Драдмарцы, насколько позволял склон, стали разворачиваться в линию…

Скажу пару слов о рельефе местности, по которой удирал от врагов Нэб, и на которой теперь предстояло развернуться схватке.

Как вы поняли, наш Золотой лес остался далеко внизу. От него мы двигались сначала по одной расщелине, потом по другой… Дальше по тропе вдоль склона и опять петляли от одной щели к другой.

Эллиены этой тропой пользовались… особенно разведчики… но никогда специально её не расчищали и не облагораживали, справедливо полагая, что это верный способ показать врагу удобную дорогу к твоему дому. А зачем им самим себе создавать проблемы?

Драдмарцы по этим закоулкам лазили ещё реже. Но речь не об этом.

Дело в том, что у самого озера располагалась терраса… вернее склон, но не слишком крутой. По нему и спускалась тропа контрабандистов, сворачивая затем в сторону от нашей долины. Петляя меж скал, она уходила всё дальше и дальше, пока не терялась в лесу уже на леворской стороне.

Дождавшись своего предводителя, воины Эпшира… среди которых я заметила Хэру и Чака… стали выстраиваться в два ряда в некое подобие линии. Насколько позволял откос. На нём-то особо не развернёшься. Так ведь и наших был не легион. И двух десятков не набралось.

– Неужели это все бойцы Золотого леса? – с ужасом подумала я, – Да нет, не может быть!

Эллиены тоже не теряли времени даром, рассредоточившись по уступам и зарослям кустарника, разбросанным то здесь, то там, выбрав удобные точки для обстрела противника.

Тот не заставил себя долго ждать. Мы с табирами только собрались занять какую-нибудь площадку пошире в стороне от поля боя, чтобы не путаться под ногами у остальных, как со скал, окаймлявших водоём, как горох, посыпались янгелоны. Было их десятка полтора, но мне тогда показалось, что гораздо больше.

Только собралась спросить у Эйвы, а не переместиться ли нам с девочками в другое место, как кулон на моей шее… тот самый, с тёмно-синим камнем… нагрелся и затрясся, как взбесившийся пейджер. Прямо как собака сторожевая, только что не гавкает.

Впрочем, чего возмущаться, ведь эту штуковину я сама настраивала. Разумеется, под чутким руководством мэтра Ворхема.

Не стоит думать, что я совсем забросила магические занятия. Как могла, тренировалась от случая к случаю. Но вот какая фигня… Как бы лучше объяснить. Теорию, если можно так выразиться, я с грехом пополам освоила. Хотя, какая это, на хрен, теория?! Пару ласковых я о ней уже говорила, скажу ещё.

В общем, все научные достижения мира Аврэд в области чародейства…

…Известные Ворхему.

Да, да, конечно… Потому что были ещё обособленные магические школы… если можно так выразиться… Например – эллиенская… То, что среди них нет сильных "видящих"…

Это в нашем Золотом лесу.

Совершенно верно. "Видящие", или очень сильно похожие на них, у эльфов есть, но это тщательно скрывается. Чего они никак не могут спрятать, так это свои "души". Любому взглянувшему на мир дайхон сразу бросается в глаза, что они горят ярче и сильнее, чем у людей.

Короче, у эллиенов свои божества, магия леса, зачарованное оружие, артефакты и много чего ещё.

В этом они ничем не отличаются от остальных "цветных" религий, так же как друиды лесов и шаярхаары степей.

Точно. Разница только в "цвете", числе адептов, степени их организованности, фанатичности, готовности к человеческим жертвоприношениям… и так далее, и тому подобное.

И ещё одно, что роднит поборников всех этих культов: на фиг им научная теория, если у них есть вера… Нет, не так – ВЕРА!

Вы спросите: "А как же Церковь Создателя или адепты Хаоса, разве в них нет ВЕРЫ?!" Есть… Ещё сколько… Но им первым потребовалось изучить её НАУЧНО. Всё из-за перековки мечей на орала… вернее, одних артефактов на другие – "угодные" их богам.

Честно говоря, даже эти научные знания носили в основном прикладной характер и сводились к двум трактатам. Светлому, автором которого был Лейонилос Пресветлый… приставка к имени, которой удостаиваются только императоры и наследники престола…

Собственно Лейонилос и был сыном императора… Точнее роверского короля или царя, поскольку империи тогда ещё не было.

Между прочим, Лейонилос было его не настоящее имя. Он его получил, когда принял постриг.

Давай не будем так далеко углубляться в историю.

Факт, что именно этот деятель создал "Свет Истинной Веры" – трактат, ставший краеугольным камнем идеологической, экономической и военной экспансии уже тогда стремительно растущего королевства. Его крестового похода по установлению власти Светозарного, а заодно и его верного сына – роверского деспота.

Десятки королевств, княжеств и вольных баронств были сломлены, захвачены и перемолоты, как через мясорубку, в то, что теперь называлось ИМПЕРИЕЙ.

Причём тут "Свет"? Так ведь именно в нём и были заложены основы на которых строилось могучее государство. Вертикаль власти: церковная, военная, исполнительная, правовая… Пирамида, на вершине которой стоял император.

Правильнее будет сказать – "сидел на троне".

Несущественно.

Причём тут магия? Так ведь несколько разделов трактата как раз были посвящены тому, как следует ковать будущих воинов Света и их оружие. В империи он "издавался"… в смысле переписывался от руки… отдельной брошюрой. Что-то вроде "Лейонилос Пресветлый о Светлом Воинстве".

В противовес этому "курсу молодого бойца", существовал манускрипт Марлуариса "Хаос, как основа основ", где утверждалось, что он: "Начало всех начал и конец всех концов".

Тогда уж "…завершение всех завершений" или "финиш всех финишей", а то, знаешь ли, как-то двусмысленно звучит.

Пусть так… Главное, что смысл этого опуса был в том, что всё из хаоса возникло и им же и закончится. Мысль в общем-то здравая, ведь вся материя вселенной рождается живёт и умирает, и звёзды, и галактики. Однако, автор трактата не ограничился одним лишь философствованием и теоретическими изысканиями. Бо?льшая часть рукописи как раз описывала практическую сторону дела: как готовить адептов, преобразовывать оружие… и прочее, и прочее.

Может, мир когда-нибудь и рухнет в Бездну, но вот нахрена в поте лица приближать этот самый Конец Света, убей меня, не понимаю!

За свои литературные художества Марлуарис, сам в прошлом верный сын Церкви, был от неё отлучён и объявлен Отступником. Бежал, скрывался, искал учеников. Вступал в схватки с охотящимися на него церковниками, из которых неизменно выходил победителем. Оттого и получил от своих последователей прозвище Непобедимый.

Правда, куда он потом делся оставалось загадкой. И Церковь и адепты молчали, будто набрав в рот воды. С Лейонилосом-то всё ясно, он был похоронен в центральном храме Создателя в самом сердце империи. Судьба же его, так сказать, оппонента осталась тайной покрытой мраком.

Странно, что в течение нескольких сот лет никто не пролил свет на это тёмное дело. Ну, адепты понятно, а отчего церковники не решились записать его смерть… пусть и от какой-нибудь естественной причины… на свой боевой счёт? Странно…

Были ли ученики Непобедимого так же круты? Возможно, но вступить в открытую схватку с Церковью им было не по силам. Мало иметь высокий уровень мастерства, количество тоже имеет значение. Что сможет сотня-другая мастеров меча или копья против целого легиона? Убивать врагов из засад, нападая неожиданно? Вот и адепты примерно этим и занимаются. Правда, без особого успеха. Ни независимые правители, что ещё кое-где остались, ни поклонники других божеств адептов Хаоса не жалуют. Даже давги, называющие себя детьми Разрушителя, не хотят иметь с ними никаких дел. Морским разбойникам и на островах неплохо, на фиг им экспансия на континент.

