Очень храбрый и непобедимый рыцарь Амадис Гальский

Монтальво Гарси Ордоньес де

На протяжении нескольких столетий эту книгу хорошо знали и любили но многих странах Западной Европы. Ее перевели на многие языки и читали и в королевских дворцах, и в домах простых горожан и сельских жителей. Удивительные подвиги во славу прекрасных дам, невероятные приключения, описанию которых посвящены страницы книги, захватывали воображение и пробуждали желание следовать примеру героев, для которых на свете не было ничего дороже чести и справедливости.

На русском языке эта книга прежде никогда не издавалась, и мы знаем ее главного героя лишь по роману Сервантеса «Дон Кихот», где он упоминается очень часто.

 

Книга, прошедшая через века

Более пятисот лет тому назад жил в Испании один человек. Звали его Гарси Ордоньес де Монтальво. В молодости он был военным, участвовал во многих сражениях, а потом стал правителем небольшого городка Медина-дель-Кампо. Он прекрасно знал сочинения древних авторов, но при этом очень любил то, что мы теперь называем «легким чтением». Таким чтением тогда служили широко распространенные в Западной Европе истории о рыцарях. Рыцари в этих историях были отважными воинами, для которых на свете не существовало ничего дороже чести и славы. Своим долгом они cчитали вступаться за тех, кого кто-нибудь обидел или унизил, прежде всего за женщин и девушек, которые от природы слабее, чем мужчины. Обычно рыцари служили какому-нибудь королю, но некоторые странствовали по белу свету, переходя от замка к замку, из одной страны в другую. Нередко даже короли становились в молодости странствующими рыцарями. Почти у каждого рыцаря была дама — прекрасная королева, принцесса или другая красавица. Он не обязательно венчался с ней, но с ее именем на устах шел в бой и с готовностью жертвовал ради нее всем, даже своей жизнью. Дамы тоже любили рыцарей. После битв они лечили их раны и утешали тех, кто терпел поражение. Во многих книгах о рыцарях наряду с прочими героями действовали волшебники, феи, великаны и другие фантастические персонажи. Конечно, Монтальво не верил в них. Как человек бывалый, он знал и то, что в жизни люди не всегда оказываются такими честными и благородными, как выдуманные рыцари. Но он не сомневался, что книги для того и созданы, чтобы учить добру тех, кто их читает, и полагал, что герои литературных произведений должны служить примером для подражания. Поэтому он решил сам написать о рыцарях и об их подвигах.

В то время многие испанцы, особенно молодые, увлекались чтением истории о храбром рыцаре Амадисе. Сейчас трудно точно сказать, как попала эта книга в Испанию, и кто был ее автором. Португальцы до сих пор утверждают, что ее сочинил их земляк, и лишь позже о ней узнали в соседней стране; испанцы же уверены в ее испанском происхождении. Кто из них прав, наверное, покажут дальнейшие научные изыскания. Книгопечатание в Европе делало тогда только первые шаги, и история об Амадисе, состоявшая из трех частей, была известна лишь по написанным от руки спискам. Многочисленные переписчики по своему вкусу переделывали в ней отдельные эпизоды, допускали различные ошибки. Монтальво решил собрать все лучшее, что нашел в разных рукописях, и переписать всю книгу заново. Он исключил слова, которые показались ему лишними и неудачными, и заменил их другими, более подходящими, по его мнению, для описания рыцарей и их подвигов. Кроме того, он придумал новые эпизоды, вставил в текст свои рассуждения по поводу описываемых событий. Но всего этого ему показалось мало, и он сочинил в дополнение к прежним трем частям еще одну — четвертую, а потом и пятую. Этой работе он посвятил все свое свободное время.

Первое известное нам издание книги Монтальво было напечатано в 1508 году в городе Сарагоса и сразу же завоевало большую любовь читателей. Скоро появляются новые издания, а затем многочисленные продолжения. Почти одновременно с Испанией сочинение Монтальво выходит в Италии, а затем делаются переводы на французский, немецкий, английский, голландский, еврейский языки. После «Амадиса» в разных странах печатается очень много других толстых романов о рыцарях, но он по-прежнему остается одной из самых любимых книг. Один немецкий книготорговец и издатель, живший во второй половине XVI века, писал, что не знает другой истории о могучих героях, которую спрашивали бы так часто и продавали так быстро, как книги об Амадисе. А между тем каждая из них стоила довольно дорого. Чтобы купить ее, плотник должен был работать два дня, землекоп или подсобный рабочий на стройке — четыре, а женщина-поденщица — двадцать пять — тридцать дней. На эти деньги один человек мог питаться пять-шесть дней, а средняя городская семья — жить один-два дня.

Можно с уверенностью сказать, что многие из тех, кто отправился открывать Новый Свет, увлекались книгами о рыцарях и читали их во время долгого плавания. Как свидетельствуют современники, на редком корабле, пересекавшем тогда Атлантический океан, не было в трюме ящика с подобными сочинениями. Поэтому нет ничего удивительного, что, вступив на неведомую землю, завоеватели начали сравнивать то, что там встретили, с тем, о чем читали, и находить во вновь открытых странах что-то, напоминающее прочитанные книги. Взгляните на карту Америки. Вы увидите реку Амазонку и полуостров Калифорнию. Они названы так в честь отважных женщин-воительниц амазонок и их царицы Калафии, о которых рассказывается в книге о подвигах сына Амадиса — Эспландиана.

Однако фантастические истории о рыцарях нравились далеко не всем. Многие осуждали их за обилие невероятных выдумок, чрезмерный отрыв от жизни, за то, что они отучают людей, особенно молодых, от чтения серьезной литературы. Один из таких критиков, высмеивая неправдоподобность подвигов героев рыцарских романов, приводит в доказательство своей правоты следующий пример: «Один убил в одиночку двадцать врагов, другой — тридцать, третий получил шестьсот ран и остался чуть жив, но, тем не менее, поднялся на следующий день здоровым и невредимым и был готов сражаться с великанами и убивать их». Другой противник подобного чтения рассказал печальную историю человека, который под влиянием рыцарских книг сошел с ума. Особенно решительный удар по оторванным от реальной почвы сочинениям о рыцарях нанес великий испанский писатель Сервантес. В своем романе «Дон Кихот» он высмеял невероятные приключения рыцарей. Однако следует отметить, что, несмотря на всю иронию, мы не находим у него и тени осуждения высоких рыцарских идеалов, их верности долгу, чести, готовности отдать жизнь ради торжества добра над злом.

Новые времена породили новую литературу, но еще более двухсот лет после Сервантеса писатели в разных странах обращаются к образам Амадиса и его родственников и друзей. Придумывая новые приключения и удивительные подвиги рыцарей, они порой очень далеко отступают от того, о чем рассказал Монтальво. Выдающиеся композиторы посвящают этой теме свои сочинения. И в наши дни испанцы и португальцы считают четыре книги об Амадисе произведением своей классической литературы и переиздают их как в полном, так и в сокращенном виде, в обработке для детей.

А.П. Простосердов

 

Здесь начинается первая книга о храбром рыцаре Амадисе, сыне короля Периона Гальского и королевы Элисены

 

Глава 1. Как рыцарь Гандалес плыл по морю и о том, что было в сундучке, который он увидел среди волн

Однажды ясным солнечным утром плыл по морю отважный шотландский рыцарь по имени Гандалес. Он возвращался домой из далекого путешествия, и вместе с ним плыли его жена и недавно родившийся сын, которого звали Гандалин. Вдруг моряки заметили неподалеку какой-то странный предмет, качающийся на волнах. Они направили к нему корабль, и вскоре им удалось разглядеть небольшой сбитый из досок сундучок. Гандалес приказал спустить на воду лодку и поднять находку на палубу. Каково же было всеобщее изумление, когда, открыв крышку, все увидели внутри сундучка маленького ребенка, завернутого в дорогую ткань! Он сладко спал, несмотря на шум и голоса вокруг. Рядом лежал завернутый в такую же ткань богато изукрашенный меч. На шее у малыша на тонком шелковом шнурке висел удивительный красоты перстень с драгоценным камнем. К перстню был прилеплен кусочек воска. Гандалес посоветовался с женой, и они решили взять найденыша в свой замок, чтобы воспитать вместе с Гандалином как родного сына. В память о том, что его нашли в море, мальчику дали имя Отрок Моря.

Как-то вечером Гандалес отправился верхом на прогулку в окрестностях своего замка и вдруг увидел девушку, ехавшую на лошади ему навстречу.

— Здравствуй, Гандалес! — сказала она, поравнявшись с ним. — Я хочу, чтобы ты узнал, что тот, кого ты нашел в море, станет лучшим рыцарем своего времени. Он заставит трепетать сильнейших. Все, что он предпримет, и в чем другие потерпят поражение, будет заканчиваться ему во славу. Он совершит то, что не сможет ни начать, ни довести до конца ни один другой человек. Его отец— славный король Галии Перион, а мать — прекрасная принцесса Элисена. Она согласилась, чтобы мальчика бросили в море, потому что желала скрыть, что у нее родился сын. Дело в том, что король Перион странствовал в то время по свету, и никто не знал, когда он вернется. А сейчас поезжай и твердо верь, что я тебе сказала истинную правду. Но если ты откроешь это кому-нибудь, то получишь больше плохого, чем хорошего.

— Ах, сеньора! — воскликнул Гандалес. — Скажите мне, ради Бога, где я мог бы найти вас еще раз, и назовите мне ваше имя!

— Люди зовут меня Урганда Неузнаваемая, — отвечала девушка. — Вот ты сейчас меня очень хорошо рассмотрел, но попробуй-ка узнать меня через минуту!

Только что перед Гандалесом была молодая девушка, не старше, наверное, восемнадцати лет, а сейчас на ее месте вдруг оказалась древняя старуха, такая дряхлая, что можно было лишь удивляться тому, как она сумела взобраться на лошадь. Увидев такое чудо, Гандалес был потрясен. Но Урганда снова приняла прежний облик и сказала:

— Ну как, ты и теперь надеешься меня найти, если захочешь? Ты возьмешь на себя непосильный труд, потому что никто в мире не может отыскать меня, если я сама того не пожелаю.

— Я верю этому, — согласился Гандалес, — но прошу вас: ради Бога, поддержите мальчика, защитить которого некому, кроме меня.

— Не думай об этом, — успокоила его Урганда. — У него есть хорошая защита, и я люблю его больше, чем ты полагаешь.

И она поехала дальше.

А Гандалес направился к своему замку, думая о найденном в море мальчике. Дома, не успев еще снять доспехи, он взял бросившегося к нему малыша на руки и со слезами на глазах стал его целовать.

— О, мой любимый сын! Как бы мне хотелось дожить до доброго для вас часа! — восклицал он от всего сердца.

В то время мальчику было три года, но уже тогда его красота вызывала восхищение у всех. Увидев слезы на глазах рыцаря, которого считал своим отцом, он протянул руки, как бы желая их вытереть. Это очень растрогало Гандалеса: он подумал, что, став старше, Отрок Моря утешит его в дни печали. С тех пор он стал еще больше заботиться о своем воспитаннике.

Когда Отроку Моря и сыну Гандалеса Гандалину было по пять лет, он сделал им луки, и они начали учиться стрелять. Прошло еще два года. Мальчикам исполнилось семь лет. Как раз в это время король Шотландии Лангинес отправился вместе с женой и придворными в путешествие по своему королевству. Он переезжал от одного селения к другому и, наконец, явился в замок Гандалеса. Там его очень хорошо встретили, а Отроку Моря, Гандалину и другим мальчикам, которые там жили, велели, чтобы не мешать взрослым, уйти во двор и играть под присмотром воспитателя. Самые лучшие в доме покои отвели королеве. Она отдохнула немного, а затем взглянула в окно и увидела мальчиков, стрелявших из луков. Среди них ей особенно понравился Отрок Моря. Она была восхищена его красотой и позвала других дам, чтобы они тоже полюбовались им. В это время Отрок Моря почувствовал жажду и, положив лук и стрелы на землю, побежал попить. Тогда один из мальчиков, постарше всех остальных, взял его лук и захотел выстрелить. Гандалин пытался его остановить, но в ответ получил сильный удар.

— На помощь, Отрок Моря! — закричал Гандалин.

Отрок Моря перестал пить и, подбежав к большому мальчику, вырвал у него свой лук. Тот тут же изо всех сил ударил его сверху по голове. Они схватились. Вскоре большой мальчик был побежден и с плачем бросился к воспитателю, который перед этим куда-то ненадолго отлучился.

— Что с тобой? — спросил тот.

— Отрок Моря меня побил! — пожаловался побежденный.

Воспитатель быстро подошел к детям и сказал:

— Неужели, Отрок Моря, вы уже осмеливаетесь бить юношей? Сейчас вы увидите, как я вас за это накажу!

— Сеньор! — воскликнул мальчик. — Накажите меня, если нужно. Но я не хочу, чтобы и впредь кто-нибудь осмелился обижать моего брата!

И слезы полились у него из глаз. Воспитатель смягчился и сказал:

— Если вы еще раз сделаете что-нибудь подобное, я заставлю вас как следует поплакать!

Королева все очень хорошо видела и слышала.

 

Глава 2. Как король Лангинес взял к себе Отрока Моря и Гандалина, сына дона Гандалеса

Как раз в это время вошли король и Гандалес, и королева спросила:

— Скажите, дон Гандалес, этот прекрасный мальчик — ваш сын?

— Да, сеньора, — подтвердил он.

— Но почему его зовут Отрок Моря?

— Потому что он родился в море, когда мы с женой плыли домой, возвращаясь из далекого путешествия.

Королю мальчик тоже очень понравился, и он сказал дону Гандалесу:

— Позовите его сюда: я хочу взять его на воспитание.

Рыцарь тут же пошел за мальчиком и, приведя его, спросил:

— Отрок Моря, хочешь поехать с королем?

— Я поеду туда, куда вы прикажете, — отвечал тот. — Но пусть со мной поедет и мой брат.

— И я тоже ни за что не расстанусь с ним, — поддержал его Гандалин.

— Вижу, сеньор, — сказал Гандалес, — что вам придется взять обоих: ведь они не хотят расставаться.

— Я буду очень рад, — согласился король.

Усадив мальчиков рядом с собой, он велел позвать своего сына Аграхеса и сказал:

— Сын мой, люби этих мальчиков так же всем сердцем, как я люблю их отца!

На следующее утро гости отправились в путь, захватив с собой мальчиков. Королева стала воспитывать Отрока Моря так же, как если бы он был ее родным сыном, и надо сказать, что ее труды не пропали даром. Никто лучше и быстрее, чем он, не усваивал все, чему его учили. Особенно он любил охоту и никогда не упускал случая отправиться поохотиться вместе со взрослыми. Больше всего ему нравилось стрелять из лука и кормить собак.

Когда Отроку Моря исполнилось двенадцать лет, случилось так, что у берегов Шотландии проплывал на корабле король Великой Британии Лисуарте. С ним были его жена королева Брисена и их десятилетняя дочь Ориана. Девочку очень утомило долгое путешествие по морю, и для того, чтобы она могла немного отдохнуть, ее оставили на некоторое время погостить у короля Лангинеса. Прошло несколько дней, и королева, позвав Отрока Моря, сказала принцессе:

— Дорогая, вот паж, который станет вам служить.

Та отвечала, что будет этому очень рада.

Ее слова так глубоко запали в сердце мальчика, что он никогда не забыл их. Он сразу же полюбил прекрасную принцессу и любил ее всю жизнь. И она тоже, увидев его, сразу же почувствовала в своем сердце великую любовь к нему.

И вот настал час, когда Отрок Моря решил, что пора бы ему уже взяться за оружие. Он мечтал о том, как станет рыцарем и умрет, совершая великие подвиги, или же будет жить, прославляя свою даму. С этой мыслью он подошел однажды к королю, который гулял по саду, и, преклонив колени, сказал:

— Сеньор, если вы позволите, пришло время мне стать рыцарем.

— Как, Отрок Моря, вы уже желаете принять звание рыцаря? — удивился король. — А знаете ли вы, что его легко получить, но трудно нести? Ведь тот, кто хочет заслужить имя рыцаря и быть достойным его, должен совершить столь трудные подвиги, что сердце у него содрогнется не один и не один раз. Если же рыцарь из малодушия и нерешительности не сумеет их совершить, то ему лучше умереть, чем продолжать жить покрытым позором и бесчестьем. Поэтому, может быть, было бы лучше вам потерпеть еще некоторое время?

Но Отрок Моря твердо стоял на своем, и король был вынужден согласиться. Он приказал приготовить все необходимое для посвящения в рыцари и велел дать знать Гандалесу о желании его воспитанника. Это очень обрадовало Гандалеса, и он прислал с одной девушкой меч, перстень и комочек воска, найденные вместе с Отроком Моря в сундучке, плывшем по морским волнам. Отрок Моря хотел подарить перстень Ориане, но она не взяла его, а попросила дать ей комочек воска.

Прошло еще несколько дней, и вот однажды в двери королевского дворца вошел рыцарь и доложил:

— Сеньор, король Перион Гальский явился в ваш дом.

Король Лангинес очень удивился и быстро пошел навстречу гостю. Он всегда с честью принимал всех, кто к нему приезжал. Когда короли встретились и поприветствовали друг друга, Лангинес спросил:

— Сеньор, почему вы явились в наши земли столь неожиданно?

— Я приехал, — отвечал король Перион, — для того чтобы найти друзей, которые нужны мне сейчас как никогда. Дело в том, что король Ирландии Абиес объявил мне войну и со своим огромным войском вторгся в мои владения, превратив их в пустыню. Вместе с ним явился и его сводный брат Даганель. Они оба собрали против меня такие силы, что мне нужна поддержка родственников и друзей, которые могли бы ради моего спасения вступить в бой.

— Брат мой, — отвечал Лангинес, — меня очень огорчило ваше несчастье, и я непременно постараюсь помочь вам, чем только смогу.

Стоявший рядом Отрок Моря не сводил глаз с короля Периона. Он не знал, что это его отец, но много слышал о его замечательных подвигах. Поэтому ему очень захотелось, чтобы не кто другой, а только этот король посвятил его в рыцари. Когда наступил вечер и оба короля ушли, он попросил Гандалина принести в дворцовую часовню заранее приготовленные им доспехи и меч, найденный вместе с ним в сундучке. Сам он тоже пошел туда, чтобы по обычаю провести там ночь перед посвящением в рыцари. Под утро к нему присоединились Гандалин, Ориана, дочь короля Лангинеса Мабилия и другие девушки. Когда король Перион собирался уезжать, ему передали, что Ориана хотела бы его о чем-то попросить и ждет его в часовне. Он тут же пришел.

— Я хочу попросить, — сказала она, — чтобы вы сделалимне подарок.

— С удовольствием, — отвечал он.

— Тогда посвятите в рыцари моего пажа.

И она указала на Отрока Моря, стоявшего возле нее. Король надел юноше правую шпору, поцеловал его и вручил меч, который подала Ориана.

— Отныне вы рыцарь, — сказал король, — и я надеюсь, что вы заслужите большую славу.

Все поздравили Отрока Моря, радуясь вместе с ним. Король очень спешил и поэтому, простившись, сразу же ушел.

