Ее губы приоткрылись, исторгнув мучительный стон, вырвавшийся из самого сердца.

— Нет, погоди, сокровище мое, — быстро произнес Даниэль.

Взглянув на него сверху вниз затуманенными страстью глазами, Джози увидела суровые, закаменевшие черты лица, так резко контрастирующие с нежностью голоса.

— Почему?

Одной рукой Даниэль пытался что-то нащупать под подушкой, а другой все еще крепко удерживал Джози, не позволяя соединиться с ним до конца. А когда девушка рассмотрела, что именно он достал, чувство разочарования, словно дикий зверь, взревело внутри, пытаясь вырваться наружу.

— Я буду принимать противозачаточные, — прошипела она сквозь плотно сжатые зубы.

Его кривоватая улыбка тронула ее душу, словно нежная ласка:

— Прекрасно, но сейчас у нас нет другого выхода.

Любыми путями Даниэль хотел предотвратить беременность. Джози резко подалась назад, предоставляя ему возможность надеть презерватив, ощутив, как по телу прокатился холодный озноб, когда до ее разума дошел жестокий символизм его действий. Как подтверждение временности их отношений и абсолютного нежелания Даниэля дать ей ребенка.

Конечно, безопасный секс предохранял не только от беременности, но в глубине души девушка твердо знала, что Даниэль никогда не стал бы заниматься с ней любовью, если бы мог поставить ее под угрозу. А так как Джози была девственницей, он не стал бы волноваться, что и она может его чем-то заразить. Следовательно, он был озабочен лишь тем, чтобы их физическая близость закончилась без каких-либо долгоиграющих последствий.

Точнее с полным их отсутствием. У Джози разрывалось сердце от осознания того, что Даниэль вскоре уйдет из ее жизни таким же, каким вошел. Одиночкой.

Мужчина повертел в пальцах темно-синюю упаковку презерватива:

— Хочешь надеть?

Бездумно, с каким-то внутренним неприятием, девушка отшатнулась, услышав этот вопрос: ее мысли в данный момент странным образом обрели слишком осязаемую четкость, чтобы от них можно было просто отмахнуться.

Его брови слегка нахмурились:

— Джози, что-то не так?

Не так? Еще как «не так». Правда, было одно но. Девушка сейчас совсем не хотела превращать их отношения в руины. Так неужели она потратит то короткое время, которое могла провести с ним, на гнетущее копание в себе и беспокойство о боли, что настигнет ее, когда их отношения закончатся? Нет. Конечно же, нет. Это было бы слишком глупо.

А Джози никогда не считала себя дурочкой.

— Да нет, ничего. Все так, — с деланной улыбкой произнесла она, надеясь, что ответ прозвучал убедительно, а затем подмигнула ему: — Правда, не думаю, что он мне будет впору.

Его глаза прищурились, а затем в них сверкнуло понимание, и лицо Даниэля снова озарила ослепительная улыбка:

— Я не имел в виду на тебя, маленькая воительница.

Она снова посмотрела на его чудовищных размеров эрекцию и, довольно хмыкнув, произнесла с явным скептицизмом:

— А что, есть разница?

Мужчина изумленно уставился на нее, а затем мягко рассмеялся. Она дразнящее усмехнулась в ответ и, припомнив уловку, с помощью которой одержала над Даниэлем верх парке, пощекотала его. Она так любила звук его беззаботного смеха. Джози чувствовала себя особенной, точно зная, что едва ли кто-нибудь другой мог рассмешить его.

Вот как сейчас. Даниэль весело расхохотался, и она, покачнувшись, свалилась с него. На то, чтобы раскатать по возбужденной мужской плоти тонкий латекс им понадобилось на пару секунд больше, чем требовалось для этого нехитрого действа, но к тому времени, когда они с этим покончили, оба были более чем готовы завершить начатое.

И тут Даниэль молниеносным движением перевернул девушку животом вниз, и она быстро обернулась на него, недоумевая, что он там еще задумал:

— Мне не нужен массаж; я хочу ощутить тебя внутри себя.

— Ты это и получишь.

