Спустя несколько дней после их возвращения, во время завтрака, Хьюго предложил:

— Давай встретимся сегодня утром в городе, Сара. Я освобожусь после одиннадцати тридцати… мы сможем вместе пообедать.

Сара оторвала взгляд от письма, которое читала, и увидела, что он внимательно смотрит на нее. Она отложила письмо и радостно воскликнула:

— О, с удовольствием! Мне подъехать прямо к тебе на Харли-стрит?

Но, к ее разочарованию, он, как всегда, ответил:

— Нет, лучше не надо. Дай подумать. Ты сможешь подъехать на Нью-Бонд-стрит куда-нибудь, где мы сможем увидеть друг друга? Как насчет «Эспри?» Возьми такси.

— Спасибо, в этом нет нужды. — Сара выглядела обиженной.

Налив кофе им обоим, она рискнула спросить еще раз:

— Ты уверен, что не хочешь, чтобы я подъехала прямо на Харли-стрит? У меня много свободного времени.

Все напрасно. Он встретил ее предложение вкрадчивой улыбкой, которая, тем не менее, была такой же ясной, как отчетливое «нет». После этого Хьюго встал, оставив ее за столом предаваться грустным мыслям, из которых не последней была та, что его секретаршей могла быть очаровательная длинноногая блондинка. Она размышляла над этим несколько минут, после чего, приняв решение, поспешила найти Элис.

Она подъехала на Харли-стрит ровно в одиннадцать. Сара тщательно оделась в новый костюм, к которому так шли новые модные туфли от Джордан, кожаная сумочка и перчатки, а ее прелестную головку венчала шляпка с широкими полями, которая придавала Саре сногсшибательный вид.

Кабинет Хьюго был на первом этаже, если верить аккуратной, безупречно блестящей табличке над входной дверью. Дверь была открыта. Сара вошла внутрь и поднялась по лестнице, затем миновала очередную дверь. Комната, где она оказалась, была очень уютной и мирной, и, если не считать женщину, сидевшую за столом в углу, она была пустой. Это была полная женщина, с милым, домашним лицом. И Сара с явным облегчением заметила, что она далеко не первой молодости.

Сара подошла к ней и широко улыбнулась:

— Простите, что я вот так зашла. Я миссис ван Элвен. А вы, должно быть, секретарша моего мужа. Я так рада с вами познакомиться. — Она протянула ей руку. — Мисс Тревор — я правильно поняла?

Мисс Тревор вскочила, излучая радость.

— Я тоже рада вас видеть, миссис ван Элвен. Я скажу доктору, что вы здесь. — Она взглянула на часы. — У него еще один пациент. Она позвонила, что, может быть, задержится… — Секретарша вопросительно взглянула на Сару.

— Не говорите доктору, что я здесь. Я хочу сделать ему сюрприз. — Сара снова улыбнулась и толкнула дверь немного дрожащей рукой.

Хьюго сидел за столом и что-то писал. Это был большой стол и для доктора слишком опрятный. Он вскочил на ноги, едва увидев ее, и произнес с обычным спокойствием:

— Сара, какой сюрприз, — но он не выглядел удивленным, хотя умел скрывать свои чувства. Было невозможно понять по выражению его лица, как он отнесся к ее внезапному появлению. Наверное, был раздражен.

— Я приехала пораньше, — объяснила Сара. — Ты не возражаешь, если я подожду тебя здесь? Мисс Тревор сказала, что у тебя еще один пациент. Я могу подождать в приемной, если ты не против.

Он наклонился над столом, засунув руки в карманы.

— Нет, не возражаю. Какая потрясающая шляпка.

Она покраснела, на щеках на мгновение появились ямочки.

— Ах да. — Он говорил серьезно, хотя глаза его смеялись. — Мне непонятно, что ты такое натворила, если выглядишь такой виноватой. Потратила все мои деньги?

Она быстро взглянула на него и улыбнулась:

— Нет. У меня не было времени… — Сара остановилась и почувствовала, что ее щеки горят. Она почти проговорилась, что у нее даже не было времени взглянуть на витрину. Ведь тогда она не успела бы приехать на Харли-стрит в это время. Она посмотрела на него сквозь опущенные ресницы. Он уставился на свой стол, и Сара не видела его лица. Может, он и не заметил ее оговорку. Она весело огляделась: — Какая милая комната — такая спокойная.

— Естественно, — согласился он, — ведь здесь все должно успокаивать пациента.

Он все еще стоял у стола, рассматривая что-то. Она взглянула внимательнее и разглядела край рамки для фотографий, возможно серебряной. Как жаль, что она не могла увидеть ее целиком. Наверное, Хьюго не хотел, чтобы она заметила фото. Ее сердце словно упало в ее модные туфли. Наверное, именно из-за этого он не желал, чтобы она приходила сюда. Наверное, это фотография Джанет, ведь он не мог держать ее в доме. Повинуясь порыву и больше не рассуждая, она решительно подошла и посмотрела на рамку. Она была права. Это действительно была серебряная рамка в виде веночка из головок ангелов, роз и сердечек. Внутри находились две фотографии. И тут она не угадала — это были ее фотографии. Одна — цветной снимок, сделанный ее братом прошлым летом, — Сара стояла в саду, смеясь, волосы распущены по плечам; другая — портрет в униформе медсестры, который она заказала для своей матери, — очень серьезное лицо. Она глупо взирала на них, а затем пробормотала:

— О, это же я!

Хьюго больше не опирался на стол. Он спросил самым вежливым тоном:

— Почему ты удивлена? Кого ты ожидала увидеть, Сара?

Она стояла безмолвно. Даже если бы ей и пришло в голову, что сказать, она не смогла бы этого сделать, так как совершенно сбилась с дыхания. Хьюго засмеялся и подошел к ней, но тут зуммер на его столе нарушил тишину. Он остановился:

— Черт побери, это пациент!

И Сара, хотя и не была уверена в том, что он собирался сделать, прибавив от себя проклятие, громко сказала:

— Да, конечно, я ухожу, — и выскользнула через дверь, которую он поспешил ей открыть.

Костлявая старая леди разговаривала с мисс Тревор. Она оценивающе посмотрела на Сару, направляясь к Хьюго, и тут же быстро заговорила, но, к сожалению для Сары, дверь захлопнулась, и она ничего не услышала. Ей нужно было немного времени, чтобы спокойно все осмыслить, но мисс Тревор, видимо, считала своей обязанностью развлекать жену хозяина, а Сара была слишком добросердечна, чтобы не поддерживать тривиальный разговор. Старая леди вновь появилась через десять минут. Хьюго твердой рукой вел ее к двери. Затем он попросил пять минут и вновь исчез в кабинете. Но вышел оттуда гораздо быстрее. И опять у нее не было времени, чтобы привести свои мысли в порядок. Он молчал, поэтому Сара сочла своим долгом поддерживать беседу, хотя совершенно не понимала, о чем говорит. Они взяли такси, а так как она решила, что на сегодня любопытства хватит, то не спросила, куда они направляются. Когда супруги вышли на середине Нью-Бонд-стрит и уже входили в знаменитый магазин мехов, она остановилась на входе.

— Зачем мы сюда приехали? — попробовала спросить Сара.

Хьюго как раз открывал дверь и твердой рукой подтолкнул ее внутрь.

— Зимнее пальто, — только и сказал он. Она опять остановилась, и он успокоил: — Не волнуйся, Сара, я знаю, что ты против того, чтобы дикие животные уничтожались ради меха. Мы будем выбирать только из норки, которую специально разводят для этих целей.

