– А сейчас, - объявил Шляйн, вновь привлекая внимание аудитории, - третий раунд! В нем участвуют все, кто еще не вышел из игры. Если победит кто-то из выбывших в предыдущем раунде, ему предоставят право отдать проигравшим свои штрафные очки! Но если он проиграет снова, то покидает игру! Короче, третий раунд - решающий!…

Все семь команд вышли на арену. Шляйн оказался в самой гуще участников, ослепляя конкурсантов сияющей улыбкой.

– Для каждой команды отведен участок арены, куда вы должны непременно попасть. Куда идти? Название команды можно прочесть на специальном табло. - Шляйн помахал рукой, и по периметру арены начали зажигаться названия команд. - Вот и все. Или не все? - спросил он, бросив в сторону магического шара хитрющий взгляд. - Чтобы добраться до нужного места, вы должны пройти мимо соперников, которые изо всех сил будут мешать вам сделать это. Причем все средства хороши! А чтобы этот раунд запомнился навсегда, мы пригласили в студию кое-кого из наших прежних чемпионов. Давайте дружно поприветствуем Па-у-чи-ху!!!

Я ахнул от ужаса, увидев, как на арену выползла представительница паучьего племени. Она была столь гигантских размеров, что волоски на конечностях казались острыми спицами. Фасетчатые глаза сверкали злобным огнем. Шляйн подошел ближе и указал на какой-то диковинный прибор, который служащие вкатили на арену вслед за чудовищным монстром.

– Пройти мимо Паучихи проще простого. Для этого нужно лишь выпустить стрелу в мишень у нее над головой. Стоит попасть в яблочко, и на голову нашей почетной гостьи выльется целая бочка воды! А нужно сказать, что она терпеть не может влаги!

Откуда-то донесся рев невидимого оркестра.

Паучиха с аппаратом заняла место в центре сцены. Интересно, подумал я, неужели кто-то угодит в ее лапы? Ведь вокруг столько свободного места!

– А еще сегодня у нас в гостях «Рубаки сержанта Пеп-апа»!

Судя по всему, эти ребята пользовались особой популярностью, потому что не успел отряд одетых в фиолетовую форму солдат подняться на сцену, как зал разразился бурными аплодисментами. И вновь незримый оркестр заиграл бравурную мелодию, а невидимый хор мужских голосов затянул песню:

– Мы Веселые Рубаки! Мы Рубаки-забияки! Режем уши и носы, отсекаем головы! Только попадитесь нам, то-то будет здорово! Мы Веселые Рубаки! Мы не можем жить без драки!…

Тананда принялась было подпевать, но, перехватив мой неодобрительный взгляд, тут же умолкла.

– Какие симпатяги! Я пару раз встречалась с одним из них.

– Они действительно уродуют участников соревнований? - спросил я.

Тананда замялась.

– Ну, не всегда…

Я присвистнул. За «рубаками» последовала парочка «великанов» в противоударных шлемах, девять джиннов на скейтбордах, вооруженные дубинками, и бочка, полная истошно вопящих обезьян. Если мне сначала показалось, что места хватит на всех да еще останется, то сейчас арена едва вмещала всех «предыдущих чемпионов».

– И - раз! - повел счет Шляйн. Участники игры напряглись, глядя в сторону того участка арены, куда им предстояло пробиться. - И - два! И - три! Вперед!…

То, что никаких правил нет, стало ясно с первого взгляда. На арене воцарился хаос. По сравнению с ним столпотворение, какое бывает на Базаре-на-Деве в дни Большой Рекламной Халявы, просто отдыхало. Мои студенты начали бодро продвигаться к заветной цели, но тотчас наткнулись на кордон горгулий. Серые истуканы с каменными лицами - даже их ухмылки, и те были каменными - не давали им сделать и шагу. Полони вскинула вверх руку. Я понял, что ее терпение вот-вот лопнет, если уже не лопнуло. Ближайшая горгулья повалилась навзничь, приземлившись на спину одной из «Драконетт». Та, издав злобный рык, обернулась, чтобы проверить, что за нахал осмелился побеспокоить ее. Дело кончилось тем, что дракониха устремилась за моими ребятами. Ее примеру последовали тролли.

У бывших учеников не было ни силы, ни габаритов, чтобы противостоять великанам, зато у них имелось такое немаловажное подспорье, как прыткость. Мелвин подпрыгнул и скорчил драконихе рожу. Та в ответ плюнула в него огненной струей, но купидон успел увернуться. Дракониха, расправив крылья, погналась за ним, заодно сбив с ног парочку валеттов.

И тогда акулы решили, что грешно не использовать подвернувшийся шанс, и всей стаей проскочили мимо драконьего хвоста, устремившись к заветной цели.

