Вернувшись в пансион, сэр Чедвик уселся в кресло в гостиной и погрузился в глубокое раздумье.

— Похоже, мы попали в очень запутанную историю, — пробормотал он наконец.

— Невероятно запутанную, — подтвердила Эбби.

Сэр Чедвик слегка подался вперед и воскликнул:

— Спрашивается, почему мы оказались в прошлом на месяц раньше положенного времени? Волшебникам не свойственно совершать столь грубые ошибки! А вот в том, что все эти осложнения — их рук дело, видимо, можно не сомневаться.

И тут зазвонил стоявший на столе телефон. За все время, что сэр Чедвик и Эбби жили в пансионе, это случилось впервые. Они обменялись удивленными взглядами, и сэр Чедвик осторожно поднял трубку.

Скрипучий голос раздался так громко, что его могла расслышать даже сидевшая у окна Эбби.

— Это министерство совпадений, — послышалось из трубки. — С вами говорит заместитель министра. Не могли бы вы пригласить к телефону человека, называющего себя Пэт О'Грасс.

— Разумеется, — ответил сэр Чедвик.

Он повернулся к Эбби:

— Будь так любезна, найди мистера О'Грасса и скажи, что его просят к телефону.

Эбби пробежала по коридору и постучала в дверь предводителя лепреконов.

— Кто там? — раздался голос Пэта.

— Мистер О'Грасс, вас срочно просят к телефону, — сообщила Эбби. — Пожалуйста, пройдите в нашу комнату.

Прежде чем Пэт О'Грасс успел ответить, она бегом вернулась в гостиную.

Через несколько секунд в комнату вошел поддельный ирландец.

— Слушайте внимательно, — проскрипел голос, как только Пэт О'Грасс взял трубку. — Нам известно, кто вы такой и по каким причинам скрываетесь. Вы должны поведать это сэру Чедвику Стриту и Эбби Кловер.

Послышались отрывистые гудки.

О'Грасс медленно повесил трубку и бросил на сэра Чедвика умоляющий взгляд.

— Мистер Стэнхоуп, может, вы знаете что-нибудь о человеке по имени сэр Чедвик Стрит?

— Откровенно говоря, это я и есть, — признался сэр Чедвик. — Чарльз Стэнхоуп — мой сценический псевдоним.

— Вы слышали, что сказал этот… голос? — спросил Пэт.

Сэр Чедвик молча кивнул. О'Грасс, растерянный и сбитый с толку, опустился в кресло и уронил голову на руки. Вдруг он резким движением сорвал фальшивую бороду и вновь поднял взгляд. Теперь сэр Чедвик и Эбби могли без помех рассмотреть его симпатичное, открытое лицо. Правда, выражение этого лица красноречиво говорило о том, что его хозяин оказался в нелегкой ситуации.

— Сэр Чедвик, — произнес Пэт приглушенным голосом. — Скажите, вы верите в эльфов?

Сэр Чедвик и бровью не повел.

— За свою жизнь я имел немало поводов убедиться в их существовании, — невозмутимо ответил он.

— Правда?! — с пылом воскликнул О'Грасс, и Эбби заметила, что его ирландский акцент исчез. — Тогда я признаюсь вам — мои лепреконы вовсе не карлики, как все думают. На самом деле они эльфы и обладают невероятными способностями. Что скажете?

Сэр Чедвик поднялся с кресла.

— Я скажу вот что, — изрек он. — Выпейте с нами чаю, мой друг, и подробно расскажите нам обо всем.

Как раз в этот момент дверь открылась, и на пороге появилась миссис Гринбауэр. Она явно пребывала в замешательстве.

— Сама не знаю, зачем я пришла, мистер Стэнхоуп, — смущенно пробормотала она. — Словно какой-то внутренний голос подсказал, что вы меня зовете.

— А мы как раз хотели попросить вас подать чай на десять персон, миссис Гринбауэр! — воскликнул сэр Чедвик.

— На десять? — переспросил Пэт О'Грасс, когда миссис Гринбауэр поспешила на кухню.

— Я подумал, что вы захотите пригласить своих друзей-эльфов, — пояснил сэр Чедвик. — Не сомневаюсь, они большие любители чая и никогда не пропускают времени чаепития.

— Откуда вы знаете? — удивился О'Грасс.

— О, мне не раз приходилось иметь дело с эльфами, — пояснил сэр Чедвик.

Вскоре чай был подан, и в гостиную один за другим вошли эльфы. Эбби позаботилась о том, чтобы каждый гость получил чашку с чаем и тарелку с кексами и сэндвичами. Эльфы расселись на полу и принялись оживленно болтать.

