ричи готовил следующий кол, он просто стоял грязным истуканом, опираясь на рукоять. Так мы и мучились весь день, а закончили, когда совсем стемнело и стало ничего не видать. Вернулись в трейлер и постарались высушиться перед едва живым газовым камином. Денег у нас не осталось совсем, а продовольствие свелось к самому примитивному. Мне было неохота звонить Дональду и просить зарплату, поскольку заплатить должен был мистер Холл. Я вдруг понял, что не имею никакого представления, где он живет, а потому мы целиком зависим от того, объявится он или нет. Мы даже в лавку к нему поехать не могли – наверняка она в воскресенье закрыта. И пока на окнах оседали наши испарения, мы просто сидели и терзались.

***

Только мы задремали, снаружи появились чьи-то фары. Хлопнула дверца, в трейлер постучали.

– Не заперто, – отозвался я, продирая глаза. Дверь открылась и вошел мистер Холл – снова в мясницком халате. Под первым же его шагом все сооружение крякнуло и просело.

– Можете строить загоны? – спросил он.

– Ну… да. Загоны? Какие еще загоны? – ответил я.

Тэм и Ричи барахтались на своих койках, пытаясь сесть.

– Нам на комбинате нужны загоны, – сказал мистер Холл.

– На каком комбинате?

– На нашем, – ответил он. – Расфасовка мяса, пироги и сардельки. Еще у нас есть школьные обеды.

Я еще не проснулся, а большую часть кислорода в трейлере сожрала газовая горелка. В голове ничего не откладывалось.

– У вас есть школьные обеды? – повторил я.

Он повысил голос:

– Да! И я спрашиваю еще раз: вы можете строить загоны?

Тэм и Ричи по обыкновению издали молчание, поэтому я решил все за них.

– Ну… да, наверное.

– Это хорошо, – сказал он уже спокойнее. На мгновение примолк, оглядел весь трейлер и заговорил снова: – А ту ограду вы нормально закончили, да, парни?

И при этом улыбнулся. Делать это он, совершенно очевидно, не привык: в углах рта у него прорезались напряженные морщины.

– Осталось еще на пару часов утром, – ответил я.

Улыбка исчезла.

– Это как?

– Ну, просто осталось еще кое-что сделать, – пояснил я.

– Все должно было быть готово к понедельнику. – Мистер Холл снова повышал голос.

– Да, ну вот мы утром и закончим.

– Я сказал, к понедельнику, а не в понедельник! Я хочу завтра запустить туда скот! – пока он выговаривал последнюю фразу, лицо его побагровело, а глаза вспыхнули. Я никогда раньше не видел, чтобы люди так быстро выходили из себя.

– Обещаю вам, первым делом… – начал было я, но тщетно.

– ВЫ СКАЗАЛИ, ЧТО МОЖЕТЕ К ПОНЕДЕЛЬНИКУ! ВЫ МНЕ ТАК СКАЗАЛИ! НУ ВСЕ, С МЕНЯ ХВАТИТ! – проревел он и с грохотом выскочил за дверь.

Я кинулся было вдогонку, но не успел натянуть сапоги.

– Мистер Холл! – крикнул я из двери, но было уже слишком поздно: он уехал.

– Ёбентать-мать, – произнес Тэм; слов, очевидно, ему не хватало.

– Ты не спросил у него про деньги, – сказал Ричи.

– Ты тоже, – ответил я. – Что будем делать?

– Фиг знает.

Судя по всему, дела обстояли так, что с мистером Холлом мы прокололись, и я отправился к телефону звонить Дональду, чтобы срочно присылал денег. Трубку никто не снял, пришлось оставить сообщение. Когда я вернулся в трейлер, Тэм и Ричи посмотрели на меня с надеждой – будто звонок Дональду мог решить сразу все проблемы. Но я лишь покачал головой, и беседа свернула на домыслы про мистера Холла.

– Он, наверно, сегодня работал, – высказал предположение Тэм. – Потому и приехал в халате.

– Да, – ответил я. – Но на комбинате, а не в лавке.

– Он еще до нас был не в духе, – сказал Ричи.

С этим мы все согласились.

– Надо было ему выходной взять, – заметил Тэм.

– А что это за дела с загонами? – продолжал Ричи.

