- Нет, я могу, конечно, и сам попытаться, но не хотелось бы облажаться. - объяснял я уже стоя в кабинете князя. За моей спиной толпилась вся моя команда, разросшаяся теперь еще на двух человек. - Сколько там у меня практики? А у вас опыт, да и сила с моей несравнимая. А палача надо брать!

    Врал я самозабвенно, как дышал. Слова сами прыгали на язык, выстраиваясь стройными шеренгами, и тут же отправлялись в бой - сокрушать ряды неприятеля.

    - Никогда о такой методике не слышал. - с сомнением проговорил Поярков. - Чтобы царским даром поиск вести.

    - Итальянец говорит, что это ватиканская методика. Еще со времен папской диктатуры.

    - Попробовать-то можно. - ноток сомнения в голосе князя поубавилось. - Что мы теряем? А лучше даже... Погоди-ка!

    Стремительно подошел к столу, ткнул пальцем в кнопку на системе внутренней связи и произнес:

    - Леонид, найди мне Антона и его наставника. Обоих ко мне быстро. Антону скажи только, что я за тот раз не сержусь, а то начнет опять прятаться и упираться.

    Что? Он решил Антона привлечь? Восьмилетнего пацана, у которого дар еще не проснулся? Идея магического поиска сразу перестала мне казаться такой привлекательной. Не выдержав, я даже попробовал спорить. Приблизился к князю и негромко, чтобы перепалка в царственном семействе не была слышна остальным, начал говорить:

    - Николай Олегович... Ты чего, Антоху решил использовать? Серьезно? Он же мелкий еще совсем? А если что-то случиться? Ты... Давай лучше я попробую, а ты поможешь если что?

    Князь как-то странно посмотрел на меня, я так и не разобрал, что за выражение мелькнуло в его глазах.

    - За Антона не бойся. Все с ним порядке будет. Тут два наставника будет, ну и я еще на кое-что сгожусь. А ему все равно инициацию проходить. На поиске-то оно всяко безопаснее будет, чем на казнях.

    И подмигнул со значением. Вроде как я должен понимать, что он сейчас только что сказал. Вроде как только нам двоим это и понятно! Оставалось только с тем же непонятным значением кивнуть в ответ.

    Пока ждали наследника, Поярков, таким же тихим, как у меня голосом, поведал:

    - Воевода с докладом так и не прибыл. На звонки не отвечает.

    - Сбежал, думаешь?

    С одной стороны - плохо. С другой - очень хорошо. На беглеца можно всех собак вешать, все грехи - реальные и придуманные.

    - Ну, тут дважды два сложить. Понял, что его коллеги-Потрошители убийцу послали, решил в бега податься, пока мы до него не добрались.

    - Получится у него?

    - Фочину буквально перед твоим приездом задачу поставил: закрыть аэропорт, речной порт и все выезды из города. С последним, если он уже рванул, сложнее. Решит на Саха пойти - считай ушел уже.

    - А его счета?

    - Сейчас блокируют, но только личные. До тех, про которые мы не знаем вряд ли дотянемся.

    - Черт!

    Николай Олегович чуть подался вперед и обратной стороной ладони в четверть силы хлопнул меня по губам. Вышло и больно, и очень обидно. Да и неожиданно! Прежде чем я успел придумать, как реагировать, он шепотом пояснил свое действие.

    - Сколько можно говорить, Игорь! Имена нечистые не поминай!

    Княжич вошел в отцовский кабинет будто на расстрел. Зеленая футболка, наполовину заправленная в шорты, те же растоптанные сандалии. Угрюмый взгляд метнулся от пола к князю и тут же уткнулся обратно в ковер. За спиной наследника, завершая образ ведомого на казнь юного партизана, возвышался уже знакомый мне наставник.

    - Здороваться не учили? - с напускной строгостью спросил Поярков сына. Я, после полученной воспитательной отеческой оплеухи, представил на месте наследника себя и содрогнулся. Да, с таким батей не забалуешь!

    - Драсти. - обращаясь ко всем сразу, буркнул тот. Не поднимая головы.