Они говорили на необычном языке, не похожем ни на одно из человеческих наречий. Их речь на поминала шелест листьев на ветру, журчание воды, чириканье птиц. Время от времени кто-нибудь из эльфов бросал любопытный взгляд на Эбби и застенчиво улыбался.

— Ты им понравилась, — заметил Пэт О'Грасс, вернее Джек Элвин. — Я немного понимаю их язык. Они говорят — сразу видно, что ты настоящий друг.

— Я весьма польщена, — улыбнулась Эбби. — Они мне тоже нравятся!

Джек Элвин перевел ее слова. Затем сэр Чедвик поднял руку.

— Возможно, джентльмены, нам всем будет удобнее говорить на общем языке, — предложил он. — Кстати, мистер Элвин, вы не возражаете, если я буду называть вас настоящим именем?

Джек Элвин облегченно вздохнул.

— Значит, вы не сочли меня сумасшедшим? — спросил он.

Сэр Чедвик покачал головой и поднес к губам чашку с чаем.

— Нет, я далек от подобного предположения, — наконец произнес он. — Но прошу вас, расскажите свою историю с самого начала. Мы должны узнать, как вы попали в такую рискованную переделку.

Эбби, не сводившая глаз со своего дальнего предка, уселась рядом с ним.

Джек Элвин поставил на стол чашку и приступил к рассказу.

— Я инженер и архитектор, сэр Чедвик, — сообщил он. — По крайней мере, совсем недавно был инженером и архитектором. Простым и здравомыслящим парнем, который верит только в факты, чертежи, планы и расчеты. В то, что можно потрогать и увидеть собственными глазами.

Сэр Чедвик понимающе кивнул, и Джек заговорил вновь.

— И вот однажды я получил заказ от некоего сэра Мордена Хардкастла, баронета и промышленного магната. На севере, где я жил, этот господин пользуется огромной властью.

Услыхав имя Хардкастла, эльфы что-то горячо забормотали на своем непонятном языке. Джек Элвин приложил палец к губам, призывая их к молчанию.

— А что такое промышленный магнит? — спросила Эбби.

— Магнат, Эбби. Это очень богатый и влиятельный человек, — пояснил сэр Чедвик и сделал Джеку Элвину знак продолжать.

— Сэр Морден Хардкастл предложил мне осуществить один его инженерный проект. Ему принадлежала огромная долина, и он хотел, чтобы я построил там сталелитейный завод. Долина была очень красивой, сэр Чедвик. Она лежала меж холмов, покрытых густыми лесами, и ее пересекала чистая река, по берегам которой раскинулись луга и пастбища.

Сэр Морден выстроил дом на одном из холмов в дальнем конце долины. Оттуда открывался потрясающий вид, но сам дом получился просто отвратительным. Громоздкое уродливое сооружение, покрытое зеленой и коричневой плиткой. Больше всего оно походило на огромную жабу.

Так вот, сэр Морден хотел, чтобы я перегородил реку плотиной, вырубил лес, сравнял холмы и подготовил все для строительства доменной печи, — продолжал свою историю Джек. — Что ж, эта земля принадлежала ему, и он мог делать с ней все, что заблагорассудится. Мне не хотелось разрушать такую красоту, но другого выхода не было. И я приступил к работе. Прежде всего надо было произвести геодезическую съемку.

Джек Элвин тяжело вздохнул и замолчал. Прежде чем заговорить вновь, он успел съесть сэндвич с огурцом.

— Так вот, когда я начал съемку, стало происходить нечто странное. У меня то и дело пропадали инструменты. Птицы бесстрашно опускались на мои плечи, дикие животные приходили ко мне из чащи. И каждую минуту, каждую секунду я чувствовал, что за мной наблюдают. А потом я впервые увидал эльфов.

Он указал на маленьких людей, сидевших у его ног. Все они тут же закивали головами, а один поднялся.

— Мое имя — Лютик, — представился он звонким мелодичным голосом. — А это мои друзья. Их зовут Крыжовник, Ежевика, Желудь, Наперстянка, Яблоко и Каштан. Точнее, так их имена переводятся на ваш язык. Мы решили довериться Джеку Элвину, потому что знали — он добрый человек. Мы открыли ему правду о сэре Мордене Хардкастле. Жестокость этого человека не знает границ, сэр Чедвик. Он проведал о нашем существовании и решил прогнать нас с нашей земли.

— Но ведь человек не может причинить никакого вреда эльфам, Лютик, — заметил сэр Чедвик.

— Может, если это не человек, а подменыш, — возразил Лютик.

— О, тогда понятно, — кивнул сэр Чедвик. — Да, это в корне меняет дело.

— Лютик, а что такое «подменыш»? — поинтересовалась Эбби.

Эльф задумчиво почесал в затылке.

