Пока мы едем в Париж, небо меняется с цвета розовой сахарной ваты на дынный. Тонкие красные лучи появляются на фоне белых огней города, которые начинают мерцать при приближении сумерек. Они выглядят как лазеры, направленные в облака, и я задаюсь вопросом, не вернулся ли карнавал в сад Тюильри. 

Мы поворачиваем за угол и появляется Сена, и при виде ее, мое сердцебиение стабилизируется, как это происходит каждый раз, когда я вижу реку. Для меня это голубой флаг непрерывности, символизирующий непрерывное течение времени в нестареющем городе. Почувствовав себя комфортно, я беру руку Винсента и закрываю глаза до тех пор, пока мы не прибываем в La Maison. 

Ворота распахиваются, и я вижу три фигуры сидящие на бортике фонтана. Они встают, когда мы въезжаем во двор, и выпрыгиваю из машины в их объятия. 

- Ох, Катя, - говорит Мами, притягивая меня к себе и обнимая меня за шею. 

- Принцесса, - говорит Папи, заключая нас обеих в объятия. 

- Ты в порядке? - спрашивает Мами, ее глаза изучают мое лицо. 

- Я в порядке, Мами. Я только что подралась с парой нума. Но я выиграла, - говорю я, пытаясь улыбнуться. 

-Мы так волновались, Кейт,- вмешался Папи, и что-то появилось в его голосе. С жесткостью, которая звучит неестественно для него, он продолжил.- Ничто не имеет значения кроме того, что ты сейчас здесь.- Похоже, что он практиковался. Как будто он пытался убедить себя говорить словами. 

Я вижу его горе. Он обнимает меня, не как старую Кейт, а с каким-то чувством отвращения. Обнимает меня, нежить. Я не виню его. Надеюсь, мы оба привыкнем к этому, со временем. Если только у нас есть время, и я подумала, что мы вступаем в войну, где нет ничего точного. 

Джорджия спокойно стоит, пока мои бабушка и дедушка не отпустили меня. Ее глаза были опухшими и красными, и, похоже, она не спала несколько дней.  

-Кейт,- бормочет она. Увидев своего скорбящего Папи, это разбило мне сердце, но увидеть мою сестру в таком состоянии. 

-Ты не выглядишь по-другому,- говорит она, нерешительно касаясь моей щеки кончиками пальцев.- И ты всегда будешь выглядеть, как сейчас, даже когда я стану старухой. Даже, когда я умру.- Она печально улыбнулась.- Я не знаю, почему я плачу. Я должна быть в восторге, "Ура, смерть!"- Она нерешительно поворачивает своим пальцем в каком-то праздничном круге.- Ради Бога, ты теперь бессмертна. 

-Нет, если Виолетта что-нибудь сделает с этим,- ответила я. 

Мгновение, она изучает меня, а затем, я замечаю, как маленькая искра жизни вспыхивает в ее бледно-зеленых глазах. 

-Она, очевидно, не видела наши навыки боя с мечами,- сказала она, улыбаясь с усилием.- Мы отправим ее в преисподнюю.- И взяв меня за руку, она повела меня в дом. 

Винсент следует за нами, идя возле моих дедушкой с бабушкой. В фойе ждет Жанна. На ее щеках слезы, она слабо меня обняла, и затем повела в гостиную. 

-Жан-Батист и Гаспар ждут вас,- проговорила она, и посмотрев в сторону Винсента, добавила,- у них есть на это право. 

Мои бабушка с дедушкой остановились, не зная, приглашены ли они на эту встречу, но я знала, что они не хотят меня оставлять. 

-Пошлите со мной,- сказала я. Жан-Батист встал на ноги, когда мы вошли, как странно видеть его гостем в его собственном доме. 

"Привет, Кейт," сказал Гаспар. 

-Привет,- ответила я вслух для других. 

"Хоть я и не мог видеть раньше времени, я знал, что ты победишь тех тварей," говорит он с гордостью. 

-Благодаря твоему обучению,- сказала я,- и Шарлотте, которая появилась в нужный момент и метко стрельнула. 

Жан-Батист поцеловал меня, а потом положил руки на мои плечи, осматривая меня. 

-Ты выглядишь как раньше. Глаза, скулы, губы, волосы...- сказал он, его взгляд устремляется на прилипшую ко мне грязь с кровью и прическу, после купания в реке.- Ничего не изменилось. Стала одной из нас, но ничего. Невероятно. 

-Зачем ей изменяться?- Спросил Винсент, усмехаясь.- Я был готов последовать за ней на край света, когда она была человеком. Ей не нужно ничего лишнего, чтобы убедить человечество, что их жизни в ее руках. 

