Население, принимавшее активное участие в подготовке обороны, постепенно покидает станцию и скопление Хикс. Их задача собрать все транспорты вместе и организованно исчезнуть в гипере, на пути к новому дому, если повезёт. Все запланированные работы почти завершены. Капс изменил начинку боевых частей негодных торпед на свою, добавив убойного разнообразия. Его боеприпасы работали, в том числе, и на выведение из строя силовых полей, дефлекторов и щитов, что даёт больше шансов поражения целей.

Станцию минировали с запасом, так как раньше в прокладке шахт использовалась и взрывчатка, в избытке хранящаяся на складах. Хватило и на несколько астероидов, расположенных рядом с выходами маршрутов сквозь скопление. Турели импульсников и пусковые установки торпед расположили парами на астероидах, а малое количество рельсотронов решено разместить на наиболее открытых участках, рядом со станцией. Из-за дальнобойности.

– А-а, почему мы монтируем блоки наведения так далеко? – прервал мои мысли парень, помогающий нам на астероиде.

Ким как раз отошла примерно на сотню метров, где готовит очередной блок. Система морально устарела и помимо кабелей соединения, громоздкости и отсутствия нейросвязи, требовала присутствия наводчика. Повезло, что гравитация низкая и вес не играет большой роли, иначе без грузовых манипуляторов не обошлись бы. Наши скафы, подготовленные Капсом, совсем не сковывают движений, в отличии от устаревших. Рино, как раз облачён в такой и постоянно вертит торсом, ввиду ограниченного угла обзора.

– То есть то, что в установку загружаем по одной, вместо двух торпед – тебя не смутило? – про себя улыбнулся.

– И это тоже, я наверное инструктаж прослушал? – извиняющимся тоном добавил перенёк.

– Я поясню, – улыбнулся его стремлению узнать часть тактики. – Куда ты будешь стрелять, увидя пуск торпеды, или залп импульсника? Риторический вопрос. Естественно, накрыть огнём источник в приоритете. А оборонительные системы кораблей и думать не умеют. Сразу в ответку жахнут и разнесут в клочки установку, тем более защиты ноль. Отсутствует, как явление! Народу и так нет, да если и есть – подольше пожить никто не откажется, вот и вся логика. Чем дальше от установки – тем дольше жизнь.

– Понятно.

– Я тут сам закончу, а ты бегом к Ким, – отослал поближе к челноку.

Капса мы отправили к конвою транспортов, чтобы не попал под раздачу, а сами воспользовались одним из его челноков. После завершения монтажа планировалось передать пост кому-нибудь из добровольцев и покинуть скопление.

Пока работал думал над словами Ким о Капсе. Интересно получается. Если я правильно интерпретировал и перевод и слова, то наш корабль совсем не прост. Имеет странный класс межзвёздного, что намекает на способность передвижения не только в пределах одной системы. Логичен и вопрос, а откуда тогда он вообще тут взялся? Имею ввиду Батару…

Известие от дозора с границы скопления стало неожиданностью, так как по всем прикидкам должен остаться запас времени. Действия флота оказались предсказуемыми, для меня по крайней мере. Около двух десятков крупных кораблей, имеющие в составе носитель малой флотилии истребителей и штурмовиков, вышел из гиперпространства и замер. Покинуть прямо сейчас астероид мы с напарницей не успеваем, так как скоростные разведывательные зонды уже несутся к станции. На них не реагировал никто из прикрывающих групп по всему маршруту, как и запланировано.

Вслед за зондами выдвинулись три двойки истребителей. По плану, всё должно говорить о наличии сопротивления только в пределах станции и на её планетоидах. Первая двойка начала облёт, что мы с Ким и Рино хорошо наблюдаем с нашего малыша астероида.

– Придётся задержаться, – пояснил и указал на блоки контроля. – Давайте по местам. Похоже держать оборону нам троим придётся.

