Не может быть одной единой системы воспитания по той простой причине, что все родители разные. Метод взаимодействия родителей с ребенком должен от­вечать внутреннему «душевному» строю самих родителей, ЕСЛИ ТОЛЬКО ОН СООТВЕТСТВУЕТ ПРОГРАММЕ, ЗА­ЛОЖЕННОЙ В РЕБЕНКА. Даже лопату или меч люди привыкли выбирать «по руке». Работать надо с тем, что соответствует твоим силам, твоему внутреннему складу, убеждениям, темпераменту. (Наверня­ка, я перечислил не все, но ассоциативный ряд понятен.) Разумеется, в повседневной жизни так и происходит. Ро­дители, не очень задумываясь о тонкостях, просто передают ребенку свои реакции на окружающую действительность. Как правило, эти реакции соответствуют их характеру и ха­рактеру (структуре, жесткости…) тех вызовов, которые пре­доставляет мир. Так форматируется и личность ребенка. Однако в таком нерегулируемом бессознательном процес­се воспитания (при всей его естественности) есть немало опасностей. Во-первых, у ребенка могут быть совершенно иные темперамент, врожденные способности и реакции, во-вторых, у него может быть иное предназначение, судьба, пре­допределение… (Пусть это все не научные, а литературные термины, но они явно отражают то, что очевидно проявляет себя во многих судьбах.) И еще раз повторю: я считаю попытку родителей навязать ребенку реализацию собственных несбывшихся мечтаний нарушением фундаментального права человека. Ребенок пришел в мир со своей программой. И только ее воплоще­ние может сделать его счастливым. Если вам что-то не нравится в вашем ребенке, то менять надо не поведение (замечания и придирки только разрушат доверие и любовь), а его основу — начальные образы. Пом­ните, в начале книги я говорил о едином Образе Мира, кото­рый задает параметры системы (координаты), в которой лич­ность воспринимает окружающий мир. Предметы и явления, узнаваемые системой, притягивают внимание, не­знакомые не вызывают интереса. Поэтому образцы поведе­ния, полученные в самом раннем детстве, обладают особой устойчивостью — они составляют основу для последующего отбора жизненно важной информации. Они не могут быть просто стерты, так как это воспринимается личностью как потеря части своего «Я». Их необходимо заменять, помня, что цепочки социальных рефлексов не вырабатываются за один день. И еще, первообразы не создаются повторением наставлений. Когда мы говорим о многократном повторе­нии, то говорим не о повторении наставлений и наказаний, а личного эмоционально переживаемого опыта. В этом суть воспитательного подхода Китежа. Ребенок – суверенная от природы личность, инстинктивно стремящаяся делать свои собственные выводы и прини­мать собственные решения. Следовательно, если мы хотим изменить уже отпечатавшийся в архиве сознания образец поведения, то мы должны предоставить достаточно боль­шое количество жизненных ситуаций, в которых ребенок сможет самостоятельно убедиться в ложности уже создан­ного образца. Педагогический процесс в этом случае отличается от обычной жизни только тем, что мы стремимся обеспечить повторяемость ситуаций и их концентрацию на коротком отрезке времени с последующим осознанием полученного опыта. И, разумеется, мы защищаем наших детей, находя­щихся в процессе трансформации, от влияния соблазнов, ложных программ и агрессии. Несмотря на широко распространенное заблуждение, новое в эволюционном потоке рождается отнюдь не в про­тивоборстве со старым. С кем могла сражаться кистеперая рыба, вылезающая из воды на голую сушу? Попробуйте сразиться или убежать от хищника, когда у вас полулапы-полуплавники, во рту — полузубы, тело еще только привы­кает к иной силе тяжести, обминается окружающей средой. Мир лепит из живого новую форму. Находясь на стадии трансформации новое существо было совершенно не спо­собно постоять за себя. Все ее преимущества еще сущест­вовали только в потенции, в проекции творческого посыла природы. Для того чтобы внутренняя программа могла сво­бодно развернуться в полном объеме, рыбе требовалась долгая жизнь, то есть безопасность. Уже потом, окрепнув, адаптировавшись к окружающей среде и размножившись, эти особи могут включаться в конкурентную борьбу за вы­живание. Наши дети, переживающие трансформацию, как и все в мире, подвержены ударам внешней среды. Сможем ли мы создать для них безопасную среду, которая при этом стиму­лировала бы личностный рост? Для безопасности в этой сре­де должны быть душевное общение, доверие, единая цель, вернее, единое понимание желаемого будущего. Но сама по себе безопасность снимает потребность в раз­витии. Значит, безопасность нужно дополнить потоком вы­зовов, осознаний, открытий. Цель этого движения — пробу­дить творческое напряжение, разные качества и устрем­ления личности, новый опыт, новые силы. Родители и наставники должны воспринимать этот мир не как свод догм, устоявшихся традиций и абстрактных зако­нов, а как поток событий и эмоционально насыщенной ин­формации, постепенно создающих базу, называемую жиз­ненным опытом и мировоззренческими установками. Мы привыкли полагаться на внешние формы. Если мы видим, что у человека нет ноги или руки, для нас очевидно, что он болен, но мы еще не научились видеть изъяны души. Представьте себе на мгновение, что сознание обрело бы способность принимать внешнюю зримую форму — сколь­ко бы увечных, усеченных существ ходило бы по улицам наших городов. Но, с другой стороны, мы бы получили воз­можность сказать человеку: «Прости, дорогой, по состоянию здоровья твоего сознания, ты не можешь руководить другими людьми» или «Тебе противопоказано воспитание собственной дочери, так же как слепому противопоказано вождение ав­томобиля». Увы, когда