К чему я это всё говорю? К тому, что именно так обстояли дела в мире Аврэд с теорией магии, пока за них не взялся Ворхем. Не то, чтобы он искал точку опоры, чтобы перевернуть всё вверх тормашками, поколебать устои, ниспровергнуть… и тому подобное. Просто мэтр одним из первых всерьёз задумался над сверхъестественным реальности дайхон в отрыве от религии, к какому бы "цвету" та не относилась.

Делались ли такие попытки раньше? Документальных свидетельств тому не было, лишь неподтверждённые слухи. Что совсем не удивительно, поскольку за одно изучение обоих трактатов мэтру уже грозил костёр. Причём дважды: за светлый, поскольку тот был лишь "для служебного пользования", и за тёмный… ну, тут всё понятно.

К тому же, если бы Ворхем успел завершить свои изыскания, его бы казнили ещё раз… и светлые, и тёмные… поскольку это знание неизбежно подрывало устои любой религии. Ведь изначально считается, что магия без веры мертва, и только святые угодники… верные адепты… как их не назовите… ревностно поклоняющиеся Богу, могут достичь высот, которые им позволят… и так далее. В этом вопросе тёмный фанатизм является зеркальным отражением светлого, и наоборот.

Когда мэтр рассказывал мне общую теорию, он волей-неволей начинал беседовать и спорить сам с собой, ведь в одних манускриптах… церковных… было написано одно, а в других… накарябанных адептами… совсем другое. В один прекрасный момент речь зашла о творчестве самого наставника.

Он не преминул пожалиться на судьбу:

– Ола, сколько лет изучаю разные виды магии, и каждый раз, познав что-то новое, убеждаюсь в том, что мне неизвестно во много раз больше. Даже руки порой опускаются, и всё кажется таким безнадёжным…

Мэтр махнул ладонью и глубоко вздохнул. Тут я возьми, да и ляпни, будто кто за язык тянул:

– А вы не пробовали подойти к проблеме системно?

– Как это?

– Ну…

Поневоле вспомнилось то, что рассказывал Толян… Это сейчас ноуты с собой можно, как чемоданчик таскать, а во времена его молодости ЭВМ занимали по несколько этажей. Попробуй найти неисправность в таких дебрях. Тут нужен системный подход. Ох, и любил Фёдорыч о нём поговорить…

Не на шутку заинтересовавшийся Ворхем меж тем временем пристально уставился на меня. Что ж, назвался груздем – полезай в кузов. Ладно, о компьютерах говорить не будем, начнём с чего попроще. Ну, относительно.

– Я вот что подумала, мэтр…

И принялась излагать, чему мой отец… нэд Арид… учил Лона.

– Давайте посмотрим на стоящую перед вами задачу, как на военную операцию… Мало собрать разведданные, надо их систематизировать… Большинство "белых пятен" тогда закроются сами собой…

И так далее… Ола действительно слышала, как напутствовал брата отец… Пусть в Леворе и нет военных академий и училищ, но это не значит, что у командиров знания на нуле.

– Вы, Ола, неплохо всё расписали, но с чего, по-вашему, следует начать в данном конкретном случае?

– Как, "с чего"? Перво-наперво нужно отделить прикладную науку от теоретической.

– Что-о? – глаза наставника стали похожи на чайные блюдца.

Я принялась растолковывать, что такое наука практическая и чем она отличается от самой практики и науки сугубо теоретической. И делать это пришлось, выдумывая терминологию прямо на ходу. Правда, в ходе нашей беседы выяснилось, что какие-то понятия всё же существуют. Ведь любая религия мира Аврэд так или иначе является той теоретической надстройкой, что покоится на фундаменте прикладной магии.

– Стало быть, надо начинать с систематизации практических знаний? – задумчиво протянул мэтр.

– Разумеется, дом ведь с крыши никто не строит.

– А как это сделать? – Ворхем воззрился на меня проходящим насквозь нечего не видящим взглядом.

– Наверное, лучше составить таблицу.

– Что? Таблицу? – учитель уставился на меня, как будто видел впервые.

– Угу. У-у-у-а-а-а, – не выдержав, зевнула я, время-то уже было позднее, маленьким девочкам давно пора спать.

Но не тут-то было. Пока мы не набросали эту "клетчатую простыню", наставник меня не отпустил. Нет, захотела, давно б сбежала, но самой стало интересно.

– Жаль, что так мелко – самому не разобрать, – Ворхем обиженно засопел, вглядываясь в свои собственные каракули.

– А вы, мэтр, отведите на это стену, а для записей используйте кусок полотна.

– Во всю стену?

– Это уж как размахнётесь. Но лучше просто делать ссылки… вот как по свойствам камней. Они же общие для всех видов магии.

– Да-а-а, – чародей задумчиво уставился на стену, словно уже её разрисовывал.

– Вы долго не сидите, мэтр, лучше завтра возьмитесь с новыми силами.

– Да, да, конечно, – кивнул наставник, но, по-моему, он меня не слышал, а его мысли витали где-то далеко.

С этого момента наши отношения из разряда учитель-ученица плавно перетекли на новый уровень. Даже не в профессор-студентка, а, скорее, профессор-аспирантка. Жаль, что до младшего научного сотрудника я ещё не дотягивала.

А чему мне было учиться? Основные теоретические познания я вроде бы получила, а практика – дело наживное. Ничего нового Ворхем мне передать больше не мог. Не потому, что не знал, просто сами наши "души" были совсем разные. И по силе, и по "цвету"… Он, кстати, изначально был "белым", то есть – светлым. Когда был послушником – начинающим "видящим". Ещё там, в империи. На боевика… воина Света… не тянул, а вот на аналитика, работающего с артефактами…

С этого всё и началось. Мэтра специально учили "гасить" Свет, чтобы брать чужеродные предметы в руки было не так больно. Они ж, гады, кусались! Ещё как! Если меня постоянно пытались "загрызть", то каково было юноше?

– Приходилось терпеть? – не удержавшись, спросила я.

– Приходилось, – эхом откликнулся наставник, сразу помрачнев и задумавшись.

К этой больной теме я больше не возвращалась. Захочет – сам расскажет, нет – нет, а теребить старые раны…

Меня заинтересовало другое:

– А можно ли сделать такие перчатки, чтобы даже самые сильные артефакты мог взять любой? Ведь это возможно?

– Универсальные? С разноцветными камнями?

– Нет, такие понадобятся только для первого прикосновения – чтобы руку не "откусило". А так их можно сделать пять – по одной паре на каждую стихию.

– Всё равно рискованно. Чтобы сжимать руку в кулак, камешки на внутренней стороне должны быть слишком мелкими. Они моментально запитаются под завязку и раскалятся. Тогда магию ничто не удержит. Может, перчатка и не прогорит, но на ладони точно будет ожог. Ещё какой!

– Не обязательно, ведь поглотители можно соединить в цепь, то есть в узор.

– Ага, и большие поместить сверху… Даже изготовить для них какой-нибудь потайной карман.

– Откуда их можно потом будет извлечь уже заряженными…

– …И заменить новыми.

