Джек сидел в маленькой холодной камере в Вестминстере, ожидая решения палаты лордов. За окном дул ледяной ветер, из черных туч шел дождь со снегом. Но Джек, казалось не чувствовал холода и даже не замечал, что воротник его dv-башки расстегнут.

Он думал о том, как изменчива и капризна судьба. Он на себе испытал ее тяжелые удары, взлеты и падения. Сейчас он сидит в этой камере и ожидает приговора. Каков будет этот приговор, для него уже не имеет значения. Ведь главное в жизни потеряно… Этим главным была Сабрина Линдсей…

Он любит ее и понял это только сейчас. А поняв, пришел в полнейшее замешательство и даже испугался, не зная, что теперь делать. Джек видел ее в зале, но не мог даже подойти. Не говоря уж о том, чтобы прошептать на ухо девушке пару нежных слов. Сейчас же вокруг него вообще одни холодные стены…

Джек запрокинул голову и горько рассмеялся.

В этот момент дверь камеры широко распахнулась, впустив лорда Лавлейса. Быстрым шагом он подошел к Дарлингтону и застыл, услышав смех виконта. На мгновение у него мелькнула мысль, что тот сошел с ума. Но, внимательно посмотрев на узника, Рэн убедился, что Джек вполне здоров. И только тогда спросил:

— Слышали?

— Что?

— Вы свободны!

Джек откинулся на спинку стула и посмотрел на своего защитника.

— Вы в этом сомневались? Рэндольф удивленно выгнул брови:

— Сомневался ли я? Да по десять раз на день! А сегодня вообще целый день не знал покоя!

Рэн отступил к двери и смахнул остатки снега с сапог.

— Вы могли бы по крайней мере сказать мне о существовании этого Жака Тристе!

— И тем самым упустить возможность удивить? Нет, не мог!

— Удивить? Кого же?

— Тех знатных пэров, которые заседали в суде.

— Ах вот что! А известно ли вам, что половина из них требовала сегодня же вас повесить за дерзость? Правда, другая половина палаты лордов высказалась за то, чтобы объявить вас чуть ли не национальным героем.

— В человеческой природе очень быстро поддаваться настроениям.

— Да, но даже доброжелатели, голосуя за оправдательный приговор, поставили вам условия.

— Какие же?

— Вы, верно, не ждали от них благодарности за то, что лишь подразнили призраком известного преступника, который, как выяснилось при попытке его арестовать, уже прощен королем?

— Это было необходимо, — улыбнулся Джек, — чтобы уговорить того джентльмена сыграть роль Черного Джека.

— Черт побери, как вам удалось склонить короля на этот акт милосердия?

— Боюсь, что здесь не обошлось без меня, — раздался женский голос.

Оба обернулись и увидели стоящую в дверях Лотту.

— Вы здесь? — удивился Рэн. — Откуда?

— Шла за вами.

— Тогда не томите и рассказывайте!

— Все было очень просто. Я получила аудиенцию у королевы и уговорила ее величество воздействовать на короля. Естественно, я имела в виду Джека Дарлингтона, которому грозила виселица в случае сурового приговора палаты лордов. Получилось, что я спасла сразу две жизни!

По лицу Рэндольфа пробежало облачко.

— Когда вы успели все это сделать?

— Неделю назад. Джек написал мне записку, в которой попросил прийти. Я пришла и получила от него письмо к королю, которое он просил передать через королеву. Сама я этого письма не читала, но догадывалась, о чем идет речь. Мне удалось добиться встречи с королевой. Я отдала ей письмо, попросила передать его величеству и уговорить короля быть милостивым. Она согласилась. Вот и все! Рэн и Дарлингтон переглянулись.

— Теперь мы уже знаем содержание письма, — сказал Рэндольф. — В нем была просьба простить некоему французу Юстису де Тристе былые преступления.

— Так вы знали этого француза? — спросила Лотта у Дарлингтона.

— Очень отдаленно. Несколько лет назад я познакомился с ним в Европе. Там-то месье де Тристе и поведал мне свою историю. Она довольно романтична.

— Да?! Ну, рассказывайте же! — Лотта от нетерпения дернула Джека за рукав.

— Что касается любых романтичных историй, то моя жена всегда их обожала, — добродушно хмыкнул Рэн.

— Какой же вы зануда! Рассказывайте, Джек!