Теперь Отрок Моря, как того требовал обычай, должен был отправиться странствовать по свету. Своими подвигами ему следовало доказать, что он достоин звания рыцаря. Гандалин принес ему копье и щит и привел к дверям часовни коня.

Попрощавшись с Орианой, Мабилией и другими девушками, вновь посвященный рыцарь Отрок Моря и его названый брат Гандалин, который стал теперь его оруженосцем, выехали на большую дорогу.

 

Глава 3. О том, что случилось с королем Перионом, прежде чем он явился королю Лангинесу, и как, когда он направлялся домой, ему пришел на помощь Отрок Моря

А теперь давайте вернемся к королю Периону и расскажем о том, что случилось с ним, прежде чем он явился к королю Лангинесу.

Вы, наверное, помните о том, что сказала Урганда Неузнаваемая об Отроке Моря, когда однажды вечером встретилась с Гандалесом. Возлюбленная короля Периона принцесса Элисена желала скрыть от всех, что у нее родился сын, и поэтому согласилась, чтобы мальчика положили в сундучок и бросили в море. Король об этом ничего не знал, и принцесса, когда он вернулся, ничего ему не сказала о своей тайне. Раньше он не мог жениться на ней, потому что должен был отправиться в другие страны. Теперь же никаких препятствий не было, и она вышла за него замуж. Они вместе поселились в Галии. Народ очень полюбил королеву за ее доброту и отзывчивость. Супруги беззаботно проводили время, и скоро у них родились сын и дочь. Мальчика назвали Галаором, а девочку Мелисией.

Когда Галаору исполнилось два с половиной года, случилось так, что они были в замке, расположенном на берегу моря. Король поднялся на высокую гору, откуда открывался прекрасный вид, а королева с другими дамами осталась в саду у самого моря. С ней был и мальчик, который бегал вокруг. Вдруг все увидели великана. Он только что приплыл по морю в лодке и теперь входил в сад через калитку В руках он держал громадную палицу, а сам был таким огромным и безобразным, что, глядя на него, нельзя было не прийти в ужас. Неудивительно, что испугались и королева, и все, кто был с ней. Одни убежали и спрятались между деревьями, другие же попадали на землю и закрыли глаза, чтобы ничего не видеть. Но чудовище не смотрело ни на кого, кроме мальчика, который остался один, безо всякой защиты. Подойдя к малышу, великан засмеялся и, взяв его на руки, вернулся на берег, а затем, сев в лодку, удалился вместе с Галаором в море.

Королева, видя, как великан уходит и уносит ее мальчика, громко закричала, но тот не обратил на нее никакого внимания. И она, и все остальные были охвачены великим горем. Король быстро спустился с горы, но было уже поздно, и он ничего не смог сделать. Так они лишились и второго своего сына.

Прошло еще несколько лет, и неожиданно, как вы уже слышали, в Галию вступило большое войско короля Ирландии Абиеса. Королю Периону пришлось обратиться за помощью к родственникам и друзьям. Побывав у короля Шотландии Лангинеса, он выехал из его дворца и направился в свои земли. По дороге он увидел большой и красивый замок и решил туда заглянуть. Едва король успел миновать ворота, как к нему подскочили два пеших рыцаря и еще десять других пеших воинов. Все были вооружены. Один из рыцарей схватил его коня за узду и закричал:

— Поклянитесь, что вы поможете королю Абиесу в его войне с королем Перионом! Иначе вам придется умереть!

Конечно, король Перион не мог дать такой клятвы: ведь тогда он должен был бы помогать королю Абиесу в войне против самого себя. Выхватив из ножен меч, он яростно бросился на врагов, но те, уклонившись от ударов, убили у него коня. Король успел вовремя спрыгнуть на землю и снова атаковал противников. Завязалась жестокая схватка. В это время в воротах показался еще один рыцарь на белом коне. Его лицо было покрыто забралом, и никто не мог его узнать. Увидев, что происходит, он закричал громким голосом:

— Отойдите прочь, злодеи! Не поднимайте руку на лучшего в мире рыцаря!

Один рыцарь и пять пеших воинов оставили короля и побежали навстречу незнакомцу.

— А вам тоже следует поклясться в том, что поможете королю Абиесу победить короля Периона, — сказал рыцарь, приблизившись к нему.

— Как? Я поклянусь против своей воли? Этого никогда не случится! — возразил тот и, ударив подошедшего рыцаря копьем, свалил его на землю.

При падении несчастный так ударился головой о камни, что лишился чувств и остался лежать на земле, словно мертвый. После этого незнакомец, не обращая внимания на напавших на него пеших воинов, атаковал другого рыцаря и, пробив его щит и латы, вонзил копье ему в бок. Увидев это, спасенный таким образом король Перион стал защищаться с еще большим упорством, нанося противникам могучие удары мечом. Пришедший ему на помощь рыцарь ворвался в самую гущу нападавших и, размахивая своим смертоносным мечом, от которого нельзя было ускользнуть, тяжело ранил несколько человек, а нескольких опрокинул на землю. Очень скоро враги были разгромлены, и лишь некоторым удалось убежать и взобраться на стену, окружавшую замок. Рыцарь заехал в конюшню и, выведя оттуда прекрасного оседланного коня, сказал королю Периону:

— Садитесь, сеньор! Мне совсем не нравятся ни это место, ни те, кто здесь обитает.

Король тут же вскочил в седло, и они выехали за ворота. Когда они были уже в чистом поле, король сказал:

— Друг мой, сеньор, откройте мне, кто вы — тот, кто спас меня от близкой смерти?

— Сеньор, — отвечал рыцарь, — я тот, кто рад служить вам.

Но король настаивал, и незнакомцу пришлось снять шлем. Каково же было удивление короля, когда он увидел перед собой Отрока Моря, которого недавно посвятил в рыцари!

Как раз в это время они подъехали к развилке дороги, и Отрок Моря спросил:

— Сеньор, какую из этих дорог вы выберете?

— Ту, что слева, — отвечал король, — потому что она ведет в мои земли.

— Так поезжайте с Богом, — сказал Отрок Моря. — А я поеду по другой. Но я еще послужу вам в вашей войне за Галию. А сейчас согласитесь, чтобы я покинул вас. И очень прошу: не показывайте вида, что вы меня знаете, до тех пор, пока не придет время.

На этом они расстались.

 

Глава 4. Как король Лисуарте направил посольство в дом короля Лангинеса за своей дочерью Орианой, и как тот отпустил ее вместе со своей дочерью Мобилией в сопровождении рыцарей и дам

Оставляя свою дочь Ориану у короля Лангинеса, король Великой Британии Лисуарте собирался вскоре взять ее к себе, но потом ему пришлось заняться другими важными государственными делами. Поэтому прошло несколько лет, прежде чем он смог снарядить и послать за ней три больших корабля. В Шотландию направилось посольство, где было сто рыцарей и очень много знатных дам. Король Лангинес с большим почетом принял послов, и они передали, что их государь просит отпустить Ориану. Королю Лисуарте хотелось, чтобы вместе с нею поехала дочь короля Лангинеса Мабилия. Он обещал заботиться о ней и оказывать ей честь. Король Лангинес очень о б радовался этому. Он дал дочери лучшие наряды и украшения и устроил в своем дворце в честь приехавших рыцарей и дам большой праздник, который продолжался несколько дней. Затем он приказал снарядить еще несколько кораблей и нагрузить их всяким добром. Со своей стороны он тоже решил послать рыцарей и дам, чтобы они сопровождали принцесс.

Готовясь к отъезду, Ориана стала собирать свои драгоценности. Рассматривая их, она увидела комочек воска, который взяла у Отрока Моря на память о нем. Слезы наполнили ее глаза, и она с силой сжала воск и вдруг увидела, что там спрятана записка, Ориана развернула ее и прочитала: «Это Амадис, сын короля». Немного подумав, она догадалась, что речь идет об Отроке Моря: это он — сын короля, и его настоящее имя — Амадис. Она очень этому обрадовалась и позвала свою прислужницу, которую звали Девушка из Дании, потому что ее родиной была Дания.

— Дорогая, — сказала принцесса Девушке из Дании, — поезжайте к известному вам молодому рыцарю. Вы его найдете на войне в Галии. Постарайтесь попасть к нему как можно быстрее, передайте записку и скажите, что он найдет в ней свое имя. Ее написали, когда его бросили в море. Пусть он узнает то, что знаю я: что он — сын короля. Если он был таким хорошим, когда этого не знал, то сейчас должен стараться стать еще лучше. Скажите ему, что мой отец прислал за мной и меня увезут домой. Передайте также, что, как только кончится война в Галии, пусть он сразу же отправился в Великую Британию и поживет там до тех пор, пока я не скажу, что делать.

Получив приказание, Девушка из Дании простилась и направилась по дороге в Галию, а Ориана и Мабилия взошли на корабль. Моряки подняли якоря и распустили паруса. Все, что нужно, у них было заранее приготовлено, и скоро они приплыли в Великую Британию, где их очень хорошо встретили.

 

Глава 5. Как Отрок Моря, сын короля Лангинеса Аграхес и другие рыцари пришли на помощь королю Периону

Расставшись с королем Перионом, Отрок Моря, как вы уже слышали, направился по другой дороге. Он спешил к тому месту, куда должен был прийти со своим войском Аграхес — сын короля Лангинеса. Скоро они встретились там и вместе взошли на корабли и направились в Галию. Король Перион очень обрадовался приезду таких достойных рыцарей и поселил их в самых хороших домах в крепости, где собрались его лучшие воины.

Король Ирландии Абиес, его сводный брат Даганель и те, кто был с ним, очень скоро узнали об их появлении и задумали уже на следующий день начать решительный бой.

— Я скажу вам, что следует сделать, — предложил герцог Нормандский Галаин. — Этой ночью мы с Даганелем сядем на коней и на заре, взяв с собой немного людей, появимся около крепости. А король Абиес с другим, гораздо большим отрядом пусть скроется в соседнем лесу. Враги выступят против нас, а мы, притворившись, будто их испугались, заманим их в такое место, где король Абиес неожиданно нападет на них. Тогда они все погибнут.

— Хорошая мысль! — одобрил король Абиес. — Пусть так и будет сделано!

Ранним утром жители города увидели совсем близко вражеский отряд и закричали:

— К оружию! К оружию!

Отрок Моря, Аграхес и другие рыцари быстро надели доспехи, взяли мечи, копья и щиты, сели на коней и выехали за городские ворота. Отрок Моря атаковал Галаина, который был впереди, и с такой силой ударил его копьем, что тот вместе с конем обрушился на землю и сломал при этом ногу, так что больше не мог сражаться. Копье у Отрока Моря разлетелось на куски. Но он, не жалея об этом, схватил меч и бросился преследовать остальных, словно разъяренный лев, нанося во все стороны сокрушительные удары. Так же мужественно сражались король Перион, Аграхес и все, кто был с ними. Даганель был убит, и, увидев это, его воины закричали:

— Ах, король Абиес, почему ты так медлишь и оставляешь нас погибать?

И тогда из леса выступило свежее войско короля Абиеса Ирландского. Он мчался на своем громадном коне впереди всех и, сокрушая каждого, кто попадался ему на пути, громко кричал:

— За мной, друзья! Постарайтесь ворваться в крепость!

Люди короля Периона не смогли выдержать натиска и начали отступать. Но Отрок Моря сражался по-прежнему, нанося противникам страшные удары.

— Рыцарь! — крикнул, приблизившись к нему, король Абиес. — Из-за вас погиб Галаин, которого я любил больше всего на свете. Но я сделаю так, что вы дорого заплатите за это, если осмелитесь со мной сразиться!

— Вы разгневаны на меня за то, что я сделал, а я на вас за то, что вы совершили в этой стране, — отвечал Отрок Моря. — Однако нет оснований, чтобы по нашей вине пострадал еще кто-нибудь. Поэтому было бы справедливо, если бы битва произошла лишь между мною и вами. Остальные же — и с нашей, и с вашей стороны — пусть в нее не вмешиваются.

— Хорошо, я согласен, — принял его предложение король Абиес.

Приказав прекратить сражение, он велел позвать десять рыцарей — самых лучших из тех, кто был с ним. Столько же позвал и Отрок Моря. И тем и другим поручили охранять поле, где должен был произойти поединок. И король, и Отрок Моря хотели поскорее начать бой. Однако большая часть дня уже прошла, и все, кто был вокруг, сказали, что лучше было бы отложить его до следующего утра.

На рассвете Отрок Моря надел доспехи. Но не те, в каких сражался накануне, потому что они были сильно повреждены и от них было бы мало толку, а другие, еще более красивые и прочные. Простившись с королевой и другими дамами, он сел на успевшего отдохнуть коня, который уже стоял у дверей. Король Перион принес ему шлем, Аграхес — щит, а пожилой рыцарь по имени Аганон, прославившийся в свое время умением владеть оружием, дал ему копье. На щите у Отрока Моря было золотое поле, а на нем изображены два синих льва, которые стояли один против другого, будто собираясь вцепиться друг в друга.

Выехав за городские ворота, все увидели короля Абиеса, сидевшего на громадном черном коне. Он уже приготовил оружие, и ему оставалось только закрепить шлем. Те, кто вышел из города, и те, кто был во вражеском войске, приготовились посмотреть на самую примечательную битву, какую только можно увидеть. Посреди поля уже было намечено место для нее. Вокруг сделали ограду, за которой соорудили несколько деревянных помостов для зрителей. Противники закрепили свои шлемы и взяли щиты. На щите у короля был изображен великан с отрубленной головой, а рядом с ним рыцарь, протягивающий ему эту голову. Такой щит он носил, потому что однажды сразился с великаном, который вступил в его земли, где разорял все до тех пор, пока король Абиес не снес ему голову. Это и было изображено на щите.

Оба противника взяли оружие и выехали на поле битвы. Они были очень сильными и смелыми и поэтому, не задерживаясь ни на миг, пустили коней во весь опор. Первые удары не принесли вреда ни тому, ни другому. Скоро копья были сломаны, и они сошлись вплотную. Кони столкнулись с такой силой, что оба рыцаря упали на землю — каждый на свою сторону. Сначала все подумали, что обломки копий, торчавшие из щитов, поранили их, и они погибли. Однако оба быстро вскочили на ноги и, выхватив из ножен мечи, столь яростно атаковали друг друга, что все собравшиеся вокруг были потрясены. Король Абиес был такого огромного роста, что казался великаном. Поэтому ирландцы и их союзники не сомневались в его победе. Однако Отрок Моря сражался не менее мужественно и искусно, и ничуть не уступал ему. Битва была очень жестокой, и ни тот, ни другой не мог отдохнуть ни минуты. Сокрушительные удары сыпались непрерывно, и казалось, будто сражаются двадцать рыцарей. Скоро щиты у обоих были разбиты, и громадные их обломки упали на землю. Шлемы были смяты, а латы потеряли всю свою красу. И Отрок Моря, и король Абиес потеряли столько крови, что все удивлялись, как они еще держатся. Однако, думая лишь о победе, ни тот, ни другой не чувствовал всего этого. Только солнце, нагрев их латы, вызывало у них ощущение некоторой усталости.

Так продолжалось более трех часов. И тогда король Абиес, отступив немного назад, сказал:

— Остановимся и поправим наши шлемы и прервем ненадолго наш бой, чтобы немного отдохнуть. Но не надейся, что я не причиню тебе больше зла. Ведь мне очень стыдно, что я до сих пор не сумел победить тебя.

— Разве этого нужно стыдиться? — возразил Отрок Моря. — Тебе более подобало бы стыдиться того, что ты погубил множество безвинных людей. Они тоже, сражаясь с тобой, хотели бы отдохнуть, но ты им этого не позволил. Так испытай же то, что чувствовали они, потому что я не дам тебе отдохнуть ни минуты.

И они снова бросились вперед с еще большей, чем прежде, силой и стремительно атакуя друг друга, словно битва только что началась и будто ни один из них не получил еще ни одного удара. Король Абиес, очень искусно владея оружием, ловко защищался от ударов и не упускал случая как можно больше навредить противнику. Но и Отрок Моря совершал чудеса, непрерывно атакуя его и нанося такие тяжелые удары, что у короля Абиеса уже не оставалось больше сил, чтобы их терпеть. Он начал отступать, и Отрок Моря выбил у него из рук то, что осталось еще от щита. Объятый ужасом перед разящим мечом противника, король пытался найти хоть какое-нибудь укрытие, но напрасно. Тогда, поняв, что ему остается только умереть, он схватил меч обеими руками и бросился на Отрока Моря, пытаясь ударить его сверху по шлему. Но тот, закрывшись щитом, принял удар, ничуть не пострадав. При этом меч так глубоко вонзился в щит, что вытащить его обратно оказалось невозможно. Тогда Отрок Моря отбросил щит вместе с мечом короля далеко в сторону и атаковал незащищенного противника, нанеся ему сильный удар по левой ноге. Король упал на землю, а Отрок Моря склонился над ним и, сняв у него с головы шлем, сказал:

— Ты умрешь, король Абиес, если не признаешь себя побежденным.

— Воистину, я погиб, — отвечал тот. — Но я не сдаюсь. Я теперь хорошо понял, что меня сгубила моя самонадеянность. Прошу тебя, пощади тех, кто был со мной. Не причиняй им зла. И пусть они отнесут меня в мою землю. Я прощаю и тебя, и всех, с кем вел войну, и велю вернуть королю Периону все, что у него взял.

Отрок Моря согласился с его просьбой. Король Абиес умер, и ирландцы увезли его, чтобы похоронить, на родину. Они горько оплакивали то, что случилось. Королю Периону возвратили все, что перед этим у него захватили. Отрок Моря, король Перион, Аграхес и все остальные, кто был с ними, покинули поле битвы со славой и вернулись в крепость. У самых ворот к Отроку Моря подошла Девушка из Дании, приехавшая по приказанию Орианы, и сказала:

— Сеньор, давайте отойдем в сторонку и поговорим. Я вам скажу о вас больше, чем вы сами о себе знаете.

Он очень обрадовался, увидев ее, и они отошли от всех. Девушка дала ему записку, присланную Орианой, и предложила: — Прочитайте, здесь написано ваше имя. Эта записка была спрятана в комочке воска, найденном вместе с вами в сундучке, когда развернули ткань, в которую вы были завернуты.

Прочитав записку, он узнал, что его настоящее имя — Амадис и что он — сын короля.

— Ах, Девушка! — воскликнул Отрок Моря. — Очень прошу вас: отдохните здесь еще дня три и не покидайте меня ни на час, а потом я провожу вас, куда вам будет угодно.

— Раз уж я к вам приехала, — отвечала она, — я буду делать все то, что вы прикажете.

 

Глава 6. Как Отрок Моря был узнан своим отцом королем Перионом и своей матерью королевой Элисеной

Как вы уже слышали, Отрок Моря отдыхал во дворце короля Периона и лечил свои раны. И вот однажды так случилось, что он проходил через зал и увидел Мелисию, дочь короля, совсем еще девочку. Она горько плакала. Он спросил ее, что случилось, и девочка отвечала:

— Сеньор, я потеряла перстень, который дал мне король, чтобы я поиграла, пока он спит.

— Так я вам дам другой, такой же или еще лучше, — утешил он ее. — Вы его и отдайте.

Сняв перстень со своего пальца, он отдал его ей.

— Так это тот самый, что я потеряла! — удивилась девочка.