Ворхем опять ушёл в себя.

– Мать его! Сожри меня Бездна! – вы думаете, кто так заорал, что я аж подпрыгнула на стуле, – Я же видел их, эти перчатки! – неистовствовал наставник, – Вернее, я сейчас думаю, что видел, – уже тише произнёс он, – Ещё удивился, зачем отцу Никандросу – образцу скромности и аскетизма, украшать их рубинами.

Вообще-то эти камешки тут называются "кровь героев".

А не героя? То, что ты упомянул – это постапокалиптический боевик с Рутгером Хауэром.

Да какая разница, главное – красные, как рубины, и такие же дорогие.

И я о том же.

На одном "цвете"… У меня он, кстати, был изначально серо-стальным, с жемчужными переливами, но стоило взяться за клинки… По правой руке тёк Свет, по левой – Тьма. Потоки рвались навстречу друг другу, перемешиваясь и искрясь.

– Потрясающее зрелище, – произнёс учитель, взглянув на меня, как когда-то глава леворской церкви, с неким благоговением, – На словах передать нельзя. ЭТО нужно видеть!

Однако, на одном "разноцветье" наши с учителем различия не заканчивались. "Весовые категории" тоже не имели ничего общего. И ладно бы с ним одним.

Обычно ученикам приходится тратить уйму времени на медитации, концентрации и тому подобную дребедень, чем непрерывно и занимался сам Ворхем, периодически "сканируя" пространство вокруг Золотого леса. Разумеется, всё это важно, вот только мне совершенно не нужно.

Если другим "видящим" требовалось сосредоточиться, чтобы их "душа" покинула бренное тело, то мне, наоборот, приходилось сдерживаться, чтобы не "выйти из себя" в прямом смысле этого слова.

Различия касались и самого "перехода". Ученики буквально по капле выдавливали из себя "душу", из меня же она рвалась наружу, как птица из клетки.

Если изначально в этом теле я как-то уживался, то со временем мне в нём стало слишком тесно. Причём, чем дальше, тем больше. Казалось, что размеры внутренней сущности растут и сила тоже. Можно ли её "уплотнить"? Чтобы масса "втискивалась" в "объём".

А скорость "перетекания"? Только поначалу для этого требовалась кровавая жертва… Это я потом поняла, по несколько раз кряду прокручивая в памяти события первых дней в мире Аврэд… Моя кровь, капнувшая на кольцо, когда я нечаянно, а потом уже специально прикасалась к разбитой губе. Это она выпустила "душу" на свободу. Позже, стоило только пожелать, та выскакивала наружу с лёгкостью, как пробка из бутылки шампанского.

Чтобы не было "перебора"… Мы придумали эти термины вместе с наставником, чтобы посторонние не могли догадаться о чём речь… Тут тоже существовали азартные игры с "перебором" и "недобором". Так отчего бы не применить всем известные слова, но уже с другим, потаённым смыслом.

Так вот, теперь мне приходилось серьёзно напрягаться, чтобы "перетекать" во внешний мир не рывком, а постепенно. Вот только с каждым разом это начинало отнимать всё больше усилий. Сперва эти внутренние трансформации были незаметны, а потом я серьёзно забеспокоилась.

Что-то внутри меня менялось, и я не была уверена, что в лучшую сторону. К чему это может привести? Чем мне грозит? Ворхем не знал ответов на эти вопросы, Фергюс тем более. Оставалось надеяться лишь на собственные силы. Что путём проб и ошибок, с помощью неоднократно проверенного земной наукой метода научного тыка, мне когда-нибудь удастся разобраться со всеми внутренними проблемами.

Ну а с внешними мы как-нибудь управимся. Я надеюсь…

Как сейчас, когда мой сторожевой кулон буквально рвался с поводка.

Я соскользнула с тачпана, прямо под ноги стоявшей рядом Эйвы. После бешеной скачки по горным кручам, девушка была счастлива оказаться на твёрдой земле. Когда я стала валиться на снег, прошептав едва слышно непослушными губами: "Сестра, позаботься о теле", она едва успела меня подхватить в самый последний момент.

По-моему… не совсем уверена… я произнесла это по-эльфийски и скользнула…

Нет, это уже я метнулся к строю наших воинов. К тому месту, что указал амулет. Твою мать! До злодея было рукой подать! Где же он! Где!

Словно что-то почуяв за спиной, Чак отпрыгнул в сторону. Стоящему перед ним драдмарцу не повезло. Получив нехилый толчок в спину, он полетел на карачки, ругаясь на чём свет стоит.

Проклятый снег! Успел привыкнуть, что "тени" адептов Хаоса видны на нём, как на ладони. Но, что это! Едва заметное искажение ландшафта, прямо как в фильме "Хищник". Бью наугад тёмным клинком, отмахиваясь, будто кот лапой. Он на что-то наткнулся. Выбрасываю кинжал Света вперёд, вспарывая воздух перед собой снизу вверх. Проклятье, почему ничего не видно, ни врага, ни его оружия?! Кромсаю пространство перед собой в разных плоскостях.

Блин! Вот оно! На снегу проступают очертания зачарованного кинжала. Магические. Виден ли он наяву? Понятия не имею, после спрошу. Впереди мелькнула какая-то тень. Вон он, гад убегает. Догнать и добить! Не успев толком подумать, устремляюсь вперёд.

Что-то со мной твориться! Сроду не был таким кровожадным.

Поздно раздумывать – вот он строй янгелонов. Мечники с круглыми щитами. Я взметнул клинки на уровень их глаз, а сам шмыгнул между ног. Мгновение и я на той стороне. Оставшись без поддержки, кинжалы шлёпнулись в снег. Первый ряд варваров бухнулся, как учили, на одно колено, чтобы защитить ноги. Стоявшие следом прикрыли их щитами сверху. Мне только это и надо было.

Ударил им в спины всей "широтой своей души". Двое из второго ряда полетели через головы передних. Третий удержался на ногах, завалив кого-то из первой линии. Вовремя я выдернул своё оружие за "нитки" "рук", иначе из под этой кучи-малы мне б их вовек не достать.

О, мля! Не успел порадоваться своей сообразительности, как меня чуть не проткнули. Значит у них амулеты! К счастью не у всех. От всей души пнул этого шустрика. Лети-ка ты ясным соколом в общую свалку.

А сзади уже налетает другой. Бзынь! Ну, чего ты вылупился дядя, жольтельмена что ли не видал?! Да, срубил я твой меч, как сосульку, а вторым ударом проткнул правый бок. Ты и закрыться не успел.

Хоть глаз у меня сзади нет… честно говоря у меня их нет и спереди… Перёд – то, на чём концентрируется внимание. Короче, затылок просто взвыл об опасности.

Бзынь! Дынь! Вот засада, стоит вложить в железку хоть немного магии, и её уже хрен перерубишь. Зачарованный меч! Противник едва не проткнул меня насквозь!

Отскакиваю к скале. Прыжок. Ещё. Нет, если б не моя бешенная скорость, за которой простому человеку, чтобы я делал с этим смертоносным вентилятором, у которого к счастью была лишь одна лопасть.

Ну, наконец-то эллиены проснулись. Получив сразу два свисса в спину, мой противник рухнул на снег лицом вперёд. Говорят, плохая примета. Не помню, где читал, если убитый враг падает на спину – победа близка. Если наоборот, валится на тебя – то дело хреново, придётся биться насмерть.

