#img10E0.jpg

Ицхак Рабин

#img589A.jpg

Игаль Амир

Одно из самых «темных» дел в современной криминалистике, явно и основательно нарочито искаженное в ходе следствия и судебного процесса. Несмотря на едва ли не пошаговую документализацию, убийство лидера Рабочей партии Израиля полно явных противоречий, заставляющих усомниться в честности и непредвзятости израильской Фемиды.

4 ноября 1995 года на площади Царей Израилевых в ТельАвиве вечером, во время проведения многотысячной демонстрации в поддержку мирного процесса, на премьер-министра Ицхака Рабина было совершено покушение. Глава правительства едва успел допеть «Песню мира» и положить в карман листок с ее текстом, как за его спиной прогремели выстрелы. Кто-то громко заорал: «Холостые, холостые!» Затем один из телохранителей сбил премьера с ног и тоже был ранен. Террористом оказался член ультраправой националистической организации «Эйаль» («Львы Иудеи»), 26-летний студент Бар-Иланского университета Игаль Амир, который с близкого расстояния выпустил в Рабина несколько пуль. Преступник даже не пытался скрыться с места трагедии или бросить пистолет. Одному из задержавших его охранников Амир сказал: «Я сделал свое дело, теперь ты делай свое».

Террориста спешно доставили в столичную тюрьму, а раненого премьера уложили на заднее сиденье правительственного лимузина и отвезли в ближайшую клинику «Ихиллов». В 23.20 того же дня личный секретарь Рабина передал сообщение, что ранение оказалось смертельным и премьер скончался. К утру тело погибшего было перевезено в госпиталь «Тель-Гашомер».

Израильтяне как-то сразу забыли, что сами же подвергали политику стареющего лидера Рабочей партии жесточайшей критике, забылись и издевательские слова песенки популярного певца Авива Гефена, ежедневно доносившиеся из динамиков: «Кто там идет пьяный? Да это ж глава правительства!» Как говорится, о мертвом — или хорошо, или ничего. Так что покойного Рабина спешно канонизировали, стали называть его именем площади, общеобразовательные учреждения, улицы, общественные заведения. Об убитом премьере теперь говорили с патриотическим надрывом: мол, он пришел, чтобы дать мир своему несчастному народу, но пуля фанатика прервала жизнь этого более чем достойного человека. На зданиях, на автомобилях, на оградах появились наклейки «Товарищ, мы тебя помним», «Товарищ, тебя не хватает» и тому подобные. В общем, как это обычно происходит в мире, «безутешные сограждане» потихоньку стали приторговывать памятью погибшего.

Пост премьера и главы Рабочей партии занял соратник Рабина, Шимон Перес, которого острые языки называли также «заклятым другом» убитого. Правда, удержать позиции Пересу так и не удалось: в ходе предвыборной кампании он проиграл своему сопернику, Беньямину Натаниягу, 1 % голосов. Вдова премьера, Лея Рабин, узнав о результатах выборов, заклеймила соотечественников тем, что они «предали нацию позору» и покинула страну. А Игаля Амира спустя три месяца после гибели Ицхака Рабина тихо и без излишней помпы приговорили к пожизненному заключению. Расстрелять убийцу израильского лидера не смогли ввиду отсутствия в уголовном кодексе статьи, предусматривающей смертную казнь. Брат террориста, который модернизировал пули, предназначенные премьеру, загремел за решетку на семь лет. Игаль Амир признал себя виновным в убийстве, но намекнул на то, что «знает больше». Казалось, дело о покушении на премьера окончательно отошло в область истории. Однако, как показала жизнь, ставить в нем точку и провозглашать: «Финита ля комедия!» — слишком рано.

Разговоры о том, что с убийством Ицхака Рабина дело не чисто, начались сразу же после трагедии. Если бы покушение можно было списать на арабского террориста, вопрос оказался бы исчерпанным. Но убийца — еврей и сионист?! Простите, а зачем ему это понадобилось?! Точнее, кому это было выгодно? «Правые» и «левые» в данном вопросе кивают друг на друга, не забывая при случае поливать грязью Шимона Переса, который якобы сказал после получения печального известия: «Видит Бог, я этого не хотел.»

Интересно, что в мире не совершалось столь же подробно задокументированного преступления. Сразу после трагедии на площади появилась съемочная группа ТВ, а сама сцена убийства оказалась заснятой на видеопленку неким туристом Кемплером. Тот снимал выход премьера с балкона здания муниципалитета, сам момент покушения, протянутую руку убийцы, которая практически уперлась в спину Ицхака Рабина. В кадр попало пламя выстрела и то, что премьера окружали телохранители, — лишь тот, которому как раз и полагалось прикрывать спину лидера, сдвинулся влево и поотстал.

