Следующие два дня Клэр старалась хоть чем-нибудь занять себя, лишь бы не думать о статье, которая вскоре появится в газете. Она бродила по полям, заглядывала в амбары, убеждаясь, что они готовы к сбору урожая, ежедневно навещала Гюнтера вместе с Лулу и Эмили.

Газета «Глоб» выходила два раза в неделю – по вторникам и субботам. В субботу рано утром Клэр отправилась в город, надеясь купить газету раньше, чем это сделает Лулу. Шагая по главной улице к лавке, она слышала перешептывания горожан, видела, как ее провожают любопытными взглядами. Высоко подняв голову, Клэр вошла в лавку, купила газету и вышла.

Несколько проходящих мимо женщин заметили ее и с немым упреком приподняли брови. Клэр слышала, как они зашушукались за ее спиной и мысленно ужаснулась: что настрочил о ней Гарри Вейсел? Холодея от страха, она торопливо забралась в коляску. Остановившись у своего дома, она привязала лошадь к коновязи и поспешила в спальню, чтобы спокойно прочесть газету.

Статья помещалась на первой странице, на самом видном месте. Покусывая нижнюю губу, Клэр быстро просмотрела статью и отшвырнула газету. Как она и боялась, Гарри Вейсел представил дело так, будто она готова принимать под своей крышей людей самой сомнительной репутации.

Борясь с тошнотой, Клэр уставилась в окно. Теперь никто не станет снимать у нее комнаты – кроме неразборчивых мужчин, на которых намекал автор статьи.

– Клэр, милочка! – послышался снизу голос Лулу. – Вы не хотите съездить с нами в город?

– Нет, спасибо, – отозвалась Клэр. – У меня разболелась голова.

Она дождалась, когда коляска скрылась вдалеке, потом выбежала из дома, быстро дошла до берега реки и задумчиво села на траву. Запасы провизии в доме уже кончались, вскоре рабочих лошадей и дойных коров будет нечем кормить. Сколько времени работники еще согласятся ждать обещанного жалованья? А Лулу? Где взять денег, чтобы расплатиться со всеми?

Ее сердце забилось, дыхание участилось. Стиснув кулаки, Клэр пыталась успокоиться, дышать ровно и глубоко, борясь с подступающими рыданиями. Чуть не плача, Клэр прижала ладони к вискам, стараясь отогнать жуткие воспоминания.

Внезапно откуда-то сверху послышался голос Тайлера, зовущего ее. Ужасающие видения рассеялись, оставив Клэр потрясенной и опустошенной. Она подтянула колени к груди, глядя, как Тайлер спускается по пологому склону к берегу.

– Вот вы где! В доме нет не души. Я уже начал беспокоиться.

Клэр не ответила. Тайлер присел рядом, вглядываясь в ее лицо. Он понимал, что она чем-то озабочена, но не мог сообразить, в чем дело.

– Вы читали сегодняшнюю газету?

Клэр кивнула:

– Теперь я наверняка лишусь дома. Никто больше не захочет снимать у меня комнаты. А до сбора урожая осталось две недели! Потом придется ждать еще неделю, пока табак не высохнет. Не знаю, как мне теперь быть…

– Выходите за меня замуж.

Клэр порывисто вскинула голову:

– Что вы сказали?

Слова слетели с губ Тайлера неожиданно для него самого. Свое предложение он представлял совсем иным, но теперь, когда заветные слова вырвались у него, он почувствовал, как близок к победе, и вздохнул с облегчением. Он встал на колено, взял ладонь Клэр и накрыл ее своей ладонью.

– Выходите за меня замуж, Клэр.

– Значит, я не ослышалась.

Тайлер поднес ее руку к губам и поцеловал, глядя в ее глаза.

– Так вы согласны?

Клэр казалось, что ее сердце разорвется. Она всматривалась в привлекательное лицо Тайлера. Он хочет жениться на ней! Она не верила своим ушам, ее одолевали сомнения. Предложение было сделано так внезапно! Ей надо было подумать. Предательство Ланса поколебало ее веру в собственную способность принимать здравые решения.

– Я… не знаю, – с запинкой выговорила она.

– Чем же я могу убедить вас?

Клэр ласково провела ладонью по его щеке.

– Прошу, поймите меня, Тайлер. Я доверяла Лансу, а он предал меня. Я не хочу, чтобы такое повторилось. – Она встала и пошла по берегу реки, погрузившись в раздумья.

Тайлер догнал ее и обнял за талию, покрывая шею нежными поцелуями.

– Клэр, вы любили Ланса? – тихо спросил он.

Долгое время она молчала, затем покачала головой:

– Нет, я была увлечена им.

– А теперь вы увлечены мной?

