С начала 1941 г. Вермахт оказался вовлечен в войну, которую вела Италия в Северной Африке. Немецкий командир, Эрвин Роммель, проявил себя мастерским тактиком и едва не принес Германии стратегическую победу на этом ТВД.

Генерал Эрвин Роммель (1891–1944 гг.) с двумя из подчиненных ему командиров — один из них немецкий, другой итальянский.

Штабные офицеры у тяжелой бронемашины SdKJz-232 в Северной Африке в 1941 г.

Начало 1942 г. Роммель (в центре) появляется из дверей своего штаба в Бенгази (в Ливии), где проходило совещание. В тени дверного проема видна внушительная фигура грузного фельдмаршала Альберта Кессельринга (1885–1960 гг.).

Немецкие солдаты во время зачистки Бенгази после того, как они отбили порт у британцев в апреле 1941 г. Грузовик слева, который, по-видимому, содержит в кузове британских военнопленных, одно из типичных транспортных средств, с помощью которых обеспечивали задачи снабжения обе стороны конфликта в Северной Африке.

Немцам пришлось перекраивать планы для спасения своего итальянского союзника не на одних лишь Балканах. Вторжение в Египет, которому Муссолини дал зеленый свет в сентябре 1940 г., вскоре застопорилось, а когда в первых числах декабря началась контратака британских войск Западной пустыни под командованием генерал-майора Ричарда О’Коннора, переигранные на маневре итальянцы очутились на грани полного разгрома. К 7 февраля 1941 г. свыше 130 тысяч итальянцев сложили оружие и сдались солдатам О’Коннора, а британцы овладели всей Киренаикой, восточной частью итальянской колонии в Ливии, и в качестве трофеев заполучили 400 танков и более 800 артиллерийских орудий. Потери британцев насчитывали менее 2000 человек. Если прибавить сюда еще и имевшие место практически одновременно победы в Восточной Африке, могло показаться, что британцы вот-вот сокрушат империю Муссолини.

Случись такое — получи британцы тогда возможность продвинуться дальше на запад и захватить ключевой порт Триполи, — любая попытка присылки подкреплений из Южной Европы была бы обречена на неудачу. Однако в тот раз Муссолини спасли два взаимосвязанных обстоятельства: 1) генерал сэр Арчибальд Уэйвелл, британский главнокомандующий на Ближнем Востоке, получил приказ от премьер-министра Уинстона Черчилля остановить продвижение и перебросить войска в Грецию, уже находившуюся под угрозой атаки стран «Оси»; 2) Муссолини обратился к Гитлеру за помощью, и фюрер, хотя и очень неохотно, согласился направить в Северную Африку части Вермахта.

Расчет 50-мм противотанковой пушки Рак-38 на позиции в песках в ожидании по явления неприятеля. Фотография сделана, вероятно, где-то в начале 1941 г, еще до того, как солдаты Африканского корпуса распростились со своими тропическими шлемами, предпочтя им более удобные кепи.

Противотанковая пушка Pak-38 на огневой позиции в пустыне в 1941 г. Фотография дает представление о главной проблеме в боевых действиях в Северной Африке — местность в пустыне совершенно открытая, так что сколько бы ни «вгрызались в землю» артиллеристы, спрятать их орудие все равно было невозможно. Обмундирование солдат адаптировано к условиям климата.

Первое наступление Роммеля

12 февраля 1941 г., менее чем через неделю после поражения итальянцев, генерал-лейтенант Эрвин Роммель, прежде командир 7-й танковой дивизии, прибыл в Триполи с первыми частями будущего германского африканского корпуса, как он назвал это соединение. Изначально оно включало в себя всего лишь две дивизии — 15-ю танковую и 5-ю легкую, — однако, несмотря на это, заявило о себе немедленно. Роммель перешел в наступление, не дожидаясь, когда подтянутся остальные силы, и отбросил ослабленные и измотанные британские войска с их позиций у Эль-Агейлы к границе Египта. Но Тобрук держался, оставляя безуспешными упорные попытки Роммеля овладеть этой крепостью. В остальном же к первым числам мая 1941 г. британцы оказались на том же рубеже, с которого начинали.

