– Даже не дыши! – шикнула, явно напуганная Ким.

– Да что случилось? – всё ещё не до конца отошёл от видения. – Ты можешь пояснить, что за ерунда творится? – хотел матом выразиться, но вспомнил про уроки Клэр.

Девушка лишь приложила палец к губам и указала направление. В полутьме ванной комнаты происходит что-то непонятное и пугающее. Невиданное до этого существо, застыло на краю столика с раковиной, в опасной близости от меня. Есть возможность «это» рассмотреть.

Змеевидная форма, около тридцати сантиметров. Прозрачное тело позволяет видеть внутреннее строение. Блестящая, отдающая металлом, конструкция скелета, где элементы не толще нити. Десятка два отростков, как паучьи лапы, веером расходятся из центра, расположенного чуть ниже головы или того, что ей является. Не похоже на рептилий, что я изучал. Хотя, вымерших земных кобр видом отдалённо напоминает. Внешне столь же прекрасно, сколь и ужасно. Разумом завладел интерес, сродни маниакальному желанию прикосновения к неизведанному. Гипнотическое воздействие? Возможно. Помня предупреждение наёмницы, не двигаюсь и продолжаю заворожённо смотреть.

Второй, крупный кокон, хотя и избавился от внешней, барельефной корки – цел. Вид только иной. Абсолютно гладкая поверхность с еле угадываемыми меридианами линий. Непонятно ничего. То, что их раскрытие послужило выбросом энергетического импульса колоссальной мощности, не укладывается в голове. Ким смотрит с неподдельным ужасом и совсем не двигается. Чего я не ожидал от бесстрашной наёмницы. Всё внимание существа сосредоточено на мне. Чёрт, и что дальше?

Пауза затянулась. Находиться без движения всё труднее. Затекли ноги и вообще, всё туловище онемело. Скоро случатся судороги, а тварь ловит любой шорох и изменение положения тела. Влип я походу. На Ким ни малейшей реакции, к примеру. Это расовая дискриминация, или я и этой штуке не нравлюсь, как явление. Кто его знает?

Всё изменилось за мгновение, когда оступился, перенося точку опоры на другую ногу. Тварь стремительно кинулась и ударом пропорола грудь. Несколько извивающихся движений и особь исчезла внутри, а рана немедленно закрылась, всего несколько капель крови указывало на её недавнее существование.

Первые секунды я чувствовал жжение, а затем каждая кость напомнила о себе резкой болью. Она расходилась из центра груди и заполняла каждую клетку моего организма. Зубная боль не сравнится с этим по ощущениям. Лицо исказилось, и я рухнул на пол. Судороги охватили тело – я забился в агонии. Скрюченные от боли пальцы царапают пол в ванной комнате. Я вижу их расплывчато, в дымке, на пороге потери сознания. Орать не могу – спазм сдавил горло. После минуты, за время которой мне с трудом удавалось не порвать мышцы и связки, – сознание не выдержало нагрузок. В мозг ворвалось нечто, голову пронзила адская боль, словно тысячи игл проникли под череп…

Пришёл в себя и не могу предположить сколько прошло времени. Одно радует – поживу ещё. Показывать признаки активности не стал, а прислушался к состоянию. Никаких отрицательных ощущений, что странно, так как предшествующие события прекрасно помню. Однако, что-то поменялось и это точно. Необычайная бодрость, словно после хорошего отдыха. Причём и тела и духа. Проникновения в организм неопределённых форм жизни даром не проходят, поэтому буду ждать сюрпризов, всё равно ничего не остаётся. Обследоваться было бы неплохо, но где? Разговор услышал сразу, а на содержание беседы обратил внимание только что. Собеседники не боятся, что я их услышу, или не принимают этот факт во внимание.

– …почему выбор на нём?

– Всё дело в ДНК и отсутствии модификантов. Он ведь чист, как ты говорила. Имплантов нет, как и сети. Технологии ушедшей расы далеки от доступных, а это вообще похоже на технологию ксено-симбионтов. Причём с полной автономией. Если его активизировать, то начнёт искать носителя до бесконечности.

