— Эй, Натан. Ты ведь идешь с нами на ужин сегодня вечером, да? Дейв зарезервировал столик в Tao на восьмерых.

Натан услышал голос Рика, и оторвал взгляд от бокала виски.

— Конечно, почему нет? Звучит неплохо. Отличный способ закончить эту сумасшедшую неделю

Рик похлопал его по плечу.

— Вот это я понимаю. Пойдем, давай выпьем еще по одной. Пока есть возможность, надо наслаждаться бесплатной выпивкой.

Они присутствовали на вечеринке по случаю окончания пятидневного съезда. Натан слегка жалел, что его командировка подходит к концу, и скоро ему придется вернуться к рутине и постоянным стрессам, неотъемлемая часть его работы. Он любил свою профессию, был горд тем, что является совладельцем успешной фирмы, и был благодарен за все возможности, которые получил благодаря этому. Но у любого успеха есть своя цена, и иногда ему хотелось сделать шаг назад и передохнуть, в полной мере насладиться результатами своего труда.

Однако, заслуженный перерыв почти закончен, завтра утром он полетит обратно в Сан-Франциско, и снова окунется с головой в работу. Он надеялся, что в воскресенье сможет отоспаться, и расслабиться перед началом рабочей недели. Конечно, если Кэмерон уже не запланировала потащить его куда-нибудь, как она это частенько делала, даже не удосужившись с ним посоветоваться. Это была дурацкая привычка, и ему она совсем не нравилась, но когда он указывал ей на это, Кэмерон смеялась, и говорила, что так занята, что не в состоянии следить за огромным количеством встреч и мероприятий.

Он допивал свой третий напиток и чувствовал себя приятно расслабленным, когда его телефон зазвонил. Он слегка нахмурился, когда увидел имя Кэмерон, и пошел в тихий уголок, чтобы ответить.

— Привет, детка! — сказала она слишком бодро, и он мысленно застонал. Она всегда использовала этот тон, когда ей что-то было нужно.

— Привет, — ответил он нейтрально. — Что случилось с тех пор, как я последний раз с тобой разговаривал, часов пять назад? — он звонил ей во время ланча.

Она хихикнула, еще один верный признак того, что она собирается уговорить его на что-то.

— Ничего особенного. Я просто соскучилась по тебе. Думаю, мне следовало поехать в Нью-Йорк вместе с тобой

Вообще-то, Натан предложил ей поехать вместе, особенно после того, как она заявила, что он слишком много времени проведет так далеко от нее. Кэмерон любила Нью-Йорк – магазины, рестораны, ночные клубы и пьесы на Бродвее – но она не хотела наслаждаться всем этим одна, пока он будет занят на встречах. Кроме того, у нее уже было запланировано шоу в галерее искусств, которой она – технически ее родители – владели, и чувствовала себя обязанной быть там.

— Будут еще путешествия. Например, Гавайи через пару месяцев. Слушай, не хочу тебя торопить, но через минуту я собираюсь на ужин с парнями. — Натан видел, как Рик кивает ему, что они готовы ехать, и он знаком показал, что присоединиться через пару минут.

— Хорошо, милый, я долго тебя не задержу. Я просто хотела, чтоб ты был в курсе, еще есть места на завтрашний рейс в 7:30. Ты был бы здесь в полдень, и у нас осталось бы куча времени, чтобы пойти на мероприятие в госпиталь. Знаю, ты уже уходишь, но я буду счастлива поменять твой билет, если скажешь мне детали своего рейса.

Натан был ошарашен. После всех разговоров и аргументов, которые он привел ей, Кэмерон все еще настаивала на своем.

Он закрыл глаза, глубоко вздохнул и ответил настолько спокойно, насколько было возможно.

— Спасибо за проверку, но я не собираюсь лететь так рано. Мы уже это обсуждали, и не раз. Мой рейс завтра в 14:00 и точка.

На другом конце провода повисла тишина, наконец, она ответила.

— Ты серьезно не собираешься отказаться от лишних пары часов сна, чтобы успеть на этот ранний рейс? Милый, ты знаешь, как сильно я хочу посетить это мероприятие?

Он вздохнул.

— Не вижу причин, почему ты не можешь пойти туда одна. Там будет твоя сестра, родители, да и еще куча друзей.

— Да, и все они буду парами. Представь, как я буду себя чувствовать, находясь там одна.

— Извини, Кэм, но я не вижу в этом ничего ужасного. Я собирался участвовать в этой конференции задолго до того, как ты даже упомянула этот бал.

— Натан, но это важно, — заскулила она. — Это одно из самых социально значимых событий года. Я буду выглядеть жалкой, если появлюсь там одна.

Натан ущипнул себя за переносицу, предчувствуя надвигающуюся головную боль.

— Боже, ты не будешь выглядеть жалко. Честно говоря, каждое чертово событие, на котором ты хочешь присутствовать, является самым социально значимым событием года. Может стоит смириться с тем, что невозможно посещать их все?

— И что это значит? — гневно спросила она. — Ты думаешь, что если мы поженимся, то будем словно пожилая парочка сидеть дома каждые выходные, смотря кино и поедая попкорн? Как–то скучновато.

Для Натана это звучало великолепно. Намного лучше, чем наряжаться на очередное мероприятие, только ради того, чтобы поразить друзей Кэмерон очередным вечерним платьем или похвастаться своим красивым бойфрендом.