В середине мая, а затем вторично спустя месяц британцы попытались контратаковать, однако были остановлены на границе Ливии и Египта. Между тем во время наступления в ноябре 1941 г., в ходе операции «Крусейдер», они не только смогли снять осаду с Тобрука, но даже после ожесточенных боев отбросили Роммеля назад к Эль-Агейле. Вместе с тем и он не остался в долгу, в январе 1942 г. выдвинувшись на позиции к югу от Газалы, где британцы и солдаты Свободной Франции заставили немцев остановиться.

20-мм легкое зенитное орудие Flak-30, используемое в Северной Африке в 1941 г. против наземных целей. Принятое на вооружение Вермахта в 1935 г., со скорострельностью 120 выстрелов в минуту, оно оказалось весьма действенным в таком качестве.

Роммель изучает вражеские позиции в мощный бинокль, в то время как солдат позади вычисляет его точное местонахождение по солнечному компасу. В пустыне точное позиционирование было особенно важным, хотя даже опытным солдатам нередко случалось заблудиться.

Командирский фургон Роммеля времен Североафриканской кампании — трофейная британская бронемашина AЕС Mk-II. Чтобы фургон не стал жертвой огня своих, на нем были нанесены крупные, хорошо заметные опознавательные знаки, в том числе эмблема 21-й танковой дивизии.

Роммель закрепился там и, накопив силы, в мае 1942 г. обошел с фланга линию обороны Газалы, взял Тобрук и вынудил союзников поспешно отступать к египетской границе, к наскоро подготовленному оборонительному рубежу у Эль-Аламейна. Атаки в июле (первое сражение под Аламейном) и затем в конце августа (Алам-Хальфа) не увенчались для немцев успехом, что позволило генералу сэру Бернарду Монтгомери, вновь назначенному командующему британской 8-й армией, подготовить свое наступление. Когда оно стартовало в конце октября 1942 г. (второе сражение под Аламейном), Роммелю пришлось отступать, но на сей раз уже в Тунис, где с запада ему угрожали англо-американские войска, высадившиеся во Французской Северной Африке в ноябре. Но даже и тогда силы стран «Оси» продолжали сражаться до тех пор, пока в мае 1943 г. не пал последний их опорный пункт в г. Тунисе. В общем и целом Североафриканская кампания в период с 1940 по 1943 г. походила на перетягивание каната.

Причин тому несколько. Как ТВД, Северная Африка обладает рядом характерных особенностей, которые позволяют превратить ее в полигон для широкомасштабных подвижных операций. Там мало городов — их почти нет, если не считать средиземноморских портов, — только небольшие поселения туземцев, что дает возможность полководцам противоборствующих армий выбирать направления ударов со значительной степенью свободы. В то же время ровные участки побережья и пустыня на юге предоставляли простор для невиданных прежде в других местах бросков бронетехники, по крайней мере, в Западном Египте и в Киренаике.

Немецкий солдат пересекает главную площадь Тобрука вскоре после захвата порта в июне 1942 г. Окруженный кольцом осады Роммеля с апреля по декабрь 1941 г., Тобрук был спасен британцами в ходе операции «Крусейдер», затем лишь чтобы пасть под ударом войск стран «Оси» после поражения союзников у Газалы.

Июнь 1942 г. По мере того, как силы стран «Оси» продвигались все дальше к Тобруку, город подвергался более и более ожесточенным авианалетам и артиллерийским обстрелам. Вверенный поначалу плохо подготовленным солдатам 2-й южноафриканской дивизии, за период с декабря 1941 г. Тобрук лишился многих своих оборонительных сооружений, что сделало его особенно уязвимым перед решительным натиском штурмующих. Утрата порта стала сильнейшим ударом по боевому духу союзников, прежде всего моральной потерей.

