Через неделю Кэл получил телеграмму, в которой Аллан сообщал, что у него все в порядке, погода прекрасная. Он также интересовался успехами на буровой. Кэл сразу же ответил брату, в шутку телеграфировав о том, что за всю историю Техаса никому еще так сильно не везло как ему, и он надеется, что Аллан не будет очень переживать то, что ему не довелось стать свидетелем его успеха.

Кэлу хотелось бы поприсутствовать в тот момент, когда Аллан получит телеграмму, чтобы посмотреть на выражение его лица. Впрочем тот слишком хорошо знал своего брата, чтобы клюнуть на розыгрыш.

Кэл вернулся на ранчо и приступил к своим обязанностям помощника управляющего, но мысли его были постоянно заняты бурением скважин. Он беспокоился о своем предприятии и о капитале, который вложил в изыскания. Возможно, его надежды ждет крах. Старший из братьев Бартонов так и сказал, когда Кэл объявил о своем решении отправиться на поиски нефти в район Мексиканского залива. Кинг был реалистом и прагматиком, он довольствовался тем, что помогал отцу в управлении ранчо и вел дела семейного синдиката. Старший брат не любил рисковать.

Уже стемнело, когда Нора повстречала Кэла, возвращающегося в барак для работников. В этот вечер ковбой выглядел необычно серьезным.

— Здравствуйте, мистер Бартон, — тихо и неуверенно проговорила девушка, когда Кэл остановился перед ней. — Боже мой, вы такой мрачный сегодня. Что-нибудь случилось?

С тех пор как в понедельник после обеда Кэл вернулся на ранчо, он старательно избегал Нору. Непонятные чувства, которые он испытывал к этой девушке, тревожили его. Кэлу хотелось наказать ее, причинить боль за высокомерие и за жестокое обращение с Грилли, но у него не хватало мужества.

Бартон молча рассматривал Нору, не замечая, что впервые она не отпрянула резко в сторону и не морщит презрительно нос. Выражение ее синих глаз скрывалось наступавшей темнотой. Нора с любопытством изучала строгое мужественное лицо ковбоя.

— Не случилось ничего, чем я мог бы поделиться с вами, — протяжно произнес Кэл. — Это касается лишь меня лично.

— О, понимаю, — помедлила Нора. — Обстоятельства не всегда складываются так, как нам хотелось бы, не правда ли, мистер Бартон? — как можно приветливее обратилась она к помощнику управляющего.

Кэлу не понравилось, как по-прежнему строго официально девушка обращается к нему.

— Я имел счастье целовать вас, — резко напомнил он Hope. — Почему же вы так официальны со мной? Девушка откашлялась.

— Вы смущаете меня, мистер Бартон.

— Меня зовут Кэллауэй, — упорствовал он. — А обычно называют просто Кэл. Нора улыбнулась.

— Вам очень подходит это имя.

— А как зовут вас?

— Элеонор, — ответила она.

— Элеонор… Нора, — ее имя прозвучало очень ласково на устах ковбоя. Кэл внимательно рассматривал девушку в надвигающихся сумерках. — Вы не должны находиться здесь так поздно. Тремейны очень щепетильны, когда дело касается приличий, как, впрочем, и вы сами.

Нора пристально посмотрела ему в лицо.

— А вы нет?

Кэл только пожал плечами.

— Меня всегда считали повесой, в некотором смысле я и сейчас такой. Я живу по своим собственным правилам, — Бартон прищурился. — В то время как вы, Элеонор, рабски подчиняетесь нормам ханжеского общества.

Ее имя звучало магически на устах Кэла, у Норы закружилась голова, она едва слышала слова мужчины. Девушке страстно хотелось дотронуться до него, обнять, прижаться к широкой груди. Кэл Бартон заставлял ее мечтать о весне, о пробуждении природы. В ней самой пробуждалось новое, ранее неизвестное ей чувство, которое Нора пыталась тщательно скрыть. Главное было в том, что он — ковбой. Девушка даже представить себе не могла, что подумали бы ее родители, если бы она написала им, что ей вскружил голову обыкновенный наемный работник с ранчо. Ее мать упала бы в обморок, так же как и тетя Элен. Даже то, что она просто стоит здесь и разговаривает с помощником управляющего, может стоить ему работы. Как она могла не подумать об этом?

— Мне нужно вернуться в дом, — заволновалась Нора. — Моим родственником может не понравиться, если они увидят нас вместе.

Кэл взял ее за руку и успокаивающе погладил. Его прикосновение ошеломило Нору. Из горла мужчины вырвался сдавленный стон, он с трудом подавил в себе желание схватить девушку, крепко прижать к себе и целовать, целовать до тех пор, пока губам не станет больно. Страстное, нестерпимое желание горело в его глазах. У Кэла уже в течение долгого времени не было женщины, и он был уверен, что именно этим объяснялось то, что его жажда обладать этой высокомерной аристократкой была такой неистовой и сильной.