— Кэм, сейчас не время для дискуссии, окей? Если не выйду сейчас, я опоздаю на ужин. Я позвоню тебе из аэропорта завтра перед посадкой, хорошо?

В трубке снова повисла оглушающая тишина.

— Это твой окончательный ответ? Ты все еще собираешься лететь дневным рейсом?

— Да, — устало ответил он. — Сегодня я освобожусь поздно, и буду просто не в состоянии проснуться рано, чтоб успеть на рейс в 7:30.

— Отлично, — прорычала она. — Спасибо за отказ. Спокойной ночи

Натан выругался себе под нос и сунул телефон в карман, он все еще не верил, что она снова вернулась к этому. Он знал, она очень разозлилась и не преминет устроить ему сцену по приезду. Но сейчас ему было просто наплевать. Кэмерон достала его, и ему надоело быть единственным, кто идет на компромисс в этих отношениях.

Он был зол, и решил еще выпить. Рик с остальными ушли минут пять назад, и он быстро пошел к выходу, чтобы догнать их, подпитываемый гневом после разговора с Кэмерон.

Ему чертовски не нравилось, когда им манипулируют или контролируют, а в последнее время он все чаще стал замечать, что Кэмерон постоянно пытается это делать.

Он уже не в первый раз начал задумываться, а так ли он хотел этой помолвки. У него не было достаточного опыта серьезных отношений, и он позволил ей взять на себя слишком много, а теперь чувствовал возмущение и обиду. Когда он вернется домой, у них состоится серьезный разговор, она должна понять, кто главный в этих отношениях.

Когда Натан вышел из отеля и оказался на Парк Авеню, он все еще был зол, ему хотелось что-нибудь сломать, чтобы выплеснуть агрессию. Он задавался вопросом, может ему пропустить ужин и пойти в бассейн, проплыть пару кругов, сбросить напряжение. Решив так и сделать, он развернулся и направился обратно, вниз по улице, когда увидел её.

Она медленно шла в его сторону, но его ещё не заметила, и у него было несколько секунд, чтобы полюбоваться ей. Сегодня она была одета в обтягивающее платье без рукавов, с квадратным вырезом, украшенным камнями. Оно было восхитительного бледно-розового цвета, что напомнило ему о клубничных взбитых сливках. На ней снова были сексуальные туфли на шпильках, бледно-серого цвета, с небольшим вырезом для пальчиков, а в руках она несла большую серую сумку. Когда она подошла ближе, он увидел, что ее прекрасные волосы были распущены, а ее пухлые эротичные губы были ярко–розового цвета. Она шла, игнорируя все восхищенные взгляды, и он засомневался, заметит ли она его.

Почувствовав его пристальный взгляд, она подняла голову, посмотрела прямо на него, и у него перехватило дыхание от ее неземной красоты. Он не мог вспомнить, когда он хотел что-то так же сильно, как сейчас ее. Он забыл все, что было до этого – противный спор с Кэмерон, друзей, которые ждут его на ужине, его скорый отъезд. Все, чего он сейчас хотел, это поговорить с ней, прикоснуться и просто побыть рядом. Если он не сделает это сейчас, она уйдет, и он будет жалеть об этом всю жизнь.

Натан медленно двинулся к ней, и она замерла, наблюдая за ним. Он остановился прямо перед ней, так близко, что мог чувствовать легкий аромат ее духов, видеть крошечные крапинки золота в ее больших зеленых глазах и понять, что даже на своих заоблачных каблуках, она едва доставала ему до плеча.

Натану было сложно придумать что-то умное, поэтому он просто улыбнулся и сказал.

— И снова, привет.

Она улыбнулась ему в ответ.

— Добрый вечер.

Несколько секунд они стояли в тишине, пока Натан не сказал полушутя.

— Мы должны прекратить встречаться подобным образом.

Она тихонько рассмеялась.

— Учитывая, что на самом деле мы даже не знакомы, да?

— Ты абсолютно права, но это легко исправить. Я Натан.

Он решил не сообщать свою фамилию, но это не было сознательным решением, он просто считал, что в данным момент в этом нет необходимости. Он протянул ей руку, и она осторожно пожала ее. У нее была маленькая и изящная рука, с гладкой и теплой кожей.

— Джулия.

Он поднес ее руку к своим губам, оставляя легкий поцелуй на ее ладони, отчего она издала маленький вздох.

— Привет, Джулия. Наконец-то мы познакомились. Я боялся, что никогда не увижу тебя снова.

— Я тоже, — призналась она застенчивым, сладким голосом. — Я высматривала тебя сегодня утром, в парке, где ты бегал.

Натан был поражен ее признанием и обрадовался, что она вспоминала о нем.

— Полагаю, судьба сделала так, чтобы мы сегодня снова встретились, неправда ли?

Она нежно сжала его руку.

— А может, это просто удача. В любом случае, я рада, что так получилось.

— Итак, может быть выпьем?

— Да. — Он был в восторге, что она согласилась без малейших колебаний. — Я с удовольствием выпью с тобой, Натан.

