— Это додзе, — сказал лорд Вонг.

— Похоже на храм, — сказал я.

— Это и есть храм, — сказал лорд Вонг. — Храм боевых искусств.

В додзе был простой деревянный пол, широкие окна и стены, разрисованные иероглифами. Я успел заметить, что в Тхай-Кае вообще очень много иероглифов, и тхайцы склонны рисовать их повсюду — на одежде, на посуде, на оружии и даже на стенах, как в этом додзе.

На месте, где у нормального храма обычно расположен алтарь, находилась статуя, изображающая древнего тхай-ского воина. Воин был облачен в пурпурную броню и тяжелый шлем с витыми рогами, в руке он держал… Какую-то страшную железную штуку он держал в руке. Мы стояли у входа, и отсюда я не мог толком рассмотреть, что это за хреновина.

— Это додзе Ки Фанга, — объяснил лорд Вонг. — И статуя Ки Фанга. Вы — первый чужеземец, кто может похвастаться тем, что он был здесь, принц Джейме. Я и сам тут всего третий раз.

— И чем знаменит этот Ки Фанг? — спросил я, надеясь, что это не очень бестактный вопрос. А то, что мне выпала очередная уникальная возможность — на этот раз побывать в додзе легендарного Ки Фанга — так за последний день я к этому уже привык. Уникальные возможности сыпались на меня как из рога изобилия, но никакого удовольствия сей процесс мне не доставлял.

— Он был великим воином, — сказал лорд Вонг.

— Это я уже понял.

— Ки Фанг сражался на юге. Именно благодаря его действиям у нас сейчас есть провинция Вепря, которую он отвоевал у ее прошлых хозяев.

— И какое отношение это имеет ко мне? — нетерпеливо поинтересовался я. — То есть каким образом тот факт, что Ки Фанг был великим воином прошлого, поможет мне сразить Гарриса в настоящем? Как это вообще может мне в чем-то помочь?

— Ки Фанг сражался на юге, — повторил лорд Вонг. — Как ты должен знать, на юге нам противостоят не только варвары, но также магические создания. Мантикоры, драконы, демоны. Настоящие монстры, а не жалкие подземные обитатели, с которыми пришлось иметь дело жителям твоего материка. Ки Фанг убивал их, и его копье закалено в крови сверхъестественных существ. С тех пор существуют легенды, что этим копьем можно убить кого угодно.

— При всем моем уважении к Ки Фангу и вашей славной истории, — сказал я, — я все же хотел бы выйти против Гарриса вооруженный чем-нибудь более основательным, чем легенды.

— Связанные с копьем легенды несколько раз проходили проверку и в более поздние времена, — сказал лорд Вонг. Я слышал в его голосе благоговейный трепет. — Копье Ки Фанга — это самое древнее и самое могущественное оружие, которое только есть в нашем мире. Если им нельзя убить Гарриса, значит, Гарриса вообще нельзя убить.

Но так не бывает, подумал я, вспомнив слова Ланса о том, что на силу всегда находится другая сила. Всегда.

— Подойдем поближе, — наконец-то решился лорд Вонг, и мы двинулись к статуе.

Штуковина, которую Ки Фанг держал в руках, совершенно не была похожа на копье. Разве что издалека и при очень плохом освещении.

Да, она была высотой больше человеческого роста, и у нее был острый металлический наконечник, но на этом сходство с копьем и заканчивалось.

Наконечник оказался длиной в половину всей хрено-нины, широкий, обоюдоострый, он больше походил на меч. Древко у копья было толстое, из темного дерева, отполированное то ли служками храма, то ли самой рукой Ки Фанга или того, кто там проверял легенды на практи- ке. Примерно посередине древка имелось углубление для более удобного захвата рукой.

— Я понятия не имею, как этой штукой можно драться, — признался я.

— Резать, рубить, колоть, — сказал лорд Вонг. — Существует особая техника боя, и я должен вам ее преподать.

— А у нас хватит времени? — спросил я. Для того чтобы сносно научиться владеть новым видом оружия, с которым раньше никогда не имел дела, порою нужны годы…

— А у нас есть выбор? — лорд Вонг ответил мне вопросом на вопрос.

Разумно. Выбора у нас нет.

Лезвие — называть эту штуку наконечником у меня язык не поворачивался — было тусклым, словно покрытым патиной времен. Никаких рун, иероглифов или просто узора. Это было не парадное оружие.

Это было оружие, предназначенное для того, чтобы убивать, а не красоваться.

Даже на вид оно было для меня слишком тяжелым.

Рыцари сражаются не тяжелыми копьями, но делают это верхом, а пешие копейщики используют гораздо более легкую версию оружия.

