- Сработало? - спросила Тэйли.

- Да, сработало, - отозвался Конан.

- Скольких прикончил? - осведомился Разори.

- Я не останавливался, чтобы посчитать их.

Отряд находился уже у самого предгорья, и пока не было видно никакой погони.

- Возможно, ты расправился со всеми, - предположила Морья.

- Думаю, это маловероятно, - сказал Фосулл.

- А может, теперь у них не хватит сил продолжать погоню, - вступил в разговор Орен.

Панхр, Тро и Саб переглянулись. Затем Панхр сказал:

- Дэйк пойдет за нами, даже если останется в одиночестве. Достаточно ему приблизиться на несколько шагов, и он сможет использовать свои чары.

- Мы уже раз сломили его заклятие, - сказал Вилкен. - Что помешает проделать нам это снова?

- Тогда он отвлекся, - возразил Панхр. - А если поймает нас снова, то уже позаботится о надежной охране. Мало толку разорвать узы лишь для того, чтобы тебе выпустили кишки. Кроме того, есть у него и другие заклятия.

- Я не боюсь жабьего ливня или фальшивого демона, - объявил Вилкен.

- Это не единственные его чары, - тихо проговорила Тро. - У него есть и другие, и они вполне реальны.

- Вот именно, - подтвердил Панхр. - Конечно, большинство годится только для балагана. Дэйк способен превращать вино или другие жидкости в чистую воду с помощью зеленого порошка. Но есть у него и заклинания, жгущие плоть, а еще он может создавать слепящие вспышки света. Мы сами все это видели.

- Превращение вина в воду принесет ему мало пользы, - сказал Конан, выразительно поглаживая свой меч.

- Это очень опасный враг, - снова заговорила Тро. - Он пойдет за нами хоть на край света, прежде чем признает свое поражение. Мы его хорошо знаем.

Конан кивнул:

- Что ж, пусть так. Давайте-ка поищем место, где преимущество будет на нашей стороне, и навсегда покончим с этой угрозой.

Послышались беспокойные возгласы, но Конан тут же оборвал их:

- Я не намерен провести остаток жизни, постоянно оглядываясь в страхе увидеть Дэйка или кого бы то ни было. И поскольку Разори с Фосуллом не собираются вести нас туда, где можно найти помощь, то дадим же врагу напасть на нас и победим или проиграем, как уж получится.

- Даже если твоя ловушка прихлопнула половину отряда, мы по-прежнему в меньшинстве, - напомнил Панхр.

Конан осмотрел своих спутников, задерживая взгляд на каждом.

- Дэйк угрожает нам всем. Те, кто хорошо знает его, утверждают, что он никогда не прекратит своей охоты. Магические способности позволяют ему сломить волю самого сильного человека. Ему также известно, где живут джатти и варги. Если он потеряет наш след, что помешает ему отправиться прямо на болота и затаиться там, выжидая? Шестеро из вас в конце концов все равно вернутся туда, разве не так?

Никто не смог возразить ему.

Первым нарушил молчание Разори:

- Да, Конан прав. Мы должны прикончить Дэйка и его пса, если желаем спокойной жизни себе и своему роду.

- Мы все можем умереть, - проговорил Саб.

- Разве благородная смерть не лучше жизни в неволе, когда ты не более чем покорная игрушка в руках колдуна? - спросил его Конан.

Тро и Саб обменялись мимолетными взглядами. Кошкозадая чуть заметно кивнула.

- Да, - сказал Саб. - Мы остаемся с вами.

- Как и я, - добавил Панхр.

- Я тоже согласен, хотя можно было отвести их на болота, чтобы там их прикончили мои воины, - подал голос Фосулл.

Разори кивнул:

- Дэйк должен умереть. Чем раньше, тем лучше.

- Они вынуждены будут оставить лошадей, чтобы преследовать нас в горах, - сказал Конан. - Если мы отыщем место, где сможем успешно защищаться, преимущество будет на нашей стороне. Так пойдемте же.

Хотя Конан не был ни самым старшим, ни, вероятно, мудрейшим, остальные согласились с его лидерством. Он был проверен в бою, и все присутствующие знали это. Конан вовсе не был уверен, что способен одержать победу над преследователями, но предпочитал выяснить это с оружием в руках. Выбор был прост: победа или поражение, жизнь или смерть, и коли результат будет удручающим, значит, так тому и быть. Драться, покуда хватит сил, уж этому Конан обучен, и вряд ли человек может пожелать лучшего испытания, нежели устоять или пасть в бою.

Пока они взбирались все выше. Разори про себя усмехался. Все идет так, будто он сам управляет событиями. Как только Дэйк, Конан и все уроды умрут, он сможет праздновать победу. Не важно, как это случится. В бою или от яда, но случится это обязательно, и очень скоро.