    - Дело к тебе есть, Антон... - начал было князь, но в этот момент мальчишку прорвало. Он вскинул голову, бесстрашно взглянул в лицо отцу и сообщил ломким голосом.

    - Вазу я разбил! То есть Леха, но он ни при чем! Это я его толкнул, а он врезался!

    Несколько секунд стояла тишина, нарушил которую князь. В голосе его слышался едва сдерживаемый смех.

    - Тош, я знаю. И не сержусь. Ни на тебя, ни Лешку твоего, балбеса.

    - А чего - балбеса? Сами ставят вазы на повороте... - по инерции продолжил оправдываться Антон, но отец его остановил, положив руку на плечо.

    - Дело этого не касается. Пора дар принять.

    Из пацана моментально ушло все бесстрашие и упрямство. Плечи его поникли, а нижняя губа предательски задрожала.

    - Я не хочу!

    Николай Олегович прижал сына к себе.

    - Надо. Ты мой сын. Кто меня заменит?

    - Я не хочу никого убивать!

    Ни фига тут инициация царского дара! Кого-то в жертву приносят, что ли?

    - Так и не надо. Есть другой способ.

    Антон задрал голову и уставился на отца с надеждой.

    - Честно?

    Восемь лет! Пацану восемь лет, а он, последнее время, жил с пониманием, что скоро ему придется принять дар и лишить кого-то жизни! Твою же мать!

    - Честно, сын. И не бойся. Я буду рядом. Пойдем.

    Ритуал отправились проводить в подвал. Под резиденцией оказались настоящие катакомбы - разветвленная система туннелей, еще и не в один уровень. И не в два. Зал для инициации, например, находился на минус третьем этаже, а что было ниже - поди знай! Здоровенная комната квадратов в двести, не меньше, освещенная лампами дневного света - если не знать, то и не поймешь, что в подземелье находишься. Пол, стены и потолок были выложены серой плиткой, лишенной каких-либо украшений. И наверняка, помещение было экранировано по максимуму от разного рода магического воздействия.

    Я, признаться, ожидал чего-то более... не знаю!.. волшебного, что ли? Мрачности, сырости, загадочных надписей и непременно - алтаря в середине. С желобками для стока крови, разумеется! Да уж! Фантазия моя была необратимо исковеркана тоннами просмотренных фильмов и прочитанных книг.

    В подземелья пошли не все. Самойлова, например, не пустили. Как и целителя. А вот итальянского ведьмака взяли - кроме него никто не знал про ритуал. Ну, и меня с дядей Ваней тоже.

    Князь вывел сына в центр помещения, подозвал обоих наставников и итальянца. Присел перед мальчишкой на колено, с нежностью взлохматил выгоревшие волосы.

    - Соберись. Вспомни чему я тебя учил.

    Антон с обреченным видом кивнул .

    - Ну, говори, что делать? - вопрос князя был адресован Стефано Марки.

    - Сейчас. - тот прикрыл глаза и заговорил, будто читал с бумаги: - Надлежит запечатлевшему видящему возложить руки на чело особы королевской крови, ладонями закрывая оба глаза. Взором слепца тот увидит мир. Оттолкнется от тверди и воспарит в эфире... Секундочку... Да, в эфире. Станет искать душу запечатленную.

    И все? Это же, практически, то же самое, что я с наставником проделывал, когда в нас стрелял наемник Нарышкина! Его взглядом увидел все, что видел он и на расстоянии куда большем, чем мог бы глазами. Тут, вероятно, играет роль и личная сила смотрящего. Носитель царского дара мог смотреть куда дальше, чем даже очень сильный боярин.

    - Хорошо. - откликнулся князь. Он тоже прекрасно понял суть ритуала. - Вы очень помогли, господин Марки. Игорь, выведи его отсюда. Здесь остаюсь только я с сыном и Иван Павлович.

    У меня, наверное, челюсть отпала от удивления. Меня выгоняли? Отсылали вместе с личным наставником княжича и ведьмаком? Члена семьи, практически! Как-то это неправильно было.

