Омега в новом мире (СИ)

Олие Ольга

Жил в своем мире, горя не знал, поклонников отгонял, но кто же знал, что не все альфы окажутся понятливые, и благодаря одному из них я окажусь неизвестно где, неизвестно с кем, причем, там, где об альфах и омегах слыхом не слыхивали, более того, связь между мужчинами старались тщательно скрывать. И что же мне теперь делать? Как быть? Но, выход ведь есть всегда, главное, его найти…

 

Пролог

— Тим, твой выход! — ворвался ко мне в гримерку наш распорядитель. — Ты еще не одет?! — завопил он, заметив, что сижу я еще в одном полотенце и курю, задумчиво глядя на себя в зеркало.

— Не вопи! — скривился я. — Это дело трех секунд, — что я ему и продемонстрировал, быстро натянув стринги, как же они меня раздражают, но специфика работы обязывает, длинные белые расклешенные брюки с разрезами впереди, жилетку, тоже белого цвета и, разведя руки в стороны, резюмировал. — Вуаля!

— Пойдем быстрее, народ заждался, — чуть ли не хватая меня за руку, хорошо, успел вовремя вырвать, а то его вечно липкие и потные руки доводят меня до нервного тика, стал подгонять к выходу.

На сцене, где я должен был выступать, уже играла музыка, мое вступление. Плавно, словно пантера перед нападением, я двинулся на подиум.

Завидев меня, зал взорвался аплодисментами. А я, уже ни на кого не обращая внимания, стал двигаться в такт музыке. Она пьянила, завораживала, окрыляла.

Я парил, не обращая ни на кого внимания. Разворот, сальто, прыжок, после которого я изгибаюсь, поднимая ногу вверх, просовывая ее в петлю, после чего, повиснув, делаю оборот, вися вниз головой, резкий рывок, цепляюсь за веревку, подтягиваюсь и крепление возносит меня к потолку, где я продолжаю парить, кружиться и изгибаться, словно раненая птица.

Музыка заканчивается, меня опускают вниз, на сцену, где на последних аккордах я просто падаю изломанной куклой.

Сначала в зале стояла оглушительная тишина, а потом… От шквала аплодисментов даже заложило уши.

Поклонившись всем, поймал множество похотливых взглядов альф, не обратив на них внимания, схватил веники… Ой, то есть, цветы, и, гордо задрав голову, удалился за кулисы.

В гримерке стал быстро переодеваться. Глянув на себя в зеркало, удовлетворенно хмыкнул.

Темные, почти черные волосы до плеч разметались по плечам. Темно-карие глаза блестели от той порции адреналина, которую я получил от танца. Они моя жизнь, моя отдушина. Еще с раннего детства отец-альфа отдал меня в спортивные танцы, и я не пожалел об этом ни разу. Мне нравилось танцевать, нравилось парить. В танце я всегда выплескивал свои эмоции: боль, радость, злость, раздражение…

В зависимости от настроения был и танец. А раздражение и злость бывали только на особо ретивых альф, которые почему-то считали, что если танцор, то обязательно шлюха. Я их убеждений не разделял. Причем, многие мои друзья удивлялись, что в свои двадцать один я все еще был девственником. Да, течка у меня началась три года назад, но я попросил папу найти мне подавляющие желание и запах таблетки, благо, такие уже придумали для таких омег, как я. Вот они мне и помогали справляться с собой.

Некоторые альфы с первого раза понимали слово «нет», но таких было мало. Все почему-то считали, что я стараюсь набить себе цену. И только физическое объяснение могло их убедить. Но и тут выходили накладки. Если многим этого было достаточно, то находились и те, кто еще сильнее пытался уложить меня в свою постель. От таких приходилось прятаться долго и упорно, так как на них уже даже не действовали мои приемы.

Закурив, стал рассматривать себя дальше. Слегка пухлые губы блестели от порхающего по ним языка. Тело было субтильным, несмотря на то, что отец столько лет заставлял меня заниматься айкидо. Да и спортивные танцы тоже должны были дать результат, но… Как был тощий омежка, так и остался.

Радовало только то, что постоять за себя я мог. Особо наглым альфам, которые, посчитав меня слишком доступным, мог и раскрасить их смазливые самоуверенные лица. А то и по достоинству врезать, а уж результат меня не волновал. Подумаешь, импотентом станет, невелика беда, меньше руки распускать будет.

Задумавшись, не заметил, что я уже не один.

— Ты же Тим? Тебя хочет видеть мой босс, — от этого голоса я вздрогнул, повернувшись, чтобы оглядеть с ног до головы этакого «шкафчика».

— И что? Я должен сразу подорваться и, улыбаясь во все тридцать два, мчаться в его объятия? — съязвил я, но тот довольно серьезно кивнул. Ну вот, еще один на мою голову. Как же меня все это достало. И что такого крутого занесло в наше довольно спокойное заведение? Не мог он пойти куда-нибудь покруче?

— Пошли, босс ждать не любит, — заметил тот, хватая меня за локоть.

— А ну, грабли убери! — вырвав руку, ощетинился я. — Как буду готов, выйду. А сейчас пошел вон! Мне переодеться надо, — стал огрызаться я, так как до сих пор находился в длинных белых брюках с разрезом и жилетке.

Но, вопреки моим надеждам, что этот тип покинет гримерку, меня просто-напросто резко взвалили на плечо и понесли.

— Эй! Урод! Отпусти меня! Гад! Придурок! — я что есть мочи колотил по его спине, отбивая кулаки. Все мои оскорбления он пропускал мимо ушей.

Вынеся меня в общий зал, этот горилла поставил меня на пол перед столом единственного сидящего за ним альфы. Это был мужчина, лет сорока, с короткой стрижкой русых волос. Его почти бесцветные, светло-серые глаза смотрели на меня в упор. Я твердо выдержал его взгляд.

— И как это называется? — возмутился я. — Даже переодеться не дали. Что вам от меня надо?

— Ты мне понравился, — заметил он. — Присаживайся, — королевский жест рукой. Меня это покоробило. — Ты ведь наверняка голоден? — осведомился он.

— Я постою, — заметил я. — И поем я дома, спасибо за приглашение.

— Я сказал, сядь, — рявкнул альфа, мне с трудом удалось удержаться на ногах, но поджилки от этого рыка затряслись.

— А я сказал нет! — как бы страшно мне ни было, но я не сдавался. Ко мне подошел еще один громила, собираясь схватить за шкварки, но я увернулся, резко врезав ему под колени, чего он явно не ожидал, потому тяжелой тушей осел на пол. А ко мне бросились еще двое, но тот самый альфа всего лишь поднял руку вверх, останавливая их. Они застыли по стойке «смирно». Вот это выучка.

— Строптивый, — даже языком прищелкнул альфа. — Тем интереснее будет ломать, — я едва не задохнулся от возмущения. Самоуверенный гад.

— Послушай, урод, — меня понесло, чувство самосохранения приказало долго жить. — Если ты такой крутой, и считаешь, что тебе все позволено, то глубоко заблуждаешься. Я не собираюсь становиться твоей подстилкой. Тебе лучше поискать в другом месте.

— Тебя и спрашивать никто не станет, — слишком спокойно заметил он. Я огляделся вокруг, за нашей перебранкой наблюдал весь зал, но никто не спешил мне на помощь. Неужели все настолько боятся этого типа? И где вообще сам хозяин этого кафе, в котором я раз в неделю танцевал, чтобы повысить его доход? Вот когда надо его нет. Что за напасть? А может…

Мне даже думать не хотелось о том, что этот гад, который и сам не раз ко мне подкатывал, оказался такой сволочью, что продал меня этому типу. Ведь недаром он так и не вышел, хотя, я просто уверен, наблюдал за нами из своего кабинета на втором этаже, окно которого как раз выходит в зал для посетителей.

Ко мне все-таки подскочили еще двое амбалов и усадили-таки за стол. Я стал судорожно шарить по нему глазами, соображая, что можно сделать, чтобы отвлечь от себя внимание. И тут мой взгляд упал на дымящуюся тарелку горячего жаркого.

Пока этот тип давал указание своим шестеркам, я схватил горшочек и со всей дури бросил в альфу, уклониться он не успел, так как в этот момент повернулся к одному из своих «шестерок», давая указания. Я попал прямо в лицо, разбившись, вся горячая масса растеклась по наглой морде альфы, а я, пока он был в секундном ступоре и едва не взвыл от боли, что есть мочи бросился бежать, лавируя между столиками. Никто, ни один посетитель не встал и не заступился за меня, хотя там были многие из тех, кого я знал лично, более того, с кем поддерживал более-менее дружеские отношения. И вот они все сидели застывшими статуями, даже не бросившись ко мне на помощь. Мне только и оставалось на бегу бросать на них презрительные взгляды. И ведь ни одна зараза не соизволила вызвать полицию.

— Стреляй по ногам! — заорал альфа, что только придало мне ускорения. Ни фига себе! В людном месте он собрался стрелять? Вообще с ума сошел? Это же кем надо быть, чтобы вот так, безнаказанно творить такой беспредел среди кучи народа.

Позади раздался один, за ним другой выстрел. Я петлял, как заяц, то подскакивая, то изгибаясь. В зале раздались крики, вопли. Многие тут же полезли под стол прятаться от пуль, чтобы не зацепило и их ненароком. Трусы.

До спасительного выхода оставалось, наверное метра три. Услышав очередной выстрел, я пригнулся. Меня бесило и раздражало то, что сильным мира сего позволено все, даже стрелять в людном месте и никто так и не соизволил вызвать полицию.

И тут спину опалило жаром, а резкая боль и толчок неимоверной силы опрокинул меня на пол. У меня горело все внутри, казалось, что выжигают внутренности, дышать становилось все труднее, перед глазами замелькали темные круги. За что? Почему?

— Идиот, ты что наделал?! — завопил надо мной альфа. — Я же сказал стрелять по ногам, а ты… — распалялся мужчина. В его голосе я услышал только злость и раздражение, что игрушка резко сломалась и вышла из строя. А он даже не успел с ней поиграть.

— Я и стрелял по ногам, — стал оправдываться тот, на кого орали. — Кто же знал, что он пригнется.

Последней мыслью было, что бедные мои родители, как же они воспримут известие о моей смерти, они просто с ума сойдут. Да еще и папа носит очередного ребенка, да и у старшего брата скоро тоже родится малыш. Хоть бы с ними ничего не случилось. Такое известие кого угодно подкосит.

Больше я ничего не слышал, проваливаясь в темноту.

 

Глава 1

— Ох! Как же хорошо я выспался, — потянулся я и только потом сообразил, что лежу на чем-то жестком, зато у меня под боком какой-то мягкий комочек, от которого было так уютно, так тепло и хорошо.

Открыв глаза, тут же подскочил, как ужаленный, едва не вывалившись из гнезда, в котором, собственно, и находился.

— Еперный театр! Где это я? Как тут оказался? — я оглядывался вокруг, пытаясь вспомнить события вчерашнего дня. Пока ничего не получалось, я даже напрягся, от чего голова загудела так, будто по ней кувалдой долбанули. Птенец проснулся и недоуменно посмотрел на меня. Мне ничего не оставалось, как присесть на корточки и посмотреть на это пушистое чудо, у которого тело было чешуйчатым, хвост коротким. Крылья как раз оказались очень пушистыми и мягкими. Перышки были тонкими, как пушинки. Я даже руку протянул и погладил. Птенец заурчал от удовольствия.

Что же мне делать теперь? Куда идти? И как вообще спуститься? Кто этот птенец? И где его мама? Обследуя тот небольшой пятачок, на котором я находился, заметил узкую тропку, спускающуюся с горы. Оставив малыша одного, чему он явно не обрадовался, я двинулся к тропе.

Очень медленно, стараясь не споткнуться, стал спускаться вниз. Пару раз упал, ободрав ноги. Дойдя до середины, нашел большой камень и решил передохнуть. Захотелось курить, но, похлопав себя по бокам, не обнаружил ни одного кармана, не говоря уже о сигаретах и зажигалке. Горестно вздохнув, пришлось топать дальше. Только не успел я ступить и шага, как небо потемнело, я даже испугался. Подняв голову, едва не бросился бежать без оглядки, уже не обращая внимания на то, что могу поломать себе ноги.

Но никуда двинуться я так и не успел. Меня вдруг резко подхватили в когти и понесли обратно в гнездо.

— Да что же это творится, люди добрые?! — заорал я, и едва не отключился, когда эта птица вдруг заговорила вполне себе нормальным языком.

— Ты чего орешь, ненормальный? — все, это точно клиника. Как это птицы разговаривают. Может я с ума сошел? Или сплю? А мне снится такой сон.

— А ты что, говорить умеешь? — задал я идиотский вопрос, от которого птица, понятное дело, просто расхохоталась, едва не выронив меня.

— А с кем ты сейчас разговариваешь? — удивилась она. — С фантомом самого себя? — я только хотел кивнуть, что все понял и больше не задавать пока вопросов, как мой взгляд упал вниз. Я едва не заорал. Мы находились высоко-высоко над зеленой равниной, на которой блестело озеро, вода в котором была настолько чистая, что я даже успел заметить дно.

Но тут же закрыл глаза. Мне стало очень страшно. А вдруг она меня не удержит и просто выронит из когтей? И только когда почувствовал под боком пушистый комок, приоткрыл один глаз, посмотрел на птенца, который бодренько забирался мне на колени и урчал, словно довольный, объевшийся сметаны кот.

Я машинально погладил пернатого, задумавшись о том, кто же я и откуда взялся. Мыслей в голове не было никаких. Рядом с гнездом приземлилась эта огромная птица и пронзительно посмотрела на меня.

— Кто ты и откуда тут взялся? — спросила она, на что я просто неопределенно пожал плечами, ответив правду:

— Я пытаюсь вспомнить, но не могу. Не получается, словно туман в голове, — все еще пытался напрячь мозги я, от чего голова сразу же заболела. Но птенец провел по лбу крылом, забравшись на плечо, и мне сразу стало легче. — Ух ты! — восхитился я. — И никакое обезболивающее не надо, — потом я задумался. — Сейчас бы сигаретку, — мечтательно произнес я, и сам удивился своему желанию.

— Что есть си-га-рет-ка? — спросила птица, я попытался объяснить ей что это такое и с чем его едят, но она ничего не поняла. А мне пришлось махнуть рукой.

— Как же мне понять кто я? — удрученно спросил у нее я. — И откуда я вообще взялся? И куда мне идти? Что делать? У меня же наверняка есть родители, которые волнуются обо мне.

— У тебя странный запах, — принюхиваясь, заметила птица, — Я такого никогда не слышала ни от кого. Ты явно не из этого мира.

— Почему так решила? — удивленно воззрился на нее я. — И кстати, ты так и не ответила, кто ты, — напомнил я, на что она стала рассказывать:

— Я птица-драгар, или, как меня еще называют, птица Судьбы, но… — заметив мой горящий взгляд, продолжила. — Тебе я помочь не могу, я не чувствую тебя.

— Как это не чувствуешь? — я поражался все больше и больше. — Вот он я, сижу рядом с тобой, разговариваю. Почему же ты меня не чувствуешь?

— Глупый, — засмеялась она. — Я не могу почувствовать тебя, как часть этого мира, я не вижу твою судьбу, вообще тебя не вижу. Ты вот сидишь со мной, но в тоже время тебя тут нет.

Я задумался, как такое возможно. Но если она не видит меня, то как я вообще тут оказался? Что здесь делаю и что это вообще за мир такой. О чем и поспешил у нее спросить:

— Скажи, а что это за мир? — она села поудобнее, не удивившись моему вопросу, и стала рассказывать, а я очень внимательно ее слушал.

— Наш мир относительно молодой, ему всего две тысячи лет. Имеет он пять материков, три океана, и шесть морей. Каждый материк делят между собой различные существа. На самом большом, Дигнаре, живут люди, гномы и светлые эльфы, они, по большей части, обитают в лесах, изредка появляясь в селениях и городах людей. На втором материке — Нирте, живут вампиры и наги, они занимаются разведением лошадей и изготовлением эликсиров, к ним лучше не попадать, иначе станешь подопытным в их лабораториях и донором. На третьем материке живут драконы, они самые могущественные и мудрые существа. На четвертом обитают темные эльфы и оборотни. Как они нашли между собой общий язык остается загадкой, которую никто не может разгадать, но это факт, они прекрасно уживаются. Только темные живут глубоко под землей, а оборотни на поверхности. И на пятом находимся сейчас мы. А еще здесь обитают вейлы, дриады, феи, но они живут в лесах. А вот долина, на которую ты так любовался, принадлежит единорогам. А вот там, — птица махнула крылом на другую сторону гор, — живут фениксы. Вот в общем-то и все, если вкратце, — закончила она.