Фосулл обнаружил, что мысль о предстоящей битве вовсе нс внушает ему отвращения. Люди-не-с-болот сильнее, но и целиться в них куда удобнее. Разумеется, с такими друзьями ему следует держать ухо востро, но лучше что-нибудь делать, чем вечно бродить тут в поисках дороги домой. С ним боги или нет, но все же они благоволят ему, это Фосулл знал точно. Разумеется, его богам досюда слишком далеко, они там, где варги и джатти, но нет сомнения, что у людей-не-с-болот есть несколько других в этих горах, и они призовут их. Да и пропитанным ядом копьем в ближнем бою не промахнешься, разве что какой-нибудь бог отклонит его. Если вождь варгов метнет свое оружие, по крайней мере один враг умрет обязательно.

Вернувшись, Крэг направил коня к Дэйку. Выглядел блондин неважно, ибо весь был покрыт красноватой пылью.

Дэйк посмотрел на грязного помощника:

- Да?

- Они в горах. Тропа каменистая, крутая и узкая даже в самом начале. Лошадям там не взойти.

Дэйк глянул на Кэйпью, дремавшего, в седле.

Купец тут же очнулся:

- Что? Что это?

- Вскоре нам придется оставить лошадей, - сказал Дэйк. - Продолжим погоню на своих двоих.

Кэйпья небрежно махнул рукой:

- Я в седле не родился. Способен идти так же быстро и далеко, как и любой другой.

- В этом я не сомневался.

- Через несколько часов стемнеет, - сказал Кэйпья. - Несомненно, им придется остановиться. У моих людей есть факелы. Так что мы сможем идти и таким образом настигнем их.

- Ты искусный охотник, - заметил Дэйк.

- Да. Добыча редко убегает от меня.

Крэгу Дэйк сказал:

- Возвращайся на тропу и прикажи солдатам привязать лошадей и разбить лагерь. Мы сможем оставить несколько человек смотреть за животными до нашего возвращения, с любезного позволения Кэйпьи разумеется.

Купец кивнул, выражая свое полное согласие. Крэг развернул своего коня и ускакал.

- Скоро они будут в наших руках, - проговорил Кэйпья. - Захватим, будто визжащих кабанов.

- Разумеется. Но мы должны принять все меры предосторожности. Кабаны не обрушивают камни на своих охотников.

- Я понял тебя.

Когда послеполуденное солнце начало клониться к закату, Конан и его спутники нашли то, что им требовалось. Тропа вилась все выше и выше, пока не довела беглецов до места, где животные, что протоптали этот путь, время от времени сворачивали, проложив еще более крутую дорожку. Эта совсем уже узенькая тропинка требовала величайшей осторожности при восхождении; более того, взбираться по ней можно было только по одному. На вершине этого уклона был плоский скалистый выступ размером примерно с избу или даже небольшой трактир. Немало требовалось сил, чтобы с тропы вскарабкаться на этот выступ, - там, где с легкостью проберется горный козел, человеку пройти куда труднее. Стоя внизу на тропе, хороший лучник достал бы стрелой до этого уступа, но с величайшим трудом.

Конан взобрался на каменную площадку и исследовал ее. Над ним гора круто брала вверх и через несколько сот пядей заканчивалась гребнем. Не было сюда никакого другого пути, разве что взобраться на гору с другой стороны, но вряд ли какие бы то ни было преследователи пойдут на это. Нет, Конан залез сюда единственно возможным способом, если кто-то не отрастит себе крылья или не пожелает потратить день или два, чтобы добраться до противоположного склона. Учитывая то, что атакующие будут вынуждены карабкаться сюда гуськом, опасаясь любого неверного шага, чтобы не покатиться вниз, лучшего места беглецы отыскать не могли.

Конан вновь спустился на тропу.

- Скоро наступит ночь, - сказал он. - И там, наверху, мы разобьем лагерь. - Он указал на каменный выступ.

Возражений не последовало.

- Я погляжу, не удастся ли поймать несколько кроликов или еще какой-нибудь мелкой дичи, - продолжил киммериец. - Вы же все взбирайтесь на уступ. Можете там пособирать большие камни на случай прихода непрошеных гостей.

Все полезли наверх, а Конан отправился посмотреть, что он сможет предложить им на ужин.

Маленького костерка оказалось вполне достаточно, чтобы обжечь двух кроликов и трех сусликов, коих удалось раздобыть Конану, и, хотя вряд ли это можно было назвать роскошной трапезой, урчание в пустых животах беглецов все же унять удалось. По склону струилось несколько горных ручейков, и по дороге они смогли утолить жажду, но и дичь оказалась более чем желанной.