Оглядел поле боя, благо отсюда, с подножия окаймлявших озеро скал, оно было, как на ладони. Эллиены, как в тире, расстреливали янгелонов. Чего они так поздно открыли стрельбу? Так моя схватка длилась лишь пару минут. И потом, им ещё надо было разобраться, где я, а где враги. Правильно сделали, не охота, знаете ли, получать стрелу от своих.

Снизу неспешно поднималась наша пехота. Четверо варваров напало на её правый фланг – это значит от меня слева.

Сперва врагам сопутствовала удача: напав сверху, они сшибли двух драдмарцев с ног. Но на этом их везение кончилось. Теперь им пришлось самим атаковать противника снизу вверх. Хэра удачно подловила одного. Потом в схватку включились стоявшие во втором ряду за спиной щитоносцев Чак, Арм и сам Эпш, который, видимо, стосковался по рукопашным схваткам. Самое время проверить в деле свою металлическую руку.

Предводитель нашего воинства быстро оббежал злодеев по косогору и напал на них сверху. Первый противник, крайний слева сразу полетел вниз, получив удар ногой в щит. Эпш тут же переключился на подранка, что яростно наседал на Хэру. Ещё правее Чак на равных фехтовал своей загогулиной, а вот Арму приходилось совсем плохо. Видать его левая рука ещё толком не зажила, чтобы парировать удары кинжалом, поэтому он отступал всё дальше и дальше, вниз по тропе.

Тем временем Эпшир ещё яростнее навалился на своего противника, отвлекая его внимание, а Хэра, подгадав момент, ткнула того копьём в левый бок. Готов! Бац! Враг Чака тоже повалился на снег. Башибузуков осталось двое. Один барахтался где-то внизу, вылезая из сугроба. Другой готовился добить Арма.

Эпш пнул рукой Эйвиного хахаля, который как раз махал ей рукой, указав в сторону тропы. Помоги, мол. Кто хахаль? Я не сказал? Конечно же Чак, но об этом позже. Жених Эйвы рванул к месту поединка…

Блин! Ёпэрэсэтэ! Я то какого хрена стою, разинув рот. Нашёл время любоваться сражением. Мой-то бой ещё не окончен. Где этот грёбаный имперец! Чёрт! Странно, что он на меня ещё не напал. Остался без оружия? А кулаки на что?

Я заскакал по уступам, перепрыгивая с одного на другой. Хоп! Я наверху.

О-о, а что это там за чувак перелазит через бревенчатый сруб. Словно заметив меня, он резко повернулся. Совсем молодой парень, белобрысый… Глаз не видно, но с виду типичный леворец. Широко распахнув глаза, он неуклюже перевалился через забор.

Подскочил к краю пролома.

Жив, курилка! Ничего с ним не случилось. Бежит вдоль берега, слегка припадая на левую ногу. И куда ж ты так разогнался? Ну, заяц, погоди! Милый мой, родной.

Легко прошёл по одному обледенелому бревну, потом по второму. Любой тут свернул бы себе шею, только не я. В три прыжка оказался внизу у кромки озера. А где беглец? Упорный малый. Тропа кончилась, так он решил по льду проскочить. Ну-Ну.

Будь уровень воды постоянным, в такой мороз может у него и был бы шанс. А когда вода постоянно прибывает? Иной раз, даже если видишь куда, на лёд боязно ногу ставить. А тут… всё залито чуть ли не по колено. Что там вообще можно разглядеть? Ещё сверху скопилась всякая дрянь, которую прибивает к берегу: осколки толстого льда и совсем мелкое крошево. Рядом плавали довольно крупные льдины, но вот выдержат ли они человека?

– Эй! Эй! Сюда! Сюда! – заорал имперец, размахивая руками.

Чего это он? От страха с ума спятил? Оказалось – нет. По глади озера, лавируя меж льдин, скользили две лодки. Ближняя как раз пыталась повернуть в нашу сторону. Думаешь – успеют? Я тебя достану раньше!

Мой противник оглянулся, увидел, что его смерть близка, и прыгнул на льдину. Разбежался и перескочил на следующую. Ему сопутствовала удача. Везучий гад!

– Скорее! Вон он, вон! Стреляйте! – закричал "видящий", указывая в мою сторону.

И из чего это? Что-то я луков у янгелонов не наблюдаю. Блин! А вот взведённый арбалет у них был. Я едва увернулся от болта. "И не один", – успел я подумать, отбивая второй свисс кинжалом.

Ладно, тут мне делать больше нечего. Чародею удалось уйти. Гнаться за ним по льдинам? Стоит "душе" провалиться в холодную воду, и всё – кранты! Мне не выплыть. Так стоит ли рисковать? А вот своих предупредить надо, пусть знают о появлении новых врагов.

Я напрасно беспокоился. Уже поднявшись на гребень, заметил пару эллиенов. Один приглядывал за "гостями", второй передавал какие-то сигналы. Бум! Болт вонзился в бревно, на котором я стоял. Видно кто-то в лодке сумел взвести арбалет, а вот поразить цель с качающейся лоханки мастерства не хватило.

Я бросил взгляд на врагов. Сейчас им было не до меня. "Видящий" не рассчитал, или у него просто не было иного выбора. Сейчас он барахтался в ледяной воде, а сидящие в лодке пытались его спасти.

Так и захотелось крикнуть:

– Гражданин в пальто и шляпе не заплывайте за буйки!

Ну и фиг с ним! Выплывет – так выплывет, нет – нет.

Не желая испытывать судьбу, а скользнул дальше по бревну и заскакал по уступам вниз.

Наши успели расправиться янгелонами. Последний варвар, получивший стрелу в правую ногу и, как оказалось потом, ещё и в бок… тоже правый… покачиваясь из стороны в сторону, как приведение, сдаваться не желал. Драдмарцы стояли перед ним полукругом, не нападая, внимая чужим витиеватым руладам, судя по всему – брани. Как будто что-то понимали.

Поравнявшись с "последним из могикан", я ткнул его кинжалом в левую подмышку. А что с ним было делать? Отпустить? Там на озере таких героев ещё дюжина. Что-то прорычав, мужик повалился вперёд. Крут. Уважаю. Только вам, гоблинам, это не поможет.

Показав воинам два скрещенных клинка – светлый и тёмный, шмыгнул к своему телу.

– О-о-ох! – как же приятно вдохнуть полной грудью чистый морозный воздух.

– Я волновалась, Ола, тебя так долго не было, – произнесла Эйва.

О-о, и Эпшир здесь. Тем лучше!

– Там. На озере. Две лодки, – показала я два пальца.

– Я уже знаю, – кивнул воин, – Эллиены сказали.

– Помогите, – я попыталась подняться.

Спасибо девчонкам, поддержали.

А вот и Нэб, из-за его спины встревожено смотрели табиры.

– Надо взорвать в Бездну эту плотину, – указала я Эпшу на пролом, – А то мало ли кого сюда ещё принесёт.

Дауартин кивнул, молча посмотрев на "идущего". Нэб понял его без слов. Пара коротких команд и он, вместе с двумя драдмарцами, тащившими бурдюки с порохом, направился к запруде.

Я проводила их взглядом и повернулась к девушкам, но сказать ничего не успела.

– Назад, там кто-то есть! – послышался за спиной голос моего начальника разведки.