– Но можно сообщить и вас сменят…

– Спалят и место и замысел засад раскроют, – перебил парня. – Ты давай контролируй импульсники и действуй, как я говорил. – Мы с Ким торпедами займёмся. Капс, жди на выходи из скопления, как и планировали. Прошу, не влезай в бой!

– Принято! – почти козырнул боец.

Провели с Ким активацию наших независимых разведывательных зондов по выбранному маршруту. Быть в курсе событий полезно, а при наличии связи и подсказать что-то добровольцам не грешно. Нейроинтерфейс услужливо выделил активные потоки данных и сформировал пакеты телеметрии по наиболее важным участкам засад. Любое действие я могу наблюдать или в режиме полупрозрачного окна, или полностью переключиться на бой, сделав сенсоры и датчики своими глазами и не только.

Со станции произвели несколько выстрелов из рельсотронов, шуганув наблюдателей и повредив истребитель, пытавшийся вплотную подойти к одной из стыковочных мачт. Пятёрку малых торпед уничтожили залпами оставшихся импульсников, создав и дополнительный огневой заслон. Бой завершился спешным отступлением разведки, а с границы в глубь скопления двинулись сразу десять судов. Пятёрка крейсеров, сопровождаемая эсминцами.

– Пока всё предсказуемо. Заморачиваться с боями каратели не намерены, – пояснил товарищам. – Теперь главное – хорошие нервы!

Проговорив, полностью сосредоточился на слежении за проходом колонны сквозь скопление. Крейсера, эти хищные исполины космоса, наводящие ужас своими орудиями главного калибра, грациозно продвигаются между крупными астероидами и скоплениями. Используют лишь манёвровые двигатели и идут друг за другом практически впритирку, а те немногие повороты прохода создают дополнительные трудности. Эсминцы пытались рассредоточиться по колонне, но узость не позволила и пришлось разделиться на авангард и арьергард.

Многочисленные надстройки и горизонтальные контуры палуб, гармонично вписаны в общие формы конструкции кораблей. Блоки систем противоторпедных турелей и пусковые жерла шахт. Посадочные доки и шлюзы для ботов, челноков и истребителей выделяются на общем фоне, прикрываемые дополнительными защитными орудиями. Малочисленные иллюминаторы и обзорные панели чернеют тонированными материалами, давая отчётливо рассмотреть контуры.

– Внимание! – воспользовался затишьем перед бурей. – Готовьтесь, скоро начнётся. Рино, продублируй ещё раз, что атака начинается с замыкающего, и только после выхода первого крейсера к станции.

– Ясно. Все готовы и ждут только этого, – бодро заверил парень.

Вновь отдался созерцанию и обработке данных, не забывая транслировать картину на малый монитор перед напарниками. Прошло достаточно много времени до момента «Ч», который хоть и ожидал, но всё равно, – внезапность налицо.

Росчерки импульсных зарядов расчертили пространство в районе борта крейсера, близко проходящего от малого астероида и отвлекли на себя внимание оборонительных систем. Ответный залп взметнул породу и пыль на поверхности, а вспышка указала на поражение одной из точек обстрела. С противоположного борта малая торпеда достигла расстояния детонации, и последующий подрыв энергетической боеголовки на несколько секунд сбил щиты. Не мешкая, две малые торпеды выпущенные почти в упор, устремились в район бреши обороны сквозь трассы очередей противоторпедного вооружения.

Несколько долгих секунд полёта от точки пуска и всего одна боевая часть пробивает борт, и исчезает в трюмах под сопровождение вырывающихся потоков кристаллизующегося воздуха. Ещё несколько секунд и пробоина резко увеличивается, выбрасывая куски обшивки, мусора и вывороченных коммуникаций. Пламя стремится из корпуса под давлением и его энергии хватает, чтобы изменить траекторию корабля. Крейсер начал движение в сторону с нарастающим ускорением, но неожиданно поток разогретого воздуха и плазмы прекратился. Видимо компрессионные переборки справились, изолировав пострадавшие сектора, но крейсер уже набрал скорость.

