Исторические записки Эбби-Натуралки,

загнанной и затравленной горемыки

Короче, за мной гонятся, а на роль преследуемой я совсем не гожусь. Вот и сижу теперь на стропиле (по-моему, эта штука называется стропилом, а может, балкой) моста Окленд-Бей, точно нахохлившаяся ночная птица, - жду очередного удара судьбы. Древнее бессмертное зло обрушится на меня… и оторвет мне ручки-ножки. Вот ведь хренотень.

К счастью, у меня есть чем перекусить, пока мой Темный Повелитель и Госпожа не восстанут от дневного сна и не вломят кое-кому. Вообще-то мне полагается хавать всяких там червячков-паучков, развивая вампирские способности, только я - вегетарианка, и охотник из меня никакой. Пришлось ограничиться конфетами «Мишки Гамми». Кстати, говорят, в их состав входит коровий пектин, вытяжка из лошадиных копыт или что-то такое, - короче, в качестве переходной пищи для носферату сойдет. Мне нравится откусывать мишкам их крохотные головенки.

Здесь, высоко над городом (по правде, метрах в трех под нами копошатся бездомные, которые живут под мостом), я ощущаю себя стражем древнего захоронения, готовым достойно отразить поползновения любого, кто только осмелится приблизиться к моим господам (которые лежат на соседней балке или как там ее, обернутые в брезент).

Если бы еще не эти порнушники голуби, их тут столько! Извините, один нагадил мне на страницу. Ничего. Проехали. Я должна быть выше этого. Только… бе-э-э-э!

Джаред ускакал домой к папочке за тачкой. Погрузим моих господ в мини-вэн - и в надежное убежище. Джаред оставил мне свой кинжал. Мне даже пришлось его разок обнажить - какой-то тетке вдруг понадобился брезент, в который завернут мой Темный Повелитель. А потом кинжал мне пригодился для соскребания с ногтей остатков лака. У услужающих лак так и летит.

Короче, мои господа встретились с нами возле Музея современного искусства, все такие встревоженные:

- Вы целы? Он на вас не набросился? И косятся на Джареда, как будто он не знает, что мы вампиры.

Ну, я им тут:

- Спокуха, Джаред на побегушках у вашей услужающей.

Тут Флад вынимает из сумки бронзовую ладонь:

- Эбби, узнаешь, что это?

А я ему:

- Ну.

(Хотя надо бы повежливее, типа «Разумеется, сударь».) Это бронзовая рука.

Руку забирает Графиня.

- Эбби, это все, что осталось от оболочки вампира, который меня обратил.

Я такая:

- Прошу прощения. Графиня, хурды-мурды, но это рука статуи.

А Графиня:

- А я о чем?

Да ни о чем. Мне-то откуда знать?

Оказалось, в статую, которая стояла у нас в мансарде, был упрятан вампир, что обратил Графиню, а уже потом Графиня обратила Флада. Так вот, у старого упыря (которого звали Илия) борзометр зашкалило, и он принялся набивать город покойниками, а улики оставлял специально против Графини и даже пытался пришить ее услужающего (в то время им был Флад) - словом, совсем отбился от рук. Да тут еще копы с чуваками из универсама выкурили Илию с собственной яхты и разнесли судно на кусочки. Чтобы выведать древние вампирские тайны, Графиня прикинулась, будто спасла старикашку, а Флад взял и замуровал обоих в бронзу. Правда, Графиню он потом освободил, все по великой любви. Короче, Флад - вовсе не древнее и таинственное порождение ночи, а салага вроде меня - приволок статую к морю и хотел утопить, чтобы старикашка не мозолил Графине глаза. Но тут настал рассвет, и Фладу пришлось бросить скульптуру на Эмбаркадеро, а когда они на следующую ночь вернулись, статуя исчезла. Выходит, этот упырь Илия на свободе; тип в желтом комбинезоне, который вытрясал душу из хозяина гигантского кота, - это он и есть. А сейчас он подстерегает меня, чтобы я вывела его на Графиню, - такое уж он чмо.

Джаред такой:

- Ну, дрова. Жуть кошмарная.

А я Фладу:

- Ты мне лгал.

А Графиня мне:

- Вот поэтому-то, солнышко, я и рассказала тебе все, как было.

Шла бы она со своим сарказмом.

Джаред:

- Рождества круче у меня еще не было.

Я ему:

- Умолкни, педрила. Меня предали.

Графиня мне:

- Не расстраивайся, все перемелется. Пойдем глянем, как там Уильям.

Сейчас- то я вижу, что она была права, но всю дорогу до мансарды мне было очень грустно: не люблю, когда мне втирают очки.

Глядим - а у дома Графини «скорая» и копов целая толпа.

Тут госпожа с Фладом делают «полный назад», а я направляюсь к номеру 411 на разведку.

Нищий, у которого кот, лежит на носилках в кислородной маске.

Ну, я такая:

- Пустите меня к нему, это мой папа. А копы с медиками:

- Не положено.

