Новый подход

25 июня.

- Ну, иногда выдаются спокойные ночи, хотя последнее время гости что-то зачастили... - пожаловалась Лена.

- Ого! Мне они вообще покоя не дают. Сначала я по-настоящему испугался, что мне не хватит фантазий, пока не... - я вовремя успел замолкнуть, чтобы не упомянуть про "Омут радуги", которого я лишился.

- Пока не что?

- Пока не понял, что вокруг полно книг, которые способны мне помочь.

- Книг?!

- Да.

- О, Господи... Ты все еще используешь их?

Я пожал плечами.

- Ну простите.

Лена хотела что-то добавить, но я опередил.

- Послушай, а почему так? Почему атаки на Сосновку не такие частые?

- А тебе разве не говорили? Прорыв. Он будет в Дымчатой.

- Но почему?! - возмутился я. - Ведь здесь гораздо больше людей! Чем выгодно Хмури нападать именно там?

- А здесь она и не нападет, - довольно сказала Лена. - Здесь все под надежной защитой.

- Вот как...

Лена смущенно опустила взгляд.

- Прости, я не хотела тебя обидеть. Просто правда. Тебе еще предстоит научиться.

- Я уже разок научился, - буркнул я, вспомнив ту ночь, когда упал на рельсы и чуть было не попал под колеса призрачного поезда.

- Дымчатая - брешь в цепи обороны. Слабое звено. А атаки происходят всюду. Не думай, что ты такой один несчастный.

- Откуда ты знаешь?

- Говорят...

- Кто?

- Старшие Хранители.

Я покачал головой. Сложно. Много информации. Едва я свыкся с одним сюрпризом, тут же пришел второй. И третий, и четвертый. СКОЛЬКО ИХ ЕЩЕ БУДЕТ?

- Ну и что? - в конце концов заговорил я. - Все дружно ждут, когда на меня нападут и поработят дымчатых?

- Нет, не ждут! - возразила Лена. - Еще рано. Полно других дел.

- А если не рано? Погибнуть по ошибке Хранителей? Ой, извините, Старших Хранителей?

- Этого не будет.

- Почему?

- Потому что они не ошибаются.

Я ухмыльнулся.

- Раз в год и палка... ОШИБАЕТСЯ!

Вот на такой ноте мы и закончили. Как-то все сразу угасло. И радость от встречи с Леной, и трепет от врученных подарков, и шок от того, что она тоже Хранитель. Я сидел и рассматривал ее рисунки. А Лена, в свою очередь, листала "Омут радуги" и почему-то улыбалась. Напряжение висело подобно выуженной фантали. Еще чуть-чуть, и его можно будет взять в руки и почувствовать тепло. Хотя эта фанталь отдавала бы холодком.

Неужели я правда фантазировал о том, как брожу по этому городу? Неужели он когда-то помог мне в борьбе против Едоков? Понятно только одно - этого уже не узнать. Никогда. Да и надо ли?

- Ну чего ты расстроился, Саш? - Лена легонько ткнула меня локтем в бок.

- Совсем ничего, - ответил я, не отрываясь от созерцания рисунка.

- Не беспокойся. Я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось.

- Спасибо... - вымученно произнес я.

- Серьезно! - Лена вскочила с диван. - Нет, правда! Смотри. Вставай.

Я отложил лист ватмана.

- Зачем?

- Вставай, говорю!

Пришлось подчиниться.

- Ты ведь все еще используешь книжные сцены, да?

- Да.

- Этого мало, Саша. Надо... Надо не так. Скажи мне, у тебя есть мечты?

Я посмотрел на нее и смутился. Может быть, даже покраснел.

- А ты как думаешь?

Лена понимающе кивнула.

- Расскажи мне, как ты борешься с Едоками?

И я рассказал. О своих нововведениях, о незримом списке фантастических эпизодов, о копьях и щитах, о взрывах. Обо всем. Слушая, Лена становилась все смурнее. Она часто качала головой и неодобрительно цокала.