Увы, они просчитались, слишком рано списав со счетов Лысого Амбала. Тот ловко увернулся от Паучихи, потом сиганул прямо на спины сразу двум акулам и принялся погонять их, больно лупя по жабрам. Остальные, разинув пасти, пустились за ним вдогонку, готовые в любую минуту растерзать наглеца на куски. Но Лысый Амбал лишь ухмылялся с таким видом, словно ждал этого мгновения всю свою жизнь. В конце концов он исчез в куче спинных и хвостовых плавников.

Я заметил, что Мелвин оказался в гуще команды извергов. Оскалив клыки, они взяли потенциальную жертву в плотное кольцо. Вид у купидона был напуганный. Но тут, издав устрашающий клич, на его спасение ринулся Трутень. Не ожидая такого поворота событий, изверги растерялись, подарив Мелвину несколько мгновений.

Бац!… И купидон с пентюхом исчезли.

Затем они появились снова - на сей раз совсем рядом с линией, которая отделяла отведенный «Ученикам чародея» участок от остальной арены. Мелвин, едва держась на ногах, покачал головой.

– Э-э-э, так дело не пойдет! - раздался в громкоговорители укоризненный голос Шляйна. - В этом раунде применение магии запрещено. Пробраться на свой участок можно только в честной борьбе. А вот и наши «Рубаки»!…

Мелвин с Трутнем были уже в шаге от спасения, когда на них набросился целый отряд солдатни. Моим студиозусам ничего не оставалось, как отступить к центру арены, где уже возникла всеобщая свалка, настоящая куча-мала. Сейчас горгульи пытались перехитрить «Людоедов». В их гущу затесалась Фризия, которая отражала сыплющиеся со всех сторон удары при помощи магии. Каждый раз, когда к ней приближался чей-то каменный кулак, она пронзительно взвизгивала, чтобы не вызвать у окружающих подозрений.

– Мяско! Свежатинка!… - радостно взревела какая-то горгулья.

Мелвин повернулся и заехал ей кулаком по физиономии. Правда, уже в следующее мгновение он рухнул на колени, потирая ушибленный кулак.

Я тоже застонал - в знак солидарности.

– Они всегда так, - заметил Живоглот.

– Хо-хо-хо! - рассмеялась горгулья.

– Эй ты, уродина! - крикнул Трутень. Как только каменная глыба развернулась в его сторону, он засунул себе в уши большие пальцы и покрутил. Горгулья страшно оскорбилась. Рассвирепев, она ринулась вслед за ним, но Трутень увернулся, спрятавшись за спину ближайшего великана. Тот почему-то тотчас уменьшился в размерах и стал не таким волосатым. Я понял, что Трутень применил по отношению к ним обоим маскировочную магию.

Не поняв, что перед ней великан, горгулья ухватила его за плечо и резко развернула, после чего от всей души врезала ему в подбородок. «Трутень», качаясь, сделал полшага назад, однако уже в следующее мгновение решил рассчитаться с обидчицей той же монетой. Под крики публики оба начали изо всех сил мутузить друг друга. Тем временем настоящий Трутень помог Фризии подняться на ноги. Та быстро раскидала в стороны своих противников, и они тут же устремились к Мелвину.

– Оп-ля!…

По другую сторону от Паучихи я заметил Джинетту, которая металась по арене, спасаясь бегством от троицы джиннов на скейтбордах. Она обежала подставку с луками и стрелами и, пригнувшись, стала пробираться под брюхом у Паучихи. Увы, та заметила потенциальную добычу и потянулась к ней чудовищной когтистой лапой. Еще мгновение - и она ухватила бы Джинетту за лодыжку, но тут на беглянку налетели джинны и принялись наносить удары дубинками, от которых металлическая подставка зазвенела и заходила ходуном. Паучиха тотчас обернулась, перекрутила шелковистую нить и схватила их.

Тем временем Джинетта вынырнула с другой стороны и угодила в самую гущу обезьян. Те заверещали и принялись царапать ее, а одна даже уселась Джинетте на голову. Извергиня принялась сбрасывать их с себя, кидая одну за другой в лапы Паучихи. Однако она так увлеклась, что не заметила джиннов, которые, размахивая дубинками, спешили к ней из-за угла подставки. Джинетта отразила их налет при помощи магии, но к нападавшим подоспело подкрепление. Собрав волю в кулак, извергиня принялась сталкивать их лбами. Джинны стали терять равновесие и валиться наземь, однако уже в следующий миг снова оказались на ногах.

Полони и Толк проделали примерно половину пути к заветной цели, когда откуда ни возьмись перед ними возник один из «Рубак». Толк присел, увертываясь от его сабли, а потом впился обидчику зубами в ногу. Полони сорвала с головы задиры шлем и принялась им же лупцевать его владельца.