— Очень интересно, но кто же тогда я? К какой расе отношусь? Ведь ничего, из того, что ты рассказала, не показалось мне знакомым, — и только она собралась ответить, как поодаль от нас раздался оглушительный грохот, будто кто-то стрелял, а у меня в этот момент все сжалось внутри, а в ушах раздался звук выстрелов, а так же голоса:

— По ногам стреляй…

— Я же тебе сказал куда стрелять…

— Я так и делал, а он пригнулся…

Сжав голову, застонал.

— Что с тобой? — обеспокоенно поинтересовалась птица, а птенец только прижался еще ближе, стараясь унять головную боль, но на этот раз она не спешила проходить. В голове проносились одна за другой картинки:

…Танец, где я парю под потолком…

…Отцы, один из которых уже с округлившимся животиком…

…Старший брат, который знакомит меня с супругом-омегой…

— Тебя хочет видеть мой босс…

— Ты мне понравился… Тебя ломать будет интереснее…

Что это? Неужели картинки моей прошлой жизни? И тут голову сдавило особенно сильно, от чего я едва не потерял сознание, но тут же все пазлы сложились в одну картинку, и я окончательно все вспомнил. Правда пока говорить не мог, так как горло сдавил спазм боли и горя.

— Ты вспомнил? — спросила птица, я только и смог, что согласно кивнуть. Это еще хорошо, что меня не торопили с ответом, я смог немного отдышаться и чуть-чуть восстановить дыхание. И только потом рассказал все о своей жизни. Кто я, как меня убили, за что. Вот только одного я не мог понять, как же я оказался совсем в другом мире, если меня убили. Как я смог выжить.

— Посмотри, у меня на спине ничего нет? — попросил я, снимая жилетку, а птица и птенец просто ахнули. — Что там? — забеспокоился я. — Не томите, — даже сам стал крутить головой, пытаясь хоть что-то рассмотреть, но мне это не удалось.

— У тебя крылья на спине, — с придыханием произнесла она. Я же при этом повел плечами, пытаясь хоть что-то почувствовать, но безуспешно.

— Почему же я их не чувствую? — удивился я.

— Потому что они у тебя будто нарисованные, как тату, — просветила меня крылатая, а я даже немного расстроился, что они ненастоящие.

— Значит, летать я не смогу? — расстроено поинтересовался я, а она только усмехнулась и ответила:

— Почему же не сможешь? Может когда-нибудь это и произойдет, когда ты встретишь ту единственную, то… — договорить я ей не дал, перебив:

— Скорее того единственного, так как я омега, и иметь отношений с девушками не могу в принципе, — пояснил я, а ее глаза стали просто огромными.

— Тяжело тебе будет, — тяжко вздохнула она. На мой удивленный взгляд пояснила. — В нашем мире отношения между мужчинами редкость. Да, они имеют место быть, но это стараются не афишировать, если только при брачном обряде сама Богиня Любви даст свое одобрение, а так…

Ей даже продолжать не пришлось, я и так все понял, от чего смутился и расстроился. Как же мне быть? И что делать в этом мире? Ни денег, ни еды у меня не было. Искать работу? Но я умею только танцевать, больше ничего. О своей проблеме я и рассказал птице. Она задумалась, но всего на мгновение, а потом выдала:

— Я думаю, что тебе пока надо в труппу к нашим бродячим музыкантам и менестрелям, ты пока можешь работать с ними, я думаю, если ты хороший танцор, то тебя примут без проблем, — я готов был в ладоши захлопать, что на горизонте замаячило хоть что-то, что поможет мне продержаться на плаву первое время и не умереть с голоду.

— А как я к ним попаду? — спросил я, оглядываясь вокруг.

— Я отнесу тебя на материк людей, именно там находится труппа бродячих музыкантов и артистов, а когда ты определишься, покину тебя, — тут ее клюв щелкнул, я так понял это она улыбнулась. — Но только на время. Периодически я буду навещать тебя, чтобы узнать как ты.

— А зачем тебе это? — мне было внове такое отношение, такая забота, потому я немного подозрительно отнесся к такому проявлению чувств.

— А вот этого я пока сказать тебе не могу, — снова щелкнув клювом, ответила она, — но скоро ты обо всем узнаешь, потерпи немного.

Пришлось заткнуться и больше вопросов не задавать. Когда она подставила свою спину, я с непонятной тоской посмотрел на птенца, за такой короткий промежуток времени я уже успел привязаться к этому пушистому чуду. Очень он мне понравился, но на мой сожалеющий взгляд, птица отрицательно покачала головой, словно поняв, о чем я думал, а именно взять это чудо с собой.

Чмокнув птенца в клювик, погладил по его перышкам, мне в руку выпало одно перо, которое я постарался вдеть в петлицу жилетки. Получилось. Стоило мне закончить, как перо тут же исчезло. Я уже было собрался расстроиться, как, проведя рукой по тому месту, нащупал его в целости и сохранности.

— Это не для людских глаз, — заметила птица, наблюдая за моими манипуляциями. Я на это только кивнул, еще раз чмокнул птенца в клюв и, кое-как забравшись на птицу, мы взмыли ввысь…

 

Глава 2

Пока мы летели, я уже с интересом рассматривал то, что проносилось прямо подо мной. Огромный синий океан, на котором в данный момент была тишь да гладь. Только изредка то тут, то там, играла рыба, сначала выныривая, потом снова возвращаясь в глубину океана.

На проплывающем мимо материке сновали существа, которые людьми точно не были. Бледная кожа, горящий взгляд, темные волосы, крылья, черного цвета, развевающиеся за спиной. А чуть поодаль суетились, как я понял, наги. Их змеиные хвосты ни с каким другим не спутаешь.

Дальше перед нами раскинулась уже беспокойная гладь моря. На волнах качались русалки и русалы, высматривая корабли и парусники. Это было красивое зрелище. Они будто стояли на волнах, двигаясь в такт с ними. Я так засмотрелся, что чуть не свалился с птицы. Но она успела вовремя меня подхватить.

Дальше мы попали как раз на тот самый материк, на котором и жили люди. Птица несколько раз описала круг над материком, словно что-то выискивала, и тут, издав радостный клекот, стала опускаться вниз, пока не приземлилась перед большой повозкой, которая была ярко раскрашена.

Из нее вышли несколько человек, трое мужчин и две женщины. Они пораженно глянули на меня, а затем на птицу, которая, молча наблюдала за тем, как я с трудом с нее спускаюсь, отсидел себе все конечности, и вразвалочку подхожу ближе.

— Здравствуйте, — на меня смотрели, как на врага народа. — Я бы хотел попроситься в вашу труппу, — начал я. По глазам людей понял, что если бы рядом не было птицы, то они меня уже давно бы прогнали прочь, и только она их сдерживала.

— Одного твоего желания мало, — заключила женщина, подозрительно глядя на меня. — Кто ты? Откуда? Что умеешь? — завалила она меня вопросами.

— Э? Меня зовут Тим, я танцор, — представился я, они уже чуть потеплевшим взглядом осмотрели меня с головы до ног.

— Мне очень нужна работа, — заканючил я, сделав глаза, как у кота из Шрэка. — Мне некуда больше пойти.

— Почему именно к нам? — все еще подозрительно смотрела на меня женщина. Птица что-то проклокотала, взмахнула крылом, женщина вдруг улыбнулась. — Показывай, что ты умеешь.

— А музыка будет? — улыбнулся в ответ я, та только отрицательно махнула головой. Ну и ладно, не очень-то хотелось.

И тут… Мне в голову пришла мысль, от которой я сам загорелся. С голосом у меня всегда были проблемы, что же, сами виноваты, пусть мучаются. Я запел…

Мой голос звучал далеко вокруг, сам не ожидал такого. И если первый куплет я еще со злорадством наблюдал за кривящимися физиономиями людей от моей фальши в исполнении, то потом я уже ни на что не обращал внимания, растворяясь в танце. А пел я очень популярную песню в моем мире «Never Let You Go», только чтоб уж совсем не шокировать здешних исполнителей на русском языке, который они использовали в своей речи. В чем мне неслыханно повезло, а то пришлось бы жестами изъясняться, а там неизвестно, какой жест и что у них означает.

Прыжки получались плавными и высокими, прямо как у самого Билана, изгибы соблазнительными, тело жило отдельной жизнью. Я двигался в такт собственному исполнению, уже не обращая внимания на собственное исполнение, музыка звучала в моей голове, под нее я и двигался.

Заканчивал уже по устоявшейся привычке падением на землю изломанной птицей.

Несколько минут была тишина, а потом резкий выдох народа и шквал аплодисментов. Подняв голову, заметил шок, поражение, радость и предвкушение на лицах людей. Причем их стало значительно больше, чем было. Сейчас передо мной стояло человек двадцать, и в глазах у всех был восторг. Конечно, такого они еще не видели. И вряд ли бы увидели.

Поднявшись, подошел к птице, стал рядом с ней, обнял ее за шею, так как понял, что она сейчас улетит, оставив меня с этими людьми, судя по-всему, они явно решили внять моей просьбе, и взять меня к себе.

— Мы еще встретимся? — уткнувшись в ее мощную шею, спросил я, она только согласно кивнула, обняла меня своим крылом и подтолкнула к людям, а потом просто взмыла ввысь. Сделав надо мной круг, второй, улетела к своему птенцу.

Я еще долго смотрел ей вслед, пока меня не окликнули.

— Ну, что же, танцуешь ты красиво и необычно, мы возьмем тебя к себе в труппу, — обратилась ко мне та самая женщина, судя по всему, она была тут главной.

— Хм, репертуар тебе подберем. Я научу тебя… — влез в разговор некий самоуверенный тип, оказавшийся единственным, у кого на лице я заметил недовольство, потому, резко оборвав его взмахом руки, перебил:

— Стоп! Меня не надо учить, я еще не видел ваших танцев, а вы не видели моих, поэтому, я сам решу, что и как мне танцевать, — на меня смотрели зверем, но мне было наплевать на это.

— Да я уже три года занимаюсь танцами, я здесь звезда, и это я буду решать, что и как тебе танцевать! — я только усмехнулся на это.

— Правда? — с сарказмом поинтересовался я, скривившись. — Три года слишком маленький срок, чтобы стать профи, — я даже языком прищелкнул. — И не тебе меня учить, — тут же надменно со сталью в голосе произнес я. — Я занимаюсь танцами пятнадцать лет, и могу с гордостью сказать, что именно я профи в спортивных танцах, а ты… — меня несло, я и сам не мог понять причину своей злости, но этот смазливый красавчик с крысиной мордой стал раздражать меня с первой секунды нашего общения. — …не пришей кобыле хвост, и не тебе любителю чему-то учить профессионала.

Этот тип просто офигел от моей наглости. Он возмущенно открывал и закрывал рот.

— Да я… Да ты… — он даже не мог четко сформулировать свои претензии.

— Что, словарный запас закончился? — участливо поинтересовался я. — Тяжелый случай, — покивал я головой. — Ну, не всем же быть таким умным, как я, — задрал я нос повыше. Да-да, знаю, от скромности я не умру, но с каждой минутой этот тип бесил меня все больше.

На его лице читалось, что интеллекта у него ноль, а вот самомнение на грани фантастики.

От злости он собрался наброситься на меня с кулаками, но его остановила рука женщины.

— Остынь, Гарт, а то это придется сделать мне, — пригрозила она, а у меня озноб по коже прошел. Не хотел бы я, чтобы эти угрозы касались меня.

— Варга, ты видела? Видела… Это он… Он начал… Я же… — женщина скривилась и отвесила подзатыльник парню.

— Я сказала, хватит! — рявкнула она так, что у меня поджилки затряслись. Да и этот тип резко притих, только зыркал зло из-под опущенных ресниц.

Пару минут стояла тишина, потом та, которую назвали Варга, обратилась ко мне.

— Какие еще танцы ты умеешь танцевать? И что, помимо этого ты можешь? — спросила она, я задумался. Больше в общем-то ничего, кроме айкидо и не знаю, но почему-то факт владения боевыми искусствами я решил скрыть. И снова сам не знаю почему это сделал, но афишировать данный факт мне совсем не хотелось.

— Я знаю много разных танцев, грустные, веселые, эротические, бальные… — я задумался, но в этот момент ко мне подскочило нечто, обезьяноподобное и, схватив меня за руку, полезло обниматься и вопить при этом:

— Ааааа… Да… Ты мой! Я нашла тебя! Теперь мы с тобой ни за что не расстанемся! Я так решила! — в эту самую минуту меня передернуло от отвращения, а в голове возникла мысль:

«Может в обморок грохнуться?»

Но дальнейшие события отогнали прочь эту мысль. Из общей толпы выскочила другая девушка и стала оттягивать от меня это диво дивное.

— Убери руки! И почему это твой? Может он мой? А ты уже грабли распустила! — вопила она, пытаясь разжать мертвую хватку обезьянки, но та еще сильнее вцепилась в меня.

— Нет! Я тебе его не отдам, — вопила первая. — Он только мой, и просто должен быть со мной.

— Я тебе руки поотрываю! — кричала вторая, а я, как маятник, качался из стороны в сторону, пока мои нервы не сдали окончательно. Они же меня сейчас порвут.

— Хватит! — рявкнул я так, что сам удивился этому, обычно-то я тихий и спокойный, а тут… — Руки убрали! Обе! — девушки резко отпустили меня. — А теперь слушаем очень внимательно. Я ничей, только сам свой, — сам не понял, что сказал, но ладно, потом разберемся. — Я никому не принадлежу, и принадлежать не стану. Ясно? — девушки сначала молчали, переваривая информацию, а потом опасливо закивали. — Вот и прекрасно, — подвел я итог. — А теперь давайте знакомиться, меня Тим зовут.

Все по одному представлялись, называя род своей деятельности. Там оказались и силачи, и жонглеры, и акробаты, и менестрели, и шуты, и даже укротители. Больше смахивало на цирк, но они называли себя актерами. А кто я такой, чтобы спорить?

Женщина, Варга, действительно оказалась хозяйкой этого театра. Она ездила по городам и селениям, выискивая таланты, так и сформировалась эта труппа. Был там еще и маг, но, как мне объяснили позже, магией владели почти все, пусть немного, но она была.

Вот после этого я расстроился. Как же так? У всех есть, а у меня нет, что подтвердил тот самый маг, обследуя и сканируя мои возможности, и пытаясь выявить мой потенциал.

— Как же так? — возмущался я. — Ты повнимательнее посмотри, может не увидел чего. Она там просто должна быть, только спрятана глубоко, — попытался уговорить я мага, но тот только отрицательно качал головой.

— Сказал же, нет в тебе магии, совсем, и смотреть там нечего, — обломал все мои надежды маг. Я расстроился. И тут не повезло.

— Ладно, жил все годы без нее и не умер, так что, и тут обойдемся, — сделал оптимистичный вывод я.

А дальше меня пригласили войти в вагончик-фургончик и показать мою комнату. Я очень удивился, но решил пока не показывать вида. А вот стоило войти внутрь, я просто не сдержался. Даже вышел обратно из фургона, осмотрел его, даже по кругу обошел, никакого сомнения, в длину он достигал трех метров, а в ширину метра полтора-два, не больше. За моими манипуляциями измерения фургона наблюдали почти все.

Но стоило снова войти внутрь, как передо мной находился коридор метров десять в длину, по бокам которого располагались комнаты.

А когда меня подвели к одной из дверей и открыли ее, я ахнул. Сама комната оказалась довольно просторная. Вот тут я не выдержал и, повернувшись к магу, все же спросил:

— Как такое возможно? Маленький снаружи и большой внутри? Это же против всех законов физики, — на что парень недоуменно глянул на меня, пожал плечами и ответил:

— Я не знаю, что такое физика, но здесь все просто: расширение пространства. Вот и все.

Я все еще стоял и не мог поверить в увиденное. Меня подтолкнули вперед, и я вошел в комнату, озираясь по сторонам. Комната была оформлена в светло-зеленых тонах. На стенах висели фотографии, как оказалось, эта довольно популярная труппа, и их везде принимали на ура и ждали возвращения.

