Катчер вел свой седан. Джефф сидел на переднем сиденье, тогда как мы с Мэллори устроились на заднем.

Ночь была темной, проселочные дороги по существу пустынными и, к счастью, свободными от эльфийских армий. И все же, каждый раз, когда мы приближались к уличному фонарю или прожектору, мой живот сжимался от страха, что мы увидим очертания батальона солдат, увенчивающих холм, с луками в руках и стрелами, готовыми выстрелить.

Катчер набрал Люка и Этана.

— Дамы и господа, — раздался голос Люка через динамики громкоговорителя. — И вновь вы наслаждаетесь приключениями без меня.

— Мы этого заранее не планировали, — раздался голос Этана вслед за голосом Люка. — И я тоже не там.

— Как и должно быть, — произнес Люк. — По крайней мере, у тебя хватило здравого смысла, чтобы не попытаться возглавить именно эту команду.

— «Звездный путь», — пробормотала я, подмечая любовь Люка цитировать фразы из фильмов и сериалов.

— Я хорошо натренировал тебя, Падаван.

— Ты смешиваешь «Войны» с «Путем», — указал Джефф.

— Они взаимозаменяемые, — ответил Люк, за что получил недоуменный взгляд от Джеффа. — Почему бы вам кратко не проинформировать нас о карнавале?

Я закрыла глаза, пытаясь вспомнить планировку.

— Он находится в углу стоянки торгового центра. Небольшой карнавал — пять или шесть аттракционов, колесо обозрения.

— Фуры или грузовики? — спросил Катчер. — Я полагаю, именно так они перевозят карнавал из одного города в другой.

— Не скажу, что видела их.

— Они, вероятно, припарковали грузовики в стороне, — сказал Люк. — Держат их подальше от глаз общественности. Мерит, что еще?

— Вокруг него невысокий забор — ворота. Вроде барьера, сдерживающего толпу. Кроме этого он открыт. Ездовые аттракционы по большей части снаружи, тогда как другие игры и еда в центре. Обслуживающий персонал очень хорошо одет. Они все носят карнавальные костюмы.

Когда мы приблизились к торговому центру, мои нервы начали накаляться, моя кровь побежала быстрее, в ожидании грядущего противостояния. Когда камень отскочил от лобового стекла, я почти упала на пол, мое сердце трепетало от ощутимого страха. Послеэльфовское стрессовое расстройство смеха совсем не вызывало.

Но когда Катчер свернул к торговому центру, стоянка была пуста.

— Какого черта? — пробормотал он.

— Что случилось? — спросил Этан.

— Они уехали, — ответила я, мечтая выбраться и едва дождалась, когда машина остановится, открыла дверь и выскочила наружу.

Все исчезло — аттракционы, билетная касса, игры. Туристы и работники карнавала. Только карнавальный мусор остался. И запахи жареной пищи и выхлопных газов, лужи грязной воды, обрывки черной ленты, где веревки были прикреплены к асфальту.

— Мы не могли сильно отстать от них, — сказала я, поворачиваясь к группе, которая присоединилась ко мне. — Ты все еще можешь учуять их.

— Может быть, они посчитали, что лучше для них убраться отсюда, — сказала Мэллори, — поэтому и решили собраться и уехать.

— Или, может быть, они добились желаемого и перебрались в следующую точку, — сказала я, подавленная тем, что мы упустили нашу цель. Совершенно.

Катчер отправился к машине.

— Давайте вернемся к Брексам. Может быть, Этан сможет заставить Пейдж и библиотекаря выяснить место их следующей остановки.

Я кивнула, затем посмотрела на торговый центр. Мини-маркет был ближе всего к карнавалу, и это был единственный магазин, который все еще работал. Внутри находилось несколько людей, их было видно между изгибами и прямыми линиями гигантских позолоченных букв, которые рекламировали прохожим распродажи и скидки.

Я махнула рукой в сторону магазина.

— Почему бы мне не проверить мини-маркет? Я поспрашиваю, когда карнавал уехал, может они знают, куда он направился.

— Смотри, чтобы тебя не похитили и на этот раз, — сказал Катчер. — Этан становится очень раздражительным, когда тебя похищают.