— Месье де Тристе был капитаном пиратского капера, долгое время наводившего страх на южное побережье Англии. Как-то раз его корабль под британским флагом зашел в порт Экстер. Там месье де Тристе встретил девушку, в которую безумно влюбился. Бросив морской разбой, он остался в Англии, занялся торговлей и начал долговременную осаду возлюбленной. Одновременно, чтобы иметь дополнительный доход, месье де Тристе стал пошаливать на больших дорогах. Но никогда никого не убивал.

— И как долго он ухаживал за своей возлюбленной, прежде чем она сдалась?

— Около года. После чего они поженились.

— Как вам пришла в голову мысль использовать его в роли Черного Джека? — спросил Рэндольф. — И каким образом удалось его отыскать?

— Я думал об этом человеке не одну неделю. В том, что когда-то действительно существовал некий бандит по кличке Черный Джек, сомнений у меня не было. Но с тех пор прошло много времени. Думаю, что его уже давно нет в живых. А то, что разбои на дорогах со ссылками на Черного Джека продолжались, говорило лишь о том, что другие бандиты стали пользоваться этой кличкой. Вот я и подумал о том, чтобы создать своего Черного Джека, причем без неприятностей для исполнителя этой роли. Лучшей кандидатуры, чем месье де Тристе, найти было невозможно. В первую очередь потому, что его руки не были обагрены кровью. К тому же, как мне удалось выяснить через друзей, ведя честную жизнь с любимой женой и шестью детьми, он очень тяготился прошлым и хотел получить прощение за все содеянное. Мне показалось, что добиться этого не составит большого труда.

Опять же через друзей мне удалось списаться с де Тристе и пообещать добиться для него полного прощения за согласие выступить в суде в роли Черного Джека. Он с готовностью согласился. Вот и вся история!

— Но для этого надо было связываться с друзьями. Как вам это удалось из тюремной камеры?

— Вы же понимаете, что в мире нет тюремщика, который за некоторую плату не оказал бы небольшую услугу заключенному.

— Что ж, все понятно! — засмеялся Рэн. — Но теперь вернемся к нашим делам, а именно к условиям, которые поставила перед вами палата лордов, вынося оправдательный приговор.

— Что же это за условия?

— Вы должны немедленно покинуть Лондон. Если же по истечении пятницы все еще будете находиться на территории Англии, вас тут же арестуют.

— Привлекательная альтернатива изгнанию! Сабрина об этом знает?

— Наверное. Во всяком случае, Макдоннел терпеливо ждал оглашения приговора, а услышав его, был крайне обескуражен.

— Значит, ей все известно. Где она сейчас?

— Скорее всего в церкви.

— Что ж, я желаю ей счастья!

— О чем вы говорите? — воскликнул Рэндольф с выражением крайнего омерзения на лице. — Если вы ее любите, то должны взять с собой! Иначе я просто пошлю вас ко всем чертям!

Джек улыбнулся:

— Я, наверное, именно так и сделаю.

— Тогда вам потребуется вот это.

И Рэндольф протянул Дарлингтону запечатанный конверт.

— Что в нем? — Брови Джека удивленно приподнялись.

— Билет мисс Линдсей на корабль, идущий в Америку.

— Вы тогда его не передали?

— Она отказалась принять. Билеты для Кита и Сьюбери Сабрина им передала. Они будут ждать вас в порте Плимут. Сьюбери просит простить его за то, что он нарушил ваш приказ, ибо едет в Америку вместе со своей невестой, которую вы хорошо знаете.

— Да благословит их Бог! Любовь невозможна без верности. Этот урок мне тоже полезно запомнить!

Рэндольф сунул руку в карман и вынул еще один конверт.

— Это еще что? — снова спросил Джек.

— Как — что?! Документы о выкупе вашего загородного поместья. Как знать, может быть, оно вам когда-нибудь и понадобится.

— Вы выкупили мое поместье?!

— Представьте себе! Откровенно говоря, заключая тогда пари, я хотел вас разорить. Но теперь ситуация изменилась. Получайте назад свою собственность и владейте ею.

Некоторое время они смотрели в глаза друг другу. Потом Джек крепко пожал Рэну руку.

— Я всегда знал, что вы благородный человек!

— Спасибо! Но сейчас вам надо торопиться.

— Куда?

