— … Оценки? — Тилли взяла протокол, с сомнением взглянув на него сказала. — Она во многом стала лучше.

 — Да, — кивнул Роланд. — Будучи дочкой бизнесмена в Валенсии, Люсия Уайт уже имела базовые навыки правописания и арифметики, и она также хорошо проявила себя в курсе естествознания, поэтому ее оценки настолько хороши.

— Я не стану сомневаться в твоей теории о том, что «лучшее понимание и познание мира может помочь развить способности», — ответила Тилли, подергивая губами, — но как это связано с укусом демона?

 — Судя по эволюции Лилии, Ливз и Мистери Мун, а также других ведьм, мы можем сказать, что эволюция также увеличивает пределы магические сил ведьм. Я думаю, что такие ограничения имеют много общего с тем, как хорошо ведьмы воспринимают мир, — объединив то, что Агата называла «древним Верховным Пробуждением» и эволюцией способностей городских ведьм, Роланд подробно объяснил свою теорию. — Они, по сути, похожи. Однако ведьмы, которые эволюционировали путем частичного или случайного просветления, гораздо менее могущественны, чем те, что эволюционировали благодаря полному, всестороннему пониманию мира — Мистери Мун — типичный тому пример. Хотя она и выступает членом Ассоциации Сотрудничества Ведьм, ее эволюция была достигнута благодаря просветлению, поэтому ее магическая сила находится совсем не в той же лиге, что сила Анны и Сораи.

Тилли после мгновения размышлений поняла, что имел в виду Роланд:

 — Ты хочешь сказать, что магическая сила Люсии была низкой, как в обычные дни, так и в её День Пробуждения из-за того, что ее тело приспособилось к определенному уровню магической силы? И все же ее способности эволюционировали, когда она вступила во взрослую жизнь, что привело к мгновенному всплеску ее магической силы, и такой объем мощи был гораздо больше, чем она могла принять, верно?

 — Очень близко к тому, о чем я, но я предпочитаю думать, что есть два разных типа увеличения мощности, — Роланд продолжал, показывая на своих пальцах. — Магическая сила увеличивается в День Пробуждения, в День Взросления и во время эволюции. Эффекты кажутся одинаковыми, но я считаю, что первые два способа пассивны, а последний добровольный.

 — Почему ты так думаешь?

 — Потому что эволюция не вызовет укусов демона, — медленно ответил Принц. — Если бы это было не так, Анна была бы убита всплеском магической силы во время ее эволюции. Я предполагаю, что магическая сила ведьм имеет свой максимум. Когда они выходят за свои пределы, они страдают от укусов. Ежедневные тренировки могут постепенно увеличить их пределы, и именно поэтому ведьмы должны освободить всю свою магическую силу до Пробуждения.

 — Максимум? Звучит интересно… — пробормотала Тилли, погрузившись в свои мысли. — Считаешь ли ты, что излияние магической силы, порожденное эволюцией Люсии, привело к формированию недостаточного пространства для магической силы в День Пробуждения, что привело ее к превышению предела мощности и, таким образом, вызвало этот несчастный случай?

 — Все правильно. Как и Люсия, Анна испытала свою первую эволюцию, когда она достигла взрослости, но ее магическая мощь была невероятной, поэтому у нее был намного более высокий предел для укусов, чем у обычных ведьм, — Роланд помолчал. — Это также объясняет, почему Люсия вернулась к норме после того, как Спир извлекла разбушевавшуюся магическую силу — эта сила в любом случае не принадлежала ей.

 — Твоя теория… проясняет множество проблем, — Тилли спрятала локон волос за ухо и подперла подбородок рукой, видимо, поглощенная мыслями. — Почему ведьмы представляют разные формы магической силы, несмотря на то, что их сила имеет одно и то же происхождение? Почему свободная магическая сила может быть видна только после Пробуждения ведьм? Потому что ведьмы не могут интегрировать ее, если не принимают ее.