— Это всего лишь одна из многих причин, почему он раздражается, — заметила я. — И я сделаю все от меня зависящее. Но обещаний не даю.

Учитывая преступления, которые мы расследовали, это казалось лучшей идеей.

***

Было поздно, но магазин светился теплом и уютом. Диско звучало из стереосистемы магазина, а кассирша рядом с дверью улыбнулась, когда я вошла.

Ей было не больше двадцати и она, похоже, не возражала против работы в столь поздний час при большом наплыве посетителей. Она подпиливала ногти и напевала под музыку, ее черные прямые волосы удерживала головная повязка с пушистыми кошачьими ушками. Она посмотрела на меня и остановила внимание на катане, когда я подошла. Ее глаза расширились.

— Хороший меч, — сказала она шепотом, когда я подошла ближе. — Это катана, да?

— Да, катана, — ответила я с улыбкой. Я забыла, что ношу ее, и была благодарна, что она не почувствовала желания вызвать менеджера.

— Клевая.

— Спасибо. У меня вопрос к тебе, — я показала пальцем в сторону окна. — Карнавал, который был здесь — когда он собрался?

— Я не знаю. А что? Вы надеялись выиграть золотую рыбку?

— Не совсем. — Моя добыча была значительно больше, но я не упомянула об этом вслух. — Я предполагаю, ты не в курсе, куда они направились?

Входная дверь распахнулась. Женщина с короткими светлыми волосами вошла в магазин. Она была одета в облегающие джинсы и короткую красную накидку с капюшоном. Та едва достигала ее талии и была идеального кроя, который можно увидеть на подиумах Нью-Йорка. На ее руке висела дизайнерская кожаная сумочка — такую купила бы себе моя сестра, Шарлотта, в магазинах на Оук-Стрит. Я с улыбкой подумала, что она выглядит как очень элегантная Красная Шапочка.

— Никаких вариантов, — сказала кассирша, снова смотря мне в глаза. — Я не совсем дитя карнавалов, понимаете?

Я посмотрела на кошачьи ушки, футболку с «Яркой Радугой».

— Ты станешь ценить их, когда будешь постарше. Спасибо за помощь.

Она пожала плечами и вернулась к своим ногтям.

Я было пошла к двери, но поймала быстрый взгляд только что вошедшей девушки. Она схватила красную корзинку из груды у двери и направилась в аптечный отдел.

Она показалась мне знакомой. Я присмотрелась к ней, пытаясь вспомнить, где же видела это лицо. Оборотнем она точно не была. Безусловно, не эльфийка, с такой стрижкой и вкусом в одежде. И у нее не было лука и свойственной им уверенности в себе.

Я тихонько подошла поближе, делая вид, что заинтересовалась смесью горячего шоколада, шампунем от перхоти и замороженными куриными ужинами. Она взяла нужный ей провиант — бинты, спирт, марлю — и сложила все в корзинку.

Продавец встал передо мной, загораживая своим телом обзор. Он оказался таким же молодым, как и кассирша, но был темнокожим, с короткой стрижкой и подозрительными глазами.

— Вам чем-нибудь помочь?

Я схватила упаковку крекеров от «Уиллис-Тауэр» — первое, что попалось мне на глаза.

— Не знаете, эти по скидке?

Он смотрел на меня мгновение, затем махнул рукой в сторону ценника.

— Ценник гласит, что они стоят два девяносто девять.

— Отлично! — задорно произнесла я. Я снова повернулась к полке и сделала вид, что мне очень-очень интересен поп-корн со вкусом васаби. На самом деле, я не так уж сильно притворялась. Это же был поп-корн со вкусом васаби! Я уже была заинтригована.

Я немного постояла. Видимо, удовлетворившись моим мирным поведением без злого умысла, продавец наконец ушел. Когда звук его шагов затих, я снова посмотрела в конец отдела. Девушка рассматривала прилавки с медикаментами, и когда продавец подошел и предложил свою помощь, она отмахнулась от него с улыбкой, ямочки появились на ее щеках. Она немного повернулась, и я увидела ее необыкновенно серые глаза.

Вот тогда я поняла, где видела ее.