Мужчина приподнял бедра девушки и подложил под них подушку, без лишних слов давая понять, что на этот раз хочет войти в нее сзади. Слегка нервничая, она задрожала, почувствовав, как чуткие пальцы раскрыли увлажнившиеся складки лона. Эти ощущения были для Джози в новинку и по объективным причинам сильно отличались от всего испытанного прежде: сейчас девушка была более уязвимой и открытой для проникновения, чем в тех любовных позициях, с которыми Даниэль уже успел ее познакомить.

— Не волнуйся, тебе понравится, — шепнул он ей на ушко, начав входить в нее.

Стоило ему углубить проникновение, как Джози подхватили и закружили такие поразительные ощущения, каких прошлой ночью она еще не испытывала. Даниэль нежно коснулся ноющего бугорка в сердцевине набухших складок, и девушка отчаянно задвигала ягодицами, стремясь поймать ритм.

— Потрясающе, — простонала Джози, испытывая потребность дать выход ощущению сладкого мучения.

— О, да… — Он подался вперед и глубоко вонзился в шелковистые ножны, растянув их до отказа и продемонстрировав, что до сих пор его проникновение никогда еще не было столь полным.

А когда вскоре Даниэль настойчиво потерся бедрами о ее ягодицы, Джози уже извивалась под ним, совершенно не владея собой.

Мужчина легким поцелуем коснулся стройной шеи, затылка, а затем гладкой кожи щеки: у Джози возникло ощущение, что ее плотно обернули в жаркий кокон страсти, словно она была желанной женщиной, которую холят и лелеют, окружив нежной заботой. Девушка повернула голову, и их губы слились в кратком поцелуе, но дольше терпеть невыносимо сладкую пытку она не могла. У Джози почти не осталось сил — или мышц — которые бы еще ее слушались… Сегодняшние плотские радости совершенно вымотали ее, а она ведь еще даже не достигла разрядки.

В изнеможении девушка уперлась головой о сложенные перед собой руки, часто дыша, поскольку при каждом последующем толчке головка пениса, проникая в лоно под непривычным углом, касалась средоточия нервных окончаний в его глубине. Каждый мускул в напряженном, как струнка, теле туго натянулся, но Джози никак не удавалось ускользнуть за грань небытия. Наоборот, ощущение близости разрядки стихало, а все мышцы постепенно расслаблялись. Этот мучительно-сладостный цикл Даниэль проделал уже дважды, подводя ее к вершине наслаждения, которая на поверку оказывалась лишь еще одной равниной. Когда тело напряглось в третий раз, девушка уже готова была рыдать от отчаяния, переживая несравнимо более сильные чувства, чем когда-либо прежде.

— Даниэль, — взмолилась она.

— В чем дело, малыш?

— Я больше не могу. Я уже на грани!

— Да, — прохрипел он и с силой вонзился в нее, рванув на себя ее бедра, и девушка подумала, что сейчас умрет от острого удовольствия.

Если сначала не взорвется.

Даниэль продолжал врезаться в жаркую плоть твердым, словно каменным, членом, целенаправленно лаская сердцевину лона, отчего внутреннее напряжение нарастало, скручиваясь в тугую пружину все сильнее и сильнее.

— Я хочу кончить, — жалобно простонала Джози, уткнувшись лицом в постель, от выступившего пота ее волосы стали совсем мокрыми, а спина скользкой.

— Хорошо, сокровище мое.

Что значило это «хорошо»? Он позволит ей достичь оргазма?

Даниэль протянул руку под ее животом и накрыл ладонью теплый вздрагивающий холмик — извечный источник женского наслаждения. Девушка теснее вжалась в его руку, инстинктивно требуя большего. Даниэль, сомкнув воедино указательный и средний пальцы, ввел их между гладких припухших складок. Затем, согнув пальцы, мужчина зажал между ними трепещущий бугорок клитора и подвигал костяшками вверх-вниз, стараясь сильнее надавливать на пульсирующую плоть, чтобы все ощущения Джози сосредоточились в этой чувствительной точке.

Реальность рассыпалась на миллион кусочков, когда ее тело, ощутив невероятное блаженство, стало содрогаться в неконтролируемых конвульсиях. Ягодицы девушки бились о мощные бедра Даниэля в бешеном темпе, а он все глубже проникал в податливую плоть до тех пор, пока в голове у Джози не осталось ни одной связной мысли, а долгожданный экстаз, накрывая ее волна за волной, не захлестнул без остатка.