- Что, совсем все плохо? - спросил я, закончив рассказ.

- Да как сказать... Сколько, говоришь, ты уже Хранитель?

- Пару недель.

- В иных ситуациях это очень хорошие результаты. Но не в твоем случае. Этого мало, - повторила она. - Мне Едоки не доставляют неприятностей. Потому что я использую мечты.

Меня как током ударило. МЕЧТЫ. Лена использовала мечты. Я вспомнил дядю Колю, его пустые глаза, залегшее на их дне несчастье, снедаемое равнодушием, и испугался. Не приведи судьба увидеть такой же взгляд у Лены. Хорек говорил мне не использовать мечты и рассказывал, что сам дядя Коля никогда не одобрял подобного.

- Нельзя, Лена.

- Почему же?

- Их можно лишиться...

- Значит, не такие уж и сильные у тебя мечты, раз их так легко лишиться.

- Просто я недостаточно умело орудую с фанталями...

- Ты делаешь много лишних движений. Смотри.

Лена закрыла глаза на пару мгновений, а после взмахнула руками, и перед ней зависла фанталь. Только это не было той фанталью, которую привык видеть я. Она отличалась: ровная, гладкая, с переливчатой молочно-перламутровой поверхностью. И выглядела она... Надежно. Изделие казалось гораздо крепче моих аналогов, бугристых и шишковатых.

- Какая красивая, - пролепетал я, завороженный зрелищем.

Лена довольно улыбнулась и повела ладонью. Фанталь трансформировалась в гибкую ленту. Она поплыла прямо ко мне. Я не успел даже осознать происходящее, а лента уже обвилась вокруг моей талии и приподняла в воздух на несколько сантиметров.

- Эй! - крикнул я, не зная, то ли смеяться, то ли возмущаться.

Лена выбрала первое.

- Ну все, все, я тебе верю! - продолжал верещать я. - Честно-о-о!

Я высвободился и приземлился на пол. Меня пошатнуло, но лента была тут как тут - мягко коснулась плеча и помогла найти равновесие.

- Видимо, другого способа продемонстрировать свои способности у тебя не нашлось?

- Даже не рассматривала ничего иного!

На всякий случай мы закрыли окно, проверили, заперта ли дверь, убрали со стола все, что могло упасть, и вынесли на кухню все самое хрупкое. Место для тренировок было готово. Правда, сперва Лена накормила меня вкусными пирожными собственного приготовления и напоила чаем. Признаться, после такого заниматься какими-то там тренировками нисколько не хотелось.

- Твоя проблема в том, что ты тратишь время на лишнюю визуализацию. Мечи, щиты... Зачем тебе это все?

- Так я больше верю. Когда вижу.

- Фанталь внушает недостаточно веры? Вот уж не думала. Запомни, это готовый материал. Готовое оружие. Едоки боятся не острых наконечников, а нашей силы. Наших фанталей, понимаешь? И этим нужно пользоваться. Мы не на рыцарском турнире.

Лена показала мне несколько впечатляющих приемов и уловок. Теперь я понял, почему нападения Едоков ее особо не пугали - с фанталью она управлялась просто играючи. Я представил, как в ярком голубом свечении поезда стоит вся такая из себя изящная Лена и плавными выверенными движениями расшвыривает тварей, а с губ ее не сходит улыбка. Почему-то была уверенность, что все так и происходит.

- Попробуй сам, - сказала Лена, гладя фанталь, словно та была каким-то котенком. Она не убирала сферу, и фанталь, подобно спутнику, всегда плавала за моей подругой.

- Почему ты ее не убираешь? - спросил я, робко прикасаясь к фантали пальцами.

- А не знаю, - Лена пожала плечами. - Так спокойнее. Какая-то опора, уверенность.

- Что-то вроде бронежилета?

Лена рассмеялась.

- Вроде того. И даже не надейся заговорить мне зубы! Приступай.

- Потренируюсь на фантазиях, - растерянно заявил я, перебирая свой арсенал.