Теперь, когда разговор стал о сверхъестественном, я посмотрела на моих бабушку с дедушкой, чтобы оценить их реакцию. Папи с тоской посмотрел на дверь, а Мами занервничала, и ей стало крайне неудобно. Джорджия подняла одну бровь. Я могу сказать, что она тоже почувствовала, что разговор не станет легким делом для их семьи. 

-Итак,- сказал взрослый ревенант,- наша Кейт и есть Чемпион. Когда я увидел свет, который выходил из тебя на плавательном судне, я понял что происходит что-то особенное. Каково же было мое удивление, когда я понял, что это ты, моя дорогая. Ты была прямо перед моим носом, когда я считал, что Винсент был избранным.- Он всматривался в меня и коснулся моей щеки. 

-Все это имеет значение в прошлом,- продолжил он.- По крайней мере, теперь я могу простить себе, что ты увидела спящего Винсента в тот день. Убеждать девочку- подростка, это одно. Но убеждать Чемпиона... ну, я могу справиться с этим. 

-Я постараюсь принять это как комплимент, Жан-Батист,- сказала я, улыбаясь. 

-Это единственное, что я могу простить себе,- признался он, и тень вины легла на его лицо.- Мои родственники заслуживают большего, чем просто извинения. Я должен идти. Пойдем, Гаспар? 

-Мы никогда не просили тебя уходить,- заявил Винсент, блокируя дверь. 

-Я знаю это,- ответил Жан-Батист. Он схватил свою трость из подставки для зонтиков и мягко толкнул ею ногу Винсента. Винсент остановился, затем отошел в сторону. Жан-Батист прошел мимо нас в фойе и остановился под люстрой из слона. 

-Но я не должен находиться здесь,- продолжил бывший лидер бардии,- в середине черно-белой войны, я, со своей стороны, добавил немного серости. Но то что у меня были хорошие намерения, не оправдывают тот грех, который я совершил, чтобы выиграть и защитить своих родных. В конце концов, это не помогло. Гаспар и я должны уйти. Прощайте,- сказал он, и шагнул к двери. 

Это не правильно. Винсент не хочет, чтобы они уходили, и я тоже. 

-Подождите,- позвала я. Жан-Батист поколебался.- Я хочу, чтобы вы остались,- сказала я. Он повернулся и посмотрел на меня.- Я не согласна с тем, что было бы лучше для твоих родных ,чтобы ты ушел,- я продолжила.- Вы были их лидером в течение веков, а теперь они,- я не решалась продолжить, а затем взяла руку Винсента, договорила,- стоят лицом к лицу перед огромной опасностью. Останьтесь, и помогите нам. 

-Дорогая моя, ты слушала меня?- Спросил Жан-Батист с грустью. Одним пальцем он теребил свой эскот(прим. переводчика. мужской галстук) на шее, как-будто его сильно затянули.- То что я сделал, это лучше, чем привести своих родных к войне. 

-Ты не должен вести их,- вмешался Винсент, отпуская мою руку и подходя к Жан-Батисту.- Ты провозгласил меня лидером, и я принял эту роль. Но только потому, что ты не лидер, не означает, что ты не можешь остаться с нами и противостоять Виолетте. Ты хочешь остаться. Мы хотим, чтоб ты остался. 

Чопорность в позе Жан-Батиста немного ослабла, и вздыхая, он подошел и положил свою руку в руку Винсента.  

-Мой мальчик, я приму это во внимание. Дай мне час или два, чтобы обдумать это. 

Винсент мрачно кивнул, и Жан-Батист развернулся и вышел в дверь.  

"До встречи," сказал мне Гаспар. 

- Надеюсь скоро вас увидеть - ответила я. Винсент закрыл дверь, и я повернулась к своей семье лицом. Моя сестра сморщила нос. - Что, Джорджия? - Спросила я. 

-Я не хочу портить серьезность момента, или еще чего-нибудь, но...- Она сделала паузу и посмотрела на бабушку с дедушкой, пытаясь вернуть себе их неодобрение.- Если ты не примешь душ, то меня вырвет. Туалетная вода для зомби точно не лучший вариант для тебя.- Я попыталась не смеяться, но только заработала икоту, у в конце Джорджия начала улыбаться. 

Папи качает головой. И вдруг на месте моего сильного, умного дедушки появился усталый старый старик. Он обнял меня, похлопывая по спине. 

-Я люблю тебя, Кейт, и я неописуемо рад, что ты не оставила нас навсегда. Но я не могу говорить о том, что произошло с тобой, или о том, что могло бы произойти. Ты просто прости меня. Дай мне на это время. 