Даниэль же продолжал с силой врезаться в нее сзади, и, приближаясь к кульминации, выше приподнял ее бедра, в то время как девушка уже совершенно опустошенная сокрушительной разрядкой повалилась на постель. Через пару мгновений он, неожиданно, рухнул лицом в подушку, которую Джози чуть раньше отпихнула в сторону, все его большое тело напряглось, а сильные бедра сжали ее в железном захвате.

Хотя подушка приглушила вырвавшийся у него хриплый рык удовольствия, Джози просто упивалась безудержной реакцией Даниэля. Когда мужчину накрыла волна оргазма, его крупное тело замерло, хотя большая и твердая плоть по-прежнему пульсировала в ней, сотрясаясь в серии последовательных толчков, забирая последние силы и оставляя их обоих слабыми и опустошенными.

Через некоторое время девушка почувствовала, что Даниэль, соскользнул с нее и, как и в прошлый раз, поднялся с постели и вышел. Краешком сознания девушка безошибочно отметила момент, когда он вернулся и снова притянул в ее свои надежные объятия, прежде чем провалиться в глубокий сон.

***

Уютно свернувшись калачиком в углу дивана, Джози читала один из отцовских дневников, рассеянно потягивая кофе. Кому-то рассуждения автора могли бы показаться не совсем понятными, но если читатель смотрел на окружающий мир с точки зрения человека, видевшего слишком много жестокости и мало верящего в совершенство людской натуры, то смысл записей становился совершенно ясным.

Временами девушка чувствовала себя неловко, когда ей попадались записи о наиболее личных переживаниях. Как оказалось, отец способен на гораздо более глубокие чувства, чем она полагала. Но, Джози успокаивала себя тем, что папа сам просил ее прочитать дневники. Ну фактически речь шла только об одном дневнике, но откуда ей было знать, в каком из них следовало искать информацию, о которой он упоминал в своей краткой записке?

— Джози…

Она подняла глаза и увидела стоящую рядом Клер в некоем подобии спортивного костюма: обтягивающих эластичных шортах и растянутой футболке, явно пережившей бесчисленное количество стирок, с едва различимой надписью на груди. Однако ее кроссовки были почти новыми, а их марка принадлежала одному из лучших мировых спортивных брендов.

— На пробежку?

— Угу, — промычала Клер, пытаясь соорудить из своих непокорных кудряшек нечто напоминающее «конский хвостик», но прядки выскальзывали, и прическа выглядела изрядно растрепанной. — Я сначала хотела и тебе предложить, но ты показалась мне такой увлеченной. И, кстати, если ты покинешь дом без ведома Нитро, мы, наверное, увидим вариант женской истерики в исполнении мужчины-наемника.

Джози пришлось согласиться:

— Это, действительно, странно. Я имею в виду, Даниэлю прекрасно известно, что я вполне могу о себе позаботиться, и тем не менее он трясется надо мной, как курица над цыпленком.

Клер улыбнулась, наконец, затянув потуже «хвостик»:

— Только не отправляй его в нокаут, пожалуйста. Знаешь, иногда довольно приятно иметь рядом мужчину, так заботливо присматривающего за тобой.

— Даже если это несет с собой некоторые ограничения?

— Примерно такие же, как и от ремня безопасности, но если рассматривать в качестве альтернативного варианта жизнь в одиночестве, то я все-таки отдала бы голос за твой «ремень безопасности».

Джози рассмеялась, услышав от подруги подобную аналогию, и покачала головой:

— Так и быть, я не скажу Даниэлю, что ты считаешь его всего лишь очень большим ремнем безопасности. Не думаю, что он бы правильно понял.

Улыбка Клер поблекла:

— Я ценю это. Нитро из тех людей, которых лучше не злить.

— Если бы я стала утверждать, что под всей его мужской бравадой он просто душка, то солгала бы, — согласно кивнув, ответила Джози.

Железная непреклонность так глубоко проникла в сущность Даниэля, словно он родился в кузнечном горне, а суровая жизнь наемника лишь еще больше закалила его характер.