Бортовые сопла манёвровых двигателей разогрелись до критической отметки, но предотвратить столкновение с астероидным облаком не смогли. Борт смялся от удара о крупный объект, а корабль продолжил вклиниваться в гущу поля, едва снизив скорость. Астероид всё глубже проминал трюмы и продолжал разрушать внутренние коммуникации. Через несколько секунд нарастающего давления, обшивка не выдержала и покрылась многочисленными трещинами. Они увеличивались и уже столкнувшийся борт выбрасывает мусор и воздух под давлением, увеличивая пробоины и закручивая крейсер в осевое вращение… Хаос и последующая гибель обречённого судна сомнения не вызывают.

– Рино! Дублируй начало к общей атаке! – закричал под впечатлением. – Передай – огонь по готовности. Нужно бить сначала торпедами и сбивать щиты…

– Павл, я уже передаю! – опомнился наконец помощник, оторвавшись от монитора.

Почти одновременно с этим апокалиптическим действием начались атаки на остальные суда. Крейсера стали главной и единственной целью обороны. Эсминцы агрессивно обстреливают все точки, из которых произведён хоть один выстрел или запуск торпеды. Результатом служат сообщения о потерях обороняющихся, но размен того стоит. Бой в астероидном мешке набирает обороты и мне пришлось переключить внимание на свою позицию. Вовремя.

Пятый крейсер, двигающийся в авангарде, всё же успел выйти на открытый участок перед станцией и сделал залп из орудий главного калибра. Две из самых крупных конструкций разорвало, усеяв обломками и мусором близлежащее пространство. Разорванные части светились яркими плазменными факелами, с выбрасываемым под давлением воспламенённым воздухом. Некоторые куски конструкций горели в космосе голубоватым свечением.

На разрушителе сконцентрирована вся оставшаяся огневая мощь, окрашивая защитные щиты радужными вспышками.

– Ким, залп только энергетическими! – заорал напарнице. – Рино, даже руку к блоку импульсников не протягивай!

Одновременный пуск всех торпед, произведённый под непрекращающийся обстрел остальных групп вокруг станции, привёл к беспрепятственному достижению цели. Из десятка сработали штатно четыре, полностью оголив защиту борта, а остальные шесть разорвались уже внутри отсеков крейсера. Пробивая обшивку и переборки, заряды рельсотронов срабатывали на подрыв в трюмах, выводя из строя всё, что попадалось на пути смертоносных боеприпасов.

Внезапно ответный огонь стих, и после долгой секунды космос осветила ярчайшая вспышка. Плазменный шар разрастался стремительно, полностью поглотив исполина. Очень похоже на взрыв реактора. Может несколько торпед подорвались вблизи, или это результат шального попадания боеприпаса попроще. Но результат один. Обломки с ионным ветром и высвободившейся энергией понеслись по скоплению, смещая планетоиды и приводя в движение астероиды. Объекты помельче превращаются в опасные болиды, остановить которые невозможно. Волна медленно приближается к нашей позиции, заставляя волосы шевелиться, а холодный пот превращаться в лёд.

– Бегом к челноку! – толкнул напарницу вместе с парнем. – Или нас сметёт с поверхности, к чертям собачьим! Булками шевелите, твою дробину…

Вышедшие из гипнотического ступора друзья метнулись в указанном направлении, а я получил от зондов последний пакет данных, говоривший о цепном подрыве всех заминированных объектов. Когда до спасительного шлюза малого челнока осталось не более метра, я увидел кусок своего шлема с кристаллами льда красного цвета, летящие вперёд. Правым полушарием резко овладел нестерпимый холод…

* * *

Инвер Павл. Рыжик с Нави. Ким, сотоварищи…

В спину бегущей Ким ударило, а когда девушка обернулась её разум захлестнула волна страха. Не то, чтобы переживать или испытывать шок от увиденного, нет. Страх потери единственного нормального человека в её понятии, – это именно то чувство. Кусок шлема улетал всё дальше, а напарник неуклюже завалился лицом вниз. Решение созрело молниеносно и ким втащила тело в шлюз, дав команду по нейросети на взлёт.