Звук его имени на ее губах покорил его. Он не мог оторвать от неё взгляд и смотрел на нее с удивлением, как будто не верил, что все это происходит на самом деле. Для него было очень важно сохранять с ней физический контакт, как будто он боялся, что она ускользнет так же внезапно, как и появилась, поэтому пока они заходили в отель, он положил руку ей на спину.

— Ты остановился здесь? — спросила она, когда они вошли в лобби.

Он кивнул.

— Все в порядке? Я думаю, нам стоит расположиться в Champagne Bar.

Джулия, казалось, была рада его предложению.

— Звучит замечательно. Plaza одно из моих любимых мест. Я приходила сюда еще в детстве. Знаешь, чай на площади и все такое. Я любила читать книги про Элоизу (прим. пер. серия детских книг, написанных в 1950 году американской писательницей Кей Томпсон, рассказывает о шестилетней девочке Элоизе, которая живет в отеле Plaza в Нью-Йорке).

Он приобнял ее за талию, прижимая к себе.

— Тогда, я счастлив, что привел тебе в место счастливых воспоминаний. Сегодня я намерен создать новые.

Она тихо ахнула от неприкрытого смысла его слов, и её большие глаза стали еще шире. На минуту, он испугался, что это её оттолкнет. Но когда она просто улыбнулась и положила голову ему на плечо, он еще крепче обнял её за талию.

Натан подавил стон от ощущения ее мягкого, соблазнительного тела, прижатого к его руке. Он был невероятно возбужден, хотя не сделал ни одной сексуальной, грязной вещи, о которых мечтал в последние дни. Просто находиться рядом с ней, держать ее так близко к себе, этого было достаточно, чтобы он стал твердым как камень.

Они ждали, пока администратор пригласит их к столику, и Натан услышал сигнал о смс. Джулия улыбнулась ему.

— Все в порядке, если тебе нужно ответить.

Он колебался, но затем вспомнил, что это должно быть Рик, с которым он должен был встретиться за ужином.

— Извини, я на минутку. — Он достал телефон из кармана.

Смска была от Рика, коротко и ясно. Где ты?

Улыбаясь, Натан быстро напечатал ответ. Получил предложение получше. Извини.

Спустя секунду, пришел ответ. Горячая штучка из Starbucks?

Он отправил краткий ответ. Ага

Подошел администратор, чтобы проводить их к маленькому столику в укромном уголке. Натан подавил смешок, когда увидел. Ты везучий сукин сын. Повеселись. С тебя подробности.

Он будет полным дураком, если расскажет Рику или кому-либо другому любые детали сегодняшнего вечера с Джулией. С первой минуты, как он увидел ее, он понял, что она не была тем типом женщин, которых привлекал одноразовый секс, ни в коем случае. Она была той редкой и ценной женщиной, за которую любой мужчина в этом отеле, даже в этом городе, отдал бы все, что угодно. Что бы ни случилось между ними сегодня, это останется личным, воспоминания, которые он будет хранить еще долго. Джулия может быть горяча как ад, но она леди, и она заслуживала соответствующего обращения.

По просьбе Джулии, Натан закал для них – два бокала Perrier-Jouet и маленькую тарелку сыра с фруктами. В тишине они потягивали шампанское, смотря друг на друга через маленький стол, разделявший их. Он смотрел, как она делаем маленький глоток напитка, представляя, как тебе же самые губы сомкнуться вокруг его члена. Он отчаянно хотел, чтоб эти тонкие, изящные руки прикоснулись к нему, хотел медленно стянуть с нее это прелестное розовое платье и увидеть красоту, которая скрывается под ним. Ему хотелось прямо здесь, в баре, посадить ее к себе на колени, и целовать до беспамятства.

Но он так же хотел, чтобы время бежало помедленней, чтобы он мог наслаждаться каждой минутой, проведенной с ней, и этот вечер запомнился бы ему, как нечто особенное. Он поправил свою растущую эрекцию, заставив себя отпустить мысли о том, носит ли она трусики или стринги, и просто взял ее за руку.

Провел рукой по её тонким пальцам, заметив, что у нее красивые узкие ногти, покрытые бесцветным лаком. Ему это понравилось, он никогда не был фанатом ярко-красным ногтей. Она не носила кольца, её единственным украшением был жемчужный браслет и пара подходящих сережек. Боже, она была великолепна, ее кожа была гладкой и нежной. Ему хотелось поцеловать её щеку, а затем двинуться к её заманчивому ротику, но он довольствовался ее рукой.

— У тебя такая мягкая кожа, — пробормотал он.

— Ммм, это все крем, которым я пользуюсь. — ответила она. — Это своего рода зависимость для меня.

Он усмехнулся.

— Лучше крем для рук, чем что-то более серьезное. — Он снова притянул ее руки к своему лицу. — Ты потрясающая, но я уверен, мужчины говорят тебе это постоянно.

Щеки Джулии порозовели.

— Не так часто, как ты думаешь. И не так изысканно, как это делаешь ты.

— Изысканно? Не уверен, что когда-нибудь думал о себе в этом ключе.

— Ммм, может быть изысканно это не совсем верное слово. Возможно, очень приятно? И определенно восхитительно, — добавила она с улыбкой.

Он улыбнулся ей в ответ.