В комнате стояла односпальная кровать, накрытая светло-зеленым покрывалом. Над кроватью висел светильник. На мой недоуменный взгляд по поводу светильника, мне ответили, что у них есть и слабое освещение, экономия все-таки на первом месте. Рядом с кроватью стояла такого же цвета тумбочка. Далее шел шкаф, при открытии которого, я увидел в нем различные костюмы. Вот и хорошо, можно будет что-то подобрать себе для выступления.

Далее стоял туалетный столик со стулом, такого же зеленого цвета. На столике было столько всего: различные баночки, скляночки, кисточки, маски, рассыпанный грим. Вот же как, даже убрать не удосужились перед моим заселением. А впрочем, откуда они о нем могли знать? Далее находилась небольшая кушетка. На окнах висели зеленые гардины. Было миленько, это было больше, на что я мог рассчитывать.

— Душ и все удобства, уж, прости, у нас общие, находятся в конце коридора, — добавил мой сопровождающий. — Впрочем, как и столовая.

Меня оставили одного, осматриваться и привыкать ко всем необычностям, а я занялся обследованием баночек, скляночек и прочего хлама, обнаруженного на столике.

 

Глава 3

С этого дня начались мои трудовые будни. Мы как раз приехали в один из крупных городов, где должно было проходить выступление. Я очень долго возился с менестрелями, пытаясь научить их музыке моего мира. Ведь мне требовалось сопровождение в моих танцах, а петь сам себе я, понятное дело, не мог. Не с моим голосом.

Мои мучения увенчались успехом. У них стало получаться. Вот только Гарт постоянно недовольно косился на нас. Но пока ничего не говорил. Мне это было на руку, иначе, я бы просто сорвался и высказал все, что я о нем думаю. А ссориться ни с кем не хотелось.

Мое первое выступление вызвало такой ажиотаж и шквал, и всплеск эмоций, что даже Варга поразилась. Такого у них никогда не было. Еще бы. Таких танцев у них, судя по всему знать не знали, потому и отреагировали так бурно. Меня вызывали снова и снова. И я с радостью демонстрировал им мой репертуар. Гарт злился все больше и больше, но тут уже вмешалась Варга. Она схватила его за локоть и произнесла:

— Хватит кривиться. Столько денег мы еще никогда не собирали, а тут… Этот парень талант, благодаря ему у нас получится хоть немного свести концы с концами.

— Но как же я? — угрюмо спросил парень, женщина ничего не ответила, только недовольно зыркнула на него и поспешила отойти. А в глазах уже, как я понял, бывшей звезды, застыл злорадный блеск, не предвещавший мне ничего хорошего.

Проходили дни, недели, в каждом городе нас уже ждали, наслышанные о моих необычных танцах. Гарт злился все больше и больше. Теперь при взгляде на меня, его глаза просто горели ненавистью. Я старался обходить его стороной, чтобы не пересекаться. Так как его постоянные выражения, призванные меня оскорбить, унизить, начинали действовать на нервы, я пока старался отвечать культурно, но с каждым днем мое терпение иссякало, пока в один прекрасный день, я не выдержал.

На выступлении, когда менестрель играл, аккомпанируя мне, на его местной гитаре порвалась струна, одна… затем вторая… Чьих это рук дело я прекрасно понял. Поэтому, не останавливаясь в танце, просто вывел того за руку на сцену и, продолжая танцевать, произнес:

— Раз уж у нас такая накладка с музыкой, то у нас будет живой голос, так как мне в детстве слон на ухо наступил, то подпевать мне будет Гарт.

Как он ни злился, как ни пытался сбежать, но запеть ему пришлось, благо, мой репертуар выучили все, ходили все напевали. Только вот у этого типа с голосом оказалось все намного хуже, чем у меня. Естественно, его забросали гнилыми помидорами, выгнав со сцены, и терпели только мое пение, которое компенсировалось танцами.

Опозорил я его знатно, надеясь на то, что он, наконец, от меня отстанет. Только я ошибся в мстительной натуре этого гада.

В том, что Гарт мстительная сволочь, я убедился уже ночью, хотя, в мои планы, это не входило. Но на то они и планы, чтобы их путали. Когда все или почти все спали, я любил выходить на улицу и любоваться ночным небом. Вот эта привычка и сыграла злую шутку со мной, а кому-то она оказалась на руку.

Все, как всегда. Вышел на улицу, стал любоваться небом, звездами, вдруг мелькнула тень. Сам не понял кто и что, только почувствовал, как моего лица коснулась ткань и запах ударил в нос, даже здесь используют те же приемы, что и на земле, это было последнее, что я подумал, перед тем, как потерял сознание.

Когда открыл глаза, то подумал, интересно, кто из моих родителей был не человеком и так согрешил, что мне теперь расплачиваться. Перед моими ясными очами стояли вампиры. Как я догадался? Элементарно. Такой вот догадливый оказался.

Да и дурак бы понял, кто перед тобой, увидев бледных клыкастых, в черных одеждах и с красными глазами, да еще и когтями. Брррр…

Зачем они ждали моего пробуждения? Слопали бы уж за милую душу и концы в воду. Да, они, похоже, садисты и будут получать кайф от моей смертельной агонии. А вот кукиш вам, мы с вами еще потанцуем. Ход моих мыслей был прерван вопросом.

— Интересно чем ты так не угодил, что тебя нам продали, да еще и по-дешевке?

— Как продали? — удивился я. — Кто?

— А ты разве никому дорогу не переходил? — со смешком спросили у меня.

Знали бы они, что я без году неделя, как здесь нахожусь, чтоб успеть кому-то… Вот гад, неужели он так мне отомстил? До меня очень быстро дошла истина.

— Тут по всей округе о тебе слава гремит, как о прекрасном танцоре, вот мы и хотели сначала оценить твои способности, — удостоил меня ответом один. — Так что танцуй, а мы посмотрим.

— Что, прямо тут? — согласный кивок был вместо ответа. — А кто будет аккомпанировать мне? — зачем спросил, если ответ и так знал.

На меня так посмотрели, что я думал на улице минус сорок. Что ж этим клыкастым станцевать? Стриптиз не прокатит, а то мало ли какие последствия будут для меня. Надо, чтоб их пробрало до печенок. Не знаю почему, но в моем сознании вспыхнул образ Маи Плисецкой в умирающем лебеде, что-то похожее я им и воспроизвел. Танцевал, как последний раз в своей жизни. Полностью отрешился от реальности, сетуя в душе на свою судьбу, что и отразилось в танце.

Закончил фееричным падением. Я лежу, типа умер, и тишина стоит минуту… две… пять. Они что там, дар речи потеряли? Или все так плохо? Приоткрыл один глаз, ничего себе картина маслом, вампиры с отвисшими челюстями.

Как оказалось, мой танец всем понравился, а лорд вампиров решил организовать школу танца, где я должен преподавать, и все знатные семейства в знак покорности должны были отправить на занятия либо себя, либо своих жен, либо сыновей и дочерей, вот они второе и третье с удовольствием сделали.

Так я стал преподавать танцы у вампиров. Главное, что не слопали и на опыты не пустили, а работа, не важно какая, мне нужна. Первое время мужья порывались оставаться на занятиях, но такие попытки были сразу пресечены с моей стороны, либо они тоже танцуют, либо ждут результат. А уж на результате я оторвусь по-полной и сведу их с ума от ревности. Взяв с моих учеников и учениц клятву, не без помощи лорда, что все, что происходит на занятиях, дальше этих стен не уходит. Тем пришлось безропотно согласиться.

Им приходилось терпеть все извращения с моей стороны и молчать. Но самое интересное я припас на день выступления, чтоб показать их во всей красе. Сегодня наша премьера, все волнуются, а я потираю ручки. Что ж, мальчики и девочки, вы сегодня наденете такое облегающее белье, раз у нас балет, что сами будете счастливы, а вот ваши мужья, отцы и старшие братья сдохнут от восторга.

Когда я предложил им их наряд, все чуть в обморок не попадали, они же будут все на показ.

— Ты с ума сошел? Как это можно надеть? Это же позор! — воскликнула Нармина, жена первого советника и правой руки Лорда. — Да нас же потом мужья… — договорить я ей не дал.

— Надевай и не возмущайся, это приказ вашего Лорда, — спокойно заметил я. — Если что-то не устраивает… Вперед и с песней, жалуйся ему, я не против.

Ей ничего не оставалось, как сделать то, что я сказал, так как против указа лорда не попрешь, чем я постоянно прикрывался, остальные, глядя на девушку, тоже стали облачаться, только чувствовали себя не в своей тарелке в таком наряде, а я для смелости предложил им выпить освежающего напитка с сюрпризом, но об этом они узнают потом.

Началось выступление со всего приличного, правда мальчиков мы переодели в костюмы девушек и поводили хороводы, они все стойко выдержали, хотя очень долго возмущались, почему их надо так наряжать, если есть сами девушки. Ответ был один: «За надом!» Поняли-не поняли — это их проблема, но спорить перестали. И то радость. Затем мальчиков нарядили еще и в пачку и станцевали шуточный танец маленьких лебедей. Пока все шло по плану, все довольны.

А теперь на десерт, да и танцоры уже, как вижу, готовы. Когда две пары вампирок с вампирами в обтягивающем наряде вышли на сцену, зал ахнул. Я заметил, как мужья этих девушек были готовы сорваться с места и порвать меня и своих жен на клочки. А вот нечего было меня здесь держать, я свободная птица, а у вас, как заключенный, туда не ходи, этого не делай. Только присутствие лорда всех сдерживало. Вот и отрываюсь, как могу.

Танец начался. Несколько движений баллансе, движения кошки, Efface, движения рук по телу партнера, легкие поддержки, а вот дальше… Один партнер обхватывает свою партнершу сзади руками и начинает нежно поглаживать, девушка обхватывает его рукой за голову и делает разворот в сторону обнимающего, скольжение вверх-вниз по телу друг друга. Парень укладывает девушку на пол, разводит ее ноги на шпагат и начинает плавные движения, вампиры так вошли в роль, что не заметили, как прекратилась музыка. Когда их удалось оторвать друг от друга и поднять на ноги, стояки у парней были обозримые. У мужей пар пошел из ушей. Упс, кому-то сегодня не сдобровать, надеюсь не мне. Лорд был в восторге от этого танца.

Вот только я, находясь в этом мире совершенно забыл о своей особенности, а сейчас она как раз дала о себе знать. У меня закружилась голова, стало подташнивать. Быстро раскланявшись, я постарался ретироваться в свою комнату, благо, наше выступление было закончено. Вот только передо мной встал вопрос: «Что же делать? Ведь подавителей желания здесь нет, как же я буду справляться? И ведь найти никого не могу, тут, в этом мире, это практически неприемлемо». Я готов был выть от безысходности.

Остаток вечера я промучился в своих покоях, корчась на кровати. Несколько раз ко мне стучали и приглашали на ужин, но я все время отказывался. Уже ночью стало немного легче. Желудок сводило от голода. Крадучись, осторожно выглянул, никого в коридоре не обнаружил, потому вздохнул с облегчением и пошел в столовую. А вот там…

Вся братия вампиров в полном составе сидела за огромным столом. Мне стало не по себе, особенно от того, как они стали принюхиваться, непонимающе переглядываться, а их глаза загорелись каким-то адским огнем. Ой! Кажется, пора линять отсюда, иначе, мне точно крышка.

Бочком-бочком стал продвигаться спиной на выход. Но тут соблазнительный, чарующий шепот одного из вампиров спросил:

— Куда же ты? Оставайся, ты ведь пришел подкрепиться? — глядя на него, как кролик на удава, меня хватило только на то, чтобы согласно кивнуть, но с места я не сдвинулся, пока с огромным трудом мозги не встали на место, и я продолжил пятиться назад.

Только уйти далеко мне не дали. Вампиры, как сумасшедшие, бросились ко мне.

Все. Пипец пришел котенку. Я даже глаза от страха закрыл, так как прекрасно понимал, что справиться с этой сворой мне явно не под силу. У них скорость, умение, сила. А у меня всего лишь навыки айкидо.

Я стал прощаться со своей девственностью, как вдруг…

 

Глава 4

— А ну, всем стоять! — от этого рыка, я даже присел, и закрыл глаза. Вампиры тоже застыли, как статуи. Несколько минут ничего не происходило, а потом голос Лорда, а это был именно он, продолжил. — Вы что, с ума посходили? Что на вас нашло?

— От него так пахнет, что просто отключается разум и включаются инстинкты, — стал объяснять один из вампиров. — Причем, раньше такого не было.

— Он парень, если вы не забыли, — ехидно заметил Лорд. — И у многих из вас есть жены, а вы ведете себя, как юнцы, которым гормоны снесли крышу.

Все склонили головы, но было видно, что они едва себя сдерживают. Стояки у всех были ощутимы, от возбуждения многих трясло. Вот вам и хваленая вампирская выдержка. Куда же она делась?

— Иди к себе, я сам лично принесу тебе ужин, — обратился ко мне Лорд, а я что… Мне только этого и надо, так стоять под пристальными пожирающими взглядами клыкастых мне совсем не улыбалось. Поэтому, уже через секунду меня, как ветром сдуло. Я бежал к себе, не чуя под собой ног. Хорошо, что по пути мне никто не встретился.

Забежав в комнату, тут же залез под одеяло, укутался и стал ждать свою еду. Да что же это такое творится? Как они могли почувствовать запах? Он же не должен на них действовать. Тогда почему…

Сидел я минут пятнадцать, меня трясло, пот градом струился по лбу и вискам. Я изнывал от голода, желания и сходил с ума от невозможности получить удовлетворение. Только собрался уже было заняться делом, под названием: «помоги себе сам», уже и руку протянул к члену, но тут дверь распахнулась, и в нее вошел Лорд с подносом в руках. Поставив его на стол, он сел подальше от меня и, пристально глядя в глаза, поинтересовался:

— Что это с тобой происходит? Тебя чем-то опоили? Кто посмел? — несмотря на то, что голос звучал тихо, в нем чувствовалась сталь и ярость, мне даже не по себе стало. Я отрицательно затряс головой. А потом пришлось все ему рассказать, кто я, откуда прибыл, какова моя особенность.

Он слушал молча, постоянно хмурясь и не перебивая. Только потом сделал вывод после моего рассказа:

— Тяжело тебе придется в нашем мире. Такие отношения табу, их, если и имеют, то тщательно скрывают, поэтому… — он не договорил, но я и так прекрасно его понял. Несколько минут в комнате стояла гробовая тишина, а потом вампир резко встал и направился на выход.

На мой недоуменный взгляд, который он увидел, обернувшись, чтобы попрощаться, ответил:

— Даже я, древний вампир, давно не испытывающий никакого желания, сейчас с трудом могу себя контролировать, поэтому, мне лучше удалиться, во избежание последствий, — я на это только кивнул и закрыл глаза, когда дверь хлопнула.

А вот дальше началось неизвестно что. Как ни пытался я скрыться от всех, в мою комнату постоянно стучались, кому-то что-то от меня надо было. Выйти я не мог, потому что, стоило это сделать, как я встречался с алчными, голодными глазами вампиров, полными похоти. Несколько девушек из группы, которую я учил танцам, несколько раз заходили ко мне с претензиями, что их мужья сошли с ума, они на мне завернулись. А мне даже сказать нечего было в ответ.

На третий день ко мне зашла разъяренная Нармина. Она села на мою кровать и зло уставилась на меня. Я стойко выдержал ее взгляд. Ее это совсем не обрадовало.

— Что ты творишь?! — нарушила она тишину. — Мой муж словно с ума сошел, да и не только мой муж, все будто умалишенные, только о тебе говорят. В каждой семье разлад и ссоры. Что ты сделал? Как смог влюбить в себя абсолютно всех, даже Лорд не остался равнодушным? — она вся кипела, казалось, ее тронь и она взорвется.

— Нармина, я никого не собирался соблазнять, это особенность моего организма, и что с этим делать я сам не знаю, — заметив недоверие в ее глазах, продолжил. — Посмотри на меня, я даже из комнаты выйти не могу, боясь нарваться на кого-нибудь. И просто жду, пока все закончится.

— Что закончится? — удивилась она, с сомнением глядя мне в глаза.

— Ничего, — сказал, как отрезал. — Сейчас тебе лучше уйти.

