Отужинав походными припасами сэра Ралло, я налил себе вторую кружку горячего кофе, набил табаком трубку и позвал Карин и двух рыцарей — сэра Ралло и сэра Джеффри — для серьёзного разговора.

Разговор состоялся в палатке сэра Ралло. Несмотря на то что обычно рыцарь жил в ней один, своими размерами она не уступала палаткам, в которых его солдаты спали по десять человек.

Пространства было хоть отбавляй, но с мебелью дело обстояло куда хуже. Два походных стула и спальный мешок — вот и вся мебель. Я предложил один стул Карин, второй занял сам. Сэр Ралло развалился поверх спального мешка, а сэр Джеффри предпочел стоять. Я не возражал.

Итак, сэр Джеффри Гавейн. Молодой рыцарь из бедного и не слишком славного рода. Убийца дракона и сообщник леди Ивы. Или убийца дракона и орудие леди Ивы. Слишком спокоен, учитывая все обстоятельства. Недоумение на его лице присутствует, но страха нет. Может быть, он просто не запомнил моё лицо там, у пещеры Грамодона? Этот вопрос следует прояснить в первую очередь.

— Вы знаете, кто я?

— Да, — сказал сэр Джеффри. — Вы — король эльфов, и я благодарен вам за своё спасение из Города Людей.

— Насколько благодарны? — поинтересовался я. Похоже, он на самом деле меня не помнит.

— Вы можете потребовать от меня любую услугу, Ваше Величество, — сказал сэр Джеффри.

— Если я и величество, то отнюдь не ваше, — поправил я молодого рыцаря. — Потому что вы как минимум не эльф. Называйте меня просто «сэр». Что же касается услуги… Вам достаточно будет честно ответить на мои вопросы, и за спасение из Города Людей мы будем в расчёте.

Карин изогнула бровь. От её внимания не ускользнули мои слова по поводу «расчёта за Город Людей». Происшествие с Грамодоном требовало отдельного рассмотрения.

Странно, передо мной сидел один из виновников всех моих проблем, а я не испытывал к нему неприязненных чувств. Никаких абсолютно. Неужели нас с ним так сблизило то, что с нами обоими случилось в Городе Людей? Или я по природе своей незлопамятен?

Оберон бы узнал всё, что ему требовалось от этого парня, а потом из принципа снёс бы ему голову одним ударом.

Интересно, а я всё время буду думать, как бы на моём месте поступил Оберон? Жить с оглядкой на тень своего отца?

— Вопросы? — недоуменно повторил сэр Джеффри.

— Вопросы. Вам не кажется, что мы встречались раньше?

— Нет.

— Это было по другую сторону Серых гор, во владениях графа Осмонда, — напомнил я. — Поблизости от пещеры, в которой обитал дракон по имени Грамодон. Тот самый дракон, которого вы убили.

Глаза молодого рыцаря расширились от изумления:

— Вы… тот чародей? Не может быть!

— Может, — заверил рыцаря сэр Ралло. — Это и есть чародей из графства Осмонда. Ныне он известен как король Ринальдо.

— Я… — Ага, теперь Гавейн испугался. Наконец-то. — Вы… но как же…

— Вы убили Грамодона, загнав ему в грудь копье? — спросил я.

— Да, сэр, — отчеканил Гавейн. Он быстро принял решение и не стал отпираться. Я был ему за это благодарен — такой подход экономил время.

— Зачем вы его убили?

— Из-за сокровищ, сэр.

— Что вы собирались сделать с награбленным?

Гавейна передернуло. Похоже, он так и не смирился с мыслью о том, что кого-то ограбил, а сокровища Грамодона считал боевым трофеем. Даже грабители могут видеть себя благородными рыцарями.

— Мы… я хотел купить небольшой замок, сэр. Жениться.

— На леди Иве? — уточнил я.

— На леди Ивон, — поправил меня Гавейн.

— Мы говорим о той женщине, которая обманом притащила меня к пещере и ударила по голове?

— Да, сэр.

— Мне она представилась леди Ивой.

Гавейн пожал плечами: дескать, тут он ни при чём.

Интересно, как эту женщину зовут на самом деле.

— Кому принадлежала гениальная идея меня подставить?

— Ей, — вздохнул рыцарь. — Вам может показаться, что я сейчас оправдываюсь, но это действительно так, сэр. Я… я предпочел бы взять всю ответственность на себя. За убийство дракона, я имею в виду. Мы были бы в безопасности, если бы сделали всё достаточно быстро, но Ивон заявила, что не собирается провести всю жизнь в бегах, и настояла на том, чтобы подставить какого-нибудь ротозея и свалить всю вину на него… Извините, сэр, это она так сказала.

— Не извиняйтесь, я в той ситуации действительно повёл себя глупо. Теперь самый важный вопрос, Джеффри, — сказал я. — Где вы взяли это копьё?