– Я не слышала о таком.

– Другой вопрос в том, что это может оказаться военным образцом. Тогда носитель, или обладатель, для всех в системе непредсказуем, – пауза. Наверняка мыслят о проблеме. – А может именно за этой штукой и ведётся охота…

– Тогда то, что в большом артефакте – это наверняка стоящая штука, – Ким дополнила.

– Он точно не слышит? – голос мужчины.

– Нет. А если слышит, то понять не может, – фыркнула Ким. – У него при падении и конвульсиях выскочили элементы переводчика.

– Тогда делай так, как и говорили. Постараемся выпроводить тебя с товаром с планеты. И да, пока решаем насчёт способа, не дёргайтесь особо. Он может прикасаться ко второму артефакту?

– Да, я проверила. Пришлось волочь его тушку к нему, – недовольно пояснила. – А вот себе я сожгла кожу на ладони до мяса. Теперь придётся гелевый заменитель носить до заживления.

– Сочувствую. Ты не трогай его больше, пока не узнаем в чём дело и почему находка привлекла внимание всех. Может оружие? На связь выйду сам и забудь про рейдер. Спалишься, к чертям.

– А искины? Дабл обошёлся не дёшево.

– Наш техник изымет под шумок и переправит. Повторять, что везде есть свои люди нет смысла? Всё. Конец связи.

Последние пару предложений я демонстрировал приход в себя и корчил непонимание разговора. Вероятно тоже отношусь к понятию «товар», но начала беседы не слышал и могу ошибаться, посему буду просто осторожнее. Тот факт, что понимаю их без дополнительных средств напряг, а думать над этим некогда. Решил сыграть в дурачка с непониманием. Может и проболтается кто, но такой возможности меня лишили – Ким поспешила с выпавшими элементами.

– Только не говори, что с тобой всё в порядке! – заявила после их установки.

– Со мной – всё просто замечательно, – потянулся к вчерашнему графину с крепчайшим.

– Восемь утра! Не рановато для возлияний? – подметила, следя за движениями с укором.

– Ага. Для человека, что мотался по космосу пять веков? Для того, которого сразу попробовали зарезать, а следом распылить на молекулы, пару тройку раз? Для парня, пусть и рыжего, в кого влезла инопланетная хрень с усами и щупальцами пронизав все кости? – вопросил промежду прочим, беря сразу бокал, а не рюмку. – Поверь, что восемь утра для употребления крепчайшего – самое время. Долбанул графин и спокоен весь день – влезайте кто хотите в мою тушку, или что там по плану – делайте.

– Ладно. Ну а если серьёзно? – смягчилась.

– Ты с кем говорила? – вопросом перебил интерес.

– Со знакомым. Он поможет покинуть Векру.

Расплывчатый ответ на мой взгляд.

– Есть необходимость? Хотя, чего я спрашиваю, – махнул рукой и выпил пару глотков. – Наверняка эпицентр выброса ищут, если не нашли. Дело времени. Я прав? Это риторический вопрос. Судя по положению твоих рук, ты готова пустить в ход кортики, а пояснить что произошло не хочешь?

– Да собственно мало я узнала.

– Но то, как ты ворвалась, прибыв со встречи, говорит об обратном. Так не считаешь? Что узнала по поводу находки и пролей свет на произошедшее со мной? Только я тебя прошу, давай обойдёмся без незнаек и без «ой, тут так всё запутано».

– Повторюсь – мало узнала, – начала после паузы, в минуты три. – Главное, но не выполненное условие – не прикасаться к саркофагу. Об артефактах толком ничего, кроме того, что за ними охотится вся система Батара.

– Наводка на тех, кто может знать у тебя есть?

– Есть кто-то в пустошах…

– Чего ждём?

– Пустоши – это не место на отдельно взятой планете, а несколько планет. Крайне агрессивных к людям во многих смыслах. Но я тебя поняла и попробуем пробиться до их границ, – без энтузиазма как-то ответила.