Если она и хотела что-то добавить, то я просто не дал ей такой возможности, твердо глядя в глаза. Ей ничего не оставалось, как покинуть комнату. Я вздохнул с облегчением, проваливаясь в спасительный сон без сновидений, так как только во сне я не испытывал такого жгучего желания.

* * *

А в это время в огромном зале совещаний…

Старший советник встал из-за стола, обвел взглядом всех собравшихся вампиров, а здесь как раз находился весь свет знати.

— Надо что-то решать! — изрек он. — Иначе может случиться непоправимое, многие семьи уже страдают из-за этого парня, если он останется тут еще немного, то в придачу ко всему, еще и многие головы полетят с плеч, так как сдерживаться становится все сложнее.

Несколько вампиров согласно закивали при этом. И тут встал еще один.

— И что ты предлагаешь? Убить или отправить его в нашу лабораторию нельзя, взять его донором мы тоже не можем, так как это опять-таки будет чревато… Тогда что нам делать? — спросил он. А все задумались. И тут предложение внес самый молодой клыкастый, только что вошедший в совет.

— А если вернуть его обратно? — сначала все ухватились за эту идею, а потом все отрицательно закивали. — Почему? — удивился тот.

— Того, кто побывал у нас, редко забирают обратно, они же сложили о нашей расе такие легенды… — начал было объяснять старший советник, но парень не успокаивался, он наглым образом, несмотря на субординацию, перебил старшего.

— А если им заплатить кругленькую сумму? Люди алчны, и ради денег они пойдут на что угодно, даже заберут обратно этого юношу.

А вот это предложение заставило всех задуматься. А через несколько минут расплыться в довольных улыбках. Несколько минут все переваривали эту идею, а потом радостно закивали.

— Значит, так и поступим, — вынес решение старший советник. И тут из конца зала раздался голос одного из вампиров.

— А что скажет на это Лорд? — да, вот об этом никто как-то сразу и не подумал. Но и тут советник нашел выход.

— Мы объясним ему ситуацию, он должен понять нас. Что так дальше продолжаться не может, он ведь и сам поддался воздействию этого парня.

Довод оказался убедительным, потому, с ним все согласились. Действовать решили этой же ночью…

* * *

Я беспокойно ворочался на постели. Какая-то непонятная тревога мешала уснуть. Не выдержав неопределенности, встал и стал ходить по комнате взад-вперед. Тело все еще ныло, но мне сейчас было не до этого. Я никак не мог сообразить, с чем связано мое волнение.

И тут дверь резко распахнулась, я даже испугаться не успел. Меня скрутили, запеленали, как младенца и куда-то понесли. Как я ни брыкался, моя сила не могла сравниться с их силищей. А потом кто-то вообще, как было с похищением, прижал к моему носу какую-то ткань и я отправился в небытие. Вот гады, даже не дали проконтролировать процесс. Я же должен был знать, куда и зачем меня несут. Но, видно, не судьба.

Когда проснулся, то услышал привычные споры, ругань, грохот. Подумал, что у меня уже и глюки начались, я же, вроде как, у вампиров нахожусь. Или уже нет? Что-то я совсем запутался. Оглядевшись по сторонам, увидел привычную обстановку, догадка подтвердилась, я в своей прежней комнате и со своей труппой. Но как я тут оказался? Ладно, сейчас как раз и узнаем.

Поднялся и пошел в столовую, где все уже собрались. Обведя всех взглядом, заметил на лицах у кого восторг, у кого испуг, но меня интересовал только один. Увидев, что только рядом с ним был свободный стул, и тот ехидно улыбался, не надеясь на подлянку, но явно что-то задумав, я усмехнулся в ответ. После чего к его нагло улыбающейся морде я и направился, без разговоров приблизившись, выбросил вперед кулак, чего он явно не ожидал, более того, даже подумать не мог о таком для себя исходе, и отправил Гарта в нокаут. Откуда только сила взялась? Сам удивился. Ведь после течки я, как правило, слишком разбит и вымотан, а тут, как по спецзаказу. Но это было мне на руку.

— За что ты его так? — подошла к нам Варга и глянула на лежащего на полу парня. И только потом посмотрела на меня: пытливо, вопросительно, твердо.

— Чтобы выветрить из его дурной головы мысли о моей продаже. А то вдруг еще кому надумает меня сплавить, так ведь я же снова вернусь, и тогда одним мордобоем он не отделается, — презрительно глядя на юношу, который стал приходить в себя, ответил я.

— Это он продал тебя вампирам? — в один голос воскликнули сразу несколько человек, я только согласно кивнул в ответ. Все ахнули. Но сказать ничего не успели, в столовую вошли…

Их только тут не хватало…

 

Глава 5

Все удивленно и пораженно следили за приближением гордых и надменных эльфов. Кто это такие я понял по их острым и длинным ушам и длинным белым ухоженным волосам. Да и держались они слишком надменно. Подойдя ближе, окинули всех взглядом, остановившись на нашей живописной троице, где Варга только было собралась помочь подняться Гарту, а я ехидно наблюдал за этим действом, приготовив кулак для еще одной оплеухи.

— О! Какая честь для нас! — бросив Гарта, от чего тот основательно приложился копчиком об пол, а я злорадно ухмыльнулся, женщина побежала к надменным эльфам. — Что привело вас к скромным бродячим артистам?

— Мы решили сделать вам одолжение, — слишком холодно начал один, вышедший чуть вперед. — Вы будете выступать на празднике Его Высочества, посвященном его помолвке с Прекрасной Лианиэль.

Ни фига себе! Вот это наглость. Нет, чтобы по-человечески пригласить, так они еще и выеживаются. И это еще кто кому одолжение делает?

Но к моему огромному изумлению, Варга, как в припадке затрясла головой, и едва не плюхнулась на колени от радости.

— О! Пресветлый перворожденный! Это наивысшая честь для нас, — залебезила она. А мне стало до ужаса неприятно. Я честно пытался сдержаться, даже зубы сцепил, пытаясь удержать свой язык в узде. Но…

— Вы должны прибыть четвертого дня утром, и пробудете у нас четыре дня, а потом можете быть свободны, — констатировал эльф, собираясь уходить.

— Вы забыли назвать размер оплаты, — влез я, со всех сторон на меня зашикали, чем ввергли в недоумение.

— Оплаты? — чуть ли не испепелив меня взглядом, переспросил эльф, я кивнул. — Мы делаем одолжение, позволяя вашей труппе участвовать на нашем празднике, поэтому, ни о… — вот это задело больше всего. Это что получается? Что четыре дня я буду вкалывать бесплатно? Фигушки! Я даже договорить ему не дал.

— Позвольте! В конституции сказано, что любой труд заслуживает вознаграждения, бесплатно пахать никто не собирается, а ваше одолжение можете засунуть себе в… — теперь договорить не дали мне.

— Это кто? — поинтересовался этот тип у женщины, которая сидела белее мела.

— Эт-т-то гвоздь нашей программы, — заикаясь, произнесла она.

— Который может стать гвоздем в ваших задницах, — пробурчал я про себя, в надежде, что меня никто не услышит. Только кто же знал, что у этих ушастых такой острый слух, даром, что уши длинные.

Эльфы скривились, как от зубной боли. Тот самый, который все время подавал голос, осмотрел меня с головы до ног, а потом приказал:

— Танцуй! — я готов был взорваться, но посмотрел на едва живую от страха Варгу, на сидящих в полном оцепенении артистов, решил устроить эльфам показательное выступление. А заодно и выдержку их проверю. Стриптиз я танцевал редко, но от моего исполнения кончали все. А как раз сейчас у меня появилась возможность узнать, насколько на самом деле холодны эльфы.

Подойдя к менестрелям, стал шептать им, что играть, они согласно закивали головой.

Танец начался. Не знаю, кто мне помогал, сам бы я так не смог, это однозначно, но… Я летал, я парил… Движения были легкими и плавными вначале, более порывистыми в середине и резкими, искушающими, обещающими в конце.

Одежда с моего тела постепенно исчезала, что ввергало в шок всех присутствующих. И не только в шок.

Если вначале эльфы скептически отнеслись и к музыке, и к танцу, то потом, как ни старались сохранить хладнокровие, у них ничего не вышло. Глаза загорелись, тела напряглись, руки сжимались в кулаки, потом разжимались. Они мяли свои плащи, стараясь будто укутаться в них, хотя на улице стояла жара.

Доводить до конца я не стал, оставшись только в стрингах, которые были на мне в тот роковой день. В этом мире, как я уже успел убедиться, даже понятия не имели, что это за деталь гардероба и зачем она нужна, они-то прекрасно обходились без нее.

Последний аккорд… Я плавно проехал на коленях по траве в направлении эльфов и сел, широко разведя ноги и запрокинув голову назад и закрыв глаза. Да так и застыл.

Пару минут сидел, не двигаясь. Тишина стояла оглушающая. И долго мне так сидеть? Рискнул приоткрыть один глаз… И сразу же его закрыл. На лице эльфа было такое выражение, будто меня сейчас убьют. Но потом, подумав, что смерти лучше смотреть в лицо, резко открыл глаза и уперся взглядом прямо в шокированного ушастого.

Только он, как ни странно, быстро справился с собой.

— Ты получишь оплату за труды, — стараясь говорить надменно и холодно, эльф встал, но тело, которое немного потряхивало, и легкая дрожь в голосе, не дала ему обрести того, чего он добивался.

Ничего больше не добавляя, они быстрым шагом покинули нас. А стоило им исчезнуть с глаз, как за спиной раздались радостные возгласы, крики и аплодисменты.

Но мне было не до них. Я еще не разобрался с этим гадом, который меня продал, не показал ему Кузькину мать. Но тот, поняв по моему взгляду, что его сейчас будут убивать, ну, не совсем убивать, но калечить точно, быстро подскочил, как ужаленный, и помчался в кибитку. А меня перехватила Варга.

— Тим, подожди. Нам надо кое-что обсудить, — при этом она опустила глаза. Ого! Это что-то новенькое. Мне стало интересно, что еще произошло. Она вручила мне мешочек, в котором, судя по-всему, лежали монеты. Странно. Я пораженно посмотрел на нее.

— Это что за жест благотворительности? — решил уточнить я. Она смутилась, что очень было нехарактерно для этой суровой женщины.

— Это вампиры, — уточнила она. А мне так и захотелось залезть внутрь и посмотреть, сколько их там и как они туда вообще поместились. — Они заплатили, чтобы вернуть тебя, — пояснила она. Вот гады. Сначала покупают по дешевке, а потом сами же и приплачивают, чтобы обратно забрали. Сволочи.

— А мою зарплату они вам не отдали? — ехидно поинтересовался я. Она отрицательно мотнула головой. Кинули, вампирюги. Ладно, надеюсь, что и в этом мире земля круглая, встретимся же еще. Вот тогда я им и припомню мою зарплату.

На этом разговор был окончен. Каждый занялся своими делами. Гарта я так и не нашел. Спрятался хорошо, зараза такая. Ну и Бог с ним. Все равно же увижу его еще.

Только за целый день я его так и не увидел. А так как я омега отходчивый, то быстро отошел от злости, теперь я просто наслаждался свободой, отойдя подальше от кибитки. Сев на мягкую зеленую траву, задумался. Я вспоминал птицу, наш полет, а еще стал придумывать, как быть у эльфов. Как я понял, их все боятся, только вот почему, об этом мне забыли сообщить. Потому, надо обязательно придумать танец, который потрясет их всех. И тут на ум пришло…

Оглянувшись по сторонам, никого не обнаружив, я на всякий случай ушел еще дальше, и, погладив петлицы, в которых было перо, стал импровизировать. Меня будто уносило высоко вдаль. Я парил в собственных мечтах. Мне казалось, что все, что со мной произошло, это сон. Нелепая случайность воспалившегося и перегруженного мозга. Я выплескивал свои обиды, свою тоску по дому, свое состояние в танце. В ушах звучала музыка, которая, казалось, была вокруг. Я ее слышал, я под нее танцевал.

А когда закончил и без сил упал на траву, успел заметить мелькнувшую вдалеке белую макушку, скрывшуюся в лесу. И что это сейчас было? Но заморачиваться по этому поводу не стал. Может мне показалось?

Как оказалось, вернувшись обратно, меня потеряли и носились в поисках. А увидев, засыпали вопросами, куда я пропал. Пришлось просто отмазаться, что гулял по окрестностям. Поверили мало, но расспрашивать дальше не стали.

Несколько дней пролетели быстро. Я общался с людьми, пытаясь расспросить обо всем, что меня интересовало. Только вот все артисты упорно избегали темы других рас. Они охотно рассказывали о самом мире, о его обитателях, кто чем занимается, но про характеры, особенности других молчали. С чего бы это? Неужели они так напуганы?

На третий день все стали собираться в путь. Ехать было не очень далеко, но неизвестно ведь, что в дороге может произойти. Потому и выдвинулись на день раньше.

Накаркал, блин… Стоило нам проехать равнину, как на нас напали…

 

Глава 6

Со всех сторон раздался свист и крики. Я выскочил из повозки и увидел, как наши артисты орудуют кто ножами, кто клинками, кто секирами. Ничего себе. И я так хочу научиться. Но подумать ни о чем не успел. На меня бросился какой-то грязный и вонючий мужик, весь обросший. Что такое бритва, его лицо, судя по-всему, не знало никогда. Вот тут пришлось вспомнить навыки из своей прошлой жизни. Как-то умирать во второй раз мне не хотелось, жить захочешь и не такое вспомнишь.

А дальше началось неизвестно что. Откуда их столько? Бандитов все прибывало и прибывало. Наши актеры выдохлись, да и я сам начал задыхаться. Маги уже просто не успевали со своими заклятиями. Я был в нескольких местах ранен. Кровь струилась по телу, оставляя разводы на белой рубашке. И тут на меня напали сразу двое. Пришлось применять несколько запрещенных приемов. Ведь в айкидо, как и во всех единоборствах есть такие, от чего эти двое быстро отправились в нокаут.

А тут и маги малость успели отдохнуть и снова принялись за дело. Нам удалось отбиться, вот только видок у всех был совсем непрезентабельный. Сейчас бы помыться, да и раны обработать, но и этого мы сделать не успели. Нам навстречу вышла так называемая охрана леса — эльфы. У всех в руках были луки, направленные на нас.

— И вот где спрашивается они раньше были со своими луками, когда нас тут собирались покрошить в капусту? — буркнул я, ни к кому не обращаясь. Один из эльфов посмотрел на меня презрительно.

— Мы не обязаны вам помогать, презренные человеки, — ого, сколько пафоса-то! Я чуть не прослезился. Глядя на него в упор, произнес:

— А правилам вас не обучали? Нет такого слова «человеки», есть люди, коими мы и являемся, и никак не презренными, а очень даже уважаемыми.

Мои спутники готовы были провалиться сквозь землю от страха. Да и взгляд эльфов не предвещал ничего хорошего. Но тут я решил кое-что уточнить.

— А вы, собственно, для чего вообще тут нужны? Да еще и с луками? Птичек стрелять? — так, кажется кому-то стало плохо. Пара девушек из нашей труппы грохнулись в обморок. А чего я такого спросил?

— Ты, презренный, сейчас узнаешь для чего! — выдал один из ушастых, наводя на меня лук.

— Ты цацку-то опусти, она выстрелить может, — разозлился я. — А мой вопрос был по существу. Раз вы так называемая охрана, то какого ляда в вашем лесу разбойники орудуют? Куда вы смотрите? Охраннички, вашу мать! — я возмущенно смотрел то на этих снобов, то на лежащих бандитов.

Один из эльфов, подойдя к товарищу, на прицеле которого я был, опустил его лук, посмотрел пристально мне в глаза и произнес:

— Их никогда не было в нашем лесу, и откуда они взялись, мы не знаем, видно, это были по вашу душу, — я даже поразился, что и среди них имеются нормальные, адекватные личности, которые умеют нормально разговаривать.

— Я тоже так подумал, — задумавшись, произнес в ответ, выискивая глазами Гарта. Но его нигде не было, а в одной из куч поверженных разбойников наметилось шевеление.

Мы подошли к ним ближе. Один из них оказался жив. Эльф без труда вытащил этого типа за шкирку из общей кучи. Вот это силища! А на вид такой хрупкий. Как когда-то говорил мой папа: «тонкий, звонкий и прозрачный», именно это определение подходило эльфу. А поди ж ты…

— Что вы тут делали? Отвечай быстро! — приказным тоном произнес охранник, с презрением глядя на бородоча.