— Это не важно, — сказал лорд Вонг, когда я поделился с ним своими сомнениями. — Вы скоро сами поймете, что это совершенно не важно, принц Джейме.

Поскольку легендарное оружие легендарного предка Фангов выносить за пределы Запретного Города было решительно невозможно, все время до отправки флота нам с лордом Вонгом предстояло провести здесь.

Нам отвели роскошные апартаменты, одни на двоих, но это было логично, ведь лорду Вонгу предстояло стать моим учителем.

В апартаментах имелась ванна, две спальни и общая гостиная, а еду слуги приносили нам прямо в комнату.

То есть это я сначала думал, что они слуги. Потом оказалось, что они рабы.

Мои уроки начались уже на следующее утро, когда трое хмурых воинов принесли в небольшой внутренний дворик пурпурные доспехи и копье Ки Фанга, снятые со статуи в додзе.

Разложив доспехи на специально постеленном для этой цели коврике, охранники удалились. Мысль о том, что все это легендарное боевое великолепие предназначено для чужестранца, их совсем не радовала.

— Возьми копье, — сказал мне лорд Вонг.

Этим утром он перестал говорить мне «ваше высочество» и резко перешел на «ты». Что ж, это было логично — ведь теперь он перестал быть дипломатом при дворе моего отца и стал моим учителем.

Я поднял оружие с земли и тут же выяснил, что не ошибся при визуальной оценке копья.

Оно оказалось для меня слишком тяжелым и очень непривычно сбалансированным. Даже двумя руками я едва мог удерживать его параллельно земле.

Стоило попробовать взяться за него одной рукой, как наконечник сразу же уперся в землю.

— Рукоять слишком сильно отодвинута назад, — заметил я. — И еще она раз в десять длиннее, чем надо.

— Это не меч, — отрезал лорд Вонг.

— Я никогда не имел дела с такими копьями, — сказал я. — И вообще, я…

— Дай сюда.

Тхаец легко перехватил копье, и лезвие описало в воздухе сверкающий круг.

— Длинное древко позволяет совершать широкие замахи, используя минимум движений, — объяснил лорд Вонг. — Ты должен управлять оружием кистью. Все зависит от силы твоей руки.

— Тут есть определенные сложности, — сказал я. — И потом, Гаррис хорош в ближнем бою. Я не уверен, что смогу нанести смертельный удар, даже если буду иметь дело с привычным для меня оружием. А так…

— Любой удар этого копья смертелен, — сказал лорд Вонг. — Эй, ты, иди сюда!

Последняя реплика предназначалась не мне, а юноше, подстригавшему кусты в дальнем углу сада.

Услышав начальственный окрик, юноша бросил свое занятие и стремглав примчался к нам, остановившись на почтительном расстоянии от лорда Вонга и замерев в позе, выражавшей желание услужить своему господину любым способом.

Лорд Вонг ткнул его копьем в плечо. На какое-то мгновение на лице юноши появилось удивление, которое тут же сменилось гримасой боли. Он рухнул на землю, содрогаясь в конвульсиях, его лицо посинело, на губах выступила пена, из-под впившихся в ладони ногтей брызнула кровь, рот распахнулся в беззвучном крике-Зрелище было ужасное, а спустя несколько секунд он умер.

— Любой удар этого копья смертелен, — повторил лорд Вонг, и только тут он заметил выражение моего лица. — Что-то не так, Джейме?

— Ты убил человека только для того, чтобы продемонстрировать мне принцип действия оружия? — ужаснулся я.

— Не человека, — сказал лорд Вонг. — Раба.

Он хлопнул в ладоши, и снова появились те самые хмурые воины.

— Уберите это, — брезгливо сказал лорд Вонг, указывая на безжизненное тело. — И скажите, пусть сюда пришлют нового садовника.

Воины молча взяли труп за ноги и уволокли его куда-то за деревья.

— Лучше один раз увидеть что-то в действии, чем сто раз услышать мои уверения в том, что это действует, — сказал лорд Вонг.

— Так нельзя, — сказал я. — Нельзя убивать людей вот так просто…

— Он не человек, — сказал лорд Вонг. — Он раб, а рабы — это вещи, с которыми можно делать все что угодно. Ты просто не привык к такому положению вещей, потому что на Срединном континенте официально рабов нет. Но это не Тирен, мой юный принц. Это Тхай-Кай.

Лорд Вонг помог мне облачиться в пурпурные доспехи, и тут я заметил странную штуку: когда я брал в руки очередной предмет боевого облачения, я чувствовал его немалый вес, но как только он находил свое место на теле, как этот вес сразу же исчезал. Закованный в броню с ног до головы, я совершенно этого не ощущал.