— Это ты определенно восхитительная. Ты напоминаешь мне принцессу из сказки, которую мама читала мне и братьям, когда мы были совсем маленькими. Я не помню ее названия, это было уж очень давно. Но, я помню что там были самые невероятные картинки, а цвета и детали были по-настоящему необычными. И я помню, что думал, такая принцесса не может быть реальным человеком, слишком уж она хороша. Ты выглядишь точь в точь, как принцесса, Джулия.

Она восхищенно посмотрела на него, поднесла их сомкнутые руки к своим щекам, повернула голову, и мягко поцеловала его ладонь.

— Какие прекрасные вещи ты говоришь, — прошептала она. — Я думаю, что это самая романтичная вещь, которую мне кто-то когда-либо говорил.

— Это правда. Ты почти слишком хороша, чтобы быть реальной. — Он погладил ее губы большим пальцем, пока они не раскрылись. Скользнул внутрь ее теплого, сочного рта, и резко зашипел, когда она глубже всосала его, мягко очерчивая язычком. Это ощущение послало дрожь возбуждения прямо к его паху, и он мгновенно затвердел. Он не мог вспомнить, когда столь быстро возбуждался, хотя даже не поцеловал ее.

Притяжение между ними было безошибочным. Он никогда не чувствовал такую глубокую связь с женщиной, как будто знал ее уже несколько лет, а не считанные минуты. Они смотрели друг на друга через стол, переплетя пальцы. Никто не произнес ни слова, но в этот момент слова были и не нужны . Глядя в её большие глаза, он видел, что она чувствует такую же глубокую связь с ним, и это непреодолимое физическое влечение. Ее сочные, глянцевые губы слегка дрожали, и все, о чем он мог думать, каково это, целовать их, а затем ласкать руками ее пышную грудь и идеальную маленькую попку.

— Ты закончила? — спросил он хрипло, осознавая, что его эрекция начинает причинять дискомфорт.

Джулия подняла бокал и выпила остатки шампанского.

— Теперь, да.

— Хочешь еще?

Она покачала головой.

— Нет, спасибо.

—Ужин?

Очередное качание головой.

— Я нисколько не голодна. Если речь о еде.

Натан закрыл глаза, хриплый, соблазнительный звук её голоса адски возбуждал его, а значение ее слов было безошибочным.

— Тогда, давай выбираться отсюда. Сегодня я больше ни минуты не хочу тратить впустую.

Он оставил пару купюр для оплаты счета, отодвинул свой стул и помог ей подняться. У него был соблазн, его так и подмывало притянуть её в свои объятия и глубоко поцеловать, но место этого он обнял ее за талию и вывел из бара.

Он прошептал ей на ухо.

— Надеюсь, ты понимаешь, какие у меня планы в отношении тебя. Если это не то, чего ты хочешь, скажи об этом прямо сейчас.

Джулия придвинулась ближе, легонько лизнула его шею, от чего он начал задыхаться, и прошептала в ответ.

— Это именно то, чего я ждала с того самого момента, как увидела тебя на прогулке четыре дня назад.

Натан застонал, уткнувшись лицом в ее прекрасные волосы.

— Тогда пойдем, детка. Мы и так уже потратили впустую слишком много времени.

***

Джулия задыхалась от нетерпения, пока Натан вел ее из Champagne Bar через переполненное лобби. Она испытывала головокружительное волнение, вспоминая, как они столкнулись на тротуаре, и у них появился еще один шанс продолжить общение, как будто ее молитвы о том, чтобы увидеть его снова, были услышаны. Она боялась, что после того, как она так глупо продула две отличные возможности, у нее никогда больше не будет шанса снова увидеть этого умопомрачительно красивого мужчину. Чтобы удостовериться, что это не сон, и он никуда не исчезнет, она положила свою руку ему на грудь. Сквозь хлопок рубашки, она ощущала жар его тела, и чувствовала биение его сердца. Она знала, что ее собственное сердце бешено колотилось в ожидании предстоящих событий.

Она отлично знала, что соглашаясь с ним выпить, она давала согласие на большее, чем просто бокал шампанского. Это было для нее в новинку, она никогда так не поступала. У неё был не такой уж большой опыт сексуальных отношений, но всем им предшествовал долгий период ухаживаний и встреч. Секс на одну ночь был определенно не для неё, и она никогда не предполагала, что когда-нибудь вот так запросто пойдет с незнакомцем. Но, до Натана она никогда не испытывала такого дикого, необъяснимого влечения ни к одному мужчине. Она просто знала, если бы не решилась попробовать, то всегда жалела бы об этом.

Натан остановился, не дойдя до лифта и задумался.

— Я только что понял, у меня нет презервативов. Мы должны зайти в сувенирный магазин?

Джулия покачала головой.

— Все нормально. Я недавно сделала противозачаточный укол, и сдала тесты, так что со мной все в порядке.

Он вздохнул с облегчением.

— Я проверялся несколько месяцев назад, но могу купить презервативы, если так ты почувствуешь себя в безопасности.

Импульсивно, она потянулась к нему, и поцеловала уголок его рта, тронутая его внимательностью.

— Нет, не надо. Я доверяю тебе, Натан.

Он крепче сжал ее талию, и резко выдохнул.

— Детка, ты играешь с огнем. Давай поднимемся наверх, прежде чем я сделаю нечто такое, из-за чего нас выгонят из отеля.

