Если дефицит безопасности или любви не был ликвиди­рован на ранних стадиях развития, то перед вами оказывает­ся «проблемный подросток». На вид он уже может напоми­нать взрослого, но внутри его остается все та же детская не­уверенность в своих силах и детские способы реакции на вызовы окружающего мира. 17 Наш многолетний опыт работы с такими детьми показал, что «поднажать» или «закалить в трудностях» такого подрос­тка, скорее всего, не удастся. НАОБОРОТ! Надо дать ему возможность в ускоренном режиме все-таки дополучить все, чего он был лишен. Тогда у него появляется внутренняя уверенность и желание закреп­лять успех. Итак, общий план терапии: помочь ребенку вернуться к счастливым воспоминаниям и именно оттуда начать новое пу­тешествие; восполнить пробелы, удовлетворить детские по­требности в игре, привязанности, в сказках и мечтах, давая воз­можность прожить непрожитое, насытить свое прошлое, вер­нуться туда, где живет память. Ребенок не станет обсуждать собственные недостатки на том уровне искренности и готовности к осознанию, которая требуется для того, чтобы усвоить жизненный урок. Скажите ребенку: «Ты сегодня плохо выучил урок», и его первым внут­ренним инстинктивным движением будет «закрытие» созна­ния для того, чтобы избежать боли. Он уже знает эту боль по опыту предыдущих воспитательных бесед. Его душа закры­вается практически рефлекторно, все его органы восприятия заняты блокировкой возможной боли. Ну и нужно вам в та­ком случае сотрясать воздух? Даже если вам показалось, что в какой-то момент стоит сделать замечание или назидательный вывод, сдержитесь. На­зидание и вам-то не приносит особой радости, а с точки зрения ребенка может выглядеть просто вмешательством в его личные дела. Потерпите. Дайте привычке обмениваться новостями, стать обычной практикой в вашей семье. Пусть обязательными спутниками этих бесед будут вечерний чай, конфеты или варе­нье, ощущение умиротворенности, «приятности» и взаимо­проникновения. Начав с нейтрального и потому БЕЗОПАС­НОГО обмена новостями, можно постепенно переходить к более абстрактным темам: фантазиям о будущем, обсуждению морально-нравственных вопросов. Однако помните, что ини­циатива в выборе темы должна принадлежать ребенку. И не забывайте о невидимом «теле справедливости» 20, которым ребенок постоянно цепляется за ваши замечания, указания, даже неудачные шутки. Зная о том, что это тело су­ществует, вы понемногу научитесь различать его и не трево­жить без надобности. Иногда вы можете помочь ребенку сделать открытие, в Китеже мы называем такое внутреннее открытие ОСОЗНА­НИЕМ. А иногда общение — это просто общение, необходи­мое, чтобы ребенок твердо знал, что говорить с родителями о самых сокровенных вещах — это один из доступных ему ви­дов получения удовольствия. Во время таких бесед доверие и любовь крепнут. А это лучшая основа для непрекращающегося познания мира и одновременно лучшая профилактика обид, детско-юношеских страхов и болей. Если у вашего сына или дочери вовремя сформировалась привычка делиться своим состоянием и спрашивать совета, то даже пресловутая проблема «отцов и детей» теряет остроту. Нас, родителей, часто приводит в замешательство абсо­лютное нежелание детей разговаривать по душам, в трудных случаях прибегая к родительскому совету. Это обижает взрос­лых, расценивается как проявление недоверия. Впрочем, так оно и есть. Дети не доверяют нам, потому что не уверены в нашей способности хранить тайну. Они боятся, что все ска­занное взрослый передаст другим. Я привык сам справляться со своими проблемами. За все 14 лет моей прошлой жизни не было ни одного взрослого, кото­рый бы поинтересовался моими мыслями или настроением. Что ж ты думаешь, мне легко с тобой откровенничать? — впервые откровенно сказал мне мой приемный сын Кирилл, прожив с нами два года. Если общение не заладилось, спешите. Прямо сегодня, не жалея времени, начинайте приучать маленькую недоверчивую личность делиться с вами своими настроениями и чувствами, а для этого учитесь просто выслушивать, не осуждая и не чи­тая нотаций. Покажите мне взрослых, которые любят крити­ку! А ваша дочь или сын оказывают вам доверие, делясь свои­ми переживаниями. Они страдают от любого вашего неосто­рожного замечания. Вам придется прислушиваться ко всему, что говорит ребенок, вникая в сущность его переживаний. Вообще, вы должны постепенно научить ребенка обле­кать свои мысли и эмоции в слова. Иногда надо начать прос­то со словесного описания действий ребенка, например:

— Ты улыбаешься, глядя на эту куклу. Она красивая и тебе понравилась. Этот игрушечный робот холодный и твердый, по­этому он кажется тебе страшным, и ты хмуришься.

