— Ребенка оставлять будете? — сухим голосом спрашиваем меня врач, продолжая записывать какие-то заклинания, (по всей видимости для вызова очередного демона), в мою карту. Почему я вспомнила про демона, потому что те символы, которые она рисует, я бы ни за что на свете не смогла расшифровать.

— Что? — спрашиваю растеряно, потому что до сих пор не могу осознать случившегося.

Я беременна… Сегодня с утра специально купила два теста, и оба показали по две полоски каждый, а теперь вот и гинеколог мою догадку подтвердила, прощупав матку, и также заставив меня пописать в баночку, и использовав тест другой фирмы.

— Я говорю аборт делать будете, или оставляете ребенка? — вновь переспрашивает меня женщина уже чуть громче.

— Нет, конечно, какой аборт, вы за кого меня принимаете? — с возмущением и негодованием смотрю на женщину.

Она с ума сошла?

— Значит оставляем, — кивает врач, не обращая внимания на мой злой взгляд, и продолжает быстро тараторить: — значит так, сейчас я поставлю вас на учет, карту заведете отдельную в регистратуре. Там же возьмете талон на УЗИ, на сдачу анализов, на…

- Подождите, я не запомню, — растеряв весь свой гнев, начинаю доставать из сумки блокнот, чтобы успеть все записать.

— Не волнуйтесь мамочка, — по-доброму усмехается женщина, окончательно расслабляя мои натянутые нервы, — я сейчас все напишу, вы подойдете к регистратуре, дадите вот это направление, а они там сами знают, куда и на что вам талоны дать. Я тут сразу вам накидала примерный список витаминов на ранних сроках беременности, у вас аллергия на что-нибудь есть?

Перейдя на деловой тон, я начинаю отвечать на стандартные вопросы врача, о детских и взрослых заболеваниях, и окончательно успокаиваюсь.

Отстояв небольшую очередь в регистратуре, забираю целую кучу талончиков на сдачу различных анализов, и на посещение различных специалистов. Кажется, меня загрузили на целый месяц вперед.

Мда… а как же работа?

Хорошо, что я на испытательном сроке, и можно сразу сказать Андрею Николаевичу, чтобы переводил меня обратно в помощницы, и искал уже нормального юриста, да и помощницу заодно, на время декретного отпуска.

Выйдя из женской консультации бреду в ближайший парк, чтобы спокойно посидеть и подумать. На работу я пойду после обеда, так что время пока есть.

Сажусь на лавочку, и автоматически кладу руку на живот.

Боже… я беременна. От кого? Алекс или Лев? А собственно, какая теперь разница? Они же все равно уехали… а может стоит им сообщить? Но я тут же морщусь от подобной идеи. Как вспомню, про невесту Алекса, так сразу же дурно становится. А что если и меня в нечто подобном обвинит «ангел-хранитель» их семьи? И доказывай потом, что ты не верблюд… а оно мне надо, во время беременности такие стрессы? Нет уж, спасибо. Я как-нибудь сама. Да и даже если я что-нибудь докажу, а не окажется ли так, что близнецы у меня потом вовсе ребенка заберут? Ну а что, сколько таких историй я знаю, когда богатый отец ребенка лишал женщину родившую ему ребенка материнства?

Нет, спасибо… Не надо мне таких проблем. Ничего хорошего я уже от Фрезов не жду. Они спокойно уехали, даже не прощаясь. Нет, попрощались конечно же со всем коллективом, и я там была… Но они даже в этот момент не смотрели на меня, словно я пустое место.

В груди все резко стянуло от колющей боли, и я кое-как смогла выдохнуть, и тут же почувствовала, как потянуло и низ живота.

— Ох, — выдыхаю с ужасом, и хватаюсь за живот.

Но боль тут же проходит.

Неужели это было нервное?