Она примерила несколько шуб, неуверенная, какую выбрать. Хьюго не упоминал цену, а продавщица была с ним заодно. Наконец Сара решилась, немного озабоченно поглядывая на Хьюго, который вкрадчиво улыбался. Когда продавщица забирала шубу, то наконец соизволила подать голос:

— Очень милая шубка, мадам, и настоящее вложение денег, если можно так сказать. Девятьсот гиней — это просто даром для такой шубки.

Она уплыла, а Сара скорчила Хьюго ужасную гримасу и жалобно произнесла:

— Хьюго, это же девятьсот гиней.

Но он тут же остановил ее спокойным аргументом:

— Но качество стоит того. Так мне кажется. Я скажу, чтобы они прислали ее домой, хорошо?

Сара пыталась отблагодарить его, пока они шли в «Кларидж», пообедать, но на улице это было трудно сделать. Она попыталась еще раз, когда они уже сидели за столиком. Но он решительно отмел все ее изъявления благодарности.

— Моя дорогая Сара, разве я должен постоянно напоминать, что ты моя жена и поэтому можешь претендовать на регулярные подарки от меня? — Сара, которая как раз приступила к закускам, подняла на него трепетный взгляд. — А если моя речь не произвела на тебя никакого впечатления, я могу придумать еще дюжину более изысканных речей.

Она улыбнулась, ее глаза заблестели.

— Хьюго, ты словно церковный проповедник. Разумеется, очень милый! Я могу надеть шубку на свадьбу Энн, правда? И на свадьбу Кейт. Но мне нужна новая шляпка. — Сара задумалась, глядя на оливку, и, когда Хьюго расхохотался, немного смутилась. — Ну, что такого я сказала? Кстати, можно я куплю подарок для Кейт сегодня? Я могу зайти к ней и подарить перед тем, как мы встретимся с тобой в Сент-Эдвине.

— Замечательная мысль, — согласился Хьюго, — если только подарок можно будет донести. Что у тебя на уме?

— Ну, у них не так много денег, поэтому я подумываю о скатерти или полотенцах.

— Отличный выбор. Хотя не думаю, что молодой Дин придет от этого в восторг. Знаешь, пошлю-ка я ему полдюжины бутылок кларета. От себя лично, не бойся.

— О боже, какой ужас! — запротестовала Сара. — Ведь он будет пользоваться скатертью и полотенцами вместе с Кейт, значит, и кларет придется разделить поровну.

Он беззвучно смеялся, глядя на нее. Сара подождала, пока официант унесет остатки закусок и поставит перед ними курицу, а затем с похвальным упорством повторила:

— Я не знаю, как мне отблагодарить тебя за эту очаровательную шубку.

Хьюго отложил вилку и нож.

— Какая ты настойчивая женщина, Сара! Мне казалось, я выразился ясно. — Он насмешливо улыбнулся, но в голосе зазвучал металл. — Моя дорогая девочка, ты же не думаешь, что я хочу подкупить тебя?

— Подкупить? — повторила Сара. Ее большие глаза, несмотря на модную шляпку, делали молодую миссис ван Элвен похожей на удивленного ребенка. Эффект усиливался от яркого румянца, залившего ее щеки. Она несколько раз открывала рот, но снова закрывала. Ведь слова при таких спутанных мыслях были бесполезны. Но они тут же уступили место одной отчетливой мысли: теперь ей будет чрезвычайно трудно скрывать свои истинные чувства. Ведь если она это сделает, Хьюго может расценить это как ее согласие на подкуп, который он так презрительно, как ей казалось, предложил. Он больше не будет верить своей жене. Сара поперхнулась кусочком изысканного трюфеля, проглотила его с таким видом, словно это горькая пилюля, и наконец сказала: — Нет, Хьюго, я не предполагала ничего такого. Я просто хотела выразить свою благодарность. Видишь ли, это такой замечательный подарок. Даже самые хладнокровные женщины пришли бы в замешательство, получив его. — Она замешкалась, но потом быстро спросила: — Сегодня днем ты будешь занят?

Губы Хьюго немного скривились, но он ответил самым обычным голосом:

— Думаю, что да. На сегодня назначено много пациентов, но я постараюсь закончить побыстрее. Между прочим, мне сказали, что обожженный ребенок поправляется.

Разговор снова свернул на безопасную тему. Супруги дружески принялись ее развивать. Наконец Хьюго взглянул на часы и сказал:

— Мне пора.

Они возвращались с Роуз-роуд после трудового вечера, когда Хьюго сказал ей, что собирается в Америку. Они как раз проезжали Путни-Бридж, и Сара засмотрелась на огни, отражающиеся в воде, как будто никогда их не видела прежде. Наконец она бессмысленно проговорила:

— Как мило. Север или юг?

— Север, — быстро ответил муж, — Филадельфия, Бостон, Балтимор, Вашингтон — не в таком порядке, конечно, а также несколько городов поменьше.

«О боже, — подумала Сара, — он говорит так, как будто собирается на соседнюю улицу».

— Это надолго? — Ее голос, как она с удовлетворением отметила, звучал заинтересованно-вежливо, но не больше.

Он, как всегда лаконично, ответил:

— Три недели, плюс-минус один день.

Сара почувствовала, как сердце екнуло, а затем беспорядочно забилось.

— Это что, так внезапно? — захотела она узнать.

Он остановил машину возле дома и обернулся к ней в полумраке салона.

— Нет, — холодно ответил он. — Я знал об этом несколько месяцев.

Она ждала, что он еще скажет. Но Хьюго явно решил, что этого достаточно. Она зашла в дом вперед него и стала бессмысленно бродить по комнатам, возясь с цветами, пока он не вошел, поставив машину в гараж.

— Почему ты ничего не говорил мне? — Она уставилась на вазу с хризантемами, в которой устроила полный хаос.

— Моя дорогая девочка, я не видел в том необходимости. Ведь ты же не поедешь со мной.

Она сделала еще одну попытку:

— А почему бы и нет?

— Не вижу смысла. — Он был непроницаем. — Мы ведь только что вернулись из путешествия, разве не так? Я буду занят лекциями.

— Ты не хочешь, чтобы я…

— Давай просто скажем, что в твоей поездке не будет смысла. — В его голосе зазвучали горькие нотки.

Она посмотрела на разоренную вазу:

— О, так вот зачем ты купил мне шубу?

Он намеренно спокойно запер входную дверь и сказал спокойно:

— На это я даже не хочу отвечать, Сара.

Она перевела дыхание:

— Когда ты уезжаешь?

— Завтра вечером. — Он пересек холл и уже держался за ручку двери в кабинет. — Я должен позвонить в Сент-Эдвин. Спокойной ночи.

Он мягко улыбнулся ей, но так, что Сара почувствовала вину.

В своей комнате она села у окна и стала думать. Что-то пошло не так. Сегодня утром в его кабинете ей показалось, будто он собирался что-то ей сказать. Что именно — она не знала. Может, хотел признаться, что полюбил ее. Тогда она бы тоже призналась, и все у них началось бы заново. Теперь же все выглядело так, будто он хочет убежать от нее. Но если это правда, зачем он держит ее фотографии на своем столе? Ведь ему приходится смотреть на них весь день. Зачем купил эту дорогую шубу, если на свои деньги она могла купить себе что-нибудь вполне подходящее? Может, это мода такая, чтобы врачи держали фотографии своих жен на столах… а что касается норки, разве можно предположить, чтобы миссис ван Элвен, жена преуспевающего врача, носила что-нибудь менее ценное, чем норка? Эта мысль была недостойна Хьюго. Но Сара постаралась не обращать внимания. Она сидела с каменным лицом, а все эти мысли вращались в раскалывающейся от боли и гнева голове. Наконец, поскольку замерзла, Сара отправилась в постель, где продолжала дрожать от холода, обиды и безнадежного гнева.