— Нет, — возразил он.

Король проснулся и велел дочери отдать перстень. Она отдала ему тот, что взяла у Отрока Моря, и он надел его на палец, полагая, что это его собственный. И вдруг на глаза ему попался другой, который потеряла его дочь. Перстень закатился в угол, и Мелисия его не заметила. Король поднял его и, сравнив с тем, что был у него на пальце, увидел, что их невозможно различить. Тогда он позвал девочку и спросил:

— Откуда у тебя этот перстень?

Та очень смутилась и отвечала:

— Я потеряла ваш перстень, а тут проходил мимо Отрок Моря. Он увидел, что я плачу, и отдал мне свой.

Надо вам сказать, что королю достались от его родителей два совершенно одинаковых перстня. Один он всегда носил на руке, другой же еще в дни своей молодости, когда впервые встретил и полюбил принцессу Элисену, подарил ей. Потом, когда они уже поженились, Элисена сказала, что подарок жениха затерялся, и больше они о том не вспоминали. И вдруг сейчас король увидел второй перстень.

— Королева, — сказал он, войдя в ее комнату, — вы всегда говорили, что у вас нет перстня, который я подарил вам когда-то. А сегодня Отрок Моря дал его Мелисии. Как это могло случиться?

Королева, увидев перстень, очень заволновалась и призналась в том, что до тех пор скрывала от мужа. Она рассказала, как согласилась, чтобы их первого сына бросили в море, и как вместе с мальчиком положили в сундучок меч, оставленный королем Перионом у нее в доме. Вспомнила она и о том, что на шею ребенка надели шнурок, на который повесили подаренный ей перстень, а к перстню прилепили комочек воска. В этом комочке была спрятана записка, где говорилось, что мальчика зовут Амадис, и что он — сын короля.

— Пресвятая Дева! — воскликнул король. — Я верю, что это наш сын!

Они вошли вдвоем в комнату, где был Отрок Моря, и нашли его безмятежно спящим. Король сразу же увидел лежавший рядом меч и, взяв его в руки, тут же узнал, потому что в свое время нанес им немало славных ударов.

— Ах, сеньор! — сказала королева. — Давайте разбудим его!

Она подошла к спящему и, взяв его за руку, слегка потянула к себе. Он сразу проснулся и, увидев, что она плачет, спросил:

— Сеньора, что с вами? Если в моих силах чем-нибудь вам помочь, приказывайте, и я готов умереть, чтобы исполнить все.

— Ах, сын мой! — воскликнула королева, заливаясь слезами. — Я была плохой матерью и согласилась, чтобы вас бросили в море. А вот, посмотрите, король — ваш отец!

И она заключила его в объятия.

— Сын мой, а не знаете ли вы какого-нибудь другого своего имени? — спросила она затем.

— Да, сеньора, знаю, — отвечал он. — У меня есть записка, которая была со мною, когда меня нашли в море. Там говорится, что меня зовут Амадис.

Он достал из кармана записку, и она увидела, что это была та самая, какую, залив воском, положили в сундучок вместе с мальчиком.

С тех пор Отрока Моря стали звать Амадисом, а во многих местах Амадисом Гальским, потому что его родиной была Галия. Невозможно описать, как обрадовались этой новости его двоюродный брат Аграхес и все остальные его родственники.

Прошло несколько дней, и Амадис начал собираться в дорогу: он хотел исполнить приказание своей дамы Орианы и отправиться в Великую Британию. Взяв с собой только одного Гандалина и сменив доспехи, которые разрубил ему на куски во время битвы король Абиес, он пустился в путь. Достигнув моря, он взошел на корабль и скоро был в Великой Британии, где вышел на берег в очень красивом городе, именуемом Бристоль. Ему сказали, что король Лисуарте находится в крепости Виндзор. Он поспешил туда и через некоторое время встретил девушку, которая спросила его:

— Это дорога в Бристоль?

— Да, — подтвердил он.

— Вы случайно не знаете, нет ли там корабля, собирающегося отправиться в Галию?

— А зачем вы туда едете? — поинтересовался он.

— Я разыскиваю одного славного рыцаря, сына короля Галии. Он лишь недавно узнал своего отца.

Амадис очень удивился и спросил:

— Девица, от кого вы об этом знаете?

— От той, от которой нельзя скрыть ничего. Она знала обо всем раньше, чем он сам и его отец. Это Урганда Неузнаваемая. Он очень ей нужен, потому что никто, кроме него, не сможет исполнить ее желание.

— Тай знайте же, девица, что я тот, кого вы ищете, — признался он.

— Тогда следуйте за мной, — сказала девушка. — Я провожу вас к моей госпоже.

Амадис свернул с дороги и направился туда, куда позвала его девушка.

 

Глава 7. О том, как дон Галаор жил на острове, куда его унес великан, и как он был посвящен в рыцари

Мы уже рассказали вам о том, как страшный великан явился неожиданно в сад, где королева Элисена была вместе с другими дамами. Взяв на руки ее сына Галаора, он сел в лодку и уплыл в море. Этого великана звали Гандалак, и у него на одном из островов в море были два замка. Он не так любил причинять зло, как эго свойственно другим великанам, и мог быть даже добрым, если его не рассердить. На краю острова, который ему принадлежал, жил отшельник— очень хороший, праведной жизни человек. Взяв малыша, Гандалак пошел к старцу и сказал:

— Друг мой, даю вам этого мальчика, чтобы вы растили его и научили всему, что подобает будущему рыцарю. Знайте же, что я собирался сразиться с Альбаданом — могучим великаном, который убил моего отца и силой захватил принадлежащую мне скалу Гальтарес. Но тут мне встретилась одна девица, которая сказала: «То, чего ты так желаешь, доведет до конца сын короля Периона Гальского. Он будет более сильным и ловким, чем ты». Этот мальчик и есть сын того короля.

Прошло шестнадцать лет, и Галаор превратился в сильного и статного юношу. Он прочитал много книг, которые все время давал ему воспитатель, и во всех этих книгах говорилось о подвигах, совершенных рыцарями с оружием в руках. От такого чтения и у него самого появилось желание стать рыцарем, и он сказал об этом доброму старцу. У отшельника, который знал, что, став рыцарем, юноша должен будет вступить в бой с великаном Альбаданом, на глаза навернулись слезы, и он сказал:

— Сын мой, было бы лучше, если бы вы избрали другую, более надежную дорогу для удовлетворения желаний вашей души, потому что, приняв рыцарское звание и взяв оружие, вы вступите на очень тяжкий путь.

— Мой господин, — отвечал юноша, — я не смогу хорошо делать ничего, что противоречило бы моему желанию. Если моя мечта не сбудется, я не смогу больше жить.

Тогда добрый старец, полагая, что больше ничего не сможет сделать, послал сказать великану, что его воспитанник уже достиг необходимого возраста, желает стать рыцарем и кажется достойным такого звания. Услышав об этом, тот сразу же прискакал на коне и, найдя Галаора столь прекрасным и сильным не по возрасту, воскликнул:

— Сын мой, я знаю, что вы желаете стать рыцарем, и поэтому хочу взять вас к себе, чтобы сделать все возможное для вашей славы.

— Отец, — отвечал тот, — таким образом, сбывается моя мечта!

Великан отвез юношу в свой замок, сделал для него доспехи по росту и сам стал учить его ездить верхом и преодолевать на коне препятствия. Он нашел двух фехтовальщиков, которые научили Галаора обращаться с мечом и щитом и всем другим воинским приемам, необходимым для рыцаря. Так прошел год, и великан увидел, что сделано достаточно для того, чтобы Галаор мог стать рыцарем. Юноша и сам чувствовал себя достойным этого звания и сказал:

— Отец, прошу вас, сделайте так, чтобы меня сейчас посвятили в рыцари. Ведь я изучил все, что вы велели.

— А от кого вы хотели бы принять эту великую честь? — спросил великан.

— От короля Лисуарте, — отвечал Галаор. — Ведь его слава известна во всем мире.

— Хорошо, я провожу вас к нему, — согласился великан.

Через три дня, приготовив все, что было нужно, они отправились в путь и на пятый день очутились неподалеку от прекрасного замка, самого красивого в той земле. Он располагался на высокой скале, с одной стороны которой было соленое озеро, а с другой — болото. Со стороны озера к нему можно было попасть только на лодке. Со стороны же болота к нему вела дорога, настолько широкая, что на ней могли разъехаться две встречных кареты. Перед воротами был широкий подъемный мост, перекинутый через глубокий, наполненный водой ров. У входа на мост росли два высоких вяза. Под ними великан и Галаор увидели двух девушек, оруженосца и сидящего на белом коне вооруженного рыцаря, на щите которого были изображены львы. Мост был поднят, и они, желая перейти на другую сторону, звали кого-нибудь из замка.

— Если вам будет угодно, — сказал Галаор великану, — давайте посмотрим, что станет делать этот рыцарь.

Прошло немного времени, и у моста со стороны замка по явились два вооруженных рыцаря и десять пеших воинов без оружия.

— Что вам нужно? — спросили они пришельца.

— Я хотел бы войти в замок, — отвечал он.

— Это невозможно, — сказали рыцари, — если вы прежде не сразитесь с нами.

— Раз уж иначе нельзя, то велите опустить мост и выходите на бой, — согласился он.

Рыцари приказали опустить мост, и один из них, взяв копье и с силой погоняя коня, помчался к тому, кто их звал. Тот, у кого на щите были львы, тоже поскакал навстречу, и они яростно атаковали друг друга. Рыцарь из замка сломал копье, а противник, обрушившись на него с огромной силой, свалил его на землю так, что конь упал на него сверху. Тогда выступил второй, ожидавший у входа на мост. Их кони ударились грудью, и копья у обоих разлетелись на куски. После этого приезжий рыцарь, яростно атаковав рыцаря из замка, сбросил его вместе с конем в воду, и он тут же утонул.

Победитель переехал на другую сторону и направился к замку. В это время пешие воины подняли мост, и он увидел перед собой еще троих прекрасно вооруженных рыцарей, которые с силой атаковали его. Сломав копья, нападавшие ранили приезжего рыцаря, но он ударил своим копьем одного из них, и оно, пробив латы, пронзило несчастного насквозь. Затем тот, у кого на щите были львы, бросился на двух оставшихся, а они — на него. Завязалась жестокая битва. Сражаясь не на жизнь, а на смерть, приезжий рыцарь сделал все для того, чтобы одержать победу. Одного из противников он сразил ударом меча по правой руке, оставшийся же бросился прочь. Однако рыцарь со львами на щите догнал его и взял в плен, а затем отвел к девушкам, которые ждали под вязами на другой стороне моста. Надо вам сказать, что одной из этих девушек была Урганда Неузнаваемая.

— Что прикажете теперь сделать? — спросил ее рыцарь со львами на щите.

Пусть сейчас же освободят пленника, который заключен в этом замке, — отвечала она.

Он сказал об этом побежденному рыцарю, и тот крикнул пешим воинам, чтобы привели узника, сидящего в темнице. Это тут же было исполнено.

Галаор, который все видел, сказал Гандалаку:

— Я хочу, чтобы он посвятил меня в рыцари.

— Тогда пойдите к нему, — согласился великан.

Галаор направился к тем, что расположились под вязами, и сказал рыцарю:

— Сеньор, я прошу вас сделать мне подарок.

— Если ваша просьба не будет несправедливой, я согласен, — отвечал тот.

— Тогда я попрошу вас оказать мне любезность и сейчас же, без промедления, посвятить меня в рыцари, а потом позвольте мне продолжить путь ко двору короля Лисуарте, куда я направляюсь.

Как раз в это время к ним подошла Урганда Неузнаваемая, которая будто ничего не слышала, и спросила:

— Сеньор, как вам нравится этот юноша?

— Мне он очень нравится, но он просит сделать ему подарок, и я не знаю, как поступить.

— Чего же он просит? — поинтересовалась она.

— Чтобы я посвятил его в рыцари.

— Воистину, — сказала Урганда, — не посвятив его в рыцари, вы поступите хуже, чем если сделаете это. Я советую вам исполнить его просьбу.

Тогда рыцарь со львами подозвал Галаора, надел ему правую шпору и, поцеловав его, сказал:

— Отныне вы рыцарь, и примите меч от того, кто вам больше нравится.

— Вручите мне его вы, — попросил Галаор. — Ни от кого другого я не хотел бы его принять.

Рыцарь позвал оруженосца и велел принести меч, который был у него про запас на случай, если сломается теперешний, но Урганда сказала:

— Не берите этот меч. Лучше возьмите тот, что висит на дереве, Все посмотрели на дерево, но не увидели ничего. Она рассмеялась от души и сказала:

— Но ведь он висит там по меньшей мере уже десять лет, а никто из проходивших мимо его не заметил. Но сейчас его увидят все.

Они снова посмотрели и увидели меч, висящий на одной из веток. Он был так красив и казался таким новым, будто его сделали и повесили там только сейчас. Его драгоценные ножны были изготовлены очень искусно и покрыты расшитым золотым шелком. Рыцарь со львами на щите взял его и, опоясав им Галаора, сказал:

— Столь прекрасный меч очень вам к лицу.

Галаор был счастлив.

— Сеньор, — обратился он к рыцарю, — мне нужно продолжить путь в назначенное место, но я очень хотел бы быть с вами, если это будет вам угодно. Скажите, где я мог бы вас найти? — При дворе короля Лисуарте, — отвечал тот. — И мне доставит большое удовольствие увидеть вас там.

Галаор очень обрадовался и сказал Урганде:

— Сеньора, я вам очень благодарен за то, что вы дали мне этот меч, поэтому помните всегда, что я ваш рыцарь.

Простившись с ними, он вернулся туда, где оставил великана, укрывшегося на берегу реки.

За время, пока все это происходило, Галаор узнал у другой девушки, которая была с Ургандой, что рыцарь со львами — это Амадис Гальский, сын короля Периона. Урганда просила его явиться сюда, чтобы силой оружия освободить ее друга, заключенного в темницу в замке. Ее великая мудрость в этом случае не могла ей помочь, потому что владетельница замка, которая, как и она, тоже очень хорошо знала искусство волшебства, околдовала ее друга. К тому же, опасаясь Урганды, она установила правило, согласно которому все, кто хотел проникнуть в замок, должны были сразиться с теми, кто его охранял. Рыцарь со львами на щите победил всех и перешел мост, как уже было рассказано, и Урганде вернули ее друга.

После того как Галаор покинул их, Урганда спросила Амадиса:

— А вы знаете, кого посвятили в рыцари?

— Нет, — отвечал он.

— Так знайте же, — сказала она, — что он — сын вашего отца и вашей матери, тот самый, кого унес великан, когда он был мальчиком двух с половиной лет. Скажу вам, что я недаром столько лет берегла для него меч, и он достойно начнет свои рыцарские подвиги.

— Ах, сеньора, объясните, где я смогу его снова найти?

— Сейчас не нужно его искать, — отвечала она. — Но потом вы сами его встретите.

Амадис не стал ее больше спрашивать, а, простившись сней, вместе с оруженосцем отправился в путь, намереваясь попасть в Виндзор, где в то время был король Лисуарте.

 

Глава 8. Как великан Гандалак попросил дона Галаора сразиться с великаном Альбаданом и как тот исполнил его просьбу

Галаор вернулся туда, где оставил великана, и сказал ему:

— Отец, я — рыцарь.

— Сын мой, — отвечал тот, — я очень рад этому и прошу вас сделать мне подарок.

— С удовольствием, — согласился Галаор, — я не против, если это не помешает мне отправиться завоевывать славу.

— Сын мой, — продолжал Гандалак, — не сомневайтесь, ваша слава от этого намного возрастет.

— Так просите же! — воскликнул Галаор. — Я согласен!

— Сын мой, — сказал великан, — вы уже слышали, как я вам рассказывал не один раз, что великан Альбадан предательски убил моего отца и захватил скалу Гальтарес, которая должна по праву принадлежать мне. Прошу вас, верните мне ее. Никто, кроме вас, не сможет этого сделать. Вспомните о том, что я вас вырастил и воспитал и, пока не умру, за вашу любовь буду готов отдать вам всего себя.

— Вам не нужно просить меня о таком подарке, — отвечал Галаор, — потому что я и сам прежде всего прошу вас позволить мне вступить в эту битву. Я готов сделать то, о чем вы просите, и давайте сейчас же отправимся туда.

Они направились по дороге, которая вела к скале Гальтарес, и ехали несколько дней. Наконец, когда до скалы оставалось уже совсем немного, они остановились в хижине отшельника и заночевали. На следующее утро Галаор надел доспехи, взял оружие и направился к скале, которая оказалась очень высокой. На ее вершине стоял замок со множеством укрепленных башен, показавшийся ему очень красивым. Ворота замка были заперты. Подъехав к ним, Галаор постучался, и на стене появились два человека.

— Передайте Альбадану, — сказал он, — что здесь один рыцарь от Гандалака, желающий сразиться с ним. Если он станет медлить, то отсюда не выйдет и сюда не войдет ни один человек, которого я не задержал бы, если смогу.

Люди наверху рассмеялись и отвечали:

— Ты недолго будешь гак грозить, потому что или сбежишь, или лишишься головы.

И они ушли, чтобы доложить великану.

Когда известие дошло до Альба да на, он не стал долго собираться и скоро выехал на громадном коне. Он был таким огромным, что, казалось, во всем мире не нашлось бы человека, который осмелился бы даже взглянуть на него. Все его туловище от шеи до седла было закрыто гигантскими железными листами, а на голове красовался огромный блестящий шлем. В руках он держал большую железную палицу, все время размахивая ею. Галаор не был настолько храбрым, чтобы не почувствовать страха, однако взял себя в руки. Великан бросился вперед, и можно было подумать, что это башня скачет на коне. Галаор тоже пустил коня во весь опор, держа в руках копье, и с такой силой ударил великана в грудь, что тот, пошатнувшись, потерял стремя, однако копье при этом сломалось. Великан поднял палицу, собираясь ударить Галаора по голове, но тот мгновенно отскочил в сторону, и удар пришелся по краю щита. Щит упал на землю, и Галаор чуть было не последовал за ним: настолько сильным был удар. Однако и великан не совладал с тяжелой палицей: скользнув по щиту Галаора, она ударила по голове его собственного коня, который тут же замертво обрушился на землю, придавив собою всадника. Пока великан с большим трудом пытался выбраться из-под него и встать, Галаор подскакал и хотел заставить своего коня перепрыгнуть через противника, но конь споткнулся и упал с другой стороны. Галаор тут же поднялся на ноги и, взяв в руки меч, бросился к палице великана, которая валялась на земле, разбил ее на куски. Однако великану удалось схватить небольшой ее обломок и ударить им Галаора сверху по шлему. Но прочный шлем выдержал и лишь повернулся на голове рыцаря. После этого Галаор снова атаковал великана и ударил его по руке и по ноге. Теперь Альбадан не мог уже больше встать и признал себя побежденным.

И тут Галаор увидел, как из замка вышли десять рыцарей, скованных одной цепью. Приблизившись, они сказали:

— Войдите и возьмите себе замок, а мы будем вам верно служить. Ведь вы победили великана и освободили нас из плена.

Он велел снять с них цепь и вместе с ними вошел в замок.