Ковбой резко отпустил руку Норы и отпрянул от нее.

— Уходите. Уже поздно.

— Да. Спокойной ночи, мистер Бартон.

Кэл кивнул и, повернувшись на каблуках, пошел прочь, а Нора стояла и смотрела ему вслед.

Когда она подошла к крыльцу, тетя Элен поджидала ее, явно обеспокоенная.

— Нельзя так поздно гулять, дорогая, — тихо упрекнула тетя Нору.-Это неприлично.

— Я просто хотела подышать свежим воздухом, — девушка старалась не смотреть в глаза тете. — Вечер такой теплый…

— Я понимаю, — Элен улыбнулась. — В самом деле, сентябрь стоит замечательный. Знаешь, дорогая, в сегодняшней газете рассказывается совершенно ужасная история о семье миссионеров, которых убили в Китае. Погибли даже дети. Как страшно становится жить в этом мире.

— Да, тетя, пожалуй, — ответила Нора. — Как хорошо, что здесь в Техасе вполне безопасно.

В субботу разразилась сильная гроза. Кэл с работниками ранчо пытались уберечь скот он наводнения. Вода в реках поднялась так высоко, что смела заграждения. Ковбои работали весь день и вернулись только вечером с головы до ног перепачканные в грязи.

Кэл поднялся на веранду, извинившись перед женщинами за свой вид.

— Мистер Честер просил передать вам, мадам, что с ним все благополучно, — без лишних проволочек сообщил он, вытирая рукавом перепачканное лицо, — Нам пришлось целый день вытаскивать скот из грязи, но все равно в потоке мы потеряли несколько голов. Управляющий с двумя работниками отправился на ранчо к Поттеру, чтобы убедиться, что у них все в порядке. Дом Поттеров стоит у самой реки.

— Да, я знаю, — обеспокоенно проговорила Элен. — Какая сильная гроза, и разразилась она так неожиданно. Не было никаких признаков. По сообщениям газет, в Аризоне произошли также весьма необычные изменения погоды, сильно похолодало, и многие заболели. Представляете? И это десятого сентября.

Кэл выглядел встревоженным.

— Да, я слышал, что резко похолодало, — согласился он. — Хотелось бы мне знать, что там сейчас на побережье.

Он не стал объяснять, что в настоящее время там гостит его брат, и он волнуется за него.

— Думаю, что скоро мы узнаем, — ответила Элен. — Вам нужно пойти поесть, мистер Бартон. Вы выглядите таким усталым.

Кэл посмотрел на Нору и печально улыбнулся.

— Все мы очень устали. Я уверен, что мистер Тремейн скоро вернется.

— Спасибо, что вы зашли сообщить нам. Помощник управляющего устало кивнул и направился в барак. Нора закусила губу, с трудом удержавшись, чтобы не окликнуть его. Если бы только было возможно, она помогла бы ему лечь в постель, укрыла бы одеялом и ухаживала, лучше любой сиделки. Представить невозможно, спохватилась девушка, как глупо бы она выглядела, если бы высказала свое желание вслух. Не произнеся ни слова, она вернулась в дом.

Только в понедельник в Тайлере получили известия о том, что город Гальвестон постигла ужасная трагедия. Разразившийся в субботу ураган поднял огромные волны, которые полностью затопили город. Гальвестон и его окрестности были разрушены, погибли тысячи людей.

Когда Кэл Бартон узнал о положении в Гальвестоне, он вскочил на лошадь и умчался, не говоря никому ни слова. Впрочем, все поняли, что он отправился к месту трагедии, чтобы помочь спасателям. Кэл не рассказывал, что в это время в Гальвестоне гостил его брат. Он очень испугался за судьбу Аллана, который мог оказаться среди погибших. Если в Эль-Пасо еще не знают о стихийном бедствии, то он рассчитывал узнать о судьбе Аллана раньше, чем известие о трагедии дойдет до семьи.

Бартон успел на станцию до отправления поезда, но когда состав прибыл в Гальвестон, он увидел, что все дороги размыты, а линии коммуникаций полностью разрушены. На близлежащем ранчо Кэл нанял лошадь, чтобы добраться до города. То, что он там увидел, еще долгие годы преследовало его в ночных кошмарах.

Только тогда, когда своими глазами Кэл увидел, какие разрушения и бедствия принес страшный ураган, он понял, что найти брата среди погибших и раненых совершенно невозможно. Под разрушенными зданиями и завалами было погребено столько изуродованных до неузнаваемости трупов, сколько ему не приходилось видеть даже во время участия в Испано-американской войне.

В течение нескольких часов Кэл работал на расчистке завалов, извлекая из-под руин тела погибших. Мысль о том, что, возможно, и его брат находится среди них, была ему невыносима.

