Данил Файзов (Файзов Даниил Павлович) родился в 1978 году в Красноярском крае. Окончил Литературный институт им. А. М. Горького. Публиковался в литературных журналах и альманахах, автор книги стихов “Переводные картинки” (М., 2007). Работал в московской системе клубов ОГИ-Пироги-Билингва продавцом книг и товароведом. Вместе с Юрием Цветковым организовал литературный проект “Культурная инициатива”. Живет в Москве. В подборке сохранена авторская пунктуация.

*      *

    *

Семеня при выходе из вагона метро

Глядя в чужую спину вспомнить лицо подруги

Так ли он хорош этот договор

По которому я оказываю все услуги

Те ребята что мяч пинают моложе меня

Где же я потерял красивые годы жизни

И уже не важно что и на что менять

Вот отчизна просится в рифму. Ну вот. Отчизна

Так ли мне хорошо

Что готов написать стишок

Так ли чудесно

Что не находишь места

Где хорошо? 

Там где еще

Сладко солено

Может быть даже пресно

 

 

*      *

    *

Ни одного знакомого лица

и вообще ни одного лица

красоты

виды

и все для одного чтеца

платона и овидия

в березах и полыни адреса

забыты и потеряны с листа

до самой смерти

считал до ста

всего что есть на свете

и провалился и порезался осокой

плескался сон он был рекой глубокой

горбушка зачерствела в рюкзаке

и проступала кровь из неглубокой

из ранки на щеке

*      *

    *

само собой случится разделенье

на тех что умерли

и тех что вырастают

из дедовых рубах до потолка

но жизнь сама решила как-нибудь сложиться

одернешь руку обожженная рука

крапива в строчку хорошо ложится

и ты ее как родную воспринял

поскольку с ней на языке одном

ты говоришь лишь гласными простыми

их выдыхая в воздухе густом

 

*      *

    *

Бабушка Клава несла этот груз сколько знала сил,

Сколько знала лет для своих детей

Говорила: Сделаешь дело, и с плеч гора,

А то, сколько ее носить, но о том что стара

Не могла говорить никак — потому как не износил

Пиджака последнего старший из ее сыновей.

Пусть, что младше, те совесть несли иначе.

Разве что младший старшему чуть помог

Или напротив. Ну, он на то и старше.

Старший же сын был навсегда сынок.

Трое их было у бабы Клавы каждый любим совсем.

То есть по-своему, но ежели та гора

Падала с плеч, то любимый всеми

Старший не смел отдыхать. Он кирял с утра.

Долгая та зима и не спешно лето.

Летом же бабу Клаву в пуховый гроб

Так уложили, что младший рыдал об этом.

Да и другой рыдал бы. И где тех слов

Мне отыскать, чтоб умножить, отнять, прибавить.

Бабушка Клава, малина уже не та…

Да и гора задумала нас оставить.

Сыновей твоих — Павла, Алика,

До того как доделали дело.

Не успели они устать.

 

*      *

    *

Как же мне не хватает моих любимых

Б. К.

 

Попрощаться хотели бы все неприглядные птицы

Все смешинки дурачества дальше забавней гореть

Но закончены велосипедные спицы и вся чечевица

Все ушли от меня, все любимые дни, и любимые лица

Вам того же и вам, и удачи, и счастья, и не постареть.

 

Как ты думаешь, я вот им так пожелал

Не стареть, но, быть может, исполнят?

Как ты думаешь, я целовал

Ну, хоть кто-нибудь вспомнит?

 

Горький шелест осоки и жалобный шелест ольхи

Кто стоит над тобой в двадцать лет в колыбели

Это твой человек он мои обожает стихи

Это я и конечно не ведает цели.

*      *

    *

Игорю Белову

последние советские мальчишки

пьют кока-колу радуются жизни

цветут и пахнут верят и молчат

о всяком-разном ищут смысл жизни

и тащат что-то на своих плечах

разбив коленки расцарапав ранки

тархун эклеры буратино и баранки

не продаются ныне в дьюти-фри

и в середине самой страшной пьянки

они трезвеют

и мыльные пускают пузыри.

*      *

    *

Когда и воздуху отчитываться не за что

И в воду не войдешь запросто так

Горчит уверенность чаевничает горечь

Какое там случайно, невзначай?

Какое брату? Я себе давно не сторож

Червонец мятый и затерянный пятак

В пространстве тело дышит и смеется

Не ощущает ни вины ни пустоты

Одето в новые и чистые одежды

Ты сомневаешься, что твой карман порвется

Что все сорвется, чай остынет и прольется

Но руки вымыты и помыслы чисты.