Глава 7
Дневник Сары Кинкейд
«Раскопки длятся уже сутки. Рабочие срывают бархан за барханом, высящиеся над руинами, но пока ничего не найдено. И все же я не сдаюсь. С наступлением сумерек я распорядилась зажечь факелы, чтобы работа шла посменно. Вокруг лагеря и места проведения раскопок Хейдн выставил посты. Хотя по многим вопросам я не соглашаюсь с капитаном, нужно признать, он настоящий офицер и всемерно меня поддерживает, может быть, даже слишком безоглядно. Если Джеффри Халл и Мильтон Фокс в основном сидят под тентом и плавятся в сухой жаре, Хейдну все более интересны сами раскопки. Хотелось бы знать почему. Был ли прав Морис Дю Гар, когда говорил, что я могу положиться на него? Или за маской прямодушного офицера скрывается предатель, о котором предупреждал меня Аммон? Я смотрю на окружающих меня людей со все большим недоверием, и чем дольше раскопки не дают никаких результатов, тем неспокойнее у меня на душе.
Камаль, взявший на себя обязанности повара, все время предлагает мне какие-то лакомства, но я совсем не хочу есть. Только сейчас у меня появилось чувство, что инициатива в наших руках; до сих пор враг всегда был на шаг впереди. Если верно то, что рассказал эль-Хаким — а у меня еще не было повода сомневаться в его словах, — то под песками Гермополя находится собрание примет и разного рода указаний, по которым можно определить место, где приверженцы культа Тота спрятали „Книгу Тота“, когда на страну напали орды Шешонка и жрецы бежали в пустыню. И я должна его найти, ибо в противном случае Кеш и Морис Дю Гар погибли напрасно, а эта мысль для меня непереносима…»
Руины Гермополя, 26 декабря 1883 года
Клонился к вечеру второй день раскопок, уже наступили сумерки, и зажгли факелы. Сара Кинкейд зашла под тент выпить воды и немного передохнуть, но, услышав, что рабочие на что-то натолкнулись, тут же вскочила с раскладного стула и ринулась к карьеру.
— Что там? — еще издалека крикнула она Камалю.
— Рабочие что-то нашли, миледи! Кажется, это вход…
Сара ускорила шаг, сердце ее учащенно забилось. Леди Кинкейд снова охватило возбуждение, испытываемое ею, когда отец находил утраченные памятники; на какое-то мгновение она снова стала девчонкой, до самозабвения любящей приключения и загадки прошлого.
За полтора дня образовалась яма в два метра глубиной, была сделана и опалубка досками, чтобы ее не засыпал песок. Саре помогли спуститься. Из-под песка, который рабочие отбрасывали сначала лопатами, а потом голыми руками, выглядывал прямоугольный каменный выступ в фут высотой. Египтяне почтительно расступились, и Сара опустилась на колени, чтобы поближе рассмотреть камень, служивший, видимо, элементом балочного перекрытия портала. Сара расчистила кисточкой каменную поверхность и, когда показалась надпись, радостно вскрикнула. В горизонтальном ряду иероглифов первым был стилизованный ибис — символ Тота, оставляемый убийцей в лондонском Ист-Энде.
— Верный, — перевела она надпись, — войди в царство бога Луны с трепетом, ибо он владыка времени.
— Что это значит? — спросил подошедший Стюарт Хейдн.
— Это значит, мы нашли то, что искали, капитан. Скорее всего это вход в залу появления.
— Залу появления?
— В Древнем Египте перед огромными храмовыми комплексами обычно строили гипостильные залы, связанные с собственно храмом одним или несколькими дворами. По ним проходили жрецы, направляясь прославлять божество или приносить жертву. И я готова поспорить, что немцы тогда натолкнулись именно на один из таких дворов.
— Ясно. Но почему он засыпан?
— Немцы были здесь пятнадцать лет назад, капитан. Пустыне хватило этого времени, чтобы покрыть его толстым слоем песка.
— Нет, — вмешался Камаль. — Это знак свыше, леди Кинкейд, никто не должен найти «Книгу Тота».
— Глупости, — проворчал Хейдн. — Оставь свои суеверия при себе, boy.
— Это не суеверие. Почему вы не хотите слышать голос судьбы?
— Потому что мое предназначение заключается в том, чтобы расчистить путь к разгадке тайны Тота, — твердо ответила Сара. — Прости, Камаль.
— Ну что же, — мрачно отозвался проводник, — вы меня тоже простите, леди Кинкейд…
Он отвернулся, дав рабочим знак копать дальше и полностью освободить портал от песка. Как и следовало ожидать, через некоторое время по обеим сторонам балочного перекрытия показались две колонны, и стало ясно, что действительно найден вход. За последние пятнадцать лет песчаные бури, бушевавшие здесь, засыпали его и наполовину заполнили двор за порталом песком. Когда темп раскопок замедлился, Хейдн велел нескольким солдатам взять лопаты и помочь уставшим землекопам, а затем, к большому удивлению Сары, и сам принялся копать. Работа продолжалась при мерцающем свете факелов. Наконец, как темная грозная пасть, им открылся вход в туннель.
— Факелы, — велела Сара. — Нам нужно больше факелов.
— Не надо, леди Кинкейд, — умоляюще сказал Камаль. — Пока еще не поздно.
— Не волнуйся, — попыталась успокоить его Сара. — Ничего не случится.
— Иншаллах, — тихо ответил Камаль. — Как Богу будет угодно.
— Ну? — Сара взяла факел, поднесенный ей чернорабочим. — Кто со мной?
— Разумеется, я, — немедля ответил Хейдн. — Денем, Лестер, вы тоже пойдете.