— Я не знаю, сэр. Копьё принадлежало Ивон. Она говорила, что это древняя вещь, единственное, что досталось ей в наследство от отца.

Враньё.

Если бы копье на самом деле было древним артефактом, то мой наставник в магических делах Исидро что-то бы о нём слышал. Наверняка. Маги предпочитают знать о таких вещах и, если возможно, держать их под контролем. Копье леди Ивы было новоделом, над которым постарался талантливый и опытный маг. Я узнал бы чародея, который его сделал, если бы мне довелось увидеть другую его работу. Магические артефакты несут на себе отпечатки своих создателей, такие же индивидуальные, как отпечатки пальцев.

— Подобные штуки стоят довольно дорого. Если вам нужны были деньги на замок и женитьбу, почему вы просто не продали копьё? — спросил я. — Это был бы более безопасный вариант. Или такая возможность просто не приходила вам в голову?

— Приходила, — удрученно признался Гавейн.

— И почему же вы от неё отказались?

— Ивон не согласилась. Она говорила, что её отец был бы против продажи, и копьё нужно использовать по прямому назначению. И ещё она настаивала, что я… должен доказать свою любовь.

Романтика, чёрт побери. Я был старше сэра Джеффри всего на несколько лет, но в этот момент он показался мне совсем юнцом. Его обвели вокруг пальца, воспользовавшись его наивными представлениями о рыцарском поведении. Заветы отцов, убийство во имя прекрасной дамы…

— Похоже, я в этой истории не единственный ротозей, — заметил я. — Итак, суть происшедшего мне понятна. Теперь было бы неплохо услышать подробности.

Гавейн пожал плечами и заговорил. Если вкратце, то дело обстояло следующим образом.

Сэр Джеффри, младший отпрыск древнего, но не очень славного и совсем не богатого рода Гавейнов, избрал стезю странствующего рыцаря. Что ещё ему оставалось делать, если наследство в виде родового имения ему не светило, а денег в семье не водилось уже задолго до рождения самого сэра Джеффри?

В общем, младший Гавейн отправился на поиски приключений, прибиваясь то к одной, то к другой дружине и участвуя в мелких стычках с разбойниками и браконьерами. Леди Ивон он встретил в замке мелкого феодала, барона Стокса. Она гостила там, представившись дочерью его старого армейского друга, что, как я подозреваю, было ложью.

Однажды она заговорила с молодым рыцарем о каких-то пустяках, попросила помочь с лошадью, и уже через полчаса Гавейн понял, что влюбился в неё, как мальчишка, каковым он, собственно говоря, и являлся. Ивон отвечала ему взаимностью, и через неделю они уже заговорили о браке.

Семейная жизнь, как известно, штука довольно дорогая, и на обустройство любовного гнездышка требовались деньги, которые Гавейн так и не скопил. Тогда леди Ивон показала ему копьё, носившее гордое имя Убийцы Драконов, и рассказала, что это — часть её приданого, доставшегося от отца. Также она заявила, что её отец дал обет никогда не продавать это копье и использовать его по назначению, и она не может нарушить этого обещания. Ослеплённый любовью сэр Джеффри согласился, что преступать через обеты нехорошо, и парочка занялась поисками дракона, которого можно было бы заколоть.

Грамодон оказался вполне очевидным выбором. Молодой, неопытный, живущий на землях графа Осмонда, не самого крупного феодала, далекого от столицы Вестланда и не имеющего влияния при дворе. Одновременно был разработан план, как отвести подозрение от пары влюбленных и свалить ответственность на другого человека. А тут под руку совершенно случайно подвернулся я.

Дальнейшее было мне известно. Сэр Джеффри отправился прямиком к пещере Грамодона и насадил дракона на копье, леди Ивон заморочила мне голову, назвавшись леди Ивой и рассказав сказку про похищение рыцаря, в результате чего граф Осмонд и дядя Гарлеон бросились в погоню за мной, а не за настоящими виновниками произошедшего.

Криминальная парочка отправилась обратно на юга, сделав остановку на Перевале Трехногой Лошади, чтобы спрятать там награбленное. Покинув перевал, они тут же избавились от лишней лошади, продав её купцам проходившего мимо каравана, после чего леди Ива-Ивон уговорила сэра Джеффри отправиться в Город Людей, чтобы скрыться там от возможного преследования.

Чем кончился их визит в Город Людей, я тоже знал. Гавейна поместили в Питомник Владычиц в качестве племенного скота, а леди Ива, выручив за беднягу кругленькую сумму в золотых монетах, покинула город в тот же день.

Закончив рассказ, молодой рыцарь умолк, опустив глаза к полу.

— Мда… — первым нарушил тишину сэр Ралло. — Прими мои извинения, Рико. Теперь я вижу, что ты с самого начала не был замешан в этой истории. В смысле, замешан ты был, но… В общем, ты понимаешь, что я имею в виду.