Пока звучал монолог я встал и подошёл к панорамному окну, что рядом с выходом на мансарду с лайтфлаем. Так и не появилось время осмотреть городской пейзаж и решил восполнить пробел.

Громадины небоскрёбов возвышаются над более скромными, но не менее величественными конструкциями. Жизнь кипит. Посмотрел вниз, туда где между многочисленными ярусами транспортных артерий должна быть поверхность. Движение интенсивное и начинается с воздушных коридоров для летательных аппаратов. Постепенно появляются направляющие для гравитранспорта. Путеводные трассы для тяжёлого транспорта и пассажирских перевозчиков хитро переплетаются с пешеходными маршрутами. Узлы и системы развязок заполнены ожидающими движения транспортами. Грандиозно, но дна или поверхности я так и не вижу.

– А со мной что? – озвучил наиболее главный вопрос.

– Знакомому описала произошедшее с тобой, – снова задумалась.

– Не тяни резину, – её паузы реально раздражают.

– Скорее всего… Утраченная технология ушедшей расы…

– Угу, о которой тоже только в пустоши знают? – алкоголь действует.

– Что неясно в слове «утраченная»? Знаю только, что такого нет сейчас. Зато ты можешь спокойно трогать, приближаться и носить артефакт без последствий для себя и окружающих. Я пробовала, – показала пострадавшую ладонь. – Отлетела с ожогом в стену и сознание потеряла, а объект покрылся яркими линиями – думала кранты. Так что вот.

– Разберёмся! – сел на диван и подвинул свои вещи ближе. – Если технология была, то знающие найдутся. Рано или поздно. План какой?

– Перебираемся для отправки на другое полушарие Векры. Делаем пересадку по пути, может две, – выдала со вздохом. – Поторопиться не мешает.

Принял её ответ и вещи для переодевания.

Прошло минут двадцать. Алкоголь уже ударил в голову с максимальной силой, но я этому не придал значения. Достал пневматику и остановил почти собранную Ким. Девушка уже выглядит как боевик. Мини импульсники на бёдрах. Комбинезон с множеством защитных элементов, чехлов и отсеков. Мне выделен аналогичный набор, но понятия о содержимом этих карманов не имею. Помимо всего прочего меня ждёт удобный ранец для артефакта. Ну и плащи с капюшонами, снабжённые элементами активной маскировки. Хороший набор для сомнительных операций.

– Давай я поясню принцип работы этого механизма? – повертел шедевр Земных инженеров. – Всё просто. Тут два режима. С воспламенением и без. После нажатия вот тут, – указал на спусковой крючок. – Шарик занимает место и порция газа попадает в первую камеру расширения. Затем вторая и щелчок воспламенителя. Газ, с колоссальным давлением, толкает его по стволу, имеющему сужение и нарезку. Уже к середине – шарик меняет форму ближе к цилиндрической, с тремя спиральными бороздами. Отличная стабилизация в полёте. Пробитие – великолепное! Наши учёные нахимичили ещё и с газом, так что воспламенителем можно не пользоваться. Шарик – это сверхпрочная начинка в мягкой оболочке…

Не знаю, что на меня нашло. Выбрал точку на фальшстенке граничащей с мансардой и выстрелил. Хлопок получился негромкий, даже при задействованном воспламенении, а вот отдача ощутимая. В стене появилась аккуратная дырка и что-то грузное за ней упало. Ким бросилась на мансарду и через секунду вбежала назад.

– Вот теперь точно всё! – сказала эмоционально, но тихо. – Хватай плащ, надевай ранец и уходим. Ты подстрелил представителя безопасности. Он наверно сел мне на хвост в трущобах и из-за жадности решил сам задержание провести. Ищейка один – повезло. Как тебя угораздило?

Сама нажала на возникшем интерфейсе комбинацию из цифр и знаков.

– Это что?

– Система полной зачистки квартиры, спокойно пояснила выставив таймер. – Полное уничтожение всех следов, включая остаточные, биометрические данные по всему мегахоллу. Мало ли где могла засветиться.