— Есть, сэр.
— Лейтенант Фарнсворт?
— Да, сэр?
— В мое отсутствие вы возьмете на себя командование. Не теряйте бдительности, понятно?
— Есть, сэр.
— Я тоже пойду, — несмотря на свои дурные предчувствия, сказал Камаль.
— Не обязательно, Камаль.
— Знаю, миледи. Но я бы хотел.
— Если позволите, мы тоже присоединимся к вам.
Это был голос сэра Джеффри. Взволнованные выкрики рабочих заставили его с Мильтоном Фоксом выйти из-под тента.
— Вы уверены, сэр? — с сомнением спросила Сара.
— Конечно. Ведь, собственно, мы здесь для этого, или нет? Итак, чего же мы ждем?
Землекопы помогли королевскому советнику и инспектору Скотланд-Ярда спуститься в котлован. В лицах спутников Сара видела напряжение и нетерпение. Она должна была признаться себе, что и ей доставляет некоторое удовольствие это нервное ожидание.
— Идем, — просто сказала она и вместе с Камалем вошла во мрак.
— Потрясающе! Просто потрясающе!
Восклицания Джеффри Халла отдавались от сводчатого потолка, расписанного под звездное небо. Краски не поблекли, так как руины почти все время были засыпаны песком и как бы законсервированы. Ветер и непогода также не оказали своего разрушительного воздействия, да и расхитители могил, судя по всему, не натворили здесь бед. Расписаны были и стены, в основном изображениями растений и зверей. Сара увидела финиковые пальмы, заросли папируса, бегемотов, крокодилов, фламинго. Продвижение по подземному двору, уходящему во мрак, шло медленно. Сара заметила, что волнение Камаля растет с каждым шагом.
— Все в порядке? — шепотом спросила она у него.
— Нет, — мрачно ответил он. — Какой уж тут порядок…
Примерно через пятьдесят метров двор вывел в помещение с низким потолком, поддерживаемым колоннами. В нишах стояли каменные статуи божеств египетского пантеона.
— Зал появления, — кратко определила Сара.
— Что это такое? — спросил Мильтон Фокс, которому в темном тесном пространстве было явно не по себе.
— Здесь жрецы готовились к ритуалам, а потом уже торжественно вступали в святилище, — объяснила Сара.
— Понятно. А это что за ребята? — Фокс кивнул на статуи.
— Этих ребят, инспектор, в Древнем Египте почитали за божества. Вон тот, с головой шакала, — бог мертвых Анубис. Рядом с ним Апоп, заклятый враг Ра, его всегда изображали в облике змея. А это — Сухос, он почитался в образе крокодила.
— А где же сам Тот? — спросил сэр Джеффри. — Разве вы не говорили, что храм посвящен ему?
— В Древнем Египте не было монотеизма. Часто в разных регионах почитались свои, местные божества, даже жречество было неоднородным. Один из таких культов считал Апопа, Сухоса и Анубиса союзниками Тота в его соперничестве с богом Солнца Ра. Поэтому здесь и присутствуют их изображения.
— Ладно, но где же все-таки Тот?
— Это мы сейчас выясним, — заверила Сара советника королевы и прошла в глубину залы.
Однако уже через несколько метров она вынуждена была остановиться. Коридор, ведший из зала появления в святилище, который, судя по всему, кто-то уже пытался пройти, с противоположной стороны засыпало песком и камнями.
— Тупик, — констатировал Мильтон Фокс, хотя это и так было всем ясно. — Теперь мы по крайней мере знаем, почему немцам не удалось пройти дальше.
— Им не удалось, — отозвалась Сара. — А вот французам, побывавшим здесь примерно на семьдесят лет раньше, удалось.
— С чего вы взяли?
— Немецкая экспедиция обнаружила здесь останки французских солдат. И несомненно, вы, инспектор, согласитесь со мной, что они были убиты.
— Но может, их застигла песчаная буря, — предположил сэр Джеффри. — И вход в туннель засыпало, когда солдаты находились внутри.
— Вряд ли. В таком случае из-за отсутствия притока воздуха их тела, вероятнее всего, превратились бы в мумии. — Устами Мильтона Фокса заговорил криминалист. — А немецкие археологи наверняка упомянули бы это обстоятельство в своих отчетах.
— Спасибо, инспектор, — кивнула Сара. — Выходит, что солдаты где-то были ранены, пытались спастись здесь и затем умерли от ранений.
— Согласен, — признал Хейдн. — И откуда же они бежали сюда?
— Это, уважаемый капитан, нам придется выяснить. При свете факела Сара принялась осматривать стены.
— Что вы там делаете? — спросил Фокс.
— Ищу подсказку, инспектор. Какой-нибудь зазор между плитами, сквозняк… что угодно, что указывало бы, где выход.
— Выход? Но он засыпан…
— Этот — да. Но древнеегипетские архитекторы были настоящими мастерами в том, что касается потайных помещений и ходов и их маскировки. Я готова поспорить на что угодно, что здесь есть второй выход.
— Ну во-первых, леди не подобает спорить, — заметил сэр Джеффри, — а во-вторых, почему вы так уверены в этом?
— Назовите это инстинктом, сэр. Здесь были наполеоновские солдаты, и я думаю, они нашли этот потайной ход. Только потом встретились с чем-то страшным.
— Или кем-то страшным, — мрачно добавил Камаль.
— Юный друг, — обратился к египтянину сэр Джеффри, — может быть, вы хотите нам что-то сказать? Тогда говорите. Ваши угрюмые намеки постепенно начинают действовать мне на нервы.