Нэб резво отскочил, высек огонь и метнул в пролом "лимонку". Откуда взялась граната? Опытный образец. Всё-таки глиняный горшок, какой бы толщины не были его стенки, и как их не обжигай – чертовски ненадёжный корпус. Взрывается или раньше, или позже, чем надо… вернее совсем не взрывается. Фитиль не успел прогореть, а снаряд уже разбился о землю. Столько труда, а получился один пшик. В прямом и переносном смысле. Рассыпанный порох не взрывается, лишь мгновенно сгорает жарким и ярким пламенем. Жалко, у нас его почти не осталось.

Граната тоже была далека от совершенства. Кинта – вот как мы её прозвали. Плод этого дерева были очень похож на лимон и, соответственно, на корпус нашей гранаты. И вкус у этого фрукта был кисло-горький, но душистый, поэтому хозяйки подсыпали порошок этой специи в пироги. В очень малых дозах. Стоило лишь чуть переборщить, как кулинарный шедевр придётся выбросить на помойку, потому что есть его смогут лишь шуги. Эти всё сожрут.

В империи даже поговорка такая есть – "угостить кинтой". Теперь она получила новый смысл.

Быстро запалив шнур, Нэб метнул чугунного тёзку экзотического фрукта в отверстие, за которым притаились враги. Бабах! Воин прыгнул следом. Драдмарцы со своей ношей последовали за ним. Минута-другая и все дружно "сделали ноги".

Не успел первый из вновь прибывших янгелонов показаться на гребне, как раздался оглушительный грохот. Каменная стена устояла, а вот деревянная – нет. Подтверждением тому был хлынувший из пролома поток воды. Не такой мощный, как в прошлый раз, когда он достал чуть ли не до середины лежащей внизу долины… озеро не успело наполниться до прежнего уровня… но не менее бурный.

Раздался громкий треск, заглушивший крики беснующихся по ту сторону варваров, и грозная стихия вышвырнула наружу десятки брёвен. Будем надеяться, что это вся плотина. Тем лучше, не нужно будет расчищать дорогу. Бурлящий ледяной поток, постращав нас своею мощью ещё около получаса, стал постепенно стихать.

– Как, нирта, пора? – окликнул меня Эпш.

А я откуда знаю, пора – не пора?

– Где враги?

– Вытаскивают лодки на берег, их едва не раздавило льдинами.

– Тогда продолжим. Взрывайте стену!

Вы подумали: "Зачем, ведь проход уже есть?" В том-то и дело, что тропа вела к другому проёму между скал, расположенному левее. Попробуй мы полезть через тот пролом, что был, не знаю, как люди, а тачпаны точно все ноги себе переломали. Да и не перепрыгнуть им через остаток стены.

Порох ещё оставался. Три бурдюка заняли своё место. Шипение фитиля, прячущиеся за камнями фигуры людей.

Бубух! Не хило грохнуло. Осколки камней и кирпича взметнулись вверх. Со стороны озера послышались крики, но не это главное. Из пролома хлынула вода, устремившись вниз по тропе. Хреново дело, ледовую трассу под уклон я не заказывала, но, может, обойдётся. Хуже было, если б первый взрыв прозвучал здесь. Нас бы вообще смыло. А так… да, ручей, весьма бурный, но он тут же скользнул в сторону, лишь слегка "подмочив" наш путь.

Я взлетела на гнедого и рванула к образовавшейся бреши. Нэб размахнулся и метнул на ту сторону ещё одну гранату. Сверху, со скалы из луков стреляли эллиены.

У пролома тачпан притормозил.

– Вперёд! Вперёд! – понукала я его.

Зверь повиновался и, осторожно ступая по камням, миновал не слишком широкий проход. Как раз для одного всадника. На выходе остановился и выглянул наружу.

– Ильмах! Ильмах! – напустилась я на зверюгу.

Нехотя скакун последовал дальше. Видно, легенды табиров не врут, он действительно чуял дыхание смерти! Да я чувствовала, что она витает где-то рядом. Впрочем, у меня иначе и не бывает.

Из полутора десятков янгелонов примерно половина уже валялась на земле. Остальные рассредоточились то там, то сям по берегу озера. Сбившихся до этого в кучу Нэб умудрился накрыть гранатой. Об этом свидетельствовали разбросанные взрывом тела варваров. Некоторые из них были ещё живы.

Дорогу загородили двое. Послала тачпана вперёд. Право слово, лучше бы этого не делала. Я-то метательный нож легко отбила, а вот мой скакун… Будто в стену уткнулся, словив дротик, и стал заваливаться на правый бок. Хорошо, что не в озеро, куда б я тогда соскочила. Но и быть придавленной к скале мёртвым телом меня не устраивало. Хорошо, что Шах… или как его там… не спешил умирать, но и встать с колен так и не смог.

Но мне некогда было наблюдать за агонией несчастного животного. Я прыгнула на стоящего передо мной черноволосого бородача. Бзынь! Дынь! О-о, гадство! Везёт же мне сегодня на зачарованные клинки. Новый обмен ударами. Отпрыгиваю назад, цепляюсь за шею погибшего скакуна и падаю на спину. Пятки взмывают в воздух. У-у, мля! Неудачно то как. Тёмный кинжал выронила, а сама застряла, провалившись между мёртвым телом и скалой.

Всё так неожиданно получилось. А ещё этот гад попытался ткнуть меня мечом. Первый удар отбила в сторону, ведь светлый клинок остался у меня в руке. Хрясь! Дальше раздумывать не пришлось. Мой противник упал на колени. Из его шеи торчал томагавк.

Что?

Ну-у, метательный топорик. Только сейчас он воткнулся не лезвием, а торчащим с противоположной стороны гранёным остриём, которое пробило кольчужную сетку, прикрывавшую шею злодея. Вот только на сколько глубоко? Не знаю, не замеряла. Воспользовавшись моментом, я тут же добила раненого янгелона, вовремя выхватив "рукой" клинок Тьмы из-под ног мчавшихся тачпанов.

Мой противник рухнул на камни, а я, выбравшись из западни, оглянулась на своего спасителя. Хм-м, это оказалась спасительница. Ора, ловким движением склонившись с седла, попыталась выдернуть своё оружие. Не тут-то было. Железная сеть не желала отпускать свою добычу. Я помогла ей высвободить смертоносное жало, а то так, согнувшись в три погибели, можно и спину сломать.

Мимо нас по самой кромке озера, разбрызгивая воду и ледяное крошево, неслись табиры.

– Нирта, садитесь!

Меня долго упрашивать не пришлось. Мухой взлетела позади девушки. Дальше из-за её спины мне ничего видно не было. Только валявшиеся вдоль дороги трупы янгелонов.

Несколько минут стремительной скачки, и мы выскочили на имперскую сторону озера. Слава Создателю, тут ничего взрывать не пришлось. Двигаясь всё так же против часовой стрелки, тачпаны поднялись на кручу, а потом, развернувшись в прямо противоположную сторону, стали спускаться вниз. Тут нас поджидал Ильмиркай с неизменным Шармиршохом за спиной.

С грехом пополам мне удалось его понять. Всё-таки из Оры переводчик был ещё тот. Похоже, хочешь – не хочешь, а языки придётся учить самой. Ещё и сама я невнятно мемекала, толком ничего не разобрать.

Так или иначе, мне удалось довести свою мысль до командира кочевников. Нам нужен порох. Ищем мельницу и склад. И то и другое должно быть точно за городом. Не психи ж имперцы – взрывчатку рядом с жильём хранить.