Клэр вздохнула. Она не сомневалась в том, что любит Тайлера. Но она совсем недавно лишилась жениха. Что скажут люди, если узнают, что она сразу же приняла предложение другого человека?

– А что подумают люди? – спросила она. – Весь город знает, что этой осенью я собиралась выйти за Ланса.

– Неужели вам не все равно, что скажут люди? – хрипловато спросил Тайлер. – Рано или поздно они все равно узнают, что Ланс расторг помолвку.

Его голос и прикосновения были настолько ободряющими, что Клэр подмывало забыть об осторожности. Но будущее сестры тревожило ее.

– Я не хочу, чтобы Эмили стала жертвой сплетен.

– Сплетники умолкнут, как только мы поженимся. Мы станем мужем и женой. Разве Эмили не порадуется этому? И вам не придется сдавать комнаты. Это окончательно заткнет сплетникам рты.

Он был прав. Более того, Эмили сразу невзлюбила Ланса и почти мгновенно доверилась Тайлеру. Он и вправду оказался добрым, надежным человеком, напоминающим Клэр ее отца. А если он просто решил в очередной раз прийти на помощь? Ведь он ни разу не обмолвился, что любит ее. Клэр не хотела повторять ту же ошибку, которую совершила, увлекшись Лансом. Она обернулась к Тайлеру, пытливо вглядываясь в его глаза:

– Почему вы хотите жениться на мне?

Тайлер понял: от его ответа зависит, примет ли она его предложение. Но он не мог заставить себя признаться ей в любви. Пожалуй, он сумел бы честно сказать, что его влечет к ней, что ему нужна ее земля. Но выговорить слова, которых ждала Клэр, он был не в силах.

Однако он понимал, как важно убедить ее согласиться, пока они не вернулись в дом. Дав Клэр время на размышления, он рискует навсегда потерять ее.

Тайлер зажал в ладонях ее лицо.

– По множеству причин, – объяснил он, пристально глядя ей в глаза. – Эти причины – ваша чудесная улыбка, этот гордый нос, – он поцеловал ее в губы и в кончик носа, а потом в опущенные веки, – и эти изумительные глаза. – Он провел кончиками пальцев по ее рукам. – А еще – ваша красота, изящество, приветливость и доброта. – Он медленно привлек ее к себе, приник к ее губам, чувствуя, как забилось сердце в груди Клэр, и хрипло прошептал ей на ухо: – Вы воспламенили во мне страсть, Клэр. Я хочу видеть вас, просыпаясь по утрам в одной постели. Мы можем быть счастливы. Только скажите, что вы согласны стать моей женой.

Завороженная его словами, губами и лаской, Клэр пыталась собраться с мыслями. Она понимала, что Тайлер будет добр к ней и к Эмили. У нее снова появится семья, будущее перестанет казаться пугающим. Тайлер прав во всем. Что с того, если кому-то их брак покажется слишком скорым? Она вправе распоряжаться своей жизнью. Ради счастья близких людей Клэр была готова на все.

Она подняла голову, всматриваясь в глаза Тайлера – честные, умные глаза человека, заслуживающего доверия, – и наконец кивнула:

– Я согласна.

Тайлер с облегчением рассмеялся, а Клэр ахнула, когда он вдруг заключил ее в объятия, чуть не сбив с ног. Она рассмеялась вместе с ним и снова ахнула, когда он сжал ее лицо в ладонях и поцеловал. Тайлер широко улыбался, что прежде с ним случалось довольно редко.

– Замечательно! – воскликнул он.

Держась за руки, они зашагали к дому.

– Когда же состоится наша свадьба? – спросила Клэр.

На краткий миг Тайлер растерялся.

– Об этом я еще не думал.

– Может быть, после сбора урожая? – Мысленно Клэр уже начала строить планы. – Мы можем устроить большой праздник, пригласить всех работников с женами… Значит, придется заняться приготовлениями – какая удача, что у нас есть Лулу! И конечно, Эмили будет моей подружкой, а Джонас – шафером или же посаженым отцом. – Она помедлила, переводя дыхание, и добавила: – Представляю, как все удивятся!

– По-моему, Эмили ничуть не удивится, – возразил Тайлер. – Она уже намекала, что я влюблен в вас.

– Скверная девчонка! – воскликнула Клэр.

– Но она оказалась права. – Тайлер остановился, привлек к себе Клэр и уставился на нее, внезапно посерьезнев. – Давай скрепим наше соглашение поцелуем.

Увидев, что он склоняется к ней, Клэр закрыла глаза. Она вновь ощутила теплое прикосновение его губ, сильные руки у нее на спине и вдруг почувствовала, что ей больше ничто не угрожает. Только слова Тайлера – «наше соглашение» – почему-то тревожили ее.

Казалось, он просто заключил сделку.