– Хватай аптечку и нанеси как можно больше сдерживающего геля на рану, – прошипела сквозь зубы застывшему в ужасе парню. – Не стой столбом! – резко ударила его по шлему.

Увидев, что Рино понял и взялся за исполнение, наёмница заняла место пилота и привычно запросила сводку. Нехорошая картина вырисовывается. Карательный флот хоть частично и втянут в бой, где терпит явное поражение, но всё ещё имеет резервы. Основной носитель цел, как и часть крейсеров, и находится в пути к скоплению транспортов с беженцами, запеленговать который удалось после подрыва, уничтожившего и глушилки. Пришлось внести корректировку в маршрут, ввиду полного хаоса в скоплении. Всё пришло в движение, перекрыв сквозные каналы обломками и сталкивающимися астероидами.

– Капс, ты где?

– Двигайтесь в обход. Я слегка задержу преследователей и подберу вас, – абсолютно спокойно доложил корабль. – И дам тебе картинку со своих сенсоров и зондов. Так что будешь видеть всё лучше меня. А что капитан молчит?

– Готовь анабиоз и всю медицину. Павл ранен, или уже мёртв, – на последнем слове голос девушки дрогнул, но она быстро взяла себя в руки.

Сосредоточилась на получаемых данных после того, как заложила курс к новому месту сбора. Телеметрия дала отличные картинки всех ракурсов.

Корабли и транспорты с бедолагами успешно стартовали небольшими группами, а Капс стремительно удалялся в сторону угрозы. Корабль приобрёл ещё более хищные очертания всего за сутки с момента прибытия на станцию. Изменения происходят не прекращаясь, и когда окончательно остановятся никто не знает.

Носитель малой флотилии шёл крейсерской скоростью, когда перед ним появился чёрный призрак. Сразу отключились ходовые двигатели, а движение продолжилось благодаря инерции. Система противоабордажной защиты сработала запоздало, когда корабль и, маленький на его фоне, Капс уже разминулись. Трассы импульсников скользнули в темноту космоса, чуть задев цель, окрасившуюся радужными всполохами дефлекторов и энергетической защиты. Малыш развернулся и совершил облёт по дуге, выйдя перпендикулярно борту носителя.

Ким неосознанно увеличила картинку, сосредоточив внимание на малыше. И опять чувство гордости, страха и осознание мощи Капса овладело мыслями девушки. Загадки о происхождении корабля стали расти в арифметической прогрессии. Всё дальнейшее выглядело эпично и страшно.

Обшивка покрылась разрядами искр и паутинами молний, окрасив отдельные элементы в бардовые тона. Достигнув определённой концентрации разряды устремились в стороны и резко сошлись в точке перед кораблём. Образовалась мерцающая сфера, которая уменьшилась за доли секунды, став абсолютно чёрной. Космос вокруг казался светлее, так по ощущениям выходило. Самого ядра Ким не видела, но фон из точек звёзд на заднем плане вёл себя странным образом. Шар двигался синхронно с кораблём и потому заметить изменение положения отдалённых светил труда не составило. Это похоже на прохождение линзы, притягивающей изображение к центру.

Чёрное ядро сорвалось с места и ударило в центр корабля-носителя, моментально преодолев немалое расстояние. Судно раздулось в месте попадания. Обшивка ломалась, трюмы лопались, отсеки теряли формы и разрывались, ангары и посадочные палубы выбрасывали в космос содержимое… В следующее мгновение центр корабля резко сжался в точку и последующая вспышка с выбросом энергии прекратила передачу сигналов телеметрии. То, что всё кончено и Капс вышел победителем – неоспоримо. Ещё одна загадка древних? Что за оружие и кто смог обуздать такую мощь? Вопросы, вопросы, одни вопросы без ответов…

Уже в кают-компании Ким осмыслила произошедшее и сопоставила с информацией о крайне редком применении этого оружия, ополовинившего все энергетические ресурсы за один залп. Но расспрашивать сейчас о его природе и принципах – не время.