— Подменыши — это отпрыски чародеев тьмы, выросшие среди людей и не знающие, кто они такие, — сказал он наконец. — Иногда чародеи тьмы воруют маленьких детей, а на их место кладут своих собственных. Родителей они околдовывают, так что те не замечают подмены. Темное отродье вырастает, и все считают его обычным человеком. В том числе и он сам. Но его неодолимо привлекает зло. Порой такие подменыши становятся чародеями тьмы.

— Значит, сэр Морден Хардкастл мог преследовать вас, потому что обладал злой чародейской силой? — уточнил сэр Чедвик. — И при этом сам не знал, что эта сила у него есть.

— Да-да, именно так, — хором ответили эльфы.

— А вы не могли просто переехать куда-нибудь, подальше от этого ужасного человека? — спросила Эбби.

Лютик печально покачал головой.

— Увы, нет. Ведь именно в этом лесу росло дерево эльфов.

— Дерево эльфов? — изумилась Эбби.

— На нем созревают ягоды, которые жизненно необходимы эльфам, Эбби, — вмешался сэр Чедвик. — Встречаются такие деревья чрезвычайно редко и далеко не в каждом лесу.

— И как же вы поступили? — спросила Эбби.

По лицу Джека Элвина скользнула грустная улыбка.

— Я не стал рубить лес и взрывать холмы. Вместо этого я взорвал дом Мордена Хардкастла, — сказал он, и в голосе его послышались гордые и довольные нотки. — Я знал, что после этого он непременно сживет меня со свету. Так же, как и эльфов. Тогда мы собрали как можно больше ягод с их чудесного дерева, изменили внешность и пустились в бегство.

— А почему вы решили остановиться именно здесь? — продолжала расспросы Эбби.

— Сам не знаю, — пожал плечами Джек. — Никогда раньше я не слышал об этом курорте. Мне словно какой-то внутренний голос посоветовал отправиться в Торгейт.

— Да, но почему вы решили выступать на сцене? — осведомился сэр Чедвик. — Артисты всегда на виду, а людям, которые вынуждены скрываться, лучше не привлекать к себе внимания.

— Мне показалось, что, изображая из себя отдыхающих, я и семеро моих маленьких друзей привлечем к себе куда больше внимания, — ответил ему Джек Элвин. — Другое дело — труппа бродячих танцоров. Согласитесь, в шоу-бизнесе все необычное — это самое обычное дело.

— По-моему, это еще один парадокс, — сообщила Эбби эльфам. — Я уже начинаю здорово в них разбираться.

— А где же прячутся ваши семьи? — спросил сэр Чедвик. — Жены и дети.

— В Оксфорде, в колледже Мерлина. Ведь декан и все преподаватели там — чародеи света. Они дали нашим родным приют в стенах колледжа. Но принять нас всех они не могут. К тому же запас эльфовых ягод быстро подходит к концу. Как только мы подыщем подходящее для жилья место, мы заберем свои семьи.

Сэр Чедвик поднялся.

— Что ж, спасибо, что были с нами откровенны, джентльмены, — он повернулся к Джеку Элвину. — Но я должен вас предупредить, мой друг. По вашему следу идет сыщик.

— Частный детектив по имени Энтвистл? — уточнил Джек.

— Да.

Джек огляделся по сторонам, словно опасаясь, что сыщик уже проник в комнату.

— Этот тип давно пытается нас выследить, — сказал он. — Но я не знал, что он подобрался так близко.

— Боюсь, фальшивая борода не слишком вам помогла, — улыбнулся сэр Чедвик.

— Я знаю, — кивнул Джек, подергав свою бороду. — Но, увы, настоящая борода у меня никак не растет. У людей бывает лысина на макушке, а у меня — на подбородке. Волосы почти не растут, хоть плачь.

— Ну, это дело поправимое, — заявил сэр Чедвик. — Встаньте и подойдите ко мне поближе.

Джек вытянулся перед ним в струнку и выставил вперед подбородок. Сэр Чедвик щелкнул своей волшебной палочкой, открыл тайник и бережно достал оттуда одну-единственную крупинку Ледяной Пыли. Он растер ее между ладонями, а после коснулся подбородка Джека обеими руками. И тут же сквозь кожу начала пробиваться густая щетина.

Волосы росли так стремительно, что вскоре борода Джека Элвина уже доставала до пола.

— Так, — произнес сэр Чедвик. — Немного перестарался. Стоит слегка укоротить.

Он несколько раз взмахнул волшебной палочкой перед лицом Джека. Борода начала менять форму и уменьшаться. Наконец она приняла вид, который вполне удовлетворил сэра Чедвика.

— Выглядит отлично, — заверил он. — Кстати, эта борода не будет причинять вам ни малейших хлопот — ее не надо ни подстригать, ни подравнивать.

Джек Элвин подошел к зеркалу, висевшему над камином, и изумленно уставился на собственное отражение.