Обратите внимание: несмотря на огромное количество описаний обстоятельств убийства, в единую картину преступления они почему-то не складываются. Существует несколько «вариаций на тему», имеющих существенные отличия друг от друга. А вопросов, связанных непосредственно с событиями 4 ноября, после того, как следствие сделало свои выводы, стало еще больше. Как случилось, что вышколенная охрана, набранная из отборных кадров израильской Службы безопасности (ШАБАК), пропустила вплотную убийцу к премьеру и позволила нажать на курок? Сколько раз стрелял террорист? Сколько пуль вошли в тело Ицхака Рабина и какое из этих ранений оказалось смертельным? Почему жертву покушения не отправили в госпиталь в машине «скорой помощи», а везли на правительственном лимузине; это ведь прямое нарушение всех правил оказания первой помощи!? К слову, «скорая» дежурила неподалеку от площади, но высокопоставленные лица почему-то обошли ее своим вниманием. И еще. Дорога от площади до «Ихиллова» прямая и занимает не более минуты. Однако «кадиллак» с Рабином находился в пути не менее восьми минут. Дамти, считавшийся самым опытным водителем в стране, по дороге в клинику. «запутался и потерялся»! Только через семь минут езды он подобрал полицейского, чтобы тот «помог найти дорогу» к больнице! В довершение всего, водитель не оповестил «Ихиллов» по радио о случившемся, так что персонал клиники оказался полностью неподготовленным к прибытию пациента. Почему пули не прошли навылет, как и должно было случиться при выстреле практически в упор, а застряли в теле? Кто кричал про «холостые» патроны? И вообще, был ли убийцей Игаль Амир?

Массу вопросов породила также «любительская» пленка, которую прокрутило израильское телевидение. Ведь «случайным туристом», запечатлевшим сцену убийства лидера, стал. сотрудник аппарата государственного контроля.

Так вот, на пленке имеется много несуразностей. Во-первых, «турист» заснял почему-то только один выстрел. Во-вторых, изучавшие пленку профи пришли к выводу, что это «липа»: результаты съемки старательно «отредактировали», то есть подделали. Втретьих, врачи клянутся, что такой реакции на разрывную девятимиллиметровую пулю в легком ни у одного живого существа просто не может быть! Ведь Ицхак Рабин на выстрел сзади только повернул голову, ускорив при этом шаг; упал же премьер только после того, как его сбил с ног телохранитель. Похоже, Рабин просто услышал выстрел или почувствовал взрывную волну от разорвавшегося холостого патрона и быстро повернулся в сторону шума.

Считается, что Амир стрелял в премьера четырежды. Две пули засели в спине жертвы покушения, одна досталась телохранителю, еще одна прошла мимо и позже была обнаружена на мостовой. Но убийца сообщил, что пистолет был заряжен девятью разрывными пулями, а в нем обнаружили. восемь патронов! Интересно, что один из полицейских показал: девятую пулю он лично извлек из патронника в пистолете террориста. И вообще, свидетели путаются, сколько, собственно, выстрелов звучало на площади. Их число колеблется от одного до пяти.

На пленке видно, что задняя левая дверь пустой, согласно заключению государственной следственной комиссии, машины закрывается, прежде чем Рабин оказывается в автомобиле. А значит, не исключена возможность, что израильского лидера убило неизвестное лицо, прятавшееся внутри машины.

И еще одна странность: никто из полицейских и охранников не заметил никаких признаков ранения премьера — совершенно необъяснимое явление в ситуации, когда две девятимиллиметровые разрывные пули разворотили человеку легкое и селезенку. Видеозапись Первого канала ТВ показывает, как менее чем через полчаса после стрельбы полицейские обыскивают место покушения. На дороге, где Рабин упал, следы крови полностью отсутствуют. Лея Рабин, кстати, тоже свидетельствовала: когда она последний раз видела мужа перед тем, как тот исчез под телохранителями, лидер выглядел вполне нормально.

