Термины Ичазо для страсти и фиксации энеа-типа VI, как было упомянуто во введении, это «робость» и «трусость».

Робость можно принять для обозначения тревожного колебания или подавления действия из-за страха, но если это так, то это значение не отличается от значения слова «страх», которое я использую для обозначения главенствующих страстей этого характера. Если мы пользуемся словами «страх» и «трусость», чтобы обозначить главенствующие страсти энеа-типа VI, то необходимо указать, как и в случае с гневом и другими эмоциями, на то, что это важное положение не обязательно будет прямо проявляться в поведении. Оно может, напротив, проявиться в чрезмерно компенсирующей сознательной позе героизма. Противопоставленное фобии отрицание страха не отличается по сути от маскировки гнева чрезмерной мягкостью и контролем, маскировки эгоизма чрезмерной уступчивостью и др. форм компенсации, проявляющихся в веренице характеров, особенно в некоторых суб-энеа-типах.

Более характерным, чем страх и трусость, для многих личностей энеа-типа VI может оказаться наличие тревоги - того производного от страха чувства, которое можно охарактеризовать как страх без осознания внешней или внутренней опасности.

Даже несмотря на то, что страх не включен в перечень «смертных грехов», трансцедентность страха может быть краеугольным камнем истинных христианских идеалов; поскольку он доводит Imitatio Chisti до несомненного героизма. Интересно отметить смещение христианских идеалов от мученичества ранних христиан к распространившемуся положению, которое Ницше критиковал, награждая его эпитетом «рабская мораль» (хотя позже, по крайней мере, в Южной Америке церковь опять стала героической до мученичества).

В отличие от понимания добродетели греками (arete), где подчеркивалось мужество, Ницше выделил идеал христианского общества, побуждающий к. чрезмерному послушанию авторитетам, и несбалансированность и превалирование контроля Аполлона над экспансивностью Дионисия. Так же, как можно видеть деградацию в христианском сознании специфическим образом от мужества к трусости, можно говорить и о деградации в ее понимании веры. В то время как вера, в понимании идей четвертого порядка, есть психоанализ, являющийся как бы вратами к потенциальному освобождению от рабства страха, это понимание коренным образом отличается от того, к которому пришел мир в обычных религиозных рассуждениях: строгое следование определенному набору догм.

Как будет объясняться в психодинамическом анализе, я думаю, что непременный двойник страха может быть обнаружен в самоуничижении, самопротивопоставлении и самообвинении - в превращении в собственного врага, что приводит к тому, что лучше противостоять себе (присоединяясь к ожидаемой внешней оппозиции), чем встретиться с внешним врагом. Определение параноидального характера по ДСП III уже, чем определение энеа-типа VI, которое включает в себя три разновидности параноидального мышления в зависимости от отношения к тревоге. Фобический характер психоанализа, отраженный в ДСП III, «избегающая личность», - это еще один, еще более навязчивый стиль, обычно диагностируемый как нарушение психики, где смешалась паранойя с навязчивыми идеями.