— Настоящее волшебство, — прошептал он. — Эльфы говорили мне, что вы способны творить чудеса. Но кто вы на самом деле?

Сэр Чедвик гордо расправил плечи и принял величественную позу.

— Я великий магистр древнего ордена чародеев света, — провозгласил он. — И отныне вы, Джек Элвин, а также ваши спутники находитесь под моей защитой и покровительством. Возвращайтесь в свои комнаты и ни о чем не переживайте. Когда я определю, как именно нам следует действовать в сложившихся обстоятельствах, сразу дам вам знать.

— Благодарю вас, сэр Чедвик, — ответил Джек. — Вы не представляете, какое это облегчение для нас — обрести могущественного друга.

Эльфы и Джек выстроились в ряд и принялись поочередно пожимать руки сэру Чедвику и Эбби. Когда Джек сжал руку Эбби, губы ее тронула загадочная улыбка.

Наконец эльфы и их предводитель удалились. Сэр Чедвик снова опустился в кресло.

— Хотел бы я знать, какая судьба ожидает их всех, — задумчиво изрек он.

— Ну, если верить дневнику моей прапрабабушки Мэри Бушприт, Джеку Элвину в скором времени предстоит встретить ее отца, Джосайю Бушприта. Это произойдет в Спеллере, на железнодорожной станции, семнадцатого июня в одиннадцать часов утра, — сообщила Эбби.

— Откуда ты знаешь?! — Сэр Чедвик подскочил в кресле и изумленно уставился на нее.

— Папа читал мне отрывки из дневника Мэри, — пояснила девочка.

— Ты уверена в этом? — с нажимом спросил сэр Чедвик.

— Абсолютно, — кивнула Эбби. — Вы правы, в жизни бывают очень странные совпадения. Разве не удивительно, что детство Хильда провела здесь, в Торгейте?

— Хильда жила в Торгейте? — недоуменно переспросил сэр Чедвик.

— Да, а разве вы не знали? Она рассказала мне об этом, когда примеряла свадебное платье у нас на маяке.

— Понятия об этом не имел, — растерянно пробормотал сэр Чедвик. — Мы познакомились с Хильдой, когда Майкл Диллан, управляющий театра «Альгамбра», взял ее в труппу.

С этими словами сэр Чедвик извлек из кармана свой ежетысячелетник.

— Вот, — буркнул он. — Вот моя запись от четырнадцатого июня тысяча восемьсот девяносто четвертого года. «Мистер Диллан принял в труппу молодую актрису. Она очень красива и, несомненно, подает большие надежды».

Сэр Чедвик вновь взглянул на Эбби.

— Все это неспроста, дитя мое, — заявил он. — Я чувствую, что неведомые силы втягивают нас в свою игру. Очевидно, все это работа волшебников. Но каковы их намерения, вот что я хотел бы знать.

— Странно, что мы еще ни разу не встретили здесь Хильду. Я везде ее высматривала — и в театре, и на пляже, и на улицах.

— Вероятно, это тоже происки волшебников, — раздраженно вздохнул сэр Чедвик. — Знаешь, к чему все это приведет?

— К чему?

— Когда Вулфбейн явится сюда из будущего, в Торгейте окажутся две Хильды одновременно! Подобная ситуация чревата большими опасностями. Нам нельзя допустить, чтобы Хильды встретились.

— Но почему? — спросила Эбби.

— Мы не должны знать, что ожидает нас в будущем. Подобные знания могут привести к ужасным неприятностям.

Сэр Чедвик уселся за стол и принялся быстро строчить в своем дневнике.

— Вулфбейн похитил Хильду, чтобы доставить ее в прошлое, в тринадцатое июня тысяча восемьсот девяносто четвертого года, — прочел он вслух.

— Но он пока не прибыл, потому что сегодня только двенадцатое июня, — добавила Эбби. — И лодка атлантов тоже прибудет только завтра.

Сэр Чедвик кивнул.

— Итак, мы знаем, что четырнадцатого июня Хильда отправилась в Лондон и Майкл Диллан принял ее в труппу театра «Альгамбра», — подытожил он. — Так, значит, Джек Элвин и Джосайя Бушприт встретились семнадцатого июня?

— Да, но есть еще одна дата, по поводу которой нам с вами придется поволноваться, — напомнила Эбби.

— О чем ты, детка? — спросил сэр Чедвик.

Эбби посмотрела в окно, на пирс, залитый ярким солнечным светом.

— Согласно записям, пятнадцатого июня в Торгейте разразилась страшная буря. Поднялся шторм, и волны разрушили пирс, а вместе с ним и летний театр.

— Я совсем забыл! — с горечью воскликнул сэр Чедвик. — Вот только бури нам и не хватало!