— Ннннас наннняли, — пролепетал тот, его глаза в страхе бегали по всем, кто стоял на поляне.

— Кто? — холодом в голосе можно было заморозить целое озеро.

— Я… Я… Правда не знаю… — заметив нацеленный на него лук, тут же залепетал. — Человек. Молодой. Высокомерный.

Я тут же бросился в кибитку, где, как я помнил, висел рисунок всей труппы. Сорвав его со стены, побежал обратно. Протянув мужику аналог фотографии, осведомился:

— Он тут есть? Смотри внимательно, — тот всмотрелся, даже глаза прищурил, а потом закивал, как болванчик. Ткнув пальцем, заорал:

— Вот… Это он… Тот самый… — глянув на кого нацелен указующий перст, ни грамма не удивился. Недаром я не нашел этого крысеныша среди членов труппы.

— Кто бы сомневался, — заключил я. Тут к нам подошла Варга, посмотрела на кого указали, удрученно покачала головой.

— Гарт перешел границы дозволенного, — заключила она, а потом ушла внутрь повозки. Но краем глаза, успел увидеть, как исказилось ее лицо. Она была расстроена и удручена. Еще бы. Три года довольно приличный срок, чтобы привыкнуть к человеку. Прекрасно могу ее понять.

— Нам пора идти, — отбрасывая разбойника в сторону, как ненужную вещь, заключил эльф, после чего, развернувшись, стал указывать дорогу.

И тут меня ожидало еще одно потрясение. Я-то думал, что пеший ход ушастых будет тормозить процесс движения, и мы будем плестись, как сонные мухи, а на деле оказалось, что они бежали очень быстро, и порой даже наша повозка за ними не успевала. Вот это скорость. И лошадей не надо, они и сами прекрасно бегают. Может, у них в роду все же были кентавры?

И тут, еще каким-то непостижимым образом оглядываясь вокруг, заметил поляну, на которой росли растения, похожие на наш табак. Ура! Неужели я смогу покурить? У меня уже внутри все переворачивалось от недостатка никотина. Попросив остановиться, чем ввел в ступор всех и недовольство со стороны эльфов, что произошла непредвиденная задержка, спрыгнул с повозки и помчался рвать стебли.

Насобирав целую охапку, подошел к магу и, состроив щенячий взгляд, попросил высушить и измельчить. Тот, хоть и удивился просьбе, но все же исполнил ее. А когда увидел, что я еще и тонкую бумагу достал, и стал рвать ее на тонкие полоски, а потом делать из нее самокрутки. Теперь за моими действиями наблюдали даже эльфы. Всем стало интересно, что я творю.

А я, дорвавшись, наконец, до сигарет, получив ароматную сигарилку, пусть и собственного производства, попросил мага поджечь мне ее и с наслаждением затянулся. Хорошо, что успел сделать только одну затяжку, после которой и понял, что же мне такое попалось. Конопля просто отдыхает и нервно курит в сторонке. Меня повело так, что прямо сейчас захотелось найти приключений на пятую точку. Пришлось в срочном порядке тушить свою самокрутку, и побыстрее отправляться к себе. Иначе, последствия могли быть непредсказуемые. И в тот же миг, зайдя в комнату, я хищно оскалился. У меня возникла идея. Попали вы, господа эльфы. Вот теперь я с вами расквитаюсь за ваш снобизм и высокомерие.

А потом меня просто унесло в далекие дали. И это от одной затяжки. Даже представить боюсь, что бы было, сделай я еще парочку. Как доползал до кровати, уже не помню, но очнулся от того, что меня кто-то тормошит.

— Дайте поспать, ироды! — завопил я. В голове была пустота. Не отрывая головы от подушки, расфокусированным взглядом посмотрел на мага, который пришел меня будить. И скривился. Он же, усмехнувшись, положил мне ладонь на лоб и что-то зашептал. По мне прошла волна спокойствия, расслабленности, и в ту же минуту боль и головокружение исчезли.

— Ну, как? Легче? — с улыбкой спросил парень, а я пораженно кивнул. И тут же вскочил на ноги, проверяя собственную координацию.

— Слушай, классно! И я так хочу. Научишь? — на это Вирт только отрицательно мотнул головой, после чего ответил:

— Я бы с радостью, но в тебе нет ни капли магии, поэтому… — ему даже договаривать не пришлось, я и так все понял. Магия… Магия… Вокруг одна магия, а мне не повезло с ней. — Пошли. Там ждут только нас, — заметил юноша, направляясь к двери. И только я собрался идти за ним, как вспомнил, что хотел.

— Вирт, подожди. Поможешь мне? — тот обернулся, заметил мои горящие азартом глаза, согласно кивнул. — У тебя есть какая-нибудь шкатулка или коробка? — снова кивок, после которого он достал из воздуха красивую резную шкатулку. О, блин! Я, наверное, никогда не перестану поражаться, как он это делает. — А теперь надо быстренько накрутить самокруток, чем больше, тем лучше, — попросил я.

Тот несколько секунд подумал, посмотрел, как я начал это делать, потом отстранил меня, что-то прошептал, и в шкатулку стали сами крутиться и укладываться ровными рядами небольшие сигаретки. Чтобы все пространство заполнилось, ушло всего минут восемь, и только тогда, прихватив это сокровище с собой, мы вышли.

— Долго вас ждать надо, — недовольно заметил ушастый, презрительно окинув нас взглядом. — Вас ждет Владыка, нельзя заставлять его ждать.

— А то что будет? — скосив под дурачка, поинтересовался у него. Тот даже не удостоил меня ответом, разворачиваясь и следуя во дворец, который я только сейчас заметил. Красивое здание. Высокий, в четыре этажа, с высокими окнами, куполообразной крышей, светлого цвета. По бокам две башни, которые имели только по одному круглому окошку почти под самой крышей.

К ступеням вела чуть ли не ковровая дорожка, во всяком случае, покрытие из лепестков именно его и напоминало. Мы всей толпой прошли к замку. На ступенях нас уже ждал высокий, высокомерный тип, с ободком на голове. Его голубые глаза были абсолютно холодны и пусты. Казалось, он смотрит сквозь тебя, но, тон его голоса пробирал насквозь.

— Приветствую вас, артисты, вам сейчас покажут место, где вы можете отдохнуть и подготовиться к выступлению, которое состоится вечером, после чего махнул рукой и гордо удалился. Вот гад. Нас, как оказалось, даже в замок не пригласили, а просто указали место, где поставить нашу повозку. Ну и фиг с ними, я еще отыграюсь вечером за все. Они у меня потанцуют.

Оставшееся время провел в соображении, что мне им исполнить и как заставить этих снобов закурить. Причем всех одновременно. И тут снова глянул на мага. Он мне просто обязан помочь. Вирт даже попятился от моего оскала, но, выслушав идею, пришел в восторг и согласно кивнул головой.

Основательно подготовившись, когда настало время, я вышел к сидящим эльфам, на возвышении находились тот самый тип, который нас встречал, с довольно красивой эльфийкой, которая на всех смотрела свысока.

— Можете начинать, — разрешил он, махнув рукой. Наши менестрели начали было играть, но теперь пришла моя очередь махать руками.

— Подождите! — раздался мой вскрик, на меня все посмотрели удивленно, ожидая, чего я задумал. — Прежде, чем начнем, мне бы хотелось преподнести небольшой подарок, а заодно, для лучшего восприятия, попрошу вас кое-что сделать, — после этих слов, стал носиться между ушастыми, раздавая всем по сигарете, показывая, что с ними надо делать. Когда всем были розданы мои самокрутки, глянул на мага, который одним движением поджег их. — А теперь вдохните в себя и выпустите дым, — раздавал указания, а не просил их. Все так и сделали. Интерес наверно пересилил гордость. — А теперь еще по одной затяжке, — не зная организм эльфов, я решил, что им одной затяжки будет мало. И оказался прав. Они последовали моему совету.

То, что произошло потом, превысило все мои ожидания…

Главное, чтобы потом меня не прибили за такое…

 

Глава 7

Ничего не выдавало состояния ушастых, кроме вмиг заблестевших глаз. Владыка глянул на нас и дал отмашку начинать уже. И мы начали. Сначала были жонглеры, потом акробаты. Наша программа шла по уже устоявшемуся порядку. Наконец, когда дошла очередь до меня, эльфы были уже готовы. Они чуть ли не плясали друг с другом. То тут, то там раздавались выкрики, смешки, а то и звуки поцелуев. Ого! Они и такое могут?

Стоило мне начать свой танец, как эльфийка-невеста подскочила ко мне, и стала крутиться со мной на подтанцовке. Ее движения были плавными, грациозными, что составляло разительный контраст моим резким, порывистым. Получилось просто шедеврально. Я и сам был в восторге. А потом она просто повисла на мне и стала что-то лепетать на своем языке. Я ни бельмеса не понял, но согласно кивал головой, пытаясь что-то ей отвечать.

Наш диалог напоминал разговор слепого с глухим. Она мне тыкала пальцем в сторону, пытаясь, видимо, что-то показать, я честно смотрел, куда указывали, но ничего не видел, а вот кивать продолжал. Пока она не выдержала и не потащила меня во дворец.

— Эй-эй! Стой! — стал сопротивляться. — Мне туда нельзя, никуда я не пойду! — но она, поняв по моему сопротивлению, что идти с ней я отказываюсь, топнула ногой, надула губы, а я, воспользовавшись ее промедлением, потащил к будущему супругу, который… О, Боже! Вот вам и нравы. Целовался с одним из эльфов на виду у всех. Но на них уже никто не обращал внимания. Так как там творилось вообще неизвестно что.

Больше никто не разбирал ху из ху, хватая первого встречного, готов был разложить прямо тут, на виду у всех. Я схватился за голову. Не этого я ожидал. Видимо, на них эта травка подействовала совсем не так, как надо было. Они же просто должны были отправиться в нирвану, а не возбуждаться.

— Чувствую, что завтра нас ожидает четвертование, — подойдя ко мне, произнес Вирт. Я только кивнул, а потом, с надеждой глядя на него, спросил:

— А если слинять под шумок? — он вытаращил на меня глаза и в свою очередь поинтересовался:

— Что значит сли-нять? — вот же, блин. Таких элементарных слов не знают. Придется объяснять.

— Уехать по-тихому, — нашел самый простой способ объяснения. Тот покачал головой и ответил:

— Не получится. Они нас из-под земли достанут, придется ждать, что будет завтра, а пока, — он хитро ухмыльнулся и показал на кристалл в своей руке.

— Что это? — удивленно спросил я. А он вытащил еще один и показал на одну из граней, где эльфийка танцевала со мной.

— Ого! Интересная видеокамера, — заключил я, но ничего объяснять не стал, а он и не настаивал. Мы продолжили наблюдать за ушастыми, которых несло все больше. Они бросились в пляс, кружа друг друга в танцах. Их глаза блестели и горели огнем похоти и желания. Некоторые пары удалялись в укромные места, хорошо хоть на это хватило ума, некоторые чуть ли не при нас занимались развратом.

Но до него, слава Богу, не дошли. Их резко вырубило, и они повалились кто где стоял. Вот это куча мала получилась. Стоило последнему эльфу отключиться, как и мы отправились спать, а утром…

Вот это сирена. Я подскочил на кровати, едва не навернувшись с нее. За окном раздавались такие крики и ругань. Выглянув в окно, поразился тому, сколько ярости было на лице Владыки. Вот сейчас нам точно кирдык будет. Эльф ругался, постоянно поглядывая на наш фургончик, а потом, махнув рукой, отправляя всех своих подданных в замок, размашистым шагом направился к нам.

Я поспешил на выход. Не хотел, чтобы весь гнев достался Варге, она же ни в чем не виновата. Это мои проделки, и отвечать за них буду я сам. Я успел выйти вовремя, Владыка только собирался накинуться на женщину, но я стал перед ней и произнес:

— Она ни в чем не виновата, и даже не знала, что я задумал, так что, можете весь гнев обрушивать на меня, только… — я ехидно усмехнулся, воспользовавшись замешательством ушастого, продолжил. — Если бы мне представилась возможность все исправить, я поступил бы так же, за свой снобизм и невосприятие вы заслуживаете наказания. А если даже вы меня и четвертуете, то запись ваших вчерашних развлечений попадет в широкие массы, — закончив тираду, с удовольствием отметил, как скривилось лицо непрошибаемого эльфа.

— Чтооооооооо?! — взревел тот. Куда только презрительность делась? — Вон! Чтобы через пять минут вас тут не было. И впредь советую не попадаться на глаза, иначе… — я снова его перебил.

— Знаю-знаю, вы нас четвертуете, колесуете, расстреляете, повесите, придушите… И дальше по списку. Нас уже нет, но вы забыли заплатить, — произнеся это, увидел, что меня готовы просто растерзать, но тем не менее, Владыка достал массивный кошель и бросил мне. Я поймал его на лету, поклонился в шутовском поклоне и почувствовал, как повозка тронулась.

Подорвав репутацию эльфов и с их согласия и приплаты за молчание, поколесили дальше. Долго ехали, несколько дней и ночей, сами не заметили, что пересекли границу и попали на другой материк, где нас ночь и настигла. Остановились на опушке леса. В этих краях, как ни странно, но еще никогда не были. Расположившись на ночные посиделки возле костра, жарили на огне грибы, которые собрали в лесу. Я вспомнил, как мы с товарищами ходили в поход, вот и учил их делать своеобразный шашлык из грибов, на палочке.

Тут пару человек принесли клубни, похожие на картошку. Я взял несколько штук.

— Что ты собираешься делать? — удивился маг, наблюдая за тем, как я ее кидаю в костер.

— Печь, — ответил я. И стал ждать, что получится. Когда она была готова, я решил первым попробовать, что получилось. — Ммммм… Вкусно… — протянул я, обжигаясь, но все равно откусывая кусочки. За мной последовали и остальные. То, что вышло, понравилось всем.

Все было здорово. Ночь входила в свои права. На небе светили звезды и луна. Вдруг совсем рядом с нами раздался вой, он принадлежал огромному зверю, судя по звуку. Все начали оглядываться по сторонам и вглядываться в темноту. Нам стало страшно.

Вдруг промелькнула тень и всех в один момент раскидало по сторонам. В считанные секунды все было разбросано и перевернуто вверх дном. А потом этот огромный волчара резко пропал. Как оказалось, это был очень огромный волк-оборотень. Об этом мне сообщил Вирт. И он устроил весь погром, спасибо ему, поели. Перекусив остатками былой роскоши, легли спать. Хотя всю ночь нас преследовал страх, вдруг ему вздумается вернуться. Наш вагончик-фургон такой громадине разгромить не составит труда. Но все обошлось, и ночь прошла спокойно.

Проснувшись утром, обнаружили, что находимся недалеко от поселения, в него-то мы и решили заехать и выступить. Приехав, рассказали, что с нами приключилось, а в ответ нам поведали, что это оборотень-призрак, который их донимает уже года два. Все началось с того, что два года назад у них пропал один из клана, его пара долго горевал, да и по сей день носит траур. Никто не знал, что произошло. А ведь все случилось перед свадьбой.

— Два парня? — скривился один из наших артистов, после чего его я внес в черный список, и с ним решил не общаться. Тоже мне, праведник выискался. Точно так же на него посмотрел и оборотень, в чье поселение мы и попали.

— Продолжайте, — попросил я. Мы переглянулись с ним, поняли друг друга, после чего он продолжил:

— Такое случается редко, но… — он на миг задумался. — Мы сами были сначала в шоке, но против пары не попрешь, и мы смирились, а перед самой свадьбой жених исчез. Ни следов борьбы, ни крови, ни ауры страха мы не обнаружили. А после, уже через три дня появился призрак.

— И что он делает, когда появляется? — спросил я.

— Он очень силен, сколько раз ему устраивали ловушки и все бестолку, он их избегал. Мы на него даже охотились, но сила призрака слишком велика, он всех отправлял в беспамятство, но не калечил, а еще часто вламывался в незакрытые дома, будто что-то выискивая и переворачивая все вверх дном. Однажды даже того жениха несостоявшегося застал ночью на улице и затискал, чуть не изнасиловав. Как тот смог вырваться и добраться до двери собственного дома, он не помнит.