Экипаж собрался полным составом, за исключением капитана и Дабла, находящихся в медицинском блоке. Даже Рино присутствует. Настроение в основном подавленное или близкое к истерикам и срывам.

– Капс, давай ещё раз, – наёмница тряхнула головой, прогоняя мрачные мысли. – Каковы шансы, и что ты предложишь? Только прошу, просто и внятно поясни. Без излишней терминологии.

– И не бойся повториться, – Келли добавила за себя и сестёр.

Ким вдруг отчётливо осознала проявление интереса со стороны ребёнка, держащего беспокойного Буку и внимательно вслушивающегося в разговор. Так получалось по всем признакам, хотя дитё совсем мало для такого рода переживаний.

– Колонии нанитов его симбионта не успели закончить процедуру изменения и модификаций, – вновь началось пояснение от корабля. – Как следствие – недостаточно прочный скелет.

– Но после такого ранения не живут, а Павл до сих пор дышит, да и другие показатели в норме, по моему…

– Его жизненные функции поддерживаются и мной, если забыли, – парировал Капс. – Хотя внутренних возможностей могло и хватить без дополнительного вмешательства. Основные ткани и структуру скелета нанобиотики симбионта восстановят, но кора головного мозга сильно пострадала. Такие проблемы самостоятельно не решаются.

– Продолжай! – Ким находилась близко к истерике и могла сорваться на ком угодно. – Не мямли уже!

– Требуется пересадка, – собеседник выдал единственное решение.

– Так чего ждёшь? Или тебе особое приглашение нужно? – Келли вновь выступила.

– Донор может быть один, и только один, – спокойно, и не обращая внимания на нервы собравшихся, продолжил главный медик. – И это, как вы догадались, он сам.

– Твою же … мордой в сопло! И где мы второго капитана найдём? – прозвучали недовольные возгласы уже от всех.

– Не томи! Я вижу, что решение есть, а иначе – ты не затеял бы разговор, и не собрал всех, – добавила наёмница, когда гомон стих.

– Вы правы, Ваше сиятельство, маркиза Кимали Кроуле, – Капс неожиданно перешёл на официоз. – Есть выход, требующий согласия от всех, как полного принятия ответственности. В моих силах вырастить клона.

– Так расти, в чём проблема?

– Проблема в том, что жизненный цикл репликанта продлится очень недолго. Всего за несколько суток пройдут все этапы взросления вплоть до старости. Память полностью соответствующая донору послужит причиной ваших разногласий в принятии решения, – тут корабль сделал трагическую паузу, словно человек. – Всего через пару суток ему придётся лечь на операционный стол, где он с вероятностью девяносто девять процентов погибнет. Вот я и спрашиваю – пойдут ли уважаемые мной люди на это?

– В противном случае капитан погибнет, а так есть шанс, – помрачнев и опустив голову произнесла Ким. – Приступай!

– Тогда постарайтесь не говорить клону правды, – высказал последние пожелание корабль.

Этот длинный день наконец закончился и девушка думала идти к себе, заглянув на капитанский мостик. Показания получены и отложены в архивах нейросети. Корабль идёт в гипере уже несколько часов и ничего не говорит о погоне. Данные о новых входах в их канал не поступали. Девушка задержалась в рубке, ещё раз просматривая данные о бое «глазами» корабля. Увлёкшись не заметила, что прошло много времени и мысленно выругала себя. Отдых и ей требуется, несмотря на несколько поддерживающих тонус уколов стимуляторов.

Привычный путь до каюты сопровождается изменённым видом коридоров, обшивки и вспомогательных помещений, что уже не режет глаз, хотя и выглядит всё как-то не технически, что ли. Похоже, скорее, на пустые окаменелости внутренних органов мифических животных, обработанных умельцами для удобства людей, или любых других антропоморфных существ. Ещё одна тайна, требующая внимания.