Я кивнул.

— Что вы со мной теперь сделаете? — уныло поинтересовался Гавейн.

— Я бы отдал тебя на суд графа Осмонда, так как преступление произошло в его владениях, — сказал сэр Ралло. — К сожалению для тебя или к счастью, но решать твою дальнейшую судьбу буду не я. Что ты скажешь, Рико?

— Я подумаю, — сказал я. — А это займёт некоторое время. Джеффри, считайте себя моим гостем.

— Пленником? — уточнил Гавейн.

— Гостем, — повторил я. — Скажите, вы до сих пор питаете к леди Иве… Ивон… нежные чувства?

— После того, что она со мной сделала? Предала меня? Как вы сами думаете?

— Это не ответ, — сказал я.

— Я… наверное, я ещё что-то к ней чувствую, — признался Гавейн. — Но эти чувства меркнут перед моим желанием отомстить.

— Месть — блюдо опасное, им и отравиться недолго, — сказал я. — Как вы думаете, куда могла направиться ваша бывшая невеста?

— Если не на Перевал Трехногой Лошади, где спрятаны сокровища Грамодона, то я не знаю, — сказал Гавейн. — В Питомнике у меня было время подумать, и я понял, что мне почти ничего о ней не известно.

Я путешествовал вместе с этой женщиной три дня и тоже ничего не выяснил. Она здорово умела скрывать информацию о своём прошлом.

— Ралло, ты можешь выделить сэру Джеффри спальный мешок и место в палатке?

— Я уже это сделал, — сказал сэр Ралло.

— Тогда идите отдыхать, Джеффри, а я подумаю, как нам с вами следует поступить.

— Я ещё раз приношу вам свои извинения и благодарность, сэр, вне зависимости от того, какое решение вы примете в дальнейшем. — Гавейн склонился в почтительном поклоне и вышел.

— Дурак, — прокомментировал сэр Ралло. — Романтично настроенный сопливый юнец. Идиот. Что ты будешь с ним делать, Рико?

— А что бы сделал ты?

— Я уже сказал — отдал бы графу Осмонду.

— Это я помню. Но что бы ты с ним сделал, если бы сам был графом Осмондом?

— Глупый вопрос, Рико. Поскольку я — не граф Осмонд, я даже думать об этом не собираюсь.

— Я бы его зарезала, — сказала Карин. — Но предчувствую, что моё предложение придётся тебе не по вкусу, красавчик.

— Вы правы, — согласился я. — Оно мне не нравится. Ещё варианты есть?

— Тогда просто отдай его Гарлеону, — предложила Карин.

— Не могу.

— Почему? Ты же сам обещал ему выдать убийцу, красавчик.

— Гарлеон его убьёт, — возразил я.

— И что с того? — удивилась наемница. — Гарлеон в своём праве, и закон на его стороне. Кровь за кровь.

— Этот сэр Джеффри — такое же орудие убийства, как и копьё, которое он вонзил в грудь дракона, — заметил я.

— Чушь, — сказал сэр Ралло. — У копья не спрашивают, кого им разить. Человек же волен выбирать сам.

— Далеко не всегда, — сказала Карин, очевидно, вспомнив о своем гладиаторском прошлом. — Но в этом случае я согласна с тобой, Ралло. Парень виновен.

— Я и не говорю, что он невиновен, — сказал я. — Но степень его вины не установлена. Вдохновитель сего замысла — леди Ива, а не сэр Джеффри.

— Его рука вогнала копье в грудь дракона, и это факт, — сказал сэр Ралло. — Отдай его Гарлеону, и забудем об этом.

— Нет, — сказал я. — Я не отдам Гавейна на растерзание дракону.

— Ну и дурак, — сказал сэр Ралло. — А что ты с ним ещё можешь сделать? Отправить к Осмонду? Так в итоге сэр Джеффри всё равно окажется у Гарлеона. Сделай это сам, и один из самых старых драконов Вестланда задолжает тебе услугу.

— Парень просто ошибся, — сказал я. — Многие ошибаются.

— Верно. И цена этой ошибки — смерть.

— Неужели ты сам никогда не ошибался, Ралло?

— Я никогда не убивал тех, кого не следует убивать, — сказал сэр Ралло. — Есть ошибки… и ошибки, Рико, и у каждой из них своя цена. Некоторые вещи непростительны.

— Леди Ива гораздо больше виновна в смерти Грамодона, — заметил я. — Копьё и идея принадлежали именно ей.

— Значит, если мы её поймаем, то тоже отдадим Гарлеону, — сказал сэр Ралло. — Послушай, Рико, дракон всё равно не успокоится, пока кто-нибудь не ответит за смерть его племянника. Разве не лучше, если этот кто-то будет действительно виновен?

