Я едва обратила внимание на школу, пока шла по ней, от купола в главном здании до Большого Зала, где мы учимся, а потом на общежитие. Я побежала наверх в блок, который мы делили с Лесли, Скаут и Эми, и отперла дверь.

Я постучала в дверь спальни Скаут, но не стала ждать приглашения.

На Скаут была черная пижама, и она сидела скрестив ноги на своей маленькой кровати, открытая книга лежала перед ней. Ее волосы были светлыми сверху и темными снизу, и в данный момент они стояли торчком у нее на голове в миллионе разных направлений. Она была немного похожа на готскую подушечку для иголок, только я не собиралась ей об этом говорить.

Выпучив глаза, она выдернула пару наушников.

— Что случилось?

— Снаружи был Жнец — в кампусе — он напал на Лисбет Кэннон. Он просто сидел там и иссушал ее. А когда я попыталась кинуть в него огненный шар, моя магия исчезла. Она не работает. Вообще. Вообще никакой магии. А потом пришла Фоули и позвала кого-то, не знаю кого, а Лисбет была без сознания.

— Эй, помедленнее. — В ее глазах была тревога, но также и замешательство. Она похлопала по кровати рядом с собой. — Сядь, успокойся и расскажи мне, что конкретно произошло.

Я рассказала ей о нападении Жнеца и о том, что пыталась — и не смогла — сделать.

— Он прорвался через защитные чары.

Скаут наложила защитные чары, магическую охрану, на гигантскую дверь в школьном подвале, которая ведет в туннели. Предполагалось, что защитные чары должны держать на расстоянии Жнецов, но у Жнецов есть как минимум один взломщик, чья работа заключается в том, чтобы прорываться через эту защиту. Даниэль Стерлинг, глава нашего Анклава, недавно помог Скаут укрепить защитные чары, чтобы не позволить взломщику прорваться, но, возможно, этого все еще недостаточно.

— Не обязательно, — сказала я. — Может, она просто впустила его через ворота. Определенно было похоже, что они знают друг друга.

— Возможно, — произнесла Скаут, но убежденной не казалась. Она выпрямила ноги, затем спрыгнула на пол. — Дай мне посмотреть на твою спину.

Я встала, подняла свою футболку и показала ей.

— Твое Потемнение все еще на месте, — сказала она.

— Я — все еще я, — ответила я, опуская футболку. — Я — это я, просто с недействующей магией огня. А что насчет тебя? Когда ты в последний раз магичила?

— Ммм, сегодня утром я выключила будильник.

— С помощью магии?

Она немного покраснела.

— Это новый вид заклинания. Это совсем несложная магия. Из разряда небольших закусок. Я ее тестировала.

— И она работала?

— Если ты по-прежнему не слышишь, как на реактивном уровне децибел играет радио, то сработала.

— Твой будильник настроен на радио? Почему?

— Потому что я его ненавижу, — просто ответила она. — И это заставляет меня хотеть поскорее его выключить.

С этим я поспорить не могла, но это тоже было неважно. Я пошевелила перед ней пальцами.

— Попробуй что-нибудь сейчас. Я хочу знать, коснулось ли это только меня.

— Но я прекрасно себя чувствую, — ответила она.

— Также, как и я перед тем, как внезапно появился Жнец, и оказалось, что моя магия огня совсем не действует.

Она с минуту на меня смотрела, вероятно, пытаясь понять, действительно ли я что-то повредила или же просто расстраиваюсь на пустом месте. Должно быть, она решила довериться мне, потому что подошла к одной из своих книжных полок, которая — как и вся ее комната — была заставлена всяким барахлом. Она выбрала маленькое, блестящее яблоко, покрытое лаком, из одной из ее коллекций и положила его на кровать, затем отошла.

— Мне понадобятся защитные очки?

— Ты собираешься выколоть себе глаза, просто стоя там?

— Наверное, нет.

— Тогда нет. Смотри и учись, салага. — Скаут выдохнула и прижала подбородок к груди, вперившись в яблоко сосредоточенным взглядом. Ее губы двигались от какого-то безмолвного заклинания, а я смотрела и ждала, пока что-нибудь произойдет.

Но ничего не произошло.

Нахмурившись, она встряхнула руками и помотала головой.

— Наверно, я просто напряжена или устала, или еще что-нибудь, — сказала она, а потом попыталась еще раз, ее лицо было ожесточенным и сосредоточенным.

И снова ничего.

— Я не понимаю. Я все делаю правильно, так же, как и всегда. Почему это не работает?

— Вероятно, по той же причине, почему не работает моя магия.

— Это плохо, — проговорила она. — Нам нужно позвонить Даниэлю. — Она порылась в своей сумке-почтальонке и вытащила телефон, затем судорожно напечатала сообщение.