Сейчас ее волосы были другими, как и одежда. Она больше не была брюнеткой, не носила свою форму и не завлекала посетителей в «Тоннель Ужасов». Но это никак не изменило улыбку.

Она была работником карнавала.

Словно олень, почуявший хищника, она завертела головой по сторонам, отыскивая глазами угрозу.

Она поймала мой взгляд, и намек на улыбку появился на ее лице. Но она повернулась к полкам, пальцы пробегали по коробкам.

Я зашла за угол, исследуя стойку с пластиковыми солнцезащитными очками, пока Лайонел Ричи напевал из музыкальной системы магазина.

Девушка двинулась дальше, исчезая в отделе, где, судя по вывеске, висящей сверху, находились чипсы и газировка.

Все так же тихо, я подошла ближе, и когда добралась до отдела, заглянула за угол.

Она исчезла, но толстые резиновые заслонки, которые скрывали вход в заднюю комнату магазина, раскачивались, а ее корзинка лежала на полу, содержимое вывалилось. Она определенно сделала меня.

И это было не единственной моей проблемой.

В ее следе были слишком знакомые запахи — серы и дыма. Доминик Тэйт, побежденная худшая половина Сета Тэйта, пах точно так же. Но Доминик был мертв; я видела, как Сет убил его. Сет покинул Чикаго, и его запах отличался — лимон и сахар, как недавно испеченное печенье.

Мы не знали никаких других Посланников, как когда-то называли ангелов-воителей. И все же, вот она я, стою в магазине, в котором пахнет, как на крыльце у дьявола.

Я пробормотала проклятие и помчалась, следуя за ней через дверцы в холодное помещение, в котором воняло перезрелыми овощами и картоном. Помещение было большим, с полированным бетонным полом и кабинетом в углу. Я побежала в кабинет. За столом сидел мужчина в рубашке с короткими рукавами и воротничком, жуя сэндвич. С жареной говядиной, судя по запаху.

— Вам сюда нельзя! — завопил он, полным ртом говядины и хлеба.

— Да я просто мимо проходила, — уверила я, затем поспешила к узкому коридору на склад. В нем находились трехметровые ряды коробок и деревянных поддонов. На другом конце помещения был черный ход, но никого в поле зрения.

— Мы можем просто поговорить? — спросила я, вглядываясь в горы коробок с содовой, и поймала вспышку поспешно уносящихся светлых волос, когда небоскреб поддонов качнулся, как в детской игре с укладкой блоков. Как всегда, гравитация победила.

Я отскочила в сторону и избежала падающей башни, споткнулась о коробку позади меня, и, в конечном итоге, так или иначе приземлилась на задницу.

Шаги пронеслись эхом по помещению.

— Какого черта здесь происходит? — спросил скабрезный голос позади меня. Задняя дверь с лязгом закрылась, когда женщина проскользнула через нее.

Я поднялась, игнорируя менеджера и его угрозы вызова полиции и судебных разбирательств, но решила послать небольшую благодарность Папе Бреку, учитывая любезность, которую он нам оказал.

— Брекенриджы будут рады заплатить за любые убытки, — сказала я, перепрыгивая через грязную груду поддонов и направляясь к черному ходу. Я распахнула дверь, только чтобы увидеть ее стремительное движение по подъездной дорожке, которая проходила за торговым центром до забора из сетки, который отделял его от следующей собственности. Поросшей кустарником и необитаемой, судя по виду.

Я подбежала к забору, немного подпрыгнула и начала взбираться. В этом не было ничего даже отдаленно напоминающего кино, или изящность. Сетка была закреплена ненадежно, и она покачивалась под моими ногами, как будто я взбиралась по веревочной лестнице. Я добралась до самого верха, почувствовав, как срезалась кожа, когда моя ладонь наткнулась на один из оголенных зубцов сетки. Игнорируя боль, я перекинулась через верх и приземлилась на землю.

Только тогда я припомнила тот факт, что могла бы просто перепрыгнуть через эту чертову штуку. Пожалуй, библиотека Дома была самым местом для меня.