В лифте они были не одни, с ними была пожилая пара и две привлекательных, хорошо одетых женщины лет тридцати. Джулия заметила, какие заинтересованные взгляды они бросали на Натана, и придвинулась к нему чуть ближе, заявляя на него права. Он всё понял по ее взгляду, обнял крепче и зарылся лицом ей в волосы.

Лифт поднялся на девятый этаж, и дамы вышли, бросив последний зазывающий взгляд на Натана. Он не уделил этому ни капли внимания, сфокусировавшись только на ней, и это возбудило ее. Все в нем её возбуждало - его чистый, мужской аромат, тепло его тела, твердость его безошибочной эрекции, которой он прижимался к ее бедру. Если бы они были в лифте одни, Джулия набросилась бы на него с поцелуями. Но, она только положила голову на его широкое плечо, продолжая держать его за руку.

Когда лифт остановился на четырнадцатом этаже, Натан повел её в номер по широкому, покрытому ковром коридору. На мгновение он отпустил её, чтобы достать из кармана ключ и открыть дверь.

— После тебя, — пробормотал он.

Джулия медленно вошла в номер, и услышала как за ней закрылась дверь. По профессиональной привычке она отметила мебель и цвета комнаты, но сегодня вечером ни одна из этих вещей ее не интересовала. Ее привлекло огромное окно с великолепным видом на Манхэттан, на город спускались сумерки и все здания загорались огнями. По привычке, она бросила свою сумочку на стул и подошла к окну.

— Какой потрясающий вид, — сказала она вздохнув.

Джулия почувствовала, как Натан подошел сзади, его руки медленно опустились на ее плечи, притягивая её к своему мускулистому телу. Его дыхание заставило волоски на её шее встать дыбом, и она почувствовала, как дрожь охватила её тело.

— Ммм, в последнее время я был слишком занят, чтобы насладиться им, а сейчас я хочу уделить все внимание тебе. — Он уткнулся носом в её волосы, и она задохнулась от того, насколько её возбуждала его близость.

Джулия закрыла глаза, когда он провел руками вниз по её обнаженным рукам, и обернул их вокруг талии, притягивая к себе еще ближе.

— На тебя мне тоже нравится смотреть. Как и тем двум дамам в лифте.

Он усмехнулся.

— Я их и не заметил, так что не стоит ревновать. Джулия, ты единственная женщина, которую я вижу, и единственная, кого я хочу. Я не могу поверить в то, что мне так повезло, и из всех мужчин ты выбрала меня. Я собираюсь сделать так, чтоб ты ни на секунду не пожалела об этом. На самом деле, я сделаю так, чтобы после сегодняшнего вечера ты забыла обо всех других мужчинах.

— Ах. — слегка застонала она, когда его губы оставили медленную дорожку из поцелуев на её шее и переместились к уху. Он слегка прикусил мочку её уха, а затем продолжил оставлять мягкие, долгие поцелуи на её щеке и подбородке, дразня её. Она не смогла подавить дрожь, которая прошла через всё её тело, и почувствовала, как её соски мгновенно напряглись.

— Хочешь что-нибудь выпить?

Она покачала головой в ответ на его вопрос.

— Нет, единственное, что я хочу, это ты. Я захотела тебя с первого взгляда, когда увидела тебя тогда на улице.

Натан застонал от её тихих слов, и провел руками по её длинным, шелковистым волосам.

— Боже, ты такая милая, такая открытая. Я никогда не хотел никого так сильно, как тебя, сладкая Джулия. Детка, повернись, чтобы я, наконец, смог поцеловать тебя.

Она охотно повернулась к нему лицом, скользя руками по его шее, а затем его рот заявил права на неё длинным, требовательным поцелуем.

Джулию никто раньше так не целовал, с голодом, таким сильным и проникновенным, как будто он хотел съесть её всю целиком. Он запустил пальцы в ее волосы, и удерживал голову, пока пировал ее ртом – прикусил ее полную нижнюю губу, легонько покусывая, а затем провел языком по верхней губе, прежде чем погрузить его в её сладкий ротик. Почувствовав слабость в ногах от его глубоких поцелуев, она вцепилась ему в плечи, и он медленно подтолкнул её назад к стене. Сначала она не поняла, что низкие стоны, которые она слышала, вырывались из ее рта, звуки становились все громче и громче, пока он продолжал исследовать её рот своим языком. Он издал низкий рычащий звук, когда она стала посасывать его язык, показывая, что изголодалась по нему так же, как он по ней. Он обнимал её так сильно, так крепко прижал к своему твердому телу, что ее ноги чуть не оторвались от земли.

Она двигалась, пока не прижалась спиной к стене, а он все продолжал целовать её и прижиматься к ней так сильно, что она не могла не почувствовать безошибочные очертания его эрекции. Она всхлипнула, когда он медленно потерся напротив ее расщелины, она была уже такая мокрая, бессвязно подумала Джулия, что способна кончить только лишь от этих прикосновений. Желая большего, она скользнула рукой к его промежности, и погладила его, почти убрав руку, когда почувствовала насколько он был огромным и твердым.

Натан застонал, хватая ее запястье.

— Проклятье. Не делай этого, не сейчас. Детка, я слишком возбужден, чтобы позволить тебе ласкать меня вот так. Как бы это не было приятно, я должен продержаться как можно дольше. Поэтому, будь хорошей девочкой, и не трогай меня, пока я не разрешу.