Мне пояснения хватило, так как наёмница добавила, что это место вообще выжжет плазма. Из сети всё удалится, что связано с проживающей личностью. Классная страховка, хотя чего ещё ожидать от наёмницы…

Стартовали резко, но лайтфлай не понёсся по горизонтальным коридорам движения, а рухнул камнем вниз. Вцепился за Ким, как и при полёте на планете мусорщиков. Девушка в очередной раз демонстрирует великолепные навыки пилота. Лавируя между транспортами, всевозможными конструкциями, надстройками и путевыми артериями, мы стремительно углублялись в более нагромождённые строениями места планеты. Смотреть по сторонам затруднительно, но преображение в окружении налицо. Дневного света становится всё меньше. Сооружения всё ближе подступают друг к другу, превращая наш маршрут в движение по лабиринту. В конце-концов всё совсем стало для меня запутанным.

Несколько раз меняли направление и наконец остановились на площадке, где уже находятся аналогичные нашему транспорты, но не такого презентабельного вида. Некоторые ободраны и утратили основную часть обтекателей. Другие и вовсе представляют из себя технический бардак с пассажирским креслом и средствами управления. Однако, как я полагаю это ещё не дно.

Рядом, по направляющей магистрали, пронесся состав из нескольких модулей на гравитационных платформах. Он вынырнул из тоннеля, промчался рядом с перроном, где собралась ожидающая толпа и вновь скрылся в тёмном зеве технических недр. Вот и общественный транспорт. Для небогатых. Или вообще для отбросов общества, если присмотреться к внешностям окружающих. Но одно у всех общее – цвет волос и глаз. Отличаются только тоном и насыщенностью. Я бельмо среди них, причём чёрное. Хорошо, что капюшон маскирует лицо полностью, словно дымкой.

– Ты главное не разговаривай и держись всегда рядом, – тихо проинструктировала напарница. – Постой тут.

Сама направилась к невзрачному гражданскому и после пары фраз он протянул ей голографическую карту. Затем сел на наш лайтфлай и исчез в лабиринтах конструкций.

– Порядок. От следа избавились. Его разберут на запчасти, – пояснила. – Теперь за мной.

Я поспешил за Ким по коридору и далее по пешеходным артериям. Некогда они были автоматическими и двигались сами, но теперь это просто переплетение маршрутов для пешего хода. Вокруг грязь, мусор скопился у бортиков, уже не прозрачных. Сырость нервирует. Болезни наверняка распространены среди местных, о чём говорит нехороший кашель среди попутчиков и встречных. Мы спустились ещё ниже и вышли к платформам станции технического назначения. Несколько транспортов, занявших свои места на путях, ожидают погрузки или разгрузки. Работники что-то переносят манипуляторами, а некоторые пилотируют погрузчики антропоморфной конструкции. Составы крупные, как по количеству, так и по вместительности капсул, или вагонов.

– Скальпель? – спросил человек, возникший за спинами.

– Готово? – наёмница резко развернулась.

– Да. Вот сертификаты и то что просили, – он протянул несколько предметов. – На центральной станции тебя найдут.

И исчез, а мы направились к головной части состава, где ожидающий человек кивком указал на вход. Технический отсек, как я понял по многочисленным приборам и пультам. Голомонитор показывает что-то местное из каналов. Ким расположилась в одном из кресел, а я занял другое. Эти атрибуты тут не предусматривались конструкцией, да и вид не соответствует окружению. Нелегальные перевозки беглецов? Да запросто.

«…количество жертв теракта постоянно увеличивается. Ответственность взяла организация Правых, намекнув тем самым, что население Содружества никогда не будет чувствовать себя…»

Ким выключила передачу, а я вдруг задумался над реалиями местной жизни. А теракт – наверняка связан с нашими артефактами и с выбросом энергии. Куда меня занесло и во что я ещё впутаюсь? Никто не знает. Есть кандидат в ответчики, но вот говорить откровенно он не расположен. Будем ждать.

– Это нас касается?

– Нет. Некоторым такое событие на руку и они поспешили воспользоваться элементом устрашения. Правительство и корпорации не успели всё списать на объяснимые проблемы, – внятно пояснила. – Вот и результат.

