Чету Перон называли идеальной политической парой. Хуана латиноамериканцы считали идеалом мужчины, Эву — женщиной, «сделавшей себя».

Она была пятым ребёнком землевладельца Хуана Дуарте и посудомойки Хуаны Ибаргурен. Родители находились во внебрачной связи. В 16 лет Эва, мечтавшая о карьере актрисы, уехала в Буэнос-Айрес. Здесь она находит покровителя — издателя Э. Картуловича, благодаря которому дебютирует в кино. Вскоре издателя сменил мыльный фабрикант. Так Эва добралась до места ведущей актрисы в радиотеатре национальной радиокомпании.

Когда в 1943 году в Аргентине произошёл военный переворот, Эве удалось соблазнить полковника Имберта, занимавшего пост министра связи.

В январе следующего года ужасное землетрясение уничтожило старейший колониальный город Сан-Хуан. Эва приняла участие в кампании по сбору пожертвований и убедила своего покровителя Имберта организовать грандиозный благотворительный вечер в Луна-Парке.

Во время этого шоу Эва Дуарте заметила, что в центре внимания находится другой полковник — Хуан Перон, статный и моложавый. Он сидел в первом ряду зрителей. Улучив момент, Эва заняла место рядом с ним, чтобы потом уже никогда и никому не уступать его. Благотворительный вечер закончился их первым свиданием в одном из отелей прибрежного района Эль-Тигре…

Хуан Перон родился в небольшом аргентинском городке-крепости Лобос. Он был типичным аргентинцем по родословной: испанско-креольской и сардинской от прадедов матери и баскско-французской по землевладельцу-отцу.

В 1928 году он женился на молодой музыкантше Аурелии Тисон, которая через десять лет умерла от рака.

Закончив высшую военную школу, Хуан преподавал в ней военную историю и стратегию. Благодаря связям в военных верхах Перон сделал дипломатическую карьеру. В начале 1944 года он занял посты военного министра и секретаря труда и обеспечения, а затем вице-президента. В правительственных и военных кругах его за глаза называли «оперным призраком», появлявшимся неожиданно где угодно.

Один из современников Перона писал: «Он был красивым мужчиной атлетического сложения, ростом около 180 сантиметров, с шевелюрой чёрных волос, зачёсанных назад, открывавших широкий лоб, с тёмно-карими, почти чёрными сверкающими глазами и лицом, пышащим полнокровием от мелких вен, проступающих на его выдающихся скулах».

Эва Дуарте всерьёз увлеклась Хуаном, хотя полковнику было уже 48 лет, а ей всего 24. Их любовная связь была мезальянсом в глазах многих военных коллег Перона. Чтобы завоевать Хуана и затем стать его гражданской женой (хотя в Аргентине не принято жениться на любовницах), Дуарте пришлось превратиться в публичного политика.

Эва организовала в своей квартире нечто вроде салона для сторонников Перона. Она появлялась рядом с Хуаном на публике, сопровождала его на профсоюзных собраниях и во время походов по рабочим кварталам.

Однако военный переворот 9 октября 1945 года привёл к отставке Перона со всех постов и заключению его в тюрьму на одном из островов.

Эва Дуарте, тут же потерявшая место на «Радио Бельграно», обратилась за помощью к профсоюзным лидерам и безрубашечникам — выходцам из бедных провинций. «Эвита была той женщиной из народа, которая встала рядом с Пероном, не имея ни политического опыта, ни предрассудков, — писал один из её соратников, — поэтому она явилась новатором при проведении массовых кампаний».

Грандиозное выступление безрубашечников привело к освобождению Хуана из тюрьмы. Отныне день 17 октября будет торжественно отмечаться как главный перонистский праздник «Освобождения лидера».

На следующий день Хуан Перон и Эва Дуарте заключили гражданский брак, подтверждённый церковной церемонией 10 декабря.

Будучи законной супругой кандидата в президенты, Эва сопровождала Перона на всех предвыборных митингах, фактически возглавляя его предвыборный штаб.

В феврале 1946 года Хуан Перон стал народным президентом. Эва превратилась в Эвиту — так её теперь называли перонисты. Она стала Первой дамой в республике.

Хуан и Эва составили идеальную политическую пару, действовавшую согласно формуле «Перон управляет, Эва представляет». Он был образцом мужчины и идеалом нации, она — прекрасной латинской женщиной, хранительницей национальных и семейных ценностей. Высокий красивый брюнет с мужественными чертами лица и хрупкая красавица блондинка. Президент всегда вставал при её появлении, а при уходе провожал до дверей и целовал руку. На публике они расточали друг другу комплименты. Хуан называл её мостом любви между ним и народом. У Эвиты не было детей — она была матерью нации.

Их первым семейным домом стал президентский дворец Каса Росада. Залы Розового дома, декорированные позолоченной мебелью и картинами XIX века, были более пригодны для дипломатических приёмов, чем для личной жизни.