Я им дам «не положено»!

- Кто вас вызвал? - спрашиваю.

А они:

- Жилец с первого этажа. Скульптор вроде.

Тут с носилок слышится:

- Пропустите ее.

Подводят меня к нему.

- С тобой ничего страшного? - спрашиваю.

А он:

- Голова так и гудит. И нога, похоже, сломана.

Я ему:

- Что мне для тебя сделать?

Так Графиня распорядилась: собрать информацию и предложить помощь.

Он в ответ:

- Позаботься о Чете. Он на лестнице? Голодный небось.

- Будет исполнено, - говорю.

Он типа снимает кислородную маску и просит меня нагнуться пониже.

- Да, папочка. - И я нагибаюсь.

Полиция ведь кругом.

А он мне на ухо:

- Пока меня не унесли, покажи сиськи.

Я ему ногой по ребрам. Весь кодляк на меня так и кидается. Велят убираться вон. Зря волнуются: от моих красных кроссовок и синячка-то не останется.

Травмированного грузят в «скорую», сейчас захлопнут двери. Он умоляюще тянет ко мне руку, будто утопающий, над которым вот-вот сомкнутся черные волны смерти. Что ж, меня не убудет. На мгновение задираю топик с лифчиком - на тебе, умри счастливым. Ведь мы так мало помогаем бездомным. Да и груди-то у меня маленькие и повышенным спросом не пользуются.

Вхожу на лестницу и сгребаю Чета в охапку.

Передо мной тут же вырисовываются два копа. Я их уже видела. Графиня сказала, что они участвовали в сокрушении Илии. Поворачиваюсь к тому, который латинос, и говорю:

- Все пучком, коп?

Ну, тут он начинает:

«Отправляйся домой, что у тебя за дела по ночам, а то заберем тебя в участок и позвоним родителям, бу-бу-бу», - запугивание, порицание и фашистский догматизм, все в одном флаконе.

Даже смешно. Только я не улыбаюсь (хотя зубы у меня прямые и красивые, не зря в детстве три года ходила со скобками) - опасаюсь, как бы клыки не выросли у них на глазах.

Коп, который педик, спрашивает:

- Что ты здесь делаешь?

- Живу я тут, - отвечаю.

- А ты, педрило, что здесь делаешь? Вы же, зайчики, из отдела убийств.

Ну он тут:

- А документик покажи, шурум-бурум, я с вашей мамой был близко знаком.

А я такая:

- Если бы вы разобрались до конца со старым вампиром, когда тырили его коллекцию, не ковырялись бы сейчас в говне.

Тут латинос на пару с педиком:

- Чта-а-а?…

А я им:

- Так-то вот. Вы сюда надолго? А они:

- На полчасика, мисс. Нам надо опросить свидетелей и сдать трусы в чистку, а то мы обделались по полной. Можем подвезти, куда вам надо.

С Четом в руках направляюсь к новой квартире, пока они не опомнились. Оставляю кота на лестнице, выбегаю на улицу и мчусь за угол - доложиться Графине и Фладу.

Джаред пялится на них как прибуревший.

- Эй, Бу! - привожу я его в чувство.

(Лили, Джаред и я типа раз шесть смотрели «Убить пересмешника», и наш любимый момент, когда Скаут видит Бу Редли у дверей и кричит: «Эй, Бу!» Типа спасибо природе, что создала тебя таким тормозом, это для твоей пользы. С Джаредом у меня часто так получается.)

Я типа:

- Купите мне кофе.

Графиня и Флад только качают головой в ответ. Денег нет.

Я такая:

- Ну вы, отсосы и придурки. У самих куча наличных, а на улицу выходят без гроша. Вы мне больше не господа.

Честное слово, не хотела. Это все переживания и головная боль. Кофеина в крови мало.

Тут Джаред говорит:

- Эй, Бу! - И показывает десятку.

В ответ притворяюсь, что порвала колготки.

Графиня говорит, что на Фримонт-стрит есть круглосуточная китайская рыгаловка и, пока копы не ушли, можно туда наведаться. Мы с Джаредом берем по чашке кофе и жареную картошку (отдает, гадость, китайскими креветками).

Флад и Графиня мрачно смотрят на нас.

Я такая:

- Что? Что? Что?

Графиня мне:

- Да ничего.

Ой, брехня.

Смотрю на Графиню. Да она просто глаз не может оторвать от чашки Джареда.

Я типа:

- Блин, Графиня, мать твою, будешь, что ли?

Вытаскиваю кинжал у Джареда из-за голенища, хватаю слюнтяя за руку и колю ему палец.

А вот визжать так совсем не обязательно. Китаец за стойкой начинает страшно суетиться и кричит что-то мне. Разве можно так тараторить, когда кричишь? И откуда мне знать, что ты от меня хочешь, по-китайски я ни бум-бум.

Выжимаю кровь из Джаредова пальца в его чашку, затем - в свою. Пододвигаю чашки вампирской парочке.