Хьюго приветствовал ее на следующее утро, как всегда, безмятежно. Но взгляд его был проницателен. Сара склонилась над чашкой с кофе и ничего не видела. Она постаралась замаскировать бледность лица, и ей казалось, что она выглядит как обычно. Сара удивилась, когда муж сказал, что собирается сегодня на Харли-стрит. Хотя бы потому, что Северная Америка была так далеко, ей казалось, что сборы должны быть продолжительными. Но Хьюго путешествовал налегке, с одним чемоданом, который, как он вкрадчиво заметил, уже собран.

Она вежливо спросила:

— Ты хочешь, чтобы ужин подали пораньше?

— Нет, спасибо, Сара. Я уезжаю около семи. Возьму машину и оставлю ее в аэропорту. Домой приеду около трех. Мы сможем вместе выпить чаю.

Он поднялся, чтобы уйти, и пожелал ей приятного дня. На что она ответила бесцветным голосом:

— О да. Я пойду погуляю с собаками. Ты не возражаешь, если я буду ходить на Роуз-роуд без тебя?

Он остановился возле двери:

— Почему же нет? У тебя есть «ровер». Я не твой хозяин, Сара. Ты свободна делать все, что пожелаешь.

День все никак не заканчивался. В три часа она пошла на кухню и подготовила чайный поднос — Элис в этот вечер была свободна. Еще испекла фруктовый пирог, который особенно любил Хьюго. Сара расставила деликатесы на маленьком столике в гостиной перед камином, чтобы поджарить в нем булочки. Было уже почти четыре, когда она услышала, как поворачивается в замке ключ. Она помчалась на кухню ставить чайник.

— Привет, Сара, — непринужденным тоном приветствовал ее Хьюго. — Что собираешься делать в мое отсутствие?

У нее был готов ответ. Она предполагала, что он может спросить об этом.

— Поеду навестить маму и папу и, наверное, останусь с ними на пару дней. Кейт давно просилась походить со мной по магазинам основательно. Да и Коулсы уже давно просят меня зайти. Мэри хочет, чтобы я провела с ними денек, она не очень хорошо себя чувствует, ты, верно, знаешь… мне нужно купить кое-что для себя…

Он засмеялся:

— Стоп, стоп! Мне придется продлить мою поездку, чтобы ты все это успела…

Он взял у нее чайный поднос, и она пошла впереди него в гостиную, радуясь, что ее полуправда выглядела так убедительно. Она опустилась на колени перед камином и стала подрумянивать булочки, а он сидел в огромном кресле и лениво просматривал почту с видом человека, которому больше нечем занять долгий вечер. Было трудно поверить, что через три часа ему предстоит путешествие длиной почти в три тысячи миль… Сара тут же стала мечтательно представлять себе, как в последнюю минуту он меняет планы и они едут вместе… но голос мужа вернул ее в реальность. Действительно, неужели она любит булочки, обгоревшие до угля? Сара сняла испорченные остатки булочек с длинной вилки и начала все сначала, на этот раз с большим успехом. И наконец они приступили к чаю. Супруги ван Элвен почти заканчивали трапезу, когда Хьюго прервал молчание:

— Я попросил в банке, чтобы ты смогла получить наличные, если понадобится. Симс в курсе.

Она допивала свой чай.

— В курсе чего же этот Симс?

— Всех моих дел. — Его голос звучал нетерпеливо. — Пирог превосходный. Мы можем гордиться Элис.

— Это я приготовила… В Америке ты тоже будешь летать самолетами. Разве нельзя воспользоваться поездами?

— Разумеется, нет. Я застряну там на месяцы, если буду разъезжать на поездах. Ты можешь связаться с Симсом, если захочешь что-нибудь узнать. Что ты положила в этот пирог?

Она рассеянно рассказала, в то время как ее живое воображение рисовало картины воздушных катастроф и израненного, а может, даже и мертвого Хьюго за тысячи миль от нее. Она невидящим взором смотрела на мужа, пока он, наконец, не воскликнул:

— Не надо, Сара. Я всегда считал тебя женщиной с большим здравым смыслом.

Его тон быстрее, чем слова, возымел нужный эффект. Она ведет себя так глупо. Сара с усилием взяла себя в руки, бормоча что-то неопределенное о путешествиях по Америке. Она лихорадочно болтала до тех пор, пока Хьюго не встал и не объявил, что ему нужно переодеться. Он спустился, когда часы на камине напомнили своим серебряным звоном, что уже семь часов, и с чемоданом в руке прошел сразу к машине. Сара вышла в холл, но он не обратил на нее внимания. Он, казалось, и не хотел, и не ждал ничего большего, чем обычное прощание. Хьюго вернулся в холл, надел куртку. Он выглядел таким представительным и красивым, что Сара с невольной ревностью вдруг представила, скольких женщин он встретит в пути, кто будет думать точно так же. Она подошла поближе с вымученной улыбкой на хорошеньких губах. Внутри у нее были холод и боль.

Хьюго ласково положил ей руку на плечо:

— Я буду звонить.

Он поцеловал ее почти с деловой краткостью, выпрямился и вдруг поцеловал снова — яростно и страстно — и тут же вышел. Так что она не успела даже сказать «до свидания».

Сара одиноко сидела за завтраком, когда зазвонил телефон. Она уже давно встала и погуляла с собаками. Спалось ей не очень хорошо — она все раздумывала о поцелуе. Сара подошла к телефону, крикнув Элис, чтобы та не беспокоилась. Она подняла трубку, и голос Хьюго сказал ей в самое ухо:

— Привет, Сара. — Она так долго молчала, что он снова сказал: — Сара?

На этот раз она выдавила из себя:

— Здравствуй, Хьюго. Я просто удивлена. Не ожидала твоего звонка. Ты хорошо добрался?

— Да, хотя было скучно. Я проспал почти всю дорогу. Что ты делаешь?

— Завтракаю. Я уже погуляла с собаками. — Она замолчала, так как ее голос предательски задрожал.

Он понял и спросил:

— Почему ты плачешь, Сара?

Она засопела, как несчастный ребенок.

— О, Хьюго, я так скучаю по тебе, а ты так далеко!

Уже когда она говорила эти слова, ее здравая половинка подсказывала, что она пожалеет об этом. Но Сара забыла об осторожности. Она услышала, как муж вздохнул — с облегчением или триумфом? Она не понимала до тех пор, пока он не ответил:

— Я надеялся, что ты будешь скучать. Ты знаешь, зачем я уехал? Почему не взял тебя с собой? Узнаешь, когда я вернусь домой.

Ее сердце забилось быстрее.

— А ты не можешь сказать сейчас, Хьюго?

— Нет. Я хочу видеть твое лицо. Я должен идти, дорогая, прощай.

Он звонил ей каждый день. На четвертый или пятый раз она рискнула:

— Послушай, Хьюго, ты, наверное, сейчас занят… У меня все в порядке. Так здорово разговаривать с тобой каждый день, но это будет стоить тебе огромных денег. — Слова звучали не совсем так, как она хотела, но он все понял.