На следующий день явились все окрестные жители, узнавшие о том, что случилось. Они были очень рады тому, что теперь ими больше не будет править сталь злой и жестокий великан, каким был Альбадан.

 

Глава 9. Как Амадис попросил у королевы разрешения отправиться на поиски своего брата дона Галаора, и что с ним случилось после того, как он покинул двор короля Лисуарте

Как мы вам уже рассказали, Амадис по приказанию своей госпожи Орианы должен был явиться ко двору короля Лисуарте. Расставшись с Ургандой, он сел на коня и направился в Виндзор, где был в то время король. Подъезжая к городу, он встретил одну женщину, которая попросила его вступить в бой с обидевшим ее рыцарем по имени Дардан. Он согласился и одержал в том бою победу. Поединок состоялся на большом поле в присутствии короля Лисуарте и всего его двора. Были там и Ориана, и Мабилия, и Девушка из Дании, но они не узнали Амадиса, а он, завершив битву, тут же ускакал в лес. Королю очень хотелось, чтобы такой славный рыцарь остался у него при дворе, и он приказал разыскать его. Амадис, когда его нашли, согласился стать рыцарем королевы Брисены, чтобы служить ей, ее дочери Ориане, Мабилии и другим дамам. Король, королева и все остальные очень полюбили его за храбрость и обходительность и оказывали ему честь. Все дамы были восхищены его красотой.

Однажды королева послала за Амадисом, чтобы поговорить с ним. В это время в дверь вошла какая-то неизвестная девушка и спросила, нет ли здесь рыцаря, на щите у которого изображены львы. Королева сразу же догадалась, что речь идет об Амадисе, и спросила:

— А чего вы хотите от него?

— Сеньора, — отвечала она, — я пришла по поручению одного молодого рыцаря, который совершил замечательный подвиг и сейчас просит передать поклон тому, кто посвятил его в рыцари.

И она рассказала о том, как Галаор победил великана Альбадана и овладел скалой Гальтарес.

— Девица, а куда направился тот рыцарь, одержав столь великую победу? — спросил ее Амадис.

— Этого я не знаю, — отвечала она.

Амадису очень захотелось найти брата, и он попросил у Орианы и королевы разрешения отправиться на его поиски. Они согласились, и на следующий день он, взяв с собой Гандалина, отправился в путь. Миновав лес, они выехали на широкое, покрытое зеленой травой поле и, взглянув направо, увидели ехавшего верхом на лошади карлика. Амадис окликнул его и спросил, не встречал ли он одного молодого рыцаря по имени Галаор.

— Сеньор, — отвечал карлик, — три дня назад я был в одном доме и видел там рыцаря, лучше которого нет во всем мире.

— Ах, карлик! — воскликнул Амадис. — Проводи меня туда!

— Хорошо, я провожу, — согласился карлик, — если потом вы сделаете мне подарок: поедете со мной туда, куда я попрошу.

Амадису очень хотелось разыскать брата, и поэтому он сказал, что так и сделает. Они тут же свернули с прежней дороги и, выбрав другую, поехали по ней. Так они ехали безо всяких приключений весь тот день и еще один день. Переночевав в хижине отшельника, они продолжили путь и около полудня увидели посреди широкого поля две высоких со сны, под одной из которых на огромном коне сидел рыцарь в полном вооружении. Под другой сосной, облокотившись на шлем и положив рядом с собой щит, лежал второй рыцарь.

— Посмотрите, сеньор, — сказал карлик, — под сосной лежит тог самый лучший в мире рыцарь, которого я обещал вам показать,

— А ты знаешь его имя? — спросил Амадис.

— Его зовут Ангриоте де Эстраваус, и он самый лучший, какого я только встречал, — отвечал карлик. — Дама, которую он любит, велела ему и его брату охранять эту долину от всех странствующих рыцарей.

Едва завидев Амадиса, брат Ангриоте приблизился к нему и предложил вступить с ним в бой. Они пустили коней во весь опор и ударились щитами. Рыцарь пробил у Амадиса щит, но копье застряло в нем и сломалось. После этого Амадис с такой силой ударил противника, что гот свалился на землю и должен был признать свое поражение. Амадис снова сел на коня и увидел, что к нему уже скачет на своем коне Ангриоте. Взяв у оруженосца новое копье, он тоже помчался ему навстречу. Копья ударились о щиты и разлетелись на куски. Удар был настолько сильным, что Ангриоте очутился на земле. Конь Амадиса при этом споткнулся и тоже упал. Однако Амадис успел вовремя отскочить в сторону и, схватив меч, бросился на противника, который уже успел встать на ноги. Они снова сошлись и стали наносить друг другу такие удары, что долго выдержать их не смог бы ни один рыцарь. Увидев, что ему не добиться победы, Ангриоте через некоторое время отскочил в сторону и сказал:

— Воистину, рыцарь, в вас больше доблести, чем я ожидал.

— Согласитесь сдаться, — отвечал Амадис, — и вам же будет лучше.

Ангриоте, у которого уже не было больше сил продолжать бой, пришлось принять это предложение.

Простившись с братьями, Амадис позвал карлика, чтобы исполнить его просьбу. Они ехали еще пять дней, не встретив никаких приключений, и наконец вдали показался красивый, очень хорошо укрепленный замок. Карлик указал на него и сказал:

— Сеньор, вот то место, где вы должны исполнить мою просьбу. А сейчас, прошу вас, приготовьте оружие, потому что выйти оттуда будет не так легко, как войти туда.

Амадис взял оружие и поехал впереди, а карлик и Гандалин последовали за ним. Въехав в ворота, он внимательно о с мотрел все вокруг и, не заметив никого, сказал карлику:

— Мне кажется, здесь нет ни души.

— Мне тоже, — согласился тот. — Но совсем недавно я видел здесь самого отважного и очень искусно владеющего оружием рыцаря. Он сразил в этих воротах двух рыцарей, один из которых был моим господином. Я хотел бы, чтобы вы отомстили за него.

— А как называется этот замок, и как зовут его владетеля? — спросил Амадис.

— Замок этот называется Вальдерин, а владеет им знаменитый волшебник Аркалаус, — отвечал карлик.

Амадис еще раз внимательно осмотрел все вокруг и опять не увидел никого. Сойдя с коня, он прождал несколько часов, а затем спросил:

— Карлик, что ты хочешь, чтобы я сделал?

— Сеньор, — отвечал тот, — становится темно, и я думаю, что нам не стоит оставаться здесь ночевать.

— Но я не уйду отсюда, пока не появится волшебник или кто-нибудь другой, кто скажет мне о нем, — возразил Амадис.

Неподалеку он увидел загон для скота, однако и там не встретил никого. В глубине загона он заметил вход в темное подземелье, куда вели ступеньки, скрывающиеся внизу во мгле.

— Я спущусь по этим ступенькам и посмотрю, что там, — сказал Амадис Гандалину, удерживавшему охваченного страхом и готового убежать карлика.

Ничего не различая в темноте, он стал спускаться вниз и наконец очутился на ровной площадке. Не зная, куда попал, Амадис в полном мраке пошел вперед, пока не наткнулся на стену. Он стал шарить по ней руками и нащупал железную решетчатую дверь, на которой висел замок со вставленным ключом. Он повернул ключ и вдруг услышал, как кто-то восклицает:

— Ах, сеньор! Доколе же будут продолжаться эти великие муки? О, смерть! Что же ты медлишь, когда ты так желанна?

Амадис остановился, прислушиваясь некоторое время, но не услышал больше ничего и вошел в дверь. Со щитом, висящим на шее на ремне, шлемом на голове и обнаженным мечом в руке он двинулся вперед и скоро очутился в великолепном подземном дворце, озаренном горящим светильником. Он увидел комнату, где спали шесть стражников в кольчугах. Возле них лежали щиты и топоры. Амадис приблизился к ним и, взяв один топор, прошел дальше и тут услышал более сотни голосов, восклицавших:

— Господи! Боже! Пошли нам смерть, потому что мы не перенесем этих ужасных мучений!

Амадис очень удивился. В это время спавшие стражники проснулись, услышав те голоса, и один из них сказал другому:

— Вставай, возьми кнут и заставь замолчать этих рабов, которые не дают нам отдохнуть и поспать.

— Я это сделаю с удовольствием, потому что они нарушили мой сон и не дали выспаться, — отвечал тот.

Он быстро встал, взял кнут и пошел вперед, но неожиданно увидел перед собой Амадиса и с удивлением воскликнул:

— Кто здесь?

— Это я, — отвечал Амадис.

— А кто вы? — спросил стражник.

— Чужеземный рыцарь, который сюда пришел, — объяснил Амадис.

— Как? — удивился стражник. — В недобрый для вас час случилось так, потому что вас следует без промедления схватить и заключить в это место страданий вместе с теми у зниками, которые так громко кричат.

Он быстро вернулся назад, запер дверь и, разбудив всех других своих товарищей, которые снова заснули, объявил:

— Друзья, посмотрите там на несчастного странствующего рыцаря, который по своей воле зашел сюда.

Тогда один из них, громадного роста и очень сильный, который был главным тюремщиком, сказал:

— Оставьте его мне. Я посажу его к тем, кто там уже сидит. Взяв топор и щит, он направился к Амадису и закричал:

— Если ты сомневаешься, стоит ли тебе умереть, бросай оружие! Если нет, то этот топор сейчас принесет тебе смерть!

Услышав, что ему угрожают, Амадис пришел в ярость и отвечал:

— Я тебя не боюсь, хотя ты и большого роста и сильный!

Они подняли топоры и с силой опустили их. Тюремщик ударил Амадиса сверху по голове и разрубил гребень его шлема. Амадис же так глубоко вонзил топор в его щит, что не смог вытащить обратно. Тогда тюремщик отшвырнул свой щит вместе с его топором подальше в сторону и снова бросился на него. Но Амадис поднял свой меч и перерубил топорище его топора. Тюремщик, который был очень сильным, решил схватить его руками и опрокинуть, но и Амадис обладал такой силой, какой не было ни у кого другого. Он нанес противнику столь могучий удар мечом по голове, что тому больше незачем было бы обращаться к врачу.

Тут на Амадиса бросились подоспевшие на шум все остальные стражники, но он, вложив меч в ножны, вытащил топор, застрявший в щите тюремщика, и тоже атаковал нападавших. Сокрушительными ударами он свалил на землю двоих, а остальные, увидев это, так перепугались, что упали на колени и стали просить сделать милость и не убивать их.

— Тогда положите оружие, — сказал Амадис, — и покажите мне тех людей, что стонали и плакали.

Они унесли топоры и щиты и сразу же вернулись к нему. У одной маленькой камеры он услышал плач и вздохи и спросил:

— Кто здесь заключен?

— Сеньор, — отвечали стражники, — это одна женщина, которая очень страдает.

— В таком случае, откройте дверь, — приказал он.

Один из стражников, достав ключ, отпер громадный замок, и Амадис, распахнув дверь, увидел прекрасную молодую женщину, прикованную к стене толстой железной цепью. Он велел снять с нее оковы и, взяв ее за руку, вывел в подземный дворец. Потом, освещая себе путь свечами, они поднялись по ступенькам до выхода в загон для скота и увидели, что большая часть ночи уже прошла и светит ясная луна. Увидев небо и вдохнув свежий воздух, женщина едва не лишилась от волнения чувств. Ведь она так долго была лишена этого! Амадис взял ее за руку и отвел туда, где оставил карлика и Гандалина, однако никого там не обнаружил. Вдруг он услышал чей-то голос и, направившись туда, увидел карлика, подвешенного к балке. Под беднягой был разведен огонь, от которого поднимался дым с удивительно противным запахом. Неподалеку он нашел и Гандалина, привязанного к столбу и пытавшегося развязать веревку.

— Сеньор, — сказал Гандалин, — помогите сначала карлику: он очень страдает.

Амадис так и сделал. Поддерживая несчастного рукой, он перерубил мечом веревку и опустил его на землю, а затем освободил оруженосца. Гандалин показал постройку, куда увели их коней. Амадис пошел туда и, сломав запор, вывел их во двор. Приблизившись к выходу из замка, они увидели, что подвесные ворота опущены и выйти невозможно. Тогда они возвратились в загон для скота и дождались там утра.

На рассвете Амадис увидел в одном из окон замка рыцаря, который спросил его:

— Это вы — тот, кто убил моего тюремщика и других моих людей?

Амадис сразу же догадался, что перед ним Аркалаус, и тоже задал ему вопрос:

— А вы — тот, кто предательски убивает рыцарей и ввергает в темницу невинных людей?

— Вы еще не знаете всего, на что я способен, — сказал рыцарь, — но скоро вы об этом узнаете.

Он скрылся в окне. Прошло немного времени, и они увидели, как он въезжает в загон в полном вооружении на громадном коне. Если не считать великанов, то это был один из самых высоких рыцарей на свете. Не могло быть ни малейшего сомнения, что он отличался недюжинной силой. Низко опустив копье, он бросился на Амадиса, а Амадис на своем коне помчался ему навстречу. От удара о щит копье Аркалауса разлетелось на куски. Кони столкнулись с такой силой, что оба всадника упали на землю в разные стороны. Однако они тут же вскочили на ноги и, выхватив мечи, смело и неудержимо атаковали друг друга. Началась жестокая битва, не увидев которой, невозможно даже представить, какой яростной она была. Оба были могучими и отважными, и бой продолжался очень долго. Наконец, Аркалаус отскочил в сторону и сказал:

— Рыцарь, мы сражаемся не на жизнь, а на смерть. Скажите мне ваше имя, чтобы я знал, над кем одержу победу.

— Кто из нас победит — это мы еще посмотрим, — отвечал Амадис. — А зовут меня Амадис Гальский. Я рыцарь королевы Брисены.

Аркалаус снова поднял щит и меч, и они опять принялись наносить друг другу сокрушительные удары. Скоро все вокруг было усеяно обломками щитов и кольцами кольчуг. Битва продолжалась уже несколько часов, и вот, чувствуя, что потерял уже большую часть своей силы, Аркалаус бросился к Амадису, собираясь ударить его сверху по шлему, но, не сумев удержать меч, выронил его на землю. Он тут же нагнулся, чтобы поднять его, но Амадис изо всех сил ударил его так, что он упал, упершись руками в землю, а когда поднялся, Амадис новым ударом по шлему совершенно ошеломил его. Чувствуя близость смерти, волшебник со всех ног бросился к замку, откуда явился. Амадис — за ним. Ворвавшись внутрь, Аркалаус забежал в комнату, у дверей которой стояла женщина, наблюдавшая за их битвой. Там он схватил меч и сказал Амадису:

— Ну, теперь входи и сразись со мной!

— Лучше выйди наружу, и мы сразимся на просторе, — предложил Амадис.

— Не хочу! — отвечал Аркалаус.

Тогда Амадис, подняв щит, вошел в комнату, но едва захотел взмахнуть мечом, как сразу же лишился всей своей силы и без чувств, словно мертвый, упал на пол. Аркалаус снял с него доспехи и надел на себя.

В полном вооружении волшебник прошел в загон для скота, и все поняли, что он победил Амадиса. Взяв женщину за руку, он отвел ее туда, где был Амадис, и сказал:

— Посмотрите на этого несчастного. Теперь вам придется поискать кого-нибудь другого, кто вызволил бы вас отсюда.

Она горько заплакала, а волшебник, вернувшись в загон для скота, велел заключить в ту мрачную темницу Гандалина и карлика. После этого Аркалаус сел на коня Амадиса и, взяв с собой трех оруженосцев, направился туда, где был король Лисуарте.

 

Глава 10. Как Амадис был освобожден от колдовства Аркалауса, и как он выпустил из темницы всех пленников

Как вы уже слышали, едва войдя в комнату, где был Аркалаус, и не успев еще взмахнуть мечом, Амадис сразу же лишился всей своей силы и без чувств, словно мертвый, упал на пол.

Прошло немного времени, и в двери вошли две неизвестные девушки со множеством горящих свечей в руках. Под мышкой у одной была небольшая шкатулка Увидевшие их женщины не могли ни сказать им что-нибудь, ни сдвинуться с места. Девушки расставили свечи по углам, и та, что несла шкатулку, достала из нее толстую книгу и принялась громко читать. Какой-то, неведомо чей голос два или три раза отвечал что-то, понятное только ей. Так она читала некоторое время, и ей стали отвечать из глубины комнаты уже несколько голосов, и скоро их уже слышалось, наверное, не менее сотни. И тут женщины увидели, что книга, словно подхваченная ветром, взлетела, переворачиваясь, к потолку и упала к ногам одной из девушек. Та подняла ее и, разорвав на четыре части, отнесла к стоявшим по углам свечам и подожгла. Затем, вернувшись туда, где лежал Амадис, она взяла его за правую руку и сказала:

— Вставайте, сеньор! Ведь вы пролежали уже долго!

Амадис поднялся и воскликнул:

— Пресвятая Дева! Что со мной? Я, кажется, едва не умер!

— Воистину, сеньор, — отвечала девушка, — такой человек, как вы, не должен сейчас умереть, потому что вашей рукой еще должны быть сражены те, кто этого заслуживает.

Не сказав больше ни слова, обе девушки повернулись и удалились туда, откуда пришли.

Амадис спросил, что с ним сделал Аркалаус, и пленница, которую он освободил, рассказала, как он был околдован, и обо всем, о чем говорил Аркалаус, — как волшебник отправился в его доспехах и на его коне ко двору короля Лисуарте, чтобы объявить о своей победе.

— Я хорошо чувствовал, когда он снимал с меня доспехи, но был как бы во сне, — вспомнил Амадис.

Он тут же взял доспехи Аркалауса, лежавшие в комнате, и надел их, а затем спросил, что стало с Гандалином и карликом.

Ему объяснили, что их заключили в темницу. Тогда Амадис вышел из дворца и пошел в загон для скота.

Увидев его в полном вооружении, люди Аркалауса разбежались во все стороны, а он сразу же направился туда, где были заключены пленники. Спустившись в подземный дворец, он прошел дальше и очутился в темнице, где сидело множество узников. Это было очень узкое подземелье длиной более ста саженей и шириной в полторы сажени. Ни свет, ни свежий воздух туда не могли проникнуть. Неудивительно, что были люди, у которых не хватило сил это перенести. Амадис вошел в дверь и позвал Гандалина. Тот был чуть жив и не сомневался, что его господин погиб. Услышав теперь голос отважного рыцаря, верный оруженосец подумал, что это какое-то колдовство, и ничего не ответил. Амадис опечалился еще больше и, обратившись к остальным пленникам, спросил:

— Скажите, ради Бога, жив ли оруженосец, которого бросили сюда?

Карлик узнал голос Амадиса и откликнулся:

— Сеньор, это я — ваш карлик Ардиан. Мы лежим здесь и оба живы.

Амадис очень обрадовался. Вернувшись в подземный дворец, он взял лежавшие возле светильника свечи, зажег их и, снова пройдя в темницу, увидел Гандалина и карлика и сказал:

— Гандалин, выходи! А за тобой пусть выйдут все другие, чтобы здесь не осталось никого!

Он снял цепь с Гандалина, который был с краю, а потом с карлика и всех остальных узников. Их оказалось сто пятнадцать, и среди них тридцать рыцарей.