На более взрослой стадии:

— Пап, Витька сказал, что я — дурак, и мы подрались.

Ответ:

— Он сказал тебе это, и тебе стало обидно? Я знаю, как это бывает обидно.

Выслушать реакцию.

— Сам-то ты не думаешь, что он прав? Мы же все знаем, что ты не дурак, да и он знает, просто ему зачем-то понадоби­лось тебя обидеть, как ты думаешь?

Так вы переводите мысли ребенка с круга переживания ситуации на уровень анализа, при этом надо обязательно вы­слушать ответ.

— А когда ты подрался, что ты почувствовал? Может быть, теперь стоит помириться?

Не надо нравоучений и осуждения. Ребенку нужна по­мощь в решении самой главной задачи — попытки разобрать­ся в своих собственных чувствах и выразить их словами.

Из разговора по душам с 16-летней девушкой: «Странные у нас девчонки. Чуть мальчик не любит — так они за лезвие… и себя по щекам…» Откуда такая реакция? Вплоть до самоуничтожения — ре­зать себе щеки или руки бритвой? Об этом подруги девушки рассказывали с восторгом и ужасом, значит, существует та­кой способ поднять свой статус. При этом маме сообщается с улыбкой: «У меня все нормально». Когда острый приступ недовольства собой не находит вы­хода бритва становится самым простым решением. Более прос­тым, чем обращение за помощью. Физическая боль страшит меньше, чем необходимость обнажать душу перед взрослыми. Только подумать, скольких бед удается избегать посредс­твом душевной беседы в теплой семейной обстановке, от ка­ких глупостей могут уберечь родители своего ребенка, если только он не постесняется рассказать! Но много ли вы знаете семей, где сохранили такое доверие и ясность отношений? Нехватка времени, обыденные заботы не позволяют взрос­лым глубоко вникнуть в «детские» проблемы. Беседа — это очень сложно. Это врата в другой мир, это способ заставить человека сменить жизненную программу. Но как часто мы говорим: «Я ему миллион раз повторяла, а он все равно делает…» Значит, те слова, которые вы используе­те, не доходят до ребенка. Наша задача – научиться беседовать по душам, СОПЕРЕ­ЖИВАЯ. Только тогда инстинкт самосохранения маленькой личности «не сработает» и вам откроются тайны его внут­ренних переживаний. Прежде чем говорить, убедитесь, что душа ребенка открыта. Вы не можете напрямую начинать разговор о проблеме ребенка. Представьте себе, что кто-то из ваших знакомых, придя в гости, начинает разговор словами: «Ты в курсе, что у тебя есть проблема в общении со своей женой?» Будете ли вы с ясным сознанием и спокойным настроением продолжать эту беседу? Вряд ли. Вы сосредоточитесь на отражении агрессии, а не осмыс­лении новой информации. «Я что-то нарушил. Засмеют! Осудят!» — это мысли взрослого? Или в вас проснулся ребе­нок, боящийся, что его отругают за проступок? Главное те­перь доказать, что ты не виноват, что не нарушил ни прави­ла, ни законы. Но ведь в глубине души мы и в пять лет знали точно, что правила нельзя не нарушать. Важно просто вовре­мя найти оправдание! Но, в конце концов, и душевной беседы недостаточно! Просто узнать, что там внутри болит, не значит вылечить. Это может только сам ребенок, он должен сам захотеть меняться. Китежский подход — это беседа и содействие в прожива­нии жизненных ситуаций, несущих опыт. Беседа без практи­ческого опыта бесполезна. Опыт без обучения, я бы сказал, без развития способности анализировать происходящее и извлекать полезные выводы — пустая трата времени.