— Я тоже скучаю, Сара, и не могу придумать лучшего способа потратить мои деньги. — Он помолчал, а затем добавил деловым тоном: — Ну, как там Роуз-роуд?

После этого она стала копить новости, чтобы было о чем рассказывать ему каждый день: ужасная простуда Элис, рождественский пудинг, который они приготовили, прекрасные сапоги, которые она купила себе, и восхитительный халат, который собиралась приобрести для мисс Тревор на Рождество… Казалось, Хьюго не хочет говорить о себе, хотя иногда он упоминал какие-то детали о своих путешествиях, а как-то сказал, что немного утомился, и Сара встревожилась:

— Хьюго, позаботься о себе!

— Каким образом, Сара? — смеясь, ответил он. — Отказаться от вечеринок, гостей и красивых девушек?

— От всего, — быстро сказала она и, не удержавшись, спросила: — А там много красивых девушек?

— Боюсь, что я не заметил. А ты считаешь, я должен обращать на них внимание?

Она осторожно ответила:

— Будь я на твоем месте, обращала бы, наверное. Ведь ты из тех мужчин, на кого женщины обращают внимание.

— Дорогая Сара! Твой восхитительный ум так же испорчен, как и твоя грамматика!

Его телефонные звонки стали кульминацией каждого ее дня. Обычно он звонил довольно рано каждое утро, и вот в одно такое утро сообщил:

— Я приезжаю завтра, Сара. Около восьми вечера.

День никогда не казался ей таким коротким, а вместить в него нужно было так много! Сара носилась в счастливых хлопотах. Необходимо было сделать экстренные покупки, сходить к парикмахеру, расставить цветы и, конечно, тщательно подготовить ужин, который не должен быть испорчен, если Хьюго вдруг задержится. Она отправилась спать в этот день усталая и счастливая.

На следующее утро она, по меньшей мере трижды меняла платья. Ей так хотелось выглядеть красивой для Хьюго! Все страхи и сомнения, одолевавшие ее перед отъездом мужа, исчезли. Она была почти уверена, что он начинает любить ее. Джанет осталась видением из далекого прошлого. Сара приняла окончательное решение в пользу красного платья из шерстяного крепа цвета кларета, с широкой юбкой в мягкую складку и изящным воротником-шалькой. Платье так хорошо гармонировало с красными и бронзовыми хризантемами, которые она расставила в нижних комнатах, а его теплый цвет оживлял ее бледное от волнения лицо. Она была готова задолго до его приезда и стала обходить каждую комнату, чтобы удостовериться, что все в порядке. В конце вновь спустилась в гостиную, где перед камином аккуратным рядком сидели животные. Сара села рядом с ними и открыла роман. Ей надо было убить еще один час. Она честно пыталась читать одну и ту же строку в течение пяти минут. Наконец отбросила книгу и взялась за вязание. Но, провязав два ряда и безнадежно все запутав, отбросила вязанье вслед за книгой… прошло всего пятнадцать минут. Ее беспокойный взгляд остановился на пианино, и комната заполнилась звуками музыки. Сара играла небрежно и слишком громко. Когда животные вдруг очнулись ото сна и посмотрели на дверь, она перестала мучить пианино и приказала им успокоиться, ведь до приезда Хьюго оставалось еще, по крайней мере, полчаса. Но они не обратили на нее внимания, а бросились к дверям, отталкивая друг друга. Она вскочила. Ее сердце глухо забилось. Отворилась дверь, и вошел Хьюго. Он приласкал животных и спокойно глянул ей прямо в глаза:

— Здравствуй, Сара.

Сара бросилась к нему через комнату. Ее лицо светилось счастьем, она больше не беспокоилась, что это будет заметно. Она успела сделать всего три шага, как он снова заговорил:

— Я привез с собой кое-кого. Ты ни за что не угадаешь, кто это.

Она остановилась. Ее внезапно охватила тоскливая уверенность, что она сможет угадать, кто этот гость. Счастье на ее лице сменилось выражением вежливого радушия, когда она отступила в сторону, чтобы пропустить в комнату высокую смуглую женщину.

Сара заговорила своим чарующим голосом, который, как она гордо отметила, был совершенно спокоен:

— Но мне кажется, я знаю, кто это. Ведь вы Джанет, не так ли?

Она посмотрела на Хьюго, затем, слегка улыбаясь, приподняла вопросительно брови. Она даже получила удовлетворение, заметив его смущенный взгляд, когда он отвечал:

— Да, это Джанет. Как ты догадалась, Сара?

Она весело рассмеялась. Прислушиваясь к собственному смеху, Сара подумала: отчего ей никогда не приходило в голову заняться сценической карьерой, в ней явно пропадала актриса. Она не дала ему ничего сказать, протянув руку Джанет.

— Как я рада познакомиться с вами, Джанет! Знаете, вы точно такая, какой я вас себе представляла. Я так рада, что Хьюго привез вас.

Джанет улыбнулась — милая улыбка на милом лице — не красивом, но живом и привлекательном. Ее карие глаза тоже улыбались. Сара смущенно обнаружила, что она ей нравится.

— Я не хотела приезжать вот так. Но Хьюго настоял. — Она посмотрела на Хьюго, который, не отрываясь, смотрел на Сару.

— Я встретил Джанет в самолете, — объяснил он, — и настоял, чтобы она заехала к нам выпить чего-нибудь.

Сара тут же нашлась:

— Разумеется, и на ужин тоже. Элис и я сочинили что-то особенное. Вы просто обязаны остаться. — Она прошла к огню и села перед Джанет на большой диван. — Вы должны поздороваться с Элис. Она уверяла меня, что видела вас, когда вы в последний раз приезжали в Англию. Вы навсегда вернулись?

Она приняла от Хьюго шерри, улыбаясь ему одними губами, и держала бокал обеими руками, чтобы не было заметно дрожи.

— Я получила здесь работу, — ответила Джанет, — ассистента в Сент-Китс. Это на шесть месяцев. Так что у меня будет время подумать о будущем.

Сара сделала большой глоток шерри. Наверное, виски или бренди были бы лучше, но и шерри сойдет. Внутри у нее словно все заледенело. Но это и хорошо, так как она не могла думать, что в данной ситуации лучше, что хуже. Может, и ее собственное будущее прояснится?

Сара осторожно отставила стакан и посмотрела на Хьюго. Он стоял, прислонясь к камину.

— Как твое путешествие, Хьюго? Тебе понравилось? — Она попыталась, чтобы ее голос звучал тепло. Но попытка не удалась — ведь он даже не пытался поздороваться с ней и спросить, как она поживала все это время.

Он холодно ответил:

— Полагаю, все прошло удачно. Но не могу сказать, что мне все понравилось. Я надеюсь, у тебя все было в порядке?

Сара кивнула:

— Да, у меня все было хорошо. Извините, мне надо сказать пару слов Элис. — Она поспешила на кухню, преодолевая соблазн тут же вернуться и посмотреть, что они там делают.

Было уже почти одиннадцать часов, когда Джанет неохотно поднялась и сказала, что ей действительно пора. Сара, движимая каким-то извращенным желанием причинить себе еще большую боль, стала просить ее остаться на ночь. Но Джанет, как выяснилось, заказала себе номер в гостинице и отправила туда багаж. Хьюго поднялся следом за гостьей.