Он поднял её руки над головой, прижал к стене и снова поцеловал. Она извивалась под ним, еще более возбужденная, нуждающаяся в большем. Оргазм для неё не всегда был обычным делом, но прямо сейчас она чувствовала, это не займет много времени. Она даже не могла вспомнить, когда раньше была настолько мокрой, ее грудь ныла, и стала очень чувствительной, желая скорей выбраться из тесного лифчика.

— Пожалуйста, — она с трудом узнала собственный хриплый шепот. — О, Боже, Натан, пожалуйста…я так хочу тебя.

Он снова поцеловал ее ухо, его язык кружил по нему, эротично и легко, а он продолжал тереться своей эрекцией напротив ее сладкого местечка.

— Шшш, детка. Все хорошо, я сделаю так, как ты хочешь, но ты еще не готова.

Она протестующе застонала, желая, чтоб его руки оказались на ее ноющей груди, или у нее между ног, где все пульсировала в отчаянной жажде, но он продолжал держать ее в ловушке.

— Я готова, Господи, я полностью готова.

Он усмехнулся, погладив ее раскрасневшуюся щеку и удерживая ее руки одной своей рукой.

— Ты такая нетерпеливая. Детка, у нас вся ночь впереди, мы будем ласкать друг друга, целовать и заниматься сексом. Куча времени, чтобы ты кончала не переставая. Джулия, я собираюсь заставить тебя кончить сильнее, чем ты когда-либо могла себе представить. После сегодняшнего вечера, ты будешь полностью разрушена для кого-то другого.

Она уже задыхалась, а от его эротичных слов ее затрясло еще больше. Натан загадочно улыбнулся.

— Ты только посмотри на себя, такая чертовски горячая, такая возбужденная. А я ведь еще даже не прикасался к тебе. Скажи мне, Джулия, ты мокрая?

Ее голова откинулась назад, и она прохрипела.

— Да, Боже, да. Пожалуйста, Натан, мне надо, чтоб ты был внутри меня. Потрогай меня, пожалуйста.

Он провел пальцем по ее губам.

— Скоро, детка, я обещаю. И я знаю, тебе понравится. Я собираюсь заставить тебя почувствовать что-то невероятное, поклоняясь твоему великолепному телу.

Он игриво потянулся к банту на передней части ее платья.

— Это маленький сексуальный бантик напоминает мне нераскрытый подарок. Ты лучший подарок, о котором любой мужчина может только мечтать. — Он скользнул пальцем ей в рот, шипя, когда она провела языком вверх-вниз по всей длине.

— Позже, ты сделаешь тоже самое с моим членом, — сказал он, его взгляд стал почти опасным. — Ты пробежишься по моему члену этим маленьким соблазнительным язычком, а потом я трахну твой сексуальный рот.

— Позволь мне сделать это сейчас, — умоляла она.

Натан покачал головой.

— Нет, сейчас самое время открыть мой подарок.

Он нашел молнию на её платье, и медленно, дюйм за дюймом, стал его расстегивать. Джулия осознала, что ее соки насквозь пропитали трусики и начали сочиться вниз по бедрам. Желая найти скорейшее освобождение, она потерлась ими друг о друга.

Натан твердо сжал ее бедра.

— Нет, прекрати, Джулия. Я знаю, что ты пытаешься сделать, но только я буду тем, кто заставит тебя кончить. А теперь, будь хорошей девочкой, и позволь мне закончить с моим подарком.

Она закрыла глаза, пока он расстегивал ее платье, стягивал его вниз по ее рукам и бедрам, пока оно не упало на пол. Он придержал ее, чтобы она смогла выйти из него, а затем пристально посмотрел на ее тело.

Джулия любила красивое, женственное белье, и сегодня на ней был один из ее любимых комплектов. Розовый с кремовыми полосками лифчик, с боковыми вставками из кружева, приподнимал ее и без того пышную грудь. Кружевные розовые шортики были комфортными и сексуальными одновременно. Большую часть года она любила носить чулки, с подвязками или без, но лето в Нью-Йорке было слишком жарким, и сегодня ее ноги были обнажены. Она мысленно порадовалась, что вчера нашла время сделать эпиляцию, и покрыть ноготки розовым лаком.

Натан все еще не произнес ни слова, но она слышала, как он тяжело дышит, и медленно открыла глаза. Он ошеломленно смотрел на нее, его рот приоткрылся, а его щеки покраснели. Она быстро взглянула на его промежность, и увидела, что его брюки вот-вот лопнут от силы возбуждения. Внезапно, у нее во рту пересохло, когда она подумала о том, как его огромный член будет жестко трахать ее, пронзая ее, пока она не будет кончать снова и снова, и она почувствовала, что становится еще более мокрой.

Он заговорил, резким, сдавленным голосом.

— Черт, Джулия, ты нереально красивая. Ты как гребаная богиня. Боже, посмотри на себя, кажется мне стоит упасть на колени и преклоняться перед тобой.

Джулию затрясло от нетерпения.

— Боже, Натан, не заставляй меня больше ждать. Ты просто сводишь меня с ума.

Он погладил ее, игнорируя настойчивые требования.