– А против чего эти Правые выступают? Хоть приблизительно скажи.

– Против модификантов.

– А такие есть? Чистые и без сети или имплантов?

– Не уверена. Давай потом, а? Ты активируй подогрев – иначе дискомфорт в пути обеспечен. Охренеешь от холода, – показала где нажать. – Час побудем тут, как раз до центральной станции.

Состав тронулся и помчался с ускорением, а я послушался наёмницу и весь путь мы провели в гордом молчании. А первоначальный вывод не радует. Получается, что тут есть оппозиция и весьма радикально настроенная. И каковы её масштабы? Вряд ли ограничено всё одной планетой. Мы прибыли и мы вышли на грузовую площадку. Открывшийся вид ошеломил.

Город отступил от территории станции и понятна причина. На огромной площади расположились конструкции перронов и посадочных ярусов ошеломляющих размеров и высот. Моё представление о станциях изменилось в корне. Сами направляющие для транспорта, под названием лонграэлс, находятся под разными углами наклона и уходят в шахты под поверхность. В гравитационных захватах зависли, словно над пропастью, непосредственно локомотивы. Вагоны имеют возможность осевого вращения внутренних модулей с пассажирами, для смены направления притяжения.

– Ким, они что, через ядро планеты проходят? – не выдержал с вопросом.

– Что ты понимаешь под «ядром»? – вскинула бровь.

– Ну оно ведь раскалённое. В центрах планет такие…

– Не знаю, о чём ты вообще. Нет тут ничего раскалённого в центре. А твой вопрос правомерен, – вдруг вспомнила о моём неведении. – Как быстрее перебраться из точки к точке на поверхности сферы? Правильно – проткнуть и максимально сократить расстояние. Что ты и наблюдаешь. Разные лонграэлс, под разным наклоном. Нам нужен вон тот, – указала направление. – Вертикальный в центре. Поехали, вот гравикапсула персонала.

Спустя минуту мы влились в общий поток одной из главных магистралей.

– А где последствия техногенной катастрофы? – отсутствие признаков смутило. – Нет разломов и свалок искорёженного транспорта.

– Поверь – службам хватило времени ликвидировать последствия. Это быстро происходит, так как долгий паралич приведёт к финансовым потерям.

Ответ удовлетворил. Обратил внимание на попадающиеся гравикары одинаковой, броской окраски с логотипами на бортах. Не успел подумать над принадлежностью, как по громкой связи раздалось:

«Внимание персоналу и пассажирам станции Ман! Приложите руки к идентификаторам для считывания и учёта данных. Спасибо за сотрудничество».

Ким показала места на панели и задействовала автопилотирование. Приложила руку и кивком попросила сделать тоже самое.

– Давай, не волнуйся система моделирования подделает биометрию, – добавила, видя моё замешательство.

Послушался и исполнил указание. Что-то пискнуло и зажглись зелёные индикаторы рядом с ладонью.

– Всё отлично! – отреагировала довольная наёмница. – Все элементы от Крона не нуждаются в проверке и не подведут, что и видим по результатам!

А вот мне так не показалось, но я промолчал. В момент сканирования активизировался интерфейс в линзах, но вдруг пошёл помехами. Потом появилось нечто, напоминающее наложение двух картинок. Одна современного вида, а другая странная. Никаких прямых линий и фигур отображения информационных окон и подсказок. Непонятные символы мелькнули, некоторые красные, другие зелёных оттенков и жёлтых. Секунды длилось видение и резко пропало. Всё вновь стало чистым и не мешает обзору. То, что одно из увиденного моделирует нейроинтерфейс, как и у всех – понятно. Но что тогда за коммуникационные сигналы от второго? Надо помалкивать. Вдруг Ким это не понравится и прирежет? Хотя не факт, так как без меня транспортировать артефакт она не может.

Вскоре мы добрались до нужного места и смешались с пассажирами. Прошли несколько контрольных арок и систем распознавания личности. Сканеры на содержание запрещённых грузов и предметов не среагировали на оружие и оригинальный груз, что Ким прокомментировала кивком. Мол – так и надо.