Следственный эксперимент по воссозданию деталей покушения, заснятый через несколько дней после гибели Ицхака Рабина, только добавил тумана. В записи эксперимента террорист стреляет правой рукой — согласно показаниям многочисленных свидетелей, именно так он стрелял в ходе покушения. Но в кадре из видеофильма «туриста» Кемплера, опубликованном в газете «Едиот Ахронот», Амир стреляет левой рукой. Сделанное с помощью компьютера сравнение пленки эксперимента и этой фотографии показывает, что лицо стреляющего выглядит в двух случаях совершенно по-разному. В «творении» экспертов у террориста густые бакенбарды неопределенной формы, доходящие до середины его уха, а в кадре из фильма Кемплера у стреляющего подровненные виски, доходящие лишь до верхней части уха. Таким образом, можно утверждать, что в фильме лжетуриста вместо Амира снят другой человек. Кстати, даже рука убийцы кажется длиннее, чем рука у Амира, что позволяет уменьшить расстояние, с которого сделан выстрел.

В общем, история вырисовывается весьма темная. Не добавляет ей ясности и то, что один из телохранителей премьера, который, как оказалось, и кричал про холостые выстрелы, вдруг совершил загадочное самоубийство; покойному организовали почему-то закрытые похороны, а в его свидетельстве о смерти, датированном 11 ноября, отсутствует указание причины смерти. К тому же выяснилось, что руководитель организации «Эйаль» и подстрекатель убийцы Авишай Равив были агентами ШАБАКа и что органы государственной безопасности заранее получали предупреждения о далеко не верноподданнических намерениях Амира. Так почему, собственно, руководство Службы безопасности не отдало приказ арестовать потенциального убийцу израильского премьера задолго до 4 ноября 1995 года?

Заставляет задуматься и листок с текстом «Песни мира», который Рабин перед самой смертью спрятал в нагрудный карман. Секретарь демонстрировал эту бумажку, продырявленную и залитую кровью. Но ведь лидер получил две пули в спину, застрявшие в теле! Так откуда же взялось ранение в грудь?! К тому же по всем законам физики кровь не могла расплыться таким образом, как это случилось со злополучным листком, да и отверстие в нем, мало похожее на след от пули, наводит специалистов на нехорошие размышления. Погибший сложил бумагу только один раз, а экспертиза показала, что ее складывали затем еще несколько раз. Зачем? И вообще — на листе отсутствует дырка на одном из углов. Однако настоящая пуля продырявила бы сложенный вчетверо лист четырежды! А если бумагу складывали вдвое, то почему отверстий три?

Шимон Перес тоже долго говорил о том, что «три пули прошли через сердце лидера и сквозь лист с песней». А затем «заклятый друг» убитого резко сменил курс, начав нести какую-то чушь по поводу «иносказания» и «мистического понимания числа три». «Я лишь шутил. Можете вы принять это в качестве шутки?» — спросил новый премьер, давая показания, у прокурора. Странное заявление!

Следственная комиссия определила, что в Рабина стреляли дважды — в спину. Но отчет хирургов, описание операции (оно подписано шестью специалистами!), результат хирургического обследования, а также интервью с министром здравоохранения Эфраимом Сне и генеральным директором больницы «Ихиллов» профессором Габи Барабашем, взятые в ночь убийства, неопровержимо доказывают: в израильского лидера стреляли три раза. При этом одна пуля была выпущена именно спереди! Онато и разорвала ведущие к сердцу сосуды, разворотила позвоночник. В итоге премьер скончался. Простите, но у Амира просто не было возможности обежать жертву и выстрелить еще раз! К тому же, можно ли представить человека, способного ходить с раздробленным позвоночником и поврежденным спинным мозгом?! И вообще, как пуля, «пробившая листок с песней» и уложившая премьера в могилу, могла не оставить следов на его одежде? Это уже, как говорится, из области совершенно ненаучной фантастики. Либо в Рабина стреляли в упор уже в госпитале, когда он лежал без одежды. А это значит, что правительственная комиссия, расследовавшая обстоятельства дела, сознательно состряпала «липу». Перес же, занявший пост убитого, подмахнул ее, не глядя. Почему? Ведь если смертельным для Ицхака Рабина оказалось именно ранение в грудь, то Игаль Амир никак не может претендовать на лавры убийцы израильского премьера!

А может, «наследник» лидера просто покрывал свое собственное соучастие в убийстве?

Обратите внимание: первоначальная больничная запись подтверждает, что Рабина доставили в клинику именно с двумя ранениями в спину. Но затем в деле фигурирует ранение в грудь. Напрашивается вывод: раненого премьера в больнице реанимировали, а затем кто-то, не желавший допустить выздоровления Ицхака Рабина, выстрелил ему в грудь. Затем заговорщики попытались замести следы, создав при помощи листка с песней видимость того, что эту пулю погибший получил еще на площади. А чтобы махинация удалась, медиков под угрозой уничтожения заставили «отредактировать» отчеты (следы такой «чистки» действительно были обнаружены). Правда, в суматохе подделать все документы не успели — отсюда и противоречия в больничных записях. А их, кстати, множество.