Вечером он покинул город верхом на лошади, душа и сердце его болели от страшной утраты. Даже святому было бы трудно смириться с тем, что довелось увидеть Бартону на развалинах Гальвестона. Потеряв всякую надежду, совершенно ошеломленный и потрясенный невыносимым горем, он не мог заставить себя сразу вернуться на ранчо Тремейнов.

Верхом Кэл добрался до железнодорожной станции, где стоял готовый к отправке поезд на Батон-Руж. Не имея ни малейшего представления, куда он поедет, Кэл сел в поезд.

В Батон-Руж он направился в отель, где обычно останавливались члены его семьи, когда приезжали в город по делам, и снял комнату. Проворочавшись в постели до рассвета, он так и не сумел заснуть, и утром спустился в ресторан позавтракать совершенно измученный, с покрасневшими от бессонницы глазами.

Воспоминания о брате, о счастливых годах детства, проведенных вместе, мучили его беспрерывно. Кэл никогда не был близок с Алланом так тесно, как с Кингом, но испытывал к младшему брату особые чувства. Аллан оказывал ему всяческую поддержку в его поисках нефти, хотя и подшучивал из-за неудач и пустых скважин. Он воодушевлял его на продолжение изысканий, не давал терять надежду и веру в удачу. Теперь Кэлу будет его не хватать, трудно даже представить, как жить дальше, зная, что Аллана нет рядом.

Погруженный в тяжелые мысли, в полном отчаянии, Кэл не услышал, как дверь его комнаты отворилась, и пришел в себя только тогда, когда кто-то хлопнул его рукой по плечу.

— Бог ты мой! А ты-то что здесь делаешь, Кэл? Я только что вернулся в Батон-Руж из маленького поселка на озерах и увидел твое имя в регистрационном журнале. Я гостил в семье одной молодой леди, к которой весьма расположен… Кал?!

Потрясенный Кэл схватил вошедшего брата медвежьей хваткой и сжал в объятиях так сильно, что у того затрещали кости. Облегчение его было так велико, что он едва не разразился рыданиями.

— Слава Богу, Аллан, — хрипло проговорил Кэл. — Слава Богу!

Аллан вырвался из объятий брата и с любопытством уставился в его искаженное страданием лицо.

— Скажи, что случилось, Кэл? — заволновался он. Кэл с трудом пришел в себя, он не сразу смог ответить брату.

— Ты разве не слышал?

— О чем?

— О трагедии в Гальвестоне, — с трудом выдавил из себя Кэл. — Город разрушен. Полностью разрушен. Повсюду тела погибших…

Аллан замер, лицо его побледнело.

— Я не читал газет последние дни и ни с кем не разговаривал, кроме Сэлли. Когда это случилось?

— В субботу. Но мы в Тайлере узнали о бедствии в понедельник. Я думал, что ты в городе, и сразу же выехал туда. — Кэл откинул назад волосы, выражение его лица было ужасно. — Я чуть с ума не сошел, когда увидел, что там произошло. Ты представить себе не можешь, что там творится. Я был на войне, но это гораздо хуже. О Боже, разрушения ужасны, — произнес он сдавленным голосом, не в силах забыть страшных картин пострадавшего от стихии города.

Аллан глубоко вздохнул.

— Только подумай, я вполне мог оказаться там, в самом центре урагана. О, Боже! Я только в пятницу решил покинуть Гальвестон и погостить на озерах. Погода была неважная, и вода уже прибывала. Но я даже подумать не мог, что разыграется такая трагедия. Что с мистером Бриггсом и его семьей? В Гальвестоне я всегда останавливался у них… Уже опознали кого-нибудь из погибших, Кэл?

— Всех опознать невозможно, — Кэл отвернулся. Ему тяжело было вспоминать то, что пришлось увидеть. — Нужно срочно дать телеграмму на ранчо родителям, — добавил он. — Возможно, они уже знают об урагане и волнуются. Нужно сообщить им, что с тобой все в порядке.

— Ты не телеграфировал им из Гальвестона? Глаза Кэла потемнели.

— Связь в городе нарушена, — уклончиво ответил он. — Сейчас я отправлюсь на телеграф «Вестон Юни-он» и отправлю сообщение. Я вернусь через несколько минут, — он тепло улыбнулся брату. — Я очень рад, что ты жив.

Аллан кивнул.

— Я тоже, — в свою очередь улыбнулся он. Ему было приятно осознавать, что брат волнуется и очень переживает за его жизнь. Аллан знал, что Кэл, как и Кинг, не любит выставлять напоказ свои чувства, и его неприкрытая тревога была очень красноречива.

Аллан остался в Батон-Руж, а Кэл первым же поездом отправился в Тайлер. Всю дорогу он проспал, испытывая огромное облегчение и радость. Рассказы о наводнении в Гальвестоне, которые были основной темой разговоров, заставили его снова и снова переживать случившееся. Ему хотелось, чтобы хоть когда-нибудь он сумел забыть ужасные сцены, и он постоянно благодарил Бога за то, что страшная участь миновала его брата.