— Давай-ка без шуточек. Ты прекрасно поняла, что я хотела сказать. Мало того, что этот мужчина непрошибаем, точно каменная стена, так еще и жуткий собственник, убежденный, что никто не должен приближаться к тебе ближе, чем на милю, считая все остальное нарушением границ его частного владения. Вчера вечером всякий раз, как ты улыбалась Хотвайру, он выглядел так, словно готов прибить своего галантного приятеля.

— Неужели все так плохо?

— Да говорю тебе. Просто ты была слишком занята Хотвайром, чтобы повнимательнее приглядеться к Нитро.

— Я, вообще, не флиртовала и не делала ничего подобного.

Даже если бы и хотела, — чего, конечно, не было — Джози просто не знала, как это делается.

Клер шагнула к двери, потом оглянулась через плечо и произнесла:

— Ты не из тех, кто строит глазки одному парню, а спит с другим, и Нитро это поймет… в конце концов. А до тех пор советую поменьше улыбаться Хотвайру.

Клер дала дельный совет. Джози испытывала к Хотвайру чисто дружеские чувства, а Даниэль ни с того ни с сего приревновал к нему. Видно, это одна из тех мужских заморочек, которых Джози не понимала. Может, она и прожила большую часть жизни среди мужчин, но даже не пыталась делать вид, что понимает их отношение к женщинам. В курс обучения наемника такой предмет не входил, а отец так и не обзавелся подружкой.

За чтением время летело незаметно, но вдруг внимание Джози привлекли звуки захлопывающихся автомобильных дверей. Так как сейчас она была больше сосредоточена на чтении, чем на том, что творилось за огромным венецианским окном гостиной, ее мозгу потребовалась пара секунд, чтобы адекватно отреагировать на представшую глазам картинку.

Перед домом припарковался фургон Службы новостей и еще парочка незнакомых машин. Из фургона вылезла женщина, а водитель пошел открывать багажник. Пассажиры двух других автомобилей тоже покинули свои машины. У нескольких их них были фотоаппараты, но абсолютно каждый нес в руках магнитофон и репортерский микрофон.

Джози еще раз взглянула на разыгравшуюся перед ней сценку, силясь понять, что же такое она видит. И тут ее глазам предстала Клер, быстро бегущая к дому наискосок через газоны. Девушка даже не притормозила, когда пересекала улицу. Один из мужчин попытался, было, преградить ей путь, но она, ловко отпихнув его в сторону, пронеслась прямо к входной двери. Джози бросилась в прихожую, чтобы впустить ее.

— Клер?

— Тут их еще не так много, — с трудом проговорила Клер, наклонившись вперед и положив руки на бедра в попытке отдышаться: — Когда я бежала через парк, то увидела, что сюда направляются еще два фургона, — она жадно хватала воздух и пыталась восстановить дыхание. — Я слушала радио во время пробежки. Обо всем рассказали в последнем выпуске новостей.

— О чем?

— О взрыве в лагере.

— Ради всего святого, но почему?

— Они считают, это дело рук экотеррористов. К расследованию уже подключили ФБР, полицию штата и Лесную службу. — Подруга выпрямилась, все еще тяжело дыша, что лишний раз доказывало, как быстро ей пришлось бежать, ведь Клер была в хорошей физической форме: — Это все из-за закона о национальной безопасности. Все федеральные агентства стоят на ушах, а СМИ уже делают прогнозы, кто возьмет на себя ответственность за уничтожение базы.

Тут раздалась трель звонка. Девушки одновременно обернулись и уставились на дверь так, словно та могла самовоспламениться в любой момент.

— Мисс Маккол? Я Элисон Спенсер из пресс-службы компании «КИТО». Я хотела бы задать вам несколько вопросов.

Клер стремительно шагнула к двери, повернула замок, а затем еще и закрыла задвижку с еле слышным щелчком.

Кто-то постучал по оконному стеклу. Джози не могла поверить в происходящее, но несколько репортеров уже пытались заглянуть внутрь, а фотокамеры были нацелены на окно. Чрезвычайная наглость их поведения поражала. Снова раздался звук дверного звонка, и Джози охватила ярость.

Она решительно направилась к двери, намереваясь уничтожить журналистов, отбросив пару человек прочь от своей частной собственности, когда кто-то схватил ее сзади за край майки. И дернул назад, как собаку на коротком поводке.