Ильм уже отправил разъезды. Язык был нужен позарез. Блин! А я-то о чём думала! Привыкла полагаться на Тошу, Влэха, Эрвендилтоллиона. И вот, первая серьёзная операция, за которую я взялась, и всё может полететь в тартарары только потому, что моё сиятельство… всё такое умное-преумное… не удосужилось взять с собой переводчика. Вся надежда оставалась на Ору, но уж больно она была призрачная.

Зимние дни коротки, а тут ещё горы, лес… Если бы не акведук – никаких признаков цивилизации.

Небо стремительно темнело, или мне так только казалось, а от разведчиков не было ни слуху, ни духу. Как в воду канули.

– Как дела, нирта? Нашли то, что нужно? – послышался за спиной знакомый голос.

Обернулась. Нэббилион. И как он тут очутился? Пришёл пешком? Нет, оказывается, приплыл на лодке. С ним Эпш, Чак, Хэра, ещё пара драдмарцев и Эна. Её-то куда понесло? Хорошо, что хоть Эйве хватило ума остаться на той стороне озера.

По-моему, я произнесла это вслух… Ну, не читает же Нэб мои мысли.

– А они то же здесь, нирта.

– Кто?

– Эйва с Юсей. Вон за теми кустами, – показал он рукой.

Я затопала ногами, погрозив кулаком в указанном направлении. Над зарослями показались три головы: эльфийки, табирки и козы-дерезы. Все лица выражали вселенское раскаянье разной степени тяжести. Ну что будешь с ними делать?!

– Не волнуйтесь, нирта, разведка уже возвращается, – прервал мой приступ праведного гнева Нэб, лишь взглянув в сторону леса, в котором скрылись разъезды.

Блин! Мне бы его таланты!

Дозорные вернулись не с пустыми руками, притащив на заводном тачпане какого-то связанного мужика. Как выяснилось – молодого стражника, уже успевшего наесть брюхо и ряху на казённых харчах. Он единственный уцелел из вражеского разъезда, двое других охранников были убиты.

– Трупы спрятали?

И кто меня дёрнул за язык. Ора бойко перевела. Лучше бы она это не делала. Все… в том числе и моя переводчица… посмотрели на меня, как на умалишённую. Мне тут же захотелось провалиться сквозь землю.

– Бросили в ручей. Найдут не сразу, – коротко отрезал старший из разведчиков.

– Хорошо, – пришлось одобрительно кивнуть.

Действительно, кого я лечу. К чему задавать глупые вопросы тем, кто научился прятаться и скрывать деяния рук своих в ровной, как стол, степи.

Нэббилион взял "клиента" "в оборот". Пленник был здорово напуган. Он заливался соловьём, вот только слишком сбивчиво и путано, поэтому моему начальнику разведки приходилось его часто останавливать и переспрашивать. Но Нэб хорошо знал своё дело, так что управился довольно быстро.

Я опять посмотрела на небо. Из-за деревьев видно не было, но, судя по всему, Алэма катилась к горизонту гораздо быстрее, чем мне хотелось бы.

Ильмиркай распределил воинов. Ойлонские мародёры… и, как оказалось не они одни… подчинились ему беспрекословно. Короткие слова команд и табиры ринулись вниз по тропе. Они неслись молча, как волки, преследовавшие добычу. Об улюлюканье, гиканье и свисте никто не помышлял. Кочевники знали, когда надо нагнать жути на врага, а когда следует подкрасться, как северный лис, незаметно.

Ильм с Шармом… а за ними и наша троица: я, Нэб и Ора… двинулись следом. Да, я не сказала. Ильмиркай любезно предоставил своего запасного тачпана мне, а Шармиршох – Нэббилиону. Не бесплатно, разумеется. Каждый скакун обошёлся мне в пятьдесят серебрушек. Итого – сотня серебряных леворов. Это только за прокат, так сказать "в компенсацию понесённого ущерба". За добычу, которую владельцы животных теперь не смогут захватить и увезти по моей милости. И ещё неизвестно, смогу ли я окупить эти затраты. Хотя конечно смогу! Где наша не пропадала!

Дальше за действиями табиров мне следить было некогда. Сначала пришлось обуздать собственного норовистого зверюгу. Красивого, золотистой масти с чёрными "носочками", гривой и рогами… И почему-то ушами, будто по голове кто-то кистью мазнул.

Нэбу тоже попался боевой скакун, подстать своему хозяину. Так и "видящий" был не робкого десятка. Как я подсказала, вцепился зверю в чувствительные ноздри своей "рукой", тот поартачился, подёргался, но присмирел. Тачпану главное показать свою силу, как, впрочем, и любому домашнему животному, у которых своя иерархия, в которой хозяину, если он хочет им быть, следует занять место лидера. Что на Земле, что здесь – в мире Аврэд.

Как потом оказалось, охрана склада и мельницы к нашему вторжению была не готова. Расслабились они тут, почувствовав себя, как у Создателя за пазухой, и почти все были перебиты. Гражданские никакого сопротивления не оказали. Их табиры заставили грузить мешки, приспособив под это дело и пару попавшихся под руку возов, запряжённых наргами. Не представляю, как мы с ними переберёмся через озеро на нашу сторону, но телеги в гору эти единороги затащить по силам.

Пока работяги грузили "товар", у входа в склад всеми жировыми складками, как осиновый лист, трясся какой-то толстяк. Он и оказался заведующим тем заведением, имущество которого мы сейчас бесцеремонно "прихватизировали".

Блин! Поторопились мы с этим! Надо было толком разузнать, какие мешки хватать в первую очередь. Тут был и готовый порох, и полуфабрикаты разной степени готовности, и… толком, честно говоря, не поняла… то ли не прошедшее проверку вещество, то ли испортившееся в дороге или при плохом хранении… Факт, что эти мешки были возвращены на переделку. Порох-то вещь капризная: чуть отсырел – пиши пропало. Только специалист потом разберёт, будут ли эти комья куда пригодны, или только на выброс.

Хрена теперь делать?! Кто ж знал, где тут какая маркировка. Ильмиркай заскрипел зубами, сверкнув глазами так, что толстяк затрясся ещё отчётливей. Ора-то табирам всё переводила.

– Не важно! Беру все мешки по договорной цене! – мы заранее уговорились в сорок серебрушек, – Только сначала грузите хороший порох, а потом всё остальное!

Стоило переводчице огласить мой вердикт, как Ильм аж просиял. Он тут же прорычал новый приказ, который Шарм трубно возвестил во всеуслышание.

Проклятье! А что с мельницей? У нас первая гружёная повозка потянулась в гору, добрый десяток табиров, увязав поклажу, унёсся прочь, а от второго отряда ни слуху, ни духу. Блин! Даш-то слишком молод, правильно ли он понял то, что перевела Ора. Говорят, обычная мельница взрывоопасна, а уж пороховая… Всего одна искра от какой-нибудь железки, и взлетит всё к чёртовой бабушке!

Меня аж холодный пот прошиб. Правда, взрыва ещё не прозвучало, но всё-таки.

Подозвала Нэба, и мы вместе отправились к мельнице. Ора увязалась за нами.

Дашмиршар был жив, здоров и невредим, уверенно заканчивая погрузку. Добычи на этом мукомольном… то есть, порохомольном предприятии вообще-то было немного. Пятёрка табиров… наверняка чем-то проштрафившихся… с унылым видом вязала мешки. Доспехи убитых стражников тоже были сняты и погружены.

Сам Даш, подбоченясь, восседал в седле, крепко сжимая за талию заплаканную девушку, пытаясь отпихнуть ногой тощего старика. Но тот, намертво вцепившись в руку пленницы, подвывая и обливаясь слезами, никак не желал её отпускать.