— Нам нельзя здесь находиться, — поспешно ответил Камаль. — Этот храм проклят, и проклятие настигнет всякого, кто без дозволения войдет в него.
— Сплошные суеверия, — презрительно бросил Хейдн.
В мерцающем свете факелов все, даже Мильтон Фокс и сэр Джеффри, дюйм за дюймом принялись осматривать стены. Только Камаль ограничился тем, что скрестил руки на груди и из центра зала появления угрюмо смотрел на своих хозяев. Сара стучала рукояткой ножа по камню в поисках полостей, а лезвием ковыряла щели — все напрасно. Усилия ее спутников также не увенчались успехом, что очень озадачило Сару.
— Странно, — в задумчивости произнесла она. — Я была совершенно уверена, что…
— Ну что? — торжествовал Фокс. — Разве я не говорил с самого начала, что вся эта экспедиция — бессмысленное предприятие? Нужно было оставаться дома, вместо того чтобы глотать здесь пыль и поджариваться на медленном огне…
Сара его не слушала. Она продолжила осмотр, лихорадочно соображая, что могла упустить. Где может находиться второй выход? Куда строители храма могли вмонтировать потайную дверь?.. Она догадалась, когда взгляд ее упал на Камаля, стоявшего посередине залы на каменной плите с изображением ибиса — символа Тота.
— Все ясно, — сказала она, подходя к нему.
Попросив проводника отойти, Сара осторожно опустилась на колени и постучала по плите. Раздался глухой звук — за плитой пустота.
— Быстрее, Камаль! — воскликнула она. — Фонари, масло, канаты и пару крепких мужчин с инструментом. Скорее!
Египтянин пробурчал что-то невразумительное, исчез и скоро вернулся, сопровождаемый небольшой группой рабочих с ломами. Тем временем Сара и Хейдн расчистили края плиты площадью примерно в один квадратный метр, и рабочие принялись поднимать ее. Объединенными усилиями — рабочим помогали Хейдн с солдатами и даже Мильтон Фокс — плиту наконец удалось сдвинуть. Под ней оказался колодец, из которого неприятно тянуло холодом.
— Блестяще, леди Кинкейд, нам и впрямь до вас далеко, — признал сэр Джеффри. — Должен сказать, я сначала считал вашу версию крайне надуманной и не мог себе представить, насколько она серьезна. Но похоже на то, что вы все-таки правы.
— Большое спасибо, сэр, — чуть обиженно ответила Сара. — Лучше поздно, чем никогда.
Она заглянула в колодец, взяла факел и бросила его в бездонный мрак.
— Ля! — крикнул Камаль, но было уже поздно.
Колодец оказался глубже, чем можно было предположить. Бесконечные секунды факел падал вниз, затем резко погас.
— Что это было? — изумленно спросил сэр Джеффри.
— Тьма пожрала огонь, — мрачно отозвался Камаль.
Но Сару было не запугать. Она велела зажечь и привязать к канату фонарь и медленно начала спускать его вниз. Теперь стало видно, что камнем выложена только верхняя часть колодца, его продолжение было прорублено в скальном грунте. Судя по длине каната, колодец имел глубину примерно тридцать метров. Но самая большая неожиданность скрывалась на дне.
— Что это? — с удивлением спросил Мильтон Фокс, когда фонарь вдруг как будто раздвоился.
Сара крепко держала веревку, на конце которой раскачивался фонарь. И поскольку то, что казалось вторым фонарем, раскачивалось точно так же, стало ясно, что это отражение. Кроме того, что-то слегка мерцало, словно…
— Вода, — высказал Стюарт Хейдн невероятное предположение. — Там внизу вода. В самом центре пустыни…
— Возможно, цистерна, — размышляла Сара. — А может быть, подземное озеро, питающееся Нилом. Нужно спуститься и осмотреть все.
— Спущусь я, — без колебания вызвался Хейдн.
— Большое спасибо, капитан. — Сара вытащила из кобуры револьвер и передала его Хейдну. — Но, если позволите, я это сделаю сама.
— Не позволю, — энергично возразил Хейдн. — Я не допущу, чтобы вы подвергали свою жизнь…
— Мне напомнить вам, капитан, что экспедицией руковожу я, а не вы?
Хейдн глубоко вздохнул:
— Нет, не нужно.
— Хорошо. Спуститься должна я, капитан. Мне надо самой посмотреть, что там внизу. Может, только мне удастся что-то понять. — Сара вытащила из колодца фонарь, отвязала его, конец каната ловко затянула петлей и вставила в нее правую ногу. — Опускайте.
— Ладно, — неохотно согласился Хейдн. — Денем, Лестер, опускайте на канате леди Кинкейд, но очень осторожно, понятно?
— Есть, сэр.
Солдаты перекинули канат через плечо, чтобы он не соскользнул. Сара сидела на краю колодца, уже спустив ноги в зияющую пустоту. Денем и Лестер начали медленно опускать ее.
— Прошу вас, не надо, миледи, — взмолился Камаль.
— Решение принято. — Ее голос гулко прозвучал из колодца.
Одной рукой она держалась за канат, который слегка поскрипывал, скользя по камню, в другой был фонарь, освещавший стены колодца. Через несколько метров каменная кладка кончилась и началась скальная порода, в которой, по всей видимости, невероятными усилиями был прорублен колодец. Поморщившись, Сара подумала, сколько же жизней стоил этот труд. Она не знала, что увидит на дне его, и ее любопытство росло с каждой минутой. В любом случае Сара радовалась, что ей удалось убедить Хейдна. Во время поисков «Книги Тота» уже многие расстались с жизнью, и она больше не хотела видеть, как гибнут люди. На том, чтобы самой спуститься в шахту, она настояла еще и по этой причине…
Внизу мерцала вода. Еще несколько метров — и колодец кончился. Сара свисала со свода просторного зала.
