Войдя в комнату, Артур взглянул на столик, и, улыбаясь, сказал:

– Это как раз то, о чем я мечтал. Как ты догадалась?

– Я готова твои мысли читать, – Сью опустила глаза.

– Даже так? – он рассмеялся. – Тогда чего мы стоим?

Сью не заметила, как он быстро оглянул всю комнату и на секунду его взгляд задержался на ключе, торчащем из дверцы секретера.

Артур сел на диван, Сью устроилась рядом с ним и нежно проворковала:

– А покормить тебя можно? Ты ведь устал?

– Можно, – он снова рассмеялся. – Начинай.

Сью сначала отправила ему в рот одну за другой несколько спелых запотевших черешен, потом переключилась на клубнику, потом в ход пошли дольки апельсина и ломтики киви. Было так хорошо и спокойно, что Артур прикрыл глаза.

– Артурчик…

– Терпеть не могу, когда меня так называют, – он слегка поморщился. – Патокой отдает.

– Извини, – Сью сорвала виноградинку и поднесла к его губам.

– Ничего, просто я должен был тебя предупредить сразу. Если хочешь коротко, то друзья, иногда, называют Арчи.

– Как кота?

– Так кота и назвали в мою честь.

– И кто же?

– Одна моя очень хорошая знакомая.

– И куда же она делась?

– Оставила мне кота в наследство.

– Она была молодой и красивой?

– По-моему, мы отдалились от первоначальной темы, – ушел от вопроса Артур. – Что хотела моя крошка?

– Помнишь, ты утром, когда мы все у тебя были, и ты подвозил меня, обещал рассказать кое о чем?

– И о чем же? – он сделал вид, что не понимает, куда клонит Сью.

– О том, что ты делал до того, как открыл спортклуб.

– Родился, крестился, учился в школе, учился в одном учебном заведении, учился в другом учебном заведении, работал в НИИ научным сотрудником. Жениться как-то не получилось. Потом спортклуб открыл.

Сью взяла нож и отрезала дольку персика. Этой долькой она начала водить по губам Артура, когда же он пытался поймать её губами, то Сью ловко отдергивала руку, и всё через секунду начиналось вновь. Артур открыл глаза и взял её за руку.

– Перестань хулиганить, – его голос стал чуть хрипловатым.

– А почему? – Сью улыбнулась с видом невинной девочки. – Тебе не нравиться? Только честно.

– Нравиться. Только честно я тебе уже сказал – ты ещё маленькая и Артуровна.

– У, какой ты! – обиженно надула она губки. – Ладно уж, я не буду больше. Закрывай глаза, я тебе ещё что-нибудь скормлю.

– Так-то будет лучше. А сама ты что-нибудь, может, тоже съела бы?

– А мы вот что сделаем, сначала я тебя кормить буду, а потом ты меня. Открывай рот.

– Разве что так, – Артур послушно выполнил указания Сью.

– Артур, а фуражка тебе нужна была для работы в НИИ?

– Какая фуражка? – он снова сделал вид, что не понимает.

– Ну, черная, кожаная, и очки черные. А ещё ты говорил о черных кожаных брюках и прочем.

– Угу. Я к заму по науке ходил в фуражке, а к директору института по полной форме. Их это заводило.

– Ты же говорил, что расскажешь, – Сью сделала вид, что готова обидеться.

– А ещё я говорил, что твоя фамилия Маугли.

– Нет, моя фамилия Овсиенко. Просто ты тогда пообещал, что расскажешь в свое время, для какой работы тебе это было нужно.

– Ты считаешь, что уже время?

– Считаю.

– А я не считаю, – он открыл глаза и, взяв стакан, отпил немного йогурта. – Теперь ты открывай рот, галчонок.

Сью, в отличие от Артура, закрывать глаза не стала. Она смотрела на него и, при каждом удобном случае, старалась коснуться его пальцев губами. Артур делал вид, что не замечает этого. На самом деле сердце у него колотилось где-то в горле, и кружилась голова. Солнечный зайчик начинал слепить глаза. Поддаться этому ослеплению он не мог, мешало всё то же непонятное чувство, что если что-либо подобное случиться, это будет самым страшным грехом в его жизни, таким грехом, с которым жить дальше будет невозможно.

– Сью, крошка, перестань баловаться, – попросил он.

– Артур, я не понимаю, почему мои подруги были достаточно взрослыми, чтобы быть с тобой, а я – маленькая.

– Кроме всего ты – Артуровна. Сколько раз ещё повторить?

– Ну, мало ли Артуров на свете? – она рассмеялась серебристым смехом. – Мой-то чудный папик учился с маменькой в институте. Это было в Новосибирске.

– И всё равно, я не могу, – Артур опустил глаза.

– Вот ведь вредный какой! – Сью тоже отпила немного йогурта. – Ладно, оставим пока. Я хотела тебя ещё об одной вещи спросить.

– Спрашивай, – разрешил Артур.

– Закрой глаза и подожди чуть-чуть.

– Хорошо, – Артур покорно закрыл глаза.

Сью подошла к подоконнику и надела очки и фуражку. Потом, вернувшись к Артуру, она села ему на колени, лицом к нему, и сказала:

– Открой глаза. Как я тебе?