Я грызла кончик большого пальца, в комнате повысилось напряжение, когда Скаут написала сообщение Даниэлю, и мы ждали ответа.

Ненавижу ждать в подобных ситуациях. Ожидание убивает меня. Пытаясь не зацикливаться на этом, я достала свой собственный телефон и проверила сообщения.

Меня ждало одно сообщение — от моих родителей. Я выходила с ними на связь не так часто, как хотелось бы, и иногда получать от них сообщения так же больно, как не получать известий. Словно это напоминание, что они лишь частично связаны со мной. Они находятся далеко, и небольшие байты данных не сравнятся с крепким объятием — и просто знанием, что они там.

Черт, я даже не уверена, там ли они на самом деле. Они могли бы работать в соседнем здании, а я бы даже и не знала.

Сообщение пришло от моего папы:

«ПОВЕСЕЛИСЬ НА ЭТОЙ НЕДЕЛЕ НА ТАНЦАХ! НО НЕ ПЕРЕСТАРАЙСЯ! МЫ ЛЮБИМ ТЕБЯ!»

Как я и сказала, одновременно и приятно, и печально. Я убрала телефон и, когда запиликал телефон Скаут, подскочила. Она посмотрела на экран, прочитала сообщение, а потом поглядела на меня.

— Что? — спросила я.

— Магический блэкаут — это не только у нас.

— Анклав?

— Хуже, — ответила Скаут. — У всех Адептов в городе.

— Замечательно, — саркастически произнесла я, потому что это было совсем не так.

* * *

Даниэль дал нам указание встретиться с ним в Анклаве, что было не так просто, как казалось. Третий Анклав расположен в подземных туннелях. Поэтому, чтобы туда добраться, нам пришлось прокрасться по школе от общежития до главного здания, через подвал до двери, которая вела в туннели, а потом по этим туннелям до Анклава.

«Странно ли, что туннели действительно начинают ощущаться настоящим домом?» В смысле, я ходила по ним, смеялась и чуть не поджарила в них свою лучшую подругу. В них не совсем уютно, но точно не настолько дискомфортно, как раньше. Не шикарно, но и не кошмарно.

Когда мы дошли до гигантской деревянной двери, которая не подпускает к Анклаву нечто, что бродит по туннелям, мы постучали и вошли.

Атмосфера была неважной.

Третий Анклав — это куполообразное каменное помещение, построенное в одном из туннелей. Стены покрыты мозаикой, но помещение по большей части пустое, за исключением круглого стола, который добавил Даниэль, чтобы у нас было место, где мы можем посидеть и пообщаться. «Теперь мы Адепты Круглого Стола!» Хотя Скаут это никогда не казалось смешным.

Остальные Адепты — Пол, Джейми, Джилл, Майкл и Джейсон — уже сидели за столом и ждали нас, чтобы начать.

Пол — боец, сила которого магически увеличена. Он высокий, с темной кожей и вьющимися волосами. Его девушка, Джейми, ведьма с силой огня, а ее сестра-близнец, Джилл, обладает аналогичным даром со льдом. Близняшки стройные, с длинными золотисто-каштановыми волосами и бледной кожей. Они идентичные, поэтому в них было что-то призрачное, когда они стояли рядом.

Джейсон и Майкл сидели бок о бок, оба таращились в свои мобильники. Вместе со Скаут мы входим в состав Адептов чикагского Третьего Анклава. Ну, во всяком случае, в команду «Юниоров». Нас так назвали, потому что мы все еще учимся в старшей школе.

Даниэля, нашего Университетского Адепта, нигде не было видно. Он недавно назначенный лидер нашей команды и второкурсник Северо-Западного Университета. У него полный «университетский статус», потому что он учится в колледже.

А еще он довольно горячий, и это нужно произносить по-слогам. Го-ря-чий. Высокий, вьющиеся светлые волосы, голубые глаза. Привлекательный и милашка, насколько я могу судить. И мне вдвойне повезло: я люблю рисовать, и Даниэль — мой учитель в художественной студии Св. Софии.

Даниэль занял место Кейти и Смита — фамилии не знаю — наших бывших лидеров команды. Они Адепты, которые были готовы принести в жертву Скаут, которые отказались помочь спасти ее, когда ее схватили Жнецы. В последнее время они все реже и реже приходит на собрания Анклава, не то, чтобы я жаловалась. Они мне не нравятся.

Когда мы сели за стол, Майкл без промедления одарил Скаут щенячьим взглядом, а Джейсон посмотрел на меня пристальным. Я села на стул рядом с ним и сжала его руку.

— Где Даниэль? — спросила я.

— Еще не здесь, — ответил Пол. — Он едет.

— Ты в порядке? — прошептал Джейсон.

Я кивнула.