— Обожди, милая.

Вокруг раздавались стук и трели звонка.

Она в ярости ударила Даниэля по плечу:

— Дай мне выйти. Я хочу сказать им, чтобы они убирались отсюда.

— Ты не откроешь дверь, — сказал Даниэль безжалостным командным голосом.

Но в их миссии он не был командиром, и Джози была более чем готова указать ему на это прямо сейчас.

— Не открою? — поинтересовалась она с изрядной долей бешенства.

— Нет.

— Мы ведь не знаем, кто там за дверью, — тягучим, умиротворяющим голосом стал уговаривать девушку Хотвайр, стараясь смягчить напряженную атмосферу, и абсолютно не выказывая такой же непреклонности тона, как у Нитро.

Джози повернулась и вызывающе посмотрела на него:

— Всего лишь кучка журналюг, которые не уважают мое право на частную жизнь, вот кто.

— Может и так, а может, один или двое из них связаны с теми парнями, что подорвали лагерь.

Даниэль так и не отпустил ее майку, а напротив, фактически намотал ткань на руку, подтянув девушку почти вплотную к себе.

— Открыть дверь и выпустить тебя такой взбешенной на улицу слишком рискованно. — Мужчина развернул ее лицом к себе: — Мы даже не знаем, намерены ли преступники избавиться от тебя…

— Как они уже пытались проделать с отцом? — съехидничала она. — Нас, Макколов, не так-то легко убить.

Уголки губ Даниэля поползли вверх, словно он наслаждался ею злостью:

— И я безмерно этому рад, Джозетта, но и рисковать тебе не позволю.

— Не позволишь? Ты не позволишь мне выйти на улицу? Не позволишь рисковать? — переспросила Джози, выведенная из себя его деспотизмом и вымещая на нем все возмущение нахальством репортеров: — Кто подписал приказ о назначении тебя генерал-майором?

— Джози, он прав, — сказала Клер уже второй раз за два дня, чем заработала от Джози хмурый взгляд. — Даже если экотеррористы ни при чем, держу пари, они попытаются вытащить эту историю на первые полосы СМИ. Ты ведь не хочешь стать мишенью и для них тоже. Я уже прочла одну статью в Интернете и…

— Мисс Маккол, мы знаем, что вы дома. Ваш гражданский долг — ответить на наши вопросы, — стал увещевать девушку скрипучий голос по ту сторону двери, прервав объяснение Клер на середине.

— Мисс Маккол, вы можете подтвердить, что ваш отец перед смертью получал угрозы от Фронта освобождения Земли?

Джози почувствовала, как с лица сбежали все краски, едва только страшная мысль пришла ей в голову. Что, если они ошибаются и рассматривают происшедшие события под неправильным углом? Может, экотеррористов настолько злило расположение школы отца в самом сердце национального парка, что они решили стереть лагерь с лица земли?

Джози, Даниэль, Хотвайр и Клер обсудили и отвергли версию, что нападение осуществили активисты антивоенного движения, но даже не подумали о безумцах, сочувствующих «Эльф».

Частная собственность всегда являлась объектом риска, а отцу в свое время пришлось расчищать место под строительство лагеря, вырубая старые деревья, но это было задолго до того, как дебаты по спасению окружающей среды приобрели такой грандиозный размах и остроту. С тех пор столько воды утекло.

— Джозетта, если бомбу подложили экотеррористы, то зачем им было врываться к тебе домой и красть базу с отчетами и личными делами учеников школы? Может, конечно, преступники сами проинформировали прессу, устроив что-то вроде дымовой завесы, хотя нутром чую, что люди, пытавшиеся убить твоего отца, совершили это вовсе не из-за своих представлений о защите окружающей среды.

Джози испытующе взглянула на Даниэля, растерявшись от того, насколько одинаково они думали:

— Ты, что читаешь мои мысли?

— Если бы. Я просто знаю, как ты думаешь.

Даниэль нежно помассировал ей плечи, его глаза потеплели, и Джози почувствовала себя совершенно особенной.

Но это вовсе не означало, что она позволит командовать собой, как каким-то новобранцем, просто на этот раз он, действительно, оказался прав, запретив ей выходить на улицу. Только и всего.