Радуга, орбита, я-невесомый, океан и потоки ветра. То, что я успел придумать по пути в Сосновку. Жаль, что придется потратить их не на настоящий бой, а на тренировку. Впрочем, любая тренировка - инвестиция в успешный исход будущего сражения.

Я так сильно нервничал, что создание фантали далось мне с четвертого раза. К тому времени вся квартира пропахла мятой и кедровыми орехами, а я покраснел как конфорка. Мне было неловко перед Леной за свою неуклюжесть, но я ничего не мог поделать. Когда же удалось справиться с собой, я опробовал новые приемы и понял, что методика Лены действительно оказалась выигрышнее. Не только экономилось время, но еще и голова оставалась чистой и не забитой ненужными вещами навроде визуализации и ее поддержания. Если не считать сосредоточенности на фантали. Я довольно шустро освоил основной принцип управления общей массой фантали и был взбудоражен. Поймал себя на мысли, что захотелось скорее ночи, чтобы проявить себя в бою.

Жаль, что Лена не увидит. Думаю, я смог бы ее впечатлить. Хотя...

- Лена. Мечты... Разве надо их использовать?

- Я только их и использую.

- И как?

Она развела руками.

- Как видишь. Жива-здорова. Отвечаю на твой вопрос, который ты сейчас задал бы: нет, мечты ни разу не лишалась.

- Откуда ты знаешь?

- А я веду список. Саша, мечты гораздо, гораздо действеннее! Верь мне. Только в них кроется настоящая сила, которая нам сейчас необходима. Тебе необходима.

Я не знал, что сказать. Терзался между выбором. Действительно ли мне так необходимо менять тактику? Готов ли я пойти на то, чтобы рано или поздно лишиться самого сокровенного? Страшнее всего то, что у меня были мечты. И лишаться их, становясь все более аморфным, превращаясь в робота или типичного теневика с Дымчатой, я не хотел. Слишком многое ставится на кон. Новые способности могут дорого мне обойтись. Непозволительно дорого.

- Мой друг Спойлер тоже использует этот прием.

Я напрягся.

- Какой еще друг Спойлер?

- Сосед твой. Он со станции Дружбино. Многие Хранители, в особенности Старшие, не очень-то жалуют мечты. Но гораздо больше Хранителей пользуется ими. Ну, они, правда, много лет практикуются, но считай, что у нас ускоренная программа. Особенно у тебя.

- Здорово. И почему я не чувствую себя вундеркиндом?

Лена предпочла не реагировать.

- Но есть важное отличие между мечтой и фантазией: мечту можно подобрать. Это не яйцо, которое при падении разобьется на тысячи мелких скорлупок. Это монолит, с которым не будет ничего, покуда ты верен своей мечте. Может, все-таки попробуешь?

- Боюсь, я пока не готов...

- Это не так страшно, как ты думаешь.

- Ты не знаешь, - сказал я, вспоминая дядю Колю, вспоминая лица дымчатых.

Лена вздохнула.

- Скажи мне - ты думаешь о том, что ты дышишь?

- Нет.

- А думаешь ли ты о том, что тебе скоро нужно ехать обратно?

- К сожалению.

- И если ты забудешь о том, что надо дышать, ты разве задохнешься? Вряд ли. А вот если не удержишь в голове то, что пора в Дымчатую - можно и забыться.

- Я совсем не против!

- Едоки... - с досадой в голосе напомнила Лена.

- Будет повод ненавидеть их еще сильнее, - в тон ей ответил я.

Лена улыбнулась. Впрочем, грусти в этой улыбке было больше, чем остального.

- Думая слишком много, мы, порой, забываем о действиях.

- Боязно.

- Почему? У тебя есть мечта?

- Есть.

- Так в чем проблема?

Я внимательно посмотрел на нее.

- Потому и боязно.