— Стоп! — крикнула она наверх и испугалась. Судя по эху, зал был еще больше, чем казался, однако точнее определить его размеры в темноте невозможно.
Солдаты тотчас прекратили спуск, и Сара принялась раскачиваться на конце каната примерно в футе от мерцающей поверхности воды.
— Все в порядке? — донесся до нее голос обеспокоенного Хейдна.
— В лучшем виде, — крикнула она в ответ.
Вода была прозрачной. В свете фонаря Сара видела дно подземного озера: судя по всему, не глубже четырех футов. Решившись, она спрыгнула с каната и с плеском погрузилась в прохладную воду.
— Леди Кинкейд! — На сей раз беспокойство проявил сэр Джеффри. — У вас действительно все в порядке?
— Вполне. — Сара шла почти по пояс в воде. — Мне захотелось после жары и пыли принять освежающую ванну…
— Что вы там видите? — спросил Хейдн.
— Не очень много, — ответила Сара, осматриваясь и водя фонарем. — Я полагаю, это озеро связано подземными протоками с Нилом. Возможно, строители храма использовали его как своего рода естественное водохранилище.
— Почему вы так решили?
— Ну во-первых, в этом нет ничего необычного, а во-вторых, колодец свидетельствует о том… черт подери, что?..
Сара резко замолчала, заметив наверху какое-то движение. Инстинктивно она схватилась за кинжал, закрепленный на поясе, как вдруг поняла, что с потолка свисает пара знакомых ног. Их обладателем был Хейдн, все-таки последовавший за Сарой. Шлем, красный мундир и револьвер офицер оставил наверху.
— А, капитан? Вы так цените мое общество, что не можете отказаться от него и на пять минут?
— Точно, — с несвойственным ему чувством юмора ответил офицер и тоже спрыгнул в воду.
Канат исчез в проеме колодца, и вскоре над водой показались капралы Денем и Лестер. И наконец — Сара не поверила своим глазам — к ним присоединился Камаль.
— Ты уверен, что тебе следовало спускаться сюда, Камаль?
— Я уже говорил вам, миледи: я знаю свое место. Хотя это не значит, что занимаю его с удовольствием.
— Понятно.
— Ну, — спросил Хейдн, — что нужно делать?
— Предлагаю разойтись в разные стороны, — сказала Сара. — Так мы получим представление о размерах помещения. Кто первым что-то найдет, зовет остальных.
Хейдн не возражал, и они побрели по темной воде. Денем и Лестер держали ружья высоко над головой. Сара осторожно переставляла ноги. Скоро она озябла. Вода была не очень холодной, но тело, видимо, привыкло к пеклу пустыни.
— Черт подери, — услышала она голос Лестера, — а что тут так смердит?
— Вас никто не просил высказываться, капрал, — резко оборвал его Хейдн.
— Слушаюсь, сэр.
— Вы как следует осматриваете все кругом и открываете рот только в том случае, если вам будет что доложить, понятно?
— Понятно, сэр…
Сара не могла не улыбнуться. Конечно, Стюарт Хейдн несколько тщеславен и упрям, но всей душой предан делу. Может, Морис Дю Гар и был прав, когда называл его надежным союзником.
Бредя по воде, Сара задумалась о Дю Таре. Ей снова стало тяжело, но она решительно сказала себе, что сейчас не место и не время предаваться скорби. Прежде всего дело, а печаль и боль потом… Ее внимание привлек всплеск воды. Сара оглянулась туда, откуда раздался звук, и на некотором расстоянии в свете фонаря увидела капрала Лестера. Он брел по воде, наверное, случайно и вызвал всплеск.
Сара пошла дальше и вдруг заметила впереди что-то напоминающее вход в пещеру. Чем ближе, тем яснее понимала Сара, что это не первозданная скала. На каменной стене — изображения египетских богов. Краски, обычно использовавшиеся древними художниками, из-за влажности поблекли, но высеченные линии сохранились хорошо. Вдоль стены по краю бассейна шел выступ шириной примерно в два фута, явно искусственного происхождения.
— У меня кое-что есть, — громко оповестила всех Сара, и ее слова повторило эхо. — Здесь стена.
— Стойте там, — велел Хейдн. — Мы идем к вам и вместе обойдем эту стену.
— Хорошо.
Пока спутники с фонарями приближались к ней, Сара внимательнее рассмотрела настенные рисунки, изображавшие сцены из египетской мифологии. По ее мнению, само их наличие служило доказательством того, что это действительно был водоем, возможно, даже имевший ритуальное значение. Она опять увидела Сухоса, и, когда разглядывала его крокодилью голову, ногой наткнулась на что-то в воде. Сара опустила фонарь. Некоторое время, пока не улегся песок, который она замутила ногами, ей пришлось подождать. Постепенно она стала различать очертания какого-то предмета… И тут Сара испугалась. Споткнулась она о человеческий череп. Сара испуганно отпрянула и тут же увидела на краю водоема кости. Не только человеческие, но и животных, хотя, несомненно, в этой пещере погибали именно люди. Кровь запульсировала у нее в венах, когда до сознания начала доходить ужасная догадка.
— Стоп! — крикнула она. — Ни шагу вперед!
— Почему? Что случилось? — спросил Хейдн.
— Это не водоем, — дрожащим голосом ответила Сара.
— Нет? А что же?