Непонятное чувство заставило девушку остановиться и прислушаться. В звенящей тишине отсеков пробился еле различимый плачь младенца, заставивший сердце забиться, а ноги сами понесли Ким к цели. Пройдя коридор жилого сектора и спустившись к медицинским и вспомогательным отсекам она вновь остановилась. Источник точно в медкомплексе, в одной из палат. Получалось, что звук идёт из-за внешней обшивки, но там ничего нет, кроме космоса. Ради проверки собственного рассудка Ким прикоснулась к стенке. Тихий сигнал оповестил о открытии шлюза в…

Наёмница не поверила своим глазам и в первые секунды погрузилась в состояние недоумения и, даже, испуга. Огромный зал с оборудованием странных конструкторских решений, которые не отличались от изменённых форм Капса. Всё в рабочем состоянии. Манипуляторы и другие подвижные элементы производят работы, не создавая шума, а у одной из стен находится капсула с младенцем, который заулыбался увидев Ким и протянул к ней руки.

– Я знал, что ты обнаружишь и этот мой небольшой секрет, – вздохнул корабль.

– Но Капс, объясни. Мы ведь сейчас там, за бортом, где ничего не может быть…

– Я понимаю твоё удивление и попытаюсь объяснить в двух словах, только постарайся держать информацию в тайне.

– Попробую, – неуверенно начала. – Хотя нет – точно гарантирую! Говори, – добавила привычно твёрдо, после паузы.

– Ты наверняка знакома с понятием сингулярности, или чёрных дыр. Я продолжу, – корабль удостоверился в понимании темы собеседницей. – Моим создателям открыт секрет модуляций пространства. На этой технологии и созданы пространственные карманы, один из которых ты сейчас наблюдаешь. Это совсем кратко.

– Обалдеть и повеситься от счастья! – выразительно высказалась Ким и обвела зал взглядом, полным восхищения. – Тогда то оружие…

– Нет ничего общего, – перебил Капс и снова затих в ожидании вопросов.

– Хорошо, но где именно мы сейчас?

– Кто знает… – подметил философски собеседник. – Где угодно, вплоть до обратной стороны вселенной. Возможно всё. Ну это не то, чем ты должна забивать голову в данную минуту. Бери малыша и неси к себе. Уже утром он поразит тебя. И не спорь! – пресёк попытки возобновить диалог.

Корабль перестал отвечать и девушке пришлось сдаться. Забрав малыша, смуглого и рыжего, в точности как капитан, Ким поспешила к себе в каюту. На этот раз удачно и приключений по пути не случилось. Уложив малютку рядом в кресле, принявшим форму второй кровати, наёмница долго ворочалась, затем кормила проснувшегося ребёнка, и только после забылась беспокойным сном…

Утро началось не только изображениями живописных картин светлого времени суток на мониторах корабля, а и топотом босых ног по полу. Удивлённым фразам снаружи каюты Ким не придала значения, как и всеобщему состоянию возбуждения членов экипажа, включая новенького.

Ким вышла в коридор, исполнив утренний моцион, где сразу подверглась наезду небольшого дроида, осёдланного темноволосой девочкой лет пяти, гнавшейся на механическом скакуне за рыжим пацанёнком того же возраста. За ними неслись сёстры и Рино, возглавляемые Келли. Хохот детей и недовольные вскрики взрослых подействовали отрезвляюще.

– Все-ем сто-о-ять! – неистово заорала Ким, пытаясь сцапать ребятню.

Не получилось и пришлось присоединиться к погоне. Дроиду тоже не понравилось не профильное использование и он верещал, сопровождая звуки миганием разноцветных сенсоров. К общему кипишу добавился Бука, принявший форму сачка в руках мелкой воительницы. Все орали, включая экзоморфозу, выразительно пищавшего в унисон бегущей толпе.