— Завтра утром мы двинемся на Перевал Трехногой Лошади, — сказал я. — Сэр Джеффри покажет нам, где они спрятали сокровища, и мы попробуем схватить леди Иву там. Фора во времени у неё есть, но не слишком большая.

— И что ты с ней будешь делать, когда поймаешь? — поинтересовался сэр Ралло. — Кроме разговоров, конечно.

— Понятия не имею, — признался я.

— Тогда зачем нам вообще её ловить?

— Я хочу знать, откуда взялось это копье и зачем леди Иве понадобилось убивать дракона.

— Это чисто академический интерес? — спросил сэр Ралло.

— Нет.

— Сначала я думал, ты жаждешь отмщения, — сказал сэр Ралло. — Но я вижу, что у тебя очень странное представление о мести. По-моему, ты сам не знаешь, чего добиваешься.

Он прав, я не знаю. Может быть, я просто тяну время перед неизбежным возвращением в Гнездо Грифона и тем, что последует за этим возвращением?

Действительно, что мне за дело до этого чёртова копья и до разборок с драконами? Эльфы живут на Зелёных Островах, и наверняка они уже заждались своего короля.

— Когда ты планируешь выступить? — поинтересовался сэр Ралло.

— Утром, как проснусь, — сказал я.

— В котором часу ты намерен проснуться?

— Как получится.

— Понятно, — вздохнул рыцарь и вышел из палатки. — Будем с нетерпением ждать этого момента.

Наверное, он уже пожалел, что согласился меня сопровождать.

— Вы тоже считаете, что я себя странно веду? — спросил я у Карин.

— Я с самого начала так считала, красавчик. И потом, никто не ведёт допросы так, как это делаешь ты. Ты узнаешь слишком много ненужных, абсолютно лишних подробностей. После такого допроса ты не столько получаешь информацию, сколько проникаешься к допрашиваемому личными чувствами, которые только мешают трезвому суждению. Скажем, зачем тебе знать, питает сэр Джеффри к леди Иве нежные чувства или нет?

— Чтобы спрогнозировать, как он будет себя вести при встрече с ней.

— Не проще ли сделать так, чтобы от его поведения вовсе ничего не зависело, красавчик?

— Например, убить его?

— Хотя бы и так.

— Я не склонен убивать всех подряд.

— Ты оставляешь у себя за спиной слишком много живых врагов, — сказала Карин. — И ты даже врагов в них не видишь. Это может выйти тебе боком. Один раз, с гоблинами, ты уже прокололся. Если бы мы ликвидировали банду Гмыка, впоследствии нам не пришлось бы драться со всем их чёртовым племенем, и в итоге мы бы убили в три раза меньше народа.

И она не была бы ранена отравленным копьём, и не побывала бы одной ногой на том свете. Этого Карин не стала говорить вслух, но я понимал, что она имеет в виду.

— Кроме того, чародей по имени Рико может позволить себе любое поведение, — сказала Карин. — Но король Ринальдо должен думать о последствиях каждого своего хода.

— Откуда вы так много знаете о королях?

— У меня была очень насыщенная жизнь, хотя и не слишком длинная, — сказала Карин. — В спину не бьет только мёртвый, Рико. Это единственная гарантия.

Карин заслужила право быть циничной. Чёрт побери, она заслужила право быть любой, какой только хотела быть. Но это не означало, что я должен соглашаться с ней во всех обсуждаемых нами вопросах.

— Впрочем, поступай как знаешь, красавчик, — сказала Карин. — Я знаю, что ты всё равно меня не послушаешься, так что… Последний на сегодня вопрос — мне расстелить свой спальный мешок внутри палатки или снаружи, у входа?

— Э… вы же не собираетесь здесь спать?

— Во-первых, ты не освобождал меня от обязанностей телохранителя, красавчик, и мы с тобой всю дорогу спали в одних и тех же комнатах, а во-вторых, ты предлагаешь мне устроиться на ночь в другой палатке с десятком совершенно незнакомых мне мужчин?

— Э-э-э… — покраснел я. — Я просто не хотел бы скомпрометировать вас, и…

— Скомпрометировать? Ты думаешь, сэру Ралло и его ребятам не плевать, спим мы с тобой или нет?

— А-а-а… — Я подумал, как будет смотреться, если она уляжется снаружи, у входа в мою палатку, а я не сомневался, что именно так она и поступит, если я не позволю ей остаться внутри. — Можете спать здесь.

— Спасибо, — ядовито сказала она и принялась расстилать свой спальный мешок.

Мы и правда раньше делили с ней одну комнату на двоих, так оно выходило дешевле. Но вокруг же не было людей, которые меня знали, и… И я совершенно запутался.

В детстве мне преподавали всё, кроме науки общения с женским полом, и я понятия не имел, как следует себя вести в подобных ситуациях.