Наш лонграэлс уже готовился к отправке и рассмотреть конструкцию я не успел, но внутри всё оправдало мои представления. Удобство и минимализм. Эргономичные посадочные места и ненавязчивая система фиксации. Оборудованные столиком и уютные двухместные ячейки. Разместились в одной, естественно, что я сел у обзорной панели, с края.

Ким приготовила наши посадочные сертификаты заранее и процедура проверки прошла без лишнего внимания с моей стороны. И наконец началось падение, так как иное определение мне дать сложно. Сначала я наблюдал стены шахты с коммуникациями, трубами и коробами, подсвеченные редкими источниками дежурного освещения. А когда включился ускоритель, то их свет превратился в несколько линий и видеть что-либо кроме – стало невозможно. Разговор не клеился и после нескольких дежурных фраз мы погрузились в свои мысли.

Узел развязки и новые впечатления. Огромный комплекс сходящихся в центре цилиндрических залов, где пути пересекают пространство в полупрозрачных каналах. Скорость прохождения такова, что только глаза улавливают лишь промелькнувшие тени. Некоторые останавливаются у перронов и пандусов, где-то происходит смена пути, а где-то просто меняется шахта, посредством перевода всего отрезка с транспортом к другому месту. И всё это можно запросто наблюдать, перемещаясь по автоматической дорожке. Так мы и следуем. Я с открытым ртом, а напарница словно сжатая пружина, ожидающая нужного момента для резкого выпада. Чего её настораживает?

– Рыжий. Нас не встретили, – холодно пояснила. – Чёрт. Ждём неприятностей. Сдал кто-то. Убью…

Резко затянула меня в проход за неприметную дверь, ушедшую в стену при активации замка. Бегом направились по коридору с множеством ответвлений. Напарница наверняка видит нужный маршрут посредству нейроинтерфейса. Один поворот завершился просторным помещением с многочисленными полупрозрачными перегородками, где находятся люди. Миновав его, резко сменили направление и замерли у лифтов. Минуты ожидания превратились в вечность.

Лифт просторной кабины открылся и мы попали в окружение военизированной группы.

– Приготовиться к проверке! – скомандовал старший. – Предъявите ИД.

– Минуту, – Ким сделала вид что замешкалась.

– Эти монахи уже везде, – пробурчал один из бойцов. – Даже помещения персонала с ограниченным доступом им открыты.

– Может кто-то нуждается в благословении после недавнего? – второй пожал плечами. – Моя половина, к примеру, все их проповеди посещает…

Договорить он не смог, так как наёмница уже приступила к действиям. Стрелять не стала, а пустила в ход кортики, как оказалось имеющими не только молекулярную заточку, но и активный плазменный контур. Резко изменив положение, присела и ударила по сухожилиям, затем пробила затылки падающим бойцам. Остальные отреагировали, но выстрелы пришлись мимо. Кувырок вперёд между четырьмя противниками сопровождался короткими режущими ударами. Подскочив, Ким нанесла два коротких укола в лица замыкающим и вернулась, пройдя смертоносной волной между ранеными бойцами. Командира не убила сразу. И приставив к его горлу кортик замерла, глядя в глаза. Несколько секунд паузы и старший валится с перерезанной гортанью.

– Уходим, – с этими словами заволокла назад в лифт выпавшие трупы, всего двое успели покинуть кабину.

– Это обязательно? – кивнул на лежащих бойцов.

– Поверь, что да. При режиме безопасности с риском проникновения террористов – нас сразу ликвидируют.

– Ты смотрела на него, зачем?

– Считала из его базы ориентировки. Меня ищут, – довела суть процедуры и активизировала спуск. – Сейчас прокатимся в менее комфортных условиях.

– Почему мы монахи и кто они такие?

– Это очень длинная история. А почему мы – они, так это вид наш соответствует.