Сара не успела ответить — капрал Денем издал истошный крик. Все обернулись, но увидели лишь пенящийся фонтан, в центре которого исчез бедный Денем. Его фонарь тут же погас, и часть пещеры моментально погрузилась во мрак.
— Денем! — растерянно крикнул Хейдн. — Денем, черт подери, что с вами?!
Ответа не было. Несколько секунд в пещере стояла абсолютная тишина. Только где-то вдалеке слышался тихий плеск, и Сара поняла, что он может означать их гибель.
— Бегом, скорее! — изо всех сил закричала она, как вдруг совсем рядом из воды что-то метнулось.
Это что-то имело зубы и челюсти. На нее стремительно надвигалась разинутая пасть, огромная — в ней мог бы поместиться ребенок. Оцепенев от ужаса, Сара сделала единственное, что пришло ей в голову: кинула в пасть свой фонарь. Жуткие челюсти сомкнулись и раздавили стекло. Огонь подхватил разлившееся масло, и из пасти метнулась струя пламени, на мгновение осветившего чудище, словно возродившееся из древних легенд. Рассвирепев от боли, зверь развернулся и моментально исчез в воде. Сара понимала, что за ее жизнь сейчас никто не даст и ломаного гроша. Она бросилась вперед и, разгребая воду, добралась до остальных.
— Господи, что это было?! — крикнул Хейдн.
— Это не водоем, капитан. Это крокодилье гнездо… Словно в подтверждение ее слов в свете оставшихся фонарей вдруг поднялись волны. Они приближались.
— Лестер, стреляйте! — крикнул Хейдн.
Тот быстро взвел курок и выстрелил, но перед ним вдруг вынырнули две ископаемые рептилии с кошмарными зубами, пупырчатой шкурой и разинутой пастью. Дуло озарилось пламенем, одно чудище вздыбилось в воде и издало дикий рык. Зверь четырех метров в длину застыл на месте, зато второй упрямо приближался к людям. Камаль молниеносно выхватил кинжал и, издав боевой клич, нанес удар, но толстенную шкуру его косой удар не пробил. Словно мстя за погибшего, крокодил с разинутой пастью бросился на капрала Лестера.
Тот снова выстрелил — слишком поспешно — и промахнулся. Через секунду чудище уже настигло его и так же моментально, как появилось из воды, исчезло. Зверь схватил Лестера за ноги и волочил за собой с неудержимой силой. Винтовка и фонарь разлетелись в разные стороны, и капрал заскользил поверх пенящегося фонтана, быстро окрасившегося в красный цвет. Истошные крики несчастного эхом отдавались в пещере, наконец его поглотил мрак, и крики прекратились.
— Боже мой, — сказала Сара в наступившей тишине.
— Иншаллах, — пробормотал Камаль.
— К колодцу, — прошипел Хейдн, обнажив саблю, хотя и знал, что ее явно недостаточно.
— Нет, — возразила Сара. — Они пожрут всех, еще прежде чем первый из нас выйдет из пещеры. Там у стены есть выступ, в нем наше спасение. По нему мы сможем двигаться намного быстрее, чем в воде.
С этим никто не спорил, все трое развернулись и как могли быстро поплыли, погребли, побрели по воде к стене пещеры, следя за тем, чтобы брызги не погасили фонари. Без света Сара и ее спутники обречены на гибель.
— Там! — вдруг крикнул Камаль, указывая направо. — Там их еще тьма-тьмущая!..
И снова к ним приближались несущие гибель буруны. Ударяя по темной воде мощными хвостами, жуткие твари устремились к почти беззащитным людям.
— Скорее! — торопила Сара спутников. — Уже недалеко.
Из темноты показалась стена пещеры с поблекшими изображениями, и Сара узнала Сухоса, который, казалось, смотрел на нее и презрительно смеялся.
— Йалла! Йалла! Быстрее! — в ужасе кричал Камаль.
Прямо за ним с шипением вздыбилась волна и через секунду показалась оскалившаяся пасть. Египтянин издал душераздирающий крик. В этот момент воздух рассекла сабля и с силой вонзилась в зверя. Рана была не очень глубокой, но ее оказалось достаточно, чтобы тот отпрянул. Это позволило людям выскочить на сушу.
Первой до нее добралась Сара. Силы ее были на исходе, она с трудом подтянулась и перевалилась на выступ скалы. Лежа на животе, она протянула руку Камалю. Хейдн оставался в воде и, орудуя саблей, прикрывал их, но приближающийся к нему под водой крокодил мог в любую минуту настигнуть офицера.
— Хейдн! Скорее! — крикнула Сара.
Хейдн развернулся и что было сил бросился к скале. Сара с ужасом смотрела, как чудище под водой приближалось к офицеру. Но Хейдн уже добрался до берега. Сара с силой схватила его, и вместе с Камалем они вытащили капитана в тот самый момент, когда смертоносные челюсти готовы были ухватить его за ноги. Крокодильи зубы с клацаньем сомкнулись. Он разочарованно повернулся и уплыл. Однако было ясно, что это не последняя попытка.
— Спасибо, — выдохнул Хейдн. — Еще бы секунда, и…
— И я благодарю, — ответил Камаль.
Были забыты все ссоры и разногласия, и бывшие противники улыбнулись друг другу.
— Ах, мужчины, — покачав головой, только и сказала Сара.