Все вышли из подземелья и, увидев небо и солнце, возблагодарили судьбу за то, что им удалось вырваться из столь ужасного места. Амадис смотрел на них с болью в сердце. Многие были настолько измождены, что походили скорее на мертвых, чем на живых. Среди них, хотя лишения тоже отложили на нем свой отпечаток, обращал на себя внимание один довольно высокий и хорошо сложенный мужчина. Он подошел к Амадису и спросил:

— Сеньор, откройте нам имя того, кто освободил нас из жестокого плена и вызволил из ужасного мрака.

— Сеньор, я вам скажу об этом очень охотно, — отвечал тот. — Знайте же, что меня зовут Амадис Гальский. Я сын короля Периона и из дома короля Лисуарте — рыцарь королевы Брисены, его супруги.

— Так я тоже из этого дома! — воскликнул рыцарь. — А мое имя — Брандойбас.

— Друзья! — обратился Амадис к тем, кого освободил. — Пусть теперь каждый из вас идет туда, куда ему нравится. Так будет лучше всего,

После этого все разошлись, и каждый отправился туда, куда мог и куда ему было нужно. Брандойбас взял женщину, которую Амадис освободил еще ночью, и вместе с нею решил поехать ко двору короля Лисуарте.

— А что прикажешь делать с тобой? — спросил Амадис карлика Ардиана.

— Сеньор, — отвечал он, — если вы мне позволите, я хотел бы служить вам и никогда с вами не разлучаться.

Амадис согласился.

 

Глава 11. Как Аркалаус принес ко двору короля Лисуарте весть о том, что Амадис погиб, и какой великий плач поднялся там из-за этого, и как явился туда Брандойбас

Оставив Амадиса там, где его околдовал, Аркалаус уехал на его коне, надев его доспехи, и через десять дней утром, когда только еще взошло солнце, явился ко двору короля Лисуарте. В это время король в сопровождении большой свиты сел на коня и выехал в лес перед дворцом. Заметив приближающегося Аркалауса и узнав коня и доспехи, все подумали, что это Амадис. Очень обрадованный, король направился к нему. Однако, приблизившись, все увидели лицо и руки волшебника и с удивлением поняли, что это не тот, кого они надеялись встретить. Аркалаус подъехал к королю и сказал:

— Сеньор, я явился сюда, чтобы иметь удовольствие рассказать вам, что убил в битве одного рыцаря. Воистину, я испытываю от этого некоторое сожаление, но так уж мы с ним заранее договорились, что побежденный непременно должен будет умереть. Меня это очень печалит, потому что он сказал, ч то был рыцарем королевы. Его звали Амадис Гальский, а мое имя — Аркалаус.

Сказав так, волшебник, боясь гнева короля и всех остальных, повернул коня и ускакал прочь.

Совершенно подавленный, охваченный глубокой печалью, вернулся король во дворец. Новость быстро разнеслась повсюду, достигнув и покоев королевы. Женщины, услышав, что Амадис погиб, начали громко плакать, потому что все его очень любили и уважали. Ориана была в своей комнате и послала Девушку из Дании узнать, что за причина вызвала такой плач. Девушка вышла и, когда ей сказали о том, что случилось, возвратилась, безутешно рыдая.

— Ах, сеньора! — воскликнула она, посмотрев на Ориану.

— Какое горе, какое величайшее несчастье!

Вся содрогнувшись, та спросила:

— Неужели что-то произошло с Амадисом?

— Да, он умер! — подтвердила Девушка.

Сердце Орианы замерло, и она без чувств упала на пол.

Увидев это, Девушка перестала плакать и поспешила к Мабилии, тоже охваченной страшным горем.

— Сеньора Мабилия, — обратилась к ней Девушка, — помогите моей госпоже! Иначе она умрет!

Хотя ее собственные страдания были так велики, что больше и представить себе невозможно, Мабилия тут же захотела сделать все, что будет в ее силах, чтобы помочь несчастной. Приказав Девушке запереть дверь комнаты, чтобы их никто не увидел, она подошла к Ориане и, положив ее голову себе на колени, стала брызгать ей в лицо холодной водой. Скоро та понемногу начала приходить в себя и, как только смогла говорить, воскликнула, заливаясь слезами:

— О, подруги! Ради Бога, не мешайте моей смерти!

После этого она снова лишилась чувств, так что все подумали, что она умерла. Ее чудесные волосы распустились и разметались по полу, а руки прижались к сердцу. Собрав все силы, Мабилия вместе с Девушкой из Дании подняла Ориану и уложила в свою постель. Затем она снова взяла воду и брызнула ей в лицо и на грудь, заставив немного прийти в себя и открыть глаза.

— Ах, сеньора, — сказала она, — как неразумны вы, что чуть не умерли, получив столь сомнительные вести, какие принес тот рыцарь, и не зная истинной правды. Возможно, что все случилось не так, как он говорит. Ведь он мог попросить у вашего друга его оружие и коня, а может быть, украсть их.

Ориане, у которой еще не было сил, чтобы отвечать, все же удалось немного взять себя в руки.

Так, как вы слышали, прошел весь тот день. Девушка из Дании говорила всем, будто Мабилия охвачена столь большим горем, что Ориана, опасаясь, как бы она не умерла, не решается оставить ее одну. Пришла ночь, и они очень тяжело провели ее. Ориана много раз падала в обморок, и Мабилия и Девушка из Дании думали, что ей не дожить до зари: настолько она, отрешившись от всего, что делалось вокруг, была погружена в свои тяжкие думы, и сердце ее было охвачено невыносимым страданием.

Но наступил следующий день, и в час, когда у короля Лисуарте собрались накрывать столы для завтрака, в двери дворца вошел Брандойбас. Он вел за руку ту женщину, которую первой освободил Амадис из темницы. Все, кто их знал, очень обрадовались, потому что долгое время ни о нем, ни о ней не было никаких вестей.

— Добро пожаловать, Брандойбас! — сказал король. — Почему вы задержались так надолго? Всем нам очень хотелось, чтобы вы были с нами!

— Сеньор, — отвечал Брандойбас, — я был заключен в ужасную темницу, откуда никогда не смог бы выйти, если бы не славный рыцарь Амадис Гальский. Он оказал милость и вызволил меня и эту даму и многих других, совершив с оружием в руках то, что не удалось бы никому другому. Он сам чуть было не погиб из-за неслыханного коварства злодея Аркалауса, но был спасен двумя девушками, которые, должно быть, очень его любят…

Услышав это, король тут же встал из-за стола и спросил:

— Друг, скажите, жив ли Амадис?

— На то, о чем вы спрашиваете, сеньор, — сказал он, — я отвечу утвердительно. Прошло всего десять дней с тех пор, как я оставил его живым и здоровым. Но почему вы спрашиваете об этом?

— Потому что вчера сюда явился Аркалаус и сказал, что убил его, — объяснил король и рассказал о том, о чем мы уже говорили.

— Ах, какой злодей и предатель! — воскликнул Брандойбас. — Он оказался еще хуже, чем о нем думали!

И он рассказал королю и всем остальным о том, что произошло между Амадисом и Аркалаусом, не упустив ничего, как о том вы уже слышали раньше.

Король и все остальные, кто там был, так обрадовались, что больше и быть не могло. Он велел проводить женщину к королеве, чтобы и та узнала добрые вести о своем рыцаре. Королева и другие дамы приняли ее с большой любовью и очень обрадовались хорошей новости, которую она принесла. Девушка из Дании, услышав, что она рассказала, как можно быстрее поспешила к своей госпоже, и Ориана вернулась от смерти к жизни, от великой печали к великой радости.

А сейчас история прерывает повествование о них и возвращается к дону Галаору, о котором мы уже давно не вспоминали и ничего не говорили.

 

Глава 12. Как дон Галаор встретился с одним рыцарем, и что из этого вышло

Победив великана Альбадана, дон Галаор решил отправиться странствовать по свету и пустился в путь, куда вела его судьба. В полдень, миновав дремучий лес, он достиг долины и увидел там вооруженного рыцаря, сидевшего возле ручья. Рядом с ним не было коня, и это очень удивило дона Галаора.

— Сеньор, почему вы пришли сюда пешком? — спросил он рыцаря.

— Сеньор, — отвечал тот, — я ехал через этот лес, и на меня напали какие-то люди. Они убили моего коня, и мне пришлось идти дальше пешком. Я очень устал, и мне будет очень трудно вернуться в свой замок.

— Я могу предложить вам сесть на лошадь моего оруженосца, а он сядет позади вас на ее круп, — предложил Галаор.

— Вы очень любезны, — поблагодарил его рыцарь. — Но прежде чем мы уедем отсюда, я хотел бы, чтобы вы узнали о замечательном свойстве этого ручья. Во всем мире не найдется настолько сильного яда, который был бы способен противостоять целебной силе его воды. Не раз случалось, что сюда прибегали звери, которые отравились чем-нибудь, и, напившись, сразу же исцелялись. Все окрестные жители приходят сюда, чтобы избавиться от болезней.

— Воистину, это большое чудо — то, о чем вы рассказали! — воскликнул дон Галаор. — Я хочу попробовать эту воду.

Он спешился и сказал оруженосцу:

— Сойди с коня, и давай попьем.

Оруженосец так и сделал, повесив оружие на дерево.

— Подходите и вы попить, — пригласил рыцарь дона Галаора, — а я подержу вашего коня.

Тот склонился над ручьем и принялся пить, а тем временем рыцарь надел его шлем, взял его щит и копье и, вскочив на его коня, сказал:

— Дон рыцарь, я поехал, а вы оставайтесь здесь, пока не обманете еще кого-нибудь.

Галаор в это время пил из ручья и, подняв голову, увидел, что рыцарь удаляется. Не раздумывая долго, он сел на лошадь, которая везла его оружие, и поскакал догонять рыцаря. Скоро он достиг места, где дорога разветвлялась, и, не зная, в какую сторону направиться, остановился. Вдруг он увидел, что по одной из дорог навстречу ему очень спешит какая-то девушка на лошади. Подождав, пока она не оказалась совсем рядом, он спросил:

— Девица, вы случайно не видели рыцаря на буланом коне с белым щитом, на котором изображен алый цветок?

— А для чего вы хотите об этом узнать? — поинтересовалась она.

— Это оружие и конь принадлежат мне, — объяснил Галаор.

— Я хотел бы их вернуть, если сумею, потому что он взял их у меня самым недостойным образом.

И он рассказал ей о том, что с ним недавно случилось.

— Если вы согласитесь сделать мне подарок, я сведу вас с ним, — предложила девушка.

Галаору очень хотелось поговорить с рыцарем, и он согласился.

— Тогда следуйте за мной, — сказала девушка и, повернув туда, откуда явилась, поехала по дороге.

Галаор последовал за ней. Лошадь, на которой он сидел вместе с оруженосцем, не могла бежать слишком быстро, и они все больше и больше отставали от опередившей их девушки. Скоро они потеряли ее из виду и так ехали довольно долго, но вдруг, миновав рощу, где были очень густые заросли, увидели, что она едет им навстречу. Галаор поспешил к ней.

Надо вам сказать, что тот рыцарь, которого он встретил у ручья, был другом той девушки, и сейчас она ехала, собираясь снова обмануть его. Дело в том, что, вернувшись к своему другу, она сказала, что ведет Галаора, надевшего другие доспехи. Рыцарь, как был, в полном вооружении, спрятался в шатер и сказал девушке, чтобы она привела Галаора к нему: тогда он сможет, не подвергаясь опасности, неожиданно напасть на него и, без труда одержав победу, посмеяться над ним. Подъехав к шатру, Галаор сошел с лошади и хотел войти внутрь, но рыцарь встретил его у входа и предупредил:

— Здесь вам придется отдать мне еще одни доспехи или умереть!

Подняв меч, он хотел опустить его на Галаора, но тот ловко уклонился в сторону. Столь же напрасной оказалась и вторая попытка рыцаря сразить противника. Галаор же так ударил его мечом сверху по шлему, что он упал на колени. Тогда Галаор схватил его шлем и, напрягая все силы, сорвал его с головы и отбросил прочь. Девушка быстро, как только могла, подбежала и закричала:

— Остановитесь, рыцарь! Пусть это и будет тем подарком, который вы мне обещали!

Но охваченный яростью Галаор так ударил его мечом, что ему уже незачем было бы обращаться к врачу.

— Ах, рыцарь! — закричала девушка. — Теперь я стану повсюду говорить, что ты не сдержал своего слова, и буду позорить тебя, где только сумею. Ты еще отдашь за его жизнь свою. Хоть у тебя много сил, их не хватит для того, чтобы помешать мне.

Галаор сел на своего коня, а оруженосец взял его оружие, и они уехали прочь. Однако через некоторое время, оглянувшись назад, они увидели, что девушка едет за ними. Он подождал ее и, когда она нагнала их, спросил:

— Сеньора девица, куда вы хотите направиться?

— С вами, — отвечала она. — Я буду преследовать вас до тех пор, пока вы не дадите мне подарок, который обещали, и сделаю так, чтобы вы умерли.

— Было бы лучше, — сказал дон Галаор, — если бы вы согласились, чтобы я как-то по-иному загладил свою вину перед вами. Пожелайте еще что-нибудь, но только не это.

— Другого возмездия не будет, — возразила она. — Вы должны умереть. Иначе я буду повсюду говорить, что вы предатель и лгун.

Галаор продолжил свой путь, а девушка поехала за ним, думая лишь о том, как бы отомстить ему.

 

Глава 13. О том, что случилось с Амадисом в замке, где жили пожилая дама и прелестная девочка

А здесь история снова возвращается к рассказу об Амадисе. Покинув замок Аркалауса, он проехал через лес и, очутившись на равнине, увидел вдали очень красивый, хорошо укрепленный замок. По равнине медленно двигалась карета, великолепней которой ему никогда не приходилось встречать. В нее были запряжены двенадцать лошадей. Сверху карету закрывала алая парча, так что было невозможно рассмотреть, что делается внутри. Спереди, сзади и по бокам на прекрасных конях гарцевали восемь вооруженных рыцарей. Амадис тут же направился к ним, желая узнать, кто там едет. Но едва он приблизился, как к нему подскакал рыцарь и сказал:

— Вернитесь назад, сеньор, и не будьте настолько дерзки, чтобы подойти сюда.

— Я не причиню никакого зла, — обещал Амадис.

— Нет, — возразил рыцарь, — потому что вы недостойны видеть то, что там находится.

И тут два рыцаря, ехавшие перед каретой, атаковали Амадиса, но он своим копьем сбросил их обоих на землю. Их кони после этого сразу же ускакали прочь. Та же участь постигла еще четверых. Оставшиеся двое тоже попытались вступить с ним в бой. Однако он ударил одного из них мечом сверху по шлему, и несчастный, лишившись чувств, как и другие, вылетел из седла. Последний рыцарь в испуге повернул коня и обратился в бегство.

Амадис приблизился к карете и, приподняв парчу, увидел внутри мраморную фигуру короля с короной на голове и в королевском одеянии. Корону сверху донизу и голову по самую шею пересекала большая трещина. Рядом с фигурой сидели пожилая дама и девочка, которая показалась ему самой прелестной из всех, каких он только встречал за все дни своей жизни.

— Сеньора, — обратился он к даме, — почему лицо у этой фигуры расколото?

Но дама не пожелала отвечать, и он последовал за каретой. Скоро они приблизились к замку и въехали через распахнутые ворота на широкий двор. Дама и девочка вышли из кареты и удалились в высокую башню. Двери за ними тут же закрылись, а карета уехала. Амадис решил осмотреть двор и вдруг услышал шум и громкие крики. Оглянувшись, он увидел, что к нему приближаются вооруженные рыцари на конях и другие люди, идущие пешком.

— Остановитесь, рыцарь, и сдавайтесь, иначе погибнете! — кричали они.

— Воистину, — отвечал он, — по своей воле я никогда и ни за что не сдамся!

Он опустил забрало, но не успел еще взять щит, как на него со всех сторон обрушились частые и сильные удары. Скоро он лишился коня, однако упорно продолжал защищаться, повергая к своим ногам тех, кто осмеливался подойти слишком близко. Чувствуя напор множества нападавших, он прорвался под навес, который закрывал загон для скота, и там, отражая удары, показывал чудеса. Когда он увидел, что карлик и Гандалин захвачены в плен, сердце его преисполнилось еще большего желания выстоять. Однако нападавших на него было слишком много, и они наносили удары со всех сторон, заставляя его порой падать на колени. Казалось, что ничто уже не позволит ему избежать смерти. Ведь даже взяв в плен, они ни за что не оставили бы его живым, потому что он сразил насмерть не менее шести противников и многих тяжело ранил.

Но тут к нему неожиданно пришло спасение. Надо вам сказать, что у прелестной девочки, которая жила в замке, были два льва. Это были очень свирепые звери, сидевшие на цепи. Только одна служанка, которая их кормила, осмеливалась приблизиться к ним. Девочка наблюдала из окна за битвой, и ей стало очень жаль храброго рыцаря, над которым нависла большая опасность. Она позвала служанку и велела ей спустить львов с цепи. Так и было сделано, и львы оказались на свободе. Люди, нападавшие на Амадиса, увидев это, бросились врассыпную, но некоторым все же не удалось спастись от острых и крепких зубов и когтей хищников. Кто смог, убежал на стены или в башню, а львы хватали тех, кто попадался им на пути. Поняв, что он свободен, Амадис как можно быстрее выбежал за ворота замка и запер их за собой, львы же остались внутри. Они бегали по двору из стороны в сторону и, пытаясь выйти, бросались на ворота. Люди в башне и на стенах не осмеливались спуститься к ним. Даже служанка, которая ухаживала за львами, не отваживалась ступить за дверь: настолько они были свирепыми и страшными.

Те, что остались в замке, не знали, как быть, и решили, что дама должна попросить рыцаря открыть ворота и выпустить страшных зверей. Они надеялись, что для женщины он это сделает скорее, чем для любого другого. Помня о том, как был обижен рыцарь, она долго не осмеливалась просить у него милости, но, наконец, не видя иного выхода, подошла к окну над воротами и сказала:

— Сеньор рыцарь, мы, хотя так плохо поступили с вами, просим у вас прощения и умоляем открыть ворота, чтобы львы могли выйти.

Однако Амадис не пожелал сделать ей такую любезность. Дама со слезами отошла от окна, и там показалась прелестная девочка.

— Сеньор рыцарь, — сказала она, — здесь есть и те, кто не виноват в причиненном вам зле и заслуживает милости.

Амадис был восхищен ее красотой и спросил:

— Прелестная подруга, вы желаете, чтобы я открыл ворота?

— Буду вам очень благодарна, — отвечала она.

Он пошел открывать, но она остановила его и сказала:

— Сеньор рыцарь, подождите, не делайте ничего, пока я не договорюсь, чтобы никто из тех, кто сейчас здесь, не напал на вас.

Через некоторое время она снова выглянула из окна и сообщила, что теперь все в порядке. Амадис попросил, чтобы ему сбросили сверху палицу и щит. Это сейчас же было исполнено. Взяв их, он пошел открывать запор. Львы, почувствовав близость свободы, бросились к воротам и, как только они открылись, быстро убежали прочь и скрылись в поле. Амадис, прижавшись к стене, подождал, пока они не исчезли из виду, и лишь потом вошел в замок.

Скоро дама и все ее люди спустились вниз и направились к нему. На этот раз встреча была очень доброй. Ему тут же привели Гандалина и карлика.