Очевидно, мистер Холл заехал, потому что задумал для нас еще один проект, но в припадке ярости совершенно о нем забыл. Строительство загонов – далеко не возведение оград, и нам такая перемена нравилась. Однако теперь, похоже, возможность мы упустили. Интересно, почему они сами себе загоны построить не могут?

– Это ж на улице работать надо, правильно? – попробовал объяснить Тэм.

– И? – спросил я.

– Англичане на улице работать не любят, да?

– Так я ж целый день на улице, – возразил я. – А я англичанин.

Тэм посмотрел на меня.

– Я знаю, – сказал он. – Но ты же с нами, правда?

***

На следующий день, после жуткой ночи Тэм решительно отказался приближаться к ограде мистера Холла. Я указал ему, что выбора у нас, на самом деле, нет – только закончить работу. Или нам точно не заплатят. Но Тэм был непреклонен.

– Смысла нет, – сказал он. – Мы его больше не увидим.

Наконец, он согласился один поработать на горке, а мы с Ричи поехали кончать с мистером Холлом. Когда соглашение было достигнуто, Тэм еще лежал в постели, но заверил нас, что встанет очень скоро и доберется до горки сам. Я не хотел больше тратить время на разговоры, и мы оставили Тэма в покое.

Заканчивать ограду – всегда дольше, чем рассчитываешь, и только в двенадцатом часу мы остались довольны своей работой. Если б ко всему не липла грязь, мы были бы просто счастливы, как ловко у нас все получилось. Скота мистера Холла пока и близко не стояло – может, у него планы изменились. Заехав во двор фермы, мы рассчитывали застать Тэма еще в койке, но его было не видать. Ричи кивнул на горку:

– Он там работает, – сказал он.

Я надеялся, что так и есть.

Тэм должен был вкапывать натяжные столбы на следующем участке круговой ограды, и приехав к подножью, мы и впрямь обнаружили один новый столб. Тэма же и след простыл. Я поручил Ричи устанавливать следующий, а сам пошел вдоль ограды. По пути земля горбилась, и только взобравшись на пологий отрог склона, я увидел тревожную картину. Со стамеской в кулаке, на четвереньках Тэм подкрадывался к пасущимся овцам. Овцы, по большей части, сгрудились в стороне – как это им свойственно, подальше от людей. Но одна увлеклась каким-то клочком травы и на миг забыла о личной безопасности. Я еще был далеко, и ни Тэм, ни овца моего присутствия не ощутили. А потому я стоял и наблюдал. Тэм медленно придвигался к овце, занеся стамеску, точно кинжал. До скотины оставалось несколько ярдов. И тут он внезапно прыгнул.

– Тэм, стоять! – крикнул я.

Овца ринулась наутек, а Тэм рухнул на землю. Когда я подошел, он еще сидел.

– Что ты тут делал? – спросил я.

– Проверял, смогу ее поймать или нет, вот и все, – ответил он.

– Зачем?

– Если нам их есть придется.

– С чего это нам придется их есть?

– Ну так у нас же хуй что другое есть, разве нет? – Вид у него был отчаянный.

– Ты об этом не переживай, – сказал я. – Деньги появятся – не там, так там.

Я заставил Тэма дать клятву, что он не будет больше ни охотиться на овец, ни тренироваться, и мы вернулись к работе.

В тот день я подгонял Тэма и Ричи, как мог. Меня беспокоило, что работу снова намертво заест, особенно после всего, что мы сделали для мистера Холла – и все задаром. Боевой дух, понятное дело, не воспарял, и мне весь день приходилось их улещивать и поощрять. Наконец, когда стало смеркаться, мы зарядились к трейлеру. Наконец, хоть что-то удалось сделать – от этого нам стало легче. Проблема лишь в том, отметил Тэм, что у нас почти не осталось еды. Подъезжая к ферме, я случайно вспомнил, что в шкафчике под раковиной завалялись две банки фасоли. Упоминания о них хватило, чтобы Тэм и Ричи припустили к трейлеру наперегонки: они на ходу выскочили из кабины и кинулись через двор. Добежали голова в голову, и в дверях трейлера завязалась шумная возня. С оглушительным грохотом они ввалились внутрь – и вдруг наступила необычная тишина. Недоумевая, что могло вызвать столь внезапное коловращенье, я шагнул в трейлер. В ногах Тэмовой койки сидел Дональд.