Роланд продолжил с улыбкой:

 — Мы можем видеть Пробуждение, как погружение в магическую силу, но лишь небольшую ее часть можно сохранить. Эволюция расширяет и развивает эту маленькую часть, и чем обширнее кругозор ведьмы, тем мощнее ее вновь обретенные влияния. Разумеется, разумно предположить, что количество раз, которое может эволюционировать ведьма, не ограничено, так как исследование мира бесконечно.

 — Мне вдруг стало любопытно.

 — Что же?

 — Если бы ты был ведьмой, насколько велика была бы твоя сила после эволюции? — спросила Тилли, скрывая улыбку.

Роланд чуть не подавился. Хотя он действительно хотел лично испытать эти необыкновенные силы, он предпочел бы отказаться от них, зная, какие жертвы он должен был бы понести.

 — Могу ли я взять на Спящий Остров копию учебников, которые ты написал? — спросила Тилли, поднимая бровь.

Просьба прозвучала довольно обыденно, но Роланд заметил, что ее правая рука нежно схватилась за юбку.

 — Конечно, — он не упускал ни единого шанса произвести на свою сестру хорошее впечатление, и, вообще говоря, лучше было бы ответить как можно быстрее. — Если ведьмы на Спящем Острове будут развиваться, это также будет полезно для Пограничного Города. Кроме того, ты ведь моя сестра.

Найтингейл тут же сильно сжала его левое плечо.

 — … — Тилли не ответила, просто проявила свою благодарность легким кивком. — Благодарю тебя, тогда прошу меня извинить.

 — Конечно.

«Похоже, я несколько переиграл. Вероятно, она не будет заинтересована в таком подходе, а предпочла бы услышать убедительное объяснение».

Тем не менее, к удивлению Роланда, Тилли остановилась у двери, повернула голову и тихо ответила:

 — Иногда я предпочитаю надеяться, что ты не мой брат.

* * *

После ухода Тилли Роланд сидел за своим столом в оцепенении, и последнее предложение так и звучало в воздухе вокруг него.

«Хотела бы надеяться, что я не ее брат. Что это значит?»

 — Эй, Вы в порядке? — Найтингейл показала себя, махнув пальцем перед Принцем.

 — Что, по-твоему, означают ее последние слова?

 — Откуда мне знать? — прокомментировала Найтингейл. — Возможно, она думает, что Вы лучший союзник, чем родственник.

Роланд, конечно же, не допустил бы ничего неуместного, так как он уже хорошо знал эту Принцессу после долгого сотрудничества с ней на протяжении половины зимы.

Могла ли она иметь в виду, что она не хочет, чтобы принц Роланд вернулся? Или это были последствия его неумелого подхода?

 — Вы все равно не ее брат. Почему Вам не все равно? — Найтингейл повернулась, чтобы усесться на столе, скрестив свои стройные ноги. Она сунула кусочек сушеной рыбы в рот и добавила. — Кроме того, я, даже не используя мои способности могу сказать, что Вы солгали, когда сказали «ты ведь моя сестра».

 — Хм, ну раз так… — Роланд погладил нос. — Значит, все же второе?

 — Кроме того, поскольку Тилли не Ваша настоящая сестра, разве стоит делиться с ней этой Естественной Теорией «чего-то там»?

 — Это Теоретические Основы Естествознания, — поправил её Принц со вздохом. — Зима длится несколько месяцев. Думаешь, она не смогла бы сделать копию? Держу пари, что она знает все учебники наизусть, но она все же спросила моего официального разрешения. Это определенно говорит о ее отношении.

По крайней мере, с точки зрения политического альянса, в искренности Тилли нет никаких сомнений.

Он подождал мгновение, прежде чем продолжил:

 — Жители Спящего Острова — это в первую очередь ведьмы. Даже если все они эволюционировали, они все еще полагаются на силу ведьм. Однако я другой. Знание позволяет прогрессировать не только ведьмам, но и обычным людям… Это сила всех людей, на которых я полагаюсь.