* * *

Сражаться с прошлым вдвойне нелепое донкихотство: во-первых, на его стороне численное превосходство, во-вторых, его войска вылеплены из воска. Поднимется ли рука сражаться с таким войском?

* * *

Боясь сделать то, что уже сделано, делаешь это снова и снова. И страх оседает в душе. В жизни нет ничего наживного, кроме смерти. Но даже она боится, трясущимися руками снимая с лацканов ордена, словом память увеча камни.

* * *

Время течет слева направо с красной строки до черствой корки. Многих жалко. Многие правы. Все оправданы. Даже Горький. Ради пары строк, озаренных обещаньем метаморфозы, все прощают: дом разоренный, смерть деревьев, детские слезы.

* * *

Удобряю ресницы снами. Гуще некуда. Нет длинней. Я-то знаю, что будет с нами. Но судьбе все равно видней убаюкает и разбудит, и подскажет разгадку сна… Я-то знаю, чего не будет. Но надеюсь, она не зна

* * *

Нежность больше не делится на состраданье и страсть. В цельное легче целиться, но труднее попасть. Здравствуй, министр утренних дел, кофейных кантат автор! В моем целомудрии ты один виноват.

* * *

По счету почести. По смете утраты. Радости в кредит. Я сон, который снится смерти. Тссс, не буди, пускай поспит. И ты поспи. Любовью выжат, младенчески прильни ко мне. Как тихо спит. Как ровно дышит. Как улыбается во сне.

* * *

Нет, нет, не ревность благодарность. Под сенью тысячи гостиниц мне столько нежности досталось, наследнице твоих любимиц. Но сколько, добрый мой заступник, стоптано слов, сношено кожи, чтобы открылось: путь и спутник одно и то же.

* * *

Жизнь в посудной лавке… Мы, слоняясь по ней, знали цену ласке, знали: она ценней боли, знали, сколько в ней процентов земли… Из сотен осколков склеить чашку могли.

* * *

Перед дальней дорогой приляжем, старина!.. Первых любовей много, последняя одна. Продлись, помедли, лето исправительный срок услады напоследок, ласки через порог…

* * *

Вероотступница, мученица раскаянья и стыда, нянчу за пазухой сердце птенца, выпавшего из гнезда. Кто же о нем позаботится, кто вырастит? Вот и пою, чтобы подбросить в чужое гнездо хищную нежность свою.

* * *

Вергилий в предсмертном бреду просил сжечь "Энеиду". Блок "Двенадцать". Успеть сжечь то, что хочешь сжечь до того, как начнешь бредить.