Семейная пара. Счастливые лица.

Рождение ребенка. Диагноз. Больница.

Улыбка сползает вдруг с маминых губ,

Словами чеканит им врач-душегуб:

«Боюсь, что порадовать вас я не в силах.

И, может, течет еще кровь в его жилах,

Да только Синдромом ребенок помечен,

И век его будет совсем быстротечен.

Ребенка оставить, конечно, я б мог…

Да только, видать, посмеялся здесь Бог.

Ребенок с Синдромом – ведь это не шутка!

И в чем провинился пред жизнью малютка?»

Заплакала мама. Заплакал отец.

Счастливым надеждам приходит конец.

Тут злое вдруг что-то блеснуло в глазах,

И мать обвинять стала Бога в слезах.

А доктор лукаво им шепчет опять:

«Ребенка больного зачем сохранять?

С ним столько мороки и столько невзгод!

Зачем в этом мире еще идиот?»

И вот надломилась как будто душа,

И мама чеканит слова не спеша:

«Аборт я готова сегодня принять.

А логику Бога не в силах понять!»

* * *

Пусть в белом врачи, но их души молчат.

Ножи и бинты. В тело впрыснутый яд.

И боль раздирает вдруг низ живота.

Ребенок убит. Процедура проста.

Хохочут неслышно их демоны тоже.

О, если бы видели люди их рожи,

О, если бы слышали хохот их тот!

«Ребенка убей, твой ребенок – урод!»

С великою мукой он с жизнью расстался.

А Бог там, поверьте, совсем не смеялся!

Ребенок тот светочем духа ведь был,

За род искупления он прежде просил –

И в новом рождении дали ему

За души нести этот крест одному.

Геройской была у ребенка душа,

Но тело его не стерпело ножа.

Ребенок спасителем мог бы их стать,

Его б не убила родная коль мать,

Его б коль не предал его же отец…

Ребенок тот с Богом. Истории – конец.

06.11.2012