— Я отвезу тебя, — любезно предложил он. Джанет стала отказываться, но он пресек ее невразумительную речь: — Ерунда, это займет совсем немного времени, улицы почти пустые. Кроме того, если бы не моя настойчивость, то ты давно бы лежала в постели…

Сара проводила их до входной двери, дружески пожелала Джанет спокойной ночи, пробормотала что-то Хьюго и вернулась в гостиную ожидать его возвращения. Она прождала целый час, а затем поднялась в спальню. Она лежала без сна, пока, наконец, не услышала его тихие шаги по лестнице. Когда он затворил дверь в свою спальню, она включила лампу и посмотрела на часы. Было четвертый час ночи.

На следующее утро она услышала, как он спустился очень рано, еще не было семи часов, и вышел погулять с собаками. Наверное, он собирался просмотреть почту до завтрака. Когда она спустилась, он как раз выходил из кабинета, держа в руках пачку писем. Они вежливо пожелали друг другу доброго утра, а во время завтрака разговаривали как вежливые незнакомцы, которые случайно оказались за одним столиком. Сара упомянула, что через неделю свадьба у Энн Биннс, а еще через неделю — у Кейт. Свадьба Энн обещала быть очень пышной, в церкви Найтсбридж. Хьюго нахмурился:

— О боже, я и забыл. Высокие шляпы и все такое. Что мы подарим им?

— Ножи и вилки для рыбы в роскошной коробке, — ответила Сара.

Он рассмеялся:

— Почему такой выбор?

— Потому что я терпеть их не могу.

Он посмотрел на нее с веселым удивлением:

— Моя дорогая девочка, это звучит так зловеще! Я всегда считал тебя синонимом доброты.

Сара покачала головой:

— Значит, тебе придется изменить свое мнение обо мне. Я могу быть такой же злой и отвратительной, как и все остальные. — Она смотрела на него, а он на нее, проницательным и твердым взглядом.

Наконец он сказал:

— Не было необходимости оставлять вчера Джанет на ужин. — Его голос звучал мягко, что не соответствовало его взгляду.

Она невинно посмотрела на него:

— Но, Хьюго, Джанет твой старый друг, больше чем друг. Выпроводить ее после одного бокала шерри было бы немыслимо. Кроме того, тебе так нравилось беседовать с ней. Тебе нужно многое… э… наверстать. Я думаю, нам следует еще раз пригласить ее на ужин, а может, и на выходные…

Он сердился. Быстрого взгляда на него было достаточно, чтобы это понять. Но когда Хьюго заговорил, это было незаметно.

— Ты что, не возражаешь, если она будет приходить сюда?

Сара напустила на себя выражение невинного удивления.

— Ты же сам утверждал, что мы хладнокровны и уравновешенны. — Она взяла тост и превратила его в крошки на своей тарелке. — Это так чудесно, что вы снова встретились, не так ли? Это — сама судьба!

Он свирепо произнес, вставая из-за стола:

— Я рад, что ты так к этому относишься. Значит, у меня не будет чувства вины, когда я увижу ее, — и вышел из комнаты, даже не попрощавшись.

Сара осталась сидеть за столом, бледная, убитая горем.

Он больше не вспоминал об этом разговоре, когда вернулся вечером домой. И ничто в его поведении не указывало на то, что он помнит о размолвке. Внешне все было как и раньше. Имя Джанет больше не упоминалось.

Они вместе поехали на Роуз-роуд, как обычно. По дороге не разговаривали, а после, в квартире доктора Брайта, Сара сделала вид, что занята на кухне. Это избавило ее от необходимости участвовать в разговоре. Только когда они уже собирались уходить, Джон Брайт внимательно посмотрел на нее и сказал:

— Вы не похожи на себя, Сара. Может, работа так вас утомляет?

Она поспешно ответила:

— О боже, нет! Я чувствую себя прекрасно. Наверное, просто простудилась, — она улыбнулась ему, — но надеюсь, что нет. Вы ведь знаете, как я люблю приезжать сюда.

На следующий день должна была состояться свадьба Биннс. Так что супругам было о чем поговорить на обратном пути. Но Сара не могла не думать, что мысли Хьюго далеко от нее.

Свадьба была настоящим испытанием, несмотря на удовольствие от норковой шубки и потрясающей шляпки и от того, что ее сопровождал Хьюго. Невеста выглядела почти хорошенькой в белом атласе и кружевах, а жених… Сара изучала его, пока он вел невесту по проходу церкви. Он улыбался, но его улыбка скрывала равнодушие, а злые морщинки не шли на пользу красивому лицу. Она отвела от него взгляд и инстинктивно посмотрела на Хьюго: его серые глаза так испытующе смотрели на нее, что Сара, покраснев, отвернулась.

На торжественном приеме их тут же развели по разные стороны. Сара видела, как Хьюго возвышается над коллегами, поглощенный беседой. Он выглядел вполне довольным собой. Она переходила от одной группы к другой и наконец ускользнула вместе с Кейт в уголок, той явно не терпелось поговорить. Они уютно устроились, и, потягивая превосходное шампанское мистера Биннса, Сара поторопила подругу:

— Тебе просто не терпится мне что-то сказать. Но побыстрее, моя дорогая, а то нас не оставят в покое больше чем на несколько минут.

Подруга с сомнением смотрела на нее.

— Я не знаю, говорить тебе или нет, но мне кажется, лучше сказать. Хотя теперь это, наверное, не важно, ведь ты замужем за своим милым Хьюго. Его старая подруга — Джанет, кажется, — снова в Лондоне.

Сара спокойно улыбнулась:

— Да, я знаю. Она ужинала у нас. Такая милашка. Не красавица, но привлекательная. И так хорошо одевается.

Но Кейт не так легко было сбить с толку даже на такую приманку, как чужие наряды.

— Он несколько раз ездил в Сент-Китс и разговаривал с ней. Она там работает ассистентом.

Сара небрежно тряхнула головой:

— Ах эти слухи! — но тут же остановилась, потому что Кейт добавила:

— Сара, это не слухи. Их видел Джимми. Сара… ах, черт, и зачем ей понадобилось вернуться?

— Я сама удивляюсь, — сказала Сара таким тоскливым голосом, что Кейт охнула:

— Ты ужасно расстроена. Могу я что-нибудь сделать для тебя? Разумеется, теперь она ничего не может предпринять. Ведь вы женаты с Хьюго. Может, это просто буря в стакане воды?

— После пятнадцати лет? — горько усмехнулась Сара.

Кейт посмотрела на нее взглядом, в котором смешались сомнения, подозрения и жалость.

— Сара… — начала подруга, но ее прервал голос Хьюго:

— Вы двое выглядите так, будто собираетесь убить кого-нибудь.

Кейт встала.

— Не знаю, как Сара, — сладким голоском ответила она, уходя, — но я думала именно об этом.

Хьюго сел рядом и забрал у Сары бокал.

— Очаровательная девушка. Но мне думается, она иногда совершает необдуманные поступки. Тебе не кажется, что мы здесь уже сделали все, что положено? Э… счастливая пара собирается уходить. Мы можем ускользнуть сразу после них.

Было всего лишь полчетвертого. Ноябрьские сумерки только начали окутывать реку, когда они приехали домой.

Войдя в дом, Сара предложила:

— Элис придет только после шести, я приготовлю чай?

Хьюго посмотрел на часы:

— Не беспокойся из-за меня, Сара. Я только переоденусь и сразу уйду. У меня встреча в пять тридцать. — Он стал подниматься по лестнице, а она крикнула из холла, глядя на его широкую спину:

— На Харли-стрит? — заранее зная ответ.