Эвита по старой привычке, приобретённой за артистическую карьеру, не разделяла дни и ночи в своей работе. Перон же был сторонником строгого распорядка дня, регулярного отдыха и сна. Бывали случаи, что, когда он вставал, его жена только ложилась спать.

Перон был безусловно уверен в её преданности, фанатичной вере в него лично и в перонизм. Супруги контролировали четыре крупнейшие газеты и все радиокомпании. С недовольными безжалостно расправлялись. Эвита занималась делами профсоюзов, применяя политику кнута и пряника. Её фонд назывался благотворительным, но горе было тому, кто не перечислит в него деньги.

Майская площадь перед президентским дворцом и самый широкий в столице проспект Авенида Ривадавия собирали ежегодно 9 июля миллионную толпу, которая исполняла перонистский гимн и взывала: «Перон, Перон!», «Эвита, Эвита!». И тут на балконе или трибуне появлялась «блистательная пара». Первым брал слово Хуан, подняв обе руки вверх и как бы укрощая людское море. Потом выступала Эвита.

В 1947 году состоялась первая международная поездка Эвиты. Аргентина находилась в экономической блокаде, и, чтобы преодолеть недоверие европейских стран, Перон послал жену-красавицу в Европу. Вслед за её самолётом двинулся по морю аргентинский сухогруз с мясом и пшеницей для европейцев. Эвите предстояло завоевать и европейскую элиту, и публику из народа.

Во время двухмесячного турне она посетила Испанию, Францию, Италию, Швейцарию… Её встречали на высшем уровне. Франко вручил Эвите высшую награду Испании. Её принял папа римский… Но не было дня, чтобы она, устно или письменно, не общалась с Хуаном.

Очередная президентская кампания 1951 года открылась обшей перонистской ассамблеей, собравшейся под девизом «Эвита с Пероном» и выдвинувшей формулу: «Хуана Перона — в президенты, Эву Перон — в вице-президенты!».

Главной и печальной причиной для отказа от выдвижения своей кандидатуры для Эвы явился страшный медицинский диагноз: она больна раком. Несмотря на самую квалифицированную помощь зарубежных медицинских светил и специальный курс лечения в одной из швейцарских клиник, Эвита слабела с каждым днём.

День 17 октября 1951 года был посвящён публичному чествованию Эвиты. Прежде чем предоставить ей слово, Перон попросил многотысячную толпу хранить тишину, чтобы были слышны её слова. Он поддерживал жену за талию. Но даже в такой момент Эвита призвала народ к бдительности, к готовности умереть за Перона. Сцена, когда президент прикреплял высший перонистский орден на её груди, а Эвита рыдала на его плече, как и весь этот траурный прижизненный митинг, запечатлены в документальной хронике. Любовь с большой буквы стала вскоре частью перонистской мифологии, и некоторые её выражения пережили самих героев. Например, одна из фраз в предсмертной речи Эвиты: «Не плачь, Аргентина! Я оставляю тебе самое дорогое, что у меня есть, — Перона».

Она умирала в мучениях в самой скромной из президентских резиденций, на улице Либертадор. Её окружали родные, духовник и Перон, который отлучался только по самым неотложным государственным делам. Эвита отдала указания, как забальзамировать её тело, и точные инструкции о своём посмертном туалете, причёске и макияже.

Эва Дуарте скончалась 26 июля 1952 года. Враги торжествовали, народ скорбел. В течение суток её тело забальзамировал испанский патологоанатом Ара.

Подобных похорон Латинская Америка ещё не знала. Вся Аргентина прощалась с Эвитой. В память о ней прошло грандиозное факельное шествие.

Её останки хранились как священная реликвия в часовне центрального здания Всеобщей конфедерации труда. В 1956 году они были похищены военными, перевезены через океан и тайно захоронены в Милане под именем другой женщины.

Перон, оповестивший народ, что «Эвита ушла в вечность», не мог убедить всех, что она действительно умерла.

Умирая от рака, Эвита умоляла мужа никогда не верить военным. И заклинала полагаться только на народ. Но через несколько месяцев после её смерти страну потряс очередной военный переворот. Хуан Перон бежал из страны.

Опальный политик, лишённый гражданства, званий, состояния и всех прав, долгое время был вынужден жить на чужбине. Отмечая своё 60-летие в узком кругу друзей, Перон с усмешкой заметил: единственное, что он заслужил, — это право на частную жизнь. Он женился на бывшей танцовщице Исабель Мартинес.

В начале 1970-х Перону позволили переехать в Аргентину. Военные власти вернули ему звания и гражданские права, прерогативы бывшего президента, включая пенсию и охрану, генеральский чин, а также… останки Эвиты.

Перон активно включился в политическую жизнь страны. Президентские выборы 23 сентября 1973 года принесли ему победу в паре с Исабель Мартинес. Они получили более шестидесяти процентов голосов — беспрецедентное большинство в условиях Аргентины.

Но торжество оказалось недолгим. Перон скончался от инфаркта 1 июля 1974 года.