Девушка уже на всех парах бежала через участок, который был изрешечен грудами грязного снега, замершими буграми грязи и строительным мусором. Что-то было запланировано на это пространство, но, учитывая потрескавшуюся и облупленную вывеску «СТРОИМ, ЧТОБЫ УДОВЛЕТВОРЯТЬ ТРЕБОВАНИЯМ», что заброшенно лежала на земле, это не будет закончено в ближайшее время.

Она бежала с грацией длинноногого марафонца. У меня была вампирская скорость, усовершенствованные тело и мышцы, но она была бегуньей, с широким шагом и плавными движениями, что выглядело так, будто она не прилагает совершенно никаких усилий.

Она достигла большого бетонного блока, запрыгнула на него, оглянулась, всматриваясь в темноту, чтобы увидеть, следовала ли я все еще за ней.

Поскольку я была занята, наблюдая за ней, а не за землей передо мной, то не увидела канаву, пока не стало слишком поздно.

Я упала во впадину в метр глубиной, натолкнулась коленями на лед и несколько сантиметров грязной воды, накопившейся на дне. Падение ошеломило меня, и потребовалось какое-то время, чтобы заставить мой мозг заново работать. Я поднялась на ноги и уперлась носком в бугристый склон грязи, прежде чем снова была на уровне земли.

Я выдала такое ругательство, от которого даже у моего либерального дедушки волосы на затылке встали бы дыбом, и положила руки на колени, чтобы отдышаться.

Она исчезла.

***

— Она не могла просто исчезнуть, — сказал Катчер.

Мы стояли на окраине участка, всматриваясь в темноту, напрягая глаза в поисках любого признака или следа девушки, которая так ловко ускользнула от меня.

— Она исчезла, — уверила я его, изо всех сил стараясь соскрести грязь со своих кожаных штанов. — Я упала в канаву, и пробыла там не более нескольких секунд. Когда я поднялась, ее уже не было. И она быстрая. Я ни разу не смогла подобраться ближе, чем на три метра, и это было в здании. На улице она была похожа на ракету.

— Сверхъестественная? — спросил Джефф.

— Вообще-то, да, — я глянула на Мэллори, беспокоясь, как она отреагирует. — От нее пахло дымом и серой.

Джефф нахмурился.

— Дымом и серой?

Он, возможно не понял связи, зато Мэллори ее четко уловила. Она побледнела.

— Как Доминик Тэйт. Так пахнут падшие.

— Вот черт, — пробормотал Джефф, теперь все поняв.

— Доминик мертв, — сказал Катчер.

— Сет говорил, что Посланников может быть больше.

— Но не падших, — ответила Мэллори. — Они все вместе были связаны магией в Малефициуме. Только Сет и Доминик были отделены, потому что Клаудия берегла Доминика все те годы.

Или это мы так думали. Это, испугалась я, не поможет излечению Мэллори — наличие Посланников и Малефициума, снова появившихся перед ее лицом.

— Мне жаль, — произнесла Мэллори. — Если это имеет какое-то отношение ко мне, мне жаль.

Катчер погладил ее по спине.

— Давайте сейчас не будем беспокоиться о том, что она такое. Давайте подумаем о том, кто она и как мы можем ее найти. — Он посмотрел на меня. — У нее были какие-нибудь физические особенности, по которым мы сможем ее найти? Пирсинг? Татуировки?

— Ничего такого. Одежда выглядела дорогой. Волосы светлые, короткие. У колеса обозрения у нее они были темнее. Это, должно быть, был парик. — Я поглядела на Катчера и Мэллори. — Вы можете использовать какое-нибудь заклинание поиска и найти ее?

— Определяющие местоположение заклинания на самом деле довольно сложные, — ответила Мэллори. — Они не работают, как ищейки. В таком случае мы бы просто использовали ту коробку с хламом из хранилища, чтобы найти Алину. Нам бы потребовалось что-то существенное — что-то, отмеченное ее магической подписью.

Если бы только она запустила в меня ту дорогущую сумочку.

— Может, в магазине были камеры безопасности, — предположила я, глядя на Джеффа. — Ты мог бы сделать что-нибудь с распознаванием лиц?

— Я спрошу, — ответил он, уже листая телефон.

— Что она покупала? — спросил Катчер.