— Нет… если я не вернусь до семи тридцати, ужинай без меня. — И Хьюго исчез в своей комнате.

Сара сбросила норку, как будто это была старая куртка для работы в саду, вслед за ней полетела шляпа. Она пошла на кухню. Сара почти не ела на приеме. На самом деле, что значит крохотный кусочек свадебного торта? Но она была не голодна. Разъяренная женщина поставила чайник на огонь и стала расхаживать по кухне с заварочным чайником в руках. Храбрая и уважающая себя женщина пошла бы к мужу и задала несколько прямых вопросов. Но где гарантия, что она получит такие же прямые ответы?

Чайник кипел и кипел, но Сара не обращала на него внимания. Она прошла к задней двери впустить Тимми. Кот сердито посмотрел на нее — она открыла дверь не слишком проворно. Сара схватила его на руки и, стоя у распахнутых дверей, спросила:

— Тимми, что же мне делать?

— Что делать? — Хьюго зашел на кухню. Он, не говоря ни слова, выключил плиту, забрал у нее из рук заварочный чайник и заварил чай. — Если ты еще дольше постоишь так, то заболеешь или умрешь, так говорят, кажется.

Она зашла внутрь и закрыла дверь.

— Я только спрашивала у Тимми, когда он будет пить чай — сейчас или позже? — Сара не смотрела на мужа, она была не слишком умелой лгуньей, к тому же не знала, как долго он стоял за ее спиной. Бедняжка опустила Тимми на пол, и он побежал к камину, где его ждали собаки. Сара взяла поднос и пошла за ним. На подносе стояла только одна чашка. Она не собиралась спрашивать Хьюго второй раз. Он прошел за ней и спросил, глядя на поднос:

— Разве ты не собираешься ничего съесть? — а сам в это время уже надевал пальто.

— После всех этих деликатесов у Биннсов? — весело спросила Сара.

— Все, что ты съела, — жалкий кусочек торта. — Наверное, под его тяжелыми веками скрывался взгляд орла.

Она ответила деревянным голосом:

— Я не была голодна.

Эти слова он, видимо, счел недостойным ответом. Хьюго просто прошел к двери и, не оборачиваясь, предупредил:

— Я думаю, скорее всего не вернусь к ужину. Увидимся позже.

Он, прощаясь, поднял руку, оставив ее наедине со своей чашкой и клятвой, что сегодня он больше не увидит ее. Поэтому Сара отправилась спать пораньше, сказав Элис, что у доктора важная встреча, а сама она не сможет съесть ни кусочка после роскошного свадебного угощения. Элис слушала и кивала. Но когда Сара лежала в постели, появилась с вкусным горячим питьем. Сара послушно выпила всю чашку под ее материнским взглядом, отлично осознавая, что только удар чем-нибудь тяжелым по голове может заставить ее уснуть в эту ночь. Но тем не менее, она зевнула, передавая Элис пустую чашку, чтобы доставить той удовольствие от того, что ее лекарство подействовало. Было всего лишь половина девятого. Ночь обещала быть долгой. Сара слышала, как Хьюго вернулся около десяти часов, и заставила себя не думать, как они мирно ужинали с Джанет в уютном уголке, где их никто не тревожил. Она села в постели, обхватив руками колени, пытаясь понять, как лучше поступить. Стоит ли пойти к нему и сказать: «Послушай, Хьюго, может, ты хочешь развестись?» Она нахмурилась, пытаясь вспомнить, существует ли закон, определяющий отрезок времени, после которого можно разводиться? Сара не знала. Наверное, муж ждет, чтобы жена первая сказала ему что-нибудь. Она вспомнила, как Хьюго поцеловал ее перед отъездом, как звонил ей каждый день. Но это, разумеется, было до того, как он снова встретил Джанет.

В доме было тихо. Хьюго по-прежнему находился внизу. Она слышала, как открылась, а потом закрылась входная дверь, и собаки заскулили в холле. А немного позже Тимми стал громко скрестись в ее дверь. Обычно он спал с Элис, но сегодня Саре была необходима компания. Она впустила кота и снова залезла в кровать, прижимая к себе его старенькое, пушистое тельце. Сначала он долго возился, но наконец уснул, а затем, гораздо позже, уснула и Сара.

На следующее утро Сара проспала. Когда она спустилась вниз, Хьюго уже погулял с собаками и завтракал. Он пожелал ей приятного утра, но его лицо было бледным и измученным. Она понимала, как он чувствует себя: снова встретить женщину, которую любил все эти годы, и быть несвободным… для Джанет это, наверное, не менее ужасно. Она выпила немного кофе, и он не замедлил подчеркнуть:

— Ты ничего не ешь, Сара. Элис сказала, что ты не ужинала. Ты хорошо себя чувствуешь?

Она ответила резко:

— Да, конечно. Просто болит голова, вот и все. Прогулка с собаками мне поможет.

После того как он ушел, Сара присела за маленький столик у окна и стала составлять список покупок. Сначала она пройдется по магазинам, потом погуляет с собаками — так и заполнит пустой день. Она стала собирать свои платья, чтобы отнести их в чистку, а потом вспомнила, что костюм Хьюго тоже нуждается в чистке. Она пошла к нему в комнату, нашла костюм и стала ощупывать карманы, чтобы там не осталось нужных бумаг. Она вспомнила о нагрудном кармане, когда уже сворачивала костюм, и небрежно сунула туда пальцы. Там лежала маленькая бархатная коробочка. Она долго смотрела на нее, потом раскрыла. Внутри было кольцо — золотое кольцо с семью драгоценными камнями — бриллиантом, изумрудом, аметистом, рубином, еще одним изумрудом, сапфиром и топазом. Такие кольца были популярны лет десять назад. Юноша дарил такое кольцо любимой девушке. Первые буквы названия драгоценных камней складывались в слово «дорогая».

Из кармана вместе с кольцом выпала свернутая записка. Очень медленно Сара раскрыла ее. Это было письмо, написанное почерком Хьюго, — без даты и адреса:

«Моя дорогая, мне кажется странным писать тебе, я так давно не делал этого. Я ведь так скоро вновь увижу тебя, но пусть пока это кольцо скажет тебе, что я чувствую…»

Сара больше не стала читать. Она свернула письмо и вместе с коробочкой вновь засунула его в карман. Она снова положила в карманы весь тот мусор, который хотела выкинуть, и повесила костюм обратно в шкаф. Все это она проделала механически, а потом спустилась на кухню, где Элис готовила пирог. Та сразу оставила тесто и озабоченно спросила:

— Мадам, с вами все в порядке? Вы бледны как привидение.

— Это всего лишь головная боль. Небольшая прогулка все исправит. Я собрала свои платья для прачечной, но забыла костюм доктора. Захвати его тоже. Сходи в прачечную вместо меня, хорошо? Я пообедаю где-нибудь в городе. Ты можешь быть свободна до вечера, Элис.

Сара гуляла до полного изнеможения, так что даже собаки взмолились о пощаде. Но прогулка пошла ей на пользу. На щеках наконец появился румянец. Сара выпила чаю и пошла наверх переодеться. Когда пришел Хьюго, она была внизу, на кухне. У нее уже вошло в привычку встречать мужа в холле, когда он возвращался домой. Но сегодня она не тронулась с места, оставаясь в этом надежном убежище.

Он зашел на кухню.