Тут к «рубакам» откуда-то подоспела подмога. Полони и Толк не успели и глазом моргнуть, как им пришлось увертываться от сыпавшихся на них ударов и тычков пик. Извергине удалось частично обратить оружие на самих нападавших, но силы казались неравными.

– Похоже, пресловутые чемпионы задались целью одолеть моих учеников, - произнес я.

– Нет, - возразила Тананда, - они просто нападают на все, что движется. Такие уж они, эти «рубаки». Не любят сидеть сложа рука.

– Ты так считаешь? Взгляни повнимательнее.

Создавалось впечатление, что солдатня заполонила собой всю арену. Фиолетовые мундиры прочно отделяли Трутня, Мелвина и Фризию от заветной цели. Фризия махала руками, но как-то механически, без энтузиазма. Трутень тоже явно выдохся. Магические трюки давались ему все тяжелее и тяжелее. В его распоряжении осталось лишь три вида чар, и все были бесполезны против вездесущих «рубак». Если что у него в запасе и оставалось, так это сила собственных мускулов. Мелвин пытался защитить себя и своих товарищей от ударов, но я заметил, что по его безволосой головенке струится пот. Более того, даже если кому-то из моих бывших студентов удавалось нанести удар по противнику, эффект получался нулевой. Солдаты продолжали теснить их.

– Это нечестно. Кто-то защищает их с помощью магии! - возмутился я.

И тут до меня донесся дикий вопль. Это в руки сержанта Пеп-апа попалась - кто бы вы думали? - Полони! Схватив свою жертву покрепче, он устремился бегом через всю арену туда, где уже поджидали распростертые объятья Паучихи. Жуткая тварь укусила извергиню в шею, и Полони тотчас обмякла, превратившись в подобие тряпичной куклы. Паучиха принялась деловито обматывать ее липкой шелковой нитью. Я был просто взбешен!

Тем временем кто-то из солдат замахнулся саблей и нанес удар Мелвину. Купидон свалился на пол. Из раны на голове хлынула кровь. «Рубака» бесцеремонно перебросил Мелвина через плечо и направился к центру арены.

Джинетта бросилась вслед за ними. Увидев подругу в паучьих путах, она ахнула от ужаса и бросилась к подставке с инвентарем.

– Судьи подкуплены! - объявил я во всеуслышание, увидев моих учеников в окружении целой толпы фиолетовых мундиров. Солдатня подталкивала их в направлении Паучихи. - Они погибнут! Я не допущу этого!…

– Как? - удивилась Марки. - Ты ведь не имеешь права вмешиваться. Эти ребята подписали согласие на участие в игре.

– Они понятия не имели, во что это выльется! - возразил я. - Только посмотри!

Джинетта пыталась натянуть на лук тетиву, но та рвалась у нее в руках. Извергиня потянулась за очередным куском бечевы. Если на этот раз ей не удастся натянуть тетиву и выпустить стрелу в цель, то бедная Полони окончит жизнь в лапах омерзительной твари.

– Посмотри сама, они уже на последнем издыхании! - сокрушенно произнес я.

– Ничего, как-нибудь справятся, - возразила Тананда. - Главное - спокойствие.

Фризия выхватила тетиву из рук Джинетты и провела по ней пальцами.

– Молодчина! - воскликнула Банни. - Она придала ей крепость!

Наконец-то Джинетте удалось оснастить лук тетивой и наложить стрелу. Дзынь! Стрела закачалась в самом центре мишени над головой у Паучихи, что должно было обрушить настоящий ливень на голову гнусной твари.

Однако ничего не произошло.

Джинетта обвела взглядом арену в поисках официального представителя. Увы, никто не собирался останавливать игру. Полони была уже с головы до ног обмотана полупрозрачными нитями. Паучиха деловито продолжала плести кокон.

– Ну все, я пошел, - произнес я и встал на ноги, хотя, скажу честно, не мог оторвать глаз от происходящего на экране. Толк получил по физиономии от джинна, который пронесся мимо него на скейтборде, и взвыл от боли. Банни ухватила меня за руку.

– Не смей!

– Это почему же?

– Потому что… или ты забыл, что на Извр тебе вход заказан?

Я застонал и рухнул назад в кресло. Черт, как же это у меня вылетело из головы?!… Стычки с полицией, друг, который оказался сомнительным бизнесменом, в результате чего я попал в черный список, был объявлен персоной нон грата и навсегда изгнан из Извра.

Да, перед вами личность редкостной известности.

В тот момент я бы не сказал, что подобная честь мне льстит. Я смотрел на продолжение всеобщей драки. Меня так и подмывало перенестись на место действия и самому принять в нем участие. Чем дальше продолжалась потасовка, тем больше возрастала вероятность того, что кто-то из моих студентов окажется в ситуации, единственным выходом из которой будет смерть, и никакие лекции на тему взаимовыручки и чувства локтя не спасут положения.