***

Как же мне не хотелось уезжать. Я готов был прямо сейчас выпрыгнуть из окна и помчаться обратно. Если бы не обязанности. Став Хранителем, я осознал всю силу ответственности, легшей на мои плечи. Уже не годилось быть беззаботным пятнадцатилетним сорванцом и вместе с Тином изобретать всякие поделки и дурачиться целыми сутками. Наверное, именно так люди и взрослеют. Жутко признавать, что ты больше не можешь позволить себе того, что раньше. Даже если это еще вписывается в сферу твоих интересов и присуще возрасту. Но я не стал взрослым парнем. Я стал юным Хранителем.

На соседнем сидении лежали скрученные в трубочку рисунки Лены. Книга осталась у нее, читать в поезде было нечего. Это была моя первая поездка без книги за последние лет десять.

А если подумать - так ли надо читать, чтобы выудить новые порции фантазий? Ведь грядет ночь, грядет новый бой, и я должен быть готов. Просто так выйти против Едоков сразу с мечтой - нельзя. Это чревато. И я сделал единственно возможный выбор: использовать фантазии, но по-новому. Так, как показала Лена. А там и посмотрим.

Я понимал, что боюсь затрагивать мечты, но старательно уходил от этой темы. Они были слишком личными и ценными, чтобы с их помощью сражать Едоков. Случиться могло все, что угодно.

В начале одиннадцатого я сошел на платформу Дымчатой и побежал к своим. Свет в доме уже не горел, но серо-голубые отсветы говорили о работающем телевизоре. Я вбежал в комнату и включил свет. Такое ощущение, что с последнего раза дедушка с бабушкой даже не пошевелились. По-прежнему сидели у телевизора с ничего не выражающими лицами, все так же не обращали на меня внимание, а то и вовсе не заметили, что в комнату кто-то вошел.

- Привет! Как дела? - нарочито дружелюбным тоном сказал я, хотя ни к какому дружелюбию их вид не располагал.

Ответом мне было молчание. Сквозь пелену тени не пробивался даже яркий свет телевизора, отчего казалось, что лица скрывала маска.

- Я приехал вообще-то!

- Да, - едва слышно сказал дед.

- Бабуль, а покушать есть чего?

Бабушка любила эту фразу. Более того, она всегда ждала ее. Если растение нужно было поливать, чтобы оно продолжало жить, то бабушке, казалось, хватало этой фразы, после которой устраивалась целая пиршественная церемония.

- Там, - бабушка кивнула в сторону кухни.

Я покинул комнату, чтобы подкрепиться. На испачканной плите стояла кастрюля с жутким варевом - мутного коричневого цвета. И в этой жиже плавали крупно порезанные овощи: морковь, лук, кабачок, огурец...

- Ясно... - буркнул я и полез в шкаф.

Там я обнаружил покрытый плесенью хлеб и несколько обгрызанных печений. Время переходить на автономное питание. Интересно, а сами они едят что-нибудь? Рядом с кастрюлей сиротливо пристроились две грязные тарелки, на дне которых, покрытые пленкой, блистали лужицы супа.

- Ушел! - крикнул я и отправился в сторожку.

Ушел, чтобы присмирить злость.

Запасы еды подходили к концу, и пора было начинать готовить самому. На бабушку больше надежды нет. Благо, на сегодня у меня еще имелись пряники и кусочек вафельного торта. Завтра надо идти в магазин. Жаль, Лены нет. Людмила Сергеевна научила ее готовить так, что трудно было вылезти из-за стола, покуда не кончатся блюда. Хотя сама Лена ела как цыпленок. Я с грустью вспомнил, как она накормила меня днем, и включил чайник. Живот неугомонно урчал.

Я бережно взял рисунки Лены и развернул их. Красивый город на воде и я-тень. Прекрасно и... Пусто.

Как бы то ни было, я взял несколько мелких гвоздиков и молоток, и вскоре к уже имеющимся картинам добавились новые. Я улыбнулся и провел по ним ладонью. Пускай это не те рисунки, которые по обыкновению западали мне в душу, но их рисовала Лена. Для меня. И этого достаточно.