— Сеньор, — сказала дама, — отдохните здесь, потому что уже поздно. А утром мы вам дадим коня и все, что вам будет нужно.

— Скажите мне, сеньора, почему у фигуры, которую я видел в карете, была расколота голова? — спросил он.

Тогда дама, усадив рядом с собой прелестную девочку и приказав всем остальным удалиться, сказала:

— Сеньор рыцарь, та каменная фигура, которую вы видели в карете, сделана в память об отце этой прелестной девочки. Он был королем и во время одного из праздников сидел с короной на голове на своем королевском троне. Неожиданно появился его младший брат по имени Абисеос и сказал: «Я думаю, что на моей голове эта корона будет смотреться ничуть не хуже: ведь я тоже— сын короля». Выхватив меч, спрятанный у него под плащом, он ударил сверху по короне и разрубил голову королю так, как это видно на каменной фигуре. Заранее обдумав, как совершить такое злодеяние, он привел с собой очень много своих рыцарей и с их помощью захватил все королевство. Единственной наследницей прежнего короля была эта девочка, которую зовут Бриоланха. Я прихожусь ей теткой, она — моя племянница. Один пожилой рыцарь, верный ее отцу, когда случилось то, о чем я рассказала, тайно увез ее в этот принадлежащий мне замок. После этого я велела сделать фигуру убитого короля, каждый день ставить ее в карету и выезжать с ней с поле. Я поклялась никому не показывать эту фигуру, и увидеть ее можно только силой оружия. Того же, кому это удастся, я хочу попросить отомстить за совершенное великое злодеяние и вернуть девочке принадлежащее ей по праву королевство.

— Хорошо, — сказал Амадис, — я мог бы принять ваше предложение.

— Но я должна вас предупредить, — продолжала дама, — что Абисеос всегда сражается вместе с двумя своими сыновьями — Дарасионом и Драмисом. Во всякий бой они вступают только втроем. Поэтому я поищу еще двух рыцарей, которые могли бы помочь вам в битве с ними. Сейчас вы можете быть свободны, а приезжайте сюда через год. За это время я надеюсь найти вам достойных товарищей по оружию.

— Я с удовольствием так и сделаю, — согласился Амадис. — Но не утруждайте себя поисками рыцарей. Я сам позабочусь о том, чтобы в тот же срок привести сюда тех, кто очень хорошо поддержит столь правое дело.

Он так сказал, потому что надеялся найти своего брата дона Галаора и Аграхеса, чтобы вместе отомстить за смерть короля.

Переночевав в замке, наутро он снова отправился в путь.

— А как называется страна, которой по праву должна владеть Бриоланха? — спросил он на прощанье.

— Собрадиса, — объяснили ему.

 

Глава 14. Как Амадис покинул замок той дамы, и о том, что случилось с ним по дороге

Расставшись с дамой и прелестной девочкой Бриоланхой, Амадис отправился своей дорогой и через некоторое время, не встретив никаких приключений, достиг дремучего леса. Вдруг карлик, обогнавший остальных, увидел, что навстречу ему едут рыцарь и девушка. Когда они были уже совсем рядом, рыцарь выхватил меч и поскакал к карлику, намереваясь сразить его. Тот со страха свалился с коня и закричал:

— Ах, сеньор, меня убивают! Спасите меня!

Услышав это, Амадис подъехал как можно скорее и спросил:

— Что такое, сеньор рыцарь? Вы поступаете недостойно, поднимая руку на столь несчастное создание. К тому же карлик едет со мной, и я не допущу, чтобы его обидели. Не трогайте его, иначе мне придется встать на его защиту.

Взяв оружие и прикрывшись щитами, они помчались друг другу навстречу так быстро, как только могли их кони. Ударившись с большой силой, оба с грохотом упали в разные стороны, но тут же вскочили на ноги и взялись за мечи. Битва была настолько жестокой и яростной, что не нашлось бы никого, кто, глядя на нее, не пришел бы в ужас. И тот и другой подумал, что никогда ему еще не приходилось встречать такого могучего противника. Прошла уже большая часть дня, а они все наносили и наносили друг другу сокрушительные удары. Щиты у обоих были изрублены со всех сторон и от них отвалились большие куски, были измяты и пробиты их латы и шлемы. Совершенно изможденный рыцарь отскочил в сторону и сказал Амадису:

— Сеньор, не нужно вам больше страдать и так трудиться ради этого карлика. Отдайте его мне, я вам за него заплачу, сколько вы пожелаете.

— Нет, — отвечал Амадис, — этого не будет никогда!

Взяв щит и меч, он снова атаковал рыцаря, и они опять принялись наносить друг другу могучие удары.

В это время мимо проезжал рыцарь в полном вооружении. Увидев столь жаркую битву, он спросил девушку, не знает ли она, кто эти рыцари.

— Прекрасно знаю, — отвечала она, — потому что это я заставила вступить их в единоборство и, каким бы ни был конец, все равно останусь очень довольна. Мне очень хотелось бы, чтобы или тот или другой погиб, а еще лучше, если оба. Дело в том, что одного из них, как никого на свете, не любит мой дядя Аркалаус. Его имя — Амадис. А второй — его брат дон Галаор. Он убил моего друга и согласился сделать мне подарок. Я еду с ним, чтобы попросить у него то, что принесет ему смерть. Узнав во встречном лучшего рыцаря в мире, я велела Галаору отнять у Амадиса карлика и таким образом сделать мне обещанный подарок. Теперь они оба изранят друг друга до смерти и тем доставят мне великую радость и удовольствие.

Услышав об этом, рыцарь так быстро, как только мог его конь, помчался к сражающимся и закричал:

— Остановитесь, сеньор Амадис, потому что перед вами ваш брат дон Галаор, которого вы ищете!

Они перестали наносить удары и, сняв шлемы, узнали друг друга.

Этого рыцаря, который уберег их от верной гибели, звали Балаис. У него был неподалеку замок, известный под названием Карсанте, и поэтому все называли его Балаисом из Карсанте. Он был одним из тех, кого Амадис вызволил из ужасной темницы в замке Аркалауса, и сейчас очень обрадовался случаю оказать услугу своему спасителю.

 

Глава 15. Как король Лисуарте задумал устроить большое празднество, и о том, что с ним при этом случилось

Добрые вести о том, что Амадис разыскал своего брата дона Галаора, очень скоро дошли до короля Лисуарте. Как раз в это время он задумал устроить большое празднество, подобного которому никогда не было в Великой Британии. Он велел пригласить всех знатных особ своего королевства явиться к нему в первых числах сентября. Все при дворе радостно обсуждали, что их ждет на празднике. И вот однажды случилось так, что, когда король и все его придворные собрались в большом зале, во дворец пришла никому не известная девушка в сопровождении юного пажа и спросила, где здесь король.

— Это я, — отвечал он.

— Да, в самом деле, вы похожи на короля, — сказала она. — Но я не знаю, обладаете ли вы теми достоинствами, которые подобают королю. Мне хотелось бы испытать вашу твердость и мужество вашего сердца.

— Я всегда готов к такому испытанию! — воскликнул, не подумав, король.

— Сеньор, — сказала девушка, — вы ответили так, как я хотела. Так запомните же слово, которое вы мне дали при стольких добрых людях, потому что я желала бы испытать мужество вашего сердца, когда мне это будет нужно. Говорят, будто вы хотите устроить в Лондоне большое празднество, и там соберутся многие славные люди. Я хотела бы посмотреть, в самом ли деле вы таковы, что достойны быть властителем столь великого королевства и таких замечательных рыцарей.

После этого девушка попрощалась и ушла, король же остался и продолжал беседовать с рыцарями. Но надо вам сказать, что там не было никого, кто не опечалился бы очень сильно из-за того разговора. Всем очень не понравилось, что король столь легкомысленно, совершенно не подумав, дал слово незнакомой женщине. Придворные очень боялись, как бы ему не пришлось подвергнуться большой опасности.

Они продолжали разговаривать, и тут в ворота въехали три рыцаря. Двое из них были вооружены, третий же был без оружия и держал в руках небольшую шкатулку. Они сошли с коней и вошли туда, где был король.

— Я слышал, — сказал, обращаясь к нему, безоружный рыцарь, — что вы собираетесь устроить в Лондоне великое празднество. Там соберутся очень многие достойные люди, и я принес для вас то, что будет вам очень к лицу на таком торжестве.

Он раскрыл шкатулку и вынул из нее чрезвычайно искусно сделанную золотую корону, украшенную драгоценны ми камнями и бисером. Король долго смотрел на нее, и ему очень захотелось, чтобы она принадлежала ему.

— У этой короны, — продолжал рыцарь, — есть еще одно замечательное свойство. Дело в том, что слава того короля, который наденет ее себе на голову, станет все время расти, и так будет до самого дня его кончины. Если вы, сеньор, пожелаете, чтобы она стала вашей, я вам ее отдам. Но прежде вы должны обещать, что спасете мою голову, когда над ней нависнет угроза гибели.

Королева, сидевшая рядом, сказала:

— Воистину, сеньор, вам будет очень к лицу такое сокровище.

Поэтому дайте за нее все, что попросит рыцарь.

— А вы, сеньора, — обратился к ней рыцарь, — купите у меня прекрасную мантию, которую я принес. Если ее наденет замужняя женщина, то с того дня у этой женщины не будет никакого несогласия с мужем.

И он достал из шкатулки мантию, всю расшитую бисером и усеянную драгоценными камнями. На ней были изображены все птицы и звери, какие только есть на свете.

— Рыцарь, — сказала королева, — я вам дам за столь чудесную мантию то, что вы пожелаете.

А король добавил:

— Просите за корону и за мантию все, что вам будет угодно.

— Сеньор, — отвечал рыцарь, — сейчас у меня нет времени, чтобы задержаться и узнать, что стоят эти подарки. Но я буду у вас на празднестве в Лондоне, до тех же пор оставьте корону себе, а мантию королеве. Когда я вернусь, вы заплатите за них то, что я попрошу, или возвратите мне и то и другое. Король согласился. После этого все три рыцаря удалились, а у него остались корона и мантия.

 

Глава 16. Где речь идет о событиях, случившихся потому, что король обещал то, чего не следовало обещать

Когда время начала праздника было уже совсем близко, король Лисуарте со всеми рыцарями и королевой, сопровождаемой множеством дам, покинул Виндзор и направился в Лондон. Людей собралось столько, что сосчитать их было невозможно. Казалось, что они пришли сюда со всего мира. Среди них было немало молодых рыцарей в роскошных одеждах и дорогих доспехах и бесчисленное множество дочерей королей и других девушек самого знатного происхождения. По пути рыцари не раз устраивали в честь своих дам турниры и разные увеселения. Когда же они достигли Лондона, повсюду— и в королевском дворце, и на улицах, и за городом — начались игры и танцы.

На другой день утром король надел свое королевское одеяние, подобающее такому торжественному случаю, и велел, чтобы ему принесли оставленную рыцарем корону, а королеве дали бы надеть мантию. Королева открыла шкатулку, запертую на ключ, который был всегда с ней, и не увидела там ничего. Она была потрясена и послала сказать о пропаже королю. Он очень огорчился, но не показал виду, а, никому не говоря о том, что случилось, сразу же пошел к королеве и, отведя ее в сторону, спросил:

— Сеньора, как же вы хранили эти злосчастные вещи, которые были бы так нужны нам сейчас?

— Сеньор, — отвечала она, — я даже не знаю, что вам сказать, кроме того, что шкатулка была заперта, а ключ у меня и я не доверяла его никому. Но скажу вам еще, что этой ночью привиделось мне, будто явилась ко мне какая-то девушка и попросила показать ей шкатулку. Я, не просыпаясь, исполнила ее просьбу. Девушка попросила у меня ключ, и я ей его дала. Она вынула оттуда корону и мантию и, заперев шкатулку, положила ключ на место, где он был раньше, а затем, завернувшись в мантию и надев на голову корону, сказала мне с таким видом, словно мне должно было доставить большое удовольствие смотреть на нее: «Не пройдет и пяти дней, как тот и та, кому они будут принадлежать, станут царствовать вместо других». — «А кто они?» — спросила я. «В тот срок, о котором я сказала, вы об этом узнаете», — отвечала она и исчезла, унося корону и мантию. Я должна вам признаться, что не могу понять — то ли все это привиделось мне, то ли было на самом деле.

Король очень удивился.

Они вышли из шатра и пошли туда, где собрались все рыцари и дамы. И тут к ним приблизился рыцарь, который, как вы слышали, оставил им мантию и корону.

— Сеньор, — обратился он к королю, — почему я не вижу на вас и на королеве того, что я вам дал?

Король промолчал, не зная, что ответить, и рыцарь сказал:

— Меня очень радует то, что вы не заплатили за них, потому что я обязан вернуть и корону и мантию, которые вы у меня взяли. Прикажите, чтобы их принесли сейчас же. Я не могу задерживаться ни под каким видом!

Услышав это, король очень опечалился и отвечал:

— Рыцарь, ни короны, ни мантии я не могу вам отдать, даже если бы очень захотел, потому что лишился и того и другого. Мне очень жаль, что из-за меня вы должны будете пострадать.

— О, я, несчастный, я погиб! — воскликнул рыцарь.

И крупные слезы покатились у него по лицу и бороде, которая была подобна белой шерсти.

Королю стало его очень жаль, и он сказал:

— Рыцарь, не убивайтесь так: я сделаю все, что будет в моих силах, чтобы помочь вам. Просите, что я должен заплатить за них.

— Сеньор, — отвечал рыцарь, — видит Бог, что у меня раньше и в мыслях не было просить то, что я попрошу сейчас. Но если во всем мире нет другого средства для моего спасения, умоляю вас, не гневайтесь на меня, потому что иначе я не могу. Ах, я знаю, что вам будет очень тяжело исполнить мою просьбу, но еще тяжелее было бы такому человеку, как вы, нарушить свое слово. Мне очень трудно у вас просить, а вам будет еще тяжелее отдать.

— Все равно просите, — сказал король, — как бы дорого это ни стоило, я ничего не пожалею ради вас.

— Я вам очень благодарен, — сказал рыцарь, — но нужно, чтобы вы поручились, что, пока я остаюсь при вашем дворе, меня никто не тронет и не обидит за то, что я попрошу.

— Хорошо, я согласен, — обещал король.

— Сеньор, — сказал тогда рыцарь, — раз уж вы не вернули мне корону и мантию, я хочу, чтобы вы отдали за них вашу дочь Ориану!

Невозможно было опечалиться больше, чем опечалились все, кто там был и слышал это требование. Король тоже был потрясен до глубины души, однако не мог нарушить слово, которое дал, и поэтому сказал:

— Не огорчайтесь, потому что для меня лучше потерять дочь, чем не исполнить то, что обещал. Ведь от первого будет плохо лишь немногим, от второго же — всем. Люди должны быть уверены в честности своих властителей и знать, что тот, кто ими правит, никогда их не обманет, как бы тяжело ему ни пришлось. Вот почему я должен сдержать свое слово. И он тут же велел привести свою дочь. Когда королева и все дамы услышали об этом, их охватило такое горе, какого никогда не бывало на свете. Однако король приказал им не плакать под страхом потерять его любовь.

— Сейчас моей дочери подобает сделать то, что я велел, — сказал он. — Мое слово не может быть нарушено, и мое честное имя не должно пострадать.

Услышав о решении отца, Ориана лишилась чувств и едва не упала. Но рыцарь подхватил ее и передал одному из оруженосцев, который усадил ее в седло на громадного и резвого коня, а сам сел на круп, поддерживая ее сзади руками. Взяв с собой и Девушку из Дании, которой король приказал следовать за принцессой, они сразу же двинулись в путь. Король отправился проводить их, а двадцати рыцарям, пытавшимся поехать с ним, велел вернуться назад. Как только они выехали за ворота, к ним присоединился еще один рыцарь — громадного роста. Он уже приходил вместе с безоружным рыцарем раньше, когда королю принесли корону и мантию. Надо вам сказать, что это был волшебник Аркалаус. Он взял под уздцы коня Орианы.

Скоро они достигли леса и, не задерживаясь, поехали по нему очень быстро, пока не свернули в глубокую лощину. И тут король увидел, что к ним приближается та самая девушка, которой он недавно обещал показать мужество своего сердца. Она во весь опор скакала на лошади, и на шее у нее висел богато украшенный меч. В руках она держала копье.

— Сеньор, — сказала девушка королю, — я верю, что вы — самый справедливый король на свете. Так исполните же обещание, которое вы мне дали в свое время, и отомстите за смерть моего отца. Убивший его рыцарь едет сейчас через лес. Это самый вероломный человек на свете, и надо вам узнать, что он заколдован таким образом, что может умереть лишь тогда, когда самый высокочтимый человек во всем королевстве нанесет ему удар этим копьем, а затем — этим мечом. Я явилась сюда, чтобы вы сделали мне подарок и исполнили свое обещание. И еще я вам скажу: нужно, чтобы, когда вы отправитесь на этот поединок, вас не сопровождал ни один другой рыцарь.

— Ради Бога, — согласился король, — я сейчас же поеду с вами.

Он приказал подать ему оружие и быстро надел доспехи. Девушка попросила его оставить меч, который был у него прежде и мог считаться лучшим в мире, и взамен опоясаться тем, что она принесла. Он так и сделал и, снова сев на своего великолепного коня, повесил щит на ремне на шею. Девушка подала ему шлем и копье. Затем он отправился с ней, не позволив никому следовать за ними. Некоторое время они ехали по дороге, а потом девушка свернула в сторону. Скоро они увидели рыцаря в полном вооружении на громадном черном коне, с зеленым щитом и в шлеме такого же цвета.

— Сеньор, — сказала девушка, — вы видите рыцаря, о котором я говорила.

Король тут же взял копье и крикнул:

— Защищайтесь, злой и недостойный рыцарь!

Рыцарь опустил копье, и их кони помчались навстречу друг другу так быстро, как только могли. Копья ударились о щиты и тут же разлетелись на куски. При этом копье короля сломалось гак легко, что он даже не ощутил столкновения со щитом противника. Тогда они схватили мечи и опустили их друг другу сверху на шлемы. Меч рыцаря глубоко вонзился в шлем короля, у короля же переломился у самого эфеса, и клинок упал на землю. Король сразу же догадался, что его предали, а рыцарь стал наносить ему и его коню могучие удары со всех сторон. Поняв, что гибель неминуема, король схватил противника обеими руками и крепко сжал в своих объятиях. И рыцарь его тоже. Оба упали на землю, и рыцарь оказался внизу, выронив из рук меч. Король тут же схватил его меч и изо всех сил стал наносить сокрушительные удары.

Увидев это, наблюдавшая за битвой девушка громко закричала:

— Ах, Аркалаус, на помощь! Ты очень медлишь, и твой двоюродный брат может погибнуть!