Все трое вскочили на ноги и забрались повыше на узкий выступ. Вода отражала убывающий свет фонарей. Запыхавшиеся, замерзшие, они пустились в бегство в надежде, что выступ приведет их в безопасное место. Уже через несколько секунд эта битва с крокодилами показалась им нереальной, но мерзкие чудища снова вынырнули из темноты. Краем глаза Сара заметила узкую быструю тень и истошно закричала. Тут же из воды вынырнула и метнулась к ней широко разинутая пасть с чудовищными зубами. Не теряя самообладания, Хейдн снова ударил чудище саблей и отогнал его. Однако монстр вернулся уже через секунду, и не один.
Несколько прожорливых тварей высунули морды из воды и стучали зубами совсем рядом. Взалкав крови, они пытались выбраться на сушу. Показались их чудовищные тела, покрытые непробиваемой шкурой, и Сара заметила, что крокодилы не обычного зеленого или желто-коричневого цвета, а какие-то белесые, бледные, значит, большую часть жизни они провели во мраке пещеры. Саре были известны исторические источники, в которых говорилось о белых крокодилах, почитавшихся в Древнем Египте священными, поскольку их особо отметил Сухое. Она всегда считала это мифом — и вот снова жизнь вносила свои коррективы…
Прямо перед ней один зверь пытался вскарабкаться на выступ. Она столкнула его ногой обратно в воду и побежала дальше. Они как будто проходили сквозь строй: с одной стороны — зубы, а под ногами — мокрый камень, на котором недолго было поскользнуться и свалиться в воду.
— Мерзкие твари! — вскричал Хейдн. — Их все больше!
Офицер не преувеличивал. В воде, вскипевшей под ударами хвостов, метались семь или восемь крокодилов, каждый более трех метров в длину. Повсюду из полумрака торчали страшные зубы. Кровожадные чудовища урчали и шипели.
Вдруг бежавший впереди Камаль громко вскрикнул. Выступ кончился, и египтянин, заметив это слишком поздно, шагнул в пустоту. Бежавшая за ним Сара увидела, как он качнулся вперед, хотела удержать его, но не смогла. Отчаянно размахивая руками, Камаль упал лицом вниз в воду.
— Камаль! Нет!
Крик Сары гулко разнесся по пещере, и она не раздумывая вытащила свой американский охотничий нож. Хотя он и не был приспособлен специально для сражений с крокодилами, его остро наточенное лезвие чудища все-таки ощутят на собственной шкуре.
— Вытаскивайте его, капитан! — крикнула Сара и так стремительно прыгнула вслед за Камалем, что офицер не успел ничего предпринять или даже сказать.
Снова стоя по грудь в воде, Сара увидела, как к ней стремительно приближается вытянутое тело. Она решила не совершать ошибки, ожидая, когда крокодил выскочит из воды и набросится на нее, а упредить его и нырнула. В темноте под водой она почти ничего не видела. Ее окружал зеленоватый мрак, и из него надвигалась бледная как смерть тень. Сара покрепче взялась за нож, опустилась на самое дно и перевернулась на спину. Когда крокодил, все внимание которого было поглощено Камалем, проносился мимо, она ударила изо всех сил. Удар пришелся под голову, нож вонзился в шею. Зверь рефлекторно разинул пасть, дернулся и забил огромным хвостом. Сара еще успела вытащить нож и заметить, как заклубилась облаком темная кровь из раны — затем ее что-то ударило по голове и оттеснило в сторону.
Какое-то время она безвольно покачивалась в воде, наконец нехватка воздуха привела ее в чувство. Изо всей силы она оттолкнулась от дна и, работая руками и ногами, вынырнула из воды, жадно хватая ртом воздух и радуясь, что вообще жива. Однако, открыв глаза, она увидела, как над ней нависла зияющая пасть.
Нож лежал где-то на дне, а бежать у нее уже не было сил. В этот момент Саре Кинкейд стало пронзительно ясно, что поиски «Книги Тота» привели ее к гибели. Не теряя самообладания, она смотрела на бесконечно медленно надвигающийся на нее кошмар, хотя в действительности все длилось не более секунды, и ждала, когда отвратительные челюсти схватят ее и утянут под воду.
Тем, что этого не случилось, она была обязана подхватившим ее сильным рукам, они вытащили ее из воды за секунду до того, как зверь приблизился к ней вплотную. Как небесная молния, сверкнула и вонзилась в разинутую пасть чудища, издавшего дикий рык, гвардейская сабля. Сара рухнула на земную твердь и увидела улыбающееся лицо Камаля. Затем ее поставили на ноги, и она, хотя колени дрожали, а силы были на исходе, спотыкаясь, побежала вместе со своими спасателями по выступу, продолжавшемуся по другую сторону от проема. Крокодилы не погнались за ними, вероятно, потому, что сперва хотели позаботиться о своем смертельно раненном товарище, видимо, полагая, что добыча все равно никуда не уйдет.
Легкие Сары были словно опалены, но она с радостью заметила, что выступ впереди расширяется. Они добрались до пещеры, где высилось каменное плато с большим жертвенным камнем. За ним угадывались очертания огромной статуи, мрачной и грозной. На пьедестале виднелись высеченные иероглифы; несмотря на свой почтенный возраст, они хорошо читались; сама статуя, однако, от высокой влажности сильно пострадала. Головы на плечах уже не было, но среди валявшихся вокруг осколков Сара узнала длинную выгнутую шею ибиса. Никаких сомнений — это статуя Тота, бога Луны и владыки храма. Она без сил упала на землю. Хейдн и Камаль тоже сели и попытались унять дыхание. Все понимали, что чудом избежали смерти.
— Спасибо, господа, — задыхаясь, проговорила Сара. — Вы буквально вырвали меня из объятий смерти.