Клэр взяла с Тайлера слово хранить молчание, чтобы сделать близким сюрприз. За ужином, когда вокруг стола собрались Лулу, Эмили, Джонас и миссис Паркс, Клэр попросила Лулу рассказать всем, удалось ли ей навестить Гюнтера.

– Бедный мальчик держится молодцом, – сообщила Лулу, – хотя его посадили в холодную и сырую камеру. Правда, ангелочек?

– Он просил передать всем привет и спрашивал, отправила ли ты телеграмму его родным, Сиси.

– Разумеется! – Вспомнив, какими взглядами и перешептыванием провожали ее горожане, Клэр съежилась от унижения. Должно быть, весь город уже считает ее падшей женщиной.

Внезапно Тайлер пожал ей руку под столом, сверкнул улыбкой, и Клэр невольно улыбнулась в ответ.

– Эй, вы! – загрохотала Лулу. – Что происходит? Когда мы вернулись домой, вы, милочка, были похожи на хитрющую кошку, которая только что слопала канарейку.

Клэр переглянулась с Тайлером, вопросительно подняв брови. Он кивнул, и Клэр просияла.

– Мы с Тайлером решили пожениться.

Все присутствующие ахнули. Лулу вскочила, Эмили бросилась к сестре, обняла ее и запрыгала на месте, приговаривая: «Я знала! Я знала!» Джонас отечески ущипнул Клэр за щеку, а миссис Паркс сжала ее ладонь.

– Твой отец наверняка радуется за тебя, дорогая, – заверила пожилая женщина. – Он одобрил бы твой выбор. Ты выходишь замуж за порядочного человека. Поздравляю вас обоих!

– И когда же состоится это знаменательное событие? – осведомилась Лулу.

Клэр опять переглянулась с Тайлером.

– После сбора урожая.

– Тогда давайте выпьем за счастливую пару! – предложил Джонас. – В доме найдется вино?

– Миссис Паркс, у отца в погребе не осталось ни одной бутылки? – спросила Клэр.

– Почему же, детка! Он всегда приберегал вино для особых случаев.

– А разве этот случай не особый? – воскликнула Лулу. – Я сейчас же спущусь в погреб и разыщу вино.

– Позвольте, я сделаю это сам, – предложил Тайлер, вставая.

Джонас тоже поднялся:

– А я помогу тебе, Тай. Дамы, наберитесь терпения: мы скоро вернемся.

Тайлер спускался в погреб по узкой лестнице, держа перед собой фонарь, Джонас следовал за ним.

– Насколько я понимаю, Клэр посвящена в твои планы?

– Ты же только что видел ее. Разве она выглядит несчастной? – Тайлер увидел несколько бутылок, лежавших на боку на полке, и передал фонарь Джонасу.

– Стало быть, ты утаил от нее правду? – укоризненно допытывался Джонас.

Тайлер взял бутылку за горлышко, смахнул с нее пыль и прочел этикетку.

– Вот то, что мы искали. – Обернувшись к помощнику, он заметил упрек в его глазах. – Да, утаил, Джонас.

– Тай, ты же ненавидишь ложь. Почему ты не сообщил ей свои условия, прежде чем она согласилась принять твое предложение?

– Теперь говорить об этом уже слишком поздно, – отрезал Тайлер.

– Но о помолвке знают только близкие Клэр. Она может отклонить предложение, ничем не рискуя.

Тайлер смерил его холодным взглядом.

– Мне стоило немалых трудов убедить ее выйти за меня замуж. Я не собираюсь менять планы. И потом, она только что прочла статью в газете и совсем пала духом. Зачем же наносить ей новый удар, сообщая о моих условиях? Как бы ты поступил на моем месте?

– Признался бы во всем.

– Но ты не на моем месте. – Тайлер сделал паузу. – А мне просто помешала совесть. – Он не рискнул признаться, что ему попросту не хватило смелости. Он слишком боялся отказа.

– Когда же ты объяснишь ей все?

Тайлер начал подниматься по лестнице.

– Скоро. Очень скоро.

В воскресенье Клэр, Эмили, миссис Паркс и Лулу отправились в городскую церковь. Лулу согласилась неохотно, только по настоянию Эмили – по крайней мере так она сказала. Но во время службы она распевала гимны с неподдельным воодушевлением.

Они заняли скамью в последнем ряду, чтобы не привлекать любопытные взгляды. Клэр пыталась сосредоточиться на проповеди, но мысли уводили ее к Тайлеру и его неожиданному предложению. Может быть, она слишком поспешила с согласием? Клэр принялась мысленно составлять список всех причин, по которым она должна выйти за Тайлера, и они перевесили все противоположные доводы. В сущности, в список под заголовком «Против» попали всего две причины, но, к сожалению, весьма важные.