Обстановка в Гальвестоне оставалась тяжелой, возникла опасность инфекционных заболеваний. Убедившись, что с Алланом все в порядке, Кэл мог бы снова присоединиться к спасателям, но его ждала работа на ранчо. В Гальвестоне в настоящее время недостатка в добровольцах не было, теперь Кэл Бартон должен был убедиться, что в Тайлере, на ранчо Тремейнов все благополучно.

Газеты писали, что наводнения прокатились по всему Техасу, и Кэл тревожился за состояние дел у Тремейнов. Если реки, протекающие на территории ранчо выйдут из берегов, то убытки понесет не только Честер со своей семьей, но и синдикат. Сейчас, когда он убедился, что Аллан не пострадал, его обязанностью было позаботиться о ранчо. Мертвым он уже не сможет помочь, о них позаботятся скорбящие родственники. Кэл Бартон мог только оплакивать погибших.

Несмотря на облегчение, которое Кэл испытал, узнав, что его брат жив и здоров, в Тайлер он вернулся бледным и подавленным. Он не стал ничего рассказывать о трагедии в присутствии женщин, а Честер уже знал о разрушениях и огромном количестве жертв.

В течение двух дней после возвращения на ранчо у Кэла было очень много работы, нужно было отогнать скот в ожидании возможных наводнений. Из Тайлера он телеграфировал в Бомонт, чтобы узнать, уцелели ли его буровые установки. Связи долго не было, но в конце концов, он получил телеграмму от старшего бурильщика, в которой тот сообщал, что все в порядке. Известие успокоило Бартона. Он с ужасом думал, что в результате урагана мог потерять дело, в которое вложил столько сил и денег. Возможно, рассудил Кэл, это было предзнаменование, что он на правильном пути.

Однако он все равно оставался угнетенным и расстроенным, что не осталось незамеченным. Через несколько дней, когда старший помощник пришел с докладом к Честеру, Нора сидела на веранде одна. После возвращения на ранчо, Бартон обращал мало внимания на окружающих. Девушка видела его озабоченность, и, как ей казалось, понимала причину этого.

Она грациозно поднялась с кресла и обратилась к ковбою как раз в тот момент, когда он уже собирался постучать в дверь.

— Вы все еще переживаете трагедию в Гальвесто-не, мистер Бартон, не так ли? — тихо проговорила она. — В прошлом году по Восточному побережью также пронесся ужасный ураган. Погиб мой кузен, которого я очень любила. Мне приходилось видеть наводнения, правда, не такие сильные. Можно себе представить, что творилось в городе.

Кэл был удивлен сочувственным тоном девушки. Прищурив светлые глаза, он пристально изучал ее искреннее лицо.

— Это то, о чем мне совсем не хочется говорить, — помрачнел он. — А меньше всего с женщиной. Нора удивленно приподняла брови.

— Разве я сделана из камня, сэр? Взгляд Бартона скользнул по ее стройной фигурке. Нора была одета в темную юбку и вышитую блузку.

— Так вполне можно подумать, когда встречаешь некоторых из ваших соратниц, прорывающихся в салуны с топорами в руках.

Нора тихо засмеялась при упоминании о рьяных членах «Общества трезвости».

— А разве я плохо выглядела бы с топором в руках? Кэл покачал головой.

— Нет, вам это не пошло бы, — он хмуро посмотрел на девушку. — С тех пор как вы приехали, вы стали куда спокойнее. Честер говорил мне, что вы хорошо ездите верхом и умеете управляться с охотничьим ружьем. Но я не замечал, чтобы вы здесь садились на лошадь или упражнялись в стрельбе.

Нора умела стрелять, но нельзя было сказать, что делала это хорошо. Однажды, гостя в Англии, она выстрелила очень неудачно и попала в очень дорогой витраж из цветного старинного стекла, изготовленный в эпоху Тюдоров. Хозяйка дома отреагировала на ее оплошность твердо сжатыми губами и совершенным спокойствием, но больше Нору в тот дом не приглашали. С тех пор девушка не брала в руки ружья.

— Было слишком жарко, чтобы получать удовольствие от стрельбы.

— В последнее время не по сезону прохладно. Нора не нашлась, что ответить. В ожидании приподняв брови, Кэл смотрел на нее. Наконец, она решилась.

— Хорошо, если вам хочется знать, я не люблю оружия, для меня оно слишком тяжелое, — высокомерно ответила она. — И поэтому я часто не попадаю в цель.

Кэл весело улыбнулся.

— Обманщица.

— Но я действительно умею стрелять, пусть и не очень хорошо, — резко парировала Нора.-Мне трудно удерживать в руках ружье.

— А как насчет охоты в Африке? — настаивал ковбой.

Нора побледнела и отвела глаза.