— Покори наемника и ты познаешь его, — сказал Хотвайр, его голос так и сочился веселым лукавством.

— Это все хорошо, только, что нам теперь делать с нашим зоопарком на лужайке? — едким тоном осведомилась Клер.

Джози приоткрыла рот и произнесла:

— Мы можем вызвать полицию.

— Думаешь, поможет? — спросила Клер. — А как насчет свободы прессы?

— Зато они уберутся с моего газона. Если у них еще есть охота поорать — ради бога, только путь делают это на тротуаре, так как я вовсе не обязана слушать их вопли у своей двери.

После этой тирады Даниэль наклонился к ней и крепко поцеловал в губы, моментально очистив ее голову от каких-либо мыслей, и мягко произнес:

— Ничего не надо делать. Позволь мне и Хотвайру повертеться среди них и разведать обстановку. Хочу взглянуть, не ведет ли себя кто-то необычно.

— И как вы это определите? — спросила Клер, в то время как рассудок Джози все еще привыкал к публичному проявлению чувств со стороны Даниэля.

Нитро обернулся к Клер:

— Они напортачили с ограблением, не позарившись на компакт-диски и DVD. Вероятнее всего, фальшивые репортеры из них получатся не лучше, чем фальшивые налетчики — они выдадут себя, так или иначе.

— Я пойду с вами, — сказала Джози, как только мысли снова обрели связность и стройный порядок. — Может, узнаю кого-нибудь.

— Нет, — отрезал Даниэль.

— Это слишком опасно, — поспешно добавил Хотвайр.

— Но я же не собираюсь афишировать свое присутствие. Меня никто и не заметит, — возразила Джози.

— Когда мы трое выйдем наружу, Клер останется в доме одна. Хочешь еще раз подставить ее?

— Хотвайр может побыть с ней.

— Она дело говорит, Нитро, — сказал Хотвайр. — Из этой затеи вполне может выйти что-то путное, если Джози, оставаясь вне поля зрения, признает кого-нибудь из этой своры.

— И мне не нужна нянька, — запальчиво произнесла Клер, выглядя такой же раздраженной, как подруга.

Хотвайр с обворожительной улыбкой обернулся к ней:

— Даже если бы тебя здесь не было, кто-нибудь из нас обязательно остался бы в доме контролировать, что никто не прорвется внутрь.

— Я и одна прекрасно с этим справлюсь.

Улыбка с лица Хотвайра моментально исчезла:

— Нет, если человек, которого ты впустишь, на самом деле окажется не репортером.

— Он прав, — согласилась Джози, ощутив мелочное удовлетворение от возможности вернуть сказанные подругой пару минут назад слова, и тут уже ощутив приступ раскаяния: — Я имею в виду…

В глазах Клер отразилось понимание шутливой пикировки Джози:

— Не волнуйся. Я поняла, что ты имела в виду, и согласна с вами обоими.

Глядя в окно, она вздохнула и закусила губу, выражение ее лица стало обеспокоенным:

— Но через полтора часа у меня начнутся занятия.

— Я провожу, — тут же предложил Хотвайр, — и пока мы будем пробиваться к машине, не позволю никому из этого сборища коснуться тебя даже пальцем…

Клер кивнула с явным облегчением, отчего роскошные кудри, собранные в хвост на макушке, задорно подпрыгнули.

— Спасибо, это было бы здорово, — девушка повернулась к Джози: — Если я тебе больше не нужна, чтобы держать оборону, то для меня самое время отправиться в душ и начать готовиться к занятиям.

Разведка результатов не принесла, зато пока Джози и Даниэль отсутствовали, в дом не пытался прорваться ни один предприимчивый репортер. Даниэль, правда, заметил, что ничто не мешает им попытаться сделать это позже и, пользуясь удачным случаем, язвительно напомнил, что будь у Джози в доме приличная охранная система, то и волноваться сейчас было бы не о чем.

Проигнорировав колкость, девушка позвонила в местное отделение полиции, где дежурный офицер пояснил, что они, конечно, могут выслать наряд и заставить репортеров покинуть ее частное владение, но не могут гарантировать, что эти проныры снова не вернуться, как только патруль уедет. Закончив разговор, девушка почувствовала себя совершенно расстроенной. Ее огорчила не только беспомощность стражей порядка, но и то, что она вспомнила про украденный компьютер Клер. А ведь на первом уроке подруге предстояло заниматься в лаборатории, где занятия шли в режиме реального времени с выходом в Интернет.