— Как — куда? В церковь, конечно! Или вы раздумали выручать из беды будущую супругу?

— Наш экипаж ждет внизу, — добавила Шарлотта. — Возница имеет распоряжение отвезти вас туда, куда скажете.

— Простите, Рэн, вы не могли бы одолжить мне на время пистолет? На всякий случай.

— Берите.

Сабрине еще никогда не было так холодно. Она стояла в церкви, названия которой даже не знала, и дрожала всем телом. Свадебная церемония должна была вот-вот начаться. Кузен Роберт позаботился о том, чтобы все происходило максимально скромно, без всякой пышности.

— Сабрина! — холодно сказал он. — Займите место рядом с женихом.

Сабрина сжала губы, стараясь ни о чем не думать. И не смотреть ни на кузена Роберта, ни на лорда Меррипейса. Иначе ей трудно будет сдержать клокочущую в груди ярость. А она должна заставить себя пройти через весь этот ужас. Стать женой омерзительного старика. Но зато спасен Кит!

Она встала рядом с Меррипейсом. К ним тут же подошел священник.

— Возлюбленные чада! — начал он. — Мы собрались здесь с благословения неба…

Сабрина отвернулась и приказала себе не слушать священника. Она не хотела принимать участия в этой чудовищной церемонии. Даже в мыслях…

Священник же продолжал:

— Прошу вас, повторяйте за мной: «Я, Сабрина Линдсей… «

— Я, Сабрина Линдсей, — автоматически зашевелила губами она.

Но туг же почувствовала, что не выдержит этой пытки. Сабрина бросила ненавидящий взгляд на стоящего рядом Меррипейса и вдруг громко выкрикнула:

— Я не согласна!

Лицо Макдоннела перекосила судорога.

— Что вы сказали?!

Он схватил Сабрину за руку.

— Девушка не согласна на этот брак, и этого достаточно! — раздался громкий мужской голос.

Сабрина вздрогнула, сразу узнав его. Сердце ее затрепетало от счастья. Она повернула голову и увидела Джека Дарлингтона, стоящего в дверях церкви. Он был в маске и держал в руке пистолет.

— Дьявол! — воскликнул Меррипейс.

— Вы не ошиблись, сэр! Перед вами сам злой дух в моем обличье!

— Дарлингтон! — прошипел Роберт.

— Может быть, я не прав, Макдоннел, но, боюсь, вам придется заплатить жизнью за мое счастье!

Джек подошел к Меррипейсу и, приставив пистолет к его груди, оттеснил в сторону. После чего обратился к священнику:

— Продолжайте, святой отец.

— Что продолжать?

— Брачную церемонию. Но с небольшой поправкой: мисс Линдсей отдает свою руку Джеку Лоутону.

— Вы не смеете! — закричал Макдоннел.

— Смею и поступлю по своему желанию, — спокойно ответил Джек и направил пистолет уже в грудь кузена Роберта. — А вы станете нашим свидетелем. Предупреждаю, что в случае отказа тут же превращу вас в труп.

Сабрина крепко сжала руку Дарлингтона. Священник невозмутимо начал церемонию снова. Новобрачные быстро обменялись клятвами верности, оканчивающимися словами: «Пока смерть не разлучит нас! «

— Это незаконно, — пробормотал Роберт, когда все закончилось.

— Зато вполне соответствует моим желаниям, — усмехнулся Джек, вычеркивая из регистрационной книги фамилию Меррипейса и вписывая свою.

Они вышли из церкви. Кузен Роберт уныло плелся сзади. На ступенях храма Джек сорвал с себя маску, засунул за пояс пистолет и, подняв Сабрину на руки, понес к ожидавшей неподалеку карете.

— Куда мы едем? — спросила Сабрина, когда карета тронулась с места.

— Сначала в Плимут. Там нас ждут Сьюбери и Кит. Затем на корабле мы пересечем океан. Думаю, нам неплохо было бы поселиться на Барбадосе.

— Да, да!

Дарлингтон нежно посмотрел на Сабрину:

— Вот вы и стали моей женой.

— Женой! — прошептала Сабрина, еще не веря. — Женой!

— Я вел долгую и сложную игру с самим дьяволом. И выиграл счастье.

— Так же, как и я!

Они слились в сладостном поцелуе. А карета ехала все быстрее. Туда, где им должен был открыться рай…