Все вдруг успокаиваются, даже китаец. После того как Джаред заплатил ему еще за два кофе.

Можно начинать совещание Бессмертных Королев.

Интересно, Графиня с Фладом ответят наконец хоть на один вопрос насчет образа жизни носферату? Сами, что ли, не знают ни хрена? Это типа как я ходила в школе на занятия для продвинутых кулинаров (хавчик для ботанов). Начинались они после обеда, и я сразу засыпала. Так и продрыхла весь курс про суперпродукты, всякую экзотику и все такое. Оно и для здоровья полезнее. Но вот настал конец семестра - и мамик оттянулась на мне по полной.

- Эллисон, - говорит, - я тут купила продукты, приготовь обед для меня и Ронни. Покажи, чему научилась на занятиях. Это будет забавно.

Всякий раз, когда маман говорит «это будет забавно», можно не сомневаться, что тебя замучают насмерть. Так получилось и на этот раз. Что это было? Артишоки? И какой придурок будет жрать такую дрянь? Лично я их приняла за гранаты, когда увидела в первый раз.

Просидели мы у китайцев целую вечность и еще чуть-чуть, потом отправились на новую квартиру. По словам Графини, там меня ждал рождественский подарок.

Подходим к дому. Ни копов, ни медиков, все вроде чисто.

Графиня открывает навороченную дверь. На ступеньках сидит старый вампир, совершенно голый.

Госпожа и Флад подпрыгивают на шесть метров от земли. Я писаюсь. Чуть-чуть, но все-таки. У Джареда начинается приступ астмы - дыхание перехватывает. Его как заткнет - и тогда привет.

- Мне надо было постирать бельишко, - сообщает старикашка Илия.

Должна сказать со всей определенностью, что за последние двадцать четыре часа я столько нагляделась на старческую наготу, что на моей хрупкой психике наверняка останутся шрамы. Не удивляйтесь, если как-нибудь повстречаете меня в полночь на болотах, бормочущую нечестивые речи про обвислую мужскую задницу. С психически травмированными такое бывает.

Тут Флад кидается на дверь и кричит:

- Бегите, я его задержу!

А я уж начала в нем сомневаться. Мне стало казаться, что никакой он не Темный Повелитель, а обычный лох, нахватавшийся поэзии. И вот он показал себя - мой доблестный вампир-герой.

На бегу слышу слова Илии:

- Он обмочил мне весь комбинезон.

И, наверное, старается выбить дверь. Я не видела. Целых два квартала пробежала не оглядываясь.

Графиня такая:

- Мне надо вернуться за ним.

Только она и шагу сделать не успела, как Темный Повелитель фигарит из-за утла.

- Вперед, вперед, не останавливайтесь! - кричит.

Мы хором:

- Куда? Куда? Куда?

Графиня раскинула руки, поймала Флада и стиснула в объятиях.

- Дыши, парень, дыши, - заладил Джаред.

Тут часы Графини забибикали. И часы Флада тоже.

- Ой-ой-ой, - дружно застонали вампиры.

Оказалось, у нас всего десять минут, чтобы заложить их на хранение в темное место. Денег на гостиницу ни у кого нет.

Мчимся на стройплощадку у Бей-бридж.

Как бы их там в асфальт не закатали! Вот напугаются-то!

Графиня на бегу кричит Фладу:

- Как тебе удалось вырваться?

А Флад ей:

- На сушилке сигнал запищал.

А она:

- И он оставил тебя в живых только потому, что белье высохло?

- Повезло, правда? - И ведь никакой одышки, хотя мчится во весь дух.

Прибегаем на стройплощадку. Спрятаться негде. Завернуться не во что. Начнется работа, все равно раскроют.

Графиня смотрит на балки (стропила?) моста и приказывает:

- Туда!

И мы лезем. Тащу с собой брезентовые чехлы, которые прикрывали генератор. Вместе с нашими вампирами-производителями забираюсь на балку и заворачиваю их в брезент.

Еще чуть - и было бы поздно.

Светает, и мы с Джаредом видим, что это место безопасным никак не назовешь. Под мостом обитают толпы бездомных. Стоит им приметить брезент или унюхать мои конфеты… Да и какие из нас бойцы, в нашем-то нежном возрасте?

Так что Джаред ломится домой за тачкой, мешками для мусора и клейкой лентой (если повезет, вернется на мачехином мини-вэне). Отвезем их в реальное укрывище.

Ах да, прежде чем Графиня погрузилась в мертвый сон, я у нее спросила:

- Так что вы припасли мне на Рождество?

- Десять тысяч долларов, - отвечает.

А я:

- А у меня для вас ничего.

- Не страшно, - говорит.

- Зато ты наша любимая услужающая. Все нормально.

Вот почему я люблю ее и буду охранять до самой смерти.

Она типа поцеловала вампира Флада и отошла. Их любовь переживет века. Если только мы с Джаредом не облажаемся и не поджарим их при перевозке.

ОГ! Мы же забыли покормить Чета!