— В норме. Я подготавливала украшения к Тайной вечеринке. Когда возвращалась в общежитие, увидела, как одну девочку из комитета по подготовке использовал Жнец для подпитки. Я попыталась применить против него магию огня, но ничего не произошло. Мне удалось вырубить его, и тогда появилась Фоули. Фоули — это наша директриса, — добавила я для остальных Адептов.

Лицо Джейсона напряглось при мысли, что я оказалась в беде, а потом оно немного ожесточилось... и на нем отразилось покровительство. Это немного потрясло меня.

— Скаут попробовала использовать магию, — продолжила я, — и она тоже не сработала. Тогда-то она и позвонила Даниэлю. А что насчет тебя? — Я осмотрела его с головы до ног, как будто этого взгляда было достаточно, чтобы рассказать мне, была ли затронута его магия. — У тебя все нормально?

— Я все еще могу перекидываться, — ответил он, но, кажется, был от этого не в восторге. Если на него не повлиял блэкаут, пожалуй, быть «проклятым» не так уж и плохо.

— Это не совсем магия, — добавил он, — поэтому со мной все в порядке.

— А это значит, что блэкаут влияет только на магию, — сказал Майкл. — В других Анклавах та же проблема. Но, учитывая, что видела Лили, не похоже, чтобы у Жнецов была та же беда.

— Магия Жнеца работала, — добавила я. — И в доказательство этому на территории школы появился новый каменный ангел.

— Халявное благоустройство территории, — пробормотала Скаут.

— Может, ему просто удалось нанести последний удачный удар, — сказал Майкл. — Я ничего не могу считать. — Он выглядел грустным, и даже его кудри выглядели немного не так, как обычно.

— У меня нет льда, — произнесла Джилл.

— А также нет огня, — добавила Джейми.

Мы посмотрели на Пола.

— Я бы даже щенка не смог побить магией, — ответил он, — не то, чтобы я этого хотел. — Но потом он нахально ухмыльнулся и напряг свои бицепсы, которые очень даже ничего. — Но я все же могу использовать свои собственные таланты.

— Позер, — произнесла Скаут и подмигнула. — И таким образом круг замыкается.

— Выходит, ни у кого из нас нет магии, — сказала я.

— Это похоже на наступление ночи, только с чарами, — сказал Майкл. — Типа, закат нашей магической карьеры или что-то в этом роде. Полный чаропад.

— Чаропровал, — кашлянул Джейсон.

— Помимо чаропада, чаропровала или как там его, — произнесла Джилл, — Жнец в открытую иссушал человека посреди центра Чикаго. Он был у всех на виду, и не похоже, чтобы пытался хоть как-то прятаться.

Жнецы обычно скрытны. Они прилепляются к счастливым подросткам и понемногу высасывают их энергию, оставляя после себя депрессивных детей и не так уж много ответов для родителей и друзей.

— Думаешь, Жнецы поменяли свою стратегию? — спросил Джейсон.

Джилл пожала плечами.

— Я лишь говорю, что это событие, на которое мы должны обратить внимание.

— Он был молодым, — сказала я. — Он не терял свою магию, поэтому не нуждался в энергии.

— Может, они придумали какой-нибудь способ накапливать магию, — предположил Пол. — Вроде зарядки аккумулятора?

— Это что-то новенькое, — произнес Джейсон, нахмурив брови.

Это определенно плохие новости. Если молодые Жнецы придумали способ накапливать украденную энергию и как-то передавать ее старшим, то они смогут создать странствующую армию подростков, которые будут понемногу красть магию. Если им удалось это сделать...

— Если Жнецы каким-то образом могут накапливать силу, — спросила я, — могут ли они сделать наоборот? Например, вытянуть магию из нас? Это могло вызвать блэкаут?

— Это невозможно, — ответил Майкл, глядя на Скаут. — Так ведь?

— Не то, чтобы я знала, — ответила она, но по ней было видно, что при этой мысли она занервничала. — Накапливать энергию от одной девушки и как-то передавать ее в святилище — это одно. Честно говоря, меня это не сильно удивляет. Но забрать силу всех Адептов Чикаго? Это значительно отличается. Я уверена, что для этого есть какая-то причина, и будь она магическая или нет, Жнецы не могли так внезапно все высосать. Это бы потребовало подготовки.

Не сказала бы, что меня это убедило. У нас нет актуальной информации о Жнецах и об их деятельности в Чикаго, и мы не бегаем где-то там, задавая магический темп. Иногда кажется, что мы играем в догонялки, едва поспевая и надеясь, что не слишком отстаем.

После этого на протяжении нескольких минут никто не проронил и слова. Помещение полностью погрузилось в тишину. Казалось, все чувствуют себя неуютно, как будто надели одежду, которая им слишком тесна. Именно тогда я и поняла, что это станет важным испытанием для Адептов Чикаго. Возможно, самым важным испытанием.