— Я не люблю говорить о путешествии в Африку. Это неприятное для меня воспоминание.

Кэла удивили слова девушки и выражение ее лица. Она продолжала оставаться для него загадкой.

— В субботу вечером Женский клуб устраивает танцевальный вечер в здании местной мэрии. Я получил приглашение от одной дамы из организационного комитета. Вы не составите мне компанию, Элеонор?

Сердце Норы замерло, а затем бешено застучало в груди. Первая мысль ее была о том, какое платье выбрать для этого случая. Она посмотрела на Кэла, с трудом скрывая переполнявшую ее радость.

— Вы хотите, чтобы я составила вам компанию?

— Я довольно неплохо танцую для ковбоя, леди, — весело заявил он. — И обещаю вам, что надену свои лучшие ботинки, а также вылью на себя немного одеколона. Вы вполне можете довериться мне. Я постараюсь вести себя очень благоразумно.

Нора покраснела, вспомнив, что тетя Элен неоднократно напоминала о разнице в социальном положении между ней и Кэлом Бартоном. Если она появится с ним на людях, это приведет в замешательство не только Тремейнов, но и ее собственную семью.

Бартон заметил смущение и испуг, промелькнувшие в глазах Норы, и сразу же замкнулся.

— Возможно, я предпочту выбрать одну из городских девушек, — натянуто заметил он. — Девушку, которая стоит не так высоко по своему социальному положению.

Прежде чем Нора успела ответить, он громко постучал в дверь и вошел в дом. Уходя, Кэл Бартон даже не посмотрел в ее сторону. Было видно, что он сильно разозлился. В Западном Техасе многие женщины соперничали между собой, пытаясь привлечь его внимание. Лучшие семьи на Востоке приглашали его погостить в надежде, что Кэл составит выгодную партию одной из их дочерей. Так же как и Элеонор Марлоу, Бартон происходил из богатой семьи и занимал высокое положение в обществе, но сейчас он чувствовал себя, как во время маскарада. Он не желал раскрывать высокомерной аристократке истинное положение вещей.

И чем больше Кэл думал о Hope, тем больше злился. Это даже хорошо, говорил он себе, что ему довелось предстать перед мисс Марлоу в виде простого ковбоя. Если бы они встретились на каком-нибудь приеме, возможно, он так никогда бы и не узнал, сколько в ней снобизма.

Танцевальный вечер был организован Женским клубом, в котором Элен Тремейн занимала должность секретаря. Зал украсили бело-зелеными символами клуба и свежими цветами.

На вечер Нора выбрала строгое черное шелковое платье, отделанное бельгийскими кружевами, и бриллиантовое колье. Мелли надела белое кисейное платье, а тетя Элен — черное из тафты. Бриллианты у обеих, в отличие от украшений Норы, были искусственными. Женщины выглядели очень элегантными, каждая по-своему, однако никто не мог затмить мисс Марлоу, наряженную по последней моде, к ней было приковано всеобщее внимание.

Кэл Бартон появился в сопровождении хорошенькой молодой девушки, дочери одного из организаторов вечера. Он был очень внимателен к своей спутнице, но, танцуя с ней, так посматривал на Нору, что той стало не по себе. В светлых глазах ковбоя она увидела презрение, с которым не смогли справиться ни ее чувство собственного достоинства, ни высокое социальное положение. Кэл не знал, что тетя Элен резко отрицательно отнеслась к приглашению помощника управляющего, она считала совершенно невозможным, чтобы наемный работник сопровождал ее племянницу, леди, занимающую высокое положение в обществе. Даже если бы Нора и захотела нарушить условности, она не могла поставить в неловкое положение родственников и помешать своим опрометчивым поступком удачно выйти замуж Мелли. Девушка решила отказаться от приглашения Кэла Бартона, хотя ей очень хотелось, чтобы именно он сопровождал ее.

Нору пригласил на танец приехавший из Вашингтона высокопоставленный чиновник, и она благосклонно подала ему руку, обворожительно улыбаясь партнеру, пока они кружились по залу. Конгрессмен проявил к девушке явный интерес, приглашая на все последующие туры, пока после третьего танца встревоженная тетя Элен не стала умолять Нору не проявлять подобного легкомыслия. Совершенно смущенная, девушка покинула зал и отошла к столу с напитками. Что бы она не сделала, подумала Нора, тетя все равно недовольна.

— Мне кажется, наш мистер Бартон сходит по тебе с ума, — заметила подошедшая к столу с закусками Мелли. Огромный канделябр освещал позолоченный кофейный сервиз и изысканные закуски на серебряных подносах.

— Похоже, мой удел — быть постоянным предметом его гнева, хотя я лишь и стремлюсь избегать скандалов, — кротко ответила Нора.