— Нет, леди Кинкейд, это я должен вас благодарить, — с трудом переводя дыхание, отозвался Камаль. — Муташаккир-ктир. Ваше мужество поразительно. Вы рисковали своей жизнью, чтобы спасти недостойного слугу.
— Ты мне друг, Камаль. Кроме того, — прибавила она со слабой улыбкой, — через минуту ты спас жизнь мне. Так что, как видишь, мой поступок был не таким уж бескорыстным.
— Бескорыстным? — прошептал Хейдн. Производил он довольно плачевное впечатление: форма промокла и разодралась, волосы торчали во все стороны. — То, что вы сделали, в высшей степени неразумно и безответственно. Господи, да что же это за дикие чудища?!
— Белые крокодилы, — ответила Сара. — Египтяне считали их священными.
— Да что вы говорите! Ваши священные крокодилы только что сожрали двух моих людей.
— Это не ускользнуло от моего внимания.
— И что теперь?
— Они нападут снова, нет никаких сомнений, — убежденно сказала Сара. — Для этого они и здесь. Стражи храма. Возможно, они живут здесь уже три тысячи лет.
— Великолепно, — проворчал Хейдн. — В таком случае вполне понятно, что случилось с французами.
— Вполне, — согласилась Сара. — Встает вопрос, как проскочить мимо тварей, чтобы они нас не съели.
— Что?! — Хейдн выпучил глаза. — Я ослышался? Мы что, еще раз полезем на этих чудовищ? Нет уж, давайте останемся здесь и будем ждать, пока придут мои люди и вытащат нас.
— Чтобы они тоже окончили свои дни в желудке у тварей? Подумайте, капитан. Если крокодилов запустили сюда охранять храм, значит, должен существовать механизм, позволяющий их обойти.
— То есть?
— Принцип защитного механизма. Подобные ловушки существуют для того, чтобы отваживать непрошеных гостей. Всем же посвященным известен обходной путь.
— И что же это за путь, позвольте узнать?
— Понятия не имею. — Сара посмотрела на большую статую, когда-то, наверное, достигавшую потолка пещеры. — Это статуя Тота, значит, мы на правильном пути. Возможно, поможет надпись…
Хотя у нее все болело, Сара устало поднялась, взяла один из двух оставшихся фонарей и принялась изучать пьедестал. Она водила пальцем по высеченным в древности знакам и переводила.
— Это знак для «союзников». — Она говорила скорее себе, чем спутникам. — Союзниками всегда считались боги Луны и плодородия, ибис и владыка… се-бек.
— Себек? — удивился Хейдн.
— Это древнеегипетское слово, капитан, означает «крокодил».
— Боже, опять крокодилы…
— Священные крокодилы, говорится здесь дальше, имеют цвет Луны, поэтому их хозяином считался Сухос. Он подарил их Тоту, чтобы они… — Сара умолкла.
— Чтобы они что? — не унимался Хейдн.
— Чтобы они помогали Тоту охранять его тайну, — тихо продолжила Сара. — Вы понимаете, что это значит, капитан? Это означает, что мы на верном пути. Где-то здесь указание, куда спрятали «Книгу Тота». Нужно только его найти.
— Всего-то. И где же нам искать, скажите, пожалуйста?
— Здесь об этом ничего не сказано.
— Вы уверены?
— Послушайте, капитан, как насчет того, чтобы вы занимались своим делом и предоставили мне мое, — несколько раздраженно отозвалась Сара. — Я когда-нибудь указывала, что вам нужно делать?
— С момента нашего знакомства вы только этим и занимаетесь. — Хейдн даже застонал слегка, и на этот раз Сара не стала возражать.
— Помогите же мне искать, господа, — попросила она. — Где-то здесь должен быть скрытый механизм, рычаг или что-то в этом роде, выводящий ловушку из строя.
— Ну, если вы так уверены…
Хейдн угомонился и принялся осматривать скалу и пьедестал. К нему присоединился и Камаль, то и дело настороженно озиравшийся на воду. Невозможно было определить, о чем думал этот человек со смуглым лицом и темными глазами. Жалел ли он, что принял участие в экспедиции? Действительно ли был благодарен Саре за спасение? Или в глубине души проклинал ее зато, что она вышла на след тайны, надежно схороненной несколько тысячелетий назад? Вдруг в темноте раздалось фырканье, которое не мог издавать человек.
— Стражи, — мрачно сказал Камаль. — Они вернулись…
В следующую секунду послышались плеск воды и урчание. Звуки быстро приближались. Сара всмотрелась в черноту за светящийся ореол фонаря. Из мрака пещеры на них надвигалось сразу несколько крокодилов. В неверном свете, который, казалось, магически привлекал их, мерцали белесые тела. Они были уже совсем недалеко.
— Вот гадкие твари, — угрюмо сказал Хейдн. — Без огнестрельного оружия нам долго не продержаться.
— Если мне удастся найти скрытый механизм, может, оно нам и не понадобится. — Сара лихорадочно продолжила осматривать впадины и ниши.
— Ну ладно, — проворчал Хейдн. — Я постараюсь выиграть время. Пожалуйста, не теряйте его даром.
Он развернулся, выхватил саблю и двинулся навстречу крокодилам, уже выкарабкивавшимся на берег. Камаль неуверенно посмотрел на Сару и, схватив кинжал, пошел за Хейдном. Первых крокодилов им удалось отогнать точными ударами. Но на берег лезло все больше тварей, и скоро бесперспективность сопротивления стала очевидна.
— Сара! — воскликнул Хейдн. В данной ситуации было не до формальностей.