Все-все! Запрещаю себе думать о близнецах. Их больше нет и никогда не будет в моей жизни! Надо маме позвонить, думаю она обрадуется, давно внука или внучку хотела.

Через силу улыбнувшись на собственные мысли, я сразу же расслабляюсь. И правда стало намного легче. Опять глажу себя по животу и тихо шепчу:

— Не бойся кроха, прорвемся. Не нужен нам никто…

Из сумочки уже достаю телефон, чтобы обрадовать будущую бабушку, и с удивлением вижу входящий от Феди.

Вообще звонков от него в этот месяц не разу не было. Один раз он тогда отправил мне «смс-ку», когда я была еще в Москве, я тогда отписалась, что со мной все хорошо, и на этом все. Больше он мне ни единого разу не звонил и даже не писал. Но и я тоже особо не стремилась к общению с другом детства. Мне вообще было не до этого… а у него, так, наверное, и работы было много, все же новая должность…

— Привет Федь, — отвечаю в трубку бодрым голосом.

— Привет Свет, извини давно не звонил, может встретимся в обед сегодня поболтаем? — спрашивает мужчина.

Смотрю на часы, а время всего одиннадцать. Это мне два часа еще где-то кантоваться? На работу пока не хочу, все равно до обеда отпросилась, а домой слишком далеко ехать…

— А прямо сейчас?

— Хм, ну давай сейчас, я подъеду, тогда через пятнадцать минут…

— Подожди Федь я не на работе.

— А где? — в голосе друга настороженное удивление.

— В парке, записывай адрес.

Продиктовав адрес женской консультации, я, встав с лавочки медленно иду на выход из парка.

Федя, как и всегда, любитель пунктуальности, подъезжает минута в минуту к тому месту, куда я указала.

Запрыгнув в машину весело подмигиваю другу.

Настроение взлетело до небес, все же я скучала по мужчине, и давно его не видела.

Федя искоса и немного озадачено смотрит на меня в ответ.

— Съездим тогда посидим в «Шоколаднице»? — спрашивает мужчина, выезжая на дорогу.

— Конечно, — киваю и опять автоматически кладу руку на живот.

Не знаю, откуда это желание, но мне почему-то постоянно хочется это делать. Какой-то неосознанный жест. Раньше замечала, что беременные так делают, и мысленно недоумевала, а сама теперь туда же…

— Рассказывай, как дела? — спрашивает Федя, следя за дорогой.

— Да нормально все, — пожимаю плечами, и опять слегка погладив живот большим пальцем добавляю: — Я бы даже сказала, что все отлично!

— Мда? — друг бросает на меня подозрительный взгляд. — Говорят Фрезы шороху навели, перестановки крупные сделали, и в свою Москву свинтили.

— Ага, — отвечаю бодро, а мысленно морщусь. Лучше бы не вспоминал о близнецах.

— Мне показалось, что у тебя с Алексом что-то было, или нет? — уже напрямую спрашивает излишне любопытный друг.

С удивление сморю на него. Вообще-то ему не свойственно задавать подобные вопросы. Он всегда мало интересовался моей жизнью. Но и просто так он вопросы никогда не завала. И раз спрашивает, значит ему это действительно важно.

Врать откровенно не хочу, не вижу смысла, все равно скоро узнает о моей беременности. Но и сильно вдаваться в подробности точно не буду.

— Что было то прошло, — беспечно пожимаю плечами, и также беспечно улыбаюсь, не подавая вида другу, что на самом деле чувствую по этому поводу. — А ты почему интересуешься?

Федя опять на меня кидает подозрительный взгляд, я бы сказала излишне недоверчивый. А затем завернув на стоянку «Шоколадницы», останавливается, и повернувшись ко мне всем корпусом говорит:

— Давай зайдем в кафе, у меня к тебе очень серьезный разговор.

— Ого, заинтриговал, — бормочу в ответ, а сама, отстегнув ремень, открываю дверь, потому что Федя тоже уже начинает выходить из машины.