Всадницу и основного преследуемого нагнали в стояночном ангаре малых челноков, откуда детям не удалось выбраться, так как присоединившийся Капс перекрыл все двери. Виновников конвоировали в кают-компанию, отпустив дроида, оставшегося на месте осознавать событие. Ну или типа того. Он почему-то не ломанулся от галдящей толпы, а застыл без движения.

– Кто начнёт первым?

С этого вопроса начался самый длинный день в жизни суровой наёмницы. Разбор полётов прошёл быстро и позавтракав дети снова учудили общую тревогу, с применением системы пожаротушения, точнее с превращением в пенную западню большого грузового ангара. Там мучились дольше с поимкой. Потом случились ещё приключения и ещё. В результате, по прошествии первого дня, Ким вернулась в свою каюту падая от усталости. Но проверить сон каждого ребёнка не забыла, тем более что им выделили по отдельной каюте.

Приняв горизонтальное положение девушка ещё раз освежила в памяти наиболее значимые моменты. Один из которых, это неожиданное взросление девочки. Что характерно, так это полное совпадение по скорости роста и развития с пареньком. Разумного объяснения никто не дал, включая Капса. Ким вновь забылась сном, но прежде вдруг почувствовала, что в глубине души сильно привязывается к ребятне. То, что девочка останется и не состарится наёмница поняла интуитивно, а вот что делать с парнем, точнее с привязанностью к нему, – не знала. Решила не сближаться сильно, но возможно ли это?

Рино ещё внёс смятение. Этот парень оказался довольно умным, воспитанным и обаятельным. Его знаки внимания к себе Ким почувствовала слишком поздно и не успела их вовремя пресечь. Даже пару раз ответила взаимностью, поощрив парня неосознанным поцелуем за проявленные таланты в воспитании детей. Это ещё один повод для головной боли. Всё идёт наперекосяк.

Новое утро началось тихо, что показалось подозрительным. Лишь посетив кают-компанию для завтрака наёмница поняла в чём дело. Как всегда собрались все, а главные виновники, приковали внимание не только внешностью подростков, но и занятием. Взрослые увлечённо следили за непонятной игрой, смысл которой не сразу дошёл до Ким. На квадратном поле, разделённым по квадратикам двух цветов располагаются фигурки. Правила игры уже находились в корабельной базе, как и дополнительные наборы, которые Капс выдал всем желающим. Игра называется шахматы, воссоздана по воспоминаниям парня. К середине дня вся команда, включая корабль, погрузилась в азартный мир замысловатых комбинаций и тактических решений. Нейросеть не помогала просчётом ходов, так как вариантов развития слишком много. Мысль о коммерческой привлекательности обосновалась в умах всех.

– Ким, мы сможем поговорить перед сном? – Рыжик обратился к девушке с открытой улыбкой.

– Я зайду, обязательно!

Предстоял разговор с парнем, который точно знает всю свою историю и наверняка помнит всё до последнего момента. Этого разговора наёмница очень боялась. А пока они все наблюдали за возникновением дружбы между отпрысками. Имя девочка сказала сама, утром, когда они начали общаться, но более ничего не поведала о себе. Когда Ким с ней общалась, то ясно почувствовала, что знаний и жизненного опыта у собеседницы гораздо больше, чем может показаться из-за возраста. Нави, с большой вероятностью, тоже всё помнит о своём прошлом. Вопрос – что за прошлое? Её раса ближе к расе капитана, разве что глаза у девушки светло-зелёные, а не карие.

Близился вечер, а за ним и время разговора. Ким привычно заглянула в рубку, где сняла показания. Затем проведала капитана в скрытом от детей отсеке и направилась в каюту парня, гадая о теме разговора.

– Ким, я не буду делать вступительных речей, – начал парень серьёзно. – Ты не против? – он заглянул девушке в глаза, в которых Ким прочла ум повзрослевшего человека. – Только прошу, говорить честно и не скрывать правду.

– Говори, я обещаю, – отвела виноватый взгляд. – Но не вся правда тебе понравится.