Не так давно частная комиссия, в состав которой входили профессора Гилель Вайс, Арье Зарицкий, несколько видных ученых, аудитор Яков Веркер, а также доктор Давид Хен, рассматривали баллистические аспекты убийства Ицхака Рабина. Вывод оказался ошеломляющим. Специалисты утверждают, что премьер-министр не был убит пулями, выпущенными из пистолета Игаля Амира. В частности, им удалось установить, что пули, находившиеся в пистолете террориста, были медными, а результаты патологоанатомической экспертизы показали, что Рабин был убит свинцовыми пулями. К тому же, пуля, ранившая телохранителя (Йорама Рубина), отличается от пуль, поразивших премьера, и от пуль, найденных в обойме Амира.

Интересно, что обвинитель на процессе по делу об убийстве израильского лидера, Пнина Гай, не так давно выступила по радио с утверждением, что третий выстрел в главу правительства был произведен в упор. Осужденный же не приближался к Ицхаку Рабину на столь близкое расстояние. Об этом, а также о других несуразностях в материалах следствия на процессе неоднократно указывали привлеченные к экспертизам специалисты. Но судьи почему-то предпочитали игнорировать подобные заявления.

Нехорошо выглядит и отсутствие шефа ШАБАКа Карми Гилона на митинге. Странно, что его не было на самой массовой в Израиле акции в поддержку политики правительства, в которой приняло участие более 100 000 человек! Ему, видите ли, срочно пришлось уехать в Париж! И это несмотря на то, что окружение премьера указывало главе ШАБАКа на абсурдность такого шага. И зачем в самый канун убийства Перес отдал распоряжение о замене постоянного водителя Рабина, Йехезкеля Шараби, на своего — Менахема Дамти? Почему «доблестный» телохранитель Йорам Рубин, получивший пулю в локоть, спустя два часа после убийства возглавил подразделение безопасности Переса? Следует сказать, что показания

Рубина не совпадают с фактическими данными видеосъемок и словами прочих свидетелей покушения.

Собственно, как оказалось позднее, упрямый премьер до последнего не собирался участвовать в этой злополучной акции, намериваясь наблюдать за ней со стороны. Убедил лидера не манкировать своими обязанностями все тот же Шимон Перес.

Независимое журналистское расследование дало интересный результат. Оказалось, меньше чем за две недели до убийства главы израильского правительства в Абу-Дисе состоялось некое соглашение, позднее подписанное в Париже. Шимон Перес согласился на раздел Иерусалима и предложил ООП расположить столицу палестинского государства в городе. «Акулы пера» сделали вывод: заручившись этим соглашением, французы дали «добро» на устранение несговорчивого старого лидера. А Гиллон стал координатором программы действий, подключив к ней офицеров французских органов госбезопасности.

Говорить о несоответствиях выводов следствия, обнародованных на процессе, и реальных данных можно долго. Пожалуй, стоит упомянуть еще об одном из них. Террорист буквально сразу после ареста начал сотрудничать со следствием, так что в течение нескольких дней ему должно было быть предоставлено свидание с адвокатом и с семьей. Но прошел месяц, прежде чем ШАБАК дал согласие на встречу Амира с гражданскими лицами. Можно только вообразить, какое страшное давление оказывалось на подследственного для того, чтобы он впредь остался верным своим саморазоблачающим признаниям.

Итак, обвинять Игаля Амира в убийстве Ицхака Рабина может только человек, начисто лишенный здравого смысла. Тем не менее, пересматривать свое решение израильская Фемида не торопится. Единственное, чего удалось добиться отбывающему пожизненный срок террористу, — это заключения заочного брака с сотрудницей университета Ларисой Тримбовлер и разрешения стать отцом. Правда, ребенок может появиться на свет только в результате искусственного оплодотворения. Видеться супругам по-прежнему нельзя. Представители правозащитных организаций безуспешно требуют предоставить Амиру все права, которыми пользуются другие осужденные за убийство лица. Но директор Центра Рабина заявляет: человек, совершивший преступление «против государства и демократии», не имеет права требовать к себе такого же отношения, как прочие заключенные. В общем, истинных убийц премьера устроители процесса над Амиром по-прежнему старательно прикрывают.