Король уже совсем было одолел рыцаря, но тут услышал страшный шум и, повернув голову, увидел с десяток рыцарей, которые мчались к нему во весь опор. Он очень испугался, но решил не сдаваться. Передний рыцарь подскакал и изо всех сил вонзил копье в его щит. Король, не удержав, уронил щит на землю, однако сразу же вновь подхватил его, решив защищаться до самой смерти, которая была уже совсем рядом. Схватив меч, он нанес им такой могучий удар по ноге коня одного из нападавших, что перерубил ее пополам. Всадник вместе с конем обрушился на землю. Тогда все остальные бросились на короля, и, хотя он отчаянно защищался, кони теснили его со всех сторон. Те два рыцаря, у которых не было коней, вырвали у него из рук меч, а потом отняли щит и, стащи в у него с головы шлем, накинули ему на шею толстую цепь, к концам которой были привязаны две веревки. Затем его усадили на лошадь, и два рыцаря, взяв за концы веревок, поехали вперед. Ему пришлось следовать за ними. Под деревьями в лощине они увидели Аркалауса. С ним были Ориана и Девушка из Дании. Подождав их, Аркалаус сказал:

— Пусть десять рыцарей отвезут Лисуарте к моему двоюродному брату Даганелю и заключат его в темницу. А я с этими четырьмя привезу Ориану в мой замок, где покажу ей мои книги и другие вещи.

После этого они разъехались.

 

Глава 17. Как Амадис и Галаор узнали о совершенном злодеянии и решили попытаться, если сумеют, освободить короля и Ориану, и как они исполнили свое намерение

Когда рыцарь увез Ориану и король Лисуарте поехал их проводить, Амадиса и Галаора не было на празднике: они уехали по просьбе одной девушки, чтобы вступиться за ее отца и дядю. Им пришлось пережить немало очень опасных приключений, однако все кончилось благополучно, и сейчас они возвращались в Лондон. Когда город был уже совсем близко, они вдруг увидели карлика Ардиана, который скакал на коне так быстро, как только мог. Амадис сразу же узнал его и сказал дону Галаору:

— Это мой карлик, и я полагаю, что он ищет нас и не поехал бы без большой нужды.

Карлик приблизился к ним и рассказал о том, как увезли Ориану.

— И куда же они поехали? — спросил Амадис.

— Прямо по дороге, которая ведет от города, — объяснил карлик.

Амадис пришпорил коня и во весь опор помчался вперед. Услышанная новость настолько потрясла его, что у него не было сил сказать что-нибудь брату, скакавшему вслед за ним. Они ездили вокруг Лондона взад и вперед, пока только кони могли их носить. И вот, наконец, Галаор обратил внимание на какие-то следы. Не было сомнения, что здесь проезжали рыцари. Он показал их брату, и они, свернув с дороги, поехали по следам и через некоторое время встретили дровосеков, которые видели все, что случилось с королем и Орианой, и рассказали им об этом.

— А вы не знаете, что за люди взяли короля в плен? — спросил Амадис.

— Нет, — отвечал один из дровосеков. — Но я слышал, как девушка, которая привела сюда короля, громко звала Аркалауса.

Крестьяне указали, куда направились десять рыцарей с королем и пять с Орианой.

— Брат, — сказал Амадис дону Галаору, — поезжайте вслед за королем, а я постараюсь освободить принцессу.

Так они и сделали.

Вечером Амадис подъехал к хижине отшельника, и добрый старец сообщил ему, что какие-то рыцари, которые везли двух девушек, остановились на ночлег в соседнем замке. Наверное, это те, кого он ищет. Накормив коня и позволив ему немного отдохнуть, Амадис снова вскочил в седло и направился к замку. Скоро он был уже у цели. Замок окружала высокая стена, в которой были всего одни ворота. Тогда он отъехал в сторону и, поднявшись на высокий холм, спрятался в кустах и стал наблюдать. На рассвете из ворот выехал Аркалаус с четырьмя прекрасно вооруженными товарищами. Между ними были сидевшие на лошадях Ориана и Девушка из Дании. Скоро они приблизились к месту, где скрывался Амадис. Он выехал им навстречу и крикнул:

— Эй, Аркалаус! Не подобает тебе везти столь прекрасную даму!

Услышав это, волшебник и сопровождавшие его рыцари во весь опор помчались к нему. Аркалаус был впереди, и Амадис с такой силой ударил его, что он, опрокинувшись на круп коня, свалился на землю. Те, что скакали сзади, наткнувшись на него, сильно его ушибли и из-за него промахнулись, атакуя Амадиса. Амадис же, быстро повернув коня, бросился на Грумена, владетеля замка, и тоже сразил его. Затем, выхватив меч, он так яростно бросился на остальных, нанося им сокрушительные удары, что они были совершенно ошеломлены и обратились в бегство. И тут Амадис услышал громкий крик Орианы. Оглянувшись, он увидел, что Аркалаус снова сел на коня, усадил ее перед собой и очень быстро поскакал прочь. Амадис сразу же помчался вдогонку и посреди широкого поля настиг волшебника. Чувствуя, что гибель уже близка, и очень боясь смерти, Аркалаус сбросил принцессу на землю и опять обратился в бегство. Амадис догнал его и ударом сверху вниз разорвал ему перевязь, на которой висел меч, и, разрубив кольчугу, ранил его в бок. Кончик меча при этом, соскользнув вниз, задел коня. Почувствовав боль, бедное животное в страхе, унося всадника, помчалось так быстро, что скоро уже было совсем далеко.

Не желая оставлять Ориану, Амадис не стал его преследовать, а возвратился туда, где она была. Девушка из Дании подошла к ним и, заметив на земле потерянный Аркалаусом меч, подняла его и принесла Амадису. Он внимательно осмотрел его и увидел, что это тот самый, с которым его бросили в море и который у него захватил Аркалаус, когда околдовал его в замке. Амадис велел Девушке из Дании сесть на одного из брошенных рыцарями коней, бродивших по полю, а на ее лошадь усадил Ориану. После этого они поехали в Лондон, такие радостные, что больше и быть не могло.

А теперь история оставляет рассказ о них и обращается к дону Галаору. Расставшись со своим братом Амадисом, он, как вы уже слышали, поехал по дороге, по которой увезли короля. Стараясь поскорее догнать тех рыцарей, он спешил, как только мог, не думая ни о чем другом и не видя перед собой ничего, кроме их следов. Так он ехал до тех пор, пока совсем не стемнело. Утром, едва загорелась заря, дон Галаор снова сел на немного отдохнувшего коня и, поднявшись на высокий холм, увидел, как на тропе, ведущей из леса, показались десять рыцарей. Пятеро ехали впереди, а пятеро сзади, а между ними были люди без оружия. Он сразу же догадался, что это они захватили короля и сейчас куда-то его увозят, и помчался к ним. Приблизившись, он узнал властителя Великой Британии. Рыцари тоже увидели его, и те, что ехали впереди, бросились ему навстречу. Началась ужасная, очень жестокая битва.

Как раз в это время мимо проезжали два рыцаря. Одного звали Ладасин, а другого дон Гилан Задумчивый. Они были двоюродными братьями. Увидев, как мужественно сражается дон Галаор, они решили ему помочь и, пустив коней во весь опор, напали на рыцарей, захвативших короля Лисуарте. Их поддержка пришлась очень кстати. Шлем у дона Галаора был смят и пробит во многих местах, латы изрублены со всех сторон, а конь настолько измучен, что с минуты на минуту мог упасть. Однако, несмотря ни на что, он продолжал творить чудеса и наносить всем, кого доставал его меч, такие страшные удары, что враги не осмеливались подступить к нему слишком близко. Когда же двоюродные братья пришли ему на помощь, положение его сразу же улучшилось. Битва стала еще жарче. Скоро все враги были сражены и побеждены. Люди, охранявшие короля, разбежались, и теперь он был свободен. Галаор снял с него цепь и усадил его на самого лучшего коня.

 

Глава 18. О том как Амадис его двоюродный брат Аграхес отомстили тому, кто убил отца Бриоланхи, и вернули ей королевство

Вы, конечно, помните, что Амадис обещал прелестной девочке Бриоланхе и ее тетке вернуться к ним через год, чтобы отомстить за смерть прежнего короля Собрадисы, убитого собственным братом. Так вот, этот год прошел, и он, попросив разрешения у королевы и ее дочери Орианы и взяв с собой своего брата дона Галаора и своего двоюродного брата Аграхеса, отправился в путь, чтобы исполнить обещание.

Прошло немного времени, и они встретили девушку, которая, поздоровавшись с ними, спросила:

— Рыцари, куда вы едете?

— По этой дороге, — отвечали они.

— Тогда я советую оставить ее, — сказала она.

— Почему? — удивился Амадис.

— Потому что за последние пятнадцать дней по ней не проехал ни один странствующий рыцарь.

— И почему же так получилось? — поинтересовался Амадис.

— Один рыцарь никого не пропускает через нее, — объяснила она. — Он владеет оружием лучше всех из тех, кого я знаю.

— Нам очень хотелось бы посмотреть на него, — сказал Амадис.

И они поехали дальше.

И вот впереди показался рыцарь в полном вооружении. Он был громадного роста и сидел на великолепном гнедом коне с белыми гривой и хвостом. Рядом ехал оруженосец с четырьмя копьями. Увидев незнакомцев, рыцарь что-то сказал оруженосцу, и тот, прислонив копья к дереву, направился к ним и сказал:

— Сеньоры, рыцарь, которого вы видите, велел передать вам, что желает вступить с каждым из вас в поединок. Но сражаться он будет только копьем до тех пор, пока не свалит своего противника на землю.

Услышав такие слова, Аграхес надел шлем и, взяв копье и щит, сказал:

— Передайте ему, чтобы он защищался, потому что я не откажусь от поединка.

Рыцарь, увидев, что он приближается, тоже направился к нему. Кони помчались во весь опор, копья ударились о щиты и сломались, и Аграхес, к своему удивлению, оказался на земле. Галаор, увиден это, решил отомстить, а рыцарь из леса взял другое копье и направился к нему. Скоро копья у обоих были сломаны, но они, направив друг к другу коней, столкнулись щитами. Удар был настолько сильным, что конь Галаора, больше уставший и оказавшийся слабее, опрокинулся вместе с всадником и, оставив его на земле, ускакал в поле. Тогда Амадис тоже взял оружие и направился к незнакомому рыцарю. Они встретились, и обломки копий разлетелись во все стороны, но оба с удивительным упорством продолжали бой, сталкиваясь щитами и шлемами. Скоро конь Амадиса вместе с ним упал на землю, наткнувшись при этом на его меч, и из-за полученной раны не смог больше подняться. Рыцарь из леса тоже упал, но не выпустил из рук поводья и поэтому легко опять вскочил в седло и быстро ускакал, скрывшись в лесной чаще.

Все были очень огорчены, но больше других дон Галаор.

— Я непременно должен найти его! Вы сейчас продолжайте свой путь, а я постараюсь успеть вернуться до начала битвы, которая нас ждет, — сказал он и поскакал вслед за рыцарем.

Амадис и Аграхес поехали дальше. Достигнув замка Гровенесы — так звали ту даму, тетку прекрасной Бриоланхи, они провели там пять дней. Затем, приготовив все, что было нужно в дороге, рыцари уехали оттуда, взяв с собой Гровенесу, Бриоланху, двух девушек и пять слуг на конях. На трех вьючных лошадей погрузили роскошные наряды женщин и другие вещи. Однако Бриоланха оделась во все черное, потому что обещала носить траур до тех пор, пока ее отец не будет отомщен.

И вот через одиннадцать дней они вступили на земли Собрадисы. Была уже глубокая ночь. Свернув с большой дороги на боковую тропу, они к утру достигли небольшого замка, принадлежавшего одной старой женщине, которую звали Галумба. Она приходилась родственницей Гровенесе. Узнав, в чем дело, Галумба взяла чернила и пергамент, написала письмо и запечатала его печатью Бриоланхи. Поговорив в сторонке с одной из девушек, она отдала ей письмо и объяснила, что нужно сделать.

Девушка села на лошадь и выехала из замка. Через некоторое время она достигла города, где были Абисеос и его сыновья Дарасион и Драмис. С ними и должны были вступить в бой Амадис и Аграхес. Явившись туда, девушка направилась прямо к королевскому дворцу и въехала в ворота. Ее провели к королю, и она попросила пригласить туда самых знатных людей королевства, а когда все собрались, сказала:

— Сеньор, всем известно, что вы убили отца Бриоланхи и не дали ей унаследовать его земли. Вот вам письмо от нее. Она пишет, что, если вы останетесь здесь, то она приведет сюда двух рыцарей, которые вступят за нее в бой.

— Хорошо, — сказал король. — Пусть эти рыцари явятся сюда.

На другой день Амадис и Аграхес сели на коней и вместе с дамами приехали в город. Король Абисеос и его сыновья вышли за ворота в сопровождении множества людей и уже ждали их.

— Абисеос, — сказал Амадис, приподнявшись на стременах и указывая на Бриоланху, — ты совершил великое злодеяние, убив законного короля — своего старшего брата и отца этой девушки. Откажись от трона и верни ей королевство, которое принадлежит ей по праву.

Но Абисеос не пожелал с ним разговаривать и приказал принести оружие для себя и своих сыновей. После этого все направились к полю, где должна была произойти битва. Скоро гам собрались жители со всего города и из окрестностей.

И вот, прикрывшись щитами, рыцари помчались навстречу друг другу так быстро, как только могли их кони. Драмис направился к Амадису, и они с такой силой ударили копьями о щиты, что пробили броню. Копье Драмиса при этом сломалось, Амадис же, пронзив латы, сразил противника. Драмис обрушился на землю с огромным шумом, и казалось, будто там упала башня. Абисеос, увидев, что один из его сыновей неподвижно лежит на земле, яростно бросился на Амадиса и, ударив копьем по его щиту, пробил броню насквозь. Однако полученный страшный удар ничуть не охладил пыл Амадиса. Он крепко сжал эфес своего славного меча и, собрав всю свою силу, опустил клинок на шлем Абисеоса, так что незаконный властитель Собрадисы не удержался в седле и упал, едва не лишившись чувств. Все, кто это видел, были потрясены: ведь Амадис всего двумя ударами поверг двух рыцарей, лучше которых, как они полагали, не было во всем мире.

Оставив Абисеоса, он обратился к Дарасиону, сражавшемуся с Аграхесом, и нанес столь сокрушительный удар по его щиту, что большой кусок брони оказался отрубленным и отлетел в сторону. Однако Дарасиону удалось убить коня Амадиса. В это время Аграхес, ударив Дарасиона сверху по шлему, не смог вытащить меч обратно. Ничуть не растерявшись, он выпустил оружие и схватил противника обеими руками. Дарасион тоже выронил свой меч. Оба вылетели из седел и лежали на земле, обнявшись и не отпуская друг друга. И тут к ним подскочил Абисеос и обрушил на Аграхеса несколько могучих ударов. Увидев, что случилось, Амадис поспешил на помощь двоюродному брату. Абисеос оставил Аграхеса и прикрылся щитом, и тогда Амадис нанес ему по шлему могучий удар, который его совершенно ошеломил и свалил на землю. Когда Аграхес увидел, что двоюродный брат рядом, к нему вернулась вся его сила. И он, и Дарасион отпустили друг друга и вскочили на ноги. Схватка разгорелась с новой силой. Однако Аграхес был искуснее и скоро одержал победу.

Итак, правое дело восторжествовало: Абисеос и его сыновья потерпели поражение. Все жители Собрадисы очень обрадовались этому, потому что любили и жалели Бриоланху и хотели, чтобы она стала их королевой.

А скоро гуда явились дон Галаор и тот рыцарь, на поиски которого он отправился перед битвой. Этого рыцаря звали дон Флорестан. Оказалось, что он тоже сын короля Периона, но раньше они ничего не знали о нем, потому что он вырос вдали от них.

На этом заканчивается первая книга о благородном и добродетельном рыцаре Амадисе Гальском.

 

Начинается книга вторая об Амадисе Гальском

 

Глава 19. О том, кто такой был Аполидон, и какие чудеса он оставил на Твердом острове

Жил некогда в Греции один король. У него были два сына, оба отличавшиеся большими достоинствами. Особенно же прославился старший, которого звали Аполидон. Не было в то время другого, кто мог бы сравниться с ним красотой лица и тела и жаром сердца. Он постиг своим тонким умом все науки, которые благодаря огромному упорству изучил очень короткий срок, и поднялся в них до таких высот, что сиял среди своих современников, подобно луне среди звезд. Самых же больших успехов он добился в таинственных учениях, которыми владеют кудесники.

Так вот, тот король, отец этих двух инфантов, достиг очень преклонного возраста, и время, которое ему оставалось жить, стало намного меньше его богатства. Чувствуя приближение смерти, он призвал своих сыновей и объявил им свою волю. Аполидон, как старший, должен был стать после него королем, младшему же оставались несметные сокровищу и книги, которых было великое множество и которые стоили очень дорого. Однако Аполидон этому не обрадовался. Со слезами на глазах он сказал отцу, что чувствует себя так же, как было бы, если бы его лишили наследства. Король очень опечалился и не мог придумать, что сделать. Видя его огорчение и скромность брата, мудрый Аполидон признался, что ему пришлось бы больше по душе, если бы он взял драгоценности и книги, а брату осталось королевство. Отец согласился и благословил сыновей.

Получив величайшие сокровища и книги, Аполидон приказал снарядить несколько кораблей и нагрузить их продовольствием и оружием. Собрав лучших рыцарей, он пустился с ними странствовать по морю, не решив заранее, куда плыть, а доверив случаю вести их. Судьба вознаградила инфанта славой и величием за самоотверженность и послушание старому отцу. Попутный ветер без всяких препятствий привел флот в Римскую империю, где правил тогда император по имени Синдан. Он очень радушно принял гостей, и они жили там некоторое время. Замечательные подвиги Аполидона принесли ему большую славу, все восхваляли его, и по этой причине сестра императора по имени Гриманеса воспылала к нему любовью, полностью овладевшей всем ее существом. И он тоже полюбил ее, потому что в то время повсюду расцвела молва о ее красоте, которой она превзошла всех остальных женщин в мире. Но, хотя они и очень любили друг друга, у них не было никакой надежды когда-нибудь соединиться. Поэтому, заранее договорившись, Гриманеса однажды покинула дворец императора, своего брата, и взошла на корабль, где ее уже ждал верный друг Аполидон. Пока никто не заметил ее отсутствия, они тут же отплыли от берега.

Странствуя по морю, они пристали к Твердому острову, который принадлежал одному могучему великану. Но Аполидон тогда не знал, что это за земля. Он приказал разбить на берегу шатер и поставить там богато убранное ложе, чтобы его госпожа могла отдохнуть, потому что очень устала во время долгого путешествия по морю. Скоро пришел могучий великан, вооруженный до зубов, и внезапно напал на них. Чтобы спасти свою даму и всех, кто был с ними, Аполидон вступил в бой и победил благодаря своей доблести и умению владеть оружием. После этого он стал властителем того острова и очень хорошо его укрепил. Теперь ему стал не страшен не только император Рима, разгневанный на него за похищение сестры, но и вообще кто-либо в мире. Жители острова ненавидели великана за злобность и высокомерие, Аполидона же, как только узнали, все сразу же очень полюбили.