    Привыкший за последние дни во всем искать подвох разум тут же выдвинул несколько теорий. Доминировала среди них такая - князь мне не доверял. То ли из-за дела Потрошителей, то ли я где-то прокололся и он знал, что я подменыш. Последнее вряд ли иначе бы я уже где-нибудь в подземельях на вопросы отвечал. Конечно, могло быть и так, что применение царского дара вообще тайна и никому постороннему смотреть на это нельзя. Но, выбирая варианты, пристальнее всего я смотрел на самый худший.

    Согнав возникшее на лице выражение разочарования, благо никто на меня не смотрел и его не заметил, я ровным голосом произнес:

    - Конечно, Николай Олегович. Ждем вас в кабинете.

    И подхватив под локоть итальянца, отправился наверх. Наставник княжича следовал за мной.

    #

    - Все уже? - удивился Самойлов, едва я переступил через порог княжеского кабинета. Следователь удобно расположился за столом для совещаний и опустошал вазочку с орешками. - А дядя Ваня где?

    - Выгнали меня. - честно ответил я.

    - Царский дар свидетелей не терпит. - посочувствовал Глеб.

    - А дядь Ваню оставили. - почти пожаловался я. Все на что меня хватило, это произнести фразу ровным тоном.

    - Ну слепок-то у него в голове, не у тебя. - резонно возразил он, закидывая в рот очередную пригоршню орехов.

    Ведьмак отправился к скромно сидящему в уголке целителю, наставник княжича, со своей повязкой на глазах, застыл посреди кабинета мужской версией статуи правосудия, а я устроился рядом со следователем и тоже принялся за орехи. Попутно рассказывая ему про бегство Арцебашева. Самойлов тут же ввернул "я же говорил" хотя говорил он про возможное бегство мерчантэ, а не адвоката. Прикидывая варианты и лениво переругиваясь, что уже стало входить у нас в привычку, как стиль общения, мы провели минут двадцать. За это время я успел узнать, что новостей от Алмаза нет, кроме короткого сообщения, что отследить звонок из Ватикана в Благовещенск он не сможет, даже если задействует все мощности управы.

    К моменту появления князя в компании с сыном, его наставником и нашим дядей Ваней, мы сожрали все орехи в кабинете. Нервы!

    - Нашли? - первым делом спросил я.

    Поярков кивнул, но ничего не сказал. Усадил Антона, выглядевшего настоящей сомнамбулой, в кресло, опустился на колени подле него и подозвал целителя.

    - Айсен Суедерович, посмотри мальчишку.

    Целитель тут же оказался рядом с наследником и повел руками от головы к ногам.

    - Токи ровные, часть каналов изменилась и стала шире. Эмоциональные каналы истончились...

    - Это нормально. - откликнулся князь с явным облегчением. Ясно, что его в этот момент заботило не местонахождение ватиканского палача, а здоровье сына. - Должны восстановиться через месяц-другой.

    - Я понаблюдаю. - отозвался лекарь. - Но уже сейчас могу сказать, что инициация прошла штатно. Поздравляю, Николай Олегович.

    Скупой на эмоции князь возложил руку на плечо якуту и чуть сжал ладонь. Потрепал сонного Антона по щеке и поднялся.

    - Итальянец только что зашел в турагентство "Жар-птица", на Игнатьевском бульваре. Кстати, жены-покойницы Арцебашева фирма... Неликвид, от которого он никак избавляться не хотел... Я уже отправил туда дружинников во главе с Евсеевым.

    - Думаешь, справятся? - ощущая охотничий азарт, спросил я.

    - Хочешь помочь? - увидев мой резкий кивок, князь благосклонно наклонил голову. - Езжай. Понимаю, что по-тихому вряд ли получится, но постарайся квартал не снести. И еще, в приемной Михаил ждет, возьми с собой.

    - Понял! - уже устремляясь к выходу, отозвался я, но был остановлен репликой княжича, произнесенной безо всякого выражения. Будто автомат говорил, а не восьмилетний мальчишка, переживший инициацию - чтобы это не значило.

    - Он не хочет уходить. Ему приказали. Он не хочет. Желает до конца все сделать. Больше всего этого хочет.

    Я бросил взгляд на дядьку - может он пояснить слова сына? Но тот лишь головой качнул отрицательно. Да еще одними губами сказал "иди".