Пустых столиков в кафе достаточно, и поэтому мы выбираем самый дальний в укромном месте за колонной. В итоге, мы с Федей видим почти весь зал, зато нас не видно.

Заказав по кружке какао и пирожных у подошедшей официантки, с нетерпением смотрю на друга.

— Ну рассказывай, уже, не томи.

— В общем, — Федя шумно выдыхает, и начинает свой рассказ: — Я тут тебе не звонил, не хотел особо мельтешить перед глазами, думал ты с Фрезом. Да и работы было много.

— Ой, перестань, — машу рукой на мужчину. — Я все понимаю, я сама много работала, ничего страшного. Продолжай.

— Ладно. Понял уже, — друг, как-то нервно проводит ладонью по короткому ежику светлых волос, — короче, наша команда едет в Японию, потом в Китай, потом в Корею, там дальше в Тайланд, на дружеские матчи. И… меня берут с собой, но только на определенных условиях. Я должен быть женат. Вот. — он опять шумно выдыхает. — Наш главный даже согласен мне с ЗАГСом помочь, лишь бы я быстро кандидатуру, подходящую в жены, подыскал. Распишут за три дня. Это только на время моей поездки. Свет, выручай, а? Я всего один год там пробуду, потом приеду, и разведемся. Ну мне вот так надо! — Федя проводит по своей шее ладонью, в характерном жесте, и с мольбой в голосе добавляет: — Иначе могу работу потерять.

— А почему именно я? Да еще и целый год? У тебя же много всяких подруг, они же, наверное, спят и видят тебя своим мужем, — опешив, спрашиваю у друга.

А рука так и тянется опять к животу. За год я ведь рожу. И юридически именно Федя автоматом станет отцом моего ребенка. В университете помню одна из девчонок рассказывала подобную историю, которая как раз с ней и приключилась. Она была замужем, но с мужем фактически не жила уже год, правда на развод все времени не было подать, да и он по каким-то там командировкам разъезжал, и она его вечно не могла выловить, чтобы о разводе договориться. А она с другим парнем жила и забеременела. В итоге, автоматически неродного отца записали официально в отцы ребенку. А родной остался не удел. Ох и долго они потом доказывали обратное. И сколько там было бюрократической волокиты, чтобы у ребенка в графе отец был записан настоящий…

— Мелкая, — хмыкнув, и тут же скривившись говорит Федя, вырывая меня из воспоминаний о нашем разговоре с Катей: — Ну кому я еще могу доверять, как ни тебе? Ты ведь единственная не будешь потом выедать мне мозг и спокойно сможешь развесить без проблем. А если я той же Вальке предложу? Или Веронике? — он скептично поджимает губы.

Я в ответ лишь сочувственно улыбаюсь. Да, помню я этих фурий, что одна, что вторая те еще стервозины. С этими девушками Федя прожил по полгода с каждой, и каждая из них оставила неизгладимое впечатление даже в моей душе, хотя я с ними общалась по стольку поскольку, что уж говорить о Феде?

— Ну ты сама понимаешь, что ты единственный адекватный человек, к кому я могу обраться за помощью.

В этот момент к нам подходит официантка и приносит заказ.

Федя сразу же оплачивает его, и я решаю запить странную новость. Сладкий напиток добавляет мне решимости, и я улыбнувшись решаюсь сразу все рассказать мужчине.

— Вынуждена тебя огорчить друг мой, но я не смогу выйти за тебя замуж, если ты конечно не хочешь стать отцом моего ребенка? — я с иронией смотрю на вытянувшееся лицо мужчины. И кивнув на его недоуменный взгляд, добиваю: — Да-да, ты все верно понял, я беременная, и если мы поженимся, а ты уедешь на целый год, то юридически этот ребенок станет твоим. Поэтому, — развожу руки в стороны, — сам понимаешь, помочь я тебе ничем не смогу.