— Привет. Чем это так вкусно пахнет? — Хьюго принял от нее кусок пирога, который принялся есть тут же за кухонным столом. Он съел почти все и только тогда спросил: — Ты отнесла мой серый костюм в чистку? — Муж так внимательно посмотрел на нее, что она почти созналась в том, что видела футляр и письмо. Но, увидев, как на его лбу появились озабоченные морщины, а у рта напряженные складки, лишь невинно ответила:

— Да. Сегодня.

Он все еще не спускал с нее глаз.

— В нем что-то было?

Ее спасла Элис:

— Да, было, доктор. Я положила в верхний ящик вашего стола — маленькую…

— Да, спасибо, Элис, — мягко оборвал он ее.

Хьюго встал из-за стола, распахнул дверь и обратился к Саре:

— Пойдем выпьем что-нибудь.

Она пошла за ним и села у огня. Он принес напитки и примостился рядом. Сара была почти готова к его вопросу:

— Мне казалось, что обычно ты всегда просматриваешь мои костюмы, прежде чем отнести их в чистку.

Она ответила спокойно, втайне довольная собой:

— Да. Но сегодня я решила прогуляться с собаками. Из-за головной боли. Я попросила Элис сделать это вместо меня. Ты против? Там было что-то важное?

Он холодно ответил:

— Да… но только для меня. Я не возражаю, чтобы Элис это делала, ведь до свадьбы она всем занималась. Ты хорошо провела день?

Сара с трудом нашла в себе силы рассказать, как прошел день. Когда она замолчала, Хьюго ничего не сказал. Они немного помолчали, и наконец муж предложил:

— Мы так давно никуда не выходили. А что, если как-нибудь вечером пригласим Джанет на Роуз-роуд, а потом вчетвером поедем куда-нибудь поужинать?

Она тут же согласилась. А что ей оставалось?

— Может, завтра? — спросила она. — Послезавтра свадьба у Кейт… на следующей неделе мы идем к Коулсам… или Джанет понадобится время?

— Думаю, что нет, — небрежно сказал Хьюго. — Я уже говорил с ней. Она считает, что это хорошая идея.

Он снова посмотрел на Сару, ожидая ее комментариев. Она весело сказала:

— Ну, значит, решено? Джанет нравится в Сент-Китс? Надеюсь, у нее появились друзья? Почему бы ей не прийти к нам на ужин? Может, в субботу? Она будет свободна?

— Непременно, — быстро ответил Хьюго, — если ты хочешь.

— Ты пригласишь ее, когда вы увидитесь?

— Да, конечно. А почему ты решила, что мы увидимся?

Она покраснела и отвела глаза — они вновь ступили на опасную территорию.

— Ну, ты знаешь, ходят слухи…

— Ах да, все эти сплетни, — поддержал он. — Неужели ты веришь всему, что слышишь от людей, Сара?

Она покачала головой:

— Нет.

И вдруг он ее ошарашил:

— Ты все еще любишь Стивена, Сара?

Она встала, неловко пытаясь пристроить на маленьком столике свой стакан. Сара не знала, что ответить. Лучше вообще ничего не говорить.

— Я должна посмотреть, готов ли ужин, — пробормотала миссис ван Элвен и выбежала из комнаты.

На следующий день они заехали за Джанет в Сент-Китс. Сара, сидя на заднем сиденье, не могла не заметить, как они подходят друг к другу. Джанет тоже была статной, — рядом с Хьюго она выглядела замечательно. Джанет разговаривала с Сарой, но в основном с Хьюго, с непринужденностью старого друга. Он отвечал ей в том же духе. Сара вздохнула с облегчением, когда они наконец доехали до доктора Брайта и можно было погрузиться в работу. Она предполагала, что Джанет останется с Хьюго, и пыталась убедить себя, что ее это совершенно не волнует. Но Джанет провела весь вечер с доктором Брайтом, а на обратном пути сидела с ним на заднем сиденье.

Они отправились в ресторан рядом с Сент-Полом; там они поужинали отличными стейками и пудингом с почками, но Сара не смогла оценить кулинарные чудеса. Хьюго стал рассказывать об интересном пациенте, с которым возился сегодня вечером, и, хотя Сара тоже участвовала в разговоре, время от времени они забывали о ее присутствии.

Наконец доктор Брайт повернулся и внимательно посмотрел на нее:

— Сара, ты сегодня такая тихая.

Она с трудом улыбнулась и прошептала, чтобы только он один услышал:

— Разве? Я не совсем в этом разбираюсь.

Он бросил на нее проницательный взгляд и громко заявил:

— Ну, не знаю, как остальные, а мне пора домой.

Его слова расстроили компанию, и хотя на обратном пути он не говорил с Сарой, но, выходя из машины, внезапно поцеловал ее, чем удивил и растрогал. Его простой, добрый жест заставил Сару встряхнуться, так что, прощаясь с Джанет, она стала ее весело убеждать:

— Вы просто обязаны к нам прийти. Хьюго вас привезет. — Она посмотрела на мужа и встретила ледяной взгляд, который проигнорировала. — Мы почти всегда свободны по субботам. — Это было неправдой, обычно они ходили в театр или ресторан. — Приходите к чаю, и останетесь на ужин.

Она проговорила с лихорадочной веселостью всю дорогу до Ричмонда, стараясь не замечать, что ответы Хьюго короткие и сухие.

На следующий день состоялась свадьба Кейт, очень скромная по сравнению с грандиозной свадьбой Энн Биннс, но более веселая, так как присутствовали только члены семьи и ближайшие друзья, и все знали друг друга. Кейт была такая красивая, и Сара боялась, что ее собственное сердце не выдержит. Она не осмеливалась смотреть на Хьюго, — боялась, что не сможет скрыть истинных чувств. К счастью, ей было с кем поговорить. Свадьба состоялась в два часа, но только после пяти они покинули гостеприимный домик в Финчли, где жили родители Кейт. Когда супруги доехали до Мэрилбоун-роуд, Хьюго внезапно свернул налево, ничего не объясняя.

— В больницу? — рискнула спросить Сара.

— Нет, мне надо заехать в мой кабинет. Это не больше двух-трех минут.

Он оставил ее в машине. Сара смотрела, как он переходит через тротуар и исчезает внутри, высокий, элегантный, представительный и совершенно чужой. За это она должна благодарить Джанет, которая вновь появилась в его жизни.

Через пять минут супруг вернулся, и едва сел на сиденье, как Сара ядовито прошептала:

— Полагаю, ты звонил Джанет.

Она пришла в ужас от самой себя, но он мягко ответил:

— Да, я забыл передать ей твое приглашение.

Сара прикладывала огромные усилия, готовя ужин. Хьюго привез Джанет, сделав это с явной охотой. Они пили чай у камина, Джанет была очень мила. При любых других обстоятельствах она могла бы понравиться Саре. Она пошла на кухню, чтобы удостовериться, все ли в порядке с мясными блюдами, яблочным флаем с заварным кремом на десерт. Сара вернулась в гостиную уверенная, что хотя бы еда будет удачной, и увидела, как Хьюго и Джанет о чем-то серьезно беседуют. Они замолчали, как только Сара вошла.

Ужин прошел удачно, впрочем, как и сам вечер. Может, тому способствовало отличное пулли-фуиссе, которое открыл Хьюго, чтобы отметить это восхитительное, как он выразился, событие; а может, то, что он из кожи лез, стараясь быть обаятельным и веселым, так что перед ним трудно было устоять. В десять часов Джанет сделала вид, что уходит, но Хьюго тут же остановил ее:

— Еще рано, Джанет. В последнем номере «Лансе» есть одна статья, которую я бы хотел обсудить с тобой.