Мы выслушали рассказ, некоторые решили не заморачиваться, а я решил позже поговорить с Виртом, потому что чувствовал, что этот призрак чего-то хочет, что-то пытается сказать. А значит, его еще можно спасти.

Днем началось наше представление. Сначала все шло спокойно. А вот потом со всех сторон раздались крики и вопли, это, как оказалось, пожаловал призрак. Все кинулись бежать, а я, как завороженный, смотрел в его глаза и в моем мозгу щелкнуло.

Тот, как мне показалось, довольно кивнул и скрылся. А я, не теряя времени начал свои расспросы. Как выяснилось, на помолвку пропавшему его пара подарил нож ручной работы, а после пропажи ему этот нож принес деревенский мальчишка, который нашел его на опушке.

Срочно ломанулись к тому мальчишке, он отвел и показал, где нашел нож. Хм, интересно. У меня возникла идея. Ребус решен. Что-то подобное я читал, но то книги фэнтези, а тут… Неизвестно, сработает или нет, но попытаться стоило. Только надо было узнать еще кое-что.

Найдя того самого словоохотливого оборотня, я отвел его в сторону.

— Скажи, а были недовольные таким раскладом? — на его непонимающий взгляд пояснил. — Ну, что два парня собираются сочетаться браком.

— Так сначала все были недовольны, а как в храме сама Богиня осветила их помолвку, все стали радоваться, что они истинные, — стал пояснять парень, только вот его бегающий взгляд не давал покоя.

— Говори, — строго произнес я. — Знаю же, что есть еще что-то, и я хочу это услышать.

— Ээээ… Ну… Ладно, — наконец согласился он. — Была у Дирата невеста, которую он бросил, когда нашел Риза…

— Стоп-стоп! — воскликнул, перебив его, я. — Кто такой Дират и Риз?

— Так я… Это… И говорю, — стал пояснять парень. — Дират — жених, бросивший невесту, а Риз его пропавший жених.

— Блин, как все запущено, — прокомментировал я. — Ладно, давай дальше.

— Так я и говорю, из недовольных осталась только она, так и не смирившись с таким положением вещей, — немного подумав, юноша склонился ко мне и зашептал. — Некоторые говорили, что видели, как она входила в дом Риза, но доказать этого так и не смогли.

— Ясно, — задумчиво протянул я. — Теперь пазлы сошлись. Только ответь мне на последний вопрос, тот мальчишка, который отдал нож, он не является родственником несостоявшейся невесты?

— Он был в нее всегда влюблен, — удивленно ответил мой собеседник. — А как ты догадался?

— Уже неважно, — махнул я рукой, разворачиваясь.

Отправив всех домой, стал воплощать план в жизнь. И почему оборотни сами до этого не додумались? Воткнул нож, где его нашли, а это было место, где на нас напал призрак, и стал ждать, что будет дальше. Ждать пришлось недолго.

Появился оборотень, он втянул воздух и стал подходить к ножу, потом перекинулся через него и превратился в юношу.

— Получилось! — я даже подскочил на месте от радости, напугав юношу. — Ты Риз? — он согласно кивнул.

— А ты кто? — в свою очередь спросил он, втягивая носом воздух. — Ты странно пахнешь.

На его вопрос я отвечать не стал, решив сначала выяснить причину его исчезновения. И услышал. Он мне рассказал, что с ним произошло. Когда тот готовил сюрприз своему любимому, то не видел, что творится вокруг него, потому, никого и не заметил.

Нож заговорил и хотел отдать на хранение своему жениху, и только тот будет знать, что он будет перекидываться и превращаться в сильного оборотня через этот нож, так как не хотел при всех афишировать, что он является еще и магом, а это бы в любом случае заметили по изменяющейся окраске шкуры при перекидывании.

А когда перекинулся и решил прогуляться, то вернувшись, не нашел нож, и вернуться без него в тело человека не смог. Так и искал все время этот нож.

Я уговорил его пока не появляться в деревне до вечера и устроить всем огромный сюрприз, ведь несколько часов ожидания, в сравнении с тем, сколько он ждал, ничто. А вот вечером будет шоу и большой сюрприз.

 

Глава 8

Времени было мало. Мне предстояло еще много всего организовать, поговорить с труппой, с вожаком, они должны быть в курсе и участвовать. Без них я не справлюсь. Представление начнется вечером, чтобы все выглядело более эффектно в сполохах и языках огня.

Началось все обычно: жонглеры, клоуны, акробаты и т. д. А вот потом мы попросили всех сесть поудобнее и ничего не бояться, для пущего эффекта и безопасности, чтоб никто не покалечил себя, на запястьях и щиколотках каждого из присутствующих сомкнулись фиксирующие браслеты, которые маги подготовили заранее, по моим объяснениям. Факиры начали игру с огнем. Зрелище восхищало, вызывая шквал оваций, а вот затем при одновременном всполохе огней, на импровизированной сцене появился оборотень-призрак. Он оглядывал толпу, вызывая ужас.

Лица некоторых застыли в маске смерти, все начали дергаться, самые ушлые умудрились даже перевернуться и грохнуться со стульчиков, трое смельчаков, так труханули, что перевернули лавочку, на которой сидели. Вот было веселье, смотреть на трепыхающихся оборотней и пытающихся перекинуться. Только, предусмотрев и этот вариант, мы специально надели на них те самые фиксирующие браслеты. А дальше в дело вступил вожак клана, которого мы посвятили в свои планы. Рыкнув, он усмирил всех.

— Слушаем все сюда, сегодня будет твориться справедливость и наказываться зло. Чтоб на будущее другим было неповадно, — в толпе раздались удивленные возгласы. Никто не мог понять, о чем он вообще.

Маги привели всех из лежачего состояния в вертикально-сидячее.

А я начал объяснять, что сейчас будут расставлены точки над «и». Попросил подойти несостоявшегося жениха Риза, с него слетели фиксирующие браслеты. Стоило ему приблизиться, как я вручил ему нож. Тот недоуменно переводил взгляд то на нож, то на меня. Опять всполохнули огни пламени и к нам вышел Дират.

— Нет, этого не может быть! — раздался возглас. — Я все предусмотрела.

— Все да не все, — грозно заметил вожак, с долей презрения глядя на девушку. — Зачем ты это сделала? Ты разве не знаешь, что гнев Богов мог обрушиться на весь клан?

— Я… Нет… Я просто… — она склонила голову, не зная, что сказать. Ее трясло, как в лихорадке. Рот открывался и закрывался, но из него не вырвалось ни звука.

— Да отомстить она хотела, вот и все. Есть такая пословица: сделал гадость — на сердце радость. Так и тут, — не выдержав, вмешался я.

— А ты… — она вдруг рассвирепела, и собралась перекинуться. — Из-за тебя все! — оборот начался, но… Не закончился. Вожак резко взмахнул рукой, ударив ее несильно по шее, и она снова приняла человеческую форму. Но ярость никуда не делась.

— Уведите ее, мы с ней позже разберемся. Ее будут судить Боги, это не наша прерогатива, — заключил он, оборачиваясь к парням, которые не сводили друг с друга влюбленных взглядов. — Теперь с вами…

Но его никто не слышал. Оба парня уже никого и ничего не видели вокруг. Они были поглощены только друг другом. Я порадовался за них.

— …потом решим, — махнул рукой вожак, поняв, что это бесполезно. Тогда он повернулся ко мне и с хитрой улыбкой поинтересовался. — Мы, наконец, сможем увидеть твой танец, о нем уже слава разлетелась далеко вокруг. И мы бы очень хотели оценить твое искусство.

— А, так это я завсегда, пожалуйста, — улыбнулся ему в ответ. Глянув на менестрелей, которые поняли мой взгляд, сразу начав играть, а я отдался на волю танца. Пока танцевал, заметил, что вожак разговаривает с влюбленными. Но то, что мог рассказать оборотень-призрак я и так знал. Мы с ним долго готовили убедительную речь.

Он должен был поведать, что девица узнала часть информации, не предназначенной для чужих ушей, раздобыла зелье, отправляющее в образ оборотня без возможности возврата. Подсунула его парню, но как ни странно, он его не выпил, иначе, его уже ничего бы не спасло. Вместо этого он пошел воплощать свои планы, чего злоумышленники не знали и знать не могли, думая, что окончательно разобрались с ним, а нож девица с напарником решили использовать, как доказательство, что тот пропал.

Вожак чувствовал, что юноша чего-то недоговаривает, но лезть с вопросами не стал. И все трое стали наслаждаться представлением.

Мой танец понравился всем. Несколько раз просили еще и еще, а мне это было только в радость. И я продолжал танцевать, пока силы окончательно не покинули мое уставшее тело. Поклонившись, с удовольствием приняв шквал оваций, поспешил удалиться к себе, где сразу же отрубился. И снилась мне птица с ее птенцом. Я радостно улыбался им, сетуя на то, что они забыли обо мне. Но меня уверили, что за мной наблюдают все время, они всегда рядом. Это успокоило и порадовало.

А утром я проснулся ни свет, ни заря. В теле была легкость. Так прекрасно выспался и отдохнул. А выйдя из фургончика, сладко потянулся и оглянулся вокруг.

Красота раннего утра всегда меня завораживала. Солнце только-только начинало всходить, его лучи еще слабо пробивались сквозь ветки деревьев. Где-то вдалеке пели птицы, нарушая тишину. То тут, то там слышался шорох листьев. Вокруг не было ни души. На траве поблескивали капельки росы. А она тут крупнее, чем в моем мире. Каплями лежала на лепестках цветов. Я залюбовался, не заметив подошедшего Риза.

— Спасибо тебе огромное, — искренне поблагодарил он. — Вы останетесь на нашу свадьбу? Очень хочется, чтобы именно вы были на нашем празднестве. И… — он на миг замялся. А я каким-то образом уже знал, что он хочет спросить, потому и ответил:

— Да, я станцую для вас, — тот радостно вскинул голову, его глаза заблестели, он бросился ко мне обниматься. А мне стало немного не по себе от такого искреннего чувства.

— Спасибо тебе большое, я пойду, обрадую Дирата, — после чего убежал, а мне только и осталось кивнуть ему вслед.

А чуть позже нас всех пригласили на церемонию. Но перед ней я еще успел перекинуться парой слов с вожаком, который поведал мне, что в честь такого события злоумышленников просто изгнали из клана, не став казнить их, чтобы не омрачать этот день кровью. Такой расклад мне понравился, не люблю смертей. Довольный отправился вместе со всеми.

Храм утопал в полевых цветах, их благоухание было лучше любых дорогих запахов в моем мире. Свет лился из окон и витражей, играя красками по всему храму, создавая атмосферу праздника. Как ни странно, здесь никто из гостей ни сидел, все стояли. Когда все были в полном сборе, а пришли все от мала до велика, таинство началось.

Жрец стоял возле алтаря, так же щедро украшенного цветами. Все ждали появления молодых, которые пока еще находились у дверей храма и не могли войти до начала церемонии, ожидая приглашения. Жрец подал знак, двери распахнулись, впуская их. Они были прекрасны в своих нарядах, которые дополняли друг друга, лица светились счастьем. Держась за руки, юноши шли к алтарю уверенным шагом, будто это не первый раз в их жизни, однако такая уверенность вселяла в души других веру в чистую любовь, которую они пронесут через всю жизнь.

Подойдя к алтарю, возле которого стоял жрец, молодые остановились, но так и не расцепили рук. Началась церемония с пения старца. По храму разливался его голос, отзываясь во всех уголках и вливаясь в сердца. В момент этого песнопения над каменным постаментом заклубилась дымка, принимая не вполне четкий образ девушки, я понял, что это и есть Богиня. Многие ахнули, заметив ее.

Не только молодые, но и гости преклонили колени и головы перед ней, в ожидании благословения. Раздался мелодичный голос Богини, которая восхитилась преданностью парней друг другу, благословила их на создание новой и чистой жизни в браке и продолжении рода.

Далее, с правой стороны на алтаре появились кольца, которые предложили надеть парням друг на друга. Они поднялись и направились к ним.

«Даже здесь, как у нас», — подумал я, но в тот момент, когда кольца были надеты на пальцы, они растворились, оставив витиеватый рисунок, который начал распространяться от пальца по руке, указывая на истинность пары. Пожелав еще раз счастья, Богиня растворилась. На этом церемония подошла к концу, гости начали подниматься и поздравлять новую семейную пару. Все направились к выходу, чтобы продолжить празднование. Только на выходе из храма нас ждал сюрприз в виде лепестков цветов, осыпавших всех с головы до ног.

Это было красиво, зачаровывало, вдохновляло, и… Не знаю, что на меня нашло, но прямо там, заметив взгляд Риза, я начал свой танец. Прямо на лепестках, которые от моих движений взмывали ввысь, плавно опускаясь на землю.

Заканчивая танец, в последний раз подпрыгнул, чтобы рухнуть перед молодыми, как вдруг… Меня подняло ввысь, и стало уносить в поднебесье. Что за…

Снизу раздавались крики ужаса, но я их уже не слышал, все дальше и дальше отдаляясь от оборотней и своей труппы. Куда я снова попал?

С трудом подняв голову, так как это было неудобно, едва не заорал от ужаса…

 

Глава 9

Крик ужаса застрял в горле. Сейчас была только одна мысль, чтобы это чудовище не дыхнуло на меня. А то останется из моей мелкой тушки один шашлык. Я весь скукожился, пытаясь втянуть голову в плечи. И тут в голове раздался рык:

«Не дергайся, если не хочешь превратиться в лепешку», — ого, он и так может? Я расслабился и повис безвольной тушкой. Всем смертям не бывать, одной не миновать. Хотя… Ко мне это не относится. Одну-то я благополучно миновал.

В голове стали появляться мысли и все нецензурного содержания. Но одна мелькнула вполне приличная.

«Может у меня, как у кошки, девять жизней?» — только, как мелькнула, так и исчезла. Посмотрев вниз, зажмурился. Мы пролетали над бескрайней гладью океана. Плавать я умел, но не очень любил это дело. Я воды боюсь. А тут… А ну, как он меня уронит, как я смогу выбраться? Да и смогу ли? Наверняка нет. Пойду топориком на дно. И придет мне полный писец.

«Да никто тебя ронять не станет, — возмутился этот… Этот… Ящер. — Если я не захочу, ты не упадешь, если только вырываться не станешь».

— Идиот я, что ли? Сейчас вырываться, — возмутился в ответ, а тот утробно зарычал, как я понял, это он так смеялся. Все его тело стало сотрясаться. — Эй! Ты, потише трясись, уронишь меня, что я потом делать буду?

От моей реплики того затрясло еще сильнее. А что я такого сказал?

«Потом ты уже ничего делать не будешь, не сможешь, — успокоил он меня. — Из тебя получится только хладный труп».

— Тьфу на тебя, не каркай, — возмутился я. — Лучше неси меня аккуратно.

— Каркают только вороны, — поучительно заметил он. Ишь, правильный какой выискался. Я и сам знаю, кто каркает.

И тут я заметил, что мы стали снижаться. Дракон опустил меня на крышу какого-то замка. А вот потом… Я даже засмотрелся. Это было настолько красиво, что я даже рот открыл. Вокруг него засверкали золотые и оранжевые всполохи, всю огромную тушу обволокло нитями, которые сияли так, что слепило глаза. Вокруг клубилась такая сила и магия, что меня чуть с ног не сбило. Я едва не задохнулся.

Все закончилось очень быстро. Даже насладиться не успел. В следующую минуту передо мной стоял обычный человек. Только вот силой от него продолжало веять. А я рассматривал его во все глаза. Пепельные волосы струились по спине. Золотистые глаза с вертикальным зрачком в упор смотрели на меня. Массивная фигура. Такой одним мизинцем свалит, я даже пискнуть не успею. Хм, вот сейчас, если бы не глаза, ни в жизни бы от человека не отличил. Вот только меня удивило, что он остался в одежде. Ведь я читал, что одежда исчезает. Тогда как он умудрился остаться одетым?

— Все зависит от статуса, возраста и количества магических сил, — просветил меня дракон, а я смутился. Забыл, что он мысли читает.

— Ахаха, я не читаю твои мысли, это ты мыслишь вслух, — просмеявшись, просветил он меня.

— А как же мы общались, когда ты меня нес? — засыпать вопросами, так уж наверняка.

— Проще простого. Только в звериной ипостаси мы можем общаться мысленно, — ответил дракон. — А вот в человеческой, прочесть мысли или общаться уже не могу, — с горечью в голосе добавил он.