– Я это учёл, – без страха предупредил и продолжил: – Скажи, кто лежит в странном отсеке? Это мой отец?

– Не совсем так, хотя формально…

– Он болен, а я достаточно быстро взрослею, но это моё второе детство, – неожиданное заявление пришлось выдержать с трудом. – Я достаточно много знаю, чтобы понять кто я на самом деле. Так что можешь не оправдываться. В каком он возрасте?

– Двадцать, может двадцать один год, – не стала врать.

– Значит всё случится завтра, – утвердил для себя Рыжик и улыбнулся. – Надеюсь, что тот другой я достойный человек и выполнит своё предназначение, как и я своё.

После этой простой фразы у Ким навернулись слёзы и она отвернулась, чтобы не смущать этого сильного человека.

– Не плачь, а лучше скажи – он тоже будет помнить мой кусочек жизни?

– Я не знаю малыш, – всхлипнула наёмница. – Почему тебя именно это интересует?

– Утром всё сама поймёшь. До завтра, – совершенно спокойно завершил беседу парень.

У Ким не осталось внутренних сил и она бегом убежала к себе, где уткнулась в подушку и пролежала так до самого утра. Когда встала и вышла из каюты никто не встретил её шумом, а в кают-компании не обнаружилось подрастающей молодёжи.

– А где они? – наёмница кивнула на пустые места.

– Думаю, что необходимо дать им ещё час, – Келли с красными глазами, толи от бессонной ночи, толи от слёз ответила за всех. – Они всё знают и сейчас вместе. Дадим им ещё время.

Ревность вдруг дала о себе знать, но столь мимолётно и так не вовремя, что Ким стало стыдно за себя. Когда взрослые дети присоединились к молчаливой компании никто не смел заговорить первым, но…

– Нам не пора? – счастливый двойник капитана весело и жизнерадостно улыбнулся. – Я получил всё что хотел за самый короткий срок, так что не грустите! Пойдёмте, иначе Капс не успеет с операцией. Сейчас наши жизненные временные циклы совпадают, как нельзя удачно. Так что – не вешать нос! Знаю и то, что человек ожидающий выполнения моего предназначения – это ваш друг и капитан, не говорите ему ничего, как и собирались! – он посмотрел на Нави любящим взглядом. – Надеюсь он тоже исполнит своё предназначение…

Ким не плакала, а лишь вспоминала улыбку парня, который сам дошёл до медицинского отсека и лёг в эргономичное ложе, где и уснул, ещё раз пожелав всем удачи. Мысль у девушки сформировалась только одна и больше подходила к вопросу, ответ на который сможет дать лишь один человек. Что это за раса и откуда прибыл загадочный рыжий парень, готовый пожертвовать собой с улыбкой на устах. Ведь копия не отличима ни разумом, ни телом. А лишь отражает состояние того оперированного человека в лазарете, как зеркало. Кто же ты такой, Инвер Павл?

В каюту постучались, а наёмница уже знала, кто это пришёл. Не включая свет, и не одеваясь, прошла к двери, открыла прикосновением к сенсорам и без разговора увлекла визитёра в свои объятия. Рино не ожидал такого поворота, но всё же поддался необузданному желанию и девушки, и себя. Их губы слились и они отдались страсти, не думая ни о чём, и желая или поскорее забыть о событиях прожитого дня, или помнить о них вечно.

Новое утро Ким встретила уже успокоившись и приняв всё как должное. В кают-компании собрались члены команды, они же – новые друзья, объединённые общей тайной. Аппетит отсутствовал напрочь, как и желание беседовать. Молчание нарушил Капс и заверещавший Бука на плече у Нави.

– Поздравляю всех! Павл пришёл в себя и требует визита экипажа! – бодро прозвучавший доклад заставил всех улыбнуться, а некоторых и захлопать в ладоши!

Нави первая вскочила с места и друзья пустились бегом, по знакомому маршруту к своему выздоравливающему капитану. Сразу стало ясно – пустоши ждут…