ВЕЛИКОМУ Сталину ура! ура! ура!

   Начинается Новый Год. Подумываю, чего бы я желал себе в Новом Году. Так вот, самым моим большим желанием было умереть за нашу святую Россию, в присутствии её гениального вождя, Сталина. Представляю себе это так: я смертельно ранен в бою с английскими, кровожадными холуями капиталистов и лежу в госпитале. Знаю, что умру, но при этом знаю, что я собственноручно убил несколько десятков английских империалистов и захватил флаг их самого зверского полка. Да.

   Так вот, лежу я и умираю... Жалко мне расставаться с жизнью, ведь - как известно - у меня уже и часов двое, и чемодан, и сапоги хромовые. Но я знаю, что и после смерти - когда наша могучая Россия подчинит весь мир и будет им править, систематически ликвидируя реакционные элементы - моё имя будет высечено золотыми буквами на мраморной плите, как героя Всемирного Советского Союза. Да.

   Так вот, лежу я и категорически умираю. Мне предлагают котлеты и другие всякие разные колбасы, а я ничего... совсем не обращаю внимание на всё это. В этот момент отворяется дверь и в палату входит вооружённый до зубов отряд НКВД. Становятся у всех окон и дверей, держат оружие наготове. Потом появляются одни только маршалы и генералы, и становятся в шеренгу от двери до моей кровати. А я хоть бы что: лежу и умираю... Потом... потом... появляется ОН! Мой вождь!... Солнце России и мира!... Он... товарищ Сталин... Я вскакиваю с кровати, делаю стойку смирно и кричу: "Великому Сталину ура! ура! ура!" А ОН приближается ко мне и говорит:

   - Ложись, Михаил Николаевич. Ты и так потрудился на славу нашей святой России.

   Жмёт мне руку и присаживается на кровать. Потом вынимает из кармана бутылку "Московской Особой" и наливает мне стакан водки (себе тоже) и говорит:

   - Выпьем, товарищ, за победу над подлой Англией и за здоровье нашего верного друга, Адольфа Гитлера.

   Ну, выпили мы, закусили, а потом ОН спрашивает:

   - Как себя чувствуешь?

   - Умираю - говорю - отец родимый.

   - Да ничего, это ерунда - отвечает он - зато имя твоё будет бессмертно. Можешь умирать спокойно.

   - Покорно слушаюсь - говорю я - мой любимый вождь.

   И чувствую, что умираю, умираю и умираю... в присутствии Сталина.

   Да... красивая такая мечта, но пока надо жить и устанавливать нашу великую советскую культуру в этой несчастной, эксплуатируемой польскими кровавыми панами, Белоруссии.

   Вчера встретил я лейтенанта. Дубина. Он говорит:

   - Приходи ко мне вечером. Выпьем. Встретим Новый Год. Будет капитан Егоров и ещё несколько наших парней.

   Ну и пошёл. Само собой, оделся как надо и одеколона не пожалел. Прихожу, а все уже там и капитан Егоров тоже.

   - С чего начнём - спросил нас Дубин.

   - Известно с чего - сказал лейтенант Синицын. - С водки начнём, водкой и закончим.

   - А может сначала чаю хотите?

   - Чай не водка: много не выпьешь.

   Ну и давай мы пить... Нашлась гитара. Дубин ничего так играет, громко. Так что мы хором "Москву" сбацали. Голос, само собой, у каждого из нас есть и каждый поёт изо всех сил, так что стёкла тряслись и стаканы звенели. Пусть буржуазия слышит и знает, что Красная Армия гуляет!

   В комнате в углу пианино стояло. Но играть на этом фашистском инструменте мы не умели. Но всё же - когда ещё выпили - Синицын попробовал. И даже очень хорошо вышло. Дубин на гитаре наяривает, мы изо всех сил поём "Если завтра война", а Синицын пианино обеими руками по зубам даёт. И так хорошо у нас получалось, что мы так вот до полуночи развлекались.

   Потом Дубин торжественно сказал:

   - Дорогие товарищи! Сейчас наступит Новый Год. Начнём его специальной закуской к водке. Это самая лучшая на свете буржуйская еда!

   Он подошёл к шкафу и вынул большой бумажный пакет. Принёс его и вывалил содержимое на стол. Там было что-то похожее на стручки огромных бобов, или на тонкие огурцы.

   - Это что такое? - спросил я.

   - Бананы - сказал Дубин. - Наши парни из НКВД у одного буржуя, у которого раньше была овощная лавка, обыск делали и нашли много вот этого. Ну, и немного поделились со мной.

   - Даёшь бананы! - кричит Егоров. - Хватит уже буржуям обжираться этим. Теперь наша очередь!

   Ну, ладно. Дубин хорошо помыл в умывальнике эти бананы и пару штук пластиками на тарелку порезал, потом, само собой, как надо посолил и каждому водки налил.

   - За здоровье пехоты! - сказал он.

   Выпили мы и бананами заедаем. Но, чёрт его знает, как-то не вкусно было. Я даже выплюнуть хотел. А Синицын тогда говорит:

   - К этим бананам надо добавить уксуса и само собой перца.

   Перец у нас был, а уксус Дубин пошёл у хозяйки одолжить. Приправили мы бананы уксусом, ну и, понятное дело, перцем. И получился совсем другой вкус. Но всё равно мне не понравилось. Уж лучше солёные огурцы, или даже лук. Но ничего, под водку даже бананы пойдут. Только вышло самое худшее - капитан Егоров, немножко преждевременно, болеть начал. Синицын проводил его к пианино, открыл на инструменте крышку и сказал:

   - Блюйте, товарищ, внутрь, а то жалко пол пачкать. А в этом глупом инструменте места много. Всё войдёт.

   Вижу я - с другой стороны пианино Масленников примостился, и тоже налёты на Ригу делает. Но я хорошо держался и дальше водку под бананы глушил. А потом услышал, как Дубин сказал:

   - Эти бананы лучше всего с маслом есть и сахаром. Только жалко, что у меня нет.

   Не успел он это закончить, как капитан Егоров оторвался от пианино, приблизился ко столу, взял ещё один (не порезанный) банан и как заедет им Дубину в зубы.

   - Отравил меня, мерзавец! - кричит он. - Ещё никогда я от водки так быстро не блевал. Бананы надо квашеные есть, или маринованные, а ты сырые дал!

   И в морду ему, и в морду. Ну, дубин начал защищаться. Схватили друг друга за волосы и по полу катаются. Капитан Егоров нашего хозяина всего бананами измазал. Но это мелочи: так, только посмеялись, и всё. А потом мы снова пили, но к бананам как-то у всех аппетит пропал. Только Дубин и дальше их ел, чтобы не пропали.

   - Жалко, что вам не нравятся - говорил он. - Это ведь самая лучшая буржуйская закуска. Только наверное надо к ним хрена, или горчицы добавлять.

   - Ну пусть эту закуску буржуи и жрут! - сказал капитан Егоров. - А я за такое издевательство и насмешки буду в морду бить!

   Но больше не бил. Наверное много сил потерял, уж больно долго он рыгал. Так мы развлекались почти до трёх часов ночи. Я не совсем хорошо помню, потому что вырубился и только утром от холода очнулся. А холодно было оттого, что капитан Егоров, в ходе забавы, все окна стулом выбил и печь повредил.

   Ещё не рассвело. Парни спят - кто где... Я проверил - на месте ли часы? Всё на месте. Я же развлекался в хорошей компании. Ну, и отправился домой.

   Вот так, очень весело и приятно, мы встретили Новый Год.