Итальянская колонна снабжения пробирается через Саллумский перевал на границе между Ливией и Египтом в июне 1942 г. Брошенное вдоль дороги британцами снаряжение говорит о поспешности, с которой 8-я армия отступала от Газалы. Трудно не оценить той опасности для колонн, которую несла в себе возможность подвергнуться атаке авиации.

Для многих, кто воевал там, Северная Африка была и остается местом, идеально подходящим для маневренной танковой войны.

Однако она являлась одновременно и настоящим кошмаром для начальников материально-технического снабжения. Обе стороны остро зависели от поступления извне пополнений, техники и предметов снаряжения — прежде всего боеприпасов, топлива и питания, — и способность доставлять все это определяла в конечном итоге успех и неуспех всех операций. Британцы, в распоряжении которых оставалась дельта Нила, пользовались некоторыми преимуществами, но даже и им приходилось доставлять снабжение по Средиземному морю (опасное дело на протяжении большей части кампании) или же, в качестве альтернативного варианта, дальним путем вокруг Африки, через мыс Доброй Надежды и Красное море. Маршруты снабжения Роммеля были не в пример короче — с юга Италии до Триполи, — хотя они тоже страдали чрезвычайной уязвимостью. Пока британцам удавалось удерживать Мальту, конвои стран «Оси» неизменно подвергались атакам с воздуха, со стороны надводного флота и субмарин, что очень серьезно снижало боевые возможности войск Роммеля. Что еще было очень важным — это способность быстрого и бесперебойного подвоза доставленных в Северную Африку грузов и живой силы к передовой.

Роммель позирует перед камерой сразу после присвоения ему итальянцами Большого креста короны (орден на шее генерала). Из-под новой награды выглядывает орден «За заслуги», полученный за выдающуюся храбрость в 1917 г. (по иронии судьбы, проявленную Роммелем в боях с итальянцами) и Рыцарский крест с дубовыми листьями.

Два танка PzKpJw-III в роли сопровождения штабных автомобилей, в которых Роммель и сопровождающие его лица объезжают передовые части в Северной Африке в начале 1942 г. На корме корпуса каждого танка размещены запасные траки, которые необходимы при экстренном ремонте гусениц в бою, но, кроме того, играли роль дополнительной броневой защиты.

Только прибрежные магистрали были действительно пригодны для крупномасштабных грузовых перевозок, и водители часто просто не решались передвигаться по песчаным и гористым участкам североафриканского бездорожья. Если же они шли на риск, нагрузка на ходовую часть, коробку передач и сцепление порой приводили к быстрым поломкам, что порождало дополнительные проблемы — не только из-за того, что застревал груз, но и потому, что приходилось тратить ценные ресурсы на поиски запасных частей и их доставку к месту поломки. Возникал своего рода замкнутый круг.

Настоящим бичом божьим для британской бронетехники в пустыне была 88-мм зенитка Flak-18, применявшаяся против наземных целей. Данный экземпляр установлен на прицепе «Зондерхенгер»-201 для транспортировки при помощи тягача SdKfz-7. Ни один танк союзников не мог устоять перед попаданием снаряда знаменитой «88».

Вот именно эти особенности и придавали Североафриканской кампании характер этакой спортивной борьбы по перетягиванию каната. В случае успеха британцы неминуемо отдалялись от своей базы в Египте, и растягивавшиеся линии снабжения становилось труднее поддерживать в нормальном рабочем состоянии; точно так же и Роммель, отбросив противника, оказывался в удалении от главной базы в Триполи. Таким образом, бросок на 500–700 км означал неизбежное перенапряжение служб снабжения и, как следствие, ослабление победителя. Как только противник наносил ответный удар, головные части его оппонента легко подавались и откатывались, порой поразительно быстро возвращаясь на линию, с которой они начали свое стремительное продвижение. Закрепившись там, они в свою очередь контратаковали, вынуждая неприятеля к такому же лавинообразному отходу.