— Медицинские принадлежности — бинты, марлю. Такого рода вещи.

— Выходит, она либо добросовестный работодатель, либо служитель зоопарка с ранеными животными, — предположил Катчер.

Я кивнула.

— Если она до сих пор закупается здесь, то карнавал не может быть слишком далеко.

— Грузовики выехали около получаса назад, — сказала Мэллори с улыбкой. — Я связалась с магазином. Прикинулась, что понятия не имею, почему женщина раскрушила все и вся в подсобке. Сделала несколько содержательных комментариев по поводу состояния окружающей среды, и кассирша разговорилась.

— Кошачьи ушки? — поинтересовалась я.

Мэллори нахмурилась.

— Чего?

Она явно разговаривала не с той кассиршей.

— Не бери в голову. Продолжай.

— Итак, Рода — так ее звали — сказала, что работники карнавала держались особняком, но до и после смены они приходили в магазин за провизией. За снэками, напитками, деликатесами, выпивкой, в зависимости от настроения. Она любит путешествовать — у нее и ее мужа есть домик на колесах — так вот, она пыталась завести разговор об их маршруте, но они не стали говорить об этом. Заплатили за свои принадлежности и ушли.

— Даже если бы кассирша знала, куда они собираются, — сказала я, — есть большая вероятность того, что они изменят свою программу. Она знала, что мы искали ее. Разок взглянула на меня и пустилась бежать.

— Так куда же, как мы думаем, они двинутся дальше? — спросила Мэллори.

Я невесело улыбнулась.

— Ты ищешь, кого бы добавить в свою коллекцию суперов, и ты в часе езды от Города Ветров, в котором имеется самый большой процент вампирских Домов в стране, не говоря уже о нимфах, троллях и Бог знает чего еще. Дам тебе одну подсказку: Ты не отправишься в Диснейленд.

***

Мы мрачно ехали обратно в дом Брекенриджей, ни один из нас не был в восторге оттого, что нас так легко обломали.

Когда мы начали подъезжать к дому, нам начали встречаться машины. Машина тут, машина там, а затем группами по четыре или пять подряд. Здесь было больше транспорта, чем я когда-либо видела на сельской дороге, которая вела к поместью.

— Оборотни возвращаются домой, — сказал Катчер, когда мы подъехали к подъездной дорожке. В этом было что-то печальное — было уныло то, что они уезжали при таких печальных обстоятельствах. Или, возможно, это была просто магия в воздухе, или растущее ее отсутствие.

Габриэль встретил нас у двери, Этан был рядом с ним. Мы переместились в переднюю гостиную, сейчас пустую без оборотней и холодную.

— Ничего? — спросил Габриэль.

Я отрицательно покачала головой.

— Они уехали.

— Карнавал собрался и уехал, — сказал Катчер. — Мерит наткнулась на одну из них в мини-маркете, погналась за ней, но не смогла схватить.

Габриэль поднял слегка удивленные глаза на меня.

— Это правда, Котенок? Ты на самом деле упустила свою добычу?

Я решила не говорить ему, что упустила ее, потому что упала в канаву, поскольку это только добавило бы толстого слоя унижения к уже существующему огорчению. Я мрачно согласилась.

— Я упустила ее, — подтвердила я.

— И я, возможно, нашел ее, — сказал Джефф, гордо покачиваясь на пятках. — Я занимался этим по пути сюда.

А я то думала, почему на заднем сидении было так тихо.

— Видеозаписи из магазина?

— Да, мэм.

Он вытащил гладкий стеклянный квадрат, похожий на миниатюрную версию мониторов в оперативной комнате Брексов, начал скользить по нему пальцами. Стекло стало туманным и практически непроницаемым, и спереди начали прокручиваться изображения и текст.

— Очередная новая игрушка? — спросила я. Я не особо ценила гаджеты, но этот выглядел таким чрезвычайно осязаемым.

Он не сводил глаз с экрана, но уголок его губ приподнялся.

— Портативный компьютер, в соответствии с остальным оборудованием. Как раз то, что нужно. — Он поднял стекляшку, поворачивая так, чтобы остальные из нас могли видеть.