– Что тут происходит?

Даш был краток. Мы тут грабим… то есть получаем свою законную добычу, а тут этот…

А ты кто мил человек?

За дело опять взялся Нэб. Старик оказался мастером Протилосом, а девчонка его дочерью Статилат, единственной отрадой в жизни после смерти любимой жены и так на неё похожей… и так далее, и так далее. Я невольно вздохнула… Как трогательно.

– Ладно, Прот ты такую же мельницу построить и запустить сможешь?

Старик закивал так, что я думала, голова отвалится:

– Да, да, ваша милость, как скажете, госпожа!

– Даш, девчонку отдашь отцу.

– Джеха, это моя законная добыча!

– Она не только твоя, доблестный воин. За неё и старика по пятьдесят монет за каждого. Хочешь – выкупай, но эта добыча – общая.

Прямо как в "Одиссее капитана Блада".

А почему бы нет?

Дашмиршар заскрипел зубами, надулся, как сыч, но промолчал.

– А вы кто? – спросила я взиравших на нашу перепалку грузчиков.

– Работники алтмары, ваша милсть, – с поклоном произнёс тот, что постарше.

Второй, поздоровее, более звероватого вида, тоже нехотя согнулся.

– Чего?

– Алтмары – мельницы вот этой, – он махнул рукой в сторону стоящего позади строения.

– А-а. А на шее у вас что?

– Ошейники. Мы рабы, каторжники.

– Разбойники?

– Не-е, госпожа. Я – ремесленник, а он, – мой собеседник указал на молчаливого напарника, – драдмарец. Это провинция такая…

– Я слышала. А сюда как попали?

– За мятеж.

Я не поверила собственным ушам.

– Мятежников отправляют в каменоломни, а вас на мельницу. Странно.

– Так и мельница не простая, тут загнёшься быстрее, чем на рудниках.

Хм-м, и то верно. Но, всё равно странно.

– А взорвать тут всё?

– Так мы не воины, а мятеж нам приписали…

Да-а, если верить рассказу стоящего передо мной каторжника, так он вообще ни в чём не виноват. Металлических дел мастер: немного кузнец, немного слесарь по всякой железной мелочи. Поцапался с кем-то из власть предержащих и оказался в тюрьме. Дальше скорый суд и расправа.

– А причём тут мятеж?

– Не сдержался я, дал в морду этому гаду!

Какому-то мелкому чинуше.

А второй? Тот сцепился с роверскими солдатами за честь младшей сестры.

– И не побоялись вас приставить к пороховой мельнице?

– Не так всё просто, госпожа. Для взрыва смесь ещё надо приготовить, а готовый алтар нам не доверяют.

Алт чего? А-а, порох.

– И вообще, за нами постоянный пригляд…

Да-а, у них тут не забалуешь – к каждому приставлен "хвост". И сбежать – не сбежишь, ошейники-то зачарованы. Мигом найдут. Даже убивать не станут, а шкуру спустят. А от этой грёбаной пыли раны не заживают, начинают гноиться…

Работники дохнут, как мухи. Вольных сюда на верёвке не затащишь. Пробовали уголовников, но народ нужен крепкий и сообразительный. Иначе потравят или пожгут друг дружку. Вот бедолаги и мыкаются в этом филиале ада, только без углей.

– Кабы мог, всё тут взорвал в Бездну! – прорычал Трым.

Это второй, драдмарец… по выговору чувствуется. Первого звали Элп – Элпирон. Так мы его потом и записали. Но это всё после.

– Вот что,… "мельники", хотите – идите с нами. Но с каждого за свободу возьму по сорок серебряных монет. Скакунов свободных нет, так что будете добираться своим ходом. Если имущество какое есть – берите, но быстро. Никто вас ждать не будет!

– Нам товарища забрать надо, – пробурчал Трым.

– Кого и что хотите, но мельница пусть останется в целости и сохранности.

Драдмарец состроил недовольную рожу.

– Я ясно объясняю?

Оба кивнули. Элп радостно, а его напарник – нехотя.

Лучше, конечно, чтобы они меня послушали. А захотят взорвать ненавистное строение, то и хрен с ним!

Мы бросились вдогон за скрывшимися за поворотом Дашем и его пятёркой.

Ёпэрэсэтэ! Как же меня это утомило! Я смотрела со скалы на то, как последние мешки грузили на лодку. Ночная тьма полностью окутала землю. Единственный, кто хоть как-то пытался с нею бороться – одинокий костёр, весело трещавший на берегу. Наш добрый друг, нёсший тепло и свет, но необычайно прожорливый. Не помню уже, сколько раз сновала по верху туда-сюда, чтобы сбросить вниз ветку-другую.

Не представляю, как Нэббилион может столько времени безвылазно сидеть в засаде. Я бы точно не выдержала. А Нэбу хоть бы хны, не зря он брал уроки у Ворхема. Теперь его очередь высматривать крадущихся к нам злодеев. Вот только ни тайно, ни явно никто из них до сих пор не появился. К чему это? Я бы на их месте уже всю провинцию на уши поставила, чтобы догнать и наказать злодеев. Видно, я чего-то не понимаю.

Добрая половина сломанного мною сухого куста полетела вниз. Интересно, как добрались "мельники"?

Они притащились на широкой телеге, в которой лежали… вернее стояли… два мельничных жёрнова. Тут же у облучка, свернувшись калачиком, лежал, постанывая, отощавший бедолага. Зиг – последний из троицы. Выглядел он, прямо скажем, неважно.

– Долго вам придётся ждать лодки, – заметила я.

Нэб перевёл.

– Нам она не потребуется, – пробурчал драдмарец.

– Сейчас срубим два молодых дерева, сделаем носилки для Зига, – пояснил Элп, по сравнению со своим угрюмым напарником, он был настроен ко мне более доброжелательно, – Потом увяжем камни и свезём их. Жаль что у нас два нарга, одним рейсом не получится.

– Хорошо, я заберу вашего больного! А вы займитесь "кругляшами".

– Не уро?ните? – с сомнением покачал головой Элпирон.

– Не должна.

– А денег сколько стребуете за провоз?

– Будем считать, что ваш друг ранен. Доставка раненых – бесплатно.

– Надо бы его верёвкой привязать, – заметил Элп.

– Вяжи, только не сильно, а то все кишки выдавишь. И всё мне на спину.

– Да он, почитай, двое суток ничего не ел.

– Всё равно.

"Мукомолы" попытались водрузить своего чуть живого товарища на круп тачпана. Тщетно. Сам больной им помочь не мог, скорее, только мешал, норовя завалиться то в одну, то в другую сторону. Делать нефига, пришлось схватить его "руками" за пояс и дёрнуть. Раз, потом ещё.

– Правую ногу поправьте, – прикрикнула я на оторопевших каторжников.

Сидевший позади больной неожиданно обхватил меня за талию, прижавшись всем телом.

– Милый, не так быстро!

"Раздув" свою "душу" я отстранила пассажира, ослабив его объятья, и надёжно зафиксировала "ручками", чтобы не упал.

– Все вы, мужики, одинаковые! Сам чуть жив, а туда же!

Нэб не смог перевести эту фразу… может быть, позже… согнувшись пополам от хохота.

– А вы что встали! – прикрикнула я на "мельников", – Увязывайте свои "ватрушки"!

Тогда уж бублики.