Трапеза в основном была завершена. Разори направился к самому краю утеса, дабы облегчиться. По другую сторону выступа сидели и тихо беседовали Фосулл с Вилкеном. Панхр показывал близнецам джатти разнообразные трюки со своей веревкой. Тро и Саб затаились у склона.

Тэйли высосала из кости мозг и швырнула ее в огонь. Конан сидел рядом, дожевывая последний хрящик доставшейся ему порции кролика.

- У меня не было времени поблагодарить тебя за наше бегство и за спасенную честь моей сестры, - проговорила великанша.

- Не стоит.

- Нет, все это твоя заслуга.

Ночная прохлада заставила ее поежиться.

- Тебе холодно?

- Немного.

Конан придвинулся и обнял Тэйли, насколько руки хватило. Она великанша, но она еще и женщина, и она ведь изгоняла боль из его тела. А он может хотя бы согреть ее.

Прижавшись к нему, она проговорила:

- Мой отец желает твоей смерти не меньше, чем смерти Дэйка.

- Вот как?

- Он убежден в том, что никто и никогда не должен узнать тайну джатти.

- Но как насчет этой настойки забвения, о которой он говорил?

Она пожала плечами:

- Я никогда не слышала ни о чем подобном.

Конан взглянул туда, где облегчался Разори. Казалось, Тэйли только сейчас осознала смысл ею сказанного.

- Он шаман и, конечно, знает множество растений, мне неизвестных. И он ведь дал слово.

Ее верность отцу была замечательна, но Конана эта последняя тирада вовсе не успокоила. Невольно он вспомнил, что Разори готов был запытать его до смерти во имя исповедуемого им . Насколько можно доверять честному слову такого человека? Доверившись Тэйли, он очутился в клетке, и хотя с тех пор они многое пережили вместе и Конан чувствовал, что теперь ей можно доверять, то же самое можно ждать и от Разори.

Люди, слишком серьезно относящиеся к своему долгу, могут быть очень опасны, уж это Конан выучил хорошо.

Что-то нарушило некрепкий сон киммерийца. Костер давно погас, оставив после себя лишь мерцающие угли и легкий дымок. Дыхание ночи остудило скалу. Насколько мог видеть Конан, никто на площадке не шевелился. Он сел.

Низкие, тяжелые облака скрывали луну и звезды, воздух был тих.

Что же разбудило его?

Тут далеко внизу, на тропе, сверкнула крошечная рыжая искорка. Приглядевшись, он заметил еще несколько подобных вспышек и понял, что это горящие вдалеке факелы. До них было еще несколько поворотов тропы, возможно около часа ходьбы, но они неуклонно приближались.

Конан привстал и потряс за плечо Тэйли.

- Что?

- Непрошеные гости подходят. Смотри.

Он услышал, как сзади зашевелились другие беглецы, разбуженные его тихим обращением к Тэйли, а возможно, неким природным чувством опасности, что пробудило самого киммерийца.

К ним подошел Панхр:

- Они или слишком отважны, или слишком глупы - пробираться ночью в этих горах. Тропа очень опасна.

Тро подошла к краю их лежбища и уставилась в темноту. Какое-то время спустя она вернулась.

- Слишком далеко, чтобы сказать наверняка. По меньшей мере пятнадцать пеших. Может, и больше.

- Похоже, в твой капкан попало меньшинство, - заметил Панхр.

- Хотелось, чтобы побольше.

- Что теперь? - спросила Тэйли.

- Мы ждем.

- Может, посчастливится и они пройдут мимо, не заметив нас, - сказала Морья.

- Тогда мы сможем вернуться тем же путем и похитить их лошадей, добавил ее брат.

- Нет, - сказал Разери. - Мы выбрали это место для битвы. Нам бы лучше обнаружить себя, а, Конан?

Киммериец был того же мнения.

- Взобраться сюда в темноте практически невозможно, так что им придется дожидаться рассвета. Между тем, когда они приблизятся, мы сможем обрушить на них еще один каменный ливень.

На площадке валялись обломки скалы, но большинство из них были или слишком малы, или слишком велики; тем неменее каждому хватило по несколько глыб размером от кулака до головы. Стараясь двигаться как можно тише, они собирали камни.

- Когда я скомандую, начинайте как можно быстрее метать свои булыжники. Если не увидите ничего другого, цельтесь в факелы. Приберегите по несколько камней до рассвета.

Конан держал в правой руке обломок чуть больше своего кулака, в другой был наготове камень поменьше. Если повезет, они размозжат несколько черепов или хотя бы сбросят с тропы троих-четверых преследователей. Им на руку любой урон в стане врага.

Они наблюдали, как противник взбирается выше и выше. Конан понимал: что бы ни произошло, это не должно затянуться. Ведь у них очень мало еды и почти нет воды, а долгая осада быстро истощит и то и другое. Все должно быть кончено за день, самое большее - за два.

Тем или иным образом.