Меж тем время перевалило за одиннадцать. Скоро последняя электричка. И Едоки. Не сказать, что я перестал бояться. Скорее, после сегодняшней тренировки стал ощущать себя немного увереннее. И все же использование мечты не входило в мои планы. Пока. Поэтому я подготовил семь фантастических эпизодов. Возможно, мне хватит и одного, но лучше не рисковать.

Испытывая что-то вроде предвкушения и азарта, я вышел на платформу и проводил последнюю электричку. Возможно, мне показалось, но над путями как будто что-то светилось. Едва-едва. Так переливчато и знакомо. Как будто продолговатый купол.

Я моргнул. Мерцание исчезло. Наверное, это был шлейф от электрички.

Или барьеры.

Фантазии перебирались как четки. Больше не было нужды планировать, какое оружие и какой формы эффективнее создать. Настал черед работать с чистой силой.

Одну из фанталей я сразу же выудил и вобрал в себя, держа в голове образы. Все, что мне останется, это при необходимости вытолкнуть ее. Вторая фанталь зависла рядом со мной перламутровым шаром, от которого исходило приятное тепло. После показанного Леной мое творение выглядело топорным, слепленным на скорую руку. Стенки фантали были такими же, как и в тот день, когда Туман похвалил их прочность. А клубящееся, слегка белесое содержимое будто просилось наружу - оно клубилось и пульсировало.

И как все удивительно связано! Туман, Дымчатая, хорек по имени Туман, фантали, внутри которых был туман... Дядя Коля. Уверенность в причастности дяди Коли к туману все еще не покидала меня. Кстати, что-то давно не было Тумана. Интересно, куда он пропал? Может, у Старших Хранителей Грез? Кто они? Увижу ли я их когда-нибудь?

Зато со мной был другой туман. Густой, влажный, такой знакомый. С ним было спокойнее и уютнее. Иногда я ощущал, будто на мои плечи наброшен плащ - огромный, полы которого простирались над верхушками американских кленов, над лесом, над крышами домов, над водозаборной вышкой... Без тумана было бы хуже.

Это было совершенно по-иному. Необычно. Совсем не так, как раньше. Я прочувствовал все преимущество нового способа сражения. Эйфория охватила меня как никогда. Впору было пожалеть, что Лена не рядом - уверен, ей бы понравилось.

Не успел поезд остановиться на платформе, как я уже стоял наизготовку: руки подняты, фанталь рядом, внутри правой ладони перекатывается еще одна. Ждать, когда выйдут все Едоки, я не стал и атаковал первого сразу же, как только он появился на платформе. Поток фантали сбил его с ног. А затем меня ждало двойное удивление: мало того что Едок не умер, так еще и фанталь рассыпалась на мелкие части. Вобрать их я не мог - у меня уже имелась запасная фанталь. В голове раздался тревожный сигнал.

Не долго думая, я обрушил оставшуюся часть фантали на лежащего Едока и придавил его. Того сплющило. Громкий вскрик, и тело Едока лопнуло.

А из вагонов выплывали новые. Я не понял, сколько их было, но Едоки толпились, встали в ряд друг за другом и спешили поскорее покинуть поезд и напасть на меня. Времени не было. Впрочем, как и страха.

Я выбросил руку вперед, резко провернул кисть, и с нее сорвалась мощная фанталь, что стремительно разрасталась. Успев придать ей форму тарана, я отправил снаряд в самый проход ближайшего вагона. Завоняло гарью, посыпались яростные вопли. Поток перламутра смял грудь первого Едока и вдавил его вглубь вагона. Остальных придавило к противоположной стене. Часть из них попадала. От криков я сам чуть было не заверещал со страху - до того они были жуткими.

И пока Едоки пытались вырваться из клубка сплетенных лап и туловищ, я сделал еще одну фанталь и бросил в самую гущу. Раздались крики. Еще двое Едоков истаяли, и оставшимся подняться уже было проще. Я отбежал на безопасное расстояние и на скорую руку выудил пару фанталей, одну из которых сразу вобрал в себя.