Он поднялся, и они рука об руку направились в его кабинет. В дверях он обернулся и, очаровательно улыбаясь, произнес:

— Ты ведь не возражаешь, Сара? Мы недолго. Эта тема не для гостиной.

Она кивнула с улыбкой, не решаясь возразить, что за время работы медсестрой ей пришлось выслушать немало разговоров, решительно не подходящих для гостиной, и она научилась не быть излишне щепетильной. Казалось, прошли сотни лет, прежде чем они вернулись, хотя на самом деле не прошло и десяти минут. Сара тут же предложила сварить кофе, так что прошло еще полчаса, прежде чем Джанет окончательно распрощалась. Сара стояла на ступеньках, дрожа от ночной прохлады, провожая их. Хьюго, вероятно, вернется очень поздно или, истерично захихикав, подумала она, очень рано.

На следующее утро моросил дождь, и Сара отказалась от предложения Хьюго прогуляться с собаками, хотя раньше никакая погода не могла удержать ее дома. Они ужинали с друзьями этим вечером, но день был полностью в их распоряжении. Супруги провели его в гостиной, читая воскресные газеты у камина и обсуждая новости, — все в дружеской манере, разумеется, которая давалась Саре не без труда. Саре казалось, что если они вновь будут общаться как прежде, то ей будет легче заговорить о Джанет. Так хотелось спросить Хьюго, о чем он не сообщил ей, когда звонил из Америки? Ведь обещал сказать как только приедет. Может, о том, что встретил Джанет? Но она не очень этому верила — ведь их встреча была одной из тех случайностей, которые время от времени устраивает судьба.

Утром было гораздо холоднее. Сара не собиралась выходить из дому, но предстоящий день казался таким бесконечным, а Хьюго сказал, что вернется поздно. Она надела норковую шубку и маленькую бархатную шляпку и решительно двинулась покупать рождественские подарки. Настроение было совсем не праздничное, но это поможет ей убить время. Она пила кофе в универмаге «Фортнамс», когда в кафетерий зашли Хьюго и Джанет. Они не заметили Сару, притулившуюся за маленьким столиком у самой стены, к тому же были слишком поглощены беседой. А она смотрела на них, не в силах отвести глаз. Хьюго говорил серьезно и выглядел озабоченным, касаясь руки Джанет. Сара на минуту закрыла глаза, понимая, что больше не может это терпеть. Она уже оплатила счет, поэтому тихо встала, благодарная за то, что ее столик находился рядом с выходом. Ничего не видя, она стала спускаться по ступеням, где ее почти сбил с ног какой-то мужчина, несущийся на огромной скорости. Он остановился только затем, чтобы помочь ей подняться, извиниться, приподнять шляпу и вновь броситься бежать. Он явно не контролировал себя в волнении. Впрочем, Сара тут же забыла о нем. Она постаралась побыстрее покинуть магазин и подозвала такси. Всю дорогу до Ричмонда она сидела глубоко поглощенная переживаниями. К тому времени, когда Сара вышла из машины перед своим домом, она уже твердо знала, что ей делать.

Она прошла на кухню и сказала Элис, что ее не будет до самого вечера. Сара не хотела, чтобы та беспокоилась, если она задержится допоздна. Затем бедняжка бросилась в свою комнату, отказавшись от предложения Элис перекусить. Если бы она съела хоть крошку, то сразу бы подавилась. К тому же ей нужно было многое успеть. Она аккуратно повесила в шкаф норку и переоделась в толстую твидовую юбку и свитер, упаковала чемоданы и надела спортивную куртку, в которой гуляла с собаками. Затем вытащила из маленького ящичка туалетного столика бриллиантовую брошь, серьги, жемчуг и, после минутного колебания, обручальное кольцо. Отнесла драгоценности в комнату Хьюго и, даже не бросив прощального взгляда на украшения, заперла в верхний ящик высокого комода. Потом Сара подсчитала свои деньги.

Она побывала в банке сегодня утром, и у нее еще оставалось несколько фунтов — более чем достаточно для ее плана. Осталось только написать письмо. Она бы предпочла уйти из дома, и из жизни Хьюго без всяких объяснений, но это было нечестно. На письмо ушло много времени и несколько листов испорченной бумаги. Наконец она завершила тяжкий труд.

«Дорогой Хьюго.

Я ухожу, чтобы ты мог развестись со мной и жениться на Джанет. Я пыталась поговорить с тобой об этом, но ты не давал мне шанса. Когда я сегодня увидела вас вместе, то поняла, что больше так продолжаться не может. Делай что хочешь. Я согласна на все, только бы ты вновь обрел счастье. Я возьму машину. Надеюсь, ты не возражаешь. Но я оставила все драгоценности, которые ты подарил мне. Они в верхнем ящике комода в твоей комнате. У меня достаточно денег, и со мной все будет в порядке. Я легко смогу найти работу. Я дам знать мистеру Симсу, где нахожусь, но позже».

Она поставила свою подпись и перечитала письмо. Оно получилось слишком деловым и немного дерзким, но это и хорошо. Хотя все в душе и кричало о любви к Хьюго, Сара не дала волю чувствам.

Она слышала, как Элис возится на кухне. Взяв свой чемодан, Сара тихо спустилась вниз, положила письмо на стол Хьюго в его кабинете и вышла из дома, стараясь не оглядываться. В баке автомобиля бензина было достаточно. Детали путешествия ее не волновали. Единственным желанием было поскорее добраться до коттеджа в Шотландии, где она могла спрятаться, пока острые края ее печали немного не притупятся.

Хьюго приехал домой позже, чем планировал. В холле его встретила встревоженная Элис.

— Я беспокоюсь насчет миссис ван Элвен. Она пришла домой около половины первого и выглядела совершенно больной. Она сказала, что собирается уйти, и я не беспокоилась до пяти часов, но сейчас уже восемь, сэр, а ее и в помине нет. На нее непохоже, чтобы она даже не позвонила. Она всегда так внимательна.

Хьюго побледнел, хотя говорил спокойно.

— Не беспокойся, Элис, я думаю, Сара где-нибудь задержалась. Она взяла машину?

— Я не знаю. Она не сказала, куда едет.

— Что на ней было надето?

— Ее норка и хорошенькая синяя бархатная шляпка.

— Значит, пошла к кому-нибудь в гости. Я обзвоню всех и выясню, где она. А может машина сломалась.

Он прошел в кабинет и сразу заметил конверт на столе. Он долго смотрел на него. Его лицо ничего не выражало. Затем медленно открыл и медленно прочитал письмо Сары. Потом перечитал его перед тем, как аккуратно сложить и засунуть в карман. Перепрыгивая через ступени, он бросился наверх, в ее комнату. И тут же увидел норковую шубку. Хьюго посмотрел на нее с тихим отчаянием и бросился осматривать гардероб. Но вещей было так много, что он не мог понять, что же Сара взяла с собой. Она могла поехать к себе домой. Спускаясь вниз, он уже составил в уме список людей, у кого ее можно найти. Он по очереди обзванивал их, когда вошла Элис, чтобы узнать новости.

— И ваш ужин ждет вас, доктор, — закончила женщина.

Но Хьюго не обратил внимания на эти слова. Он посмотрел на часы и пробормотал:

— Попробую узнать в больнице…

Элис принесла ему поднос:

— Поешьте здесь, пока звоните, а я выведу собак, чтобы вы были дома, когда придет миссис ван Элвен.

Но миссис ван Элвен не пришла.