    #

    - Что за история с женой воеводы и турфирмой? - спросил я уже в "Москвиче". Сознательно переключая внимания с последней реплики Антона на Арцебашева. А то ведь прозвучало, как пророчество - лишенный интонаций голос мальчишки, его полуприкрытые сонные глаза... Бр-р! Вот чего мне не хватало перед выездом на схватку со смертецом - пророчества от малолетнего оракула!

    Ведущий машину Глеб лишь головой качнул, не отвлекай, мол. Дядя Ваня тоже промолчал, не знал, наверное. А вот сидящий на заднем диване рядом с ним Мишико откликнулся.

    - Была история, да. Лет пять, наверное, назад. Померла жена Михайло Генриховича. Красавица такая и молодая совсем - пятидесяти не было! Какая-то болячка редкая, за полгода сожрала и целители помочь не смогли.

    А вот тебе и мотив! Озлобился на целителей, которые жену спасти не смогли. Ага, и в отместку решил помогать в похищениях мирянок! Антошин, ты себя слышишь вообще? Сову на глобус натягиваешь! Блин, ну вот зачем было мальчишке это шоу с пифией устраивать?

    - А турагентство? Почему неликвид, Миш... Михаил?

    - Ее была "Жар-птица", да. Раньше - самый известный продавец туров. А как жена Арцебашева померла, тот фирму запустил, один только Сиам и продает, перебивается с воды на хлеб. Но и избавляться не стал, в память о супруге, да.

    В этом месте я услышал позади сочный шлепок - будто кто комара прихлопнул. Резко обернувшись, я увидел, что лицо дяди Вани закрыто ладонью - она, видимо, и произвела этот звук. А еще разглядел сквозь заднее стекло идущую за нами, словно приклеенную, голубую машину целителя. Вот же блинство! Я забыл оставить их с ведьмаком у князя, а он, продолжая выполнять полученную от меня ранее команду, ехал за нами на схватку с палачом.

    - Сиам! Турфирма! Перед глазами же было?

    Я не сразу сообразил. Надо сказать, последние часы я делал это все хуже - сказывалась напряжение последних дней и накопленная усталость. Мозг постоянно отходил на перекуры, оставляя вместо себя разного рода мыслительные зарисовки о природе, смысле жизни и вообще.

    - Брачные аферисты? - подал голос Самойлов.

    - Ну да! - отозвался дед.

    - Ну ясно тогда. Меня когда закрыли, решили перестраховаться и похищения за пределами страны проводить. Тут и пригодился актив Арцебашева.

    Мишико вместе со мной мотал головой от Глеба к дяде Ване, не в силах сообразить о чем разговор. Ему-то неизвестно было о расследовании отставного наставника.

    - И он вот так подставился? - недоверчиво протянул я. - Собственный актив отдал под преступную деятельность?

    - Ну во-первых, чего преступного в организации туров в Сиам? - Самойлов притормозил и плавно вошел в поворот. В этот раз он ехал не как бешеный, хоть и нарушая скоростной режим с возмутительной удалью. - Во-вторых, чтобы связать одно с другим, надо было знать про Арцебашева в деле. И в третьих, все преступники, которым долго удается водить жандармов за нос, начинают незаметно для себя охреневать. И допускать ошибки.

    Еще раз крутанув руль, он сообщил:

    - Два квартала до "Жар-птицы". Приготовились.

    Я тут же воззвал к дару, убедился, что он по-прежнему с готовностью откликается и немного успокоился. Приблизительно я уже решил, как буду действовать во время схватки.

    #

    Воображение под натиском голливудских штампов рисовало картину оцепления района жандармами. Должны были гореть мигалки на крышах жандармских авто, люди с пистолетами целить в сторону входной двери "Жар-птицы", а целая куча зевак - снимать все это действо на камеры смартфонов.

    Последнее, кстати, меня всегда вымораживало. Чем думают эти люди? Задницей? Полиция с пистолетами наголо - это же сигнал любому здравомыслящему человеку - беги отсюда, кретин! Основной инстинкт же, блин, и это я не про продолжение рода! Задеть могут, даже если не в тебя стреляют. Но нет! Стоят, снимают, смеются! Идиоты какие-то!