Вообще-то ликса – это такое круглое печенье с дыркой посередине. Их я и упомянула.

Наша с Зигом скачка прошла без приключений. Было ещё достаточно светло. В проломе тачпан перешёл на шаг и мы, наконец, вырвались из каменного мешка.

Я поискала глазами Эпшра, а наткнулась на эльфийского владыку. Его-то как сюда занесло? Час от часу не легче.

– Нирта Олиенн, где моя племянница? – тут же напустился на меня лаэрииллиэн.

– Там, – я махнула в сторону озера.

– Как вы могли её бросить одну?

– Лаэр Эрвенд, Эйва уже взрослая девушка, ей скоро замуж!

Нет, надо ж такое ляпнуть! Владыка весь подобрался и напрягся, как брэц, готовившийся к прыжку.

– И за кого же она собирается выходить? – голос Эрвендилтоллиона был вкрадчив и ласков, но взгляд, казалось, пронзил меня насквозь.

– Понятия не имею, – начала я выкручиваться, как уж на сковородке, – но она достаточно взрослая, чтобы начать заглядываться на мальчиков.

Господи, что я несу!

– Так значит с Чаком у них всё серьёзно?! Хорошо, я с ними поговорю!

Бли-и-ин! Ну почему так! Похоже вскоре я потеряю и сестру, и подругу, и всё на свете! Проклятье!

А-а, будь, что будет! Начну юлить и финтить, этот старый крокодил меня мигом раскусит! Горевать будем потом!

– Лаэр Эрвенд, лучше скажите, куда девать больного.

– Что? Он заразен?

– Нет, думаю у него что-то с лёгкими. Это каторжник с пороховой мельницы.

– Где вы нашли старика с девчонкой?

– Угу.

– И зачем они вам?

– Нам же нужен порох! Только благодаря ему мы отбились от орды. Скоро весна, мало ли кто сюда пожалует.

– Собственное производство?

– Почему бы нет, у вас же есть водяная мельница?

– Она для зерна!

– А что нам мешает построить такую же для пороха?

Я поделилась своими наполеоновскими планами и в запале слегка ослабила контроль над болтавшимся позади пассажиром. Тот тут же начал валиться на бок, и я едва успела его подхватить.

– Ола, вниз по тропе, только свернёшь не направо, а налево, – указал владыка.

Следуя его совету, я оказалась у края расщелины. А молодцы эллиены, ловко придумали. Главное, нашли удачное место!

Спуск вёл к неширокой площадке, дальше следовал почти вертикальный обрыв. С боков – скалы, на которых, где-то на высоте человеческого роста, может чуть повыше, было переброшено бревно. На нём болтался на цепи бронзовый блок с верёвкой. Сейчас двое эльфов быстро её выбирали. Ты смотри! В проёме показалась крупноячеистая сеть. Её споро вытянули и погрузили туда два мешка. Раз! Эллиены, к которым присоединилось четверо драдмарцев, натянули верёвку. Груз закачался над пропастью. Оп-п! Остановился, как вкопанный. О, а сразу и не приметила. К сетке была привязана страховочная верёвка, чтобы оттянуть, подтянуть… В общем, для того, чтобы груз не цеплялся за скалу и не болтался, как сейчас.

Поклажу быстро опустили вниз, травя помалу конец… или фал… не помню, как правильнее.

Всё-таки странные у моряков названия, или это только у меня в голове возникли такие ассоциации?

Отвяжись пи… э-э-э… страдалец несчастный!

– Что вы хотели, нирта? – раздалось за спиной.

– О, Эпшир, хорошо, что тебя встретила, а то из них я никого не знаю, – я кивнула в сторону эльфов и драдмарцев, – Его так же можно опустить, а то боюсь, не довезу? – новый кивок, теперь уже на "мельника", голова которого бессильно болталась на плече.

Тем временем средневековый тельфер на ручной тяге закончил спуск, и сеть была вновь поднята на площадку.

– Нирта, назад сдать сможете?

Попробую.

– Назад! Хуш! Хуш! – потянула я уздечку на себя.

Блин! Как-то вылетело из головы. Переднюю передачу и повороты на своём четвероногом транспорте научилась включать, а заднюю ещё не приходилось. Пусть и нехотя, мой коник всё-таки повиновался. Ну, слава тебе… Слава Создателю.

Мой тачпан осторожно сдал назад. Всё-таки левый край площадки… который теперь оказался справа… рассекала трещина. Неширокая, ладони две, уходившая достаточно глубоко. Провалиться в неё можно вряд ли, а вот ногу или копыто сломать – проще простого.

Мужчины попытались было стащить бесчувственное тело с крупа, но подойти с боков им было несподручно. Я скинула им его назад, в последний момент придержав "руками". На несколько мгновений бедолага застыл в воздухе.

– Что встали! Берите! – пришлось прикрикнуть на оторопевших воинов.

Эпшир тоже что-то скомандовал, по-своему. Языки надо учить, языки.

Больного благополучно отправили вниз, а я вернулась на имперскую сторону озера.

Перед самым подъёмом встретила Элпа и Трыма, ведущих в поводу пару наргов, размеренно спускавшихся друг за другом по тропе с прочно привязанными между двух дышл жерновами. Раз такой крутой поворот сумели преодолеть, будем надеяться, что и проход в скале они минуют так же успешно.

Наконец лодка отчалила. Её тёмный силуэт заскользил по воде, осторожно пробираясь между льдин. Ну вот и всё, наш бандитский набег благополучно завершён, убитых нет, раненых тоже нет… Хотя нет, вру, кто-то из табиров пострадал, и в схватке с янгелонами и у склада… Будем надеяться, не слишком серьёзно.

Ладно, как там у Лермонтова: "Потом считать мы стали раны, товарищей считать".

И мы тоже потом всех сосчитаем. И живых, и мёртвых.

Но всё-таки, почему за нами не отправили погони? Странно всё это, ох как странно.

Наверное, звучит слишком навязчиво, но тогда мои мысли снова и снова возвращались к этому вопросу.

Никогда не приходилось сидеть в окопе, слыша близкие разрывы, свист пуль и осколков, но я думаю для командиров, что корпят над картами и принимают решения, ещё страшнее, когда они перестают понимать противника.

Вот и у меня было то же самое.

– Ну что там, Нэб?! – не выдержала я.

– Всё тихо, нирта!

– Тогда спускайся вниз! И ты тоже, Эйва, хватит там мёрзнуть!

Мы с Юсей расшуровали и раскидали костёр, который до этого девчонка поддерживала в поте лица.

Всё! Домой! Тачпан впереди, на котором сидел Нэб, опять взбрыкнул, вильнув туда-сюда. И чего он такой неугомонный?

Вновь проход между скал, и мы выскочили из каменного кольца, что окружало озеро. А дальше? Нет, на снегу ещё что-то можно различить, а вот каменный лабиринт…

– Нирта, не отставайте! – крикнул Нэб, направляя своего скакуна в очередную расщелину.

Что бы я без него делала?

Когда мы с Эйвой добрались до нашего домика было далеко за полночь. Тачпанов оставили у Влэха и Тоши, где теперь жили Ора с Юсей. Там, чуть в стороне от дома у животных было специальное стойло. Не в дом же их тащить, а бросать животных в морозную ночь на улице…

В общем, когда разобрались с делами, сил хватило только на то, чтобы помыться, благо горячую воду в купальне греть не надо. Есть уже не хотелось. Не хотелось вообще ничего. Только спать, спать, спать… У-уа-а-а.