— Твоя кожа как шелк, — прошептал он. — Такая мягкая, розовая. Такая же, как твой сексуальный лифчик, Боже, мне нравится, как он приподнимает твою грудь, предлагая попробовать её словно вкусный десерт. Я собираюсь сделать это немедленно.

Он оставил горячие поцелуи на ее шее, вниз по ключице, и, наконец, на вершине ее груди. Джулия ахнула, когда он сжал ее, а его большие пальцы начали поглаживать ее упругие, ноющие соски. Она запустила пальцы в его темные волосы, когда он наклонился вниз и провел по ним языком.

— О да, — простонала она, когда он скользнул двумя пальцами внутрь лифчика, найдя сосок, и ущипнул его. Он повторил тоже самое с ее вторым соском, пока она не стала извиваться от опьяняющего ощущения боли и удовольствия.

— Детка, — пробормотал он, расстегивая лифчик и позволяя ее сочным буферам упасть в его нетерпеливые ладони. Он приподнял одну грудь, и взял в рот твердый, розовый сосок, с жадностью посасывая его. Джулия подумала, что никогда прежде не испытывала подобных ощущений, и с радостью позволила бы ему часами ласкать ее грудь. Она была уверена, что если он и дальше продолжит в том же духе, то скоро она взорвется. Её грудь всегда была очень чувствительной, и Натан, казалось, отлично это понимал.

— У тебя такая красивая грудь, Джулия, — выдохнул он. — Мне нравится, как она смотрится в моих руках, такая полная и мягкая. И она очень чувствительная, да? Я уверен, что если продолжу сосать эти сладкие розовые сосочки, ты кончишь очень скоро, так ведь?

Он взял в рот один сосок, быстро и жестко ударил по нему языком, а затем невыносимо медленно лизнул. У неё голова шла кругом от возбуждения, а каждое движение его рук приближало ее к краю. Она сильнее зарылась в его волосы, притягивая голову ближе к своей груди, пока он продолжал сосать ее соски.

— Да, о, Боже, да. Продолжай, пожалуйста, — умоляла она. — Так хорошо, Натан, заставь меня кончить, пожалуйста.

— Нет, не кончай, еще рано. — он поднял голову от ее груди.

Она отчаянно закричала, нуждаясь в освобождении, ее тело было переполнено эмоциями от его поцелуев и ласок.

— Натан, ты должен…— умоляла она, пытаясь вернуть его голову на место.

— Тише, детка, я позабочусь о тебе, — успокаивал он. — Давай проверим, насколько ты готова для меня.

Он скользнул двумя пальцами под резинку ее кружевных шортиков, слегка задев пупок, а затем погрузился в ее гладкие, мокрые складки.

Джулия закричала, а Натан тихо выругался.

— Черт, детка, ты такая сочная и влажная. Я хочу слизать все твои соки, скользнуть внутрь языком и съесть тебя. Но ты была очень непослушной девочкой, Джулия. Ты намочила свои трусики, и теперь я собираюсь снять их с тебя.

Натан опустился на колени, зацепил большими пальцами пояс шортиков, стянул их вниз, а затем помог ей выйти. Когда она начала снимать свои туфли, он схватил ее за щиколотку.

— Оставь их, — приказал он. — Они такие сексуальные. Я хочу, чтобы они были на тебе, когда ты обернешь эти прекрасные ноги вокруг моей талии, и я трахну тебя в первый раз.

У Джулии задрожали ноги, ей нравились грязные разговорчики, и то, что он взял под контроль всю прелюдию, доминируя над ней. А затем она начала задыхаться, ухватившись за его плечи, когда он скользнул в нее двумя пальцами и начал медленно и осторожно трахать ее, большим пальцем поглаживая ее сверхчувствительный клитор. Все фантазии о нем, и накопившееся возбуждение взорвались, даря ей самый сильный и интенсивный оргазм, какой она когда-либо испытывала. Как Натан и обещал. Он обнял ее бедра, прижался щекой к животу и продолжал удерживать ее, пока она кончала и кончала.

— Боже, детка, ты такая отзывчивая. — недоверчиво сказал он. — Я едва дотронулся да тебя, а ты уже кончила. Ммм, будет забавно наблюдать, сколько раз я смогу заставить тебя взорваться. К тому времени, когда мы закончим, ты будешь выжата как лимон. — он уткнулся лицом в ее лобок. — Время для второго раунда.

Она беспомощно закричала, когда он лизнул ее мокрые складки, раздвинул пальцами ее опухшие губы и начал лизать их, как кошка лижет сливки.

Джулия продолжала тяжело дышать, пока он тщательно пожирал ее, его язык проникал в нее настолько глубоко, что это сводило ее с ума. Его язык, его талантливый и грешный язык, слегка ударил по ее маленькому узелку, он прикусил его, жестко всосал, и, на этот раз, она прокричала его имя, когда кончала.

Он прижал ее к себе, обернул руки вокруг ее талии, удерживая, пока сотрясалось ее тело.

— Какая же ты красивая, — сказал он. — Такая сексуальная, отзывчивая серена. На вкус ты такая же восхитительная. Детка, я хочу, чтоб ты тоже попробовала себя.

Он поцеловал ее, и она ощутила соленый вкус ее собственных соков на его языке. Осознав, что она была полностью обнаженной, за исключением туфель, в то время как он был еще полностью одет, она поняла, что хочет увидеть его голым.