    У турфирмы, к моему облегчению, ничего такого не наблюдалось. Ни заграждений, ни жандармских машин, ни даже самих людей в форме. Подступы к зданию, в котором находилась "Жар-птица" - я сразу увидел вывеску - перекрывали с двух сторон всего четверо людей в штатском: двое заворачивали автомобили, двое - пешеходов. И те и другие послушно меняли маршрут. Возле турфирмы вообще никого не было.

    "Регулировщик" на дороге узнал меня и рукой показал куда ехать - к трем "Ладогам", стоящим в сотне метров от здания. Странно, но их я сперва не заметил, хотя смотрел прямо в ту сторону. Только когда переодетый жандарм указал на джипы, увидел. Высунувшись из окна, я сказал ему, что идущую за нами следом голубую машину нужно задержать. Нечего тут гражданским шататься!

    - Игорь Сергеевич, здравствуйте! - приветствовал меня сразу на выходе из машины Евсеев. Кивком поздоровался с Самойловым, пожал, как старому другу руку Мишико и уважительно, словно ученик учителю, поклонился наставнику. - Приехали помочь? Очень кстати!

    Он был не в штатском - в какой-то черной робе, похожей по крою на спецодежду ремонтников. Множество карманов по всему одеянию и нелепые оранжевые полосы по канту рукавов и пояса -- дизайнера форменного обмундирования дэберов нужно было под суд отдавать! Рядом с ним находилось еще четверо мужчин, так же как и он одетые, молчаливые и серьезные. Ни у кого в руках не было даже намека на оружие.

    - Итальянец внутри, мы его видим на камерах - подключились. - деловым тоном начал вводить меня в курс дела Евсеев. - Он сменил одежду и цвет волос, но узнать можно. Судя по всему, покупает тур.

    - Своевременно. - нейтрально выдал я. Какой, к хренам, тур?

    - Если у него есть запасной паспорт, то он может попробовать уйти через Маньчжурию. - будто услышал мои мысли спецназовец.

    То есть, он собрался уходить все-таки? Не закончив дела? Ну, Антошка! Нагнал жути! Вообще, логично - уходить. Какие у палача тут шансы? На него уже весь город охотится. Может отпустить? Пусть бы валил на все четыре стороны - дался он нам? Информации с него не получишь, а опасность он представляет нешуточную. Дэбер, однако, своей репликой похоронил мои надежды.

    - Умный какой! Нельзя просто так прийти к нам, нагадить и уйти.

    Мда. Вопрос уважения на международной арене. С учетом магического окраса внешней политики - особенно. Отпустить не получится...

    - Как предлагаете действовать? - спросил я у него. Фиг вам, не буду я тут доминировать и брать на себя управление операцией!

    Евсеев бросил на меня несколько удивленный взгляд. Что не так? Мой двойник никого не стал бы слушать, а предпочтя ворваться внутрь, швыряясь молниями?

    - Хотели на выходе брать. Чтобы служащие не пострадали. Покровом накрыть и ударить с двух сторон.

    Страха я не чувствовал. Впереди была схватка с магом, с очень сильным магом, а я не боялся. Напротив, что странно, был спокоен и сосредоточен. Начал привыкать? Уверен в себе? Или самоуверен? Вот этого бы не нужно! На самоуверенности горят, особенно такие бестолковые новички, как я. Но не вызывать же в себе страх искусственно?

    - А если он уже знает про нас?

    - Нет, мы под пологом. Накрыли тонко, на самой грани восприятия - не скрывает, а просто внимание рассеивает.

    - И не почует?

    - Ну, если только он уникум. Но это вряд ли. Вы почувствовали полог?

    - Хм... - вот почему я их не увидел! А должен был? Руке князя такое под силу? Перебрав варианты, решил ответить честно.

    - Нет.

    - Ну вот и он вряд ли. А действовать я вот как предлагаю - классические клещи. Растягиваем ему сектор обзора и работаем с флангов. Вам предлагаю центр взять, а мы с парнями с боков. Сперва работаем в ноги распадом, затем...

    Стоп, стоп, стоп! Вам, ребята, очень повезло, поскольку здесь есть эксперт по борьбе с итальянскими магами! Я.