Джози сегодня опять пропустит занятия, но с этим уже ничего не поделаешь. Первое, чем девушка намеревалась заняться сегодня с утра, — исправление ситуации с компьютером Клер, но совсем забыла, слишком увлекшись чтением отцовских дневников.

— Черт!

Даниэль увидел, как Джози с досадой ударила себя по бедрам стиснутыми кулаками, ее чистый лоб прорезали морщинки, а взгляд стал колючим и хмурым.

Во время всего телефонного разговора, она наблюдала через окно на неуклонно растущую шумную толпу. И хотя, в конечном счете, заскучавшие репортеры отправятся в другое место добывать сенсации, Даниэль был уверен, что они еще вернуться и снова попытаются атаковать Джози. Ему это совсем не нравилось.

Может, им уже пора обсудить вопрос о передислокации?

— Полиция не приедет? — спросил он.

— Да нет. Они приедут, правда, сказали, что, дескать, эффекта от их вмешательства вряд ли надолго хватит.

Девушка казалась подавленной, хотя это совсем не объясняло ее внутренней напряженности. Присев рядом с Даниэлем на подлокотник дивана, Джози в задумчивости взъерошила пальцами свои короткие каштановые волосы:

— У Клер теперь нет компьютера, а он ей очень нужен. Ужасно. Я хотела заняться этим вопросом сегодня с утра. Она, конечно, ничего не говорит, но первым уроком у нее онлайн-занятие.

— Я привез с собой два ноутбука, — спокойно произнес Хотвайр со своего места около окна, словно путешествовать сразу с двумя компьютерами было абсолютно естественным, тогда как Даниэль не брал с собой в дорогу даже одного. — Я просто дам ей один. Они полностью готовы к работе, а их центральные процессоры обрабатывают информацию с убийственной скоростью. Кстати, там тоже есть встроенный GPS, хотя тебе твой, видимо, так и не пригодился.

— Ты имеешь в виду навигатор в машине? — переспросила Джози. — Он работал просто великолепно до тех пор, пока моя малютка не погибла при взрыве.

Мрачно поджатые губы девушки не оставили Даниэлю сомнений в том, что именно она чувствовала, лишившись своего автомобильчика.

Но Хотвайр отрицательно покачал головой:

— Нет, тот, что был в твоем лэптопе.

— Ты о чем? Я не использовала ноутбук для GPS. Даже если бы у меня не было навигатора в машине, при вождении пользоваться компьютером слишком неудобно.

Хотвайр отошел от окна, теперь его лицо выражало беспокойство:

— Я имел в виду модуль GPS, установленный в твоем ноутбуке. По нему можно отследить местонахождение компьютера, если он украден.

— В ее ноутбуке был GPS-приемник? — переспросил теперь уже Даниэль. — А почему тебе известно об этом, а ей нет?

— Хотвайр помогал мне выбирать ноутбук, когда я только поступила в университет.

— И в тот, что мы выбрали, был встроен модуль спутниковой системы навигации.

Джози обернулась и пристально посмотрела на Хотвайра:

— Что-то я не помню такого. Я даже не уверена, что, вообще, знала, а должна была бы. В конце концов, это был мой компьютер, черт возьми!

— А ты после покупки хотя бы пролистала руководство пользователя?

Хмм…Даже Даниэль этого не делал, а он по сравнению с Джози и Хотвайром мало что понимал в компьютерной технике.

— Да, но…

— То есть ты намекаешь, что мы можем отследить ноутбук Джози? — спросил Даниэль, лишив друга возможности высказать девушке встречные обвинения.

— Если модуль не удалили, то да. — Хотвайр улыбнулся, в его глазах отразился азарт охотника. — Если уж Джози не знала о его наличии, то я сомневаюсь, что наши воры догадаются. Это относительно новая функция системы безопасности в компьютерных технологиях.

— И как же нам его отследить?

— Позвонить в абонентскую службу компании-производителя и сообщить о краже оборудования. Они сделают запрос через спутник и определят трехмерные координаты местонахождения ноутбука.