— Это она, — тут же произнесла я, узнавая светлые волосы, темные глаза и ямочки на щеках. Кадр, на удивление четкий, был сделан у главного входа в мини-маркет.

— Магазин ограбили около года назад, и они вложились в кое-какое высококачественное оборудование. Я сказал им, что мы наводим справки о темноволосой девушке в кожаной куртке, — которой была я, — и менеджер был более, чем рад передать пленку. — Он поднял глаза и широко улыбнулся. — Он также спрашивал о предъявлении счета Папе Бреку за ущерб. Сказал, что они согласились заплатить.

Габриэль бросил взгляд в мою сторону.

— Технически, мы были там по делам Стаи.

— Мы заплатим магазину, — сурово сказал Габриэль. — И будем помнить этот инцидент в следующий раз, когда наймем вампиров для выполнения грязной работы.

— Пусть будет так, — сказал Этан. — И попробуйте в следующий раз заплатить и нам, вместо того чтобы принуждать. Вернемся к девушке?

— Ее зовут... — произнес Джефф, пролистывая экран и неистово печатая, — Реган, и я нашел это только потому, что у нее брали интервью в одной из старых статей о карнавале, которые мы загрузили. Ни фамилии, ни даты рождения, ни последнего известного адреса.

— Так же, как и о карнавале, — сказал Этан, — ее данные были стерты.

— Фактически, — произнес Джефф, — Сейчас она призрак. Во всяком случае, за исключением видеозаписи из мини-маркета.

— Призрак может быть и не такой уж ошибочной классификацией, — сказала я. — Она пахла как Доминик Тэйт.

Реакции Гейба и Этана были практически такими же, как и наши — удивление, сомнение, беспокойство.

— Доминик Тэйт мертв, — сказал Этан.

— Это так. И по идее не должно быть больше никаких других падших ангелов. Но я знаю, что почувствовала. — Доминик Тэйт удерживал меня в тюрьме солнечного света; мне не забыть дымного смрада от него.

Габриэль скрестил руки на груди.

— Этан рассказал мне об этой теории зверинца, или как вы это там называете. Но Мерит сказала, что не видела аттракциона, подобного этому, на карнавале. Какой смысл иметь зверинец, если не собираешься его показывать?

Мэллори подняла руку.

— Я постоянно думаю об этом. Это походит на продажу торговых образцов только по приглашению.

Я сразу же все сопоставила, но мужчины просто моргнули с явным недоумением.

— Это что-то из разряда провизии? — спросил Катчер, заработав драматическое закатывание глаз от Мэллори.

— Это из разряда моды, — ответила она. — Это когда дизайнеры продают свои образцы с очень большими скидками. С очень ограниченным доступом.

Понимание рассветало в глазах Этана.

— Вы предполагаете, что народ, который посещал карнавалы, не был целевой аудиторией.

Она улыбнулась.

— Именно. Поэтому, возможно, и зверинец также эксклюзивен. Они привозят карнавал в город, но вам не войти без приглашения.

— И они также привозят суперов, — сказал Габриэль с утвердительным кивком. — Не как карнавальный аттракцион, а как бродячий зверинец. Тот же город, но другое местоположение. Секретное местоположение, доступное только определенной состоятельной клиентуре.

Этан кивнул.

— Это вполне соответствует. Мотивом, пожалуй, являются не суперы. Дело в эго, или, возможно, в деньгах. Впечатление, которое можно сильно произвести аттракционом, который они не смогут увидеть больше нигде в мире.

Кусочки головоломки встали на свои места.

— И всяческими нападениями.

Они посмотрели на меня.

— Страж? — спросил Этан.

— Владение зверинцем это одно. Но когда у тебя есть мощная магия, не так уж интересно просто хватать кого-то с улицы, используя ее.

— Как они могли сделать с Алиной, — сказал Этан.

Я кинула.

— Точно. Но если же для того, чтобы получить сверхъестественных, вам придется сражаться за них? Вы устраиваете нападение, утверждая свою добычу таким образом? Гораздо более интересная история.

— Это сверхъестественное сафари, — произнес Этан.

— И это требует более высокую цену билета, — сказал Катчер.

Я кивнула.

— Это имело бы смысл, основываясь на том, что мы знаем.

