— Ах, какая прелестная картина воссоединения! — донеслось с порога, и в кабинет, аплодируя вошла Констанс.

Машинально, мы с Девлином отпрянули друг от друга, но быстро сориентировавшись, он вновь притянул меня к себе.

— Что, ты здесь делаешь, Конни?

— Что? Да вот, в ожидании самолёта, случайно узнала, что ты, оказывается, не летишь! Даже более того, решил и офис свой перенести в Нью-Йорк. Вот только почему-то я, твоя невеста, об этом узнаю в самый последний момент и от абсолютно посторонних людей!

Невеста! Какая же я дура! Всё произошло так стремительно, что я совершенно упустила из виду тот факт, что Девлин до сих пор с ней не объяснился. Решив, что нужно дать им время, чтобы обо всём поговорить, я повернулась к Деву:

— С вашего позволения, мистер Уэйн, я, пожалуй, вернусь на своё рабочее место, — и, уже повернулась, чтобы уйти, когда следующая фраза Констанс заставила меня застыть на месте:

— Не спешите, мисс Фэррис. Уверена, что вам, как давней приятельнице моего жениха, будет особенно лестно узнать первой о том, что у нас с Девлином скоро будет малыш.

Малыш? Если бы в тот момент рядом со мной ударила молния, я не была бы так поражена, как в тот миг. Сердце ухнуло вниз с такой силой, что я испугалась. Перед глазами стоял малыш с зелёными глазами и каштановыми кудрями, такими же, как у Брента и Девлина.

Борясь с подкатившими слезами, и чувствуя, что проигрываю, я резко развернувшись устремилась к двери, но была на лету поймана Девлином, и поставлена на прежнее место.

— Хм, малыш, говоришь… — Девлин с усмешкой смотрел на Конни. — И, можно мне, пожалуйста адрес той клиники, где тебе поставили такой диагноз.

— Зачем? — опешив спросила Констанс.

— А затем, дорогая, чтобы я мог предъявить судебный иск тем шарлатанам, что там работают. Ты, наверное, этого не знала, но, я уже давно, во избежание подобных случаев, когда чересчур настроенные на брак особы пытались шантажом заманить меня под венец, сделал себе вазэктомию. Так что, извини, но твоя легенда не сработала!

Никогда не видела более жалкого зрелища, чем представляла собой Констанс в тот момент. Резко растеряв всю свою самоуверенность, она с кулаками набросилась на Девлина:

— Негодяй! Ты даже это предусмотрел! Да, я не беременна, но что мне оставалось делать? У нас ведь всё было прекрасно, пока не появилась эта дрянь, — тут она ткнула пальцем в мою сторону. — Зачем, ты вообще вернулась? — это она уже ко мне. — Сидела бы на месте, а по истечении траура снова бы вышла за кого-нибудь… Ты же любого подцепить сможешь, зачем тебе Девлин? Он мой, понимаешь? Мой!

Она кинулась ко мне, с намерением расцарапать мне лицо, и не среагируй Девлин, ей бы это удалось.

Дев ничуть не церемонясь, схватив её в охапку, буквально вышвырнул в коридор, велев секретарше немедленно вызвать охрану, и вывести бешеную фурию из здания.

Новости, обрушившиеся как снежный ком на голову, заставили меня присесть. Я ничего не понимала. Выходит, она не беременна?

Вернувшийся Девлин, присел на корточки возле моего стула:

— Ну, как ты? Прости, что не смог тебя уберечь от всей это грязи.

— Всё в порядке, — понемногу, я приходила в себя. — Вот только…

— Что? — беспокойство на его лице было таким уморительным, что я невольно улыбнулась, а затем, уже более серьёзным тоном продолжила:

— Жаль только, ну, насчёт вазэктомии…

Девлин расхохотался. Он хохотал так громко и весело, что я уже начала опасаться за состояние его рассудка. Странно, что я такого смешного спросила?

— Девлин, если, ты немедленно не прекратишь истерить, то, клянусь, что я тебя сейчас стукну чем-нибудь тяжёлым!

В моём голосе не было и тени улыбки. Почувствовав это, Дев, постепенно начал успокаиваться.

— А теперь, объясни, что я такого смешного сказала?

Продолжая улыбаться, он, тем не менее, ответил:

— Не было никакой вазэктомии, понимаешь? У неё контракт ещё на пять лет с известнейшим брендом нижнего белья. И ей беременеть категорически нельзя. Да, она килограммами глотала противозачаточные таблетки, лишь бы не навредить своей карьере. Просто она почему-то сейчас совершенно позабыла о том, что мне это известно. Зато видела, как она быстро спалилась? То-то! Я стреляный воробей, меня на хлебном мякише не проведёшь!

Он снова улыбнулся. А я, злорадно подумала о том, как бы он отреагировал на то, если бы узнал, что у него уже есть пятилетний сын? Надо бы их поскорее познакомить.

Решено, на выходные попрошу Девлина отвезти меня к маме, и там сделаю ему сюрприз.

— Чему это ты там улыбаешься? — спросил заинтересованный Девлин. — Вот прямо чувствую, что ты, что-то задумала.

— Всё в порядке! — поспешила заверить я его. — Просто, я сейчас поняла, как же сильно я тебя люблю!

Мне никогда не забыть выражение счастья, появившегося на его лице при этом моём признании:

— А я тебя! Не оставляй меня больше! Никогда!

* * *

Взбешённая Констанс мерила шагами номер отеля, в котором остановилась по приезде в Нью-Йорк. То, как с ней обошёлся бывший возлюбленный, да ещё в присутствии этой своей «прислуги», не может оставаться безнаказанным.

— Нужно срочно что-то придумать. Нельзя позволить этим двоим смеяться за моей спиной. Я им этого не позволю!

Внезапно мелькнувшая мысль, заставила её замереть на месте:

— Точно! И, как же я, сразу об этом не подумала? Почему она вернулась? Почему не осталась в этой своей Колумбии, или где она там ещё была?

С минуту обдумывая свои дальнейшие действия, она набрала номер телефона:

— Алло! Здравствуйте. Я хочу заказать билет на ближайший рейс в Боготу…

— Прекрасно! — положив трубку, Конни довольно потёрла ладони:

— Ничего, выскочка, я чувствую, что ты что-то скрываешь. И очень скоро выясню, что именно!