— И? Зачем я тут? — собрав волю в кулак, чтобы не выдать своего страха, спросил у него. — Мне все-таки хотелось бы получить ответы? Чем я удостоился такой чести, что даже сами драконы меня похищают?

— Тебя никто не похищал, — ответил он. Вот так номер. Это тут называется в гости пригласить?

— Это получается, меня пригласили таким образом? — не удержался и озвучил мысль вслух.

— Молодой человек, вы зазнаетесь, — осадили меня. — Вы должны радоваться, а не возмущаться, — вот это наглость. Я был поражен.

— Радоваться? Чему? Тогда дайте мне ответы, — настаивал я. — Так в гости не приглашают, надо все делать, как положено, сначала… — меня грубо перебили.

— Ответы, ответы, а рот-то ты закрыть можешь? Слово вставить не даешь, — начал злиться дракон. Я даже голову в плечи вжал. А ну, как сейчас шандарахнет своей силушкой, я точно костей не соберу. Потому, решил пойти на попятный.

— Все, молчу, — даже руки вверх поднял. — Я весь ваш, то есть, весь во внимании, — тут же поправился, глядя на ехидно усмехнувшегося дракона.

Он рассказал, что слава о моих способностях быстро разнеслось по миру, как я танцую и раскрываю тайны. Вот это да, не успеешь пукнуть, все в курсе. Меня и самого удивило такое. Ничего же необычного не сделал, а раздули…

Но тут, наконец, мужчина перешел к сути того, зачем меня вообще «пригласили». Месяц назад во дворце пропала сфера, символ власти. Пока сей факт удавалось скрыть, но все не вечно. Раз пока ей никто не воспользовался, то значит она все еще в стенах дворца, и никуда их не покинула, но поиски успеха не дали.

На мой вопрос, что она собой представляет, мне ответили, что это небольшой прозрачный шар, который при необходимости менял окрас или показывал будущее и прошлое. Большего мне знать не положено, да я и настаивать не стал. Меня больше интересовало, как же она исчезла. Тот ответил:

— Пропала она, когда последний раз с ней играл малыш, Его Высочество, наследный принц, — пояснили мне на мой недоуменный взгляд. — Но тот не помнит, что произошло и куда она делась. Как его не сканировали, сила владык велика, маги так и не пробили его память и ничего не считали. Вот будет истинный правитель, когда в детстве такая силища. Сфера настроена на владык и если она прячется и не хочет обнаруживаться, то попыхтеть придется всем.

После его объяснения мы пошли к малышу, где я всех выгнал и начал втираться к нему в доверие, вспоминая, что может понравиться малышам. Хотя, на мой взгляд, этого парня, что предстал передо мной, я бы точно малышом не назвал. Выше меня ростом, пепельный блондин, с серыми глазами, в которых еще была наивность. Но выглядел он, как минимум, лет на семнадцать. Что немного удивляло. Оказалось, что ему всего-то пятьдесят лет, я чуть не упал с кресла, в которое только примостился. А он сказал, что по их меркам, это слишком маленький возраст. Ладно, надо к этому привыкать. Сколько еще чудес и потрясений меня ожидает?

Взяв себя в руки, попросил, чтоб нас отвели в комнату, где все случилось. Поиграли с ним в мяч. Малыш так стукнул по мячу, что тот залетел в аквариум, который был в кабинете.

— А сегодня мячик видно, он не исчез, — запрыгал по комнате и захлопал в ладоши тот. А меня немного покоробило.

— Что ты сказал? — переспросил я, когда до меня дошел смысл.

Тот покосился на меня, но, не чувствуя опасности, продолжил.

— В прошлый раз, когда я играл с прозрачным шариком, возле аквариума, уронил его в воду и как не искал, не нашел, он исчез, его не видно. Маги даже не смогли найти, — расстроено произнес он.

— А что ж ты не рассказал родителям? — поинтересовался я, тот пожал плечами.

— Так она же пропала, ее нет. Зачем их расстраивать? Они и так расстроены из-за какой-то сферы.

Позвал драконов, которые остались за дверью, чтобы в случае чего помочь, вот их помощь оказалась кстати, попросил засучить рукава и пошарить по аквариуму. Они сначала удивились, но мою просьбу выполнили. Нашли. Радости не было предела. Только моя сообразительность обернулась мне боком, меня не захотели отпускать, стали оберегать, как зеницу ока. Жизнь в золотой клетке меня не прельщала, значит, найдем способ, как их достать, может, вернут и приплатят, как вампиры. С этого момента начал думать.

Гуляя по парку, однажды утром, заметил листья, очень напоминающие по форме перец опьяняющий, кава, кава-кава, не зря учился в школе, вот и начнем с него. Что ж, Высочества, Величества и вся придворная рать, сегодня и в последующем вас ждет прекрасный чай. Пробрался на кухню так, чтобы меня никто не заметил, и бросил растертые корни в чай, улучшив момент, когда повар малость отвлекся, с дозой не заморачивался, чем больше, тем лучше.

Во время трапезы сидел, как на иголках, весь в предвкушении. Когда обед закончился, подали сладкое и чай. Они его выпили, я за ними наблюдаю, и вдруг языки начали заплетаться, губы неметь, да и кожа вокруг губ побледнела, они пытались позвать на помощь, мои глаза изображали испуг, после чего театрально свалился в обморок, при этом ехидно ухмыльнувшись.

Эффект получился потрясающий, всех вырубило. Дворец на сутки погрузился в царство Морфея. После нескольких дней, которые прошли не без моего участия, употребления супер чая продолжалось. Кожа у драконов стала жёлтой, чешуйчатой, глаза были раздражены и болезненно реагировали на свет. Повезло всем во дворце. Но мои выходки прекратил владыка драконов, в один из дней, запретив употреблять чай, только вот мне он предъявить ничего не смог, не пойман, не наказан.

Я попросился назад в труппу, мне опять отказали, сославшись, что малыш привязался ко мне, и получает много полезного, да и мало ли что может случиться впереди, где маги будут бессильны. Не поняли с первого раза и не отпустили, что же, продолжим.

Мы гуляли с малышом за пределами замка, нас сопровождала свита. Как вдруг он подбежал к ярким цветам, которые обнюхал вдоль и поперек. Прогулка подходила к концу, как малыш начал чесаться. Я испугался. Мы бросились обратно в замок, к лекарям. Оказалось, что у него аллергия. Правда, от чего, они понять не могли, уже лет сто на территории их владений, как были истреблены все растения, вызывающие аллергию у драконов.

Аха, получается не все, вот это я и проверю. А дальше дело техники, пробраться за территорию и насобирать цветочков. Расставить их по всем комнатам с помощью слуг, конечно. При каждом выходе из своей комнаты, натирался соком этих растений, мороки, правда, было много, но это того стоило, драконы страдали очень сильно, причем все: чихали, истекали соплями, испытывали зуд, от чего постоянно ходили и чесались.

Но и тут Владыка меня вычислил, приказав выбросить все цветы, а ко мне постоянно принюхивался и заставлял идти в душ, стоило ему услышать этот запах. Я сник. Ничем их не проймешь. Что же мне делать? И тут, к моему несчастью, у меня раньше времени началась течка. Тело ломило, меня бросало то в жар, то в холод. Хорошо хоть, что драконы, как вампиры, не реагировали на мой запах.

Вот только как я ни пытался остаться один, малыш все время был рядом. С некоторых пор, я стал замечать, что он все время пытался дотронуться до меня, потереться, а как только началась течка, он даже залезал ко мне в кровать, прижимаясь ближе. Мне было не по себе от такого. Я пытался отодвинуться, отослать его к себе, но он ни в какую.

А на третий день течки ко мне зашел сам Владыка, выискивая своего сына. Его глаза стали, как блюдца, когда он заметил лежащего рядом со мной парня.

— Райдис! Что тут происходит?! — взревел он, я весь сжался. А тот, спокойно глядя на отца, прижался еще ближе ко мне, потерся всем телом, а потом ответил отцу:

— От него так вкусно пахнет, я хочу, чтобы он был моим мужем, — не только я задохнулся от возмущения, но и сам Владыка.

— Ты снова чем-то намазался? — строго спросил он, обдавая меня такой силой, что я едва не умер. Но слова застряли в горле, и я только усиленно замотал отрицательно головой. А потом, видя неверие в глазах, рассказал ему кто я и что я.

Тот схватился за голову. Подняв малыша с кровати, вытолкал его за дверь, глянув на меня, как на врага народа. А через минут двадцать за мной пришли.

— Мы думаем, что ваше желание покинуть нас, пора исполнить, — чинно начал один из драконов. Культурные, блин. Тонкий намек на толстые обстоятельства, что пора и честь знать. Но тут включилась моя природная вредность.

— Какое желание? Вы о чем? — состроив невинный взгляд, поинтересовался я. — Мне и тут хорошо, я больше не хочу назад.

У них был шок. Они просто не знали, что делать. Покинув меня, пошли, по всей видимости, к Владыке. А вскоре появился и он сам. В его руке был огромный кошель, скорее всего тяжелый.

— Ты же хотел обратно. Что изменилось? — начал он, я только плечами пожал. — Пойми, однополые браки в нашем мире редкость, только если они одобрены богиней и подтверждена истинность пары, а с тобой это не пройдет, уж это я чувствую шестым чувством. Да и у нас на принца свои планы, и мы не можем допустить, чтобы эти планы сорвались. С самого рождения он помолвлен с дочерью Повелителя племени оранжевых драконов, а из-за тебя может начаться война, — он даже присел рядом со мной. Но, заметив, что на меня и это не действует, решился на кардинальные меры.

Вложив мне в руку кошель, дракон стал ждать моих действий. Что ж не буду разочаровывать, машинально, взвесил кошелек в руке, прикидывая его вес, он и правда оказался тяжелым. Но только я собирался поблагодарить его, как тот, не дав и слова сказать, просто дыхнул на меня слегка, от чего глаза стали сами собой закрываться.

Вот гад. Последней мыслью было: «Как же мне все это надоело, отключают меня все, кому не лень». И я снова отправился в беспамятство.

 

Глава 10

Стоило открыть глаза, как тут же понял… Снова здравствуйте. Я опять находился в собственной комнате в фургончике артистов. Рядом со мной сидела Варга, ожидая моего пробуждения, и чему-то улыбалась. Моего пробуждения она не заметила, погруженная в собственные мысли.

— Доброе утро. День. Вечер, — начал было я, от чего женщина встрепенулась. — Чему вы так радуетесь? — не удержался я от вопроса. — Надеюсь, моему возвращению? — да, от скромности я не умру.

— Добрый день, — ответила она. — Да, именно ему. А еще… — при этом она лукаво улыбнулась. — Я тут подумала, надо тебе почаще быть похищенным, — я чуть не задохнулся от возмущения, но потом понял, что она шутит, и стал ждать, что еще она скажет. — Не знаю, чем ты их так достаешь, но тебя возвращают с огромной доплатой. Мы за три года столько не заработали, как за последний месяц, — закончила она, а я задумался. Целый месяц я уже тут, освоился, вроде как. Но многое до сих пор было непривычно.

А самое главное, птица меня так и не навестила, я успел по ним соскучиться. А вот они обо мне… Не успел додумать мысль, как в груди потеплело. И в том месте, где было перо, стало даже жечь, правда, не очень сильно. И в голове, словно дуновение ветерка, раздался шепот:

«Мы всегда рядом, не беспокойся», — настроение поднялось, я во все тридцать два улыбнулся женщине.

— А что, хорошая идея. Сколотим капитал, купим большой дом и будем там жить. Как вам? — озвучил я свое предложение, она согласно кивнула.

— Я всю жизнь об этом мечтала, но все не удавалось накопить на дом. Единственное, на что тогда хватило денег после смерти родителей, это на фургончик и все, — ее глаза увлажнились, а я вместо того, чтобы заткнуться, спросил:

— А тот дом, в котором вы с родителями жили? Что с ним? — она отрицательно мотнула головой.

— Его забрали за долги отца, который несколько лет не платил дань в казну, так как сам едва перебивался, пытаясь хоть как-то прокормить семью, а вот когда их не стало, дом и забрали, меня выкинули на улицу, выплатив остаток суммы, о которой я и говорила, — ответила она. Мне осталось, поразился их бесчеловечным законам.

— Как же так можно? Это же кощунство! — не удержался от возмущения, она со мной согласилась.

— Таковы наши законы, раньше такого не было, только когда к власти пришел новый король, который оказался слишком алчным, многих стали выгонять из их домов, люди гибли прямо на улицах от холода и голода, зато казна короля увеличивалась год от года, — горько проговорила женщина, смахивая слезу.

Мне стало не по себе от такого. Поэтому, чтобы не травить ее душу, перевел разговор в другое русло.

— Расскажите лучше, где нам предстоит выступать в следующий раз? — она встрепенулась, одним только взглядом поблагодарила меня и ответила:

— Сейчас мы направляемся в большой город, где как раз сейчас находится король. До него тоже долетели слухи о танцоре, и он изъявил желание увидеть твое выступление, — с улыбкой заметила она, а потом нахмурилась.

— Вас что-то удручает? — поинтересовался я, она кивнула. Помолчала минуту, словно обдумывая что-то, а потом ответила:

— Да, есть немного. Неспокойно мне что-то, — видя, что я не понимаю, продолжила. — Понимаешь, Его Высочество, наследный принц, своеобразный человек, со странными пристрастиями. Говорят, что у него в наложницах не только девушки, но и парни, которые мрут, как мухи, так как наклонности принца попахивают садизмом. Вот я и беспокоюсь о тебе. Привыкла я уже к твоему присутствию, хоть с тобой вечно что-то случается, — она вымученно улыбнулась, а я поспешил ее успокоить.

— Варга, не стоит переживать раньше времени, думаю, что и тут все обойдется, — только вот уверенности в моем голосе не было, фальшь слышал даже я сам.

— Твои бы слова… — начала она, но тут нас прервали. В дверь раздался стук и в нее заглянул маг.

— Пришел в себя? — я кивнул, улыбаясь, его улыбка оказалась заразительной. — Мы прибыли. Пора готовиться. Ты в норме? — снова мой согласный кивок, после чего я встал с кровати и подошел к окну.

Наш фургончик находился посреди огромной площади, в центре которой стоял изумительный фонтан. Фея с крыльями держала кувшин, из которого и текла вода. Красиво-то как. Вокруг было очень много народа, который поглядывал на нашу повозку, на их лицах застыло предвкушение, радость, ожидание. Я про себя улыбнулся и повернулся к Варге и магу.

— Я готов. Можем начинать? — те согласились и вышли из моей комнаты, давая мне возможность переодеться. Что я и сделал.

Снаружи заиграла музыка. Представление началось. Я ждал своей очереди, которая была всегда в конце. И вот, наконец, ко мне забежал один из акробатов, весь в мыле.

— Твоя очередь, — и выскочил так же быстро, как и вбежал. А я пошел на выход. Дав определенные указания менестрелям, начал танцевать.

Тишина стояла такая, что можно было услышать полет мухи, если бы она сейчас пролетала. Только музыка играла, зачаровывая, вовлекая в сказку, в небесную высь. Ей я отдался всем сердцем и всей душой. Перед глазами возникла птица с птенцом, я танцевал только для них. В голове прошелестело:

«Спасибо», — и я, довольный, воспарил ввысь. Когда один танец закончился, меня попросили еще. Я танцевал и танцевал, не чувствуя усталости. А когда закончился очередной танец, раздался хлопок. И зычный уверенный голос заставил меня поднять голову и посмотреть на его обладателя. Это оказался сам король, гордо возвышающийся над толпой.

— Нам понравилось ваше выступление, а посему, вы приглашены в замок, послезавтра как раз празднование совершеннолетия Его Высочества, принца Дариса. Мы ждем вас, — высказавшись, он развернулся и покинул свою ложу. А к нам направились несколько человек в латах и шлемах с пиками и топорами в руках.

— Ого! Это наша охрана или конвой, чтобы не сбежали? — поинтересовался я, а в груди в ту же минуту как-то странно заныло, появилась тяжесть и неприятное предчувствие. Но я поспешил отогнать его от себя. Только вот проходить оно не спешило. Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления.