— Секунду! — Сара поняла по голосу Хейдна, что положение угрожающее, однако, лихорадочно осматривая скалу и поверхность пьедестала, ничего не могла найти…
Крокодилы карабкались на берег в пяти местах. Сначала высовывалась длинная голова, затем передние лапы. Хейдн, как дервиш, прыгал между ними, нанося удары саблей, но ему не удавалось столкнуть их в воду. Казалось, крокодилы обретали все большую уверенность в том, что добыча от них не уйдет. Необходимо было какое-нибудь заграждение, барьер, способный их задержать. И тут Камалю пришла спасительная идея. Пока Стюарт Хейдн отбивался от мерзких тварей саблей, египтянин схватил оставшийся фонарь, не долго думая разбил стекло, вылил масло и поджег его. Вдоль берега вспыхнула полоса огня. Она возымела свое действие. Ослепленные пламенем крокодилы свалились обратно в воду.
— Здорово, bo… Камаль, — воскликнул Хейдн, хотя оба понимали, что огонь будет гореть недолго.
Как только масло выгорит и пламя потухнет, крокодилы снова попытаются выбраться на берег. А в наступившей темноте им никто не сможет оказать сопротивления. Стюарт Хейдн уже представлял в своем воображении зубастые челюсти, которые вот-вот схватят его, как вдруг Сара издала победный крик.
В нижней части цоколя она обнаружила два иероглифа, обозначающие воду и крокодила. За отсутствием более подходящего инструмента она схватила камень и ударила по пиктограммам. Тонкая защитная пластина, замаскированная под кирпич, легко раскололась, и показался высеченный из камня выступ двух футов в длину, который Сара тут же схватила и надавила на него, как на рычаг. Но все ее усилия не дали никакого результата. Она позвала на помощь Хейдна и Камаля, и совместными действиями им удалось наконец повернуть рычаг. Какое-то время ничего не происходило. Затем раздалось шуршание. Сперва похожее на далекий шепот, через несколько секунд оно превратилось в сильный шорох.
— Что это? — крикнул Хейдн, пытаясь перекричать нарастающий шум.
— Песок, — ответила Сара. — Египетские зодчие с его помощью часто перемещали каменные плиты и другие тяжести…
Как бы в подтверждение раздался глухой гром, затем звуки падающих камней и сыплющегося песка, и сразу же — плеск воды. Сначала он тоже был очень тихим, далеким, но затем усилился до такой степени, словно путешественники стояли возле водопада — и это в Ливийской пустыне!
— Шлюз! — Сара перекрикивала демонический шум. — Я думаю, мы открыли шлюз…
И в самом деле, вода пришла в движение. В центре водоема усилилось течение, против которого крокодилы сначала успешно боролись. Но уже через несколько мгновений образовалась бурная река, и кровожадные твари, одна за другой смываемые сильным потоком, исчезли во мраке. Одновременно резко понизился уровень воды. Значит, версия Сары верна. Вскоре от крокодилов не осталось и следа. Затухающий огонь освещал дно бассейна, где поблескивали лужи с илом. Оно было не гладким, а со своеобразными углублениями, на первый взгляд не образующими какой-либо системы.
— Большое спасибо! — Хейдн, видимо, намеревался разразиться пышной похвальной речью. — Я не думал, что…
Но Сара его не слушала. Что-то увидев, она не раздумывая спрыгнула на обнажившееся дно бассейна и, невзирая на жуткий запах, исходящий от луж, принялась пристально рассматривать дно.
— Что вы там делаете? — растерянно спросил Хейдн.
— Вы помните, что я вам говорила? В Гермополе может находиться закодированное указание на место, где спрятали «Книгу Тота».
— И что?
— Вот здесь, — Сара опустилась на колени и руками начала разгребать водоросли, — и находится это самое указание, капитан! Видите? Каждое углубление символизирует звезду, они располагаются в созвездиях. Это, например, древнеегипетское созвездие Крюк, соответствующее нашей Большой Медведице. А вон там, — Сара сделала несколько шагов и снова присела, — Малая Медведица с Полярной звездой. Поскольку она всегда указывает на север, то в древности вместе с окружающими ее звездами получила название Неизменной… Неужели вы не понимаете, Хейдн? Это же карта, которая указывает нам путь!
— Ну надо же! — вырвалось у офицера. У него будто пелена спала с глаз. — Вы правы…
— Был такой верховный жрец культа Тота по имени Нехепс, он жил примерно в начале третьего века до Рождества Христова. Нам известно, что он хорошо знал расположение звезд на небе. Но эта карта по меньшей мере на семьсот лет старше. Все время она была здесь.
— Нарам, — только и мог сказать Камаль, — а крокодилы охраняли ее.
— Именно так, — завороженно сказала Сара, охваченная азартом охоты.
Уже были забыты пережитые ужасы и человеческие жизни, которыми пришлось заплатить за поиски, по крайней мере на данный момент. Перспектива разгадать тысячелетнюю загадку полностью поглотила Сару. С каждым мгновением она обнаруживала все новые подробности. Путь им прокладывали не только звезды, но и стрелочки, исходившие от Полярной звезды…
— Камаль, — обратилась к проводнику Сара, — мне нужны рабочие, чтобы полностью расчистить карту. Принесите также бумагу, карандаш и линейку. И нам необходимы лампы, да поскорее, а то скоро все погаснет.
Камаль кивнул. Он не возражал, но тревожно наморщил лоб. Саре Кинкейд удалось разгадать первую загадку и найти ключ к разгадке тайны, тысячелетиями покоившийся на дне этого бассейна. Что будет теперь? Неужели английская леди действительно найдет то, что так долго и по очень веским причинам было сокрыто? Камаль должен быть готов…