-Папи, пошли в библиотеку,- сказала Джорджия, положив руку ему на плечи, она повела его вверх по лестнице. 

Мами подождала, пока они не уйдут, а потом начала говорить. Нежно касаясь моего лица, будто убеждая себя, что я действительно здесь, она сказала. 

-Все чего я хочу сейчас, это забрать тебя домой, запереть все двери, оставаясь внутри в течении нескольких недель, и защищать тебя от всего мира. Но я понимаю, что больше это не наша реальность. Мы даже не можем пойти домой. На самом деле, Бран говорит, что это ты одна будешь защищать нас. 

-Мами, я обещаю, я не буду ничего делать без необходимости... 

-Шшш, Катя. Остановись.- Она грустно посмотрела на меня.- Как и твой Папи ,я не хочу думать об этом тоже. Мысль о том что ты одна будешь в опасности, я не выдержу этого. Но тебе нужно знать, что мы поддерживаем и любим тебя также, как раньше. Мы разберемся с деталями позже. 

Она поцеловала меня в щеку своим фирменным поцелуем, прежде чем отпустить. 

-Жанна обещала сделать мне чай,- просто сказала Мами и ушла через заднюю дверь в прихожую. 

-Ты в порядке?- Спросил Винсент, как только мы остались одни. Он был слишком осторожен, ожидая меня, чтобы пойти самому. Смотрит за тем, чего я хочу. 

Я вытянула руку и закрыла за ним дверь в фоей, чтобы остаться наедине. 

Он гладит мои спутанные волосы своими пальцами и смотрит на меня сверху вниз. 

-Шарлотта собирает всех на собрание, и ты и я должны быть там вместе. Не то что я не считаю тебя красивой с затвердевшей грязью,- сказал он, улыбаясь,- но... до того как ты увидишь всех, ты наверно захочешь принять душ, как посоветовала твоя сестра. 

-Туалетная вода для зомби?- Спросила я с улыбкой. 

-Вообще-то, ты пахнешь хорошо,- ответил он, усмехаясь.- Туалетная вода из речной воды больше похоже на правду. 

-Есть ли у меня время на душ?- Спросила я, притягивая его ближе к себе, пока его лицо не остановилось в дюймах от моего. 

-Немного. 

-Сколько времени? 

Он сглотнул. 

-Только душ. Недостаточно, для того о чем ты думаешь,- ответил он хрипло. 

-Десять минут,- сказала я.- Дай мне десять минут. 

Он посмотрел на мои губы и закрыл свои глаза. Когда он их открыл, его выражение лица означало тоску. 

-Кейт, я не хочу десять минут. Десять минут недостаточно. Я хочу дни. Если мы начнем это сейчас, я не захочу останавливаться. Им придется вытаскивать меня из твоей постели, чтобы заставить отправиться на войну. 

-А поцелуй?- До того как я успела договорить, его губы накрыли мои. Я держала его голову и целовала его так, как мне давно хотелось. 

Я потеряла ощущение себя. Я потеряла счет времени. Все что существует- это я, Винсент и наше чувство любви. 

Глаза закрыты, потеряла зрение, для того, чтобы лучше осязать. Глаза открыты, уставилась в блики синего с золотым. Глаза закрыты, давление его губ на мои. Глаза открыты, наблюдаю за его желанием в узких щелочках между веками. Глаза закрыты, чувствую его упругое тело на своем. Зная, что время сегодня не наше; интересно оно когда-нибудь станет таковым. 

Пока моя ванна наполняется горячей водой, я складываю руки на груди, обнимая себя, и брожу по спальне, которую отвел мне Винсент. Я смотрю на коллекцию драгоценных предметов и любуюсь картинами, пока не увидела узор. 

Картина моста Искусств. Крошечные, деревянные, красные лодки стоят на книжной полке с кристальной Эйфелевой башней. Пара антикварных бинокль для оперы. Винтажные открытки из Вильфранш-сюр-Мер. Спичечный коробок из ресторана, где мы ели поздний завтрак в Нью-Йорке. 

Я возле небольшой кубической живописи, которая висит возле окна, и размером с книгу в твердом переплете. Я наклоняюсь, чтобы полюбоваться, крошечной преломляющейся сценой, столика в кафе, находящуюся за стеклом, и когда я смотрю на подпись, я вдыхаю так резко, что у меня начинается приступ кашля: Винсент повесил Пикассо в мою спальню. 

А потом ногами я залезаю в античную ванну и в-первые замечаю, что стоит огромная ваза с букетом белых цветов возле нее. И мой мозг регистрирует прелестный запах, которым пахнет с тех пор, как я вошла в комнату. Это сирень.