Мы пообещали, что через несколько лет, когда наша магия иссякнет, мы не будем бороться с потерей. Мы позволим силам вернуться во вселенную, вместо того, чтобы красть чужие души в тщетной попытке сохранить ее.

Легко давать обещание, когда у тебя все еще есть твоя сила. Когда ты прямо посреди волшебного высшего общества, а жизнь без магии где-то там впереди. Это решение дается намного сложнее, или так я поняла, когда ты начинаешь слабеть. Понятное дело, магией огня я обладаю недолго, поэтому ее отсутствие ощущается более знакомо, чем обладание ей. «Но будет ли это настолько тяжело для тех, кто к ней привык — кто дольше жил с гулом энергии, кто был в состоянии изменить мир вокруг щелчком пальцев или несколькими словами заклинания? Будет ли тяжело закрыть эту дверь и уйти?»

Адепты обычно говорят так, будто принять решение легко. И, конечно же, есть последствия становления Жнецом, которые также не облегчают им жизнь — например, кража душ. Но по их лицам сегодня становило понятно, что они начинают осознавать, что последствия отказа от их жизней в качестве Адептов будет гораздо сложнее перенести, чем они думали.

Открылась дверь Анклава. Вошел Даниэль, и, судя по выражению его лица, у него тоже не было хороших новостей. Мы сделали перекличку и рассказали ему о наших магических изъянах.

— Я разговаривал с Фоули, — сказал он. Мы со Скаут переглянулись. Даниэль и Фоули близки. Он знал дочь Фоули до того, как ее убили, и именно поэтому, по моему предположению, ему и предложили место учителя студии искусств.

— С Лисбет Кэннон все будет в порядке. Марселин связалась с ее семьей, и они помогут ей вновь войти в колею. — Он посмотрел вниз на клочок бумаги в своей руке. — Жнеца зовут Чарли Эндрюс. Он из команды Джеремайи. Он из неполной семьи, и его мать работает по ночам. В помощь она получает какое-то пособие от святилища, поэтому всей душей предана Жнецам. Думает, что ее сын супергерой.

— Без шансов, — пробормотала я. Жнецы прошли долгий путь от симпатии, потому что помогают тебе оплачивать счета, до мнения, что это так круто, когда твой сын ворует жизненную силу подростка.

— Он слишком молод, чтобы нуждаться в магии, — сказала я. — Фоули с ним говорила? Почему он использовал девушку? Он что-нибудь знает о блэкауте?

— Она не смогла допросить его, — ответил Даниэль. — Она лишь узнала о его матери. На самом деле, она не видела, чтобы он что-то делал — видела только то, как Лили ударила его чемоданом.

Все взоры обратились ко мне, и мои щеки покраснели.

— Не было магии огня, — объяснила я. — Это единственное оружие, которое у меня было.

— Зашибись, — произнесла Скаут. — Значит, к нему никаких претензий, а мы вернулись туда, откуда начали, за исключением того, что у нас нет магии, и, возможно, армия Жнецов не просто подыскивает подростков ради питания, а на самом деле крадет их души.

— Это будет отличная неделя, — проговорил Майкл.

Даниэль убрал клочок бумаги и сел за стол.

— Все успокойтесь. Совет, — это те, кто стоят выше и принимают решения относительно стратегии Адептов, — изучает проблему с блэкаутом. Над этим работают наши лучшие умы.

— Мы — их лучшие умы, — проворчала Скаут.

— Даже если и так, пока мы оставляем тяжелую работу на них. Эта ситуация временная — если будет причина, то будет и решение. И мы найдем это решение, — сказал он, посмотрев на Скаут. — Тем не менее, пока у нас нет силы. Поэтому я хочу, чтобы все были в полной готовности. Если куда-то идете, то идите парами. Будьте осторожны под землей, но так же осторожны и сверху. Пока не узнаем, что они планируют, мы смотрим в оба.

— Мы всегда смотрим в оба, — прошептала Скаут. — Мы должны беспокоиться о Жнецах.

— Если все со всем согласны, — сказал Даниэль, — думаю, мы пока закончили. Все свободны.

— Отлично, — произнес Майкл и снова ударился с Джейсоном кулаками. — Вернемся в кроватку и к полуночным играм.

— Да что такое с вами двумя и сталкиванием кулаками? — спросила Скаут.

— Мы не сможем помочь, если будем мягкими, — ответил Майкл, подмигнув Скаут. Она с раздражением отвернулась, но не раньше, чем порозовели ее щеки.

— Мягкими? — спросила я, наклонившись к Джейсону. — Он увидел это в фильме, верно?

— Три дня назад. Боевик, снятый в Чикаго, и он все продолжает цитировать сцены.

«Как будто нам в Городе Ветров нужно еще больше боевых действий».