Спуск закончился и мы вышли в нижней части одного из цилиндров. Треть занимает как раз вспомогательные элементы жизнеобеспечения и поддержки функционала. Замаскировали трупы в куче контейнеров. По пути к новому средству перемещения пришлось вначале пролезть в люк, завинченный и неприметный, а потом и пройти несколько десятков метров до невзрачной площадки с тоннелем и старой гравикапсулой.

Погрузившись, стартовали и понеслись не по прямому каналу ствола, а с многочисленными поворотами, переворотами, спусками и подъёмами. Подступила тошнота от частой смены направления притяжения, но не надолго. Быстро адаптировался к движению. Больше ничего не почувствовал отрицательного. Ким недоверчиво смотрит на моё состояние, в принципе, нормальное и даже хорошее.

– Тебя не беспокоят перегрузки? – решилась на вопрос.

– Нет! – удивился. – А что, должны?

– Хм. Как-бы да, если учесть, что ты совсем не модифицирован и усиливающих имплантов у тебя нет. Как ты переносишь всё?

– Может это та хрень, что в меня залезла бережёт тушку носителя? – с сарказмом начал. – В связь, так сказать, симбиотическую вступила и не даёт извозчику потерять основной артефакт?

– Зря шутишь. Всё, теперь помолчим, если нет желания потеряться в этих лабиринтах, – высказала и занялась управлением.

Время шло. По прикидкам, мы движемся сильно медленнее чем на лонграэлс, но привередничать в данной ситуации глупо. Ничего интересного вокруг нет и я терпеливо ожидаю завершения метаний по каналам. Наёмница полностью сосредоточена и ей не до меня. Факт.

Путешествие закончилось в огромном ангаре хранения контейнеров. Различные по цветам и нескольким типоразмерам они располагались в ячейках хранения. Манипуляторы сновали между монолитами стеллажей и перемещали грузы. Ким сразу направилась к единственному оператору в прозрачном кабинете с пультами контроля. Переговорив и что-то отдав человеку вернулась, а через минуту перед нами опустился контейнер. Наёмница приложила руку на первую попавшую поверхность и рядом появился пульт. Словно проекция на стенку. Монитор ответил схемой строения человека и индикаторы оповестили о готовности принять груз. Двери в торце щёлкнули замками.

Мы прошли в нутрь, где я впал в замешательство. Это не грузовой контейнер, а вполне обычное жилое помещение. Четыре спальных места по бокам и столик с креслами у дальней стенки. Две изолированных кабинки. Туалет и душ, как я полагаю. Ким закрыла за нами двери и активировала замки. Под потолком зашумело и из вентиляционных решёток подул свежий воздух.

– Система жизнеобеспечения, – пояснила.

– Оригинально! – подтвердил своё настроение. – Это что вообще?

– Пришлось в своё время позаботиться о бегстве. Приобрела контейнер для транспортировки биологических продуктов и слегка модифицировала. Тут и внешний обзор есть.

– Удачно ты позаботилась, – сделал комплимент. – И куда нас транспортируют?

– Главное с планеты убраться, – с этими словами вытащила кристалл, что ей передали в одной из коробочек и вставила его в контроллер над столом. – На любой перевалочной станции выберем маршрут. Дабл, ты уже очнулся?

– И жду указаний, – ответил искин.

– Как только нас погрузят и транспортный корабль покинет планету, тихонько влезь в систему и определи пункт назначения, – дала указание раздеваясь.

– Будет исполнено!

– Ты тоже уже можешь расслабиться. Душ вот в этой кабинке, а кровать занимай любую. Пара часов у нас есть.

После этого я последовал её предложению, а когда вышел, вытираясь, она уже разливала крепчайшего на столике, возникшем между двух кроватей.

– Давай по маленькой и отдыхать, – подняла рюмку…

Проснулся от тормошения уже собранной Ким и сразу принялся одеваться, не спрашивая причин. Она только одобрительно проследила за моими действиями, не проронив ни слова, а потом одобрительно хмыкнула.

– Мы куда?

– Осмотрим трюм, – пожала плечами. – Не хочу пропустить что-нибудь важное. Нужно знать всё о грузах по соседству. Дабл, мы скоро и не устраивай пирушку.