Под таким вот конвоем мы и отправились в замок, где каждому из нас выделили комнаты. Единственное, что меня немного напрягло, что всех наших артистов поселили в гостевом крыле, а мне выдали комнату недалеко от покоев принца, как успели меня просветить слуги, которых очень удивило такое распоряжение, а меня еще и огорчило.

Вымывшись в душе, я лег на большую кровать, стоящую посредине комнаты, и стал рассматривать все остальное. Красиво. Как у нас на картинках в старину, во время правления королей. Мягкий пушистый ковер на полу в светло-голубых тонах, обои в тон. На потолке большая люстра из многочисленных хрусталиков. Большое окно, почему-то забранное решеткой, хотя высота была довольно приличная. Прозрачный тюль на окне, который развевался от малейшего дуновения ветерка.

Рядом с кроватью тумбочка с кривыми резными ножками, на ней стоял графин сока. У меня тут же пересохло во рту, и только я собрался попить, как внутри все сжалось от непонятного чувства. В голове так и билось:

«Нельзя. Не пей!» — решил последовать совету и не пить эту дрянь. Но часть жидкости вылил в окно. Мне же стало интересно, что последует дальше.

Лежу, размышляю о смысле жизни и умственных способностях некоторых особей данного мира. Неужели они считают, что все такие же, как и они, неучи и осилили только два класса с коридором в придачу?

Придется проучить, а то я непонятливый, что опять гадость подмешали. Только остается выяснить снотворное это или возбуждающее. Полежим, узнаем, спешить мне некуда. Ножки раскинул, одну в коленке согнул, руку под голову, бери и наслаждайся, только смотри не подавись.

Долго мое ожидание не продлилось, скрипнула дверь. Похоже, о том, что петли надо смазывать здесь не слышали, если хочешь незаметно войти. Представление начинается. Наблюдаю из под прикрытых век, что будет. Вошла ледышка с высоким снобизмом, сам с версток, а гонору на десятерых хватит, я даже чуть не расхохотался.

Он, войдя, глянул на мирно лежащего меня, прошел к тумбочке с графином и, заглянув в него, довольно улыбнулся. Лежу, изображаю из себя бревно. Подошел ко мне ближе, а я думал только о том, чтобы не дернуться от него.

Минута… Две… А вот потом… Начал меня ласкать, фу, мерзость, еще и лапает. Держался сколько мог, а потом выдал:

— Тебе что, нравится трахать бревна? — тот аж с кровати сполз. — Ну, чего выглядываешь из-под кроватки, вылазий, знакомиться будем.

Быстро он, однако же, взял себя в руки, и вернул маску безразличия.

— Ты не стесняйся, присаживайся, — и хлопнул рядом с собой по кровати. — Ну вот и молодец, что присел, тем более, что сесть ты всегда успеешь. Только скажи, сколько у вас здесь дают за притязание к чужому телу? По какой статье судят, говорю?

— Да как ты вообще смеешь так со мной разговаривать? — стал закипать юнец, аха, пришел значит в себя.

— Смею. А ты вообще кто такой? Вломился, не постучавшись, не представившись, полез меня лапать… — невозмутимо осадил его я, прекрасно поняв, кто передо мной.

Эх! Жаль, бумажного пакетика нет под рукой, а то бы дал, чтоб подышал. Лицо-то стало пунцовым, сейчас и пар из ушей повалит. Хорошо, в графине сок остался. Сам не сообразив, что делаю, налил в стакан и протянул его высочеству, чтоб охладился, тот схватил и выпил залпом. И только когда тот выпил, до нас дошло, что только что произошло.

Юнец пришел в ужас, глядя на меня расширившимися глазами. А потом вскочил и понесся прочь из моей комнаты, напоследок, не преминув заметить:

— Что же, сегодня ты выиграл, но будет завтра и тогда…

Во, как драпанул, свою-то задницу, значит, жалко подставлять. Эх, жаль не удастся увидеть, как он будет справляться с проблемой. Все-таки возбужданчик был. А завтра будет день, будет и время до него подумать, что делать дальше, ведь дураку понятно, что этот не успокоится.

И я оказался прав.

Следующий день мы отдыхали, набирались сил перед выступлением. Нас никто не дергал, никто не беспокоил, только слуги сбегались посмотреть на наши тренировки.

Во мне зрело чувство великой подлянки. Я старался не оставаться один. Пил и ел только то, что другие. Ночевал тоже с опаской. Нервировало то, что дверь не закрывалась на замок.

К моему счастью, ночь прошла благополучно. Больше никто не заходил и не домогался. Затишье перед бурей? Надо быстрее отработать программу поздравления и свалить отсюда подальше.

Утром ко мне вошла Варга. Она была взвинчена, ее трясло.

— Что случилось? — мне передалось ее беспокойство.

— Я… Я… Столкнулась в коридоре… — она стала задыхаться, я забеспокоился, собрался бежать за помощью, но она удержала меня за руку, показывая глазами, чтобы я сел на место. — Гарта, — закончила она, а я на миг завис. — Мы столкнулись вчера вечером, его усмешка мне совсем не понравилась, словно он знает что-то, чего не знаем мы, — она перевела дыхание, а потом продолжила. — И всю ночь мне снились тревожные сны.

— И с чем они связаны? — поинтересовался я, уже предчувствуя ее ответ.

— Скорее с кем, а не с чем, — задумчиво заметила она. — С тобой. Что-то должно произойти во время выступления или после него.

В эту минуту дверь без стука открылась, и в нее вошел слуга.

— Его Величество приглашает всех к утренней трапезе, — чинно заметил он, даже не пытаясь выказать уважения гостям.

Нам ничего не оставалось, как последовать за ним. В зале, куда нас привели, было много народа. Столы стояли буквой Т, а сбоку, около огромного окна стояли еще столы, сдвинутые в одну линию. Вот за них нас и усадили, вместе с прислугой.

Во главе основных столов сидели король, его супруга, принц и… Гарт? А он там каким боком? Мне стало не по себе, но я даже виду не подал, что узнал его.

Начались поздравления, тосты в честь принца. Все ели, пили, восхваляя этого сморчка, который на всех смотрел свысока. Мне стало противно, но уйти никто не имел права.

Сидя около Варги, хоть в чем-то повезло, я спросил у нее:

— А почему они так рано начали? Они что, до вечера сидеть будут? — та отрицательно мотнула головой и ответила:

— Нет, сейчас пойдут развлекаться, это часа на четыре, потом обед, а уже после обеда наша очередь поздравлять, — я кивнул, что понял.

А потом все произошло, как и говорила женщина. Вот только увидев, как они собрались развлекаться, мне плохо стало. На арене сначала дрались гладиаторы, а потом туда стали выпускать молодых парней и… Зверей. Это был ужас. А толпа ревела и веселилась, когда зверь разрывал очередную жертву.

Все время у меня не было даже сил открыть глаза, пока это действо не закончилось.

Обед едва не попросился обратно. Все, на что меня хватило, это поковырять его вилкой. А потом объявили наш выход.

Наша труппа выкладывалась полностью, стараясь угодить величествам и высочеству. Когда подошла моя очередь, я танцевал, как последний раз, вложив всю душу.

После третьего танца, король встал со своего места. Все, затаив дыхание, ждали, что он скажет. И он выдал:

— А теперь, вся труппа, кроме танцора, может покинуть дворец, а он, — некультурный тычок в мою сторону. — Становится личной собственностью принца, его рабом, — все в шоке застыли. А король, повернувшись к довольно ухмыляющемуся сыну, улыбнулся и, показав на меня, произнес. — Это тебе мой подарок на твой день рождения.

Чтооооооооо?!

 

Глава 11

В зале началось столпотворение. Охрана стала оттеснять от меня наших артистов, которые пытались заступиться и не дать меня забрать. А я… Я впал в ступор. У меня просто не укладывалось в голове, что значит меня подарили кому-то? Как это возможно? Вокруг начался хаос. Крики, вопли, звук оружия и доспехов…

— Что, ты офигел от своего счастья? — раздался около меня ехидный голос Гарта, который презрительно ухмылялся, наблюдая за мной.

— У тебя, я смотрю, счастье через край? — оглядывая синяки на его запястьях и на шее, в тон ему поинтересовался я. Тот вспыхнул и со злостью процедил:

— Ничего, у тебя скоро побольше их будет, — высказался он, удаляясь к принцу, который наблюдал за нами, сузив глаза.

Кажется, что на этот раз я попал окончательно. Этого ничем не проймешь. Свободы передвижения у меня явно не предвидится, и где найти выход, ума не приложу. Что же делать? Я чуть ли не со слезами на глазах наблюдал за труппой, которая и не думала скрывать слез, особенно Варга. Они текли у нее по щекам, в глазах было столько боли, что и у меня выкатилась одинокая слезинка.

Когда труппу уже оттеснили к дверям, и я остался стоять посреди зала один, как прокаженный, вдруг раздался грохот вылетевших из окна стекол. И передо мной возникли… Птица с птенцом. Вот только птенцом он уже не был. Это была взрослая особь, с красивым разноцветным оперением, хохолок на голове образовывал подобие короны. Я засмотрелся. И на лице в ту же секунду возникла широкая радостная улыбка.

Я бросился к ним, обнял за шеи сразу двоих, притягивая к себе. И едва не зарыдал от счастья, что они тут, рядом со мной, не бросили меня.

— Это еще что такое?! — Взревели король и принц в один голос. — Убить их!

В следующую минуту произошло сразу две вещи. К нам бросились охранники, да так и застыли истуканами, а птенец вдруг обернулся в довольно симпатичного парня, выше меня на голову, худощавого, но жилистого телосложения, с темно-каштановыми волосами, достигающими лопаток, и карими глазами, которые, казалось, смотрят в самую душу. Стоило мне на него посмотреть, как я понял, что меня затягивает. По телу разлилась волна жара, нежности, неги и… Желания? Неужели он…

— Да, именно так, — улыбнулся мне юноша, притягивая к себе, доставая красивый резной браслет из слоновой кости, хотя тут о слонах и слыхом не слыхивали, но уж очень был похож, и надевая мне на руку. А вот дальше…

Вокруг нас заклубилась магия, король со своим семейством просто сжались от того потока силы, который витал по залу. Вокруг все заискрило, засверкало, и перед нами вдруг из дымки возникла девушка, очень красивая, миниатюрная брюнетка с ободком на голове.

— Поздравляю, дорогой брат, ты все-таки нашел своего истинного, хотя никто из нас и предположить не мог, что это окажется парень. Не ошибся отец, отправляя его сюда, в наш мир, — от услышанного я едва не подскочил. Это она обо мне говорит? — Да, о тебе. Мы долго искали пару нашего Терека, пока в одном из миров не обнаружили ауру, соответствующую нашему птенцу. И решили рискнуть. Угадали, — она улыбнулась, подошла к нам и обняла каждого по очереди.

От ее прикосновения тело защипало, заныли лопатки, стало гореть, жечь, я скривился от боли. А вот потом… Все присутствующие ахнули. Позади меня вдруг возникли два больших белых крыла. От непомерной тяжести я едва не завалился на спину, но Терек успел меня подхватить, после чего мы вместе взмыли к потолку.

Пространство перед нами пошло рябью, последнее, что я увидел во дворце — глаза и маску злости на лице Гарта и принца. Так вам и надо. Работай и получай удовольствие, дорогой Гарт, ты это счастье заслужил. Да и принц обломился, не все коту масленица. Думали, все у вас будет шик и блеск, а там кто-то нассал? Хотели сладкий пирожок, а вам дали по зубам и по яйцам? Учитесь целовать лягушек — жизнь дает под зад, да еще такого смачного пинка.

Больше меня уже не интересовала участь Гарта и принца… Мы оказались около той самой горы. Я вдохнул чистый воздух, с удовольствием огляделся вокруг, свобода, но тут же нахмурился.

— Что будет с труппой? — забеспокоился я. Ведь король может отыграться на них, а мне бы этого очень не хотелось.

— Сейчас узнаешь, — улыбнулся он, оборачиваясь к все еще продолжавшему рябить пространству. — Вот, пожалуйста, — он указал рукой в то место, откуда мы только что появились.

И действительно, перед нами возник фургончик с артистами, следом за которыми показалась и птица, взмахом крыла закрывая все за собой.

Ко мне бросилась Варга, обнимая, как родного сына. За все это время я тоже успел привязаться к этой женщине, она стала мне, как мать. Потому, обняв ее в ответ, прослезился.

— Все хорошо, все обошлось, — она только кивала, ничего не говоря в ответ. Я же, обернувшись к птице, спросил. — Что с ними будет? — она взмахнула крыльями, показывая огромный замок, от которого перехватило дыхание, настолько он был великолепен. А вот вместо нее ответил улыбающийся Терек:

— В нем места много, на всех хватит, если люди согласятся, — при этом он осмотрел застывших в удивлении и поражении артистов, которые неверяще переводили взгляд с меня на птицу и Терека. — Да-да, это для всех вас, если вы не против.

Что тут началось. Парни и девушки едва джигу-джигу не начали танцевать от радости. А Варга, глядя на меня, только и выдавила из себя:

— Я предполагала, что ты необычный человек, но чтобы настолько… — потом, словно что-то вспомнив, спросила. — Богиня сказала, что ты не из нашего мира? Откуда же ты? И что с тобой случилось? И где же твои крылья?

Хм, странно, это и мне стало интересно самому. Только я не успел ничего спросить.

— Они всегда были и будут с тобой, — начал Терек. — Только я думаю, если они будут у тебя постоянно за спиной, то, тебе будет неудобно. Ты сможешь ими пользоваться, и они будут появляться, по мере необходимости и при твоем желании.

А потом я заметил, что возле нас стоит не только Варга в ожидании ответов, собралась вся труппа. Мой рассказ начался. Я рассказал всем, кто я, откуда. Описал свой мир, его обитателей. Моя сущность поразила всех без исключения. Именно это я и предполагал, потому раньше и не рассказывал им о себе, зная их отношение к однополым отношениям. Но сейчас они уже ни на что не обращали внимания.

Выяснив все, мы всей толпой направились в замок. Внутри оказалось очень красиво, у меня глаза разбегались от того великолепия. Что уже говорить об артистах. Каждому выделили комнату по вкусу. Оставив всех обустраиваться, Терек обнял меня за талию и повел в другое крыло, где, как оказалось, находились наши покои.

Войдя, я застыл на пороге. Все было настолько притягательным, что у меня дыхание перехватило. Вот только насладиться зрелищем мне не дал юноша, развернувший меня к себе и… Страстно целующий. В тот же миг все мысли испарились из моей головы. Я ничего уже не замечал вокруг. Страсть, желание тут же разлились по телу.

Раздевали друг друга на ходу, пока продвигались к кровати. На нее упали уже полностью обнаженные. А дальше… Сплетение рук и тел, нежные ласки, дыхание одно на двоих, медленное проникновение, все убыстряющиеся движения…

Сами не заметили, как пролетела ночь. И только с первыми лучами восходящего солнца нам удалось уснуть. Мы были довольны, утомлены, но счастливы.

Несколько дней нас никто не беспокоил, а мы никак не могли насладиться друг другом. Нам все было мало. Чувства захватили и поглотили нас. Мы не могли насмотреться друг на друга, надышаться друг другом. И сколько бы это продолжалось, неизвестно, пока через пару-тройку дней, мы просто потерялись во времени и пространстве, к нам не постучала Варга и ворчливым тоном не позвала:

— Я, конечно, все понимаю, любовь-морковь, но ведь воздухом-то и любовью сыт не будешь, так что, подъем, вам надо срочно восстановить силы, а то свалитесь, — словно в подтверждение ее слов наши желудки, как по команде, издали такие звуки возмущения, что мы расхохотались и, встав с кровати, оделись, чтобы в следующую минуту предстать перед улыбающейся ворчуньей.

— Я так за вас рада, — начала она. — Так рада, — и обняла нас.

— Так мы сегодня есть будем? — спросил я. — А то желудок требует порцию своего счастья.

Варга потрепала меня по макушке, прямо, как ребенка. После этого наша троица во главе с Варгой направились в столовую, где все были в сборе. Они что, специально нас поджидали? Кто-то хихикал, поглядывая на нас, кто-то пытался скрыть свою улыбку, опустив нос в бокал с вином. Что ж, завидуйте чужому счастью, хотя в этих людях, кто сидел за столом, я был уверен, что они не завидуют, а радуются вместе со мной. В тот момент мне хотелось поделиться счастьем со всеми мирами, пусть все будут счастливы, не смотря ни на что.