Вправе ли она доверять своим суждениям? Клэр терзали сомнения. Перечисляя причины, по которым он предложил ей руку и сердце, Тайлер не назвал самой главной, самой желанной для Клэр. Она так и не узнала, любит он ее или нет.

Но брак с Тайлером принесет ей немало преимуществ, так зачем же считать любовь самой веской причиной? Он неравнодушен к ней, его влечет к ней, он готов позаботиться об Эмили. Разве этого мало?

После церковной службы они зашли навестить Гюнтера.

– Доброе утро, дамы, – произнес Уилбур Симонс, глядя только на Клэр. – Пришли к заключенному?

– У него есть имя, – напомнила Лулу. – Вот и зовите его по имени.

– Что у вас там? – спросил шериф, указывая на сверток.

– Сливочный кекс, – вызывающе ответила Лулу. – Хотите проверить, не спрятан ли в нем напильник?

Раздраженно отвернувшись, шериф жестом велел помощнику отпереть дверь тюрьмы. Пропустив мимо посетительниц, Симонс остановил Клэр.

– Как поживаете, Сиси? Думаю, вам было неприятно увидеть ту статью в газете.

Клэр помогла Эмили войти в дверь.

– Да, в ней нет ни слова правды.

– Как я уже говорил, – продолжал шериф, понизив голос, – вам в доме нужен мужчина, способный позаботиться о вас.

– И вскоре он появится, – дерзко заявила Эмили, оглянувшись на пороге. – Клэр помолвлена с Тайлером Маккейном.

Симонс уставился на Клэр в явном замешательстве.

– Но ведь у вас уже есть жених.

Клэр почувствовала, как густо краснеют ее щеки.

– Наши с Логаном пути разошлись, шериф.

Долгую минуту Симонс молчал, сжимая и вновь разжимая кулаки. Ярость в глазах шерифа ошеломила Клэр.

Он кивнул в сторону двери:

– Идите к заключенному. В вашем распоряжении только десять минут.

До этого момента Клэр не принимала его ухаживания всерьез и только теперь осознала, что все это время Симонс лелеял мечту стать ее мужем. Она была безмерно благодарна Тайлеру за то, что он сделал ей предложение первым; ей вовсе не хотелось ранить чувства шерифа.

Всю дорогу до дома Реджинальда Бута Уилбур Симонс что-то бормотал себе под нос. Прохожие оборачивались ему вслед, но он ничего не замечал. Он с самого начала не доверял этому Маккейну, считая его мошенником. Подумать только, его Сиси согласилась стать женой известного ловеласа и шулера!

Он заколотил кулаком в дверь элегантного кирпичного особняка:

– Мистер Бут!

Через несколько минут дверь открылась, Бут вышел на крыльцо и прикрыл дверь за собой. Несмотря на то что вечер еще не наступил, Бут был в одном домашнем халате.

– Ну что там еще, шериф? – раздраженно выпалил Бут. – Я занят!

– Мистер Бут, этот мерзавец Маккейн женится на Сиси!

Лицо банкира мгновенно стало скучающим.

– Как и следовало ожидать.

Симонс стиснул кулаки, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу.

– Но этого я не могу допустить!

Бут прислонился к дверному косяку и скрестил руки на груди.

– И чего же вы хотите от меня?

– Поговорите с Маккейном, он послушает вас.

– Что я ему скажу? Чтобы он отказался от Клэр в вашу пользу? А как поступили бы вы на его месте?

Уилбур Симонс сконфуженно заморгал:

– Пожалуй, не согласился бы…

– Я уже говорил: мне нет дела до того, кто женится на этой девчонке! Главное – заполучить ее землю.

Симонс окончательно растерялся. Он всегда помогал Буту, даже когда шел наперекор собственной совести. И теперь шериф не мог понять, почему банкир не пожелал оказать ему ответную услугу.

– Но послушайте, мистер Бут… – начал он.

Бут шагнул в дом.

– Шериф, мне нет дела до удач или бед вашей личной жизни. А теперь прошу меня простить – я не один. – И с этими словами он захлопнул дверь перед носом Симонса.

Ошарашенный Симонс побрел обратно. Стало быть, и Бут, и Маккейн используют Сиси, чтобы добиться своего! Маккейну она безразлична – в отличие от него, Уилбура. Шериф знал Сиси с детства и не собирался давать ее в обиду – достаточно и того, что ей пришлось многое пережить. Симонс понимал, что сам причинил Клэр немало страданий, чтобы угодить Буту, но теперь решил загладить вину. Он не позволит Сиси жертвовать собой ради какого-то ничтожества, пароходного шулера! Пришло время рассказать ей правду о человеке, за которого она собралась замуж.