— Видишь этот камень? — лорд Вонг указал на булыжник, формой и размером напоминавший лошадиную голову. — Я хочу, чтобы ты ударил по нему кулаком. Изо всей силы.

Это будет больно, подумал я, опускаясь на одно колено рядом с камнем и сжимая кулак. Металлическая перчатка существует не для того, чтобы защищать руку от таких ударов.

— Бей! — приказал лорд Вонг.

Я зажмурился и ударил, заранее скривив лицо в предчувствии боли. Но боли не было.

Зато рука расколола камень на несколько кусков и сантиметров на десять ушла в рыхлую землю.

— Доспехи Ки Фанга наделяют надевшего их человека силой десятков воинов, — пояснил мне лорд Вонг. — Теперь возьми копье.

Я послушался и с удивлением обнаружил, что теперь копье действительно весит в десять раз меньше. Удерживать его на весу одной рукой не составляло совершенно никакого труда.

— Начнем занятия, — сказал лорд Вонг.

К вечеру я вымотался настолько, что после того, как принял ванну и наспех поужинал, сил хватило только доползти до кровати и рухнуть в нее мешком.

Но, несмотря на усталость, сон ко мне не шел.

Ну что ж, Джейме, сказал я себе. Ты нашел именно то, чего хотел: получил во временное пользование могущественный магический артефакт и зачарованные доспехи, которые помогут тебе сразить Гарриса, а также армию, которая вернет тебе утраченный трон. Чего ж тебе тогда так неспокойно?

Я вспомнил лицо лорда Вонга в тот момент, когда он убивал садовника. Оно не отражало ничего, на нем вообще не было никаких эмоций. Словно он не убил человека, а действительно избавился от ненужной и не представляющей никакой ценности вещи.

Сегодня лорд Вонг показал мне не только силу копья Ки Фанга. Он приоткрыл передо мной завесу, скрывающую истинное лицо Тхай-Кая.

Тхай-Кай был стар и безжалостен.

Тхай-Кай не был похож ни на что, виденное мной ранее.

Инквизиторы и палачи Церкви Шести тоже убивали людей и тоже считали, что поступают правильно в рамках их веры, но в отличие от лорда Вонга они испытывали эмоции по отношению к тем людям, которых убивали. Они все-таки считали своих жертв людьми, грешниками, еретиками, заблудшими и не имеющими шанса на спасение, но людьми.

Тхайцы оказались совсем не такими.

И вот этих людей ты приведешь на Срединный континент, Джейме. Как ты думаешь, будут ли они считать его коренных обитателей людьми?

Не знаю.

А если серьезно? Если честно? Скорее всего, не будут.

И как, стоит твой утерянный трон той цены, которую придется заплатить за его возвращение? Стоит ли месть такой цены? Стоит ли сама твоя жизнь такой цены?

Я вспомнил юношу из рассказа Ланса. Тот привел в свой мир армию демонов.

Я сделаю чуть меньше. Я приведу армию демонов на свой континент.

У юноши из рассказа Ланса существовало хотя бы одно оправдание — в тот момент он был безумен.

У меня такого оправдания нет. Я не безумен.

Я просто дурак.

Но я не знал, что так будет. Я не хотел… Ложь.

Хотел. Ты пришел сюда в поисках оружия. Ты пришел сюда в поисках армии. Ты получил и то и другое. Ты не мог не понимать, что за все придется платить. И что платить будешь не ты, хотя бы потому, что у тебя ничего нет.

Платить за тебя будут другие.

Чем ты лучше Гарриса? Он плюет на других людей и легко жертвует ими, преследуя свои цели. И ты поступаешь точно так же.

Ты стал таким же, как он.

Надо было слушать Ланса. Надо было уходить вместе с ним. Стал бы Гаррис охотиться за мной в южных джунглях? Возможно, не стал бы.

У императора ведь есть и другие дела.

Я поднялся с кровати и подошел к окну. За окном был Запретный Город Тхай-Кая. Три линии обороны стражников и лучшие маги страны, оберегающие покой Великих Фангов.

Сюда никто не может проникнуть без дозволения.

Но и уйти отсюда никто не может.

Даже в броне Ки Фанга и даже его копьем мне не удастся прорубить путь наружу. Но броню и копье держат в другом месте и выдают нам с лордом Вонгом только на время тренировок. Это же не просто оружие. Это реликвия.

Я не сомневался, что мне доверят эту броню только перед самим поединком и заберут ее обратно, как только я убью Гарриса.

Фанги мудры и безжалостны. Иначе бы они не продержались у власти тысячу лет.