В итоге британцы сумели разрешить проблему путем привлечения огромного количества транспортных средств, собранных ими накануне наступления во время второй битвы под Эль-Аламейном, Роммель же не мог позволить себе подобной роскоши. С конца лета 1941 г., когда на Восточном фронте пылали все более и более жаркие бои, Африканский корпус был вычеркнут Гитлером из списка приоритетов служб снабжения, и «Лису пустыни» пришлось довольствоваться минимумом. Часто выжить ему помогали лишь трофеи, захваченные на складах противника (как, например, в Тобруке в июне 1942 г.). Помимо всего прочего, британцы сделали особый упор на уничтожение транспортных судов стран «Оси» на их пути к Триполи, сосредотачивая усилия главным образом на танкерах, чтобы «уморить голодом» бронетехнику Роммеля. Не меньшую важность представляли собой удары по сухопутным конвоям от Триполи к передовой, хотя успешность таких рейдов очень зависела от способности союзников добиться превосходства в воздухе и наличия аэродромов в радиусе досягаемости самолетов тактической авиации.

Батарея немецкой тяжелой артиллерии — 100-мм пушек К-18, - готовая к открытию огня по позициям союзников в 1942 г. Внешний вид местности дает право предполагать, что страны «Оси» уже оставили позади пески пустыни и теперь ведут бои где-то в Западной Ливии или же в Восточном Тунисе.

Смешанный дозор из парашютистов и пехотинцев при поддержке легкого танка PzKpJw-II продвигается в небольшую деревушку в Тунисе в 1943 г. Парашютистов легко узнать по их характерным каскам, лишенным выступающих по краям полей, и по комбинезонам; будучи по принадлежности личным составом Люфтваффе, они воюют бок о бок с пехотой.

Британская тактика в Северной Африке

Все эти дополнительные сложности сделали достижения Роммеля в Северной Африке еще более замечательными, поскольку нет никаких оснований оспаривать тот факт, что в период между мартом 1941 г. и октябрем 1942 г. он неизменно переигрывал британцев, несмотря на то, что они часто превосходили его численностью и располагали соответствующим снаряжением. До известной степени вина за поражения британцев лежала на их командующих, которым после пленения О’Коннора в апреле 1941 г. неизменно недоставало яркости таланта и не хватало воображения для ведения войны по правилам блицкрига. Справедливость данного утверждения показывают неудачные наступления на ливийско-египетской границе в мае — июне 1941 г. и на линии Газалы год спустя, когда медлительные, вполне предсказуемые и плохо скоординированные действия британцев обрекли их на поражение с самого начала. И даже тогда, когда британцам удавалось одержать победу, как это произошло в итоге операции «Крусейдер» в ноябре — декабре 1941 г. и под Эль-Аламейном в 1942 г., их успех зависел от подавляющего превосходства в живой силе и технике, и прежде всего от огневой мощи. Роммель же, напротив, показал себя величайшим мастером подвижной войны, нацеливая свои удары на противника, а не на территорию, которую тот в тот или иной момент занимал, стремясь разрушить рычаги взаимодействия между его частями, а не только уничтожать его материальную часть.

Генерал Юрген фон Арним (1891–1971 гг.), командующий группой армий «Африка» в Тунисе после отзыва Роммеля в марте 1943 г., пожимает руку одному из своих солдат во время поездки по передовой. Фон Арним поты в плен к союзникам в мае 1943 г., когда завершилась Тунисская кампания.

Любимым тактическим инструментом ему служил открытый южный фланг пустынь, позволявший осуществлять стремительные обходные маневры с целью обхода статичных позиций противника и разрубать связи между «мускулами» передовой и «мозговым центром». Этот прием служил характерной чертой уже первого наступления Роммеля в марте 1941 г., когда танкисты обрушились на голову совершенно не готовым к встрече с ними измотанным британцам, однако апогея своей эффективности он достиг в районе Газалы в мае 1942 г. В этом случае, оказавшись вынужденным преодолевать линию обороны из «боксов», протянувшуюся от побережья до крепости Свободной Франции Бир-Хакейм, Роммель использовал итальянскую и немецкую пехоту для связывания обороны противника боем, в то время как бронетехнику свою отправил в обход вражеского фланга с юга.