— Следовательно, если вы правы, мы ищем кого-то рискованного, или кого-то с желанием произвести впечатление, — сказал Джефф.

— Кого-то, кто нуждается в том, чтобы быть востребованным, — добавила Мэллори, — но не чувствует обязательства следовать правилам в выполнении своих целей. Быть популярным лучше, чем быть хорошим.

— И все же, — произнес Этан, — кого-то, кто считает, что они обретут славу и богатство таким образом.

Какое-то время мы стояли молча, обдумывая этот несколько жалкий, но вполне правдоподобный портрет.

Гейб посмотрел на меня.

— Я так полагаю, что вы еще не определили, где в Чикаго карнавал может разместиться?

— Пока нет. Катчер предложил, чтобы мы подключили к этому Дом. Может, мы сможем изучить предыдущие остановки карнавала? Выяснить, есть ли закономерность?

Этан кивнул.

— Я поговорю с Люком.

Джефф кивнул.

— Я попробую дальше покопать о личности Реган, посмотрю, смогу ли нарыть что-нибудь полезное. — Он посмотрел на Катчера. — Я отправлю тебе ее фото. Может, вы сможете отослать ее Баумгартнеру, и еще кому-нибудь, чтобы посмотрели, не выглядит ли она знакомо?

— Сделаем.

Резкий плач расстроенного ребенка разнесся по дому. Габриэль улыбнулся.

— У малыша хорошие легкие.

Этан улыбнулся.

— Так оно и есть.

— И я полагаю, что это, видимо, сигнал для моего ухода со сцены. Что у вас на повестке дня?

— На самом деле, — проговорила Мэллори, обмениваясь взглядом с Катчером, который кивнул, — мы бы хотели вернуться домой.

Габриэль приподнял брови.

— Да ну?

— Если есть вероятность того, что карнавал направится в Чикаго, — сказал Катчер, — я бы хотел быть там, на позиции, и оповестить суперов, Дома.

— Мы приехали на Луп, — сказала Мэллори, — и, к сожалению, он окончен. Но учитывая то, что происходит, мы бы не хотели уезжать, не обговорив это сначала с тобой. Мы не хотим еще более усугублять ситуацию.

Мгновение он молчал.

— Езжайте домой, — проговорил он. — И спасибо тебе за участие. Ты отлично справилась. Ты придерживалась своей силы воли, своего сердца, и все правильно сделала.

Она лучезарно улыбнулась с очевидным восторгом от похвалы.

— Спасибо, Гейб, — сказала она, положив руку ему на плечо. — Я полагаю, увидимся в баре, когда ты вернешься?

— Увидимся, — ответил Габриэль.

Мы с Мэллори обменялись объятиями.

— Я позвоню тебе, — сказала она, погладив меня по спине, прежде чем отпустить.

Катчер по-мужски кивнул мужчинам бритой головой.

— Я буду следить за ситуацией в Городе Ветров. Поговорю со сверхъестественным сообществом, посмотрю, что смогу выведать. Я планирую предостеречь их — сказать им, как минимум, держаться подальше от карнавала. Мы не знаем, как они выбирают цели, но это все, что у нас есть. Мы не можем им однозначно сказать избегать гарпий и эльфов.

— Хотя это хороший совет, — сказал Джефф.

— Точно, — согласился Катчер. — Я дам вам знать, если услышу что-нибудь. И держите нас в курсе.

Этан кивнул.

— Счастливого пути, — проговорил он, и они направились к двери.

— Сколько еще она будет на тебя работать? — спросила я Габриэля.

— Не долго, — ответил он. — Но она еще не совсем готова. Она снова подвергнется испытанию.

Я покосилась на него.

— Это пророчество или догадки?

Он гортанно рассмеялся.

— А есть разница?

Это ты мне скажи, подумала я. Габриэль напророчил другую пару «зеленых глаз» в моем будущем, глаз, которые очень напоминали глаза Этана. Это походило на ссылку на ребенка, но так как ни один вампир не смог успешно выносить ребенка в течении положенного срока, это на самом деле было невозможно.

Но все-таки.