Он прожил со своей возлюбленной Грименесой на том острове семнадцать лет. За эти годы благодаря непревзойденной мудрости Аполидона там были построены великолепные здания и собраны огромные богатства, так что любому императору или королю было бы трудно сравниться с ним. По прошествии же тех лет умер король Греции, не оставив наследников, и греки, знавшие, где жил Аполидон, единодушно избрали его своим королем и послали к нему на остров гонцов. Посоветовавшись с подругой, он согласился принять их предложение. Однако Гриманесу очень беспокоила дальнейшая судьба столь примечательного места, каким был тот остров. Поэтому она попросила Аполидона сделать посредством его великой мудрости так, чтобы во все последующие времена этой землей мог владеть лишь тот, кто сумеет сравниться с ним в ратных делах и с ними обоими верностью в любви и замечательной красотой.

— О, моя госпожа, — отвечал ей Аполидон, — если вам это доставит удовольствие, я так и сделаю.

Там был сад, где росли все деревья, какие только есть на свете. А среди них стояли четыре роскошные палаты, построенные с большим искусством. Сейчас Аполидон соорудил у входа в тот сад арку, и войти туда можно было только через нее. Над аркой он поставил медную человеческую фигуру с поднесенным к губам рогом. Казалось, будто она вот-вот затрубит. Внутри одного из дворцов в саду он поместил две фигуры, очень похожие на него самого и на его возлюбленную лицом и ростом. Они были сделаны так искусно, что их можно было принять за живых. Рядом с ними он возвел обелиск из светлой яшмы, а неподалеку, на большом поле, на расстоянии, равном половине того, какое пролетает стрела, выпущенная из арбалета, приказал воздвигнуть железную колонну высотой в пять локтей. Когда все было закончено, он сказал:

— Отсюда не пройдут дальше ни один мужчина и ни одна женщина, кроме тех, кто ни разу не отступал от своей первой любви. Если же придут недостойные, то фигура, которую вы видите, затрубит в рог. Тут же вырвутся языки пламени и клубы дыма, и пришельцы оцепенеют от ужаса и полумертвые будут отброшены от этого места. Но если сюда явятся рыцарь, женщина или девушка, которые будут достойны выдержать испытание, они войдут без всяких препятствий. Фигура приветливо встретит их чудесной музыкой, слышать которую будет очень приятно. Тогда вошедшие увидят наши изображения и свои имена на яшме, начертанные неизвестно кем.

— Мой господин, а что будет с теми роскошными палатами, где мы жили в радости и удовольствиях? — спросила Гриманеса.

— Пойдемте сейчас туда, — отвечал Аполидон, — и вы увидите, что я там сделаю.

Они прошли к дворцу, и он приказал принести две колонны. Одну из них, мраморную, поставили в пяти шагах от дверей, вторую же, из меди, на пять шагов дальше. Когда это было исполнено, он сказал своей возлюбленной:

— Так знайте же, что отныне в эти палаты не сумеют войти ни в какое время и никоим образом ни один рыцарь, если он не сможет сравниться со мной в искусстве владеть оружием, и ни одна женщина, если она не будет подобна вам своей красотой.

И он сделал на колонне из меди надпись: «Отсюда пойдут рыцари, с большим искусством владеющие оружием, и каждый пройдет вперед столько, сколько заслужит своей доблестью». На мраморной колонне он поместил другую надпись, которая гласила: «Отсюда сможет пройти дальше лишь рыцарь, равный Аполидону в воинском искусстве». А над дверью первой палаты он написал такие слова: «Тот, кто будет равен Аполидону, войдет в эту роскошную палату и станет господином этого острова, и с ним войдут женщины и девушки, но ни одна из них не сумеет войти сама, если не уподобится своей красотой Гриманесе».

Силой своего волшебства он сделал так, что со всех сторон никто не мог приблизиться к палатам больше чем на двенадцать шагов. Можно было подойти только к единственному входу, где стояли колонны, о которых вы слышали. Затем он распорядился, чтобы на острове остался губернатор, который правил бы им, собирал подати и берег бы все для того рыцаря, которому выпадет счастье войти во дворец и стать властителем этой земли. И еще сказал Аполидон:

— Когда Твердый остров обретет властителя, то все волшебство исчезнет.

После этого Аполидон и Гриманеса уплыли оттуда, и скоро их корабли были уже в Греции. Там они стали королем и королевой, и у них родились дети, которые потом унаследовали их владения.

 

Глава 20. Как Амадис отправился туда, где был король Лисуарте, и как судьба сделала так, что он попал на очарованней Твердый остров, чтобы испытать счастье, и что там с ним случилось

Амадис, его братья дон Галаор и дон Флорестан и его двоюродный брат Аграхес гостили некоторое время в королевстве Собрадиса у новой королевы Бриоланхи, где их приняли с большим почетом. Каждый, кто там был, старался услужить им. Однако образ его возлюбленной Орианы все время стоял перед мысленным взором Амадиса. Вот почему, желая поскорее увидеть ее, он попросил у королевы позволения уехать вместе с братьями туда, где был король Лисуарте.

Они были в пути уже несколько дней, когда подъехали к стоявшей у дороги хижине отшельника. Амадис вошел туда и увидел прелестную девушку, а с ней еще двух девушек и четырех слуг, которые их охраняли. Они собирались в дорогу, и первая девушка спросила, куда направляются он и его товарищи.

— Мы едем ко двору короля Лисуарте, — отвечал Амадис, — и готовы проводить вас туда, если вы пожелаете там побывать.

— Мы вам очень благодарны, — сказала девушка, — но наш путь лежит в другую сторону. Однако, может быть, вы составите нам компанию? Ведь вы вооружены как рыцари, которые ищут приключения, и мы решили спросить, не хочет ли кто-нибудь из вас отправиться на Твердый остров. Там можно увидеть удивительные явления и чудеса. Я дочь губернатора, который сейчас правит тем островом, и мы направляемся туда.

— Я немало слышал об этом острове, но до сих пор не собрался его посетить, — заметил Амадис.

— Вот уже сто лет прошло с тех пор, как появились там чудеса. Тем не менее до сегодняшнего дня ни одному рыцарю не удалось выдержать испытания, чтобы стать властителем того острова, — сказала девушка.

Они вместе пустились в путь и к вечеру очутились на берегу моря, в том месте, откуда по узкой полоске твердой земли можно было переправиться на остров. Девушка познакомила рыцарей со своим отцом, который выехал ее встречать. Он очень приветливо принял их.

На следующее утро губернатор предложил гостям осмотреть остров. Пройдя мимо большого дворца, все направились к арке Истинных влюбленных. Для тех, кто хотел приблизиться к ней, был сделан особый мраморный вход. Аграхес сошел с коня и быстро зашагал вперед. Стоявшая наверху фигура затрубила в рог, издавая очень приятные звуки. А он тем временем подошел к дворцу, где были фигуры Аполидона и Гриманесы, посмотрел на обелиск из яшмы и увидел там свое имя. После этого Амадис спросил своих братьев:

— Не хотите ли и вы попробовать?

— Нет, — отвечали они, — мы не настолько покорены любовью, чтобы надеяться на успех.

— Тогда оставайтесь здесь вдвоем, — сказал он, — а я, если сумею, составлю компанию моему двоюродному брату Аграхесу.

Отдав оружие и коня своему оруженосцу Гандалину, Амадис быстро пошел вперед. Когда он проходил под аркой, фигура начала трубить, издавая еще более приятные звуки, чем тогда, когда там был Аграхес. Из рога при этом дождем посыпались прекрасные благоухающие цветы. Ничего подобного не случалось, когда раньше сюда являлись другие рыцари. Амадис прошел дальше, туда, где были фигуры Аполидона и Гриманесы, и с восхищением стал рассматривать их. Затем, взглянув на обелиск, он увидел там свое имя.

Тем временем дон Галаор и дон Флорестан решили пойти к Защищенным палатам, о которых вы уже слышали. Первым захотел испытать себя дон Флорестан. Выставив вперед щит и взяв в руку меч, он перешагнул черту, за которой начинался путь к палатам, и сразу же почувствовал, как со всех сторон на него обрушились частые и сильные удары копьями и мечами. Казалось, что их не смог бы выдержать ни один человек. Однако у него было твердое и мужественное сердце, и он продолжал идти вперед, нанося удары мечом то в одну, то в другую сторону.

Ему чудилось, будто на него напали вооруженные люди, но его меч не в состоянии поразить их. Так оставил он позади медную колонну и дошел до мраморной, но там упал, потому что уже не мог идти дальше, потеряв все силы и чувствуя, что умирает. И тогда какая-то неведомая сила выбросила его прочь, как это уже случалось с другими, кто побывал здесь раньше.

Дон Галаор, увидев это, глубоко задумался, а затем сказал:

— Хотя мне и не очень хотелось проходить это испытание, я все же попробую свои силы.

Взяв оружие, он направился к дверям дворца, и в этот же миг со всех сторон на него посыпались сильные и частые удары. Однако он, превозмогая боль, достиг мраморной колонны и, обняв ее, подождал немного, а затем сделал еще один шаг вперед. Но тут на него обрушился такой град ударов, что он, не в силах больше выносить их, без памяти упал на землю, как и Флорестан, не зная даже, жив он или мертв. Затем его выбросило прочь так же, как и других.

Амадис и Аграхес, походив по саду, вышли за арку, и тут их встретил карлик Ардиан.

— Спешите, сеньор Амадис, — сказал он, — ваши братья попытались пройти к волшебному дворцу. Но это им не удалось, и они упали замертво.

Амадис и Аграхес быстро вскочили на коней и помчались на помощь братьям. Те уже начали понемногу приходить в себя, но чувствовали себя еще очень слабыми.

Аграхес соскочил с коня и смело пошел вперед к палатам, нанося мечом удары во все стороны. Однако и у него не хватило сил, чтобы выдержать посыпавшиеся на него удары, и он упал между медной и мраморной колоннами и был выброшен так же, как и все, кто был там до него. Амадис очень рассердился и хотел уйти вместе с братьями из этого недоброго места, но Галаор упросил его тоже испытать свое счастье. Тогда он взял оружие и, подойдя к защищенному месту, немного задержался, думая о своей возлюбленной.

— О, моя госпожа Ориана! — мысленно обратился он к ней. — Ради вас я вхожу сюда, собрав все мое мужество и горение моего сердца! Вспомните, сеньора, обо мне в тот миг, когда мне особенно нужно, чтобы вы обо мне не забывали!

Затем он пошел вперед и, хотя чувствовал со всех сторон могучие удары, достиг мраморной колонны, когда же шагнул дальше, ему показалось, что все силы, какие только были в мире, обрушились на него. И тут послышался громкий голос:

— Если этот рыцарь вернется, то нет сейчас на всем белом свете другого, кто мог бы войти сюда!

И Амадис, несмотря на величайшие страдания, которые ему приходилось испытывать, то падая на колени, то опираясь о землю руками, продолжал двигаться вперед. От многочисленных сокрушительных ударов меч выпал у него из рук и волочился на ремне сзади, и у него не было сил поднять его. У самых дверей дворца к нему протянулась чья-то рука. Он взял ее, и она втянула его внутрь. И громовой голос провозгласил:

— Добро пожаловать, рыцарь! Ты с честью выдержал испытание, определенное тем, кто возложил чары на это место.

Будь здесь господином, и тогда волшебство исчезнет!

Едва Амадис вошел во дворец, рука, которая его вела, тут же пропала.

Все, кто был вокруг, услышали голос, возвестивший, что Амадис стал властителем острова, и очень этому обрадовались.

 

Глава 21. Как Ориана написала письмо своему возлюбленному Амадису, и как он, получив это письмо, оставил все, что собирался сделать, и в отчаянии удалился от всех

А теперь история обращается к тому, что делала тем временем возлюбленная Амадиса Ориана. Она очень долго не получала от него писем, но до нее дошли вести о замечательной красоте Бриоланхи, и она подумала, что ее возлюбленный забыл ее и решил жениться на юной королеве. Ничего не сказав ни Мабилии, ни Девушке из Дании, принцесса достала из шкатулки перо, чернила и пергамент и написала:

«Письмо, которое сеньора Ориана посылает своему возлюбленному Амадису.

Мое крайнее негодование побудило мою слабую руку объявить то, него не может скрыть опечаленное сердце. Вы, Амадис Гальский, — двуличный и неверный рыцарь. До меня уже дошла весть о вашей измене, и я поняла, что вы перестали любить меня, но боюсь, что, если вы вернетесь ко мне, то я забуду о вашей неверности. Поэтому больше не появляйтесь передо мной и не приезжайте туда, где я буду».

Закончив письмо, Ориана запечатала его хорошо известной Амадису печатью и позвала юношу по имени Дурин, брата Девушки из Дании. Под большим секретом она приказала ему, не задерживаясь, направиться в королевство Собрадиса, найти там Амадиса, передать письмо и посмотреть, какое у него будет лицо при чтении. После этого Дурин должен будет в тот же день отправиться назад, не взяв ответа, даже если Амадис захочет что-нибудь сказать.

Юноша тут же уехал и через десять дней был у Бриоланхи, где узнал, что Амадиса и его братьев там уже нет. Он пустился по их следам и скоро прибыл на Твердый остров. Как раз в это время Амадис прошел под аркой Истинных влюбленных, и Дурин хорошо видел, как медная фигура встретила его лучше, чем других. Видя, что Амадис вышел и поспешил к братьям, он не решился отдать ему письмо. Не отдал он его и позже, когда Амадис прошел в Защищенные палаты и был провозглашен властителем Твердого острова. Так поступить ему посоветовал Гандалин. Зная о письме Орианы, верный оруженосец опасался, как бы, получив радостное или печальное известие, его господин не захотел уехать и не упустил бы единственного случая приобрести владение, подобного которому не было во всем мире.

Но когда все, о чем было сказано, закончилось, Амадису сказали о Дурине, и он велел позвать юношу, чтобы расспросить о новостях при дворе короля Лисуарте. Прогуливаясь по чудесному саду, они ушли вперед от братьев и всех остальных, кто был с ними, и Амадис взял письмо, которое передал ему Дурин. Каково же было его отчаяние, когда он прочитал написанные там резкие и жестокие слова! На некоторое время он лишился чувств, так что юноша очень испугался. Придя в себя, Амадис спрятал письмо за пазуху и спросил Дурина:

— Велели ли тебе еще что-нибудь сказать мне?

— Нет, — отвечал он.

— Тогда передай то, что я тебе скажу, — попросил Амадис.

— Нет, сеньор, — возразил Дурин, — потому что меня предупредили, чтобы я от вас ничего не передавал.

— А Мабилия и твоя сестра не просили сказать мне что-нибудь?

— Они ничего не знали о моем отъезде, потому что моя госпожа не велела ничего говорить им.

— О, горе мне! — воскликнул Амадис. — Теперь я вижу, что нет никакого средства помочь моему несчастью!

Он подошел к ручью, вытекавшему из родника, и, умыв лицо и протерев глаза, попросил Дурина позвать Гандалина и Исанхо — губернатора острова. Когда те пришли, он сказал:

— Я хочу сейчас покинуть вас, и пусть меня не сопровождает никто. Не говорите об этом моим братьям до завтрашнего утра, чтобы они не пошли меня искать.

Запретив им следовать за ним, он сел на коня и скоро скрылся в дремучем лесу на горе.

 

Глава 22. Как Амадис, оставив оружие и сменив имя, поселился в хижине одного доброго человека-отшельника и стал вести уединенную жизнь

Скрывшись в лесу, Амадис оставил там доспехи и оружие и поехал дальше. Он ехал весь тот день и всю ту ночь и еще целый день до вечера, пока не очутился в широкой долине у подножия горы. Там он увидел два высоких дерева над ручьем и направился туда, чтобы дать напиться коню, который очень устал. У ручья он встретил человека в бедном монашеском одеянии из козьей шерсти с совершенно белыми головой и бородой, тоже спустившегося к воде, чтобы напоить своего осла.

— Сеньор, — обратился к нему старец, — мне кажется, что у вас большое горе. Откройте мне то, что вас огорчило, и я постараюсь вас утешить.

Амадис рассказал ему всю свою жизнь, не упустив ничего, и попросил успокоить его душу. Добрый человек очень опечалился и горько заплакал. Крупные слезы покатились по его седой бороде.

— Сын мой, — сказал он, — вот уже тридцать лет я живу в очень уединенном месте, и жизнь моя протекает в постоянном груде. Хижина, где я поселился, расположена на высокой скале, возвышающейся среди моря. Попасть туда можно только летом, в другое время никто не осмеливается преодолеть бурные воды. Кто ушел туда, должен расстаться со всеми пороками и всеми радостями мира. Для поддержания жизни мне служит милостыня, которую дают мне окрестные жители. Вы можете поселиться у меня.

— Все это, — сказал Амадис, — совпадает с моим желанием. Меня влечет подобная жизнь, и я хотел бы провести там остаток своих дней. Прошу вас позволить мне это. Добрый человек, видя его решимость, не стал спорить. Но в душе ему было очень жаль, что такой доблестный рыцарь оставит свои ратные подвиги.

На следующее утро они двинулись в путь.

— А не могли бы вы сделать мне подарок, который не будет вам ничего стоить? — спросил Амадис старца.

— С удовольствием, — отвечал тот.

— Очень прошу вас: когда мы будем вместе жить на скале, не говорите никому, кто я такой и откуда пришел. И называйте меня каким-нибудь другим именем. Мне хотелось бы, чтобы все думали, что я умер, особенно мои братья, которые непременно приедут в эти края.

Добрый человек посмотрел на Амадиса, такого красивого, стройного и печального, и сказал:

— Я хочу дать вам имя, которое соответствовало бы вашей внешности и вашему душевному состоянию. Вы очень красивы, а ваша жизнь отравлена горечью и мраком. Поэтому я назову вас Бельтенеброс, что означает «Прекрасный и Мрачный».

Амадис принял это имя, которое так метко дал ему мудрый старец, и носил его, пока жил у отшельника, и затем очень долго. Своими великими подвигами, о которых пойдет речь дальше, он прославил его не меньше, чем свое собственное.

Беседуя о разных вещах, они ехали целый день и уже глубокой ночью достигли берега моря. Так им предложили лодку, на которой можно было переправиться на скалу, где находилась хижина доброго человека. Бельтенеброс отдал гребцам своего коня, а они дали ему взамен меховую куртку и кафтан из грубой темной шерсти. Все сошли в лодку и направились к скале. Бельтенеброс спросил доброго человека, как называется то место, где он живет, и как зовут его самого.

— Место, где я живу, — отвечал старец, — называется Бедная скала, потому что жить там можно только в великой бедности. А зовут меня Андалод.

Итак, как вы слышали, Амадис под именем Бельтенеброс скрылся на Бедной скале, возвышающейся в открытом море.

Вдали от всего мира и мирской славы, оставив оружие, которым владел столь искусно, он непрестанно сокрушался изо дня в день и не вспоминал о совершенных им прежде подвигах. Все время думая о своей госпоже и тоскуя по ней, он часто глядел в сторону суши и не раз впадал в такое отчаяние, что, если бы не утешения доброго старца, жизнь его была бы в большой опасности. Желая хоть немного отвлечь его от тяжких дум и глубочайшей печали, отшельник приказал ему ловить удочкой с берега рыбу, которой там было очень много.

 

Глава 23. О том, как Дурин вернулся в Лондон, и что произошло вслед за этим

А теперь мы хотим, чтобы вы узнали о том, как Дурин вернулся к своей госпоже, передав ее письмо Амадису, и о том, как плакала она, услышав привезенные им новости. Так вот, возвратившись в Лондон, он сра