У Артура перехватило дыхание. То, что она вытворяла, пока они ужинали, было ещё детским лепетом по сравнению с тем, что начиналось. Сью придвинулась к нему вплотную и провела по губам кончиком языка. Повисла минутная пауза, в течение которой Артур собрал в кулак остатки воли.

– А это вот ты, крошка, делаешь напрасно, – холодно сказал он и снял со Сью очки.

– Мне что, не идет?

– Идет. Только вот не со мной идет. Если хочешь, я тебе дам это, чтобы поиграть с Дэвидом.

– Дэвид уехал. И вообще, мы сегодня поссорились из-за тебя.

– Да? – Артур вскинул брови. – А вот это уже лишнее. Я ведь не для тебя, девочка.

– Ты хочешь сказать, что для той шлюшки, с которой тебя отщелкали? – с вызовом бросила Сью. – Я просто имела счастье взглянуть, зачем тебе всё это было нужно.

– И к какому выводу ты пришла? – всё так же холодно спросил Артур.

– Ты, вероятно, большой любитель мазохисток.

– Нет, я их вообще терпеть не могу. Кажется, твоих девчонок я и пальцем не тронул.

– Тогда что? Ты тащишься, когда тебя снимают за этим делом?

– Сью, крошка, давай оставим этот никому не нужный разговор и нормально посидим, – попробовал он предпринять последнюю попытку остановить её. – Если тебе очень нравиться, то я могу тебе разрешить посидеть в этом и повоображать, что угодно.

– А я не хочу воображать! – с лица Сью исчезла улыбка. – В конце концов, если у тебя кто-то есть, то скажи!

– У меня никого нет.

– Тогда я не понимаю, почему ты себя так ведешь! У нас с тобой какие-то странные отношения: видимся почти каждый день, играем в теннис, катаемся где угодно, ты мне подарки отваливаешь, но при этом мы целуемся только в щечку, потому что ты по другому не любишь или не хочешь, и ты дальше всяких анекдотичных случаев, ничего о себе не рассказываешь. Может быть, ты меня хочешь кому-нибудь в подарок преподнести?

– Что за глупости?! – Артур вспыхнул. – С чего тебе такая фигня на ум пришла? Если тебя с порога не тянут в постель и не дают тебе накуриться всякой дряни, ты уже подозреваешь что-то неладное? И почему я должен исповедоваться перед тобой? Ты кто? Священник? Мать настоятельница монастыря? Да ты просто бестолковая девчонка, возомнившая о себе Бог весть что!

– Я бестолковая девчонка?! – Сью сняла и отшвырнула фуражку.

– Да!

– А ты… ты старый козел! Извращенец! Импотент! – она отпустила ему звонкую пощечину.

– Уймись, бестолочь! – он перехватил её руки.

– Сам ты бестолочь! Человек порядочный! Чудак ты на букву М! Да пошел ты …! – Сью попробовала вырваться, но ничего не получилось.

– Да я там уже давно, только ноги свесил, а вот тебя туда не приглашаю.

– Пусти меня, придурок! Я домой хочу!

– Так, уймись, и давай поговорим спокойно, – Артур слега ослабил руки. – Что происходит?

– А ничего. Просто я хочу домой. Какого черта я Дэвида не послушалась? Ведь говорил же он мне, что у тебя не все дома или что-то с тобой не то. Только вот он думал, что мы с тобой что-то в постели делаем. Да ничего ты там делать и не можешь, наверное. Девки просто под кайфом были, вот и не сообразили, что к чему.

– Ну, не тебе судить, – на эту провокационную реплику Артур не поддался.

– Конечно! Да не больно-то и хочется. Явно хвалить не стану! Ладно, отпусти меня, я домой пойду.

– Давай я тебя подвезу, – предложил Артур.

– Вот уж как-нибудь без этого я обойдусь, а то ты ещё к моей мамочке пойдешь познакомиться и ручку пожать. А потом вы вместе мне прочтете лекцию о жизни моей непутевой.

Артур покорно отпустил руки Сью. Она встала, поправила волосы. Лицо её пылало от гнева. Так она казалась ещё привлекательнее.

– Кстати, что я тебе должна? – довольно едко спросила она.

– За что? – Артур достал из пачки сигарету.

– За все твои подарки и выезды?

– Дни благотворительности, – так же едко ответил Артур. – Специально для Артуровичей.

– Ненавижу это имя!

Сью даже ногой топнула и побежала к двери. Артур сидел и невозмутимо курил, пока не щелкнул замок. После этого он поднялся и подошел к окну. В комнату зашел кот, вспрыгнул на подоконник и тоже посмотрел в окно. Сью быстро вышла из подъезда. Её остановила вопросом тетя Зина. Сью что-то ответила ей, а потом повернулась в сторону окон Артура, показала ему язык и почти побежала под арку, оставив возмущенно-недоумевающую тетю Зину со подругами. От этой почти детской гримасы, Артур рассмеялся. Но смех был не слишком веселым. За последнее время он очень привязался к Сью и, сам не зная почему, боялся её потерять. Солнечный зайчик убегал, и без него становилось темно. Темно и даже страшно.

– Есть шанс, Арчи, снова остаться самим, – тяжело вздохнув, сказал Артур коту. – Покинула нас наша крошка.

Арчи понимающе мяукнул и начал вылизывать переднюю лапу.