— Двое готовы, остались еще двое, — произнес Габриэль, глядя на Этана, усмешка приподняла уголок его рта. — Поскольку вы двое еще не разгадали эту своеобразную тайну, я полагаю, что вы останетесь здесь.

— Мы остаемся, — решительно сказал Этан, — потому что мэр все еще хочет мою шкуру и Брексы предоставили нам укрытие. Тем временем мы продолжим прорабатывать зверинец.

Он поглядел на часы.

— Но в данный момент, я думаю, что мы вернемся в домик для гостей. Мне нужно позвонить, и мы должны подключить Дом к поиску. — Он бросил взгляд на мои запачканные штаны и куртку. — И я предполагаю, что мой Страж был бы рад сменить одежду.

— Страж Кадогана, — если это то, что ты имел в виду, был бы рад переодеться. И принять душ.

Габриэль усмехнулся.

— Она тебя раскусила, Салливан.

— И завладела моим сердцем, к лучшему или к худшему. — Он посмотрел на меня и улыбнулся, не обращая внимания на смешанную компанию, и заставил кровь прилить к моим щекам.

Джефф прочистил горло.

— Ну, я собираюсь отправиться в оперотдел Брексов, — сказал он, убирая свою новую игрушку. — Там более быстрые процессоры.

— Для поисков, или же для «Квеста Джейкоба»? — поинтересовалась я.

Теперь настала очередь Джеффа краснеть.

— Мешай дело с бездельем, проживешь век с весельем.

Габриэль поднял руку.

— Я не нуждаюсь в подробностях того, как ты и моя сестра развлекаетесь, щенок.

— И я не хочу предоставлять их тебе, — заверил его Джефф. — Поговорим позже.

Мы с Этаном со всеми попрощались, но прежде, чем я успела повернуться, чтобы последовать за ним к выходу, Габриэль остановил меня, прикоснувшись к руке. Я подняла глаза и увидела в его глазах водоворот картинок.

— Будущее, которым я однажды поделился с тобой, Котенок. Думаешь, это пророчество или догадки?

Я предположила, что он имел в виду свое зеленоглазое пророчество, и мое сердце ушло в пятки.

Я покачала головой.

— Я не знаю. — Мой голос был едва шепотом. — Ты мне скажи.

— Это именно то, что ты думаешь, — проговорил он. — Но также тебя ждут испытания.

И с этими словами, висящими в воздухе, как множество спелых фруктов, он исчез, оставив меня, с бешено колотящимся сердцем, стоять в коридоре.

Ребенок, от Этана.

Габриэль сказал ни много ни мало, чтобы подтвердить это, даже если он не произнес эти слова вслух. В моем сердце расцвела надежда, и любовь, и возможность... и также страх. Что он подразумевал под «испытаниями»? Я подвергалась нападениям, видела, как мой город был практически уничтожен и как моего дедушку чуть не убили, и я видела, как умер Этан, чтобы спасти мою жизнь. Речь шла о ГС? О том, как Этан бросает вызов Дариусу, или о какой-то ране, которую ему придется перенести? И если в нашем будущем был ребенок, была ли наша совместная жизнь неизбежностью? Или пророчество Габриэля было оборотневской версией сделки с дьяволом? Получу ли я именно то, что хочу, но с какой-нибудь ужасной иронией судьбы?

— С тобой все в порядке? — спросил Этан, когда мы шли в домик для гостей. — Ты выглядишь напряженной.

Он был прав. Слова Габриэля повисли петлей на моей шее; в очередной раз, я была слишком обескуражена, чтобы озвучить их Этану. Я хранила от него секреты и прежде. Секреты, которые, как я думала, были не моими, чтобы их рассказывать, как мое членство в КГ. Раскрытие этого факта поставило бы Джонаха под угрозу, не меньше, чем меня.

— Я в порядке, — ответила я, когда мы зашли на порог и он повернул ключ, открывая дверь. Домик для гостей был пуст, подушки снова аккуратно лежали на диване-кровати. Они уже уехали, оставив нас наедине.

Этан закрыл и запер дверь.

— Нет, я не в порядке, — сказала я, слова вырвались из меня, как воздух из лопнувшего воздушного шарика. — Нам нужно поговорить.