Джулия потянула его за галстук.

— На тебе слишком много одежды, это не честно, я тоже хочу увидеть тебя.

Он скинул пиджак, бросил его на стул и развел руки.

— Детка, тогда раздень меня. Твоя очередь.

Она улыбнулась, теперь её очередь мучить и дразнить его, так же медленно, как он проделывал это с ней.

— Окей. Давай сначала избавимся от этого. — Она развязала галстук и бросила его на пол.

— Теперь рубашка.

Она медленно расстегивала каждую пуговичку, глаза Натана засверкали, дыхание участилось. Она вытащила рубашку из его брюк и сняла ее, задыхаясь от восторга, когда увидела его обнаженный торс.

— Какой прекрасный мужчина, — прошептала она, пробегая пальчиками по твердым, очерченным мышцам груди и живота, а затем подняла свои руки к его широким сильным плечам и накачанным бицепсам. Джулия наклонилась и потерлась носом о его шею, вдыхая чистый мужской аромат, сочетающий в себе запах мыла, крема для бриться и пота. Подражая его собственным движениям, она оставила мягкие, влажные поцелуи на его челюсти, прошлась вниз по горлу и перешла к груди. Она провела языком по каждому соску, наслаждаясь шипением, которое он издал при этом. Ее руки двигались по его спине, очерчивая каждый мускул, а ее рот спускался вниз, пока не остановился на его прессе.

— Теперь это. — Она взялась за пояс его брюк. — Позволь мне, —сказала она, когда его руки начали расстегивать ремень.

Натан сбросил туфли и снял носки, пока Джулия медленно расстегивала ремень. Он предупреждающе зарычал, когда она потерлась своей грудью об него, и ее твердые соски впились в его разгоряченную кожу. Шаловливо улыбаясь, она расстегнула брюки и медленно потянула молнию вниз.

Она потянула вниз ткань его брюк, опустилась на колени, ожидая, когда он выйдет из них. Затем пробежалась руками по его мускулистым икрам, мощным бедрам и достигла промежности.

Его член стоял во всей своей красе, выпирая из темно-синих боксеров. Джулия улыбнулась, видя блеск в его голубых глазах, темный румянец на щеках, зная, что он был очень возбужден. Она просунула пальцы внутрь его боксеров и игриво посмотрела на него.

— Могу ли я? — хрипло спросила она.

Он закусил губу.

— Бл*дь, детка, ты можешь делать все, что хочешь, если это значит, что в течении двадцати секунд мой член окажется в твоем горячем ротике.

— Тсс, ты так нетерпелив, — насмехалась она. — Где твой контроль? Я думала, что ты хотел, чтобы я все сделала медленно.

Он схватил ее за волосы, и отвел голову назад, глядя на нее сверху вниз с опасным огнем в глазах.

— Ты понятия не имеешь, сколько контроля мне понадобилось сегодня вечером. Я готов был кончить когда впервые поцеловал тебя, и я постоянно нахожусь на грани. — гортанно прошептал он. — А теперь будь хорошей девочкой и сделай то, что я говорил тебе делать когда ты лизала мой палец.

Джулия почувствовала, как волны удовольствия пробежали по ее телу от его командного, доминирующего тона.

— Да, сэр. — пробормотала она, послушным, как она надеялась, голосом.

Она стянула его белье, освобождая его впечатляющий член. Джулия облизнула губы, пробегая руками по его пульсирующей длине, и этого было достаточно, чтобы его дыхание стало прерывистым, и он выругался. Когда она прикоснулась языком к его головке, Натан застонал. Она провела языком вверх-вниз и стала посасывать его, то жестко и быстро, то медленно и нежно. Капля семени выступила на его головке, она нежно слизнула ее.

— Твою мать! — выругался Натан, его руки вцепились в ее волосы. — Открой рот, Джулия, долго я не продержусь.

Ее губы открылись, и он погрузился глубоко в ее влажный, соблазнительный рот. Головка его члена упиралась в стенку ее горла, но она заставила себя не напрягаться, пока его толчки становились все глубже и быстрее. Резкие стоны, которые он издавал, были самыми эротичными звуками, которые она когда-либо слышала. Она скользнула рукой к его яичкам, и этого небольшого давления было достаточно, чтобы отправить его через край. Он продолжал удерживать ее голову и выкрикивать ее имя, когда его горячая, соленая сперма брызнула ей в рот. Она не смогла проглотить ее достаточно быстро, и часть спермы стекала по ее губам и подбородку.

Она вытерла рот, опустилась на пол и положила голову на его ноги. Натан опустился рядом с ней и привлек ее в объятия.

— Ты необыкновенная, — прошептал он, убирая влажные пряди с её лица, и целуя висок. — Великолепная и сексуальная, ты сводишь меня с ума. Кажется, я никогда не смогу насытиться этим горячим телом. — он провел пальцем по ее груди и погладил сосок.

Джулия прикусила губу, положила голову ему на плечо, а он наклонился вниз и лизнул другой сосок. Она пробежалась пальчиками по его твердому прессу.

— Я чувствую тоже самое. Я готова к большему. — она наклонилась и поцеловала его шею. — Возьми меня в постель, Натан. Мне нужно, чтоб ты был внутри меня.