Они все просчитали заранее, и обратного пути они мне не оставили.

Я так и не увидел обычного Тхай-Кая, но не сказать, что был этим фактом сильно разочарован, учитывая обстоятельства, сопутствующие моему визиту на Утренний материк.

Несколько недель назад военный корабль лорда Вонга встал на якорь в уединенном месте, вблизи нависающих над водой скал. Мы погрузились в шлюпку и через грот попали в подземную систему каналов, а на поверхность выбрались уже в саду, окружающем Запретный Город. С тех пор я оттуда ни разу не выходил, и каждый раз, когда я вообще покидал свои апартаменты, меня сопровождали лорд Вонг и несколько дворцовых стражников.

Где-то за стенами замка Тхай-Кай жил своей жизнью. Где-то за стенами его военный флот готовился к грандиозному походу. Где-то за стенами… Я был внутри этих стен, и, даже когда пришла наша очередь погрузиться на корабль, Тхай-Кая я так и не увидел.

Мы снова воспользовались той подземной системой каналов, военное судно — уже не то, на котором мы прибыли, другое, раза в три больше прежнего, — ждало нас почти у самого берега.

Спустя всего несколько часов принявший нас на борт корабль присоединился к множеству других военных судов.

Флот Тхай-Кая произвел на меня сильное впечатление.

Сотни кораблей были под завязку набиты солдатами, оружием и провиантом на время плавания и первые дни кампании. Мне пришлось признать, что Великие Фанги основательно подошли к вопросу вторжения.

— Тхай-Кай — чума для вашего континента, — молвил лорд Вонг, любуясь многочисленными парусами. — Если мы победим в этой битве, ты сможешь вернуть себе Тирен, но он все равно не надолго останется твоим. Рано или поздно, но мы приберем к рукам весь материк. Стоит только зацепиться, а там… Знаешь, ведь ты оказал своей родине очень плохую услугу, принц. Тхай-Каю постоянно требуются новые земли, а у вас их куда больше, чем на юге.

— Ты же знал об этом плане с самого начала?

— В общих чертах, — признался лорд Вонг.

— И почему говоришь мне об этом только сейчас?

— Это же очевидно, — сказал лорд Вонг. — Я тхаец. Ты хороший парень, Джейме, но моя страна важнее.

— Тогда зачем ты вообще мне об этом говоришь?

— А ты уже все равно ничего не сможешь изменить. Процесс запущен, его не остановить, — тхаец облокотился о борт и уставился на воду. — Население Тхай-Кая быстро растет, нам постоянно нужны новые земли, и те, что мы добываем на юге, с каждым годом обходятся нам все дороже. Мы готовы платить за них любую цену, но дело в том, что их нам в любом случае надолго не хватит. Ли уже давно предлагал обратить свои взоры на Срединный континент, однако Дану удавалось отстоять свои позиции. Перед очередной военной экспедицией на юг этот вопрос возник снова, и тут появился ты. Появился удивительно вовремя для того, чтобы склонить чашу весов в пользу Ли. Все сложилось так удачно, как мы и рассчитывать не могли: решение проблемы Гарриса, — а эту проблему все равно рано или поздно пришлось бы решать, — Брекчия в качестве временного союзника и конечно же новые земли. Все это мы можем получить в результате одного маневра, одной победоносной войны. У идей Дана не оставалось ни единого шанса.

— Но ведь на самом деле Ли нужна власть, — заметил я. — Самостоятельная власть над новыми землями, которые лежат за океаном, и власть Запретного Города до них просто не дотянется.

— Да, — согласился лорд Вонг. — Я опасаюсь, что со временем эти новые земли смогут составить конкуренцию старому Тхай-Каю. Меня утешает лишь то, что я до тех времен не доживу, да и мои дети тоже. А вот у внуков могут возникнуть настоящие проблемы.

— Если твои внуки сами не эмигрируют на континент, — заметил я.

— Как бы там ни было, проблемы будут у многих, — сказал лорд Вонг. — Власть — это не та вещь, которую принято делить надвое. Нам довелось жить в интересные времена, принц Джейме. А времена, которые идут за нашими, обещают стать еще более интересными.

— Это у вас такое проклятие, да? — уточнил я. — Чтоб ты жил в интересные времена — это ведь очень недобро пожелание? Друзьям ведь обычно так не говорят?

— Да, — согласился лорд Вонг. А я подумал о Гаррисе.

Он был человеком, который сам сделал свое время интересным, и не только для себя, а для еще очень многих людей.

Ведь, по сути, все мы здесь только из-за того, что Черный Ураган предпочитал жить в интересные времена.