План предусматривал «сглаживание угла» в виде Бир-Хакейма перед выдвижением в северном направлении, в тыл позиций обороны союзников на «Линии Газалы», что расстроило бы ее. Однако все пошло не так гладко, как хотелось бы Роммелю. Французы держались упорно, встав стеной на пути танкового кулака, к тому же и многие из «боксов» оказались куда более крепкими орешками, чем ожидалось. К 28 мая, спустя два дня после начала наступления, Роммель сам фактически очутился в ловушке между британскими войсками и своими собственными минными полями в районе, получившем название «Котел», однако его великолепное руководство плюс недостаток координации у британцев после двух недель упорных боев позволили ему прорваться. В результате британцы бежали до самого Эль-Аламейна, более того, они потеряли Тобрук, подарив противнику 2000 единиц исправной техники. То был звездный час Роммеля, и в награду за победы Гитлер сделал его фельдмаршалом.

Хорошо закамуфлированная 75-мм противотанковая пушка Рак-40 ждет появления бронетехники союзников на подступах к г. Тунису в апреле 1943 г. Горы и деревья на заднем плане дают представление о том, как изменились условия местности после открытых пустынь Киренаики и Египта.

Алам-Хальфа и вторая битва под Эль-Аламейном

Подобные успехи, одержанные Роммелем, несмотря на все трудности и вопреки любым обстоятельствам, вознесли его репутацию на головокружительную высоту, обеспечив ему непоколебимую верность солдат, так что одним из первых действий Монтгомери на посту командующего 8-й армией в августе 1942 г. стало необходимое напоминание своим войскам, что «Лис пустыни» всего лишь человек, который тоже может проигрывать. Считалось (да и теперь считается), что те, кто служил в Африканском корпусе, вели «чистую» кампанию и не запятнали себя жестокостями и зверствами, творившимися на Восточном фронте, и хотя Роммель получал немного поддержки от итальянцев, военнослужащие Вермахта в Северной Африке гордились своими достижениями. Кроме того, хотя пустыня порождала немало проблем — жара, насекомые и болезни, что порой делало существование там едва выносимым, — все же сражаться там было лучше, чем замерзать в бескрайних степях России или гнить в руинах Сталинграда.

Но даже Роммелю оказалось не под силу добиться окончательной победы на данном ТВД. В июле 1942 г. немцы стояли немногим менее чем в 100 км от Александрии, но в лице Монтгомери британцы обрели полководца, способного найти средство не позволить врагу использовать его главные преимущества. Не давая Роммелю возможности развернуть подвижную операцию из-под Алам-Хальфы, Монтгомери упорно копил силы, а когда он наконец в конце октября нанес удар, то сделал это, прекрасно сознавая тот факт, что положение с топливом и запчастями у противника почти отчаянное. Вдобавок ко всему Роммель лишился простора для маневра, поскольку с юга линию обороны противника под Аламейном прикрывала совершенно непроходимая Каттарская впадина. Пусть Монтгомери и не случалось проводить стремительных операций в духе блицкрига, зато он очень хорошо осознавал, что стиль командования Роммеля не слишком-то применим в позиционной войне. Сделав упор на изматывание Африканского корпуса, командующий 8-й армией использовал ее сильные стороны против слабых сторон Роммеля. Почти одновременная высадка в Северо-западной Африке свыше 100 тысяч британских и американских войск (операция «Торч», стартовавшая 8 ноября 1942 г.) только усугубила положение Роммеля, поскольку перед ним замаячила перспектива быть атакованным сразу с запада и с востока. Даже его мастерский отход от Аламейна в Тунис, где он осуществил соединение с частями, которые Гитлер в спешном порядке перебрасывал в Африку, чтобы противостоять силам вторжения, не смогли предотвратить в итоге разгрома немцев на этом ТВД.