— Тебе не нужно обращать внимания на маму, — осторожно сказала Мелли и понимающе улыбнулась. — Она желает и мне, и тебе только хорошего. Ей очень трудно пришлось, когда она вышла замуж за отца. Как и твоя мать, она принадлежала к высшему свету, и до сих пор остро переживает потерю. Мама хочет оградить нас от тягот и унижений, которые ей пришлось пережить ради жизни с отцом. Вот почему она так щепетильна в отношении условностей и правил приличия. — Мелли дотронулась до руки кузины. — Она не догадывается, что ты… что тебе нравится мистер Бартон, что ты испытываешь к нему серьезные чувства. Я никогда бы не осмелилась сказать маме об этом, но я очень сочувствую тебе, Нора.

— Это совершенно бессмысленно. Я не должна позволять себе думать о нем, — Нора чувствовала себя несчастной. — Разве может у нас что-нибудь получиться, учитывая такую разницу в социальном положении. — Она старалась не показывать, какую боль доставляют ей эти разумные доводы. Hope хотелось послать к черту условности и приличия! Как было бы хорошо, будь она обычной горожанкой, или окажись Кэл Бартон богатым джентльменом с видным положением в обществе. Неожиданно для себя Нора вздохнула с такой тоской, что Мелли стало остро жаль кузину. Желая отвлечь ее от горьких мыслей, она посмотрела вокруг и удивленно воскликнула.

— Неужели и мистер Лэнгхорн пришел на танцы?! Обычно он не посещает наши вечера.

Рука Мелли задрожала, и она едва не опрокинула чашку с кофе. Нора быстро забрала у нее прибор и поставила на стол.

— Будь осторожна, Мелли, — тихо предупредила она. — Если тетя Элен заметит, тебе также придется выслушать ее нотации.

— Спасибо, — искренне поблагодарила Мелли и натянуто рассмеялась. — Осмелюсь предположить, что на этом вечере нам обоим следует остерегаться моей матери. Насколько я могу заметить, мистер Бартон только и думает, что о тебе.

— Теперь уже, наверное, нет. Я очень унизила его, отказавшись от приглашения сопровождать меня, — как можно безразличнее ответила Нора, стараясь не смотреть на пробиравшегося к ним сквозь толпу Кэла. — Боюсь, что он уже обо всем забыл.

— В самом деле? Ты только посмотри на этого рассерженного кавалера. Нора, — весело проговорила Мелли, когда Кэл был уже почти рядом.

Нора почувствовала, что колени у нее задрожали, но она обладала куда большими, чем у кузины, выдержкой и самообладанием. Она гордо вздернула подбородок и высокомерно посмотрела на мистера Бартона, остро почувствовав разницу в их социальном положении. Девушка сразу заметила и его несколько старомодный костюм, и потертые черные ботинки. Откуда ей было знать, что Кэл с удовольствием извлек этот наряд с самого дна своего сундука. Он специально приберегал его для случаев, когда хотел подчеркнуть в своей внешности низкое положение наемного работника с ранчо.

— Вы хорошо выглядите, мистер Бартон, — весело приветствовала Кэла Мелли.

— Благодарю вас, мисс Тремейн, — вежливо ответил Кэл. — Вы сегодня ослепительны.

Нора потягивала кофе, высокомерно посматривая на ковбоя.

— Вам нравится вечер, мистер Бартон? — равнодушно спросила она. — Мне кажется, обычно вы предпочитаете другие развлечения.

«Да, эта мисс умеет посыпать рану солью», — со злостью подумал Кэл.

— Что ж, вынужден признать, мисс Марлоу, что я предпочитаю азартную игру в покер холодной красавице.

У Норы от возмущения перехватило дыхание. Она не успела ничего ответить, как Кэл отвернулся и протянул руку Мелли с такой обворожительной улыбкой, ;

что та тут же забыла о кузине и позволила увести себя в танцевальный зал.

Нора разозлилась, когда увидела, как ловко они вальсируют. Впрочем, оказалось, разозлили они не только ее. Беседовавший с двумя местными бизнесменами мистер Лэнгхорн бросал на Мелли такие взгляды, которые могли бы заставить скиснуть и парное молоко. Мелли ничего не замечала, она весело кружилась в паре с Кэлом Бартоном. Было совершенно очевидно, что Лэнгхорн страшно ревновал Мелли, но не хотел, чтобы та заметила его раздражение.

Бесспорно, он любит Мелли, решила Нора, но поведение Лэнгхорна было ей совершенно непонятно. И вдруг Нора поняла, что положение разведенного мужчины не дает ему возможности проявлять чувства к ее кузине, так же как ее собственное богатство стоит преградой между нею и Кэлом Бартоном. Нора почувствовала странное родство с этим человеком и боль оттого, что ничем не может ему помочь.

Продолжая держать в руках чашку с кофе, Нора улыбнулась конгрессмену, подошедшему к столу, чтобы выпить что-нибудь освежающее.