дело касается физических увечий, все настолько очевидно, что и говорить не о чем. А что же считать патологией, когда речь идет о человеческом созна­нии, и кто у нас может диагностировать отклонения от нор­мы? Пока однозначных ответов на эти вопросы нет. В чело­веческом существе еще не сформирован какой-то важный орган, позволяющий нам заглядывать во внутренний мир друг друга. Будем надеяться, что это станет следующей сту­пенью эволюции. Но и сейчас можно констатировать, что общественное сознание русского, американца, индуса однозначно оцени­вает оторванность индивида от человеческих ценностей, любви, дружбы как болезнь. Человек, не способный на лю­бовь, презирающий или боящийся людей, воспринимается окружающими враждебно как инородное явление. При всем естественном эгоизме, который демонстриру­ет современный индивид, мы остаемся общественными су­ществами. Все великие религии мира и идеологические до­ктрины современных государств утверждают, что человек может выполнить свое предназначение, только оставаясь в поле любви к себе подобным, отождествляя себя с челове­чеством. Наша стабильность и уверенность в собственных нравс­твенных ценностях могут стать для растущей личности спа­сительным островком в вавилонском столпотворении сов­ременной городской цивилизации. Остается один выход — самому стать самым мощным, ав­торитетным каналом информации для ваших детей, иными сло­вами, активно участвовать в создании у вашего ребенка ПОЛ­НОЦЕННОГО Образа Мира. Например, почаще смотреть фильмы со своими детьми, по возможности ненавязчиво комментируя их. Так вам удас­тся научить «фильтровать базар», привить здоровое отноше­ние к рекламе и научить вытаскивать жемчужные зерна из… Ну, вы сами понимаете, откуда. В таком варианте просмотр фильма становятся некой виртуальной ролевой игрой, поз­воляющей ребенку отыграть разные жизненные сценарии, примерить облики и критически воспринимать сказки. По мере привыкания и безопасного познания окружаю­щего мира, дети убеждаются в наличии новых для них, пос­тоянно действующих законов. Сначала идет практически незаметное для юной личнос­ти накопление байтов новой информации. Этот процесс мо­жет идти интенсивно, но может и тянуться многие годы. На­ступает момент, когда количество новых данных (информа­ции о мире) позволяет личности перейти на качественно новый уровень. Это момент, когда система ценностей (Образ Мира) подвергается сомнению, личность теряет равновесие, становится особенно уязвимой. Но это знак начавшейся ме­таморфозы. Нам только кажется, что дети «плюют на наши советы». В действительности они слушают их, просто делают свои выводы, всячески избегая превращения в послушных ис­полнителей нашей воли. Очевидно, это тоже некий защитный механизм Творца. Мы в Китеже заметили интересную закономерность: все на­ши разговоры о необходимости хорошо учиться дети пропус­кают мимо ушей где-то до выпускных экзаменов в 9-м клас­се. То есть до 15 лет их сознание еще не способно выстроить перспективный план, создать образ желаемой цели и пути ее достижения, но потом ситуация, как правило, меняется. Каждое столкновение с реальностью ведет к новому осозна­нию и перестройке внутренней программы. Многие даже на­чинают осознанно учиться. Жаль, что иногда им не хватает времени наверстать упущенное. Естественное желание взрослых «подтолкнуть» очень опасно, так как может вызвать неадекватную реакцию оби­ды, усугубить отчужденность растущей личности от родите­лей. Опираться можно только на то, что оказывает сопротив­ление. Строить отношения можно только с теми детьми, ко­торые доверяют вам настолько, что готовы обсуждать проблемы ваших отношений, даже возражать вам. Вы же все равно в более выгодной позиции, поскольку обладаете жиз­ненным опытом, значит, в дискуссии, скорее всего, победи­те. А выйти на уровень заинтересованного обсуждения мож­но только тогда, когда вместо личины «послушного ребенка» вам, родителям, предъявляется реальный образ с обидами, болью, ожиданиями, только тогда, как говорим мы в Ките­же, шестеренки зацепятся. Ваш Образ Мира начинает воз­действовать на образ мира вашего ребенка благодаря трению, которое существует между вами. Детей надо ввести в следующие слои сознания, про­буждающие в них функции творчества, любви, но на эту ткань нельзя воздействовать механически, тут шлепки и прямые наставления не помогают. В слои сознания, отве­чающие за творческие возможности, насильно не забьешь. Впрочем, как и ласковым отношением или потаканием слабостям. Безусловная любовь — самая лучшая основа для челове­ческих отношений, но не механизм трансформации. Любовь должна быть в сердце педагога, пока разум подбирает новые вызовы для подопечных. Только через преодоление собственных слабостей, через пот, слезы, через страх и припадки бессилия, поднимается растущая личность из бездны неверия в собственные силы и страха перед миром к самореализации, чувству собственной значимости и компетентности. Вспомните трагическую историю Ромео и Джульетты. Дети делают ошибки. Но это взрослые своим стремлением навязать свой Образ Мира доводят дело до смертельной раз­вязки. Если бы они предоставили молодым влюбленным возможность пожениться… Страсти, подогреваемые новиз­ной ситуации и запретами, обречены на угасание в обыден­ной обстановке семейной жизни. Ромео увлекся бы охотой или начал волочиться за другими красавицами, Джульетта открыла бы пошивочный цех модной одежды. А в наше вре­мя они бы просто развелись через полгода не в силах выдер­жать серых будней. Но возможен и другой вариант — крушение старого Об­раза Мира в результате кризиса и замена его новой системой ценностей.