    - Наш противник - смертец.

    - Я читал доклад о столкновении в гостинице...

    - Распад он легко игнорирует - не знаю каким образом. Работать надо эфиром.

    Дэбер переглянулся со своими подчиненными, среди которых, кстати, не было ни одного из тех, кто был в гостинице. Спросил у них что-то одними глазами, получил столь же непонятный для постороннего ответ, и повернулся ко мне.

    - Парни говорили, что вы аспекты эфира кидали... Это правда?

    - Да.

    - Как?

    - После объясню. Как итальянца возьмем. Сейчас не самое удачное время для проведения мастер-классов. Предлагаю тактику сменить. Ставите щиты - все пятеро - и давите его, как прессом. Я атакую. При столкновении эфира и его аспектов будет током бить, так что осторожнее.

    - Одной защитой?

    - Поверьте мне. Голубой цвет... эфир работает лучше всего. Красный и черный он попросту игнорирует.

    Плевать, в общем-то, что подумает Евсеев об обер-секретаре, говорящем так странно! Ну не знаю я здешнюю магическую терминологию!

    Медленно и неуверенно, но дэбер все же кивнул.

    - Ну давайте так...

    Я повернулся к своим людям. Их использовать в операции я не собирался. Только Мишико.

    - Глеб, дядя Ваня - вы в схватку не лезете.

    - Да и не собирался! - старик вскинул руки-веточки.

    - Почему? - возмутился, но больше для порядка, Самойлов.

    - По кочану! Мишико... Михаил...

    - Да завыте как прывыкли! - оскалился берс, снова безбожно коверкая язык горским акцентом - Щит мнэ кинь и все!

    Водитель был, пожалуй, единственным человеком, который радовался предстоящему побоищу. Как ребенок, ей богу!

    - Ты первым пойдешь, чтобы смертец в тебя сразу плетями ударил.

    - Понял! - ни страха, ни сомнений. Идеальный боец первой линии!

    - Выходит! - Евсеев ткнул пальцем в экран ноутбука, стоящего на капоте джипа. - Готовность!

    Готовность... Все-таки, почему я так спокоен? Размышляя об этом, скинул на руки дяде Ване пиджак и обратился к дару. Дружелюбно подмигнули мне черный, красный и голубой жгутики, готовясь дать свою силу. Ну, понеслась!..

    Дверь офиса "Жар-птицы" открылась и итальянец направился к нам. Глядя, кажется, прямо мне в глаза и улыбаясь. Я впервые смог его рассмотреть не в суматохе боя. Чуть выше среднего роста мужчина, худощавый, он двигался легко и пружинисто, как танцор. Или кот, демонстрирующий двуногим недоступное им изящество. Узкое лицо, смеющиеся за узкими стеклами очков черные глаза, вполне дружелюбная улыбка. Волосы он, вроде, перекрасил, теперь они стали светло-русыми, а не черными. И в руке убийца держал телефон, а не зеленую плеть.

    - Я могу уйти! - крикнул он. Видел он нас прекрасно, какой там полог! - Не надо мне мешать! Крови нет между нами! Я просто наемник!

    Он что - серьезно? Действительно рассчитывает, что его пропустят? Нет, ну это уже верх наглости! Приперся в Благовещенск, разрушил мой гостиничный номер и хочет просто уйти? Не знаю, к чему он там в своих Италиях привык, а тут вам не там!

    Я призвал щит и стоящий рядом Мишико буквально впитал голубой цвет в себя. Так вот как это работает! Берсерк ощерился и рванул вперед.

    - Значит не будем договариваться? - усмехнулся палач. Довольно, как мне показалось. Аккуратно убрал телефон во внутренний карман пиджаку и взмахом руки отправил здоровенного грузина в полет к стене здания. - Bene[4]!

    Берс врезался в кирпичную кладку, как ни в чем не бывало вскочил на ноги, и вновь бросился на итальянца. Дэберы закрылись сферами щитов и двинулись на него с флангов. А я визуализировал щит и меч, окутал корпус голубым панцирем брони и оскалился на противника.

    - Buongiorno[5]! - выкрикнул я единственное известное мне слово на итальянском.