— Здесь очень весело, — заметил конгрессмен. — Я очень рад, что согласился пойти на вечер. Я приезжал в Гальвестон с заданием выяснить истинное положение вещей. Трудно сказать, какую помощь окажет правительство, но вряд ли пострадавшие от наводнения жители города справятся самостоятельно с последствиями урагана. Нужны огромные вложения. Знаете, сейчас много говорят о строительстве дамбы, которая могла бы защищать город от моря, чтобы подобная трагедия никогда больше не повторилась бы.

— Замечательная идея, — с энтузиазмом заявила Нора. — Я была бы счастлива вложить какую-то сумму в осуществление этого проекта. Уверена, многие поступили бы так же.

Лицо конгрессмена осветила улыбка.

— А что? Это было бы прекрасно. Мне такая идея даже в голову не приходила. Возможно, стоит обратиться к населению и представителям бизнеса с просьбой о пожертвованиях.

— Чудесная мысль. А всех погибших… удалось опознать? — поколебавшись задала тревожащий ее вопрос Нора.

Конгрессмен помедлил с ответом. О таких вещах, считал он, не беседуют с утонченными женщинами.

— Я уверен, что всех опознали, — заверил он девушку, не вдаваясь в объяснения, что невозможно не только опознать тысячи погибших, но даже похоронить всех. Трупы кремировали прямо на месте. Преодолевая страх и ужас работающие под вооруженной охраной добровольцы извлекали останки погибших из руин и обломков зданий. В прибрежных водах залива собралось невероятное количество акул. Но самым страшным, как рассказывали конгрессмену очевидцы, было то, что вода обрушилась на город посреди дня. Люди видели, как на них с моря надвигается страшная, неумолимая, безжалостная стена воды…

— Сэр, с вами все в порядке, — обеспокоенная долгим молчанием собеседника, спросила Нора. — Вы сильно побледнели.

Конгрессмен поднес к губам чашку с кофе, не замечая, что обжигает язык.

— Я задумался о том, что должен буду рассказать моим коллегам в Конгрессе, — уклонился он от ответа.

— Пожалуйста, расскажите мне о ранчо вашего дяди, мисс Марлоу. В последнее время я очень увлекся скотоводством.

Мелли протанцевала с Кэлом только один танец. Она наслаждалась непринужденной и легкой беседой, его веселостью и доброжелательностью, но видела, как неодобрительно следит за ней мать. Поэтому, как только вальс закончился, она покинула своего кавалера. Не успела Мелли отойти от Кэла, как лицом к лицу столкнулась с мистером Лэнгхорном.

Сердце девушки затрепетало в груди, когда его темные сверкающие глаза уставились на нее с молчаливой угрозой. Мелли покраснела, удивленная его неожиданной враждебностью.

— Заигрываете с ковбоями, мисс Тремейн? — проворчал Лэнгхорн с ядовитой усмешкой. — Едва ли ваша мать одобрит подобное поведение. Разве вы не видите, что она сердится?

— Я станцевала с мистером Бартоном всего один вальс, он — отличный танцор, — легкомысленно бросила Мелли, делая вид, что не замечает угрожающего взгляда мужчины.

— Бартон — мой ровесник, — сердито напомнил тот. — Он слишком стар для такого ребенка, как вы.

Мелли приподняла брови и невинно посмотрела на Лэнгхорна.

— Что вы имеете в виду? Лицо его окаменело.

— Здесь достаточно юношей вашего возраста, мисс Тремейн. Почему бы вам не пофлиртовать с кем-нибудь из них? — мрачно ответил он.

— Я сама решаю, кого выбрать партнером. Вы не можете делать это за меня, — спокойно заявила Мелли. — Я буду танцевать с тем, с кем захочу, так же как вы можете делать все, что вам угодно. — Она лукаво улыбнулась рассерженному Лэнгхорну. — Я удивлена, тем, что вы пришли на вечер без миссис Террел.

— У нее заболел ребенок, — объяснил он. Мелли попыталась скрыть свое ревнивое разочарование.

— Мне очень жаль, — вежливо ответила она. — Надеюсь, ее ребенок скоро выздоровеет. Извините меня…

Девушка повернулась, чтобы уйти, но неожиданно Лэнгхорн схватил ее за руку и удержал, загородив дорогу. Мелли быстро огляделась по сторонам, но, казалось, никто не заметил небольшого инцидента.

— Мистер Лэнгхорн! — от возмущения у нее перехватило дыхание.

Лэнгхорн притянул Мелли ближе к себе, его. пронзительные глаза были полны решимости.

— Ты нарочно злишь меня? — процедил он сквозь зубы. — У меня нет ни малейшего желания связываться с тобой. Я уже говорил тебе об этом и объяснял, почему. Если бы у миссис Террел не заболел ребенок, я бы пришел сюда с ней.

— А почему вы не остались с ней дома? — гневно спросила Мелли, пытаясь вырвать руку, но он крепко держал ее.