"Почему они одноразовые?" - бегло подумал я, глядя, как Едоки неуклюже выходят из вагона. Они хромали и выглядели неважно. К ним присоединились еще несколько из вагонов по соседству. Сегодня они не были такими зловещими, как раньше, и я в очередной раз пожалел, что Лена не видит этот бой. Хотя, уверен, она справилась бы куда быстрее. Во всяком случае, она управляла одной фанталью столько, сколько хотела, а потом и вовсе возвращала ее обратно. При этом рядом с ней висела еще одна.

Их осталось пятеро. Пятеро - против моих четырех фанталей.

Зависшую передо мной перламутровую сферу я преобразил в дугообразный фрагмент стены и отделил четырех Едоков от пятого. Он рванул ко мне, но я был готов - из моей руки вытекла фанталь и, подобно воде из под крана, вылилась на голову Едока, заползая в рот и глаза. Темное нутро твари осветилось бледным перламутром. Едок замер, непонимающе заморгал и начал остервенело царапать себе живот. Летели клочья теней, он пытался пробурить дырку в собственном туловище, но было слишком поздно. Едок лопнул.

И пока оставшиеся бесновались за сооруженной мной преградой, я создал еще две фантали. Последние. У меня не оставалось ничего. Но, по моим соображениям, большего мне и не потребуется.

На создание этих фанталей ушло около двух минут. Я очень переживал, что твари разрушат стену раньше, чем я закончу. Но мне удалось отбросить прочь посторонние мысли и страх. У меня не было права позволить одной из фанталей лопнуть. Ведь на кону стояла моя жизнь.

Они зависли передо мной. Нужда представлять их размером не больше мяча давно отпала. Две сферы, относительно ровные и большие. Этого должно хватить. В стене уже зияли бреши, из которых высовывались когтистые лапы. Поверхность фантали пошла трещинами.

Я выпрямил руки и растопырил пальцы. С легким морозным зудом фантали взмыли вверх и зависли над четверкой Едоков.

"Лишь бы хватило..." - взмолился я, ощущая, как трясутся коленки, а ночной ветерок обдувает взмокшие ладони.

- Хватит! - крикнул я и резко опустил руки.

Две сферы рухнули вниз подобно бомбам. ОР. БЕЗУМНЫЙ ОР. Как будто что-то взорвалось. Взвихрилась перламутровая пыль. Стена лопнула, обдав меня мощным запахом... Гари. Все стихло.

Я стоял и молил Бога, чтобы Едоки погибли. Голова была пуста. Наверное, я сейчас не смог бы придумать ничего, кроме мягкой теплой кровати, на которой забудусь крепким сном...

Пыль осела. Все Едоки погибли.

Интерлюдия 9

Шестьсот лет назад

Сладкий мир. Безумно сладкий и богатый мир. Она так долго ждала, пока ей принесут достаточно сил, что набросилась на него с необычайным остервенением. Она летела над материками и оставляла после себя серый цвет. Остальные цвета перешли к ней.

Ей нравилось, что никто не кричал. То был мрачный ритуал абсолютно молчаливого уничтожения. Ей также нравилось, что они не умирали. Точнее, не падали трупами. В этом было что-то двойственное - убивать людей, оставляя их в живых.

Это был маленький мир. И ему было суждено погибнуть. Ради больших целей. Ее аппетиты росли. Она должна успевать удовлетворять их. Нужен мир больше. Но для этого требуются силы. И Хмурь получит их.

В скором времени здесь все вымрут. Не останется никого живого и мыслящего. Они срастутся с землей, мебелью и стенами. Станут частью окружающего мира. Общим, несамостоятельным организмом. Безвольным и несамостоятельным.

А она потратит собранный урожай на следующее перемещение. У нее возник план, как укорениться в новом мире и не отдавать свои владения. Она обманет всех. И станет терпеливой. Очень. Нужно просто прогрызть пространство и впиться, как в спелое яблоко.

Хмурь собрала достаточно сил.