Трехмерные координаты являлись чертовски точными.

— Сколько времени это займет? — спросил Даниэль.

— Пару минут.

— А какова точность?

— До десяти футов.

— Как-то слишком уж просто.

— Но так оно и есть, — вставила Джози. — Координаты будут настолько точными, насколько нам нужно, правда, нет гарантии, что ноутбук не переместят на новое место, прежде чем мы доберемся до него.

— Или если система не сможет распознать его местоположение по базе адресов. Например, координаты покажут, что он посреди пустыни или чего-то в этом роде, — добавил Хотвайр. — Но, все равно стоит попробовать.

В конце концов, место, которое они искали, оказалось совсем не посреди пустыни, куда можно было легко добраться на самолете или вертолете.

Согласно данным GPS-приемника, ноутбук в настоящее время находился в безлюдной области Скалистых гор, где на пятнадцать миль вокруг отсутствовали как федеральные, так и частные автодороги.

Прежде чем они приступили к обсуждению дальнейшего плана действий, из спальни вышла Клер, уже полностью одетая для того, чтобы идти на занятия. Пока Джози вводила подругу в курс дела, у нее зазвонил телефон. Заглянув ей через плечо, Даниэль увидел, что вызывающий абонент определен как «Полиция штата Орегон».

Без какой-либо видимой причины у Даниэля заныл живот, и он, поморщившись, сказал:

— Думаю, тебе лучше ответить, милая.

Джози держала противно дребезжащий мобильник в руке, жалея, что не может просто проигнорировать настойчивый вызов.

Сколько времени ей еще придется скрывать правду? Девушка не знала, почему отца и его школу кто-то хотел уничтожить, и, возможно, осведомленность властей, скорее, повредила бы ему, чем помогла. Но, с другой стороны, полиция могла располагать информацией, в которой нуждалась сама Джози, а также задержать врагов отца прежде, чем те отыщут его.

Телефон зазвонил снова, и она нажала кнопку ответа прежде, чем поднесла трубку к уху:

— Джози Маккол, слушаю вас.

— Мисс Маккол, это детектив Джонсон из полиции штата, отдел поджогов и взрывчатых веществ. Я веду дело о пожаре, произошедшем две ночи назад в лагере «Костэл Рэйндж», принадлежавшем Тайлеру Макколу. Могу ли я задать вам несколько вопросов?

— Да, конечно.

— Вы знаете, где находился ваш отец, Тайлер Маккол, в ночь на двенадцатого июля?

Ответ на этот вопрос не вызвал у Джози затруднений, так как она уже однажды отвечала на него офицеру Девону.

— Мой отец находился в своем тренировочном лагере для наемников.

— Вы уверены?

— Да.

— Скажите, он звонил вам оттуда или каким-то иным способом подтвердил свое пребывание там? А может быть, вы тоже находились с ним в горах?

— Почему вы меня об этом спрашиваете?

— Весь лагерь сгорел дотла, мисс Маккол.

— Я знаю.

— Я уже понял. Вы не возражаете, если я спрошу, откуда вам стало известно о пожаре, мисс Маккол?

— Едва ли это можно считать государственной тайной. Из последнего выпуска новостей, конечно, — ответила Джози, увильнув от прямого ответа, а затем добавила: — и, ко всему прочему, меня вчера посетил один из ваших офицеров. Именно он и сообщил мне о смерти отца.

— К вам домой приезжал полицейский и рассказал о гибели мистера Маккола?

— Да.

Ее не удивило, что некоторые отделы полиции плохо координированы между собой. И, похоже, сейчас это получило подтверждение.

— Вам известно имя того офицера?

— Барри Девон.

— Благодарю. — Он замолчал, как видно взяв небольшую паузу в разговоре, чтобы не торопясь записать имя. — По нашему мнению, пожар начался сразу же после взрыва.

— Да.

— Офицер и это вам сказал?

— Да, — она задавалась вопросом, почему детектива интересует содержание ее беседы с его коллегой. Разве нельзя обратиться непосредственно к офицеру Девону? — А еще он сказал, что представители Лесной службы полагают, что имел место несчастный случай. Это так?

— Вы можете подождать на линии пару минут, мисс Маккол?