Выйдя сразу чуть не ахнул, так как до палубы минимум десяток контейнеров. Наёмница активировала лестницу и мы спустились в проход. Температура отразилась на малом табло и выдало цифру близкую к нулю. Освещение дежурное, видимость не очень. Прежде чем начать движение, Ким достала несколько блестящих шариков и подкинула. Моментально образовались вращающиеся лопасти и разведка разлетелась по трюму.

– Так спокойнее и на бионику срабатывает и на движение. И сюрприз есть в арсенале, на случай непредвиденных ситуаций, – дала пояснение не дожидаясь вопроса.

– Понял, не особо туп.

Начали осмотр. Трюм, как выяснилось не единственный. Несколько расположены и над и под тем, где мы оказались. Да и в торцах обнаружили закрытые шлюзы. Проходя вдоль рядов Ким сканирует контейнеры и просматривает содержимое, а я скучаю вот уже час. Но бросать её нет желания. Внезапно она остановилась и направилась почти бегом к технической лестнице, ведущей в трюм над нами. Поспешил за ней.

Мы миновали подъём с несколькими промежуточными площадками и вышли к контейнеру, у которого скопились разведчики. Наёмница просканировала его и занялась вскрытием защиты. Потратила несколько минут и дверь наконец открылась, дав нам возможность увидеть троих напуганных девушек, без специальных скафандров и замотанных в кучу тряпья. Холод даёт о себе знать, а у них обычный грузовой контейнер, к тому же. Долго не думали и, чуть ли не пинками, сопроводили к себе.

Дав девушкам согреться и прийти в себя, Ким налила им по солидной порции крепчайшего и раскрыла несколько продуктовых пакетов. Я обратил внимание, что они значительно моложе моей напарницы, но возраст я не угадаю, так как этот момент мы с Ким не обсуждали. Бедолаги явно голодали несколько дней и пришлось дать им возможность поесть без разговоров.

– Вот Рыжий, познакомься с самым дешёвым способом контрабанды внутренних органов, – начала Ким нарочито громко. – Ещё пара часов и эти сосульки позвякивали бы в контейнере до получателя.

– Ты не слишком при них?

– А им пообещали зарплату и хорошее место работы. Но это ладно, могли просто в рабство сплавить для утех или в гарем, что чуть лучше.

Девчата побледнели от открытой перспективы смерти и не знают, как теперь реагировать. Получается, что мы невольно спасли их от смерти. Но что-то есть в них странное и не поддающееся определению. Или они совсем бесстрашные, или отмороженные на всю голову. Держатся не так, как я привык видеть. Словно из знатных или богатых семей. Может такое быть? Потом всё узнаем, надеюсь.

– Ну и что с вами теперь делать? – Ким довольной не выглядит и говорит грубо. – Ещё одна проблема на мою шею. Вы о чём думали? Башки у вас нет! – и опрокинула подряд пару рюмок. – Постели четыре, так что, сами распределяйтесь. Моя вот эта, – и легла не раздеваясь.

Найдёныши молчали, не имея смелости и в глаза нам посмотреть. А ровно через минуту Ким уснула, оставив меня наедине с горемыками. Я попытался уступить место, но был грубо оставлен лежать на кровати, а девушки и так поместились. Просто на одной спать легли две. День ещё тот выдался и я последовал общему примеру, заснув также быстро, как и моя партнёрша.

Но как следует поспать нам не удалось, так как Дабл задумал поднять тревогу. Вскочив мы поняли причину его нервного настроения. Новый выброс энергии и более мощный произошёл час назад. По силе превосходящий в несколько раз предыдущий. Дабл вышел из перезагрузки только что и принялся за нас. Странно, но видения я не видел.

– Где артефакт? – Ким не орала в этот раз.

– Там, в изолированной комнатке у входа. Сама дала распоряжение, – напомнил и указал направление.

Ким открыла дверь и вскрикнула, а потом перевела взгляд на меня. Большего от неё я не добился и бросился выручать. Увидев объект замер и последовал её примеру, сев рядом и впав в ступор.