– Что же тогда делать? - спросил я у остальных, вновь вскочив с кресла и опять упав в него. Чем дальше я наблюдал за происходящим, тем тревожнее становилось у меня на душе. - Этому безобразию нужно немедленно положить конец!

– Попробуй применить маскировочные чары! - подсказала Тананда. - Это ведь твой коронный номер.

Я отмахнулся от ее предложения.

– Маскировочные чары - это прекрасно. Но под кого замаскироваться? Ведь я должен произвести на жителей Извра такое впечатление, чтобы они меня послушались. Нужны какие-нибудь документы. Не могу же я появиться там как сторонний наблюдатель и попытаться в таком качестве исправить положение!

– У тебя есть великолепная маскировка - Ааз.

Я замер с открытым ртом.

– Нет, на это я никогда не пойду…

– Это почему же? - возразила Тананда. - Вспомни: мне о нем известно куда больше, чем о тебе. На Извре у него солидная репутация. Он был первым учеником в колледже, потом стал самой заметной фигурой - разумеется, не считая тебя, - в корпорации М.И.Ф. Скажи, что может быть лучше?

– Аазу это не понравится. Ведь тем самым я навсегда угроблю его репутацию.

Тананда подошла ко мне и положила руку на плечо.

– С чего ты взял? Конечно же, понравится. Подумай сам. Ходят слухи, будто Ааз уже не тот, что он растерял свое былое влияние, и тут появишься ты, задействуешь чуточку магии, и все непременно поверят, что он вернулся. Не понимаю, как это может навредить его репутации. Наоборот, твой трюк только сыграет Аазу на руку. А дальше пусть он сам решает, что делать, если вдруг найдется дурак, который попробует выступить против него. Но тебе надо непременно помочь ребятам. Они уже выбились из сил.

Было видно, как джинны взяли Мелвина в плотное кольцо. Еще мгновение - и на бедного купидона обрушится град ударов. Мелвин попробовал было сотворить небольшой вихрь, но джинны словно ожидали такого развития событий. Откуда-то появился маг в балахоне и замахал руками. Мелвин был вынужден остановиться. Смущение на его лице тотчас уступило место нескрываемому испугу. Неудивительно - ведь джинны не на шутку размахались своими дубинками. Прикрыв голову руками, купидон пригнулся и попытался вырваться из вражеского окружения.

– К тому же, - добавила Банни, - это в первую очередь была идея самого Ааза. Ведь это он направил к тебе извергинь.

– Может, все-таки лучше спросить? - промямлил я.

– Я сама спрошу, - отрезала Тананда и с громким хлопком растворилась прежде, чем я сумел ее остановить.

Уже через секунду она вернулась.

– Давай!…

Чтобы принять облик изверга, понадобились считанные мгновения. Правда, я на пару дюймов выше Ааза, но кому взбредет в голову измерять мой рост? Зато мне наверняка сыграет на руку репутация моего друга - большого умельца по части укрощения разного рода нежеланных гостей. Я похлопал себя по щекам, однако не ощутил никакой разницы. Зеркала, чтобы взглянуть на себя, тоже поблизости не оказалось.

– Отлично, - сказала Банни, подходя ко мне ближе, чтобы проверить маскировку. - Лучше не бывает. Стопроцентный изверг. Главное - не вздумай улыбаться. Ааз вечно ходит насупленный. От него не дождешься улыбки, разве если только его пощекотать.

– Мне не до улыбок, - хмуро ответил я.

– Глип? - жалобно подал голос мой чешуйчатый питомец. Он растерянно обнюхал меня. Ему было трудно примирить мой старый запах и внешность Ааза. Дракон и изверг никогда не питали друг к другу теплых чувств.

– Это я. - Улыбаясь, я похлопал его по загривку. - Не волнуйся, приятель. Все это ради благого дела. Ну, мне пора.

– Не торопись, красавчик, - проворковала Тананда, обнимая меня. - Или ты решил, что мы отпустим тебя одного?

– Я не имею права ставить вас под удар, - возразил я. - Если меня схватят, мне светят долгие годы заключения в одиночной камере.

– Никто тебя не поймает, - отмахнулась Тананда. - Но один не ходи. Кто знает, возможно, чтобы спасти ребят, понадобятся наши объединенные усилия.

– Кстати, вспомни, чему ты сам их учил, - добавила Банни, указывая рукой в сторону экрана, где сейчас сражались мои бывшие подопечные. - «Вы - одна команда. Помогайте друг другу!»

Я застонал.

– Только не надо передергивать мои слова.

– Но ведь ты говорил именно так! Или я тогда ослышалась? - Банни явно решила меня раззадорить.

– Ну, говорил, говорил!

– В таком случае, решено.

Она кивнула Тананде и Марки.

Бац!…