— Потому что она сама этого не захотела. Я говорил тебе, что намерен жениться на ней. Миссис Террел поможет мне создать прочную семью и приличный дом для Брюса.

— Ее собственные сыновья похожи на дикарей, — холодно заявила Мелли. — А Брюс — хороший мальчик, просто он любит иногда поозорничать. Если вы женитесь на этой женщине, ваш сын сделается похожим на ее отвратительных детей…

— Как ты смеешь говорить о сыновьях миссис 'Террел в таком тоне? — раздраженно спросил Лэнгхорн.

— Я не говорю о Бене, он еще слишком мал. Но разве ', вы не знаете, что на старших братьев уже жаловался городской констебль, — возразила Мелли. — Они балуются на дороге, и из-за них случилось уже две аварии с экипажами.

— Ну, это обычные ребячьи шалости. Мальчишки часто бросают камни в проезжающих лошадей.

— Но по их вине перевернулась коляска, и едва не погиб маленький ребенок! — глаза девушки возмущенно сверкали. — Вы считаете это мальчишеской шалостью? Почему бы вам не спросить Брюса, что он думает по этому поводу? Ему не нравится ни вдова Террел, ни ее сыновья. И если вы насильно навяжете мальчику подобное родство, то можете потерять сына. Что, если он сбежит из дома?

— Ты суешь нос не в свои дела, Мелли. Ты еще слишком молода, чтобы судить о таких вещах, -Лэнгхорн. сердито отпустил ее руку. — Я сам буду решать, что нужно моему сыну, и не позволю тебе вмешиваться!

— О, Мелли! — Элен Тремейн быстро подошла к дочери. Она обратила внимание на ссору, так как и Мелли, и Лэнгхорн говорили достаточно громко для обычного разговора. — Пожалуйста, дорогая, помоги мне подать гостям напитки.

— Иду, мама, — с готовностью откликнулась Мелли. Пунцовая от гнева она отошла от мистера Лэнгхорна.

Элен очень рассердилась на дочь, но старалась не показать этого.

— Я просила тебя держаться подальше от этого человека, Мелли, -прошипела она.-Он имеет скандальную репутацию.

— Да, мама, — покорно согласилась Мелли. — Мы просто говорили о Брюсе.

— О Брюсе?

— Это сын мистера Лэнгхорна. Помнишь, мы с Норой отвозили его после пикника домой. Мальчик очень сложный, и поведение его становится все хуже. Я считала, что должна поговорить о нем с отцом, но мистер Лэнгхорн рассердился, — убедительно объяснила она матери.

— Понимаю. Я была очень удивлена, когда увидела, что он пришел на вечер, — мрачно добавила миссис Тремейн, сердито глядя на Лэнгхорна. — Раньше он никогда не посещал наши мероприятия, не правда ли? Возможно, Ленгхорн договорился с кем-то здесь встретиться и обсудить свои дела.

— Возможно, — ответила Мелли. Она проследила за взглядом матери, и на какое-то мгновение ее глаза встретили мрачный взгляд Лэнгхорна. Словно вспышка молнии сверкнула между ними. Мелли почувствовала, как электрическим разрядом пронзило ее тело, и быстро опустила глаза.

Внимание Элен привлек молодой человек, направлявшийся в их сторону.

— О, какой приятный сюрприз! К нам идет молодой мистер Лэрреби, — она ободряюще похлопала дочь по руке. — Очень приятный молодой человек. Он совсем недавно справлялся о тебе, Мелли.

— Мама, прошу тебя! Не надо навязывать мне поклонников.

Элен удивилась.

— Разве ты не собираешься выйти замуж?

— Собираюсь. Но… Почему бы тебе не попросить Нору потанцевать с многообещающими молодыми людьми? Например, с мистером Бартоном?

Выражение лица ее матери моментально изменилось.

— Моя дорогая, — гневно произнесла Элен. — Нора — богатая наследница. Когда-нибудь она станет очень состоятельной женщиной. Леди ее социального положения просто не может позволить себе танцевать с обыкновенным ковбоем. Ее все осудили бы.

— Я думала, мы здесь более демократичны, мама, — попыталась вставить Мелли.

— Это был бы скандал, дорогая, — прервала ее Элен. — А теперь, Мелли, подай мне, пожалуйста, вон те фарфоровые чашки, я налью кофе для миссис Блейк. И я вижу, молодой Лэрреби хочет пригласить тебя на танец.

Мелли согласно кивнула. Ей было жаль кузину, так же как и себя. В тайне Мелли надеялась, что ее мать не окажется столь строга к мистеру Бартону, но Элен была непреклонна. Бедная Нора. Если она хочет встречаться с красивым ковбоем, то ей надо делать это в тайне, чтобы никто не узнал. При мысли о несправедливости таких правил, глаза Мелли вспыхнули гневом. Впрочем, возможно, она сможет помочь Hope!